АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8694/22 

Екатеринбург

24 января 2023 г.

Дело № А07-31780/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2023 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Соловцова С.Н., Оденцовой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи кассационную жалобу ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель кассационной жалобы) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 по делу № А07-31780/2021 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Республики Башкортостан принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Парикмахерская «Виола» (далее – общество «Парикмахерская «Виола», Общество, ответчик) – ФИО2 (паспорт, доверенность от 27.06.2022 №1).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 19.05.2021 № 02АА5663659). 

Представленные в электронном виде отзывы на кассационную жалобу Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан (далее – регистрирующий орган) и общества «Парикмахерская «Виола», возражения на отзыв ФИО1 приобщаются к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Истец ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Парикмахерская «Виола» (далее – общество, ответчик) о признании недействительным решения внеочередного общего собрания участников общества, принятого по третьему вопросу повестки собрания, оформленного протоколом от 24.08.2021 № 2.

Определением суда от 23.11.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы 

№ 39 по Республике Башкортостан.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2022 исковые требования ФИО1 удовлетворены: признано недействительным решение внеочередного общего собрания участников Общества, принятое по третьему вопросу повестки собрания о принятии устава Общества в новой редакции, оформленное протоколом внеочередного общего собрания участников от 24.08.2021 № 2.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 28.09.2022 решение суда первой инстанции от 28.06.2022 отменено, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что суд апелляционной инстанции необоснованно применил двухмесячный срок исковой давности вместо шестимесячного срока, настаивая на том, что судом не учтено, что с заявлением в регистрирующий орган общество обратилось только 26.08.2021, решение о государственной регистрации принято 01.09.2022, в связи с чем довод ответчика о пропуске двухмесячного срока исковой давности, который начал свое течение с 24.08.2022 года подлежал отклонению ввиду того, что срок давности в силу ничтожности решений истек лишь 24.02.2022, так как должен был применяться шестимесячный срок; до даты государственной регистрации изменения сведений в единый государственный реестр юридических лиц (далее – реестр) ФИО1 исходила из факта ничтожности, то есть юридического отсутствия решения; при этом у истца отсутствовала необходимость оспаривания ничтожного решения в суде до тех пор, пока последнее не начало влиять на ее имущественную сферу, изменяя содержания организационных (корпоративных) отношений с обществом.

Заявитель жалобы отмечает, что пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) установлено право участника на выход из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества; для внесения изменений в устав общества по решению общего собрания участников необходимо единогласное согласие всех участников, однако в новой редакции установлен запрет на выход участников из состава общества без согласия других участников; полагает, что судом апелляционной инстанции не дана оценка доводу о том, что безусловное право выхода у истца имелось с 1998 года; вместе с тем при внесении изменений устав в 2013 году, в связи с приведением устава в соответствие с Федеральным законом от 30.12.2008 № 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – закон № 312-ФЗ), данное право исчезло, тогда как вопрос о том, что запретить право выхода перед собранием специально не уставился и никто, соответственно, за исключение возможности выхода не голосовал, поэтому из устава общества исключено упоминание о праве на выход. 

Помимо прочего, заявитель жалобы оспаривает вывод суда апелляционной инстанции о том, что новая редакция устава является действительной, отмечая, что она ничтожна независимо от того, нарушает чьи-либо права или нет, поскольку в силу пункта 1 статьи 181.3 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) решение собрания ничтожно, потому что оно вступает в противоречие с законом независимо от степени наступивших неблагоприятных последствий; суд не применил норму о признании решения ничтожным ввиду отсутствия кворума, утверждая, что способ защиты должен быть о признании решения непринятым, в то время как истец, основываясь на предоставленные ему способы защиты права, просил признать решение ничтожным по причине отсутствия кворума, однако суд данную норму к правоотношениям не применил. 

Заявитель жалобы отмечает, что суд апелляционной инстанции оставил без внимания довод истца о том, что преимущественное право может распространяться только на сделки купли-продажи и только при совершении таких сделок с третьими лицами, тогда как оспариваемая новая редакция устава (пункт 8.1) свидетельствует об обратном, в связи с чем буквальное содержание редакции устава противоречит положениям статьи 572 ГК РФ (договор дарения), так как правило о преимущественном праве распространяется только при сделках купли-продажи и лишь в случаях, прямо указанных на такое право законом; указывает, что новая редакция предусматривает, что выплату вправе производить либо сами участники, либо само общество, что входит в противоречие с действующим законодательством; такая обязанность выплачивать действительную стоимость доли возникает только у общества и не является его правом; установленная новой редакцией устава рассрочка выплаты действительной стоимости доли сроком 36 месяцев, то есть 3 года также нарушает права истца на получение своевременной выплаты, поскольку законом предусмотрен предельный срок выплаты – 1 год.

По мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции не применил нормы о ничтожности собрания при отсутствии кворума и при нарушении положений устава законодательного регулирования, поскольку решение собрания, утвердившее устав (изменение в устав), может быть квалифицировано как ничтожное в части тех положений, которые посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Парикмахерская «Виола» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции с учетом норм статьи 286 АПК РФ, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Парикмахерская «Виола» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.01.1993. 

Участниками общества являются следующие лица: 

– ФИО4 (12,354%), 

– ФИО5 (15,925%), 

– ФИО6 (15,005%), 

– ФИО7 (12,354%), 

– ФИО1 (7,3%), 

– ФИО8 (12,354%), 

– ФИО9 (12, 354%),

– ФИО10 (12,354%).

ФИО1 является участником общества на основании договора дарения доли в уставном капитале общества от 09.03.2021, заключенного с ФИО11

24.08.2021 было проведено внеочередное общее собрание участников общества, на котором было принято в том числе решение о принятии Устава Общества в новой редакции, приведенной в соответствие с Законом об обществах (третий вопрос повестки собрания).

Пунктом 8.1 новой редакции Устава установлено, что участник Общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале Общества либо ее часть одному или нескольким участникам данного Общества, либо ее часть третьим лицам исключительно с соблюдением преимущественного права покупки другим участникам Общества; преимущественным правом покупки доли (части доли) участника Общества пользуются только другие участники Общества, пропорционально стоимости отчуждаемой доли; согласие Общества или других участников Общества на совершение такой сделки является обязательным. 

Пунктом 9.3 новой редакции устава предусмотрено, что согласие остальных участников общества на выход участника из общества является обязательным. Выход одного или нескольких участников общества в отсутствие на то предварительного письменного согласия других участников общества, не допускается. 

Согласно пункту 9.4 новой редакции устава в случае получения участником Общества согласия других участников Общества на выход из состава участников Общества, иные участники Общества и само Общество вправе выплатить действительную стоимость доли общества с рассрочкой сроком до 36 месяцев.

Обращаясь с требованием о признании решений по третьему пункту повестки собрания, истец ссылалась на следующие обстоятельства:

– согласно пункту 8.1 новой редакции Устава истец не сможет ни продать, ни купить, ни подарить, либо посредством других сделок получить или передать долю без соблюдения преимущественного права покупки;

– согласно пункту 9.3 новой редакции Устава для выхода участника из общества необходимо согласие всех участников данного общества, однако указанное положение противоречит действующему законодательству;

– в соответствии с пунктом 9.4 новой редакции Устава: в случае получения участником общества согласия других участников общества на выход из состава участников общества, иные участники общества и само общество вправе выплатить действительную стоимость доли общества с рассрочкой сроком до 36 месяцев, что также противоречит действующему законодательству.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Оценивая соответствие пункта 8.1 Устава (в новой редакции) действующему законодательству, проанализировав положения пунктов 1, 2 и 4 статьи 21 Закона об обществах и соотнеся положения новой редакции Устава с нормативными положениями, суд первой инстанции заключил, что изменения, внесенные в пункт 8.1 Устава Общества, не соответствует положениям действующего законодательства, поскольку преимущественное право распространяется только на случаи покупки доли или части доли третьим лицом, а иное толкование положений статьи 21 Закона об обществах недопустимо. 

Далее, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 21 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.03.2010 № 135 «О некоторых вопросах, связанных с применением статьи 5 Федерального закона от 30.12.2008 № 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Информационное письмо № 135), заключив об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что в Устав Общества вносились изменения, согласно которым участники общества утвердили запрет на выход участника общества без согласия иных участников, суд первой инстанции пришел к выводу, что при таких условиях для принятия изменений, касающихся выхода участников из общества, необходимо единогласное решение всех его участников, в то время как по третьему вопросу повестки собрания истец голосовал против принятия решения, соответственно, решение о принятии устава в новой редакции обществом не принято, кворума для принятия такого решения не имелось. 

