СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-14966/2021(9)-АК

Дело № А60-4440/2021

04 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 04 августа 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей Е.О. Гладких, Т.С. Нилоговой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии в судебном заседании: 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной  системы «Картотека арбитражных дел»:  

от кредитора ФИО2 – ФИО3, паспорт,  доверенность от 31.03.2021,  

от конкурсного управляющего должника ФИО4 –  ФИО5, паспорт, доверенность от 01.07.2023,  

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде: 

заинтересованное лицо с правами ответчика - ФИО6, паспорт,  

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО6 – ФИО7, паспорт, доверенность от 31.10.2022,  

иные лица, участвующие в деле, явку представителей в суд не обеспечили, о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим  образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного  лица с правами ответчика ФИО6  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 июня 2023 года 

о взыскании убытков с ФИО12 и ФИО8  

 

Максима Александровича,   

вынесенное судьей А.В. Боровиком в рамках дела № А60-4440/2021 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Деревянный дом»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО12, ФИО6,  

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно  предмета спора, финансовый управляющий ФИО6 ФИО9,  

установил:

05.02.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление ФИО10 (далее – ФИО10) о признании общества  с ограниченной ответственностью «Деревянный дом» (далее – ООО  «Деревянный дом», должник) несостоятельным (банкротом), которое  определением от 12.02.2021 принято к производству суда, возбуждено  настоящее дело о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.05.2021  (резолютивная часть от 18.05.2020) заявление ФИО10 признано  обоснованным, в отношении ООО «Деревянный дом» введено наблюдение,  временным управляющим должника утвержден ФИО11  (далее – ФИО11), являющийся членом союза «Саморегулируемая  организация арбитражных управляющих «Альянс».  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ»   № 96(7058) от 05.06.2021.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.09.2021  (резолютивная часть решения объявлена 15.09.2021) ООО «Деревянный дом»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего  должника утвержден ФИО11  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ»   № 174(7136) от 25.09.2021.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.11.2021  (резолютивная часть от 11.11.2021) конкурсным управляющим ООО  «Деревянный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утвержден  ФИО4  

16.05.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 о взыскании с  ФИО12 (далее – ФИО12) в пользу  ООО «Деревянный дом» убытков в размере 3 385 000,00 рублей.  

Определением от 23.05.2022 указанное заявление принято к производству  суда.  

Определением Арбитражного суда свердловской области от 07.10.2022 к  

 

участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика привлечен  ФИО6 (далее – ФИО6).  

В дальнейшем при рассмотрении спора требования конкурсного  управляющего должника в указанно части были уточнены, заявитель просил  взыскать с ответчиков 3 385 000,00 рублей убытков, из которых 2 765 000,00  рублей – солидарно с ФИО12 и ФИО6, в остальной части  (620 000,00 рублей) – с ФИО12  

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса российской Федерации (далее – АПК РФ).  

16.05.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 о взыскании с  ФИО6 в пользу ООО «Деревянный дом» убытков в размере  3 536 500,00 рублей.  

Определением от 23.05.2022 указанное заявление принято к производству  суда.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.11.2022 в  порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО6 ФИО9.  

Определением суда от 02.05.2023 заявления конкурсного управляющего  ФИО4 о взыскании убытков с ФИО12 и ФИО6  объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2023  (резолютивная часть от 05.06.2023) с ФИО12 и ФИО6 в  пользу ООО «Деревянный дом» взысканы солидарно убытки в размере  2 765 000,00 рублей. С ФИО12 в пользу ООО «Деревянный дом»  взысканы убытки в размере 620 000,00 рублей. С ФИО6 в пользу ООО  «Деревянный дом» взысканы убытки в размере 3 536 500,00 рублей.  

Не согласившись с судебным актом, заинтересованное лицо с правами  ответчика ФИО6 подал апелляционную жалобу, в которой просит  определение суда от 20.06.2022 отменить, в удовлетворении заявленных  требований отказать.  

