Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6538/2022

01 февраля 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года. 

Полный текст  постановления изготовлен 01 февраля 2023 года.

 

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                  Гричановской Е.В.

судей                                                  Ротаря С.Б., Самар Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в судебном заседании принимали участие: от ФИО2: ФИО3, по доверенности от 11.05.2022; от арбитражного управляющего ФИО4: ФИО5, по доверенности от 01.12.2022, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 19.10.2022 по делу № А73-2092/2020 по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8 Чжиган к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 9 738 093 руб., по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Союз ресурсов» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» 13.02.2020 обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Союз ресурсов» несостоятельным (банкротом). Определением от 17.02.2020 заявление кредитора принято к производству. Определением от 04.06.2020 в отношении ООО «Союз ресурсов» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4 Решением от 25.12.2020 (резолютивная часть от 24.12.2020) ООО «Союз ресурсов» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 

Конкурсный управляющий 15.07.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8 Чжиган по обязательствам должника и о взыскании 1 215 5976,89 руб.                     в порядке субсидиарной ответственности (с учетом уточнения от 12.09.2021). 

Определением от 17.03.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 19.07.2022 определение от 17.03.2022 и постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Хабаровского края. 

По указанию суда кассационной инстанции при новом рассмотрении дела необходимо исследовать обстоятельства ведения должником хозяйственной деятельности, не передачи документов сменявшимися руководителями друг другу и в то же время имеющимися в наличии у одного из них; в зависимости от этого оценить, насколько бы передача документов каждым из последовательно сменявших другу друга контролирующих должника лиц повлияла на возможность формирования конкурсной массы; дать оценку документам, представленным ФИО2 в обоснование своих возражений; исследовать обстоятельства расходования ответчиками ФИО2 и ФИО6 полученных под отчет денежных средств без составления оправдательных документов в спорной части в интересах должника; при наличии условий для привлечения контролирующих должника лиц (лиц) к ответственности, определить размер этой ответственности. 

При новом рассмотрении обособленного спора представитель должника поддержал заявление по изложенным в нём доводам, ссылаясь на неисполнение ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее июня 2016 года, причинение должнику убытков путем вывода денежных средств и неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов хозяйственной деятельности. 

Представитель ФИО2 просил отказать в удовлетворении требований к названному ответчику. Иные участвующие в дела лица в судебное заседание не явились, отзывы на заявление конкурсного управляющего не представили, в том числе не представили пояснения об обстоятельствах ведения должником хозяйственной деятельности. 

Определением суда от 19.10.2022  ФИО2, ФИО6 и ФИО8 Чжиган привлечены солидарно к субсидиарной ответственности                       по обязательствам ООО «Союз ресурсов», с них взыскано в пользу должника  солидарно 10 335 610, 66 руб.

Не согласившись с  принятым судебным актом от 19.10.2022, ФИО2 просит определение суда отменить,  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать. Не представление  документов контролирующими должника лицами не  привело к существенным нарушениям процедуры банкротства,  конкурсным управляющим не доказано, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяло ему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных  им  сделок. Не представлено доказательств, что допущенные ФИО2 нарушения явились необходимой причиной  банкротства ООО «Союз ресурсов». Так, ФИО2 представлены авансовые  отчеты, оригиналы которых приобщены  к материалам  дела. Пороки в указанных документах не существенные,  поскольку информация о покупателе не является  обязательным условием (Закон № 54-ФЗ). Согласно авансовым отчетам от 25.03.2016 на сумму  2 млн. руб.  и от 30.03.2016 на сумму 500 тыс. руб. выданные  под  отчет денежные  средства расходованы  директором на покупку  валюты во исполнение обязательств  по  международному контракту, предварительно внесенные на его личный счет в ПАО «МДМБанк». В подтверждение  им представлены в дело - проект контракта от 01.06.2015 № SHJM2015-10, коносамент, спецификация,  инвойс, манифест экспортного  груза. Всего оправдательных авансовых отчетов  ФИО2 передано на сумму  9 710 875,76  руб. Недобросовестным поведение ФИО2 в ходе рассмотрения настоящего дела нельзя признать, поскольку  им приняты  меры к розыску документов и предоставлении  суду. Отчеты о финансовом состоянии ООО «Союз ресурсов» за 2016 г. позволяют признать наличие положительной динамики результатов хозяйственной деятельности должника  в период прекращения  полномочий  ФИО2 после передачи полномочий руководителя другому директору общество несколько лет  осуществляло деятельность.  Возникшие неблагоприятные последствия сами по  себе не свидетельствуют о неразумности или недобросовестности действий ФИО2, в данном случае возможен рисковый  характер предпринимательской деятельности. Действия ФИО2 не выходили за пределы обычного делового  (предпринимательского) риска. При проведении  судебной экспертизы  степень вины ФИО2 экспертом могла быть установлена, однако в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы  было отказано. Кроме того, ФИО2 не может быть привлечен к  ответственности солидарной на сумму  1 124 077,20  руб., поскольку его  полномочия истекли 20.09.2016,  а обязательство по возврату неосновательного  обогащения возникло только  20.11.2017.

