ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-62775/2025

Дело № А40-126705/22

г. Москва

26 января 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 января 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей Ю.Н. Федоровой и Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Т.С. Державиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «ГУГЛ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2025 по делу № А40-126705/22,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ГУГЛ» о премировании ФИО1; годовом премировании в части премирования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 Ж, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9. ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14; квартальном премировании в части премирования ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23. ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30; премировании по рекомендации руководителя в части премирования ФИО13, в части премирования ФИО2, ФИО16, ФИО17; премировании по рекомендации коллег в части премирования ФИО15, ФИО17, ФИО4, ФИО5 Ж, ФИО25, ФИО11, ФИО27, в части премирования ФИО15, в части премирования ФИО4, ФИО10, ФИО27, в части премирования ФИО12, и начисленных на их основании премий,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ГУГЛ»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО29 – ФИО31 по дов. от 13.01.2025,

от ФИО32 – ФИО33 и ФИО34 по дов. от 20.12.2024,

от ООО «СК Герса» – ФИО35 по дов. от 28.11.2025,

к/у ФИО36 – лично, паспорт,

от к/у ООО «ГУГЛ» – ФИО37 по дов. от 11.09.2025; ФИО38 и ФИО39 по дов. от 17.10.2025,

от «Гугл Интернэшнл Эл-Эл-Си» – ФИО40 по дов. от 08.08.2025 и ФИО41 по дов. от 20.04.2022,

от ФИО29 по дов. от 23.11.2023, от ФИО12 по дов. от 25.07.2024, от ФИО25 по дов. от 13.02.2025, от ФИО26 по дов. от 03.02.2025, от Ваносчуйзе Ф.Г.Ж. по дов. от 14.01.2025, от ФИО13 по дов. от 14.06.2024, от ФИО32 по дов. от 25.12.2023, от ФИО28 по дов. от 30.10.2024, от ФИО10 по дов. от 28.06.2024, от ФИО9 по дов. от 22.04.2024, от ФИО14 по дов. от 14.12.2024, от ФИО24 по дов. от 03.01.2025, от ФИО23 по дов. от 18.12.2024, от ФИО22 по дов. от 28.10.2024, от ФИО8 по дов. от 10.11.2024, от ФИО21 по дов. от 06.11.2024, от ФИО1 по дов. от 09.08.2024, от ФИО18 по дов. от 13.11.2024, от ФИО4 по дов. от 22.01.2024, от ФИО16 по дов. от 25.10.2024, от ФИО3 по дов. от 23.12.2024, от ФИО7 по дов. от 21.10.2024, от ФИО15 по дов. от 23.12.2024, от ФИО30 по дов. от 20.08.2024, от ФИО42 по дов. от 28.12.2023, от ФИО20 по дов. от 29.12.2023, от ФИО2 по дов. от 22.01.2024, от ФИО6 по дов. от 24.01.2024, от ФИО11 по дов. от 19.12.2023, от Пака П.Ю. по дов. от 13.12.2023, от ФИО19 по дов. от 24.11.2023, от ФИО17 по дов. от 21.11.2023 – ФИО43, ФИО44 и ФИО45

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2022 в отношении ООО «ГУГЛ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО46, член Союза Арбитражных управляющих «Возрождение» (адрес: 107078, Россия, 

<

...>). Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №177 от 24.09.2022.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2022 (резолютивная часть объявлена 24.11.2022) определение Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2022 отменено. В отношении ООО «ГУГЛ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО36, член ассоциации СРО «МЦПУ» (ИНН: 

<

***>, номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих: 11246, адрес для направления корреспонденции: 121108, 

<

...>).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 225 от 03.12.2022.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2023 (резолютивная часть объявлена 18.10.2023) ООО «ГУГЛ» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО36, член ассоциации СРО «МЦПУ» (ИНН: 

<

***>, номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих: 11246, адрес для направления корреспонденции: 121108, 

<

...>), о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсант» № 202 от 28.10.2023.

В Арбитражный суд города Москвы 18.10.2024 поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО36:

1) о признании недействительными приказов о премировании сотрудников:

- приказа о премировании за переезд № 17-22ПР от 05.03.2022 ФИО1;

- приказа о годовом премировании: № 04-22ПР от 10.01.2022 в части премирования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 Ж, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13; № 26-22ПР от 30.06.2022 в части премирования ФИО14;

- приказа о квартальном премировании: № 10-22ПР от 10.02.2022 в части премирования ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30;

- приказа о премировании по рекомендации руководителя: № 02-22ПР от 10.01.2022 в части премирования ФИО13; № 09-22ПР от 10.02.2022 в части премирования ФИО2, ФИО16, ФИО17;

- приказа о премировании по рекомендации коллег: № 05-22ПР от 10.01.2022 в части премирования ФИО15, ФИО17, ФИО4, ФИО5 Ж, ФИО25, ФИО11, ФИО27; № 07-22ПР от 10.02.2022 в части премирования ФИО15; № 18-22ПР от 05.03.2022 в части премирования ФИО4, ФИО10, ФИО27; № 21-22ПР от 05.04.2022 в части премирования ФИО12;

2) о признании недействительным начисления и выплат, произведенных ООО «ГУГЛ» на основании приказов о премировании, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с работников в пользу должника денежных средств, перечисленных:

- ФИО15 на основании приказов № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 133 827,38 руб.; № 05-22ПР от 10.01.2022 в размере 8 739,10 руб.; № 07-22ПР от 10.02.2022 в размере 4 263,00 руб., всего 146 829,48 руб.;

- ФИО2 на основании приказов № 09-22ПР от 10.02.2022 в размере 117 051,44 руб.; № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 3 175 933,10 руб., всего 3 292 984,54 руб.;

- ФИО3 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 353 533,15 руб.;

- ФИО16 на основании приказов № 09-22ПР от 10.02.2022 в размере 113 100,00 руб.; № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 734 613,74 руб., всего 847 713,74 руб.;

- ФИО17 на основании приказов № 09-22ПР от 10.02.2022 в размере 113 100,00 руб.; № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 824 801,61 руб.; № 05- 22ПР от 10.01.2022 в размере 4 263,00 руб., всего 942 164,61 руб.;

- ФИО4 на основании приказов № 05-22ПР от 10.01.2022 в размере 4 263,00 руб.; № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 800 400,00 руб., всего 804 663,00 руб.; - ФИО18 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 852 289,15 руб.;

