АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-1700/2022

г. Краснодар

25 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 25 марта 2025 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Илюшникова С.М. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 03.03.2022), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 28.01.2025), от ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 03.09.2024), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационные жалобы ФИО1, ФИО1 и финансового управляющего ФИО1 ФИО7 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 17.09.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по делу № А53-1700/2022 (Ф08-12286/2024), установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО8 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительной цепочки взаимосвязанных сделок по отчуждению имущества должника, оформленных договорами и соглашениями, заключенными должником и ФИО3, и договора купли-продажи недвижимого имущества от 19.04.2023, заключенного ФИО3 и ФИО5, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника (уточненные требования).  

Определением суда от 06.07.2023 к участию в деле качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечена ФИО5  

Определением суда от 06.08.2024 ФИО5 привлечена к участию в деле качестве соответчика.  

Определением суда от 17.09.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 09.12.2024, в удовлетворении заявления отказано; отменены обеспечительные меры, принятые определениями от 28.04.2023 (запрет Управлению Росреестра по Ростовской области совершать регистрационные действия), от 28.04.2023 (запрет ФИО3 заключать договоры по отчуждению и обременению недвижимого имущества), от 11.09.2023 (арест на денежные средства и иное имущество ФИО3; перечислены с депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области в пользу ООО «Региональный центр судебной экспертизы» 87 500 рублей; возвращены ФИО3 с депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области 145 тыс. рублей, внесенных по платежному поручению от 10.10.2023 № 78, после получения от плательщика ходатайства с указанием реквизитов для возврата денежных средств; с должника в пользу ФИО3 взысканы 5 тыс. рублей судебных расходов на оплату экспертизы.  

В кассационной жалобе, дополнении и возражениях финансовый управляющий просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, суды неверно применили нормы законодательства об обычаях делового оборота; не учли отсутствие экономической и иной целесообразности заключения договоров займа для должника и ФИО3, за исключением вывода активов должника; не приняли во внимание осведомленность ФИО3 о приобретении спорного имущества по заниженной цене; уклонились от применения повышенного стандарта доказывания, учитывая вывод о наличии аффилированности сторон; не исследовали доводы финансового управляющего о недобросовестности ФИО5  

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. В обоснование жалобы указано на то, что суды недостаточно исследовали вопрос о наличии финансовой возможности ФИО3 произвести оплату по оспариваемой сделке. Заключение по результатам выполнения судебной оценочной экспертизы является недопустимым доказательством ввиду многочисленных нарушений при проведении экспертизы. Рыночная стоимость спорного имущества подтверждается проектами договоров купли-продажи ООО СК «Энергия» и бенефициаром ФИО9, в которых она составляет более 100 млн рублей, что сопоставимо с кадастровой стоимостью. Суды не дали оценки тому обстоятельству, что часть имущества должника, которое не принадлежит ФИО3, реализовано им в рамках оспариваемого договора, заключенного ФИО5 и ФИО3, как это указано в пункте 6 договора от 19.04.2023.  

Должник в кассационной жалобе и дополнении к ней просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение. По мнению подателя жалобы, является необоснованным вывод судов о наличии у ФИО3 финансовой возможности для совершения сделок. Документы, предоставленные ФИО3, оформлены лишь для вида наличия финансовой возможности. Остался без оценки довод о том, что ООО «Саят-Нова» стало отвечать признакам объективного банкротства еще в 2019 году, когда ПАО «Центр-Инвест» предоставил отсрочку погашения кредита, а также о наличии у должника в 2019 году признаков неплатежеспособности, поскольку имелись неисполненные обязательства перед налоговым органом. Суды не приняли во внимание факт занижения цены имущества, указанной в соглашении, в целях уменьшения подлежащего уплате налога на доходы физических лиц.  

В отзыве на кассационную жалобу Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 26 по Ростовской области просит отменить судебные акты, ссылаясь на то, что суды не учли отсутствие финансовой возможности ФИО3 произвести оплату по оспариваемой сделке.  

ФИО3 и ФИО5 в отзывах на кассационные жалобы указали на их несостоятельность, а также законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.  

