АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5179/2022

15 ноября 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Кушнаревой И.Ф., Сецко А.Ю.

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 24.01.2022;

от общества с ограниченной ответственностью «Омега»: ФИО3, представителя по доверенности от 14.10.2022;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Монстр» ФИО1

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 03.06.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2022

по делу № А73-22227/2019

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Монстр» ФИО1

к обществу с ограниченной ответственностью «Омега»                                    (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 681008, 

<

...>)

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Монстр» ФИО1

к ФИО4, ФИО5

о взыскании убытков

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Омега»

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Монстр» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 681000, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Хабаровского края от 29.06.2020 общество с ограниченной ответственностью «Монстр» (далее –                           ООО «Монстр», общество, должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1.

В рамках данного дела о банкротстве общества от конкурсного управляющего ФИО1 в арбитражный суд 05.10.2020 поступило заявление о признании недействительным заключенного между                           ООО «Монстр» и обществом с ограниченной ответственностью «Омега» (далее – ООО «Омега») договора купли-продажи судна от 03.05.2017 № 1 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника рыбопромыслового судна «Корал Стар».

Кроме того, 05.10.2020 конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании солидарно с ФИО4 (далее также – ответчик) и ФИО5 убытков в размере 19 335 538 руб., причиненных отчуждением имущества, принадлежащего должнику – рыбопромысловых судов «Корал Стар» и «Вера» (договор купли-продажи судна от 03.05.2017    № 2) по заниженной цене.

К участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Омега».

Впоследствии заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и взыскании убытков объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

К участию в рассмотрении заявлений в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Дальневосточный улов».

Определением суда от 03.06.2022 заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворены частично, с ФИО4 в конкурсную массу ООО «Монстр» взыскано 7 207 579 руб. убытков. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2022 определение суда от 03.06.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, ФИО4 в кассационной жалобе просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, при совершении сделок по продаже судов «Корал Стар» и «Вера» у ООО «Монстр» отсутствовала задолженность перед кредитором, поскольку она образовалась только в 2019 году на основании вступившего в законную силу судебного акта. Согласно отчету о прибылях и убытках общества за 2017 год финансовое состояние должника было устойчивым. Полагает, что цена судна «Вера» установлена экспертизой, существенные условия которой были опровергнуты повторной экспертизой. Отмечает, что оспаривание рыночной стоимости судна «Вера» не проводилось, ввиду отсутствия у него оснований полагать, что в отношении указанного имущества имеются споры. Конкурсный управляющий заявил требование в отношении судна «Вера» в последнем судебном заседании, за время рассмотрения спора документы, на которых он основывает свое требование, ответчику не направлялись. Вопрос о назначении повторной экспертизы в суде первой инстанции не обсуждался. Считает, что размер убытков не может превышать суммы требований, включенных в реестр требований кредиторов (4 884 594,78 руб.). Ссылается на необоснованность непривлечения к субсидиарной ответственности действующего руководителя и учредителя ООО «Монстр» ФИО6.

Конкурсный управляющий ФИО1 также обратился с кассационной жалобой, в которой просит принятые судебные акты отменить в части отказа в удовлетворении требований и принять в обжалуемой части новый судебный акт. В обоснование жалобы ее заявителем указано на то, что              ООО «Монстр» и ООО «Омега» являются фактически аффилированными лицами, поскольку интересы должника, общества и супруги ФИО5 в различных судебных спорах представлял один представитель. Более того, после заключения договора купли-продажи от 03.05.2017 № 1                               ООО «Монстр» длительное время осуществляло эксплуатацию судна «Корал Стар», при этом исполнительный лист на принудительное исполнение судебного акта по делу № А73-7601/2017 ООО «Омега» не предъявлялся, иных мер по возврату имущества последнее не предпринимало.                      ООО «Омега» не является добросовестным покупателем, так как приобрело судно «Корал Стар» по существенно заниженной стоимости, что предполагает ничтожность договора купли-продажи от 03.05.2017 № 1. ФИО5 как бывший участник ООО «Монстр» был осведомлен о продаже имущества должника по значительно заниженной стоимости, но действий по оспариванию сделок и взысканию убытков с директора не предпринял, следовательно, он также подлежит привлечению к ответственности за свое бездействие, не отвечающее критериям разумности и добросовестности.

Отзывы на кассационные жалобы не представлены.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель конкурсного управляющего                     ФИО1 настаивал на удовлетворении его кассационной жалобы, возражал по доводам кассационной жалобы ответчика.

Представитель ООО «Омега» ссылался на необоснованность требований конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, а также согласился с позицией ФИО4 в части размера убытков и даты возникновения обязательств общества перед кредитором.