- ФИО19 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 155 509,35 руб.;

- ФИО5 Ж на основании приказов № 05-22ПР от 10.01.2022 в размере 4 263,00 руб.; № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 8 267 005,00 руб., всего 8 271 268,00 руб.;

- ФИО20 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 407 849,05 руб.;

- ФИО21 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 615 579,15 руб.;

- ФИО6 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 2 610 000,00 руб.;

- ФИО7 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 3 654 000,00 руб.;

- ФИО8 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 4 524 000,00 руб.;

- ФИО22 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 152 264,32 руб.;

- ФИО23 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 212 544,13 руб.;

- ФИО24 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 917 470,70 руб.;

- ФИО25 на основании приказов № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 004 227,73 руб.; № 05-22ПР от 10.01.2022 в размере 4 263,00 руб., всего 1 008 490,73 руб.;

- ФИО9 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 2 436 000,00 руб.;

- ФИО10 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 1 700 712,76 руб.;

- ФИО11 на основании приказов № 05-22ПР от 10.01.2022 в размере 4 263,00 руб.; № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 2 720 073,33 руб., всего 2 724 336,33 руб.;

- ФИО12 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 2 914 500,00 руб.;

- ФИО26 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 655 335,78 руб.;

- ФИО27 на основании приказов № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 602 975,00 руб.; № 05-22ПР от 10.01.2022 в размере 8 526,00 руб., всего 1 611 501,00 руб.;

- ФИО28 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 5 662 940,76 руб.;

- ФИО32 на основании приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 2 714 400,00 руб.;

- ФИО29 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 1 592 439,87 руб.;

- ФИО30 на основании приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 в размере 2 416 425,00 руб.;

- ФИО13 на основании приказов № 02-22ПР от 10.01.2022 в размере 12 180,00 руб.; № 04-22ПР от 10.01.2022 в размере 5 481 000,00 руб., всего 5 493 180,00 руб.;

3) о признании отсутствующей задолженности должника перед работниками:

- ФИО4 в размере 4 900,00 руб.;

- ФИО1 в размере 957 000,00 руб.;

- ФИО14 в размере 436 918,00 руб.; - ФИО10 в размере 14 700,00 руб.;

- ФИО12 в размере 4 900,00 руб.;

- ФИО27 в размере 4 900,00 руб.

Конкурсный управляющий полагает оспариваемые сделки недействительными по следующим основаниям:

1) По основаниям пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве):

- В отношении премии на основании Приказа № 17-22ПР от 05.03.2022, которым премирован ФИО1 премией в размере 1 100 000,00 руб., конкурсный управляющий полагает, что размер выплаты более, чем в 4 раза превышает размер максимально возможной компенсации, установленной Положением об оплате труда, стимулирующих выплатах, гарантиях и компенсациях от 15.06.2015.

- В отношении поощрительных вознаграждений по рекомендации руководителя; поощрительных вознаграждений по рекомендации коллег, выплаченных на основании Приказа № 02-22ПР от 10.01.2022; Приказа № 09-22ПР от 10.02.2022; Приказа № 05-22ПР от 10.01.2022; Приказа № 07-22ПР от 10.02.2022; Приказа № 18-22ПР от 05.03.2022; Приказа № 21-22ПР от 05.04.2022, конкурсный управляющий полагает, вышеперечисленные приказы не содержат прямого указания на возможность премирования, а также ее методики; из приказов среди документов, имеющихся в распоряжении конкурсного управляющего, отсутствуют рекомендации коллег / руководителей, являющиеся основанием для начисления соответствующих премий, равным образом не представлены доказательства, свидетельствующие о выполнении работниками функций, выходящих за пределы их обычных трудовых обязанностей, что, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о необоснованности начисленных премий.

- В отношении годовой премии за достижение результатов, квартальной премии за достижение результатов конкурсный управляющий указывает, что ни в материалах личных дел ответчиков, ни в соответствующем приказе о премировании не указано, за какие достижения поощряются работники. В этой связи, по мнению заявителя, нет оснований полагать, что работники предоставили какое-либо встречное представление в виде выполнения трудовых обязанностей сверх тех, что поименованы в трудовых договорах. Более того, по мнению конкурсного управляющего, в 2020 г., предшествующем году начисления оспариваемых премий, размер премирования был существенно ниже размера годового премирования за 2021 г.

Согласно позиции конкурсного управляющего, сделки по премированию работников совершены за пределами обычной хозяйственной деятельности должника. Заявитель полагает, что в отношении оспариваемых выплат не соблюдается ни количественный, ни качественный критерий для признания сделок по премированию совершенными в рамках обычной хозяйственной деятельности:

- начисленные премии превышают размер оклада соответствующих сотрудников;

- общая сумма премирования работников составляет более 1 % от балансовой стоимости активов должника на последний отчетный период.

2) По основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве:

По мнению конкурсного управляющего, на момент издания приказов о премировании работников ООО «ГУГЛ» отвечало признакам неплатежеспособности ввиду снижения коэффициентов текущей и абсолютной ликвидности, а также наличия просроченных обязательств, которые не были исполнены впоследствии и были признаны обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем должно презюмироваться наличие цели причинения вреда имущественным правам его кредиторов.

Конкурсный управляющий ссылается на наличие осведомленности ответчиков о цели причинении вреда имущественным правам кредиторов. По мнению заявителя, все ответчики, за исключением ФИО14 (которому премия была начислена после принятия заявления о признании должника банкротом и который, согласно позиции конкурсного управляющего, не входил в руководящий состав должника), являлись сотрудниками ООО «ГУГЛ», занимавшими руководящие должности; в марте 2022 г. должник перестал осуществлять свой основной вид деятельности по предоставлению рекламного пространства (продаже рекламных услуг), о чем не могло быть известно работникам должника, занимавшим руководящие должности.

