224/2022-38103(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А38-7675/2017  09 января 2023 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 26.12.2022. Постановление в полном объеме изготовлено 09.01.2023. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Прытковой В.П., судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В. 

при участии представителей от общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Советский Мясокомбинат»: ФИО1 (генеральный директор), от ФИО4: ФИО1 по доверенности от 19.01.2018, от общества с ограниченной ответственностью «СоЛЮД»: ФИО2 по доверенности от 10.12.2021, в отсутствие участвующих в деле лице в судебном заседании 26.12.2022 

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы 

общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Советский Мясокомбинат»,  ФИО4  

на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 10.08.2021 и на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2022 по делу № А38-7675/2017 

по заявлению конкурсного управляющего  

общества с ограниченной ответственностью  научно-производственная фирма  

«Республиканский молочный завод» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 к 

обществу с ограниченной ответственностью  «Торговый дом Советский Мясокомбинат»  

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности 

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью научно-производственная фирма «Республиканский молочный завод»  (далее – Завод, должник) конкурсный управляющий ФИО3  обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением о признании  недействительным договора уступки от 12.04.2016 № Р14-18752-ДУ, заключенного  должником с обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом Советский  Мясокомбинат» (далее – Общество) и применении последствий его недействительности.  

Арбитражный суд Ярославской области определением от 10.08.2021, оставленным  без изменения постановлением от 26.11.2021, удовлетворил заявление конкурсного  управляющего, признал договор от 12.04.2016 недействительным, применил последствия  его недействительности в виде взыскания с Общества в пользу Завода 3 767 436 рублей 12  копеек.  

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 19.04.2022 отменил  постановление от 26.11.2021 по безусловным основаниям, направил апелляционные  жалобы Общества и ФИО4 на новое рассмотрение в  арбитражный суд апелляционной инстанции.  

При повторном рассмотрении Первый арбитражный апелляционный суд  постановлением от 12.07.2022 оставил определение от 10.08.2021 без изменения.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Общество и ФИО4  обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в  которых просят их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявления конкурсного управляющего.  

В обоснование кассационной жалобы Общество указывает, что суды пришли к  необоснованным выводам об отсутствии оплаты договора цессии со стороны ответчика, не  приняв во внимание сведения, изложенные конкурсным управляющим в отчете о ходе  проведения процедуры конкурсного производства. В указанном отчете отражено, что  оплата за Общество произведена ФИО1 путем зачета  встречных однородных требований (корректировка долга от 12.04.2016 № 584).  

По мнению подателя жалобы, цена оспоренной сделки не является заниженной. В  рамках настоящего обособленного спора не производилась оценка рыночной стоимости  предмета лизинга, доказательств, подтверждающих рыночную стоимость уступаемого  права, в материалы дела не представлено.  

Заявитель считает, что совершение оспоренной сделки при злоупотреблении правом  со стороны цедента и цессионария не подтверждено материалами дела. Вывод о наличии у  должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату  осуществления уступки противоречит иным судебным актам, принятым в рамках  настоящего дела о банкротстве.  

Общество настаивает на том, что суды не дали оценки факту пропуска конкурсным  управляющим срока исковой давности на подачу заявления о признании договора цессии  недействительным по основанию, предусмотренному статьей 61.2 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  У конкурсного управляющего было достаточно времени для того, чтобы установить  факты заключении договора цессии и перехода права собственности на спорный  

автомобиль. По мнению Общества, об оспаривании сделки по статьям 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий заявил  исключительно в целях преодоления нарушенного срока исковой давности.  

Заявитель полагает, что суды неверно определили размер имущественной выгоды,  полученной от совершения сделки. В частности, не приняли во внимание факт получения  Заводом возмещения по налогу на добавленную стоимость в размере 617 310 рублей  85 копеек, 1 312 500 рублей по договору аренды, заключенного с ФИО5 и  1 087 500 рублей от ФИО4, а всего 3 705 710 рублей 85 копеек, в то время как  стоимость предмета лизинга согласно пункту 3.1 договора составила 2 834 372 рублей  88 копеек. Суды, взыскав с Общества денежные средства в размере всех платежей по  договору лизинга, осуществленных Заводом, не исключили сумму налога на добавленную  стоимость и расходы на страхование КАСКО.  

По мнению Общества, суды необоснованно приняли во внимание показания  свидетеля ФИО6, поскольку они противоречат представленным в материалы  дела доказательствам. При этом поведение ФИО6 свидетельствовало о  действительности договора лизинга, она, будучи директором Завода, вносила лизинговые  платежи, отразила его в бухгалтерском балансе.  

ФИО4 в кассационной жалобе приводит доводы об отсутствии у Завода  признаков неплатежеспособности на дату совершения оспоренной сделки,  злоупотребления правом со стороны ФИО4, аналогичные аргументам,  изложенным в кассационной жалобе Общества.  

Подробно доводы заявителей изложены в кассационных жалобах и поддержаны их  представителем в судебном заседании.  

