СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД   улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А45-33417/2021 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2024 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Иванова О.А.,  судей Сбитнева А.Ю.,  

 ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дубаковой А.А 

с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел  в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ( № 07АП-1630/2022 (14)) на определение от 31.05.2024  Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-33417/2021 (судья Субботина  И. Н.) по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ  года рождения, уроженца г. Новосибирска, адрес регистрации: 630089, 

<

...>, ИНН 

<

***>),  принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2  об оспаривании сделки, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований  относительно предмета спора, - ФИО4, отдел опеки  и попечительства администрации Кировского района г. Новосибирска.  

В судебном заседании приняли участие: финансовый управляющий ФИО2 (лично, паспорт); 

от ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 22.04.2022);  от ФИО3 - ФИО6 (доверенность от 07.02.2022);  от ФИО7 - ФИО8 (доверенность от 26.10.2021);  

иные лица, участвующие в деле, не явились, надлежащее извещение  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.01.2022 введена процедура  реализации имущества гражданина - ФИО3, исполняющим  обязанности финансового управляющего возложено на ФИО2.  Определением суда от 20.02.2023 финансовым управляющим должника утвержден  ФИО2.  

26.10.2023 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего  ФИО2 о признании недействительным (ничтожным) договора  ипотеки (залога) № 18/09-19 ЗГ от 18.09.2019, заключенного между ФИО9  и ФИО3 предметом ипотеки которого выступает жилое помещение – квартира,  площадью 142,1 кв.м., расположенное на 16 этаже многоквартирного жилого дома,  расположенного по адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, р-н Кировский,  ул. Немировича-Данченко, д. 148/2, кв. 165, кадастровый номер 54:35:052490:501.  

Определением от 31.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области суд  отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда  Новосибирской области от 31.05.2024 года по делу № А45-33417/2021 - отменить, принять  новый судебный акт об удовлетворении в заявленных требований.  

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что не зависимо от факта  государственной регистрации права собственности, квартира № 165 находится в общей  долевой собственности ФИО3, ФИО4 и их несовершеннолетних детей –  ФИО10, ФИО11 ФИО12 (с момента приобретения (создания) объекта). Суд  первой инстанции необоснованно пришел к выводу, что неисполнение обязательства  по оформлению в общую долевую собственность родителей и детей квартиры,  приобретенной, в том числе за счет средств материнского (семейного) капитала,  до ее передачи в залог ФИО9, является основанием для освобождения должника  от обязанности по получению разрешения органа опеки и попечительства  на распоряжение данной квартирой, в том числе путем передачи ее в залог. Суд первой  инстанции не обосновано сделал выводы о том, что при заключении договора ипотеки  и дополнительного соглашения к нему ФИО3 являлся единственным собственником  спорной квартиры. ФИО3 распорядился правами своих несовершеннолетних детей  на недвижимое имущество в нарушение действующего законодательства без согласия  органа опеки и попечительства, передав весь объект недвижимости в ипотеку  в обеспечение своих заемных обязательств, что не соответствует целям, для которых были  

использованы средства материнского (семейного) капитала. Принимая во внимание,   что ФИО3 при приобретении квартиры были использованы средства материнского  (семейного) капитала, обязательство по оформлению квартиры в долевую собственность  на всех членов семьи не исполнено, согласие органа опеки и попечительства  на заключение договора ипотеки в пользу кредитора, не получено, ссылается на то, что  спорный договор залога является недействительным.  

Учитывая фактическую аффилированность ФИО9., ФИО4,  и ФИО3, спорный договор залога является недействительным по основаниям статей  10, 168 Гражданского кодекса РФ. Принцип «эстоппель» не применим к процессуальному  поведению финансового управляющего.  

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу,  в котором просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 31.05.2024  по делу № А45-33417/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового  управляющего – без удовлетворения. Указывает, что неоформление жилого помещения,  приобретенного с привлечением средств материнского капитала, в общую собственность  членов семьи должника, не является условием недействительности сделки в рамках  процедуры банкротства. Согласие органов опеки для заключения договора залога жилого  помещения, право собственности на которое зарегистрировано за единственным  собственником, не требовалось, о чем было указано судом первой инстанции  в оспариваемом судебном акте. Суд первой инстанции пришел к верному выводу,  что ФИО9 являлся добросовестной стороной сделки. Доказательств  аффилированности ФИО9 и ФИО4 представлено не было. Суд первой  инстанции верно применил принцип эстоппель (estoppel).  

ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу просит  определение Арбитражного суда Новосибирской области от 31.05.2024 г. по делу № А4533417/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего –  без удовлетворения. Указывает, что судом рассмотрено заявления финансового  управляющего по указанным им основаниям. Указание нового основания не является  основанием для отмены судебного акта. Отсутствуют основания для признания сделки  недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ. Довод о необходимости получения  согласия органов опеки и попечительства не основан на действующем законодательстве.  Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод об отсутствии необходимости  заключения оспариваемого договора в нотариальной форме. Отсутствуют доказательства  аффилированности сторон. Не представлено доказательств недобросовестности Мкртчяна  

ГА. При заключении договора залога. Суд первой инстанции обоснованно применил  принцип эстоппель (estoppel).  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции финансового управляющего  поддержал апелляционную жалобу. На 18.09.2019 года были обязательства перед  ФИО7 по договору займа. Должник должен был согласовать вопрос о передаче  имущества в залог с органами опеки. ФИО9. Мог знать об использовании  материнского капитала.  

Представитель ФИО4 поддержала доводы отзыва на апелляционную жалобу.  Указала, что ее права и права ее детей не нарушены.  

Представитель ФИО3 просила оставить обжалуемый судебный акт  без изменения. Доводы управляющего носят предположительный характер.  

Представитель ФИО7 указал, что договор залога является недействительным.  Не соблюдена нотариальная форма. Орган опеки и попечительства согласия  на совершение сделки не давал. Залог предоставлен «дружественному» кредитору.  

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих  представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции  на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу  в их отсутствие.  

Как следует из материалов дела, между ФИО9 и ФИО3 (заемщик)  заключен договор займа № 18/0919 ЗМ от 18.09.2019 и дополнительные соглашения  к нему, в том числе № 4 о продлении срока действия до 18.06.2021, по условиям которого  займодавец обязуется передать в собственность заемщику денежные средства в сумме  7 000 000 руб. а заемщик обязуется принять их в установленном договоре порядке  возвратить займодавцу уплатив проценты за пользование займом.  

Пунктом 1.6. договора установлено, что обязательства заемщика по настоящему  договору обеспечиваются ипотекой (залогом) жилым помещением - квартирой, площадью  142,1 кв.м., расположенной на 16 этаже многоквартирного жилого дома, расположенного  по адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, р-н Кировский, ул. Немировича- Данченко, д. 148/2, кв. 165, кадастровый номер 54:35:052490:501.  

В обеспечение обязательств по договору займа между ФИО9 и ФИО3  (залогодатель) заключен договор ипотеки (залога) № 18/09-19 ЗГ от 18.09.2019 с учетом  

дополнительных соглашений к нему, в том числе дополнительного соглашения № 4  от 27.05.2020 о продлении срока действия до 18.06.2021.  

Пунктом 1.1. договора установлено, что предметом ипотеки выступает жилое  помещение - квартира, площадью 142,1 кв. м., расположенной на 16 этаже  многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: Новосибирская область,  г. Новосибирск, р-н Кировский, ул. Немировича-Данченко, д. 148/2, кв. 165, кадастровый  номер 54:35:052490:501.  

Пунктом 3 дополнительного соглашения № 4 от 27.05.2020 стороны пришли  к соглашению об изложении п. 6.1. договора в следующей редакции: «Настоящий договор  считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации  в установленном законом порядке и действует до 18.06.2021. Истечение срока действия  настоящего договора не является основанием для прекращения залога по настоящему  договору. Залог прекращается только с прекращением всех обязательств заемщика  по договору займа».  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 01.08.2022 по делу   № А45-33417/2021 требования ФИО9 в размере 16 124 596 руб., в том числе  7 000 000 руб. - основной долг, 3 124 596 руб. - проценты за пользование займом,  6 000 000 руб. - неустойка, включены в третью очередь реестра требований кредиторов  ФИО3, как обеспеченное залогом имущества должника (жилым помещением -  квартирой, площадью 142,1 кв.м., расположенной на 16 этаже многоквартирного жилого  дома, расположенного по адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, р-н Кировский,  ул. Немировича-Данченко, д. 148/2, кв. 165, кадастровый номер 54:35:052490:501).  