В судебном заседании представитель должника, представитель ФИО3 и представитель ФИО9 поддержали ранее изложенные позиции.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, определением суда от 31.01.2022 заявление ПАО КБ «Центр-инвест» о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов гражданина.  

Решением суда от 19.04.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8 Определением суда от 11.12.2023 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Определением суда от 26.12.2023 финансовым управляющим утверждена ФИО7  

В рамках процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим проведен анализ сделок должника, по результатам которого установлено следующее.  

ФИО3 (займодавец) и должник (заемщик) оформили договоры беспроцентного займа от 12.02.2019 № 1 на 1 575 тыс. рублей (с 12.02.2019 до 19.11.2019), от 23.02.2019  

 № 2 на 2 625 тыс. рублей (с 23.02.2019 до 19.11.2019), от 19.03.2019 № 3 на 5 250 тыс. рублей (с 19.03.2019 до 19.11.2019), от 23.03.2019 № 4 на 5 250 тыс. рублей (с 23.03.2019 до 19.11.2019), от 01.04.2019 № 5 на 5 250 тыс. рублей (с 01.04.2019 до 19.11.2019), от 22.04.2019 № 6 на 1 050 тыс. рублей (с 22.04.2019 до 19.11.2019), от 23.07.2019 № 7 на 5 250 тыс. рублей (с 23.07.2019 до 19.11.2019), от 15.08.2019 № 8 на 5 250 тыс. рублей (с 15.08.2019 до 19.11.2019), от 31.08.2019 № 9 на 1 050 тыс. рублей (с 31.08.2019 до 19.11.2019), от 30.09.2019 № 10 на 14 500 тыс. рублей (с 30.09.2019 до 19.11.2019) и от 07.10.2019 № 11 на 2 950 тыс. рублей (с 07.10.2019 до 19.11.2019). Из пункта 3.6 договоров усматривается, что передача денежных средств осуществлена перед подписанием договоров; в пунктах 3.4, 3.5 договоров имеются подписи супругов займодавца и заемщика на передачу и принятие денежных средств соответственно.  

Впоследствии ФИО3 (кредитор) и должник заключили соглашение об отступном от 08.07.2020 № 1, по условиям которого в счет погашения 21 млн рублей задолженности по договорам займа № 1 – 6 должник предоставил кредитору следующее недвижимое имущество, находящееся по адресу; 

<

...>:  

– земельный участок площадью 9728 кв. м, из категории земель населенных пунктов с кадастровым номером 61:59;0020108:427, разрешенное использование: размещение промбазы, принадлежащий на основании договора купли-продажи земельного участка от 03.09.2014 № 32/2014, что подтверждается записью о произведенной государственной регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/129/2014-267;  

– мост № 1, назначение – нежилое, площадью 255,8 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:266, принадлежащий на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-402;  

– склад цемента, назначение – нежилое, площадью 116,9 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:267, принадлежащий на основании договора купли-продажи, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-398;  

– здание, назначение – нежилое, площадью 1470,5 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:486, принадлежащее на основании решения Шахтинского городского суда Ростовской области от 18.042017, что подтверждается записью регистрации права собственности от 26.062017 № 61:59:0020108:486-61/049/2017-1;  

– разгрузочная площадка, назначение – нежилое, площадью 89,1 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108272, принадлежащая на основании договора купли-продажи от 26.03.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-400.  

Согласно пункту 1.4 соглашения, оно является документом, подтверждающим передачу отчуждаемого недвижимого имущества. В соответствии со статьей 556 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны признают настоящее соглашение имеющим силу передаточного акта. Из пункта 2.3 соглашения усматривается, что кредитор уведомлен о том, что имущество, указанное в пункте 1.3. настоящего соглашения находится в залоге по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.05.2012 № 5410/452/10862, заключенному ООО «Стройиндустрия» и ПАО «Сбербанк», договору ипотеки от 27.09.2013 № 5410/452/10862/и-3, договору ипотеки от 13.08.2018 № 5410/452/10862/и-5.  