Конкурсный управляющий в отзыве и представитель кредитора должника –  общества с ограниченной ответственностью «СоЛЮД» в судебном заседании отклонили  доводы заявителей, возражали относительно удовлетворения кассационных жалоб.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и  месте рассмотрения жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили,  что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Как следует из материалов дела, акционерное общество «ВЭБ-Лизинг» (далее –  общество «ВЭБ-Лизинг») (лизингодатель) и Завод (лизингополучатель) заключили договор  лизинга от 20.06.2014 № Р14-18752-ДЛ, по условиям которого лизингодатель на условиях  согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в  собственность у выбранного лизингополучателем продавца – общества с ограниченной  ответственностью «Агат-Вятка» имущество (предмет лизинга), которое обязуется  предоставить лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для  предпринимательских целей с правом последующего приобретения права собственности.  

В силу пункта 3.1 договора предметом лизинга является автомобиль TOYOTA  LAND CRUISER 200, 2014 года выпуска. Стоимость предмета лизинга составляет  2 834 372 рубля 88 копеек.  

Согласно пункту 3.10 договора общая сумма договора составляет 4 046 815 рублей  54 копейки.  

В соответствии с условиями договора лизинга общество с ограниченной  ответственностью «Агат-Вятка» (продавец) и «ВЭБ-Лизинг» (покупатель) заключили  договор купли-продажи от 20.06.2014, предметом которого выступил автомобиль  TOYOTA LAND CRUISER 200, 2014 года выпуска.  

Предмет лизинга передан Заводу по акту от 20.06.2014. 

В период с июня 2014 по февраль 2016 года Завод внес обществу «ВЭБ-Лизинг»  лизинговые платежи на общую сумму 3 767 436 рублей 12 копеек, включая авансовый  платеж по договору лизинга в размере 1 064 342 рубля 68 копеек.  

Завод (цедент) и Общество (цессионарий) заключили договор уступки от 12.04.2016   № Р14-18752-ДУ, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял права и  обязанности по договору лизинга от 20.06.2014 № Р14-18752-ДЛ.  

В соответствии с пунктами 1.2 и 3.1 договора за уступаемые права и обязанности  цессионарий выплачивает цеденту компенсацию в размере 1 087 500 рублей.  

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 11.07.2017 возбудил  производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Завода; определением от  03.08.2017 ввел в отношении него процедуру наблюдения, решением от 29.03.2018 признал  должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении его имущества процедуру  конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО3; определением от 22.09.2021 утвердил новым конкурсным управляющим  ФИО7.  

Конкурсный управляющий, посчитав, что договор цессии заключен при  злоупотреблении правом и неравноценном встречном исполнении, в целях причинения  вреда имущественным интересам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением  о признании его недействительным.  

Проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов,  изложенных в кассационной жалобе, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное  заседание, Арбитражный суд Волго-Вятского округа принял на основании следующего.  

Удовлетворив заявление конкурсного управляющего, суды двух инстанций  исходили из того, что заключение договора цессии являлось экономически  нецелесообразным и привело к значительным имущественным потерям, поскольку на  приобретение спорного автомобиля Завод затратил 3 767 436 рублей 12 копеек, однако  уступил права и обязанности по договору лизинга за 1 087 500 рублей. Между тем,  денежные средства в размере 1 087 500 рублей Общество Заводу не передало.  

Суд принял во внимание, что в период заключения и исполнения со стороны Завода  оспоренного договора уступки должник и Общество входили в одну группу лиц,  контролируемую ФИО4, который являлся единственным  участником должника и тестем генерального директора ответчика – ФИО5 и отцом участника ответчика – ФИО8.  

Кроме того, суды пришли к выводу о заключении оспоренного договора при  злоупотреблении правом, поскольку на момент его исполнения к должнику были  предъявлены требования акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный  банк» в размере 45 459 194 рубля по обязательствам, вытекающим из договора  поручительства Завода за общество с ограниченной ответственностью «Птицефабрика  Звениговская». То есть уступка прав и обязанностей по договору лизинга, влекущая  переход права собственности на автотранспортное средство аффилированному лицу –  Обществу по сути направлена на вывод активов должника во избежание обращения  взыскания на данное имущество акционерным обществом «Российский  Сельскохозяйственный банк» для погашения задолженности по возбужденному  исполнительному производству.  

С учетом изложенного, оспоренная сделка признана судом недействительной в связи  с тем, что в результате ее совершения из конкурсной массы должника по заниженной  стоимости выбыло ликвидное имущество, то есть фактически ее заключение причинило  вред имущественным интересам кредиторов.  

В качестве последствий недействительности сделки суд взыскал с Компании в  конкурсную массу Завода 3 767 436 рублей 12 копеек, составляющих размер лизинговых  платежей, внесенных должником обществу «ВЭБ-Лизинг», поскольку выкупная стоимость  предмета лизинга в договоре не определена.  

Между тем, судами не учтено следующее. 

В Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды  (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  27.10.2021 (далее – Обзор от 27.10.2021) сформулированы правовые подходы к вопросу  определения равноценности встречного предоставления при осуществлении передачи прав  и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга.  