3) По основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ):

Конкурсный управляющий полагает, что перечисления сотрудникам, осведомленным о неплатежеспособности должника, в условиях неудовлетворительного финансового состояния последнего свидетельствует о злоупотреблении правом. Из самих действий ответчиков усматривается недобросовестное поведение, выразившееся в получении значительной суммы денежных средств за незначительный промежуток времени до подачи заявления о признании должника банкротом и после него.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2025 заявление конкурсного управляющего ООО «ГУГЛ» о признании недействительными приказов о:

премировании ФИО1;

годовом премировании в части премирования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 Ж, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9. ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14;

квартальном премировании в части премирования ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23. ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30;

премировании по рекомендации руководителя в части премирования ФИО13, в части премирования ФИО2, ФИО16, ФИО17;

премировании по рекомендации коллег в части премирования ФИО15, ФИО17, ФИО4, ФИО5 Ж, ФИО25, ФИО11, ФИО27, в части премирования ФИО15, в части премирования ФИО4, ФИО10, ФИО27, в части премирования ФИО12,

и начисленных на их основании премий - оставлено без удовлетворения в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий ООО «ГУГЛ» ФИО36 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, полагает определение суда первой инстанции незаконным, необоснованным, просит указанное определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции неверно применил нормы трудового законодательства и ошибочно квалифицировал начисленные и выплаченные премии в качестве элемента заработной платы и суду первой инстанции следовало оценить, не являлись ли данные выплаты поощрением, а при наличии у выплаченных премий поощрительной функции – исследовать соответствующие доказательства перевыполнения ответчиками их ординарных трудовых обязанностей.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

От конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов – заключения ООО «Русаудит» от 06.10.2025.

Ходатайство конкурсного управляющего о приобщении доказательств рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и оставлено судом без удовлетворения.

В силу ч. 2 ст. 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу таких причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного ч. 4 ст. 198 АПК РФ, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Судом апелляционной инстанции установлено, что объективных препятствий к представлению данных доказательств при рассмотрении дела в суде первой инстанции у конкурсного управляющего не имелось: как пояснил конкурсный управляющий, заключение (рецензия) ООО «Русаудит» от 06.10.2025 подготовлено в ответ на заключение ООО «ДРТ Консалтинг», представленное в материалы дела 18.03.2025, то есть за полгода до рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции по существу. Уважительных причин непредставления рассматриваемых документов суду первой инстанции не заявлено, в связи с чем приобщению к материалам дела указанные документы не подлежат в силу ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

В материалы дела поступили также отзывы ответчиков и участника должника на апелляционную жалобу, а также письменные возражения ответчиков и участника должника против ходатайства должника о приобщении дополнительных документов. Рассмотрев указанные документы в порядке ст.ст. 81, 159, 262 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приобщает их к материалам дела, как не содержащие ссылок на новые фактические обстоятельства, не раскрытые и не исследованные судом первой инстанции при разрешении настоящего обособленного спора.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Как следует из материалов дела, в январе-июне 2022 г. в отношении сотрудников ООО «ГУГЛ» были вынесены приказы о премировании:

1) Премией за переезд в размере 1 100 000,00 руб. на основании Приказа № № 17-22ПР от 05.03.2022 поощрен ФИО1;

2) Премией по рекомендации руководителя на основании Приказа № 02-22ПР от 10.01.2022 поощрена, в том числе, ФИО13 премией в размере 14 000,00 руб.; на основании Приказа № 09-22ПР от 10.02.2022 поощрены, в том числе, ФИО2 премией в размере 130 000,00 руб.; ФИО16 премией в размере 130 000.00 руб.; ФИО17 премией в размере 130 000.00 руб.

3) Премией по рекомендации коллег: на основании Приказа № 05-22ПР от 10.01.2022 поощрены, в том числе, ФИО15 премией в размере 9 800,00 руб.; ФИО17 премией в размере 4 900.00 руб.; ФИО4 премией в размере 4 900,00 руб.; ФИО5 Ж премией в размере 4 900,00 руб.; ФИО25 премией в размере 4 900,00 руб.; ФИО11 премией в размере 4 900,00 руб.; ФИО27 премией в размере 9 800,00 руб.; на основании Приказа № 07-22ПР от 10.02.2022 поощрен, в том числе, ФИО15 премией в размере 4 900,00 руб.; на основании Приказа № 18-22ПР от 05.03.2022 поощрены, в том числе, ФИО4 премией в размере 4 900,00 руб.; ФИО10 премией в размере 14 700,00 руб.; ФИО27 премией в размере 4 900,00 руб.; на основании Приказа № 21-22ПР от 05.04.2022 поощрен, в том числе, ФИО12 премией в размере 4 900,00 руб.

4) Годовой премией за достижение результатов: на основании Приказа № 04-22ПР от 10.01.2022 поощрены, в том числе, ФИО2 премией в размере 3 600 000,00 руб.; ФИО3 премией в размере 345 000,00 руб.; ФИО4 премией в размере 920 000,00 руб.; ФИО5 Ж премией в размере 9 650 000,00 руб.; ФИО6 премией в размере 3 000 000,00 руб.; ФИО7 премией в размере 4 200 000,00 руб.; ФИО8 премией в размере 5 200 000,00 руб. — ФИО9 премией в размере 2 800 000,00 руб.; ФИО10 премией в размере 1 950 000,00 руб.; ФИО11 премией в размере 3 050 000,00 руб.; ФИО12 премией в размере 3 350 000,00 руб.; ФИО32 премией в размере 3 120 000,00 руб.; ФИО13 премией в размере 6 300 000,00 руб.; на основании Приказа № 26-22ПР от 30.06.2022 поощрен ФИО14 премией в размере 436 918,00 руб.

5) Квартальной премией за достижение результатов: на основании Приказа № 10-22ПР от 10.02.2022 поощрены, в том числе, ФИО15 премией в размере 153 281,25 руб.; ФИО16 премией в размере 844 383,74 руб.; ФИО17 премией в размере 948 048,61 руб.; ФИО18 премией в размере 979 643,15 руб.; ФИО19 премией в размере 1 326 420,11 руб.; ФИО20 премией в размере 1618 218,05 руб.; ФИО21 премией в размере 1 856 988,15 руб.; ФИО22 премией в размере 1 324 441,32 руб.; ФИО23 премией в размере 244 303,13 руб.; ФИО24 премией в размере 1 054 563,70 руб.; ФИО25 премией в размере 1 154 284,73 руб.; ФИО26 премией в размере 753 259.78 руб.; ФИО27 премией в размере 1 842 500,00 руб.; ФИО28 премией в размере 6 558 937,76 руб.; ФИО29 премией в размере 1 830 390,87 руб.; ФИО30 премией в размере 2 777 500,00 руб. (далее совместно – оспариваемые выплаты, премии).