Заявитель жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции пришел к  безосновательному выводу об отсутствии документально подтвержденных  доказательств расходования денежных средств на нужды предприятия в рамках  ведения финансово-хозяйственной деятельности ООО «Деревянный дом»,  выводы суда носят обобщенный, формальный характер без исследования  предоставленных в материалы дела доказательств, что является недопустимым.  в частности, не получили надлежащей оценки суда доказательства,  предоставленные со стороны ФИО6, свидетельствующие о  расходовании денежных средств на нужды предприятия, в числе которых: факт  несения расходов на выдачу заработной платы сотрудникам предприятия  наличными денежными средствами на общую сумму 1 480 370,00 рублей  

 

подтвержден предоставленными в материалы дела: пояснениями работников  ООО «Деревянный дом», ведомостями на выдачу заработной платы  сотрудников ООО «Деревянный дом», не опровергнутыми конкурсным  управляющим; факт привлечения сборочных бригад и оплаты на общую сумму  3 553 400,92 рубля подтвержден возведением домов на объектах заказчиков,  заключением договоров подряда, сметами на выполнение строительно-монтажных работ, актами выполненных работ на объектах, документами об  оплате услуг монтажных бригад наличными денежными средствами; не учтены  судом документы о расходовании средств на приобретение расходных  материалов: саморезов по дереву, эмали, кисти, уголки, буры, шайбы, бензин  для генераторов на объект, вывоз мусора со строительных площадок, аренда  экскаватора, почтовые, представительские и иные расходы, тогда как  возведение домов, бань, беседок и иных построек и соответствующие  хозяйственной деятельности предприятия расходы непосредственно связаны со  спецификой деятельности ООО «Деревянный дом»; безосновательно не  приняты судом доказательства транспортных расходов, в подтверждение чего  предоставлены документы услуг такси, поездки на транспорте осуществлялись  для контроля строительства, переговоры с заказчиками, в банк, в налоговую,  проигнорированы документы на проезд инженера на производство в Алапаевск  (билеты по маршруту Алапаевск - Екатеринбург 26.11.2019, авансовый отчет от  26.11.2019, заинтересованное лицо ФИО6). Судом первой инстанции  не оценены доводы ФИО6 о том, что квалифицированные плотники  для сборки домов, никогда не числились в штате предприятия и привлекались  по мере необходимости, что подтверждают предоставленные в материалы дела  штатные расписания предприятия по состоянию на 14.01.2019, по состоянию на  01.01.2020, что не опровергнуто конкурсным управляющим, в распоряжении  которого переданы все документы по сотрудникам предприятия. В связи с чем,  не опровергнуты предоставленные в материалы дела доказательства  выполнения монтажных работ сторонними бригадами сборщиков, в числе  которых бригады ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 ИП  ФИО17 Гуцан С., осуществляющие монтажные работы на объектах  заказчиков. Факт строительства объектов, поименованных в договорах подряда   № 1907/132 от 08.06.2019, № 1903/47 от 07.03.2019, № 1810/215 от 23.10.2018,   № 1910/198/2 от 15.10.2019, № 1808/57 от 16.08.2018, № 1909/173 от 11.09.2019,   № 1907/125 от 01.06.2019; актах выполненных работ на общую сумму  2 834 492,92 рубля, участвующими в деле лицами не опровергнут,  доказательств выполнения монтажных работ иными лицами конкурсным  управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не предоставлено. То  обстоятельство, что расчеты с подрядчиками произведены в безналичной  форме, не свидетельствует об отсутствии факта несения расходов на  деятельность предприятия, поскольку расчет наличными денежными  средствами действующим законодательством не запрещен. Суд первой  инстанции ограничился лишь формальным выводом о невозможности  проверить относимость предоставленных ФИО6 доказательств,  

 