В письменном отзыве конкурсный  управляющий ООО «Союз ресурсов» просит определение суда оставить  без  изменения,   апелляционную жалобу -  без  удовлетворения. 

В судебном заседании 15.12.2023 и 25.01.2023 представитель  заявителя жалобы настаивал на отмене  судебного  акта, представитель  конкурсного управляющего просил в удовлетворении  апелляционной  жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей не обеспечили.

Повторно разрешая спор, суд апелляционной инстанции по результатам изучения материалов дела и доводов апелляционной жалобы  не установил оснований для отмены обжалованного судебного акта.

Как следует из материалов дела, при анализе выписки по расчетному счету должника установлено, что под отчет руководителю должника ФИО2 в период с 04.06.2015 по 31.08.2016 выданы с расчетного  счета общества  денежные средства в общей сумме   23 400 000 руб., возвращено 11 991 000 руб. Оправдательные документы на сумму 11 409 000 руб. не представлены. 

Следующему директору ФИО6, исполнявшему обязанности с 21.09.2016 по 28.03.2017  под отчет также выданы денежные средства должника в сумме  1 300 000руб. (11.11.2016 – 800 000 руб., 15.12.2016 – 500 000 руб.), документы, подтверждающие расходование этих денежных средств на нужды должника конкурсному управляющему не переданы. 

Последний руководитель должника ФИО7 определением суда от 19.11.2020 признан  номинальным руководителем, однако обязан  нести  солидарную ответственность наравне с предшествующими руководителями. 

ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в размере                             6 535 043,86 руб. по обязательству  должника в пользу ООО «Корпоративный управляющий» из договора новации от 28.07.2016, а также  по обязательству по возврату неосновательного обогащения в пользу ООО «Хабаровская промышленная компания» в размере 1 124 077,20 руб. 

Кроме того, бывшими руководителями и единственным учредителем должника ФИО8 Чжиган не исполнена обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в июне 2016 года, поскольку неплатежеспособность общества наступила в период с февраля по май 2016 года.  ФИО8 Чжиган подлежит привлечению к субсидиарной ответственности солидарно с бывшими руководителями должника в размере 1 124 077,20 руб.

Ссылаясь на указанные  обстоятельства,  конкурсный  управляющий  обратился в  арбитражный  суд с настоящим  заявлением.

Суд первой инстанции, принимая решение  о привлечении  ФИО2, ФИО6 и ФИО8 Чжиган солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Союз ресурсов» в размере 10 335 610, 66 руб., руководствовался следующим.

Согласно ч. 1 ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

Согласно п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ. 

Из материалов дела следует, что гражданин ФИО2 являлся директором ООО «Союз ресурсов» в период с 06.07.2012 по 20.09.2016, ФИО6 –                          с 21.09.2016 по 28.03.2017. ФИО7 с 29.03.2017 и до открытия конкурсного производства. 

ФИО8 Чжиган является участником ООО «Союз ресурсов» с 11.07.2013; в спорный период с 20.11.2013 по 25.07.2016 ей принадлежало 15% уставного капитала общества, а в период с 26.07.2016 по 12.12.2016 она являлась единственным участником, контролирующим должника лицом. 

Пункт 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусматривает презумпцию, согласно которой если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

При этом пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона (подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве); документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

В п.24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53) разъяснено, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть указанные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

Судом исследован  и установлен факт неисполнения обязанности  бывшими руководителями по передаче конкурсному  управляющему  документов  общества. Учредитель ФИО8 Чжиган, зная об отсутствии руководителя, не истребовала документы должника от прежних директоров, не приняла меры по их восстановлению для передачи конкурсному управляющему.