Кроме того, суд первой инстанции, исходя из положений пунктов 6.1 и 8 статьи 23 Закона об обществах, указав, что данными положениями установлен максимальный годичный срок, исчисляемый с момента перехода доли к обществу, в течение которого это общество обязано выплатить участнику действительную стоимость доли; при этом меньший срок может быть предусмотрен Законом или уставом общества, а такое решение о внесении изменений в устав общества должно быть принято всеми участниками общества единогласно, заключил, что положение Устава, устанавливающее срок выплаты действительной стоимости доли в течение 36 месяцев, не соответствует нормам Закона об обществах.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что принятое на внеочередном общем собрании 24.08.2021 решение по вопросу № 3, является недействительным в силу ничтожности в соответствии с положениями пункта 2 статьи 181.5 ГК РФ.

При этом суд первой инстанции, отклоняя заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, опираясь на правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2003 № 5-П, согласно которой течение давностного срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо реально имело возможность узнать о факте совершения сделки, а в целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной; установив, что 26.08.2021 ФИО1 направила в общество запрос о предоставлении протокола общего собрания участников общества «Парикмахерская «Виола» от 24.08.2021, при этом в нарушение положений пункта 6 статьи 37 Закона об обществах общество оспариваемый протокол от 24.08.2021 ФИО1 не предоставило; принимая во внимание, что соответствующий протокол и устав общества от 1998 года (для оценки законности внесенных изменений) был получен истцом от регистрирующего органа лишь 02.09.2021 – пришел к выводу, что с учетом даты получения документов и даты обращения в суд (29.10.2021) срок исковой давности истцом не пропущен. 

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев дело, отменил решение суда первой инстанции, в удовлетворении заявленных требований отказал, руководствуясь при этом следующим.

Суд апелляционной инстанции, установив, что положениями Устава общества, утвержденного решением собрания участников общества от 18.04.2013 № 2-2013, не предусмотрены условия о кворуме при принятии решений об утверждении Устава общества и внесение в него изменений; исходя из того, что положения новой редакции Устава от 19.03.2021 о внесении изменений в Устав на основании решения собрания участников не противоречат действующему законодательству, отметив, что принятие решения о внесении изменений в Устав общества относится к компетенции общего собрания участников, в то время как в собрании 24.08.2021 приняли участие 100% участников общества, в голосовании при принятии оспариваемых решений принимали участие все участники общества, в связи с чем решение о внесении изменений в устав принято 92,7% голосов, что составляет более 2/3 голосов, - констатировал отсутствие оснований для выводов о признании собрания участников общества от 24.08.2021 ничтожным в силу отсутствия кворума. 

Исследовав вопрос о праве выхода участника из состава участников общества, суд апелляционной инстанции, установив, что право на выход участников общества не было предусмотрено уже Уставом 2013 года, отметив, что поскольку в тот период ФИО1 не являлась участником общества, то внесение изменений в Устав в части принятия новой редакции пункта 9.3. Устава (для выхода участника из общества необходимо согласие всех участников данного общества) не может нарушать прав истца, так как улучшает его положение по сравнению с Уставом общества, не предусматривающего права на выход, что также не противоречит пункту 1 статьи 26 Закона об обществах.

Проанализировав доводы о том, что согласно новой редакции Устава при продаже доли другим участникам общества также подлежит применению правило о преимущественном праве покупке, с учетом того, что участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества (пункт 2 статьи 21 Закона об обществах), отметив, что участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника общества по цене предложения третьему лицу или по отличной от цены предложения третьему лицу и заранее определенной уставом общества цене (далее – заранее определенная уставом цена) пропорционально размерам своих долей, если уставом общества не предусмотрен иной порядок осуществления преимущественного права покупки доли или части доли, установив, что редакция Устава 2013 года также содержала право на продажу доли третьим лицам в порядке, установленном Законом, то есть при наличии у других участников права преимущественной покупки доли, исходя из того, что решение в указанной части принято при наличии кворума, количеством голосов, превышающем 2/3 от числа участников общества, что свидетельствует об отсутствии признаков ничтожности решения в указанной части, суд апелляционной инстанции констатировал, что положения пунктов 8.1, 8.3 Устава соответствуют пункту 5 статьи 21 Закона об обществах. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции, проверяя доводы о том, что новая редакция пункта 9.4 Устава, содержащая условия о праве общества выплачивать действительную стоимость доли в случае выхода участника из состава общества в течение 36 месяцев,  противоречит положениям пункта 8 статьи 23 Закона об обществах, пришел к выводу, что поскольку решение также принято при наличии кворума, оснований полагать, что оно противоречит основам правопорядка и нравственности, не имеется, в связи с чем не обладает признаками ничтожности.