который сделан без учета фактических обстоятельств дела и представленных в  материалы дела документов, данные выводы суда первой инстанции носят  обобщенный характер, что является недопустимым. Безосновательно  произведено взыскание судом первой инстанции убытков с ФИО12  солидарно с ФИО6 за период с 07.08.2019 по 04.10.2019 в размере  2 765 000,00 рублей, тогда как согласно представленным в материалы дела  доказательствам (заявление в ИФНС о смене директора от 07.08.2019), и из  самого заявления конкурсного управляющего ФИО4 следует, что  трудовая деятельность ФИО12 в ООО «Дервянный дом»  прекращена в августе 2019 года. Доказательств причинения убытков ООО  «Деревянный дом» действиями ФИО6 и ФИО12 в  материалы дела не предоставлено. Судом первой инстанции не дано  надлежащей оценки доводам ФИО6 и предоставленным в материалы  дела консультативным мнениям ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» свидетельствующим о недостоверности  экспертных заключений № 10-60-4440д, № 11-60-4440д от 30.01.2023 экспертов  ООО «Экспертно-консультативный центр А2». Факт расходования спорных  денежных средств на нужды предприятия подтвержден не только ПКО,  исследуемыми экспертами, но и иными предоставленными в материалы дела  доказательствами: договорами подряда, сметами, актами выполненных работ к  ним, сведениями об оплате, документами о приобретении строительных  материалов, аренде техники, почтовых расходах и иными документами, что  подтверждают предоставленные в материалы дела чеки, авансовые отчеты, что  опровергало факт и доводы о фальсификации предоставленных в материалы  дела доказательств.  

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника  ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит  определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения. Указывает на то, что ФИО6, ФИО12 не  представлено достаточных, достоверных, относимых и допустимых  доказательств расходования денежных средства в интересах ООО «Деревянный  дом». В материалах дела не содержится документов, подтверждающих факт  несения расходов на выплату заработной платы работникам ООО «Деревянный  дом». Документы о расходовании денежных средств нельзя признать  относимыми, достаточными и достоверными. Построение такой модели  ведения бизнеса, при которой факт расчетов с контрагентами в наличной форме  невозможно проверить иначе как со слов руководителя, не является основанием  для освобождения такого руководителя от ответственности за вред,  причиненный организации. Судебной экспертизой выявлен факт  несоответствия даты подписей квитанций дате, указанной в квитанции, из чего  следует вывод суда о невозможности принятия квитанций в качестве  доказательств доводов ФИО6 Принимая во внимание выводы  эксперта, суд первой инстанции оценил данный документ с иными  имеющимися в материалах дела доказательствами. При этом судебная  

 

экспертиза была проведена в порядке, предусмотренном законодательством  РФ. Доводы о нарушении порядка проведения экспертизы не соответствуют  действительности. Всем доводам апелляционной жалобы была дана оценка  судом первой инстанции. ФИО6 и ФИО12 регулярно  осуществляли снятие денежных средств с расчетного счета ООО «Деревянный  дом», чем причинили обществу убытки.  

От кредитора ФИО2 (далее – ФИО2)  поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  Указывает на то, что ФИО6 не предоставлено надлежащих и  допустимых доказательств внесения снятых с расчетного счета должника  денежных средств в кассу общества и их последующего расходования на  нужды ООО «Деревянный дом». ФИО12 не представлено  относимых и допустимых доказательств внесения снятых с расчетного счета  должника денежных средств в кассу общества и их последующего  расходования на нужды ООО «Деревянный дом», а также доказательств,  свидетельствующих о принятии мер по передаче корпоративной карты ООО  «Деревянный дом» новому директору. Судом тщательным образом  проанализированы и оценены экспертные заключения от 30.01.2023 № 10-604440д, № 11-60-4440д экспертов ООО «Экспертно-консультативный центр А2».  Ходатайства о проведении дополнительной либо повторной экспертизы  подателем апелляционной жалобы не заявлено.  

В судебном заседании заинтересованное лицо с правами ответчика  ФИО6, его представитель доводы апелляционной жалобы поддержали,  просили определение суда отменить, в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего отказать.  