Судом первой инстанции правильно определен предмет доказывания и применены общие положения конкурсного оспаривания, в соответствии с которыми при разрешении вопроса о причинении вреда имущественным правам кредиторов подлежит оценке совокупный экономический эффект для имущественного положения должника, что согласуется с п. 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), а также с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях по делам о конкурсном оспаривании трудовых выплат, в том числе от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7), от 08.05.2024 № 305-ЭС17-21643(3), от 24.07.2025 № 305-ЭС25-2583 и др.

При рассмотрении споров о конкурсном оспаривании трудовых выплат ключевое значение имеет не формальная квалификация выплаты в качестве элемента системы оплаты труда либо поощрения, а наличие положительного экономического эффекта, выражающегося в фактическом исполнении работником трудовой функции, а также отсутствие кратного, то есть в два и более раза, несоответствия совокупного уровня вознаграждения рыночным показателям по аналогичным должностям у сопоставимых по роду и масштабу деятельности работодателей. Указанный подход прямо подтвержден Определением Верховного Суда РФ от 24.07.2025 № 305-ЭС25-2583, согласно которому выплата премий при фактическом исполнении трудовой функции не свидетельствует о неравноценности встречного исполнения даже при отсутствии письменных приказов о поощрении либо локального положения о премировании, а неравноценность может быть установлена исключительно при доказанности существенного, кратного превышения совокупной заработной платы над рыночным уровнем.

Исходя из характера правоотношений, ограниченных возможностей работников в доказывании (как экономически более слабой стороны), бремя доказывания возлагается на конкурсного управляющего. При этом, ввиду доказательственной асимметрии судом должны приниматься во внимание любые доказательства наличия оснований для выплаты работникам премии, что было верно учтено судом первой инстанции.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что при оспаривании трудовых выплат по основаниям п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве ключевым элементом предмета доказывания является установление того, отличается ли совокупная заработная плата работника существенно, то есть кратно, от вознаграждения по аналогичной должности в сопоставимых организациях, при этом под существенно невыгодными условиями понимаются такие условия, при которых полученное должником встречное предоставление в два и более раза ниже стоимости произведенных им выплат.

Материалы настоящего дела подтверждают, что оспариваемые премии выплачивались в соответствии с трудовыми договорами и локальными нормативными актами должника, носили регулярный и систематический характер, выплачивались в сопоставимом размере и ранее как ответчикам, так и иным работникам должника, а их размер соответствовал рыночному уровню в сопоставимых компаниях. При этом сомнения в фактическом исполнении ответчиками трудовых обязанностей в рамках настоящего обособленного спора не заявлялись, из обжалуемого определения и пояснений конкурсного управляющего следует, что надлежащее исполнение работниками трудовой функции им не оспаривается.

При отсутствии доказательств кратного отличия оспариваемых премий от рыночных показателей остальные доводы, включая вопросы о правовой природе премий, не имеют решающего значения для правильного разрешения спора, что было обоснованно учтено судом первой инстанции.

В любом случае, вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции установлено, что оспариваемые выплаты являлись составной частью заработной платы, на которую работники могли рассчитывать при обычном исполнении трудовых обязанностей и соблюдении предусмотренных критериев, при этом данные выплаты прямо предусмотрены трудовыми договорами и локальными нормативными актами должника, включая Положение об оплате труда и Положение о премировании. Из содержания Положения о премировании от 12.01.2015 г.(п. 4.1 Положения о премировании от 12.01.2015 г., т. 1, л.д. 150) следует, что регулярные квартальные и годовые премии не ставились в зависимость от перевыполнения трудовых обязанностей и не являлись поощрительными выплатами по смыслу ст. 191 ТК РФ, поскольку за достижение результатов сверх трудовой функции предусматривалась отдельная единовременная поощрительная премияв соответствии с п.5.3, к которой оспариваемые выплаты не относятся.

Доводы апеллянта об отсутствии доказательств равноценности трудового вклада обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку надлежащее исполнение трудовых обязанностей не оспаривалось, а материалами дела подтверждено достижение работниками установленных показателей эффективности, достаточных для начисления премий (т. 46, л.д. 120). В частности, судом установлено выполнение сотрудниками отдела продаж показателей продаж, которые выразились вросте продаж должника на 57% в 2021 г. (т. 22, л.д. 23–52), пополнении конкурсной массы на сумму более 10 млрд руб. за счет дебиторской задолженности в связи с деятельностью должника по реализации продаж (т. 20, л.д. 127-130). Из остатков должника по счетам в размере не менее 14,8 млрд руб. (т. 36, л.д. 4-150, т. 37, л.д. 1-150, т. 38, л.д. 1-78), оборотно-сальдовых ведомостей по счетам 62, 62.01 и 62.02усматривается существенный объем операций по поводу осуществленных продаж (т. 50-64, т. 65, л.д. 1-129). Также представлены ответы контрагентов, которые являлись заказчиками услуг должника, подтвердивших факт взаимодействия с работниками (т. 17, л.д. 13, т. 18, л.д. 1–89, т. 26, л.д. 36-т. 28, л.д. 4).

Суд первой инстанции правомерно критически оценил довод конкурсного управляющего о том, что положительная динамика финансовых показателей была обусловлена исключительно рыночной конъюнктурой, указав, что улучшение финансовых показателей работодателя не освобождает его от обязанности по выплате заработной платы, включая ее премиальную часть, поскольку порядок и условия таких выплат определяются трудовыми договорами и локальными нормативными актами, а общие рыночные тенденции относятся к предпринимательскому риску работодателя и не могут перекладываться на работников.

Более того, из доводов самого конкурсного управляющего следует, что рост показателей деятельности должника в спорный период в два раза превысил среднерыночные показатели, что не подтверждает, а, напротив, опровергает его позицию об исключительно рыночной природе достигнутых результатов и свидетельствует об обоснованности начисления и выплаты оспариваемых премий.

При этом в любом случае выплата премий работникам определяется исключительно обстоятельствами, относимыми к работодателю, в том числе, условиями, установленными трудовыми договорами и локальными нормативными актами должника, а не общими тенденциями рынка. Общие рыночные показатели, включая рост онлайн-продаж, относятся к предпринимательскому риску работодателя и не могут освобождать работодателя-должника от исполнения обязательств по выплате заработной платы, включая премии (п. 1 ст. 22, ст. 129 ТК РФ).

В свою очередь зависимость между премиями и рыночными условиями создавала бы необоснованные риски для работников, лишая их права на причитающиеся выплаты, поскольку работодатель мог бы ссылаться на рыночные тенденции в целях уклонения от исполнения своих обязанностей, несмотря на фактическое выполнение сотрудниками установленных показателей, что было учтено судом первой инстанции.

