АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-272/25

Екатеринбург 19 января 2026 г. Дело № А50-23742/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2026 г. Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кудиновой Ю. В., судей Новиковой О. Н., Плетневой В. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Пермского края от 11.06.2025 по делу № А50-23742/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Поступившие от ФИО1 11.01.2026 дополнительные пояснения к кассационной жалобе, а также отзыв ФИО2 на кассационную жалобу судом округа не принимаются и к материалам дела не приобщаются, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отсутствуют доказательства заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле. Поскольку процессуальные документы поданы в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», то таковые возвращению на бумажном носителе не подлежат.

Представленные через систему «Мой Арбитр» дополнения к кассационной жалобе ФИО1 от 22.12.2025, 29.12.2025 и отзыв ФИО3 на кассационную жалобу приобщаются к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 АПК РФ). Приложенные к дополнениям от 22.12.2025 и 29.12.2025 дополнительные документы к материалам дела не приобщаются и возвращаются кассатору ввиду того, что в силу статьи 286 АПК РФ исследование и оценка

доказательств не входит в компетенцию суда округа, дополнительные доказательства не могут быть приобщены к материалам дела на стадии кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных актов.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 14.11.2023 ФИО4 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Определением от 03.12.2024 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

ФИО1 обратился 28.04.2025 в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения от 01.08.2024 по настоящему делу об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.06.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2025, в удовлетворении заявления ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что суды обеих инстанций проявили формальный подход к рассмотрению дела, проигнорировав фундаментальный принцип юридического равенства; настаивает, что суды не приняли во внимание факт проведения зачета в установленном законом порядке в нарушение положений статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), несмотря на надлежащее уведомление сторон о зачете посредством заказных писем с описью вложения, которые были получены как ФИО2, так и ФИО4; обращает внимание на недобросовестное поведение кредиторов, которые, зная о проведенном зачете, намеренно скрыли этот факт от судебных приставов и инициировали исполнительное производство по фактически прекращенному обязательству, что привело к необоснованному признанию должника банкротом и созданию фиктивной задолженности.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не учли сложившуюся судебную практику по вопросам отмены судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам; настаивает, что условия договора цессии стали известны ему в мае 2025 года от органов полиции, а суды проигнорировали доводы о злоупотреблении правом со стороны ФИО2 и должника.

Помимо изложенного, заявитель жалобы указывает на то обстоятельство, что заявление о недоверии суду первой инстанции осталось без рассмотрения и мотивированного ответа.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 доводы кассационной жалобы поддерживает, просит судебные акты отменить.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО1 и ФИО4 заключен договор займа от 09.01.2019, оформленный распиской, по условиям которого ФИО1 взял у ФИО4 денежные средства в сумме 1 700 000 руб., которые обязался вернуть по первому требованию.

Между ФИО4 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) 01.02.2021 заключен договор уступки права требования (далее – договор уступки), в соответствии с пунктом 1.1. которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования цедента к ФИО1 в сумме 1 700 000 руб., возникшее из заемного обязательства (расписка от 09.01.2019) между ФИО1 и ФИО4

Право требования к должнику уступается в объеме, существующем на момент заключения настоящего договора, включая сумму основного долга, все подлежащие, вследствие просрочки исполнения должником своих обязательств, начислению санкции, в том числе проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойки, а также иные требования, связанные с неисполнением должником своего обязательства по оплате (пункт 1.2 договора уступки).

Вступившим в силу решением Ленинского районного суда г. Перми от 28.04.2022 по делу № 2-803/2022 на основании данного договора уступки со ФИО1 в пользу ФИО2 взыскан долг по договору займа в размере 1 700 000 руб.

Полагая, что договор уступки права требования от 01.02.2021 между ФИО4 и ФИО2 является недействительной сделкой, кредитор ФИО1, основываясь на положениях пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 ГК РФ, обратился в суд с заявлением о признании указанной сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда первой инстанции от 01.08.2024, оставленным без изменения постановлениями суда апелляционной инстанции от 29.11.2024 и суда округа от 08.04.2025, в удовлетворении заявления ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки отказано.

В ходе рассмотрения требований ФИО7, суды пришли к выводу об отсутствии оснований считать оспариваемый договор уступки права требования недействительной сделкой, совершенной при наличии

каких-либо пороков, установив, что на момент ее совершения должник не проявлял явных признаков неплатежеспособности, а наличие задолженности перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о невозможности исполнения обязательств. Судами также не установлено признаков аффилированности между должником и ФИО2; при этом при исследовании доводов о реальности совершенной сделки судами была проверена и установлена финансовая возможность ФИО2 оплатить стоимость приобретаемого права требований, с учетом чего суды трех инстанций констатировали, что сделка являлась возмездной и соответствующей рыночным условиям, поскольку за право требования в сумме 1,7 млн руб. ФИО2 заплатил 1,5 млн руб., при этом стороны действовали осознанно и добровольно. Суды отметили, что приобретенная дебиторская задолженность не являлась ликвидным активом, способным существенно повлиять на конкурсную массу, что подтверждается незначительным погашением долга за 19 месяцев исполнительного производства; наличие реального экономического интереса у покупателя права требования и отсутствие доказательств согласованного намерения причинить вред кредиторам позволили судам признать несостоятельными доводы ФИО1 о недействительности сделки.