Представитель конкурсного управляющего должника ФИО4,  представитель кредитора ФИО2 с доводами апелляционной жалобы  не согласились, просили определение оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в  судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не  является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ,  общество с ограниченной ответственностью «Деревянный дом» (ИНН  

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании  16.02.2018 инспекцией Федеральной налоговой службы России по Верх- Исетскому району г. Екатеринбурга.  

Основным видом деятельности должника является производство прочих  деревянных строительных конструкций и столярных изделий (ОКВЭД 16.23).  

 

Доля в размере 100% номиналом 10 000,00 рублей в уставном капитале  общества принадлежала ФИО12 до 15.08.2019. Кроме того, до  14.08.2019 ФИО12 являлась директором ООО «Деревянный дом».  

С 15.08.2019 доля участия в размере 100% номиналом 10 000,00 рублей в  уставном капитале общества принадлежала ФИО6 С 14.08.2019  ФИО6 являлся директором ООО «Деревянный дом».  

В рамках дела о банкротстве должника в ходе анализа выписки по  расчетным счетам ООО «Деревянный дом» конкурсным управляющим было  установлено, что на имя ФИО12 была выпущена корпоративная  банковская карта № 4777********0212.  

За период с 25.07.2019 по 04.10.2019 с данной банковской карты были  сняты наличные денежные средства на общую сумму 3 385 000,00 рублей.  

Поскольку из пояснений ФИО6 следует, что корпоративная  карта была передана ему 07.08.2022, конкурсным управляющим произведен  расчет денежных средств, снятых с банковской карты также в период  07.08.2022 по 04.10.2019, согласно которому за указанный период со счета  сняты денежные средства в размере 2 765 000,00 руб.  

В период с 07.02.2019 по 23.12.2019 ООО «Деревянный дом»  систематически переводило денежные средства в адрес ФИО6 под  отчет на общую сумму 644 500,00 рублей.  

Кроме того, на имя ФИО6 была выпущена корпоративная  банковская карта № 519********7738.  

За период с 14.10.2019 по 02.03.2020 по указанной карте были сняты  денежные средства на общую сумму 2 892 000,00 рублей.  

Ссылаясь на то, что правовые основания для выдачи и снятия денежных  средств со счета должника, в том числе с использованием корпоративных  банковских карт, отсутствуют, какие-либо первичные документы,  свидетельствующие о расходовании указанных денежных средств на нужды  должника либо оплаты услуг должника, не представлены, конкурсный  управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлениями о  взыскании убытков с ФИО6 и ФИО12  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из  того, что факт причинения убытков в результате противоправного (неразумного  и недобросовестного) поведения заинтересованных лиц, причинно-следственная связь между противоправностью поведения заинтересованных  лиц и наступившими убытками, а также их размер являются доказанными.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов  на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  статьи 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании,  проверив правильность применения арбитражным судом норм материального  права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный  апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения)  обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32  

 

Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно положениям абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве  конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени  должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием)  руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный  совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления  должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от  имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами,  действовавшими в соответствии с учредительными документами должника,  предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о  расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие  действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными  правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат  имущества должника.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный  закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о  банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о  банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое  действие.  

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении  к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ;  положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей  61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если  определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного  производства в отношении таких должников либо определение о возврате  заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом  вынесены после 01.09.2017.  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о  банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных  с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137)  

 

означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в  пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в  арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами,  действующими во время разрешения спора, совершения отдельного  процессуального действия или исполнения судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется  иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского  законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям,  возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на  отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это  прямо предусмотрено законом.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской  Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и  от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере  жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному)  принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК  РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой  определенности и стабильности законодательного регулирования в России как  правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на  отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий;  только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и  порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения  соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу,  либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения  утративших силу норм.  

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации  закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не  имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение,  в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок  привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав  правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать  конституционным правилам действия правовых норм во времени.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2  информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к  правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит  применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент  возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к  такой ответственности.  