ФИО3 (кредитор) и должник заключили соглашение об отступном от 08.07.2020 № 2, по условиям которого в счет погашения задолженности по договорам займа № 7 – 9 в размере 11 550 тыс. рублей должник предоставил кредитору следующее недвижимое имущество, находящееся по адресу: 

<

...>:  

– земельный участок, площадью 5767 кв. м, из категории земель населенных пунктов с кадастровым номером 61:59:0020108:429, разрешенное использование: размещение промбазы, принадлежащий на основании договора купли-продажи земельного участка от 03.09.2014 № 32/2014, что подтверждается записью о произведенной государственной регистрации права собственности № 61-61-49/129/2014-268;  

– нежилое здание площадью 62,1 кв. м с кадастровым номером 61:59:0020108:273, принадлежащее на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 31.10.2011 № 61-61-49/1051/2011-370;  

– компрессорная, назначение – нежилое площадью 235,2 кв. м с кадастровым номером 61:59:0020108:160, принадлежащая на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-395;  

– котельная, площадью 208,6 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:269, принадлежащая на основании решения Шахтинкого городского суда Ростовской области от 12.09.2011, что подтверждается записью регистрации права-собственности от 08.11.2011 № 61-61-49/105/2011-369.  

Из пункта 2.3 данного соглашения усматривается, что кредитор уведомлен о том, что имущество, указанное в пункте 1.3. настоящего соглашения находится в залоге по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.05.2012 № 5410/452/10862, заключенному ООО «Стройиндустрия» и ПАО «Сбербанк», договору ипотеки от 27.09.2013 № 5410/452/10862/и-3, договору ипотеки от 13.08.2018 № 5410/452/10862/и-5.  

ФИО3 (кредитор) и должник заключили соглашение об отступном от 08.07.2020 № 3, по условиям которого в счет погашения задолженности по договорам займа № 10, 11 в размере 17 450 тыс. рублей должник предоставил кредитору следующее недвижимое имущество, находящееся по адресу: 

<

...>:  

– земельный участок площадью 6076 кв. м из категории земель населенных пунктов с кадастровым номером 61:59:0020108:426, разрешенное использование: размещение промбазы, принадлежащий на основании договора купли-продажи земельного участка от 03.09.2014 № 32/2014, что подтверждается записью о произведенной государственной регистрации права собственности от 10.10.2014 № 61-6149/129/2014-265;  

– бетонорастворный узел площадью 593,1 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:268, принадлежащий на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-6149/061/2011-403;  

– корпус производственный площадью 4235,7 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:275, принадлежащий на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-399;  

– земельный участок площадью 9930 кв. м, из категории земель населенных пунктов с кадастровым номером 61:59:0020108:428, разрешенное использование: размещение промбазы, принадлежащий на основании договора купли-продажи земельного участка от 03.09.2014 № 32/2014, что подтверждается записью о произведенной государственной регистрации права собственности от 10.10.2014 № 61-6149/129/2014-269;  

– галерея подштабельная, назначение – производственное (промышленное), протяженность 90,2 кв. м, площадь каждого по наружному обмеру 11,2 кв. м, литер 1 – 1/3, 61/1, 61/2, с кадастровым номером 61:59:0020108:413, принадлежащая на основании договора купли-продажи от 25.08.2011, что подтверждается записью регистрации права  

собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-404 (в редакции дополнительного соглашения от 09.07.2020 № 1).  

Из пункта 2.3 соглашения усматривается, что кредитор уведомлен о том, что имущество, указанное в пункте 1.3. настоящего соглашения находится в залоге по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.05.2012 № 5410/452/10862, заключенному ООО «Сгройиндустрия» и ПАО «Сбербанк», договору ипотеки от 27.09.2013 № 5410/452/10862/и-3, договору ипотеки от 13.08.2018 № 5410/452/10862/и-5.  