В силу пункта 38 Обзора от 27.10.2021 в случае оспаривания соглашения о передаче  лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию,  предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда  имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения  между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и  размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия  недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной  определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме  обязательства перед лизингодателем.  

Оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать соотношение между  коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и  размером встречного предоставления нового лизингополучателя.  

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в  зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания  лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в  будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер  просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер  будущих лизинговых платежей и другие). То есть необходимо установить стоимость права  требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных  предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга.  

Как отмечено в пункте 39 Обзора от 27.10.2021 при применении последствий  недействительности соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга,  обязательства по которому были исполнены последующим лизингополучателем, с него  может быть взыскана действительная стоимость договорной позиции на момент ее  приобретения.  

Поскольку фактически оспоренная сделка признана недействительной ввиду  уменьшения в результате ее совершения конкурной массы, то есть причинения вреда  имущественным интересам кредиторов, указанные разъяснения подлежат применению к  настоящему обособленному спору. Признание договора уступки недействительным в том  числе в связи с злоупотреблением Заводом и Компанией правом при его заключении не  влияет на порядок и необходимость определения рыночной стоимости договорной  позиции.  

Суды двух инстанций, признав оспоренную сделку недействительной, основывались  на сравнении суммы платежей по договору лизинга (3 767 436 рублей 12 копеек),  уплаченных Заводом, и цены договора уступки от 12.04.2016 (1 087 500 рублей).  

Между тем, с учетом правовых позиций, изложенных в Обзоре от 27.10.2021,  выводы суда об уступке Заводом прав и обязанностей по договору лизинга Обществу по  заниженной стоимости, о значительном уменьшении конкурсной массы должника, и,  

соответственно, о явном злоупотреблении правом обеими сторонами сделки, сделаны  судом преждевременно, без установления действительной стоимости договорной позиции  на дату заключения договора уступки 12.04.2016.  

Само по себе признание сделки недействительной не является основанием для  взыскания с цессионария в порядке применения реституции всех лизинговых платежей,  без установления и определения действительной стоимости переданной договорной  позиции, исходя, в том числе, из рыночной стоимости автомобиля на дату заключения  договора цессии и рыночной стоимости прав и обязанностей, уступленных по данному  договору.  

Кроме того, суды пришли к противоречивым выводам по вопросу относимости  платежного поручения от 15.12.2014 № 16099 к оплате по договору уступки прав  требований. С одной стороны суды указали, что в материалах дела отсутствуют  доказательства, подтверждающих заключение Заводом и Обществом договора займа от  15.12.2014, на который сделана ссылка в спорном платежном поручении, с другой –  констатировали, что к оплате по договору уступки от 12.04.2016 оно также не может быть  отнесено. Между тем, отрицая возможность его признании достоверным доказательством  оплаты, судебные инстанции, установив реальность поступления денежных средств в  сумме 1 087 500 рублей, не исследовали вопрос о том, к каким обязательствам между  Обществом и Заводом относится данная сумма (в том числе с учетом совпадения  стоимости уступленных прав и размера данного перевода).  

Поскольку в случае, если Завод получил равноценное встречное предоставление по  оспоренному договору уступки, выводы судов относительно того, что транспортное  средство использовалось семьей ФИО4, а не должником, не будет иметь  правового значения для рассмотрения настоящего спора, так как договор лизинга и  обстоятельства его заключения предметом настоящего обособленного спора не являются.  

При наличии у конкурсного управляющего оснований полагать, что ФИО4  или иные контролирующие должника лица действовали в целях причинения вреда Заводу,  он не лишен права обратиться в арбитражный суд с соответствующими заявлениями (о  взыскании с них убытков или привлечения к субсидиарной ответственности).  

При таких обстоятельствах, вывод судов о заключении сделки с нарушением статьи  10 Гражданского кодекса Российской Федерации, также является преждевременным. В  случае, если при новом рассмотрении суд придет к выводу о наличии у оспоренного  договора пороков, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, ему также следует  дать оценку доводам Общества о пропуске конкурсным управляющим срока исковой  давности.  

Выводы, изложенные в обжалованных судебных актах, сделаны судами при  неполном установлении обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения  спора, поэтому они подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется сбор,  исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий,  установленных для рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций, что  невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в  соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное в мотивировочной части  настоящего постановления, и, исходя из подлежащих применению норм материального и  процессуального права, с учетом результатов оценки доводов и возражений всех  

участников обособленного спора, а также собранных по делу доказательств, принять  законный и обоснованный судебный акт.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебного акта, суд округа не установил.  

 Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины судом  округа не рассматривался, поскольку в силу абзаца второго части 3 статьи 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при отмене судебного  акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов  разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 3 части 1), 288 (часть 1) и 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

отменить определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 10.08.2021 и  постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2022 по делу   № А38-7675/2017.  

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Республики Марий Эл.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  В.П. Прыткова  

 Судьи  Е.В. Елисеева 

С.В. Ионычева