Обращаясь с заявлением о пересмотре определения от 01.08.2024 по настоящему делу по вновь открывшимся обстоятельствам, ФИО1 в обоснование своей позиции указал на допущенную судебную ошибку при рассмотрении гражданского дела в Ленинском суде в 2022 году, которая повлияла на правильность принятого решения; в частности, заявитель указывал, что на момент рассмотрения обособленного спора о признании сделки недействительной ему не было известно о том, что согласно договору цессии от 01.02.2021, заключенному между ФИО4 и ФИО2, в разделе 3 договора «Обязательства Сторон» пункте 3.1.1 указано на обязанность цедента уступить цессионарию право требования в размере 1 500 000 руб., в то время как в определении от 01.08.2024 указана сумма 1 700 000 руб.; ссылается также на недобросовестное поведение ФИО2, обратившегося с заявлением о признании ФИО1 банкротом.

Возражая против удовлетворения заявления ФИО1, должник указывал на то, что при рассмотрении искового заявления ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежных средств по договору уступки в материалы дела был представлен договор уступки от 01.02.2021, в связи с чем на дату вынесения спорного определения от 01.08.2024 ФИО1 был известен текст договора цессии от 01.02.2021, поскольку ФИО3, действующий от имени ФИО1 на основании нотариальной доверенности от 03.11.2020, ознакомился 20.10.2021 с материалами гражданского дела, ФИО1 лично ознакомился 30.11.2021 с материалами дела № 2-3038/2021. Соответственно, поскольку с 30.11.2021 ФИО1 знал об условиях договора уступки, срок для подачи заявления о пересмотре судебного акта истек; кроме того, данные доводы могли быть заявлены при подаче апелляционной и кассационной жалоб.

Отказывая в удовлетворении заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, суд первой инстанции исходил из того, что обстоятельства, на которые ссылается заявитель, не являются вновь открывшимися, следовательно, не могут являться основанием для пересмотра определения суда от 01.08.2024 по настоящему делу; кроме того, применительно к установленному статьей 312 АПК РФ сроку подачи заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, с условиями договора уступки от 01.02.2021 ФИО1 был ознакомлен в том числе при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделки, то есть до вынесения определения суда от 01.08.2024.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения.

При этом суды руководствовались следующим.

В силу статьи 309 АПК РФ арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в порядке, предусмотренном главой 37 Кодекса.

Основаниями для пересмотра судебных актов согласно статье 311 АПК РФ являются: вновь открывшиеся обстоятельства – указанные в части 2 данной статьи и существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу; новые обстоятельства – указанные в части 3 названной статьи, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства.

Обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» при рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу. Судебный акт не может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам, если существенные для дела обстоятельства возникли после принятия этого акта, поскольку основанием для такого пересмотра является открытие обстоятельств, которые хотя объективно и существовали, но не могли быть учтены, так как не были и не могли быть известны заявителю. В связи с этим суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам. Представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта

по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 АПК РФ. В таком случае заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит.

Обстоятельства, возникшие после принятия судебного акта, могут являться основанием для предъявления самостоятельного иска.

Руководствуясь приведенными положениями действующего законодательства и разъяснениями относительно их применения, проанализировав обстоятельства дела и исследовав доводы лиц, участвующих в рассмотрении спора и представленные доказательства в обоснование их позиции с учетом положений статьи 71 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций установили, что определением от 01.08.2024, вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве, отказано в признании недействительным договора уступки права требования от 01.02.2021 (заключенного между ФИО4 и ФИО2); копия договора цессии была представлена самим ФИО7 (т. 1 л.д. 10, 21 – 22), при этом в ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 24.07.2024 представил полный текст спорного договора, после чего суд отложил рассмотрение дела, предложив кредитору ФИО1 ознакомиться с документами и сформировать позицию, однако при рассмотрении дела по существу и последующем обжаловании судебного акта от 01.08.2024 ФИО1 не сослался на положение пункта 3.1.1 договора, где указана сумма 1 500 000 руб.

Кроме того, судами принято во внимание, что ранее решением Ленинского районного суда г. Перми от 28.04.2022 со ФИО1 в пользу ФИО2 взыскан долг по договору займа в размере 1 700 000 руб. (судебный акт оставлен без изменения определением суда апелляционной инстанции от 07.12.2022 и определением суда кассационной инстанции от 28.04.2022), на основании которого впоследствии 26.12.2022 возбуждено исполнительное производство № 332571/22/59004-ИП.

С учетом изложенного, суды обеих инстанций пришли к выводу, что позиция заявителя, ссылающегося на пункт 3.1.1 договора цессии, не свидетельствует о наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств; при этом, обращаясь в суд с заявлением о пересмотре определения от 01.08.2024 в порядке главы 37 АПК РФ, заявитель ФИО1 фактически пытается оспорить установленные судом факты, несмотря на обязательную силу вступившего в законную силу определения.