В п. 24 Постановления №53 разъяснено, что сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. 

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к ст. 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

Поскольку единственный участник должника ФИО8 Чжиган фактически самоустранилась от руководства деятельностью должника, тем более при наличии сведений о значительной кредиторской задолженности, и от контроля в отсутствие руководителя, назначение которого входило в её полномочия, она наряду с бывшими директорами ФИО2 и ФИО6 привлечена к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ст.61.11 Закона о банкротстве за отсутствие бухгалтерской и иной документации должника. 

Оправдательные документы, подтверждающие расходование ФИО2 и ФИО6 полученных под отчет денежных средств на нужды должника арбитражному управляющему  не  были  предоставлены.

 К доводам ФИО2 о том, что авансовые отчеты, подтверждающие расходование полученных им под отчет денежных средств, найдены им на производственной базе (по адресу: 

<

...>), которую ранее использовал должник, суд отнесся  критически. Указанные  обстоятельства суд признал как доказательство неисполнения обязанности по передаче указанных  документов следующему директору; акт приема-передачи в материалы дела не представлен. 

Представленные ФИО2 документы в суд  первой  инстанции,  суд оценил в соответствии со ст. 71  АПК РФ и пришел к выводу,  что товарный чек от 27.11.2015 на 720 руб., приложенный к авансовому отчету от 30.11.2015 №30, фактически отсутствует в указанном авансовом отчете; в товарной накладной от 27.10.2015 №1123 на 22 7750 руб. (к авансовому отчету от 31.10.2015 №29) не указан покупатель (плательщик) и вместе с тем в квитанции к приходному кассовому ордеру от 27.10.2015 №323/15 содержится отметка о принятии денежных средств от физического лица, а слова «ООО «Союз ресурсов» дописаны карандашом; покупателями по товарному чеку от 04.09.2015 №6563 на 226.452 руб.(к авансовому отчету от 08.09.2015 №24), товарному чеку от 07.09.2015 №143 на 111.200 руб. (к авансовому отчету от 07.09.2015 №23) является не должник, а иное лицо («частное лицо»), в квитанции к приходному кассовому ордеру от 07.09.2015 №226 на 111 200 руб. имеется дописка карандашом; аналогичным образом должник не указан в качестве покупателя в товарных чеках от 22.07.2015 №8712 на 4290 руб., от 09.07.2015 №ЦБ-15757 на 12024 руб., от 09.07.2015 №ЦБ-15755 на 11862 рубля, от 09.07.2015 №8016 на 30 110 рублей, копии чека от 16.06.2015 на 660 руб.; в квитанции к приходному кассовому ордеру от 02.10.2015 №111 на 50 000 руб. (к авансовому отчету от 07.10.2015 №330) указано на получение денежных средств от физического лица; авансовый отчет от 02.09.2015 №279 на 503 000 руб. представлен без подтверждающих документов; расписка от имени ФИО9 от 22.07.2015 на 581 000 руб.  (к авансовому отчету от 22.07.2015 №211 не является доказательством расходования денежных средств на нужды должника (на получение разрешений на использование иностранных работников), как и квитанция ИП ФИО10 (такси) на 1000 руб.; приходный кассовый ордер от 24.05.2016 №8 на 1 848,84 руб. (к авансовому отчету от 24.05.2016) подтверждает оплату услуг за ведение счета не должника, а иного лица (ООО «Строитель»). 

Доводы апеллянта о том, что пороки в указанных документах не существенные,  поскольку информация о покупателе не является  обязательным условием согласно Федеральному закону от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в Российской Федерации», не опровергают выводы  суда о том, что представленные  документы не  подтверждают расходование средств на  нужды должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что согласно авансовым отчетам от 25.03.2016 на сумму  2 млн. руб.  и от 30.03.2016 на сумму 500 тыс. руб. выданные  под  отчет денежные  средства расходованы  на покупку  валюты во исполнение обязательств  по  международному контракту, предварительно внесенные на его личный счет в ПАО «МДМБанк». В подтверждение  им представлен проект контракта от 01.06.2015 № SHJM2015-10, коносамент, спецификация,  инвойс, манифест экспортного  груза. 