Соглашаясь с доводами ответчика о пропуске срока исковой давности, приняв во внимание, что о принятых решениях истец узнал уже по итогам собрания участников общества 24.08.2021, в котором принимал непосредственное участие и голосовал по вопросам повестки, вместе с тем с требованием о признании недействительным решения общего собрания участников истец обратился в суд лишь 29.10.2021, то есть за пределами двухмесячного срока, установленного пунктом 4 статьи 43 Закона об обществах, предусматривающего специальный двухмесячный срок для обжалования решений общего собрания участников общества, принятых с нарушением требований названного Закона и иных правовых актов, суд апелляционной инстанции констатировал, что истец имел возможность обратиться с иском в пределах установленного законом срока.

Вместе с тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

По смыслу пункта 1 статьи 12 Закона об обществах Устав общества является учредительным документом, в основе которого лежит товарищеское соглашение участников (учредителей), носящее в силу своей правовой природы гражданско-правовой характер.

При этом устав является сделкой и к нему применимы нормы гражданского законодательства о сделках, в том числе о решениях собраний, и об основаниях признания их недействительными.

Поскольку в данном случае изменения в Устав Общества (новая редакция устава) были утверждены решением собрания, оспаривание отдельных положений устава являлось по существу оспариванием указанного решения общего собрания участников общества.

Положения о таком специальном виде сделок, как решения собрания, должны применяться в системной взаимосвязи с общими положениями о сделках в части, не урегулированной правилами о решениях собраний и не противоречащей их существу.

Так, согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Следовательно, решение собрания, утвердившее устав (изменение в устав), может быть квалифицировано как ничтожное в части тех положений, которые посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Одним из оснований ничтожности выступает то, что положение устава противоречит существу законодательного регулирования (пункт 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», далее – постановление Пленума № 25).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 21 Закона об обществах переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных названным законом, если это не запрещено уставом общества.

При этом согласно абзацу 3 подпункта «б» пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» продажа или уступка иным образом участником общества своей доли третьему лицу допускается, если это не запрещено уставом. Другие участники общества имеют преимущественное право покупки доли участника, продающего ее, по цене предложения третьему лицу. Участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли пропорционально размерам своих долей, если уставом общества или соглашением участников не предусмотрено иное. На случаи безвозмездной передачи участником принадлежащей ему доли третьему лицу право преимущественной покупки не распространяется. Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия общества или остальных его участников на уступку доли участника третьему лицу иным образом, чем продажа.

Суд первой инстанции, принимая во внимание указанные положения закона и соответствующие разъяснения, исходя из толкования пункта 8.1, придаваемого ему сторонами спора, о том, что преимущественное право распространяется на любые сделки (включая безвозмездные), обоснованно заключил, что подобное положение Устава не соответствует законодательному регулированию, установленному статьей 21 Закона об обществах, что и послужило основанием для вывода о недействительности соответствующего решения. Выводы суда апелляционной инстанции об обратном не соответствуют положениям статьи 21 Закона с учетом приведенных выше разъяснений высших судебных инстанций.

Пункт 1 статьи 26 Закона об обществах в редакции, действовавшей до 01.07.2009, предусматривал право участника в любое время выйти из общества с ограниченной ответственностью независимо от согласия других его участников или самого общества.

В последующем законом № 312-ФЗ, вступившим в силу с 01.07.2009, абзац первый пункта 1 статьи 26 Закона об обществах стал предусматривать право участника на выход из состава общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Согласно разъяснению, данному в пункте 21 Информационном письме № 135, если устав общества, созданного до 01.07.2009, содержал положение о праве участников общества на выход из общества, то это право сохраняется у них и после этой даты независимо от того, внесены ли в устав общества изменения в связи с приведением его в соответствие с новым законодательством. Если устав общества, созданного до дня вступления в силу Закона № 312-ФЗ, не содержал такого положения, то с 01.07.2009 его участники не имеют права выйти из общества в порядке, предусмотренном статьей 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Такое право может быть закреплено в уставе тремя четвертями голосов от общего числа голосов участников общества до 01.01.2010 (часть 10 статьи 5 Закона № 312-ФЗ) или после этой даты всеми участниками общества единогласно (абзац второй пункта 1 статьи 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в редакции Закона № 312-ФЗ).

Судами установлено, что Уставом общества от 28.12.1998 было предусмотрено, что участник общества вправе в любой время выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества; в Уставе в редакции 2013 года (при приведении его в соответствие Закону № 312-ФЗ) положений о праве на выход участников из общества не содержалось; при таких обстоятельствах суды пришли к выводу о том, что подобное решение о праве участника на выход должно быть принято единогласно, чего в данном случае не имелось, поскольку истец проголосовала против такого решения.

