ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-7345/2016

г. Киров

12 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена11 февраля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 февраля 2019 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сандалова В.Г.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего ФИО3, действующей на основании доверенности от 27.09.2018,

представителя кредитора (ООО «НОВАТЭК-Кострома») ФИО4, действующего на основании доверенности от 29.12.2018,

представителя Департамента ФИО5, действующей на основании доверенности от 02.08.2018,

представителя Администрации ФИО6, действующего на основании доверенности от 24.12.2018,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего государственным предприятием Костромской области «Мотордеталь» ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Файерс Гранд»

на определение Арбитражного суда Костромской области от 19.11.2018 по делу № А31-7345/2016, принятое судом в составе судьи Иванова Е.В.,

по заявлению конкурсного управляющего государственным предприятием Костромской области «Мотордеталь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО7

к Костромской области в лице Администрации Костромской области,

к бывшим руководителям должника ФИО8, ФИО9, ФИО10,

третье лицо – Департамент финансов Костромской области,

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) государственного предприятия Костромской области «Мотордеталь» (далее – ГП «Мотордеталь», должник) в Арбитражный суд Костромской области обратился конкурсный управляющий ФИО7 с заявлением о привлечении Костромской области в лице Администрации Костромской области (далее – Администрация, ответчик 1) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ГП «Мотордеталь», вынесении определения, содержащего в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения Костромской области в лице Администрации Костромской области к субсидиарной ответственности, и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами, либо до окончания рассмотрения требований кредиторов.

Определением от 22.05.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Департамент финансов Костромской области (далее – Департамент финансов, третье лицо).

Определением от 14.08.2018 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены бывшие руководители ГП «Мотордеталь» ФИО8 (далее – ответчик 2), ФИО9 (далее – ответчик 3), ФИО10 (далее – ответчик 4).

Определением Арбитражного суда Костромской области от 19.11.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий ГП «Мотордеталь» ФИО7, конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Файерс Гранд» (далее – общество «Файерс Гранд», кредитор) с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить определение суда от 19.11.2018 и принять новый судебный акт, в котором привлечь к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ГП «Мотордеталь» Костромскую область в лице Администрации Костромской области, бывших руководителей ГП «Мотордеталь» ФИО8, ФИО9, ФИО10