Между тем, наличие счетов в ПАО «МДМ-Банк» ответчиком не подтверждено, приобретение  им валюты  и  расчеты по контракту за счет подотчетных средств не доказано. 

Таким образом, из полученных ФИО2 под отчет 11 409 000 руб. отсутствуют доказательства расходования на нужды должника денежных средств в общей сумме 4 261 916,64 руб. 

По последнему авансовому отчету от 31.12.2015 №31 за ФИО2 числится остаток подотчетных денежных средств в сумме 4 706 422,73 руб., оправдательные документы на указанную сумму  не  представлены.

Суд оценивает доказательства исходя из требований чч. 1, 2 ст. 71 АПК РФ, при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (ч. 7 ст. 71, п. 2 ч. 4 ст. 170 АПК РФ).

Суд первой инстанции вопреки доводам  ФИО2  оценил представленные им  доказательства, дал надлежащую оценку. Суд апелляционной  инстанции с   выводами  суда согласен.

Несогласие ФИО2 с оценкой суда представленных им документов не  является основанием  для  признания его возражений  обоснованными. Обнаружение им документов  в гараже  только после  предъявления к нему  требований о привлечении к  ответственности по  обязательствам  должника вызывает сомнение в добросовестности.

Как указано непредставление первичных документов, подтверждающих обоснованность выдачи денежных средств, привело к отсутствию возможности формирования конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов. 

Доводы  ФИО2 о том, что он не может быть привлечен к  ответственности на сумму  1 124 077,20  руб., поскольку его  полномочия истекли 20.09.2016,  а обязательство по возврату неосновательного  обогащения возникло только  20.11.2017, не принимаются, учитывая обстоятельства, установленные при рассмотрении дела №А73-1088/2019.

В п. 2 Постановления №53 разъяснено, что при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда. 

При определении соотношения требований о взыскании убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (п. 1 ст. 6, абз. первый п.1 ст. 394 ГК РФ). 

Таким образом, в случае, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, то есть убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности. 

При этом целью взыскания как убытков, так и субсидиарной ответственности является восстановление прав кредиторов должника, нарушенных в результате неправомерных действий контролирующих лиц. 

При рассмотрении обособленного спора суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения бывших директоров ФИО2 и ФИО6 к субсидиарной ответственности, размер которой в данном случае превышает размер причиненных должнику убытков. 

По правилу п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

По пояснениям представителя должника в судебном заседании все иные мероприятия по пополнению конкурсной массы в настоящее время завершены, перспективы её пополнения отсутствуют. Доказательства расходования ФИО6 на нужды должника денежных средств в сумме 1 300 000 руб. не представлены.

С учетом общего размера реестра требований кредиторов (9 738 093 руб.) и размера непогашенных текущих требований конкурсного управляющего (597 517,66 руб. в соответствии с отчетом от 01.07.2022) размер субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО6 и ФИО8 Чжиган определен в размере  10 335 610,66 руб. 

В остальной части заявления конкурсному управляющему отказано.

Приведенные в апелляционной жалобе ФИО2  доводы о недоказанности, что допущенные им нарушения явились необходимой причиной банкротства ООО «Союз ресурсов» необоснованные, поскольку полученные с расчетного счета денежные средства им и Лапушанским сопоставимы с размером требований, включенных в реестр требований кредиторов должника. 

По правилу п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В результате вывода денежных средств с расчетного счета должника весной 2016 года должник перестал рассчитываться по текущим обязательствам и стал отвечать признакам банкротства, что подтверждается следующими обстоятельствами. 

23.03.2016 в Арбитражный суд Хабаровского края подано исковое заявление ООО «Строительное управление 107» о взыскании с ООО «Союз ресурсов» 113 216, 21 руб. задолженности по арендной плате, 189 255 руб. убытков, 42 345,94 руб. неустойки и 650 000 руб. пени. Производство по делу №А73-3849/2016 прекращено определением от 26.05.2016 по причине отказа истца от иска. Решением от 12.08.2016 по делу №А73-7831/2016 с ООО «Союз ресурсов» в пользу «ПСК-Дальний Восток» взыскано 674 309,87 руб. (задолженность сложилась за период с 10.03.2016 по 03.05.2016), пени в сумме 1 283,39 руб., стоимость оборудования, не подлежащего восстановлению, в размере                       197 422 руб., стоимость ремонтных работ в размере 1 455 руб., всего 874 470,26 руб. 