Кассационные жалобы рассмотрены в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие других участвующих в деле лиц.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность определения от 03.06.2022 и постановления от 16.09.2022, с учетом доводов кассационных жалоб, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, между ООО «Монстр» в лице генерального директора ФИО4 (продавец) и ООО «Омега» (покупатель) 03.05.2017 заключен договор купли-продажи № 1, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить рыбопромысловое судно «Корал Стар», номер ИМО № 886056, регистровый номер – 784479, год постройки судна – 1978, страна постройки – Япония, тип и назначение судна – рыболовное (пункты 1.1 и 1.2 договора). Согласно пункту 2.1 договора стоимость судна составляет 595 041 руб. Указанная стоимость является окончательной и изменению не подлежит. Покупатель должен произвести оплату судна в полном объеме не позднее 10 дней с момента подписания договора. Передача судна продавцом и принятие его покупателем осуществляется в течение двух дней с момента подписания данного договора по двухстороннему акту приема-передачи. Переход права собственности на покупателя не зависит от исполнения обязанности продавца передать соответствующий объект, что является дополнительной гарантией покупателя по сделке.

Оплата по договору произведена на основании платежного поручения от 11.05.2017 № 6 в размере 595 041 руб.

Также 03.05.2017 между ООО «Монстр» (продавец) и ООО «Омега» (покупатель) заключен договор купли-продажи № 2, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить рыбопромысловое судно «Вера», бортовой номер 

<

***> наименование порта регистрации Советская Гавань, год постройки 1988, страна постройки Япония, тип и назначение судна – рыболовное (пункты 1.1 и 1.2 договора). В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость судна составляет 69 421 руб. Указанная стоимость является окончательной и изменению не подлежит. Покупатель должен произвести оплату судна в полном объеме не позднее 10 дней с момента подписания договора, а передача судна продавцом и принятие его покупателем осуществляется в течение двух дней с момента подписания названного договора по двухстороннему акту приема-передачи. При этом переход права собственности на покупателя также не зависит от исполнения обязанности продавца передать соответствующий объект, что является дополнительной гарантией покупателя по сделке.

Платежным поручением от 11.05.2017 № 5 ООО «Омега» произведена оплата судна в размере 69 421 руб.

Вместе с тем, исходя из справок общества с ограниченной ответственностью «Оценочная компания «Система», рыночная стоимость судна «Корал Стар» по состоянию на май 2017 года составляла                  14 500 000 руб., а судна «Вера» – 5 500 000 руб.

Полагая, что сделка по отчуждению судна «Корал Стар» в пользу               ООО «Омега» при наличии у ООО «Монстр» неисполненных обязательств перед кредиторами, совершена по существенно заниженной цене; в результате действий генерального директора ООО «Монстр» ФИО4 по заключению невыгодных сделок и их одобрения со стороны учредителя ФИО5, обществу причинены убытки в размере, составляющем разницу между рыночной стоимостью судов и фактической ценой продажи, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными названным Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Оспариваемая сделка совершена 03.05.2017 в течение трех лет до принятия к производству заявления о признании должника банкротом (15.11.2019), то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между сторонами сделки, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Кроме того, в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25                 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25)).

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 06.03.2019                                    № 305-ЭС18-22069, по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником – банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума № 63).

Соответственно, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Судом первой инстанции для определения рыночной стоимости отчужденного ООО «Монстр» имущества по состоянию на 03.05.2017, назначалась судебная экспертиза, по результатам ее проведения представлено заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью «Оценка рыночной стоимости имущества» ФИО7 от 30.07.2021 № 21.01-205, согласно которому рыночная стоимость судна «Корал Стар» составляет 13 092 000 руб., судна «Вера» – 7 277 000 руб.

По ходатайству ООО «Омега» назначена повторная судебная экспертиза по определению рыночной стоимости судна «Корал Стар», с учетом его фактического состояния на указанную дату и затрат покупателя по его восстановлению, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Хабаровское агентство юридической экспертизы» ФИО8.

По результатам экспертного исследования в суд поступило заключение эксперта от 14.02.2022 № 03, в соответствии с которым рыночная стоимость судна «Корал Стар» без учета необходимости выполнения ремонтно-восстановительных работ по состоянию на 03.05.2017, равна 10 126 424 руб., при этом стоимость таких работ оценена экспертом в 8 274 285 руб., соответственно, исходя из фактического состояния имущества по состоянию на 03.05.2017, рыночная стоимость составляет 1 852 139 руб.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что отчуждение судна «Корал Стар» действительно совершено по цене, более чем в 3 раза ниже рыночной стоимости аналогичного имущества, даже с учетом его фактического состояния на дату заключения договора и произведенных впоследствии вложений ООО «Омега», однако цель причинения вреда кредиторам оспоренной сделкой, а также осведомленность покупателя о противоправной цели в виду своей аффилированности по отношению к ООО «Монстр» не подтверждены; обстоятельств, свидетельствующих о наличии пороков, позволяющих квалифицировать оспариваемую сделку как совершенную со злоупотреблением правом, также не приведено, суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, не усмотрел наличие необходимой совокупности условий для признания договора купли-продажи от 03.05.2017 № 1 недействительным как по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротства, так и в силу положений статей 10 и 168 ГК РФ, в связи с чем отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего в соответствующей части.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 данного Федерального закона.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Положениями статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора (пункт 4 постановления Пленума № 62).

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения заявления о взыскании убытков являются: факт причинения убытков, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанностей и причиненными убытками.