Судебный акт вступил в законную силу. 

31.05.2023 между ФИО9 и ФИО4 заключен договор уступки прав  требования, на основании которого цедент уступает, а цессионарий принимает следующие  права (требования): право требования Цедента к ФИО3, возникшее из Договора  займа № 18/09-19 ЗМ от 18.09.2019, заключенного между ФИО9 и ФИО3  в редакции (Дополнительного соглашения от 24.09.2019 г., Дополнительного соглашения  от 17.10.2019 г., Дополнительного соглашения № 3 от  

13.02.2020 г., Дополнительного соглашения № 4 от 27.05.2020 г. к нему) в размере  7 000 000 руб. задолженности, 3 124 596 руб. процентов за пользование займом, 6 000 000  руб. неустойки.  

Одновременно с передачей права требования, указанного в пункте Цедент  уступает, а Цессионарий принимает все права по обеспечивающему обязательству,  а именно по Договору залога (ипотеке) № 18/09-19 ЗГ от 18.09.2019 г. (в редакции  

Дополнительного соглашения от 17.10.2019 г., Дополнительного соглашения № 3  от 13.02.2020 г., Дополнительного соглашения № 4 от 27.05.2020 г. к нему) (пункт 1.1.3.  договора).  

В соответствии с п. 3.1 договора стоимость уступаемого права требования по  Договору займа, передаваемому по договору уступки, составляет 7 000 000 руб., без НДС.  

Оплата по договору уступки прав требования от 31.05.2023, подтверждена  приходным кассовым ордером от 31.05.2023.  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.08.2023 г. по делу   № А45-33417/2021 произведена процессуальная замена ФИО9  его правопреемником - ФИО4 в рамках дела № А45-33417/2021 о несостоятельности  (банкротстве) должника - ФИО3  

Судебный акт вступил в законную силу. 

Конкурсный управляющий, полагая, что договор ипотеки (залога) № 18/09-19 ЗГ  от 18.09.2019 заключенный между ФИО9 и ФИО3 является ничтожной  сделкой, поскольку не соблюдена нотариальная форма договора залога обратился  в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований,  исходил из отсутствия оснований, необходимых для признания сделки недействительной.  

При рассмотрении спора судом первой инстанции установлено, что ФИО3  реализовал право на использование средств материнского капитала на погашение  задолженности по договору долевого участия, дал нотариально заверенное обязательство  от 05.03.2013 о том, что в течение шести месяцев после передачи объекта по акту приема-передачи он обязуется оформить помещение в общую собственность супругов и детей.  

Суд первой инстанции указал, что в момент заключения договора залога, доли  на детей выделены не были, квартира находилась в единоличной собственности  должника, в связи с чем, нотариального удостоверения сделки не требовалось.  ФИО3 действовал как законный представитель несовершеннолетних детей в силу  положений статьи 28 Гражданского Кодекса Российской Федерации.  

Не совершение родителями действий по оформлению в собственность детей долей,  при заключении последующих кредитных договоров, договоров займа с обеспечением  в виде жилого помещения, приобретенного в том числе за счет средств материнского  капитала, не может являться основанием для признания такой сделки недействительной.  

Суд первой инстанции исходил из отсутствия требований закона об обязательном  нотариальном удостоверении сделки и ее одобрения органами опеки и попечительства.  

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.  

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством  граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII,  параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в настоящем Законе.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63)  в абзаце четвертом пункта четвертого разъяснил, что наличие специальных (конкурсных)  оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать  сделку по общегражданским основаниям.  

В пункте 1 Постановления № 63 разъяснено, что под сделками, которые могут быть  оспорены по правилам главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», понимаются в том числе действия, направленные на исполнение  обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым,  семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным  законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством  Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации,  а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных  органов государственной власти.  