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на  применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не  действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в  законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением  

 

ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения  соответствующих споров.  

В рассматриваемом случае обстоятельства, с которыми связано  обращение конкурного управляющего должника ФИО4 в  арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО12 и ФИО6 к ответственности в виде взыскания с них убытков, имели место после  вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ.  

Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению  нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени (в  части применения норм материального права).  

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой  процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от  имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника,  арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания  кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем  работников должника, работником или бывшим работником должника, перед  которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами  (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).  

В силу пунктов 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три  года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после  их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником  указания или возможность иным образом определять действия должника, в том  числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось  контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем  должника или управляющей организации должника, членом исполнительного  органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;  имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо  имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

В соответствии с пунктом 2 и подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона  о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться:  в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов  управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника,  основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином  специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности,  

 

замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника  либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной  должности, предоставляющей возможность определять действия должника).  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось  контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из  незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1  статьи 53.1 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве,  арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по  иным основаниям.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», предполагается, что контролирующим  должника является третье лицо, которое получило существенный актив  должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из  владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб  интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо  невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить  обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием  документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).  Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо  вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное  приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых  обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также  предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель,  извлекший существенные преимущества из такой системы организации  предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение  (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного  дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами,  объединенными общим интересом (например, единым производственным и  (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным  аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом  случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать,  что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их  действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода  обусловлена разумными экономическими причинами.  

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для  определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет  значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием)  ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.  

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ  (определение судебной коллегии от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713), согласно  которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи  

 

между бездействием руководителя и негативными последствиями для  кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения  возросшей задолженности.  

В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П также  указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава  правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической  ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской  Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в  форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков  состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса  Российской Федерации).  

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в  виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо  установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного  производства и формирования конкурсной массы повлекли действия  (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование  заявленных требований.  

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо  приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности  через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми  актами и учредительным документом.  

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу  закона, иного правового акта или учредительного документа юридического  лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах  представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же  обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица  (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).  

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица  уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить  по требованию юридического лица, его учредителей (участников),  выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его  вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет  ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и  исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или  неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали  обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012   № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе  

 

любой процедуры банкротства требования должника, его участников и  кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому  лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от  26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального  закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в  рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о  возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц,  участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного  заявления.  

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права,  является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по  правилам статьи 15 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого  нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков,  если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем  размере.  

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы,  которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести  для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его  имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо  получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право  не было нарушено (упущенная выгода).  

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение  имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены  правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного  возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков  обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде,  который она имела до правонарушения.  

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных  условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать  противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков,  а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и  наступившими убытками.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013   № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62), арбитражным  судам следует принимать во внимание, что негативные последствия,  наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов  юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о  недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как  

 

возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому  характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль  призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей  (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений,  принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к  ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда  его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы  обычного делового (предпринимательского) риска.  

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о  недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора,  повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии  убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора,  такой директор может дать пояснения относительно своих действий  (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить  соответствующие доказательства.  

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты,  если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя  доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах  юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на  директора.  

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в  арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного  исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения  убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя  общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими  убытками.  

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что  ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник  ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие  убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть  установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15  ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть  отказано только на том основании, что их точный размер невозможно  установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков  определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов  справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.  Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2  

 

статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред,  освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его  вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности  лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в  нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не  доказано обратное.  

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу  гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица,  подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если  докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть  предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.  

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с  обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда,  возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества,  исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки  (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).  

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности  необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие  вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и  наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО)  члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной  ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества,  члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно  управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей  должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на  единоличный исполнительный орган общества с ограниченной  ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех  необходимых и достаточных мер для достижения максимального  положительного результата от предпринимательской и иной экономической  деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых  обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.  

