ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-23571/2019

город Ростов-на-Дону

30 июня 2021 года

15АП-9699/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 июня 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.

судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от конкурсного управляющего должника ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 01.02.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Мостовой Людмилы Андреевнына определение Арбитражного суда Краснодарского краяот 23.04.2021 по делу № А32-23571/2019 о признании требований подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр,по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ГрандСтрой»в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Индустриальный союз Кубани» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

27.05.2019 в Арбитражный суд Краснодарского края (далее - суд) обратилась Государственная корпорации развития «ВЭБ.РФ» с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Индустриальный союз Кубани».

Определением суда от 30.05.2019 вышеуказанное заявление принято судом к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Индустриальный союз Кубани».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.12.2019 требования Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» признаны обоснованными, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Индустриальный союз Кубани» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в официальном источнике 11.01.2020.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.01.2021 (резолютивная часть от 19.01.2021) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

13.02.2020 в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «ГрандСтрой» (далее – кредитор), которое просит включить требования в реестр требований кредиторов 694 054 руб. 80 коп., в том числе 430 000 руб. основного долга, 264 054 руб. 80  коп. процентов.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.04.2021 требования ООО «ГрандСтрой» в размере 694 054 руб. 80 коп. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты должника, т.е. после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002                   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурный управляющий обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что договоры займа № 1 от 15.01.2019 и № 18 от 11.07.2019, положенные в основу требований, являются мнимыми, расчетный счет должника является транзитным, имело место внутригрупповое перераспределение денежных средств, поэтому требования кредитора не подлежали включению в реестр требований кредиторов. Полученные денежные средства не были израсходованы в собственных предпринимательских целях, а были перенаправлены на счета других лиц. 

Представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя конкурсного управляющего, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Из разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Принимая во внимание, что на дату рассмотрения требования в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, требование подлежит рассмотрению в порядке статей 100, 142 Закона о банкротстве.

Проверив в порядке статьи 100 Закона о банкротстве представленные в материалы дела документы, арбитражный суд установил, что заявителем соблюден срок предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов. На дату рассмотрения требования срок на предъявление возражений истек. Конкурсным управляющим заявлены возражения на требование кредитора.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Основанием для удовлетворения требования кредитора является предоставление им доказательств, достоверно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения иных кредиторов.

Требования кредитора могут основываться на вступившем в законную силу судебном акте о взыскании с должника суммы долга или на иных первичных документах, позволяющих установить основание и размер его денежного обязательства.

Во избежание нарушения прав остальных кредиторов, в целях установления обоснованности долга, не допущения включения в реестр необоснованных требований судебному исследованию подлежат действительные намерения сторон, все обстоятельства заключения, этапов исполнения сделок, вопрос о взаимосвязанности сторон, оценка экономической разумности и целесообразности договоров с должником-банкротом.

Исходя из характера заявленного требования, в предмет доказывания по спорам об установлении обоснованности и размера требований кредиторов входит оценка сделки на предмет ее заключенности и действительности, обстоятельств возникновения долга, установления факта наличия/отсутствия общих хозяйственных связей между кредитором и должником, экономической целесообразности заключения сделки, оценка поведения сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при заключении сделки.

Таким образом, с учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности.

В обоснование своих требований кредитор указывает, что между кредитором и должником заключен ряд договоров займа, а именно:

1)  договора займа № 1 от 15.01.2019, по которому кредитором был выдан заем в размере 21 000 000 руб., под 8% годовых, сроком до 15.01.2024.

Обязательства должника по возврату займа по данному договору были частично исполнены, что подтверждается соглашением о переводе долга № 17 от 01.04.2019. 

На основании акта сверки взаимных расчетов по состоянию на 23.12.2019 между кредитором и заемщиком сумма задолженности составляет 249 687 руб. 68 коп.

2)  договора займа № 18 от 11.07.2019, по которому кредитором был выдан заем в размере 5 000 000 руб., под 8%, сроком до 11.07.2024. 

В счет исполнения должником были получены денежные средства в размере 430 000 руб., что подтверждается платежными поручениями от 11.07.2019 № 21 на сумму 130 000 руб. и от 29.07.2019 № 24 на сумму 300 000 руб. 

Обязательства должника по возврату займа по данному договору не были исполнены в полном объеме. 

На основании акта сверки взаимных расчетов по состоянию на 23.12.2019 между кредитором и заемщиком сумма задолженности составляет 444 367 руб. 12 коп. 

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В силу положений статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

На основании статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. 

Заявитель, обратившись с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника, указал, что суммы займов по договорам денежного займа                              № 1 от 15.01.2019 и № 18 от 11.07.2019 должником заявителю не возвращены в полном объеме.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

Конкурсный управляющий указывает на аффилированность кредитора и должника.

Понятие аффилированного лица дано в ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991                 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Аффилированными признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В силу данной нормы права отношения аффилированности могут возникнуть применительно к двум категориям субъектов: аффилированные лица юридического лица и аффилированные лица физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность.

При этом аффилированными лицами юридического лица являются:

- член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

- лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

- лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

- юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

В силу подпункта 3 и 9 ч. 1 ст. 9 Закона о конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в п. 1 -8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Так, судом первой инстанции установлено, что функции единоличного исполнительного органа кредитора ООО «ГрандСтрой» осуществлял ФИО5.