Вместе с тем, в соответствии с частью 4 статьи 10 Федерального закона  от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей,  имеющих детей» (далее - Закон № 256) жилое помещение, приобретенное (построенное,  реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного)  капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого,  

второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей  по соглашению.  

Согласно подпункту "г" пункта 8, подпункту "в" пункта 9, подпункту "в" пункта 10,  абзацу пятому пункта 10(2), подпункту "д" пункта 11, подпункту "в" пункта 12  и подпункту "ж" пункта 13 Правил направления средств (части средств) материнского  (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденных постановлением  Правительства Российской Федерации от 12.12.2007 N 862, к числу документов, которые  предоставляются владельцем сертификата в территориальный орган Пенсионного фонда  Российской Федерации в случае направления средств (части средств) материнского  (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, отнесено засвидетельствованное  в установленном законодательством Российской Федерации порядке письменное  обязательство в шестимесячный срок с момента наступления обстоятельств, указанных  в данных нормах, оформить жилое помещение в общую собственность лица, получившего  сертификат, его супруга, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка  и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.  

Следовательно, приобретение жилого помещения с использованием средств (части  средств) материнского (семейного) капитала обязывает лиц, использующих данные  средства, исполнить обязательство об оформлении имущественных прав членов семьи  владельца сертификата, в том числе несовершеннолетних детей.  

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим  образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных  правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии  с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.  

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. Родители являются  законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов  в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах,  без специальных полномочий. Родительские права не могут осуществляться  в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть  предметом основной заботы их родителей (пункт 1 статьи 64, пункт 1 статьи 65  Семейного кодекса Российской Федерации).  

Родители, приобретая жилое помещение за счет средств материнского капитала,  действуют как в своих интересах, так и в интересах несовершеннолетних детей, в связи  с чем в споре между родителями о разделе имущества в виде жилого помещения,  приобретенного с использованием средств (части средств) материнского (семейного)  

капитала, родители представляют как свои интересы, так и интересы  несовершеннолетних, в отношении которых у них имеется наступившее обязательство.  

Из положений части 4 статьи 10 Закона № 256 следует, что законодатель определил  вид собственности на жилое помещение, приобретенное (построенное,  реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского капитала, -  общая долевая собственность родителей и детей.  

При наступлении срока оформления права собственности детей на имущество  в соответствии с обязательством, данным родителями, последние в силу вышеуказанных  норм ГК РФ и Закона N 256 обязаны оформить жилое помещение в общую долевую  собственность, в том числе детей.  

При этом определение долей супругов и их детей в праве собственности  на квартиру является лишь внешним выражением - способом оформления для детей  имеющееся у них в силу закона права общей долевой собственности на квартиру.  

Указанный подход согласуется со смыслом правовых позиций, изложенных  в пунктах 11, 12 Обзора судебной практики по делам, связанным с реализацией права  на материнский (семейный) капитал, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 22.06.2016.  

В рассматриваемом случае эта обязанность не была исполнена. 

Вместе с тем, независимо от оформления права собственности детей  в установленном законом порядке, спорное имущество находилось в общей долевой  собственности супругов и их несовершеннолетних детей.  

Согласно части 2 статьи 54 Закона № 218-ФЗ сделки, связанные с распоряжением  недвижимым имуществом на условиях опеки, а также сделки по отчуждению  недвижимого имущества, принадлежащего несовершеннолетнему гражданину  или гражданину, признанному ограниченно дееспособным, подлежат нотариальному  удостоверению.  

В соответствии со статьей 53 Основ законодательства Российской Федерации  о нотариате нотариус удостоверяет сделки, для которых законодательством Российской  Федерации установлена обязательная нотариальная форма.  

Нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том  числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом  или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие,  в порядке, установленном законом о нотариате или нотариальной деятельности (пункт 1  статьи 163 ГК РФ).  