Судом первой инстанции также проверено исполнение трудовых функций работниками иных подразделений, обеспечивающих операционную деятельность должника, и соответствие начисленных им премий внутренней системе оценки эффективности, основанной на коэффициентах, применявшихся при расчете годовых премий(т. 46, л.д. 91). Оценка доказательств произведена судом с соблюдением требований ст. 65, 70, 71 АПК РФ, при этом риск непредставления доказательств правомерно возложен на сторону, заявлявшую соответствующие доводы.

Судом первой инстанции учтены положения ст. 132 и 135 ТК РФ, в силу которых заработная плата зависит от квалификации, сложности, количества и качества труда, максимальным размером не ограничивается и включает стимулирующие выплаты как вознаграждение за трудовую деятельность, при этом встречным исполнением по таким выплатам является непосредственно исполнение работником трудовой функции.

Судом обоснованно установлено, что оспариваемые премии носили систематический характер и выплачивались работникам должника и в периоды, предшествующие банкротству, в сопоставимом размере и на аналогичных условиях, что подтверждается исследованными справками о доходах работников (т. 23, л.д. 110-150; т. 24 л.д. 1-50), расчетными листками и иными доказательствами(т. 21, л.д. 23-150, т. 22 л.д. 1-5), а также соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ о необходимости учета характера и контекста отношений сторон при оценке подозрительности сделок.

Аналогичным образом судом проверено, что в спорный период премии в сопоставимом размере выплачивались ООО «ГУГЛ» и в отношении иных сотрудников, не выступающих ответчиками по обособленному спору (т. 1 л.д. 107-113).

Доводы конкурсного управляющего о том, что премии являлись экстраординарными выплатами либо подменяли собой поощрительные премии, обоснованно отклонены, поскольку материалы дела свидетельствуют о регулярном и систематическом характере выплат и применении единых критериев начисления задолго до возбуждения дела о банкротстве. Аналогично отклонены доводы о необходимости выполнения работниками трудовых обязанностей «сверх нормы», поскольку из локальных актов должника следует, что оспариваемые премии являлись частью системы оплаты труда и не зависели от сверхнормативного труда.

Суд апелляционной инстанции также отклоняет довод конкурсного управляющего о том, что выплата премий не могла представлять собой исполнение должником обязанности по повышению уровня реального содержания заработной платы в рамках ст. 130 ТК РФ, так как ранее должник уже проиндексировал заработную плату. Как обоснованно указал суд первой инстанции, согласно абзацу 23 пункта 10 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 15.11.2017), исходя из буквальноготолкования положений статьи 134 ТК РФ индексация – это не единственный способобеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы. Обязанностьповышать реальное содержание заработной платы работников может быть исполненаработодателем и путем ее периодического увеличения безотносительно к порядкуиндексации, в частности, повышением должностных окладов, выплатой премий и т.п. В данном случае должник сочетал несколько способов повышения уровня реального содержания заработной платы, что не запрещено законом.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых выплат недействительными по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку конкурсным управляющим не доказано наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, факта причинения такого вреда, а также осведомленности работников о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Само по себе наименование должности не свидетельствует об осведомленности о финансовом состоянии должника, а доказательств наличия у ответчиков контролирующего статуса либо заинтересованности в смысле ст. 19 Закона о банкротстве не представлено.

Суд первой инстанции обоснованно установил, что трудовые выплаты по общему правилу совершаются в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, практика выплаты премиальной части заработной платы существовала задолго до банкротства, а оспариваемые выплаты не отличались существенно от аналогичных выплат, производившихся ранее, в связи с чем отсутствуют основания для их оспаривания как неординарных либо взаимосвязанных сделок.

При этом из материалов дела следует, что апеллянт при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в нарушение ст. 65 АПК РФ, не представил доказательств, подтверждающих, каким образом руководители таких отдельных обособленных подразделений должника могли быть осведомлены о финансовом положении должника. Указанный подход обоснованно учтен судом и соответствует разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в Определении от 14.12.2023 № 308-ЭС22-21029(7) по делу № А61-1766/2017, согласно которым для признания лица осведомленным о признаках банкротства необходимо установить его заинтересованность либо фактическую осведомленность о признаках банкротства.

Апеллянтом не представлены доказательства, подтверждающее, что в соответствии с трудовыми функциями работников кто-либо из них являлся руководителем должника или аффилированным с ним лицом, а также располагал сведениями о предположительных признаках банкротства ООО «ГУГЛ».

Довод конкурсного управляющего об осведомленности ФИО29 в силу занятия ею в спорный период должности управляющего директора подлежит отклонению.

Как установил суд первой инстанции, из анализа трудового договора и должностных обязанностей следует, что в спорный период она осуществляла руководство деятельностью отдельного подразделения (управляющий директора в отделе продаж должника, т. 13, л.д. 43–44), что по своему характеру не тождественно полномочиям органов управления должника.

ФИО29 перестала исполнять обязанности генерального директора ООО «ГУГЛ» в марте 2016 г., а после указанной даты в силу своих трудовых обязанностей руководство деятельностью должника не осуществляла (т. 13, л.д. 33–34). После ухода с этой должности все полномочия, которые характерны для позиции генерального директора, были исключены из трудовых обязанностей ФИО29.

Перечень ее трудовых обязанностей являлся стандартным для руководителей отделов продаж и не был связан с полномочиями единоличного исполнительного органа, предусмотренными п. 2 ст. 40 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», п. 1 ст. 7 Закона «О бухгалтерском учете», а также Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих, утвержденным постановлением Минтруда России от 21.08.1998 № 37 (т. 13, л.д. 6–45).

Презумпция осведомлённости о неплатёжеспособности, закреплённая применительно к руководителям должника в ст. 19 Закона о банкротстве, в данном случае не подлежит применению, поскольку доказательств фактического осуществления ФИО29 полномочий по управлению должником конкурсным управляющим не представлено.

Аналогичным образом суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО32, указанная апеллянтом в жалобе, также не является руководителем должника и не подпадает под критерии, установленные ст. 19 Закона о банкротстве.

В Квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и других служащих (утв. Постановлением Минтруда России № 37 от 21.08.1998) разграничены полномочия трех должностей – финансового директора, главного бухгалтера и начальника финансового отдела. Основная функция главного бухгалтера – ведение бухгалтерского учета организации. В то же время к полномочиям начальника финансового отдела отнесена, в частности, обязанность по контролю правильности составления и оформления отчетной документации.

Соответственно, начальник финансового отдела, в отличие от главного бухгалтера, проверяет подготовленную бухгалтерскую отчетность, а не принимает непосредственного участия в подготовке и составлении отчетности.

Согласно п. 3 ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета может возлагаться либо на главного бухгалтера, либо на привлеченную организацию.

В соответствии с п. 1.3 Положения об учетной политике для целей бухгалтерского учета и отчетности ООО «ГУГЛ» на 2019 г. (т. 40 л.д. 89–99) ведение бухгалтерского учета возлагается на привлеченную организацию.

Применительно к ФИО14 судом первой инстанции верно установлено, что начисление премии 30.06.2022 (т. 1, л.д. 114), то есть спустя семь дней после принятия заявления о признании должника банкротом, являлось законным и обоснованным, поскольку апелляционным определением Московского городского суда от 23.04.2024 по делу № 33-10664/2024 срочный трудовой договор № 670-М от 19.06.2021 был признан бессрочным, увольнение ФИО14 — незаконным, работник восстановлен в прежней должности и, соответственно, был вправе рассчитывать на весь комплекс предусмотренных законом и договором социальных гарантий. Само по себе начисление премии после возбуждения дела о банкротстве не свидетельствует о ее недействительности, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 27.04.2022 по делу № А40-267961/2018.

Применительно к А.О. Гелашвили судом первой инстанции обоснованно установлено, что начисление премии за переезд предусмотрено непосредственно трудовым договором, а не локальным нормативным актом должника, являлось условием заключения трудового договора и найма сотрудника, при этом последующее расторжение трудового договора само по себе не свидетельствует о недействительности соответствующего начисления.

Судом первой инстанции правомерно учтено, что трудовые выплаты по общему правилу в любом случае являются совершенными в рамках обычной рамках хозяйственной деятельности – доказательства иному должны были быть представлены апеллянтом, чего им в нарушение ст. 65 АПК РФ сделано не было ни при рассмотрении дела в суде первой инстанции ни в рамках апелляционного обжалования вынесенного определения.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчики, как работники должника, не должны нести ответственность за банкротство компании, в которой они осуществляли свои трудовые обязанности. Профессиональный рост, поощряемый повышением оклада и премированием, не может быть обесценен в связи с тем, что компания-работодатель не справилась с финансовыми обязательствами и была признана несостоятельной.

Таким образом, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал обстоятельства дела, правильно применил нормы материального и процессуального права, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем апелляционная жалоба сводится к переоценке доказательств и не содержит доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции или свидетельствующих о допущенных нарушениях закона.

Как следует из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определениях от 08.05.2024 №305-ЭС17-21643(3), от 05.05.2022 №306-ЭС21-4742, от 15.02.2019 №305-ЭС18-8671(2), помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Трудовым законодательством установлен ограниченный перечень документов, которые работодатель обязан передать работнику при увольнении, в их числе расчетные листы (ст. 140 ТК РФ), копии которых были представлены ответчиками в материалы дела.

Формат трудовых отношений по общему правилу не предполагает хранение работником у себя каких-либо отчетов или актов о проделанной работе, в связи с чем работник, как категория, объективно располагающая меньшими возможностями для опровержения доводов о неосуществлении им своих трудовых обязанностей, ограничен в средствах доказывания и в качестве доказательств выполнения им трудовых функций может указывать, в частности, на сам факт заключения с ним трудового договора и допуска его к работе. Работники не обязаны хранить какие-либо документы, связанные с их трудовой деятельностью с учетом положений статьи 21 ТК РФ, не обладают доступом к внутренней документации должника: работодатель не обязан предоставлять работникам доступ к сведениям, не связанным напрямую с трудовой деятельностью (Письмо Роструда от 15 мая 2014 г. № ПГ/4653-6–1). Отдельные внутренние документы работодателя (например, табели учета рабочего времени), фиксирующие факты осуществления трудовых обязанностей, предоставляются работникам только для ознакомления. Обязанности работника запрашивать и тем более хранить данные сведения закон не содержит.

Исходя из характера правоотношений, ограниченных возможностей работников в доказывании (как экономически более слабой стороны), бремя доказывания возлагается на конкурсного управляющего. При этом, ввиду доказательственной асимметрии судом должны приниматься во внимание любые доказательства наличия оснований для выплаты работникам премии.

Как следует их материалов настоящего дела, ответчиками по настоящему спору выступают работники должника, занимавшие должности руководителей соответствующих отделов и обособленных подразделений: отдела продаж, административно-хозяйственного отдела, финансового отдела, отдела по связям с общественностью и юридического отдела; а также отдела по работе с партнерами: Youtube, Google Cloud и Google Рlay, либо руководителей отдельных направлений внутри обособленных отделов Должника, и работников конкретных отделов.

Несогласие конкурсного управляющего с тем, что реальный вклад работников в деятельность должника выражается в его финансовых результатах, не свидетельствует о необоснованности и недействительности произведённых начислений.

Правомерность выплаты премий работникам определяется исключительно условиями, установленными трудовыми договорами и локальными нормативными актами должника, а не общими тенденциями рынка. Общие рыночные показатели, включая рост онлайн-продаж, относятся к предпринимательскому риску работодателя и не могут освобождать работодателя-должника от исполнения обязательств по выплате заработной платы, включая премии (п. 1 ст. 22, ст. 129 ТК РФ).

Рост онлайн-продаж не отменяет обязанности должника по начислению регулярных премий, установленных трудовыми договорами и локальными актами. Более того, рост объёмов продаж подтверждает прямую зависимость премий от результатов работы сотрудников отдела продаж, что делает доводы конкурсного управляющего взаимоисключающими.

Поскольку деятельность иных структурных подразделений ООО «ГУГЛ» была направлена на обеспечение и поддержку работы отдела продаж, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что исполнение работниками указанных подразделений своих трудовых обязанностей в спорный период имело влияние на финансовые показатели должника.

С учётом положительной динамики показателей продаж и регулярного характера премирования начисление оспариваемых премий данным работникам признаётся обоснованным, а факт выполнения ими трудовых функций в объёме, достаточном для получения премиальных выплат, подтверждённым материалами дела.