ФИО3 (покупатель) и должник (продавец) заключили договор купли-продажи от 09.07.2020, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя, а покупатель принял и оплатил на условиях настоящего договора нижеперечисленное имущество, находящееся по адресу: 

<

...>:  

– земельный участок, площадью 8623 кв. м, из категории земель населенных пунктов с кадастровым номером 61:59:0020108:425, разрешенное использование: размещение промбазы, принадлежащий на основании договора купли-продажи земельного участка от 03.09.2014 № 32/2014, что подтверждается записью и произведенной государственной регистрации права собственности от 10.10.2014 № 61-61-49/129/2014-266;  

– склад готовой площадью 2999 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:270, принадлежащий на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-401;  

– станция насосная площадью 32,9 кв. м, с кадастровым номером 61:59;0020108:274, принадлежащая на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-396;  

– открытый склад цемента площадью 95,3 кв. м, с кадастровым номером 61:59:0020108:271, принадлежащий на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-397;  

– сооружение (сооружение железнодорожного транспорта) протяженность 0,381 км, выгрузочный путь № 12, Литер № 12 стр. 10 упор 4 н., с кадастровым номером 61:59:0020108:304, принадлежащее на основании договора купли-продажи от 26.08.2011, что подтверждается записью регистрации права собственности от 27.09.2011 № 61-61-49/061/2011-405.  

Согласно пункту 1.2 договора общая стоимость имущества указанного пункте 1.1, составляет 6 млн рублей. В соответствии с пунктом 2.2 договора покупатель уведомлен о том, что указанное имущество находится в залоге по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.05.2012 № 5410/452/10862, заключенному ООО «Стройиндустрия» и ПАО «Сбербанк», договору ипотеки от 27.09.2013 № 5410/452/10862/и-3, договору ипотеки от 13.08.2018 № 5410/452/10862/и-5. Из пункта 3.2 договора следует, что оплата стоимости имущества осуществляется в следующем порядке: на основании согласия ПАО «Сбербанк» от 09.07.2020 № 5221-исх/1334, а также с согласия продавца покупатель перечисляет денежную сумму в размере 5 817 134 рублей 96 копеек в счет погашения обязательств по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.05.2012 № 5410/452/10862, заключенному ООО «Стройиндустрия» и ПАО «Сбербанк», договору ипотеки от 27.09.2013 № 5410/452/10862/и-3, договору ипотеки от 13.08.2018 № 5410/452/10862/и-5; денежную сумму в размере 43 286 рублей в счет погашения государственной пошлины за рассмотрение искового заявления от 22.05.2020 по делу № 61RS0047-01-2020-000731-65 в Октябрьском районном суде Ростовской области; денежную сумму в размере 139 579 рублей покупатель передал продавцу наличными денежными средствами.  

Факт оплаты по договору подтверждается платежными поручениями от 09.07.2020 № 10 на сумму 5 817 134 рублей 96 копеек, от 09.07.2020 № 11 на сумму 43 286 рублей.  

ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.04.2023, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора 19 объектов вышеуказанного недвижимого имущества. Общая стоимость передаваемого по настоящему договору имущества (в том числе оборудования) составляет 65 млн рублей, включая все налоги и сборы. Порядок оплаты установлен в приложении № 1 к договору, согласно которому оплата производится в период с 30.04.2023 по 31.03.2025 равными платежами. На основании акта приема-передачи от 19.04.2023 недвижимое имущество передано покупателю. До момента полной оплаты покупателем денежных средств имущество находится в залоге у продавца для обеспечения покупателем обязательства по оплате (пункт 2.6 договора). Согласно представленной в дело выписке из ЕГРН переход права собственности к ФИО5 зарегистрирован 26.04.2023.  

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной цепочки взаимосвязанных сделок по переходу права собственности в отношении недвижимого имущества, ранее принадлежавшего должнику,  

на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на причинение данной сделкой вреда имущественным интересам кредиторов ввиду отсутствия встречного предоставления по сделке.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались статьями 10, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 2, 19, 61.1, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), информационном письме от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» (далее – информационное письмо № 126).  