По мнению конкурсного управляющего, определение является незаконным и необоснованным как вынесенное в условиях недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, а также с нарушением норм материального и процессуального права. В обоснование доводов по жалобе конкурсный управляющий указал на то, что в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ГП «Мотордеталь» ФИО8, ФИО9 и ФИО10 конкурсный управляющий ссылался на неисполнение указанными лицами обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о банкротстве ГП «Мотордеталь», возложенной на них пунктом 1 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Ответчиками никаких доказательств наличия экономически обоснованного плана преодоления финансовых затруднений не представлено, финансовые показатели деятельности, в том числе поступление денежных средств и направление их на расчеты с трудовым коллективом, бюджетом, а также на погашение задолженности перед поставщиками коммунальных ресурсов, не подтверждены документально, а указанные доводы являются голословными. Актами Департамента финансового контроля Костромской области № 02-01/88 от 16.09.2013 и № 02-01/121 от 23.12.2013, приобщенными в материалы дела конкурсным управляющим, подтверждено наличие предбанкротного состояния ГП «Мотордеталь» (например, стр. II, 19, 40 Акта от 16.09.2013). Доказательств того, что после их вынесения, то есть в 2014-2016гг., кризисная ситуация на предприятии была преодолена, в материалах дела не имеется, таким образам, обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника сохранялась также и при последующих руководителях ФИО9 и ФИО10 Более того, реестром требований кредиторов ГП «Мотордеталь» подтверждается, что объем неисполненных должником обязательств в совокупности составляет 102 724 791,87 руб., при наличии требований, учтенных за реестром. При этом срок возникновения неисполненных требований начался с 2012 года, в большинстве своего объема пришелся на 2014-2016гг. Считает, что обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла в связи с вынесением постановления Второго арбитражного апелляционного суда по делу № А31-931/2013 от 07.06.2013 об оставлении без изменения решения Арбитражного суда Костромской области от 02.04.2013 о взыскании в пользу ООО «НОВАТЭК-Кострома» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 16 767 874,57 руб. задолженности по оплате поставленного природного газа. Судом первой инстанции не учтено, что неисполнение обязанности по подаче соответствующего заявления о банкротстве должника, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», является длящимся правонарушением, с даты, определенной конкурсным управляющим (07.07.2013) и вплоть до момента обращения кредитора с соответствующим заявлением в суд, которое совершалось несколькими руководителями, последовательно сменившими друг друга. Таким образом, считает, что суд не должен был ограничиваться исследованием 2012-2013гг., а исследовать и последующие периоды, в частности 2014-2015-2016гг. на предмет последующего неисполнения обязанности по подаче заявления о банкротстве. Вывод суда о заключении соглашения от 01.09.2013 о перемене лиц в обязательстве не было и не могло быть направлено на лишение предприятия последнего источника дохода, основан лишь на показаниях Администрации в отсутствие доказательной базы. Выводы суда о том, что расторжение договора аренды от 12.07.2014, заключенного между ГП «Мотордеталь» (арендатор) и ОАО «Мотордеталь» (арендодатель), не является действиями по изъятию имущества по смыслу данного термина, установленного главой 19 ГК РФ, также сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела. С 2013 года учредителем ГП «Мотордеталь» мер, направленных на ликвидацию или pеopганизацию предприятия, обладающего признаками несостоятельности (банкротства) и не ведущего более производственной деятельности, не принималось, что свидетельствует об уклонении (бездействии) от исполнения императивной обязанности, установленной пунктом 2 статьи 15 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях». Данные обстоятельства также были подтверждены представителем Администрации Костромской области в судебном заседании 19.07.2018. Учредитель должника не только не инициировал процедуру ликвидации ГП «Мотордеталь», но сознательно допустил возобновление финансово-хозяйственной деятельности должника в июле 2014 года, понимая бесперспективность таких действий, обрекших, в конечном итоге, предприятие на банкротство и невозможность исполнения обязательств перед кредиторами. Право на предъявление требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц впервые предоставляется конкурсному управляющему в ходе проведения процедуры конкурсного производства. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не предусматривает возможности подачи соответствующего заявления в ходе проведения процедуры наблюдения временным управляющим, поскольку в этот момент должник еще не признан банкротом. С учетом изложенного, ситуация, при которой срок исковой давности начинает течь раньше наступления срока возможности реализации права на подачу соответствующего заявления в суд является абсурдной, противоречит не только статье 195 ГК РФ, но и статье 46 Конституции РФ. В любом случае срок исковой давности для заявления требования о привлечении к субсидиарной ответственности не может начать течь раньше даты признания должника ГП «Мотордеталь» несостоятельным (банкротом). Конкурсный управляющий ГП «Мотордеталь» полагает, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ГП «Мотордеталь» лиц начал течь не ранее 17.05.2017, а потому не является пропущенным. В нарушение правил о порядке применения сроков исковой давности суд первой инстанции распространил действия заявления о применении последствий пропуска срока исковой давности на всех солидарных соответчиков в отсутствие аналогичных заявлений от ФИО9, ФИО10, что является нарушением норм материального и процессуального права.

По мнению общества «Файерс Гранд», суд первой инстанции применил закон, не подлежащий применению, пришел к выводам, не соответствующим обстоятельствам дела и не установил обстоятельства, имеющие значения для дела. В обоснование доводов по жалобе кредитор указал на то, что конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности 06.04.2018, то есть после 01.07.2017, в связи с чем рассмотрение настоящего заявления в силу прямого указания статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 должно производится по правилам главы III.2 - «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». Конкурсный управляющий обратился в пределах срока, установленного действующим законодательством. Администрация не наделила предприятие необходимым имуществом для осуществления целей, ради которых оно было создано, а то имущество, которое было закреплено за должником на праве хозяйственного ведения, в силу своего технического состояния не представлялось возможным использовать для осуществления деятельности, приносящей прибыль. Примечательно, что основной объем поступления денежных средств (доходная часть) ГП «Мотордеталь» складывалась именно за счет денежных средств, поступающих от потребителей тепловой энергии в счет оплаты услуг по передаче и распределению пара и горячей воды (тепловой энергии). Исключение на основании дополнительного соглашения от 14.10.2015 из имущественного комплекса объектов недвижимости и движимого имущества, представляющего собой оборудование котельной и необходимого для обеспечения тепловой энергией потребителей, в том числе населения г.Костромы, способствовало значительному ухудшению имущественного положения должника и предопределило наступление банкротства, поскольку сделало невозможным осуществление основной деятельности. Таким образом, собственник должника устранил его с рынка тепловой энергии и предопределил несостоятельность, поэтому действия Администрации нельзя считать добросовестными и разумными, соответствующим обычаям делового оборота. Выводы финансового анализа конкурсного управляющего, обязательного по закону и проводимого в соответствии с действующим законодательством, никто не оспорил и не опроверг. При исследовании доказательств, суд сослался на финансовое состояние должника лишь за 2012-2013гг., однако период деятельности за 2014-2016гг. не был изучен судом. ГП «Мотордеталь» в течение всего анализируемого периода не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. В связи с чем, баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами. При наличии признаков неплатежеспособности должника бывший генеральный директор и его правопреемники не предприняли мер по его финансовому оздоровлению, не обращались к учредителю с требованием о датировании, субсидировании предприятия, наделением его имуществом для осуществления основной деятельности. Обязанность обращения с заявлением о признании должника банкротом, предусмотренная статьей 9 ФЗ «О банкротстве», ими не была исполнена в соответствующие сроки, что является основанием для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Костромская область, в свою очередь, волюнтаристски устранила должника с рынка, не компенсировала убытки, предопределила ликвидацию должника и его банкротство.