Указанное соответствует пункту 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025), в соответствии с которым при установлении равноценности встречных обязательств по договору, заключенному с работником должника, учитывается не только цена сделки, но и вклад работника в хозяйственную деятельность предприятия, в том числе в пределах трудовой функции.

Для целей банкротства встречное предоставление работника может заключаться не только в предусмотренной условиями договора оплате, но и во вкладе в деятельность предприятия, которую вносит работник исходя из той трудовой функции, которую он выполнял в период до и после совершения сделки по условиям трудового договора. В случае документального подтверждения изложенные ответчиком факты указывают на то, что сопутствующие заключению договора обстоятельства и контекст взаимоотношений сторон исключали вывод о подозрительности сделки, а также о неравноценном характере осуществленного контрагентами встречного исполнения.

Суд учел представленные ответчиками данные публично доступных исследований о системе премирования менеджмента и сотрудников IT-компаний, согласно которым стандартный диапазон премирования составляет порядка 30–50% от основного вознаграждения. Указанный показатель соответствует динамике и объёму премий, начисленных и выплаченных ответчикам.

Доказательств того, что бонусная политика ООО «ГУГЛ» имела экстраординарный характер, в том числе применительно к конкретным ответчикам в спорный период, конкурсным управляющим не представлено.

При этом суд верно принял во внимание представленные ответчиком сведения о соответствии спорных выплат сложившейся рыночной практике в IT-секторе, что имеет непосредственное значение применительно к деятельности должника, связанной с предоставлением и использованием цифровых рекламных пространств, что помимо прочего подтверждено представленным в материалы дела заключением специалиста в отношении экономического обоснования и анализа динамики изменения вознаграждений персонала с учетом финансовых показателей деятельности ООО «ГУГЛ» за 2019-2022 гг. от 18.03.2025, подготовленным ООО «ДРТ Консалтинг» (т. 30, л.д. 146-150, т. 31, л.д. 1-48).

Как следует из содержания Постановления Конституционного Суда РФ от 15.06.2023 № 23-П, Определения Верховного Суда РФ от 27.06.2022 № 16-КГ22-12-К4, в отличие от премии, которая входит в систему оплаты труда, премия, предусмотренная частью 1 статьи 191 ТК РФ, исходя из буквального толкования данной нормы, является одним из видов поощрения работников работодателем за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к компетенции работодателя. Такая премия не является гарантированной выплатой (гарантированным доходом) работника, выступает лишь дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который определяет порядок и периодичность ее выплаты, размер, критерии оценки работодателем выполняемых работником трудовых обязанностей и иные условия, влияющие как на выплату премии, так и на ее размер, в том числе результаты экономической деятельности самой организации (работодателя).

В связи с этим для надлежащей оценки обоснованности премирования необходимо определить правовую природу оспариваемых выплат, поскольку именно от их квалификации зависит круг обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Из материалов дела следует, что оспариваемые выплаты отвечали критериям составной части заработной платы, на которую работники ООО «ГУГЛ» могли рассчитывать вследствие обычного исполнения трудовых обязанностей, поскольку конкретное условие о премировании и условиях, при которых работодатель обязан выплатить работнику премию, закреплено в трудовом договоре каждого работника.

В соответствии с Положением о премировании от 12 января 2015 г., порядок начисления и выплаты регулярных премий, выступавших составной частью заработной платы, не предусматривал зависимости от перевыполнения трудовых обязанностей работников и не был обусловлен результатами их работы сверх трудовых обязательств. Из пункта 5.3 Положения о премировании от 12 января 2015 г. (т. 2, л.д. 3) следует, что за перевыполнение трудовых обязанностей предусматривалась отдельная единовременная поощрительная премия – единовременное премирование за достижение результатов. В свою очередь, оспариваемые в настоящем обособленном споре годовые и квартальные премии к указанным поощрительным премиям не относятся, поскольку выплачивались ответчикам в раках регулярного и систематического премирования (п. 4.1 Положения о премировании от 12 января 2015 г., т. 1, л.д. 150).

В силу изложенного доводы апеллянта о неправомерном начислении и выплате премий отклоняются.

При разрешении вопроса о равноценности оспариваемых выплат суд проверяет, насколько такие выплаты в их переменной части с учетом заявленных требований соответствовали характеру и объему исполняемых работниками трудовых обязанностей, их опыту и квалификации.

Помимо положительного вклада в финансово-материальное положение должника, материалами дела подтверждается высокий уровень квалификации ответчиков. Судом установлено, что работники имели, как минимум, одно высшее образование, полученное в ведущих российских и иностранных вузах, свободно владели не менее одним иностранным языком, обладали дополнительными квалификациями по различным специализациям и имели многолетний опыт работы в крупных российских и международных компаниях.

С учетом характера исполняемых ответчиками трудовых обязанностей, их квалификации и опыта суд первой инстанции обосновано не усмотрел оснований для признания оспариваемых начислений и выплат, включая переменную премиальную часть, неравноценными.

В соответствии с п. 5.6 Положения о премировании, ООО «ГУГЛ» может дополнительно поощрять работников за добросовестный труд в соответствии со статьей 191 ТК РФ. Основанием для дополнительного поощрения могут служить рекомендации руководителя подразделения, в котором выполняет трудовые обязанности работник, рекомендации коллег, а также рекомендации генерального директора ООО «ГУГЛ». В соответствии с Положением о премировании условием для получения единовременной (разовой) выплаты выступает рекомендация, которую должен был предоставить руководитель, коллега или генеральный директор премируемого работника. По своему характеру данная премия относилась к поощрительным выплатам за нефинансовые достижения, направленной на развитие и поддержание высокой внутренней корпоративной культуры и человеческого капитала, предоставляя возможность работникам принимать непосредственное участие в поощрительной программе и оценивать достижения коллег. Премия по рекомендации коллег / руководителя начислялась за особые достижения работника, которые могли быть и не связаны с его непосредственными трудовыми обязанностями, но являлись вкладом в развитие компании в целом и ее сотрудников. В частности, это могло быть проведение различных образовательных мероприятий, презентаций, иная помощь коллегам (обучение, наставничество, и пр.). Данные рекомендации оформлялись во внутренней корпоративной информационной системе должника, к которой работники после увольнения не имели доступа. При этом с учетом характера поощрительных выплат и несущественности их размера на работников не может возлагаться обязанность по сохранению рекомендательных писем неограниченное количество времени.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7), в ситуации, когда начисленные премии фактически входили в систему оплаты труда, действия по их начислению могут быть признаны недействительными лишь при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вкладу (статья 61.2 Закона о банкротстве).