ФИО5 является братом ФИО6.

ФИО6 осуществлял функции единоличного исполнительного органа ООО «ЮгИнтерСервисСтрой».

Должник ООО «Индустриальный союз Кубани» имело долю в уставном капитале ООО «ЮгИнтерСервисСтрой» в размере 70%.

Таким образом, все вышеперечисленные лица связаны между собой и входили в одну группу лиц на дату возникновения вышеуказанных обязательств должника перед кредитором, следовательно, являются аффилированными по отношению друг к другу.

Аффилированность установлена судом на дату возникновения обязательств должника перед кредитором и участвующими в деле лицами не оспаривается.

Лица, будучи связанными тесными корпоративными связями, как правило, лучше осведомлены о действительном финансовом положении предприятия, по сравнению с «внешними» кредиторами, что, безусловно, предполагает у них больших объем дискреции например, на создание формально идеальных гражданско-правовых отношений, для целей последующего включения задолженности в реестр требований общества-банкрота либо совершения цепочки взаимосвязанных сделок итоговым результатом которых является получением конечным бенефициаром какой-либо материальной выгоды (выведение активов, их перераспределения), в том числе за счет залогового имущества.

Этим объясняется предъявление к аффилированным с должником лицам экстра повышенного стандарта доказывания, предполагающим необходимость исключения таким кредитором любых сомнений в реальности правоотношений и правомерности в связи с этим предъявления к должнику требования.

Не редки случаи применения аффилированными лицами иных формально-легальных способов (гражданско-правовых инструментов) извлечения максимальной выгоды из экономически нецелесообразного к функционированию юридического лица.

Такие способы, по сути, представляют собой совокупность юридически значимых действий, направленных на выведение (перераспределение) активов должника либо на минимизацию собственных имущественных потерь.

Указанное обычно сопровождается составлением всей необходимой первичной документации, что в условиях аффилированности вовлеченных лиц не является затруднительным, осуществлением формального исполнения в рамках разработанной заинтересованными лицами схемы своих действий, либо корректировкой ранее совершенных действий под реализуемую ими картину гражданско-правовых отношений.

Для таких случаев характерны обстоятельства отсутствия финансовой возможности исполнения обязательств по заявленным к включению требованиям, транзитного характера платежей, осуществленных в рамках сделок, возможного использования аффилированными лицами для расчетов денежных средств самого должника (его правопредшественника), принятие мер по нивелированию своего негативного воздействия от руководства юридического лица в условиях его имущественного кризиса.

Эти и другие обязательства связанные с установлением действительного наличия требования (реальность правоотношений их содержание, правовая природа обязательства, мотивы вступления в правоотношения), подлежат установлению и оценки судами при рассмотрении требований аффилированных лиц к должнику применительно к правилам статей 71, 168, 170 АПК РФ.

Поэтому именно на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости сложившихся правоотношений с должником. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделки, положенной в основу требования, при этом не может ограничиться минимальным комплектом документов (договор, платежные документы о перечислении, передачи денежных средств внутри группы).

Согласно пункту 2 Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

С учетом даты заключения договоров займа 15.01.2019 и 11.07.2019, даты возбуждения производства по делу о банкротстве 30.05.2019, возникновения ситуации имущественного кризиса, подтвержденного анализом финансового состояния должника, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что действия сторон свидетельствует о внутреннем финансировании в условиях кризисной для должника ситуации. 

Действия заинтересованных лиц в преддверии банкротства должника были направлены на получение денежных средств из конкурсной массы, а также преследовали цель оказать существенное влияние на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и, соответственно, на ход дела о несостоятельности общества с ограниченной ответственностью «Индустриальный союз Кубани».

С учетом экономического положения должника из изложенного следует, что, заключая договоры займа, аффилированный кредитор сознавал, что данный заем является нереальным к возврату, то есть сделка не может быть расценена, как совершенная в обычных условиях оборота.

Судебная коллегия приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежит применению правовая позиция, изложенная в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, в соответствии с которой требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе ссылается на транзитный характер перечисления денежных средств. 

Судом установлена аффилированность должника и кредитора, в связи с чем, к требованию последнего подлежит применению более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10, транзитное движение денежных средств, оформленное договорами займа, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

Оформленное договорами займа транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов (например, при получении кредитором переданных в заем денежных средств по договорам займа при отсутствии доказательств исполнения обязанности по возврату займа), может свидетельствовать о формальном характере перечислений, имеющих своей исключительной целью установление доминирующего контроля над процедурой несостоятельности (банкротства).

Транзитный характер расчетов означает замкнутость расчетных операций и возврат денежных средств лицу, их перечислившему.

В данном обособленном споре такие обстоятельства не установлены.

Ввиду признания требований кредитора вытекающим из компенсационного финансирования при установлении обстоятельств, свидетельствующих о фактическом (реальном) предоставлении должнику денежных средств, согласно позиции, изложенной в абзаце 8 подпункта 3.1 пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.04.2021 по делу № А32-23571/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                           М.Ю. Долгова

 

Судьи                                                                                             Д.В. Емельянов

 

Д.В. Николаев