Суды установили, что заявление кредитора о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 31.01.2022, оспариваемые сделки совершены с 12.02.2019 по 19.04.2023, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из реальности заемных правоотношений должника и ФИО3, а также договоров об отступном, отсутствии у должника в момент оформления займов признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, соразмерности встречного предоставления за отчужденное по договорам об отступном имущество (суммы займов признаны эквивалентными рыночной стоимости переданных объектов), недоказанности иных оснований для признания оспариваемых сделок недействительными как по общим гражданским правовым основаниям, так и по специальным – банкротным.  

Вместе с тем суды не учли следующее. 

Частью 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Исходя из положений части 2 статьи 71 Кодекса арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое лицо,  

участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Кодекса).  

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, указано, что решение суда признается законным и обоснованным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также тогда, когда в решении суда содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных судом фактов.  

В силу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.  

Согласно пункту 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.  

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на  

условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).  

Как указывал финансовый управляющий, и участвующие в деле лица не опровергли, ответчик и должник являются аффилированными лицами (статья 19 Закона № 127-ФЗ), поскольку должник и ФИО10 (отец ФИО3) вели совместный бизнес, являлись участниками ООО «Югторгснаб».  

При доказанности приведенных доводов к указанным лицам должен быть применен более строгий стандарт доказывания, а именно: они должны исключить любые разумные сомнения в реальности правоотношений. В такой ситуации ответчик не может ограничиться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности сделки, он должен с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения договора, но подтвердить, что движение средств соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими или иными причинами.  

Связанность с лицом, перед которым до банкротства у должника возникли обязательства, усиливает подозрения в том, что соответствующие правоотношения могут быть фиктивными. В таком случае, проверяя действительность сделки, суду надлежит исследовать историю возникновения долга, а также фактическое движение имущественных благ между сторонами обязательств, во внимание может быть принято также и процессуальное поведение самого должника.  

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и прочее.  

Данные разъяснения применимы и в ситуации оспаривания подозрительных сделок должника.  

Управляющий обращал внимание на то, что договоры займа являются безденежными, поскольку убедительных доказательств передачи должнику денежных  

средств с учетом повышенного стандарта доказывая материалы дела не содержат. Аналогичным образом в деле отсутствуют сведения о наличии у займодавца финансовой возможности предоставить спорную сумму займа, а также о расходовании полученных средств должником. Должник фактически подтверждал доводы управляющего о безденежности займов и оформлении соответствующих договоров только для придания законности последующим договорам об отступном.  

Исследуя данные доводы, суды пришли к выводу о том, что в действительности согласованная сторонами сумма займа – 50 млн рублей – не была передана должнику. При этом суды согласились с позицией управляющего о том, что у займодавца отсутствовала финансовая возможность предоставить заемщику 50 млн рублей. Как указали судебные инстанции, в действительности должнику передано от 25 до 30 млн рублей, а оставшаяся сумма представляет собой проценты за пользование займом.  

Вместе с тем данный вывод не основан на фактических обстоятельствах обособленного спора, противоречит условиям договоров беспроцентного займа, и сделан лишь на основании пояснений ответчика, которые документально либо иным предусмотренным Законом образом не подтверждены.  

Более того финансовый управляющий, опровергая данные доводы, ссылался на следующие обстоятельства. Помимо указания в договорах займа на то, что денежные средства получены должником до его подписания, иных доказательств передачи денежных средств материалы дела не содержат. Суд первой инстанции указал, что ФИО3 реально передал должнику от 25 до 30 млн рублей вместо 50 млн рублей, а оставшаяся сумма являлась процентами. При этом согласно данным Банка России ключевая ставка на февраль 2019 года составляла 7,75% годовых, средневзвешенная ставка процентные ставки по кредитам в рублях для физических лиц составляла 13,78% годовых по краткосрочным кредитам (до 1 года) и 10,36% годовых по долгосрочным, а процентная ставка для субъектов МСП – 11,23% годовых. Таким образом, должник получил денежные средства в заем по процентной ставке, которая во много раз превышает средние рыночные показатели. Должник не пояснил суду необходимость заключения договора займа на подобных невыгодных и нерыночных условиях, доказательства использования должником полученных в качестве займа денежных средства в столь значительной сумме в материалах дела отсутствуют. Более того, должник сам прямо указывал на то, что договоры займа составлялись перед регистрацией перехода права собственности на спорное имущество и сугубо для вывода активов.  