Администрация, Департамент финансов, Департамент имущественных и земельных отношений Костромской области (далее – Департамент) в отзывах на апелляционные жалобы считают определение суда законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, а жалобы без удовлетворения.

ООО «НОВАТЭК-Кострома» в отзыве поддерживает доводы апелляционных жалоб, просит отменить определение суда от 19.11.2018 и удовлетворить заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционных жалоб к производству вынесены 13.12.2018, 28.12.2018 и размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 14.12.2018, 29.12.2018 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). На основании указанной нормы участвующие в обособленном споре лица надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, ООО «НОВАТЭК-Кострома», Администрации, Департамента имущественных и земельных отношений Костромской области, поддержали свои правовые позиции по доводам жалоб и возражений на них.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей указанных лиц по имеющимся материалам.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области от 19.11.2018 проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела, ГП «Мотордеталь» возникло в результате переименования областного государственного унитарного предприятия «Вохомская типография» в государственное предприятие Костромской области «Мотордеталь» на основании Постановления Администрации Костромской области от 27.04.2010 № 135-а. При этом пунктом 2 данного постановления определено, что предметом деятельности ГП «Мотордеталь» является деятельность по производству и реализации продукции производственно-технического назначения.

Согласно пунктам 4, 5 Устава ГП «Мотордеталь», утвержденного распоряжением Администрации Костромской области от 19.03.2013 № 54-ра, учредителем предприятия является Костромская область.

Согласно информации из ЕГРЮЛ с даты создания предприятия и до настоящего времени единственным учредителем (участником) ГП «Мотордеталь» является Департамент имущественных и земельных отношений Костромской области (ИНН 

<

***>), функции учредителя предприятия осуществляет Администрация Костромской области.

Руководителями ГП «Мотордеталь» являлись: ФИО8 с 27.03.2012 по 31.03.2015; ФИО9 с 01.04.2015 по 16.05.2016; ФИО10, и.о.генерального директора ГП «Мотордеталь» с 17.05.2016 по 13.03.2017.

Арбитражный суд Костромской области определением от 13.07.2016 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Полимер 1» возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ГП «Мотордеталь».

Определением Арбитражного суда Костромской области от 30.09.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения сроком до 23.01.2017, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 15.03.2017 ГП «Мотордеталь» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство сроком до 11.09.2017, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Посчитав, что учредитель ГП «Мотордеталь» – Администрация и бывшие руководители ФИО8, ФИО9, ФИО10 не позднее 13.07.2013 не исполнили обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) при обнаружении признаков его неплатежеспособности, а также Администрация не позднее 26.09.2013 должна была принять решение о ликвидации предприятия, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Ответчиками Администрацией, ФИО8 заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока на обращение в суд.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, Арбитражный суд Костромской области пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности учредителя должника и его руководителей за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом. Кроме того, заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц предъявлено в Арбитражный суд Костромской области за пределами установленного абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона № 127-ФЗ (в редакции Федерального закона от 23.07.2013 № 251-ФЗ) срока.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, и, заслушав представителей конкурсного управляющего, ООО «НОВАТЭК-Кострома», Администрации, Департамента имущественных и земельных отношений Костромской области, суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для отмены обжалуемого определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04 2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона     № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

С 30.07.2017 вступил в силу Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), которым статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и введена в действие глава III.2, предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона № 266-ФЗ.

Положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

В соответствии с частью 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий считает, что ответчики Администрация и бывшие руководители не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 13.07.2013, поскольку решение Арбитражного суда Костромской области по делу № A31-931/2013 от 02.04.2013 о взыскании с должника в пользу ООО «НОВАТЭК-Кострома» 16 767 874,57 руб. задолженности по оплате поставленного природного газа вступило в законную силу 07.06.2013, также учредитель ГП «Мотордеталь» – Администрация не позднее 26.09.2013 должна была принять решение о ликвидации предприятия.

Поскольку конкурсный управляющий связывает наступление обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом с датой 13.07.2013 (по истечении месячного срока с даты вступления в законную силу решения суда от 04.02.2013), то к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности, установленные пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013  № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), который вступил в законную силу со дня его официального опубликования - 30.06.2013.

Следовательно, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица. Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при одновременном наличии указанных в Законе о банкротстве условий: 1) возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона обстоятельств; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в обзоре Верховного Суда РФ № 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016), в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Конкурсный управляющий должником связывает обязанность по подаче руководителем ФИО8 заявления о признании предприятия банкротом с датой вступления в законную силу решения Арбитражного суда Костромской области по делу № A31-931/2013 от 02.04.2013, в соответствии с которым с должника в пользу ООО «НОВАТЭК-Кострома» взыскано 16 767 874,57 руб. задолженности по оплате поставленного природного газа.

В то же время возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует безусловно о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается имеющейся в материалах дела бухгалтерской отчетностью за 2012-2013 годы (Т.2, л.д.-138-149), что деятельность ГП КО «Мотордеталь» в 2012-2013 годах являлась прибыльной, генеральным директором ГП «Мотордеталь» ФИО8, так и его правопреемниками, начиная с 2012 года, велась активная работа, направленная на получение задолженности от потребителей коммунальных ресурсов, за счет средств которых подлежала погашению задолженность перед контрагентами; общая сумма денежных средств, поступивших на расчетный счет должника в 2011-2013 годах составила 1 088 583 769,15 руб.; все денежные средства направлены на исполнение денежных обязательств перед трудовым коллективом, бюджетом и контрагентами.

Надлежащие доказательства недостаточности имущества и неплатежеспособность должника по состоянию на 13.07.2013 конкурсным управляющим не представлены. Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения его руководителя к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Вышеназванное решение по делу № A31-931/2013 в дальнейшем должником исполнено.

Иных обстоятельств, свидетельствующих о возникновении обязанности руководителя по обращению в суд в указанный период, конкурсным управляющим не приведено.

Таким образом, материалами дела не подтверждено, что по состоянию на 13.07.2013 у руководителя предприятия ФИО8 возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом в силу пункта 15 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. По обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Учитывая изложенные нормы права и представленные в материалы дела доказательства, следует, что заявление в суд о признании должника банкротом должно было быть подано ФИО9 не позднее 01.05.2015, ФИО10 не позднее 17.06.2016.

В то же время конкурсный управляющий не подтвердил наличия совокупности условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, так как не указал конкретных дат, когда у каждого конкретно ответчика возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, и когда истек установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве срок для подачи соответствующего заявления в арбитражный суд для каждого бывшего руководителя.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

В силу обязанности доказывания обстоятельств согласно статье 65 АПК РФ конкурсный управляющий не представил достаточные доказательства в обоснование заявленного требования.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Также, конкурсный управляющий указывает, что основываясь на статье 9 Закона о банкротстве, в частности положения, касающиеся собственника имущества должника предусмотрены в абзаце втором пункта 3.1 данного закона, который гласит, что если в течение предусмотренного пунктом 2 данной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 данной статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Между тем, обязательство по подаче соответствующего заявления собственником имущества унитарного предприятия (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве) введено в Закон о банкротстве Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ и распространяет свою силу на отношения, возникшие с момента вступления в силу данных изменений, при этом эти изменения не имеют обратной силы.

Управляющий указывает в качестве основания субсидиарной ответственности собственника имущества должника - унитарного предприятия допущенное в 2013 году бездействие по обращению с заявлением о банкротстве предприятия.

Однако в соответствующий период времени субсидиарная ответственность за такое бездействие установлена не была.