В связи с этим ответчики, как работники должника, не должны нести ответственность за банкротство компании, в которой они осуществляли свои трудовые обязанности. Профессиональный рост, поощряемый повышением оклада и премированием, не может быть обесценен в связи с тем, что компания-работодатель не справилась с финансовыми обязательствами и была признана несостоятельной.

Суд учел, что на основании статьи 130 ТК РФ повышение уровня реального содержания заработной платы является одной из основных гарантий, предоставленных работнику действующим трудовым законодательством.

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В силу разъяснений, представленных в абзаце 4 пункта 14 Постановления № 63, при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Из вышеприведенных разъяснений презюмируется, что трудовые выплаты относятся к сделкам, совершаемым в рамках обычной хозяйственной деятельности (абзац 4 пункта 14 Постановления № 63).

Судом установлено, что оспариваемые платежи совершались должником последовательно и представляют собой периодические платежи по соответствующим трудовым договорам с конкретными работниками; каждый из платежей носит индивидуальный (адресный) характер и не предопределяется иными выплатами.

Оспариваемые начисления (выплаты), как следует и из самого заявления конкурсного управляющего и не оспаривается им, осуществлялись в отношении иных работников должника и по тем же основаниям, что и премирование ответчиков (премии за достижение результатов – годовые и квартальные, премии по рекомендации руководителей и коллег).

Совершенные выплаты не отвечают совокупности таких признаков, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок или общее хозяйственное назначение, которые могут служить основанием для квалификации сделок как взаимосвязанных (Постановление Президиума ВАС РФ от 22.09.2009 № 6172/09).

При этом из содержания представленных в материалы дела доказательств следует, что целью издания соответствующих приказов о премировании являлось материальное вознаграждение конкретного работника за конкретный трудовой вклад, внесенный в хозяйственную деятельность должника.

С учетом того, что аналогичные выплаты совершались и в адрес иных работников должника, не являющихся ответчиками по настоящему обособленному спору, вопреки доводам конкурсного управляющего об обратном судом не усматривается оснований для признания наличия у оспариваемых начислений и выплат единой цели противоправного поощрения руководящего состава и вывода денежных средств из конкурсной массы должника.

Из представленных в материалы дела трудовых договоров следует, что премиальная часть всегда являлась составной (переменной) частью их заработной платы.

Указанное также подтверждается в том числе представленными в материалы дела расчетными листками ответчиков за предшествующие периоды трудоустройства в ООО «ГУГЛ» (т. 21, л.д. 23-150, т. 22 л.д. 1-5) и справками 2-НДФЛ (т. 23, л.д. 110-150; т. 24 л.д. 1-50).

Судом установлено, что аналогичные по своим условиям выплаты ранее и в период начисления оспариваемых премий производились должником и в пользу иных работников в сопоставимом размере, что подтверждается расчетными ведомостями ООО «ГУГЛ», представленными в материалы дела (т. 33, л.д. 71–125). Указанные обстоятельства конкурсным управляющим не оспариваются, в связи с чем суд критически относится к доводу конкурсного управляющего о необходимости обособления трудовых выплат по мотиву их выплаты работникам, занимавшим определенные должности, для целей конкурсного оспаривания.

При этом конкурсным управляющим не доказано, а судом не установлено наличие осведомленности ответчиков о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: юридическое лицо, которое является основным или дочерним по отношению к должнику в соответствии с гражданским законодательством; руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет) должника, коллегиальный исполнительный орган должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей, в течение трех лет, предшествующих дате возбуждения производства по делу о банкротстве; иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с пунктами 11, 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» под заинтересованными лицами в данной норме Закона понимаются лица, являющиеся заинтересованными по отношению к должнику и признаваемые таковыми на основании пунктов 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

При определении круга заинтересованных лиц и толковании абзаца 5 пункта 1 статьи 19 Закона, в силу которого к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц помимо субъектов, прямо указанных в пункте 1 статьи 19 Закона о банкротстве, относятся и иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Из анализа трудовых договоров и должностных обязанностей ответчиков следует, что они осуществляли руководство деятельностью отдельных подразделений и направлений работы должника (маркетинг, взаимодействие с органами государственной власти и др.), что по своему характеру не тождественно полномочиям органов управления должника, либо вообще не руководители деятельностью отделов или направлений работы данных отделов, что не оспаривается конкурсным управляющим. Само по себе исполнение ответчиками трудовых функций не свидетельствует об их осведомлённости о наличии признаков неплатёжеспособности либо об обязанности обладать такими сведениями.

Презумпция осведомлённости о неплатёжеспособности, закреплённая применительно к руководителям должника в статье 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в данном случае не подлежит применению, поскольку доказательств фактического осуществления ответчиками полномочий по управлению должником конкурсным управляющим не представлено. Из установленных судом трудовых функций ответчиков не следует, что они были или могли быть осведомлены о финансовом состоянии должника и (или) о целях совершения оспариваемых сделок в силу занимаемых ими должностей.

Конкурсный управляющий ссылается на недействительность оспариваемых выплат согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, суд пришел к верному выводу о том, что конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не приведено доказательств, указывающих на наличие оснований недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Судом установлена равноценность оспариваемых начислений и выплат, которая выражается в объеме и качестве выполненных трудовых обязанностей ответчиками.

Доводы конкурсного управляющего о наличии вреда имущественным правам кредиторов судом отклоняются, поскольку представленные в материалы дела доказательства подтверждают равноценность встречного предоставления, что исключает наличие вреда: наличие встречного предоставления свидетельствует об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов.

В отсутствие у оспариваемой сделки признаков вреда, вопросы аффилированности сторон, осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника и иные элементы подозрительности не имеют правового значения (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023).

Однако основания для вывода о недействительности платежей в пользу ответчиков в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ отсутствуют, поскольку приведенные конкурсным управляющим обстоятельства не свидетельствуют о выходе оспариваемых сделок за пределы диспозиции недействительности, установленной статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Все доводы конкурсного управляющего охватываются диспозицией пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Следовательно, конкурсным управляющим не доказано наличие у оспариваемых сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2025 по делу № А40-126705/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:	Ж.В. Поташова

Судьи:	 Ю.Н. Федорова

Н.В. Юркова