Решением от 25.10.2016 по делу №А73-11480/2016 с должника в пользу ООО «Стройкомплекс» взыскан долг в размере 2 212 335 руб., неустойка в сумме 61 656,48 руб. Задолженность сформировалась по договору поставки от 15.01.2016 №6/Б-2016 за товар, переданный должнику в апреле 2016 года, а также по договору возмездного оказания услуг от 15.01.2015 №1/У-2016 за услуги, оказанные в феврале и марте 2016 года. 

Решением от 25.04.2017 по делу №А73-1120/2017 с должника в пользу ООО «Стройиндустрия» взыскан основной долг по договору субподряда от 24.03.2016 №5/2016/03-24 в размере 1 531 758руб., неустойка за нарушение срока оплаты в сумме 100 000 руб., основной долг по договору о предоставлении услуг специальной строительной техники от 10.06.2015 в сумме 391 000руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 22 985,41 руб. Указанная задолженность сформировалась в апреле и мае 2016 года. Судебным актом также установлено, что письмом от 08.11.2016 ООО «Союз ресурсов» в счет погашения задолженности предлагало ООО «Стройиндустрия» исполнить свои обязательства путем передачи строительных материалов, что свидетельствует об отсутствии у должника денежных средств. 

Таким образом, начиная с февраля 2016 года должник перестал своевременно рассчитываться с контрагентами и начал накапливать кредиторскую задолженность, что свидетельствует о наличии признаков углубляющегося финансового кризиса; в результате совершения руководителями должника ФИО2 и ФИО6 действий по выводу денежных средств в общей сумме 12 709 000руб. должник в период с февраля по май 2016 года стал отвечать признакам неплатежеспособности, в результате чего впоследствии стало невозможным удовлетворение требований кредиторов.

Доводы ФИО2 о том, что согласно бухгалтерской отчетности за 2015 и 2016 годы должник имел положительную динамику и имел существенную чистую прибыль и его  действия не привели к  банкротству  должника не нашли подтверждения, учитывая, что следующий директор Лапушанский руководил предприятием полгода, а ФИО7 признан номинальным  директором.

По состоянию  на 31.12.2017 у должника имелись активы стоимостью 64013 тыс. руб., а по состоянию на 31.12.2019 каких-либо активов у общества уже не имелось. Таким образом принимая во внимание факт ведения должником хозяйственной деятельности и исполнение функций подрядчика строительства гостиницы по ул.Карла Маркса, 101 в г.Хабаровске, в случае исполнения руководителем обязанности по передаче конкурсному управляющему всей документации должника могла быть установлена возможность формирования конкурсной массы по результатам анализа движения активов, совершения сделок и оценки решений органов управления. 

ФИО2 не передал документы общества, в том числе договоры и иные документы по отчуждению имущества, следующему директору ФИО6

ФИО6 не истребовал их у ФИО2 и не исполнил обязанность по передаче либо ФИО7, либо участнику общества (с учетом номинального характера руководства ФИО7), что не позволило конкурсному управляющему  иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных  должником  сделок.

Указанные  обстоятельства  существенным образом отразились на формировании конкурсной массы должника.

В связи с чем, доводы ФИО2 о том, что не представление  документов контролирующими должника лицами не  привело к существенным нарушениям процедуры банкротства, подлежат отклонению.

Отклоняя ходатайство ФИО2 об отложении судебного заседания для  подготовки ходатайства о проведении экспертного анализа финансового состояния должника и определения степени влияния ответчиков на деятельность должника и их вины в наступлении банкротства, суд первой инстанции указал, что для разрешения поставленных ответчиком вопросов не требуется специальных экспертных знаний; исходя из содержания норм главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установление связи действий (бездействия) контролирующих должника лиц и наступления банкротства относится к компетенции арбитражного суда. 

По смыслу указанной нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела.

В данном случае таких обстоятельств суд не  установил, что не  является  безусловным  основанием  для  отмены судебного  акта.

С учетом изложенного у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания для несогласия с вышеперечисленными выводами суда первой инстанции, сделанными на основе надлежащей правовой оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств и установленных фактических обстоятельств.

При изложенных обстоятельствах, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным и не подлежит отмене ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 19.10.2022 по делу                    № А73-2092/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

С.Б. Ротарь

 

Л.В. Самар