﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 декабря 2020 года

Дело №

А42-2232/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Зарочинцевой Е.В., Тарасюка И.М.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Мурманск  Фармация» представителя Коновалова А.А. (доверенность от 15.05.2020), 

рассмотрев 15.12.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мурманск Фармация» на определение Арбитражного суда Мурманской области от 01.06.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2020 по делу № А42-2232/2018,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 23.03.2018 принято к производству заявление о признании акционерного общества «Фармация», адрес: 183034, г. Мурманск, Домостроительная ул., д. 2, оф. 304, ОГРН 1025100845384, ИНН 5100000042 (далее – Общество), несостоятельным (банкротом) и возбуждено производство по делу.

Определением от 11.07.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Дидин Алексей Владимирович.

Решением от 15.04.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Дидин А.В.

В рамках дела о банкротстве Общества Дидин А.В. 16.09.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), просил признать недействительной сделкой акт от 12.04.2017 зачета взаимных требований должника с обществом с ограниченной ответственностью «Мурманск Фармация», адрес: 183017, г. Мурманск, ул. Полины Осипенко, д. 14А, ОГРН 1165190058505, ИНН 5190062241 (далее – Компания), и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления дебиторской задолженности Компании перед Обществом на общую сумму 900 000 руб. Определением от 23.10.2019 заявление принято к производству с присвоением обособленному спору номера А42-2232/2018-11.

Также конкурсный управляющий 06.02.2020 обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделкой акт от 06.03.2017 зачета взаимных требований должника с Компанией и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления дебиторской задолженности Компании перед Обществом на общую сумму 900 000 руб. Определением от 20.02.2020 заявление принято к производству с присвоением обособленному спору номера А42-2232/2018-12.

Определением от 16.03.2020 указанные обособленные споры объединены в порядке статьи 130 АПК РФ в одно производство с присвоением номера А42-2232/2018-11.

Определением от 01.06.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда 17.09.2020, акты зачета от 06.03.2017 и от 12.04.2017 признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности сделок в виде восстановления задолженности Компании перед Обществом на сумму 900 000 руб. по договору купли-продажи от 01.02.2017 б/н, а также восстановления задолженности Общества перед Компанией на общую сумму 1 642 993,50 руб., из которых 874 993,50 руб. – по договору уступки права требования от 16.12.2016 № 08-12/16, 768 000 руб. – по соглашению от 19.01.2017 б/н.

Названным определением от 01.06.2020 также выделен в отдельное производство вопрос о применении последствий недействительности сделки - акта зачета взаимных требований от 12.04.2017 б/н в части обязания Общества вернуть Компании ноутбук «Dell Allien» 17 R4 с присвоением обособленному спору номера А42-2232/2018-16.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит отменить определение от 01.06.2020 и постановление от 17.09.2020 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления Дидина А.В. 

Податель жалобы указывает на то, что оспариваемые сделки были совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности сторон, сторонами получено равноценное встречное исполнение, совершение оспариваемых сделок не повлекло причинения вреда имущественным правам кредиторов Общества. 

В отзывах, поступивших в суд 15.12.2020 в электронном виде, Дидин А.В. и Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России) против удовлетворения кассационной жалобы возражают, просят суд оставить оспариваемые судебные акты без изменения. ФНС России также просит рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие ее представителя. 

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы кассационной жалобы.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 АПК РФ надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между Обществом и Компанией 19.01.2017 заключено соглашение о проведении ремонтных работ в нежилом помещении площадью 129,6 кв.м, расположенном по адресу: г. Полярный, ул. Сивко, д. 6 (далее – помещение).

Также между Обществом (продавцом) и Компанией (покупателем) заключен договор купли-продажи от 01.02.2017 названного помещения по цене 900 000 руб. Порядок оплаты согласован в безналичной форме путем перевода денежных средств с расчетного счета покупателя на расчетный счет продавца.

Сторонами подписан акт зачета взаимных требований от 06.03.2017, в соответствии с которыми задолженность Общества перед Компанией на сумму 1 642 993,50 руб. (874 993,50 руб. по договору от 16.12.2016 № 08-12/16, 768 000 руб. – по соглашению от 19.01.2017 б/н) засчитывается в счет погашения задолженности Компании перед Обществом на сумму 900 000 руб. по договору купли-продажи от 01.02.2017 при условии проведения между сторонами зачета взаимных требований на 768 000 руб. по соглашению от 19.01.2017, прохождении договором купли-продажи от 01.02.2017 б/н государственной регистрации.

Переход права собственности по Договору от 01.02.2017 зарегистрирован в установленном законом порядке 22.06.2017.

Во исполнение пункта 3.1. акта зачета взаимных требований от 06.03.2017 б/н между сторонами подписан акт зачета взаимных требований от 12.04.2017 б/н, в соответствии с которым задолженность Общества перед Компанией на сумму 768 000 руб. по соглашению от 19.01.2017 б/н засчитывается в счет погашения задолженности Компании перед Обществом на сумму 900 000 руб. по договору купли-продажи от 01.02.2017 б/н при условии передачи Компанией Обществу ноутбука, стоимость которого оценена сторонами в 132 000 руб., то есть разница между величиной 900 000 руб. и величиной 768 000 руб.