Также конкурсный управляющий указывает в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности учредителя и руководителей должника невозможность удовлетворения требований кредиторов в результате:

- изъятия учредителем недвижимого и движимого имущества, используемого по договору аренды от 12.07.2014 № б/и для обеспечения тепловой энергией потребителей, в том числе населения г.Костромы;

- бездействия собственника, выразившегося в не наделении предприятия имуществом для ведения уставной деятельности, в неосуществлении надлежащего контроля за его деятельностью.

Согласно части 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Данная норма специального Закона соответствует пункту 3 статьи 56 ГК РФ, разъяснение по применению которого дано в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 6/8).

Пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно разъяснениям пункта 22 Постановления № 6/8 при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

По смыслу указанных правовых норм и разъяснений следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника.

По смыслу приведенных норм права ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. В связи с чем, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Судом первой инстанции установлено, что учредителем должника в рамках осуществления контроля его хозяйственной деятельности неоднократно и с установленной периодичностью проводились проверки, руководителю предприятия-должника давались указания и вносились предложения, направленные на восстановление платежеспособности предприятия.

Указанные выше действия учредителя должника привели к достижению существенных результатов, что, кроме прочего, подтверждается и самим конкурсным управляющим, который ссылаясь на акт Департамента финансового контроля Костромской области от 23.12.2013 № 02-01/121 указывает, что: «Предприятием снижена задолженность как дебиторская в 2,6 раза, так и кредиторская в 2,6 раза. При этом по состоянию на 31.10.2013 кредиторская задолженность превышает дебиторскую задолженность на 15 384 тыс.руб.».

Создание ГП «Мотордеталь» было вынужденной мерой, связанной с возбуждением дела № А31-1441/2010 о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Мотордеталь», направленной на сохранение коллектива предприятия и действующего производства, а также на недопущение роста социальной напряженности в городе Костроме (постановление Администрации Костромской области от 27.04.2010 № 135-а).

В целях осуществления уставной деятельности в течение 2010 года предприятие заключило с ОАО «Мотордеталь» ряд договоров аренды недвижимого и движимого имущества, необходимого предприятию для осуществления основной производственной деятельности - производство и реализация изделий цилиндропорщневой группы (далее – изделия ЦПГ), а также дополнительной - производство, передача и распределение пара и горячей воды (тепловой энергии).

Из анализа производственной деятельности предприятия следует, что предприятие в период 2011-2013 годы производило изделия ЦПГ, включая производство отливок, их термическую и механическую обработку, контроль на арендованных площадях и оборудовании. Производственная деятельность осуществлялась с получением прибыли, задолженность по обязательным платежам отсутствовала.

Судом первой инстанции установлено, что прекращение в 2013 году производственной деятельности предприятия по производству изделий ЦПГ связано с объективными, не зависящими от воли предприятия и учредителя обстоятельствами: конъюнктурой рынка, развитием технологий изготовления изделий ЦПГ, необходимостью финансовых затрат на модернизацию оборудования и т.п.

В связи с указанными обстоятельствами, предприятием с дальнейшим согласованием учредителя заключено соглашение от 01.09.2013 о перемене лиц в обязательстве по договору аренды имущества от 01.12.2011, заключенному предприятием и ОАО «Мотордеталь».

Данное соглашение не было и не могло быть направлено на лишение предприятия последнего источника дохода, поскольку заключено с целью оптимизации его финансового состояния и дало предприятию 17 000 000 руб. дохода в связи с совершением сделки на возмездной основе.

В связи с прекращением предприятием убыточной на тот момент времени деятельности, согласование учредителем соглашения от 01.09.2013 о перемене лиц в обязательстве не могло причинить значительный ущерб кредиторам в связи с невозможностью удовлетворения их требований.

Договор аренды между ОАО «Мотордеталь» и предприятием от 12.07.2014 б/н был заключен в целях обеспечения тепловой энергией значительной части Заволжского района г.Костромы. Причиной, послужившей основанием к его заключению стало прекращение в связи с истечением срока его действия ранее действовавшего договора аренды с аналогичным предметом аренды, заключенного между ОАО «Мотордеталь» и ОАО ТГК-2 и, как следствие, прекращение поставки тепловой энергии в адрес потребителей г.Костромы, в том числе населения и социальных учреждений, а также желание учредителя должника активизировать его производственную деятельность и улучшить его финансово-хозяйственные результаты, в том числе и в целях расчетов с кредиторами.