Соответственно, при отсутствии единогласия по вопросу о праве участника на выход оспариваемое решение не было принято.

Далее, согласно абзацу второму пункта 6.1 статьи 23 Закона об обществах (в редакции, действующей с 01.07.2009) общество с ограниченной ответственностью обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества с ограниченной ответственностью при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

При этом пункт 8 статьи 23 Закона об обществах устанавливает максимальный годичный срок, исчисляемый с момента перехода доли к обществу с ограниченной ответственностью, в течение которого это общество обязано выплатить участнику действительную стоимость доли. Согласно данной норме меньший срок может быть предусмотрен Законом или уставом общества с ограниченной ответственностью.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела и суд первой, и суд апелляционной инстанции согласились, что положения пункта 9.4 Устава общества о 36-месячном сроке выплаты им действительной стоимости доли участнику со дня возникновения соответствующей обязанности противоречат пунктам 6.1 и 8 статьи 23 Закона об обществах в части максимально допустимого годичного срока, в течение которого общество обязано выплатить действительную стоимость доли в уставном капитале общества со дня перехода к обществу доли.

При этом суд апелляционной инстанции допустил сохранение данного положения Устава, ссылаясь на принятие решения необходимым большинством голосов и отсутствие противоречия основам правопорядка и нравственности.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не учел, что основанием ничтожности соответствующего решения собрания является противоречие положения устава существу законодательного регулирования.

Учитывая, что законом императивно установлен максимальный срок для выплаты действительной стоимости доли; утвержденное решением общего собрания положение Устава необоснованно увеличивает срок возврата участником своих инвестиций, лишая его гарантированной законом возможности получения в разумный период после прекращения участия в товарищеском соглашении вложенного, следует признать, что подобное положение Устава не соответствует установленному законодательному регулированию.  

Следовательно, является верным вывод суда первой инстанции о том, что решение общего собрания в части установления периода выплаты действительной стоимости доли в течение 3 лет противоречит императивной норме Закона об обществах, в связи с чем является недействительным (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.02.2013 № 13295/12).

Учитывая всю совокупность вышеизложенных обстоятельств, установив несоответствие отдельных положений новой редакции Устава действующему законодательному регулированию, исходя из отсутствия единогласного решения по вопросам, требующим такого единогласия, суд первой инстанции правомерно признал решение внеочередного общего собрания участников общества «Парикмахерская «Виола», принятое по третьему вопросу повестки собрания о принятии Устава в новой редакции, оформленное протоколом от 24.08.2021 № 2 недействительным на основании статьи 168 ГК РФ.

Правила главы 9.1 ГК РФ применяются к решениям собраний, поскольку законом или в установленном им порядке не предусмотрено иное (пункт 104 постановления Пленума № 25).

Срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными в пункте 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса (пункт 112 постановления Пленума № 25).

В силу пункта 5 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, принимая во внимание основания оспаривания решения общего собрания и выводы о противоречии спорных положений устава существу законодательного регулирования, установленный срок исковой давности, исходя из фактической даты получения истцом документов Общества, учитывая дату обращения с исковым заявлением в суд, пришел к выводу о том, что срок исковой давности не пропущен; выводы суда апелляционной инстанции о пропуске истцом двухмесячного срока на оспаривание решения собрания участников общества являются ошибочными. 

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции по существу спора следует признать верным.

Суд округа также полагает необходимым отметить, что из пояснений представителей истца и ответчика, которые были даны в судебном заседании суда округа при ответе на вопросы коллегии судей, следует, что в июне 2022 года решением участников Общества была утверждена новая редакция Устава (из общедоступного источника – сайта Федеральной налоговой службы России следует, что соответствующие изменения зарегистрированы 12.07.2022), стороны пояснили суду округа, что принята редакция, в которой участниками были урегулированы разногласия по оспариваемым пунктам Устава (то есть фактически было исполнено решение суда первой инстанции).

Об указанном обстоятельстве не было сообщено суду апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы на решение от 28.06.2022.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений. 

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает необходимым отменить постановление суда апелляционной инстанции с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 по делу № А07-31780/2021 Арбитражного суда Республики Башкортостан отменить.

Решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2022 по тому же делу оставить в силе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

 

СудьиС.Н. Соловцов 

 

Ю.А. Оденцова