В качестве приложения к акту зачета взаимных требований от 06.03.2017 б/н сторонами подписан акт приема-передачи ноутбука от 12.04.2017 б/н.

Ссылаясь на то, что оспариваемые акты зачета взаимных требований от 06.03.2017, от 12.04.2017 совершены в период подозрительности, с заинтересованным лицом - Компанией, созданной 20.07.2016 в результате реорганизации Общества, которое на момент подписания актов уже обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов Общества путем уменьшения активов должника, конкурсный управляющий Обществом Дидин А.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании названных актов зачета недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

Суд первой инстанции, установив наличие совокупности условий для признания актов зачета недействительными, удовлетворил заявленное требование. 

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 17.09.2020 оставил определение от 01.06.2020 без изменения. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Согласно пункту 3 указанной статьи правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 указанного Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку оспариваемые сделки совершены должником 06.03.2017 и 12.04.2017, в то время как заявление о признании его банкротом принято к производству определением суда от 23.03.2018, суды первой и апелляционной инстанций правильно установили факт совершения сделок в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом сделка по зачету требований, оформленная актом от 12.04.2017 также подпадает под действие положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пунктах 5, 6 и 7 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Делая вывод о наличии у Компании цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинении такого вреда, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что на момент совершения оспариваемой сделки Общество отвечало признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица.

Судами установлены и подробно изложены фактические обстоятельства, подтверждающие аффилированность Общества и Компании. 

Как правильно установлено судами, председатель совета директоров Общества Захрабеков Э.З. на дату совершения оспариваемых сделок являлся единственным участником Компании; член совета директоров Общества Данилов Г.Г. на дату совершения оспариваемых сделок являлся директором Компании, в том числе, от его имени подписаны оспариваемые конкурсным управляющим сделки; по состоянию на текущую дату директором Компании является другой член совета директоров Общества Антонова С.А.

Юридический адрес Компании до 31.01.2017 совпадал с юридическим адресом Общества, а 31.01.2017, непосредственно перед совершением оспариваемых сделок юридический адрес Общества был изменен,.

Кассационная жалоба не содержит доводов относительно вывода судов о наличии аффилированности сторон оспариваемых сделок 

Кроме того, на даты совершения оспариваемых сделок Общество отвечало признаку неплатежеспособности, поскольку по состоянию на март - апрель 2017 года у Общества имелась просроченная более трех месяцев задолженность в размере 3 197 035,40 руб. перед обществом с ограниченной ответственностью «СИА-интернейшнл - Санкт-Петербург», требование которого включено в реестр требований кредиторов Общества (далее - Реестр) определением от 09.09.2019, а также недоимка по налогу на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) за 2016 год в размере 158 849 руб. перед ФНС России, требование которой включено в Реестр определением от 15.07.2019.

Судами первой и апелляционной инстанций учтена правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013, согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

При этом доводы Компании о том, что обязанность по уплате налогов возникла на стороне Общества только после вынесения налоговым органом решения о доначислении этих налогов, основаны на неправильном толковании норм права. В частности, такой подход противоречит налоговому законодательству. По смыслу пункта 1 статьи 38, пункта 1 статьи 44, пункта 1 статьи 55 Налогового кодекса Российской Федерации обязанность по уплате налога возникает у налогоплательщика в момент, когда сформирована налоговая база применительно к налоговому (отчетному) периоду исходя из совокупности финансово-хозяйственных операций или иных фактов, имеющих значение для налогообложения.

Налоговые периоды, по которым выявлена недоимка, пришелся на 2016 год. Таким образом, на день совершения оспариваемых сделок на стороне Общества уже была сформирована налоговая база и возникла обязанность по уплате сумм НДФЛ.

Исходя из изложенных обстоятельств, судами правильно установлено, что должник на момент совершения оспариваемых сделок отвечал признакам неплатежеспособности, так как, помимо прочего, прекратил исполнение денежного обязательства перед налоговым органом в связи с недостаточностью денежных средств. Оснований полагать, что Компания, с учетом ее аффилированности, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, не знала о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, не имеется.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции признает обоснованным вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что имущественным правам кредиторов Общества был причинен вред в результате совершения оспариваемых сделок, по которым должником произведен зачет требований, чем уменьшен объем конкурсной массы должника, приведший к фактической утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам Общества за счет его имущества.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в совокупности, руководствуясь вышеназванными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, а также учитывая конкретные обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций правомерно удовлетворили заявленные требования, признав оспариваемые сделки недействительными и применив последствия их недействительности.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права. 

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 01.06.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2020 по делу № А42-2232/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мурманск Фармация» - без удовлетворения.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

Е.В. Зарочинцева

И.М. Тарасюк