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об ООО единоличный  исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за  убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если  иные основания и размер ответственности не установлены федеральными  законами.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума  ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия)  директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при  

 

наличии конфликта между его личными интересами (интересами  аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе  при наличии фактической заинтересованности директора в совершении  юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о  конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора  были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал  информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в  частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или  внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность  юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица  недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил  сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения  соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих  полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу  документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его  действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам  юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на  заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо  неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что  основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение  прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан  действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в  интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому  лицу.  

При оценке добросовестности и разумности подобных действий  (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или  должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и  масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных  обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли  направлены действия директора на уклонение от ответственности путем  привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий  (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения  им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля  (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013   № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит  от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь  юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав,  например, путем применения последствий недействительности сделки,  истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения,  взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана  недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.  

 

Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих  имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем  взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например,  работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о  возмещении убытков должно быть отказано.  

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного  имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или  юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение  имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены  правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного  возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков  обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде,  который она имела до правонарушения.  

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных  условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать  противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков,  а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и  наступившими убытками.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  своих требований и возражений.  

Как указывалось выше, ФИО12 (в период до 15.08.2019) и  ФИО6 (в период после 15.08.2019), являясь единственным участником  должника и его же исполнительным органом, определяли финансово-хозяйственную деятельность должника, соответственно, правомерно признаны  арбитражным судом лицами, контролирующими деятельность должника.  

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий  должника ФИО4 ссылается на то, что в ходе анализа выписки по  расчетным счетам ООО «Деревянный дом» конкурсным управляющим было  установлено, что на имя ФИО12 была выпущена корпоративная  банковская карта № 4777********0212.  

За период с 25.07.2019 по 04.10.2019 с данной банковской карты были  сняты наличные денежные средства на общую сумму 3 385 000,00 рублей.  

В связи с тем, что конкурсным управляющим не установлены правовые  основания выдачи денежных средств в размере 3 385 000,00 рублей, указанная  сумма является убытками, причиненными должнику.  

Поскольку из пояснений ФИО6 следует, что корпоративная  карта была передана ему 07.08.2022, конкурсным управляющим произведен  

 

расчет денежных средств, снятых с банковской карты также в период  07.08.2022 по 04.10.2019, согласно которому за указанный период со счета  сняты денежные средства в размере 2 765 000,00 руб.  

Конкурсный управляющий должника, указывая на недобросовестность  действий директора по снятию наличных денежных средств в подтверждение  причинения убытков должнику и его кредиторам, представил в материалы дела  платежные поручения о снятии денежных средств со счета должника, в связи с  чем, на руководителя переходит бремя доказывания того, что расходование  полученных средств осуществлялось в интересах должника либо произведен их  возврат.  

Согласно пояснениям заинтересованного лица с правами ответчика  ФИО12, корпоративная банковская карта 06.08.2019 была передана  новому директору ФИО6, в связи с чем, о расходовании денежных  средств с карты в период с 07.08.2019 по 04.10.2019 пояснить ничего не может.  

В подтверждение факта передачи корпоративной банковской карты  ФИО6 в материалы дела представлен акт приема-передачи дел от  06.08.2019.  

Как пояснила ФИО12, в период с 25.07.2019 по 06.08.2019  денежные средства снимались со счета ФИО12 и передавались в  кассу компании для последующего гашения займов перед ФИО6  

В подтверждение данного факта ФИО12 представлены в  материалы дела квитанции к ПКО № 25 от 02.08.2019 на сумму 100 000,00  рублей, № 26 от 06.08.2019 на сумму 200 000,00 рублей, № 24 от 01.08.2019 на  сумму 200 000,00 рублей, № 23 от 25.07.2019 на сумму 120 000,00 рублей. Всего  на сумму 620 000,00 рублей.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора кредитором  ФИО18 было заявлено о фальсификации вышеуказанных квитанций к  приходным кассовым ордерам.  