Рассмотрев требование конкурсного управляющего о взыскании убытков, и установив, что в результате действий ФИО4 по отчуждению ООО «Монстр» судов «Корал Стар» и «Вера» по многократно заниженной цене общество утратило возможность расчетов с кредиторами за счет данного имущества, при этом каких-либо пояснений по обстоятельствам совершенных сделок ответчиком не представлено, суды первой и апелляционной инстанций констатировали наличие всех необходимых элементов состава гражданско-правовой ответственности, в связи с чем взыскали с ответчика убытки в размере 7 207 579 руб.

Вместе с тем приняв во внимание, что заявляя о взыскании убытков с                 ФИО5, конкурсный управляющий не доказал наличие обязательной к установлению совокупности элементов состава убытков в действиях вышеназванного участника должника, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели условий для удовлетворения заявления в части требования к данному лицу.

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Довод о том, что при совершении сделок по продажи судов «Корал Стар» и «Вера» у ООО «Монстр» отсутствовала задолженность перед кредитором, поскольку она образовалась только в 2019 году на основании вступившего в законную силу судебного акта, признается ошибочным, поскольку обязательства перед ФИО9 возникли с даты просрочки исполнения договора подряда от 15.10.2016, а не с даты взыскания денежных средств в судебном порядке.

Доводы о том, что цена судна «Вера» установлена экспертизой, существенные условия которой были опровергнуты повторной экспертизой; оспаривание рыночной стоимости судна «Вера» не проводилось, ввиду отсутствия у ответчика оснований полагать, что в отношении указанного имущества имеются споры; конкурсный управляющий заявил требование в отношении судна «Вера» в последнем судебном заседании, за время рассмотрения спора документы, на которых он основывает свое требование, сторонам спора не направлялись, отклоняются судом округа.

Требования о взыскании убытков предъявленные к ФИО4 изначально обосновывались конкурсным управляющим отчуждением возглавляемым им ООО «Монстр» судна «Вера» на значительно невыгодных для должника условиях по стоимости, существенно в худшую сторону отличающейся от рыночной цены имущества.

В таком случае не соглашаясь с взысканием убытков в виде разницы между рыночной стоимостью судна «Вера» и уплаченной по договору от 03.05.2017 № 2 цены, ответчик должен был опровергнуть определенную по результатам экспертизы цену имущества, но занял по данному вопросу пассивную позицию.

В отсутствие возражений относительно рыночной стоимости судна «Вера» со стороны ответчика и конкурсного управляющего, суды правомерно взыскали убытки в размере 7 207 579 руб. (7 277 000 руб. –              69 421 руб.).

Довод ответчика о том, что размер убытков не может превышать суммы требований, включенных в реестр требований кредиторов (4 884 594,78 руб.), признается несостоятельным с учетом положений статьи 15, 53.1 ГК РФ и статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Ссылка на необоснованное непривлечение к субсидиарной ответственности действующего руководителя и учредителя ООО «Монстр» ФИО6 также не принимается судом, поскольку не соответствует предмету рассматриваемого спора.

Доводы конкурсного управляющего об аффилированности                          ООО «Монстр» и ООО «Омега» ввиду того, что интересы должника, общества и супруги ФИО5 в различных судебных спорах представлял один представитель – ФИО3, рассмотрен судами нижестоящих инстанций и обоснованно отклонен, так как указанное обстоятельство в рассматриваемом случае, безусловно, не свидетельствует о фактической заинтересованности сторон оспариваемой сделки по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Утверждение о фактической заинтересованности сторон, ввиду непредъявления ООО «Омега» исполнительного листа на принудительное исполнение решения Арбитражного суда Хабаровского края от 27.07.2017 по делу № А73-7601/2017 об истребовании у ООО «Монстр» приобретенного по договору купли-продажи от 03.05.2017 № 1 судна «Корал Стар», также основано лишь на субъективной оценке конкурсного управляющего поведения покупателя после совершения сделки.

Позиция конкурсного управляющего о том, что ООО «Омега» не является добросовестным покупателем, так как приобрело судно «Корал Стар» по существенно заниженной стоимости, что предполагает ничтожность договора купли-продажи от 03.05.2017 № 1, не обоснована, учитывая, установленные судами обстоятельства приобретения указанного имущества по цене 595 041 руб. с последующим проведение покупателем ремонтных работ на сумму 8 274 285 руб.

Доводы о том, что ФИО5 как бывший участник ООО «Монстр» также подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности, не принимается окружным судом, исходя из разъяснений пунктов 2, 4 и 7 постановления Пленума № 62.

Нарушений либо неправильного применения норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену определения и постановления, судами не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационные жалобы удовлетворению, не подлежат.

В связи с окончанием кассационного производства меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые на основании определения Арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.10.2022 (Ф03-5179/2022) подлежат отмене (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 03.06.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2022 по делу № А73-22227/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Приостановление исполнения судебных актов по настоящему делу, принятое определением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.10.2022 (Ф03-5179/2022) отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.О. Никитин

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева

А.Ю. Сецко