В нарушение положений статей 71, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды не дали надлежащей правовой оценки соответствующим доводам и в полной мере не выяснил существенные для рассмотрения данного обособленного спора вопросы; вместе с тем выяснение данных обстоятельств имеет существенное значение для правильного разрешения спора.  

В отношении вывода судов об отсутствии у должника в момент совершения сделок признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества суд округа подчеркивает следующее.  

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления № 63.  

Вместе с тем из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.  

Недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Данные разъяснения относительно толкования и применения комментируемой нормы права приведены в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013.  

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований (определение Судебной  

коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019).  

Финансовый управляющий указывал на то, что обстоятельства перспективы дестабилизации финансового состояния ООО «Саят-Нова», были очевидны должнику как единственному участнику данной организации. При этом с августа 2019 года (то есть за 3 месяца до совершения сделки отступного) перестал своевременно оплачивать платежи по договору. Уже в феврале 2020 (через 3 месяца с совершения сделки отступного) ПАО КБ «Центр-Инвест» направило Должнику претензию с требованием погасить задолженность в полном объеме. С апреля 2020 года (5 месяцев с совершения сделки отступного) ООО «Саят-Нова» перестал выплачивать основной долг. То есть должник, понимая наступление неблагоприятного финансового состояния ООО «Саят-Нова» и, как следствие, возможность предъявления требований к нему как поручителю, принял меры по выводу ликвидного имущества. Сам должник при рассмотрении данного обособленного спора указанные обстоятельства фактически подтвердил.  

Также существенным моментом является разрешение вопроса о том, какова была экономическая целесообразность вступления должника в правоотношения с ответчиком при том, что в действительности ему передана меньшая сумма, чем согласована сторонами, а также в счет заемного обязательства (сумма займа, как указали суды, от 25 до 30 млн рублей) передано имущество, стоимость которого превышает указанную сумму (основного долга). При этом намерение совместно с ответчиком реализовать спорный актив не обосновывает целесообразность предшествующих этому заемных правоотношений должника и ответчика.  

Названные обстоятельства также не были в должной мере проверены судами. 

Суждения о том, что в качестве подтверждения реальности правоотношений следует рассматривать попытку передать 2/5 доли в праве собственности на спорное имущество, несение бремени содержания, отсутствие доказательств использования имущества должником, суд округа считает преждевременными, поскольку стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

При таких обстоятельствах выводы судов о реальности договоров займа на определенных условиях, их целесообразности и экономической обоснованности  

при продолжительности срока займа и процентной ставке, не основаны на доказательствах, имеющихся в материалах дела.  

Кроме того, суды не дали надлежащей оценки доводы о том, что спорное имущество приобретено ФИО5 на нерыночных условиях, недоступным для неаффилированного лица в условиях свободной рыночной конкуренции, поскольку ей предоставлена беспроцентная рассрочка исполнения договора на два года. При этом, поскольку спорное имущество является предприятием в виде промышленного комплекса, ФИО5, сдавая имущество в аренду, имеет возможность выплачивать стоимость имущества в рассрочку из стоимости продукции, произведенной этим же имуществом, что является крайне выгодным для нее, но не для добросовестного продавца и кредиторов.  

С учетом изложенного судебные акты подлежат отмене как основанные на неполном исследовании имеющих значение для правильного рассмотрения обособленного спора обстоятельств, доводов участвующих в деле лиц и доказательств, и не соответствующие предъявляемым статьями 170 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требованиям, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении обособленного спора суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, установить все фактические обстоятельства по делу, полно, всесторонне их исследовать, в совокупности оценить все представленные в дело доказательства и доводы участвующих в деле лиц, в том числе, о реальности договоров займа на определенных условиях, их целесообразности и экономической обоснованности при продолжительности срока займа и процентной ставке, о финансовой возможности займодавца предоставить заемщику займы, о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 17.09.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по делу № А53-1700/2022 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.В. Андреева Судьи С.М. Илюшников  

 Е.Г. Соловьев