Значительная величина задолженности предприятия перед кредиторами связана с тем, что предприятие являлось владельцем теплогенерирующих мощностей в рамках договора аренды и в силу существовавшей в г.Костроме в тот период схемы теплоснабжения осуществляло поставку генерируемой тепловой энергии посредством ее продажи монопольному покупателю – обществу с ограниченной ответственностью «Костромская теплоэнергетическая компания» и образована в связи с неоплатой предприятию за поставляемую генерируемую тепловую энергию ее покупателем задолженности в сумме 48 150 259,54 руб. В отношении ООО «Костромская теплоэнергетическая компания» ведена процедура конкурсного производства (дело № А17-8633/2014). По данному делу предприятие включено в реестр требований кредиторов.

В такой ситуации, наряду с тем, что еще 16.07.2014 арендуемое должником в рамках договора аренды от 12.07.2014 № б/н имущество было передано ОАО «Мотордеталь» в муниципальную собственность г.Костромы на основании Решения Думы г.Костромы от 10.07.2014 № 124 «О принятии в муниципальную собственность города Костромы социально-значимого объекта имущественного комплекса котельной открытого акционерного общества «Костромской завод Мотордеталь», было принято решение о прекращении договора аренды от 12.07.2014 № б/н и возвращении имущества его собственнику – городскому округу город Кострома.

Поскольку Костромская область не являлась собственником имущества, находящегося в аренде у должника по договору аренды от 12.07.2014, то никаких действий по изъятию указанного имущества в правовом смысле, установленном Главой 19 ГК РФ (право хозяйственного ведения, право оперативного управления), Администрацией не осуществлялось.

В рассматриваемой ситуации имущество, предназначенное для генерации тепловой энергии, находилось у должника во временном владении и пользовании (аренде), его собственником на дату передачи в аренду являлось юридическое лицо, существовавшее в организационно-правовой форме акционерного общества, а, следовательно, об изъятии имущества в правовом смысле данного термина, установленном главой 19 ГК РФ, при прекращении права аренды речи не может идти.

Согласно статье 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Исходя из пункта 1 статьи 11 Закона № 161-ФЗ, имущество унитарного предприятия формируется за счет: имущества, закрепленного за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества; доходов унитарного предприятия от его деятельности; иных не противоречащих законодательству источников.

Таким образом, к имуществу унитарного предприятия арендованное имущество законодательство не относит.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии вины Администрации в признании должника несостоятельным (банкротом), действия Администрации, связанные с деятельностью предприятия, осуществлялись добросовестно и разумно в интересах предприятия, и не выходили за пределы обычного делового риска.

Принимая во внимание изложенное, у суда первой инстанции отсутствовали необходимые правовые основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по приведенным конкурсным управляющим основаниями представленным доказательствам.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Данная применяемая норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе, выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности.

Объем ответственности контролирующих и иных лиц по данной категории исков подлежит определению по тем правилам, которые действовали на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения этих лиц к ответственности, то есть на момент совершения противоправных действий.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства). Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4, 5, 7).

Принимая во внимание, что резолютивная часть решения о признании должника несостоятельным (банкротом) принята 13.03.2017, заявление подано 06.04.2018, то срок исковой давности для подачи рассматриваемого заявления конкурсным управляющим не пропущен.

Вместе с тем, ошибочные выводы суда первой инстанции об истечении срока исковой давности не повлияли на правильность вынесенного судебного акта об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Что касается доводов заявителя относительно пропуска срока исковой давности на обращение в суд, апелляционный суд считает необходимым отметить следующее.

Действительно, согласно абзацу второму пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

Таким образом, подача Администрацией и ФИО8 заявления о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и удовлетворение его судом не может распространяться на требования, заявленные к ФИО9, ФИО10

В связи с вышеизложенным применение судом первой инстанции исковой давности в отношении всех ответчиков необоснованно.

Доводы заявителей жалоб, за исключением о сроке исковой давности, не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

Таким образом, судом первой инстанции обжалуемое определение принято при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом всех обстоятельства дела и отмене по приведенным в жалобах доводам не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 19.11.2018 по делу № А31-7345/2016 оставить без изменения, а апелляционные жалобы конкурсного управляющего государственным предприятием Костромской области «Мотордеталь» ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Файерс Гранд» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

В.Г. Сандалов

ФИО11

ФИО1