Вовлечение в нотариальную сферу в обязательном порядке сделок со специальным  субъектным составом, в частности с лицами, обладающими неполной гражданской  дееспособностью (пункт 2 статьи 54 Закона № 218-ФЗ), обусловлено необходимостью  публичного контроля со стороны нотариата с целью защиты прав таких лиц как наиболее  слабой стороны в сделке.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 56 Семейного кодекса Российской Федерации  (далее - СК РФ) защита прав и законных интересов ребенка осуществляется родителями  (лицами, их заменяющими), а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, органом  опеки и попечительства, прокурором и судом.  

Пунктом 1 статьи 26 ГК РФ предусмотрено, что несовершеннолетние в возрасте  от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением названных  в пункте 2 названной статьи, с письменного согласия своих законных представителей -  родителей, усыновителей или попечителя.  

Кроме того, в силу положений пункта 3 статьи 60 СК РФ, пункта 2 статьи 37 ГК РФ  для совершения сделки по отчуждению недвижимого имущества, собственником которого  является несовершеннолетний, требуется соответствующее разрешение органа опеки  и попечительства.  

Исходя из положений пункта 1 статьи 163 ГК РФ, соблюдение вышеназванных  требований законодательства к совершению указанной сделки проверяется нотариусом  при осуществлении нотариального удостоверения сделки.  

В силу пунктов 2, 3 статьи 163 ГК РФ несоблюдение нотариальной формы сделки,  обязательное нотариальное удостоверение которой предусмотрено законом, влечет  ее ничтожность.  

В рассматриваемом случае, учитывая, что спорное имущество находилось в общей  долевой собственности супругов и их несовершеннолетних детей, ФИО3, совершая  спорную сделку, распорядился правами своих несовершеннолетних детей на недвижимое  имущество с нарушением действующего законодательства.  

Учитывая приведенные выше нормы права, регулирующие правоотношения  по использованию средств материнского (семейного) капитала и передачи имущества  в залог, принимая во внимание, что ФИО3 при приобретении квартиры были  использованы средства материнского (семейного) капитала, обязательство  по оформлению квартиры в долевую собственность на всех членов семьи не исполнено,  согласие органа опеки и попечительства на заключение договора ипотеки в пользу  кредитора, не получено, нотариальная форма сделки не была соблюдена, суд  

апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что спорный договор залога является  недействительным.  

ФИО3 очевидно должен был знать о том, что для совершения указанной  сделки необходимо получение согласия органов опеки и попечительства, однако  не получил его, что свидетельствует о недействительности указанной сделки.  

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка,  не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон  не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий  нарушения.  

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона  с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление  гражданских прав (злоупотребление правом).  

Из разъяснений, содержащихся в п. 10 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что, исходя из недопустимости  злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при  банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного  управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная  до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная  на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная  на уменьшение конкурсной массы сделка.  

При изложенных обстоятельствах, договор ипотеки (залога) № 18/09-19 ЗГ  от 18.09.2019, заключенный между ФИО9 и ФИО3, является недействительным.  

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая  из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности  возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается  в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить  его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены  законом.  

В рассматриваемом случае последствием признания договора ипотеки  недействительным является признание отсутствующим права залога в отношении  квартиры, площадью 142,1 кв.м., расположенной на 16 этаже многоквартирного жилого  

дома, расположенного по адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, р-н Кировский,  ул. Немировича-Данченко, д. 148/2, кв. 165, кадастровый номер 54:35:052490:501.  

Судебные расходы распределяются судом апелляционной инстанции в порядке  статьи 110 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации.  

 Руководствуясь статьями 258, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 31.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А4533417/2021 отменить.  

Вынести по делу новый судебный акт. 

Признать недействительным договор ипотеки (залога) № 18/09-19 ЗГ от 18.09.2019,  заключенного между ФИО9 и ФИО3.  

Признать отсутствующим право залога в отношении квартиры, площадью 142,1  кв.м., расположенной на 16 этаже многоквартирного жилого дома, расположенного по  адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, р-н Кировский, ул. Немировича- Данченко, д. 148/2, кв. 165, кадастровый номер 54:35:052490:501.  

Взыскать в доход конкурсной массы должника ФИО3 с  ФИО9 9000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца  со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Новосибирской области.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется  лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  сети «Интернет».  

 Председательствующий О.А. Иванов 

 Судьи А.Ю. Сбитнев  

 ФИО1