Таким образом, проанализировав доводы заявителя ФИО1, правильно применив нормы процессуального закона и приняв во внимание разъяснения высшей судебной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что обстоятельства, на которые ссылается ФИО1, не являются ни одним из вновь открывшихся обстоятельств по отношению к обстоятельствам, являвшимся предметом судебного исследования при принятии определения арбитражного суда от 01.08.2024.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает выводы суда соответствующим материалам дела и положениям действующего законодательства.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы позиция о наличии вновь открывшихся обстоятельств для пересмотра определения от 01.08.2024 не соответствует требованиям статьи 311 АПК РФ.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.07.2018 № 29-П изложена правовая позиция, согласно которой возможность преодоления окончательности вступивших в законную силу судебных актов, будучи исключительной по своему характеру, предполагает установление таких процедур и условий их пересмотра, которые отвечали бы требованиям правовой определенности, обеспечиваемой признанием законной силы решений суда, их неопровержимости, что применительно к решениям, принятым в ординарных судебных процедурах, может быть преодолено, лишь если какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство или обнаруженные фундаментальные нарушения неоспоримо свидетельствуют о судебной ошибке, без устранения которой компетентным судом невозможно возмещение причиненного ущерба.

Институт пересмотра судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам является чрезвычайным средством возобновления производства по делу и необходим для того, чтобы прекратить существование объективно ошибочных судебных актов в ситуации, когда об обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о допущенной ошибке, стало известно после вынесения этих судебных актов. Ограничение применения данного института вытекает из необходимости соблюдения принципа правовой определенности, в том числе признания законной силы судебных решений, их неопровержимости. Таким образом, при определении критериев пересмотра должен быть соблюден баланс между принципом правовой определенности, с одной стороны, и недопустимостью существования объективно ошибочных решений, с другой.

В данном случае суды первой и апелляционной инстанции, проанализировав приводимые заявителем обстоятельства, не усмотрели оснований для удовлетворения заявления, поскольку факты, на которые ссылается заявитель (содержание договора цессии), были известны (или должны быть известны) ему на момент первоначального рассмотрения спора, а также не обладают той степенью существенности, которая необходима для пересмотра вступившего в силу судебного акта, предметом которого являлось не требование о взыскании задолженности (такое требование было предметом рассмотрения в суде общей юрисдикции в рамках дела № 2-803/2022, где и рассматривался вопрос об объеме переданных цессионарию прав), а требование о признании сделки недействительной как вредоносной, совершенной в период неплатежеспособности должника, при осведомленности об этом ответчика ФИО2, которого ФИО1 полагал аффилированным по отношению к должнику, при отсутствии встречного предоставления, с целью неисполнения обязательств перед

кредиторами путем вывода имущественных прав требования из конкурсной массы должника, при отсутствии у ответчика экономической целесообразности в заключении договора, а также как совершенной при злоупотреблении правом со стороны должника и ФИО2 (указанные доводы приводились ФИО1 в заявлении о признании сделки недействительной).

При этом справедливым является суждение судов о том, что с условиями договора уступки от 01.02.2021 ФИО1 ознакомлен, в том числе, при рассмотрении обособленного спора в рамках настоящего дела об оспаривании сделки (инициатором спора являлся сам ФИО1), то есть до вынесения определения суда от 01.08.2024, соответственно, у судов не имелось оснований считать, что ФИО1 объективно не был осведомлен об условиях договора уступки от 01.02.2021 на момент рассмотрения обособленного спора, а значит, его последующие доводы о вновь открывшихся обстоятельствах, связанные с содержанием данного договора, не могут служить основанием для пересмотра определения суда от 01.08.2024 по вновь открывшимся обстоятельствам, при этом ознакомление с условиями договора до вынесения спорного судебного акта по существу спора исключает квалификацию этих обстоятельств в качестве вновь открывшихся, не известных заявителю на момент первоначального рассмотрения дела.

Утверждение заявителя кассационной жалобы о процессуальных нарушениях уда первой инстанции не находят подтверждения в материалах дела. Вопрос об отводе судьи Кудриной Э.Р. был рассмотрен в установленном законом порядке и отражен в тексте определения от 17.06.2025 о возвращении заявления об отводе со ссылкой на то обстоятельство, что заявление о недоверии составу суда поступило в канцелярию суда после рассмотрения спора по существу и оглашения резолютивной части судебного акта суда первой инстанции (т. 5 л.д. 152 – 154).

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом проверки судов, получили правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 АПК РФ (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

На основании изложенного и принимая во внимание, что судами не допущено нарушения или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, при этом фактические обстоятельства спора установлены судами верно и в полном объеме, обжалуемые судебные акты

подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

При подаче кассационной жалобы ФИО1 уплатил государственную пошлину в сумме 1 000 руб., суд округа предоставил заявителю отсрочку уплаты госпошлины в сумме 19 000 руб. до рассмотрения кассационной жалобы по существу, в свяхзи с чем по итогам рассмотрения кассационной жалобы сумма 19 000 руб. подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 11.06.2025 по делу № А50-23742/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать со ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 19 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.В. Кудинова

Судьи О.Н. Новикова

В.В. Плетнева