Судом первой инстанции заявление ФИО19 о фальсификации  доказательств приято к рассмотрению.  

Согласно части 1 статьи 161 АПК РФ суд в случае получения заявления о  фальсификации доказательства принимает предусмотренные федеральным  законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации  доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие  доказательства или принимает иные меры.  

Перечень проводимых мероприятий по проверке обоснованности  заявления о фальсификации доказательств определяется судом с учетом  конкретных обстоятельств дела, проверка может быть проведена не только  путем назначения судебной экспертизы, но и другими способами, например,  путем сопоставления оспариваемого доказательства с другими  доказательствами, имеющимися в деле, истребования дополнительных  доказательств, допроса свидетелей и т.д.  

Как следует из материалов дела, кредитором ФИО2 было  заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.  

 

С целью проверки заявления о фальсификации доказательств,  определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.01.2023 по  обособленному спору назначена судебная экспертиза давности документа.  Проведение экспертизы поручено экспертам ООО «Экспертно-консультативный центр А2». На разрешение экспертов поставлены следующие  вопросы:  

1) Соответствуют ли даты создания акта приема-передачи дел от  06.08.2019 и квитанции к ПКО № 23 от 25.07.2019 датам, указанным в  документах?  

2) Соответствуют ли даты создания акта приема-передачи дел от  06.08.2019 и квитанции к ПКО № 23 от 25.07.2019 фактическому времени  изготовления документов?  

3) Если даты создания акта приема-передачи дел от 06.08.2019 и  квитанции к ПКО № 23 от 25.07.2019 не соответствуют фактическим датам их  изготовления, то в какой период были созданы документы?  

4) Какова давность нанесения оттиска печати либо проставления подписи  в акте приема-передачи дел от 06.08.2019 и квитанции к ПКО № 23 от  25.07.2019 по выбору эксперта с учетом наиболее пригодных для исследования  реквизитов?  

5) Подвергались ли акт приема-передачи дел от 06.08.2019 и квитанция к  ПКО № 23 от 25.07.2019 термическому, световому либо химическому  воздействию (искусственному старению)?  

По результатам проведенного исследования в материалы дела поступило  заключение экспертов № 11-60-4440д, согласно которому эксперты пришли к  следующим выводам:  

1. Дата нанесения подписи от имени ФИО12 на акт приема-передачи дел от 06.08.2019 и подписи от имени ФИО20 квитанции ПКО   № 23 от 25.07.2019 не соответствуют датам указанным.  

2. Даты, указанные в акте приема-передачи дел от 06.08.2019 и квитанции  ПКО № 23 от 25.07.2019, не соответствуют фактическому времени нанесения  подписи от имени ФИО12 и ФИО20 на документы.  

3. Период нанесения подписи от имени главного бухгалтера ФИО20 в акте приема-передачи дел от 06.08.2019 не превышает 250 дней, реквизит  нанесен не ранее июля 2022 года.  

4. Период нанесения подписи от имени кассира ФИО12 в  квитанции ПКО № 23 от 25.07.2019 360 - 500 дней от начала исследования.  Реквизит нанесен не ранее сентября 2021 года.  

5. Акт приема-передачи дел от 06.08.2019 и квитанция ПКО № 23 от  25.07.2019 не подвергались агрессивному световому, термическому и  химическому воздействию.  

ФИО6 представлено в материалы дела консультативное  мнение специалиста ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический  центр» на заключение № 11-60-4440д, в котором содержится вывод о том, что  выводы, изложенные в заключении № 11-60-4440д, составленном экспертами  

 

ФИО21 и ФИО22, являются недостоверными и  необоснованными.  

Судом первой инстанции проанализировано указанное консультативное  мнение специалиста (рецензия) и отклонен вывод об отсутствии у экспертов  соответствующих специальных познаний для проведения экспертизы,  поскольку экспертиза реквизитов документа является подвидом судебной  технико-криминалистической экспертизы документов; исследование  материалов документов – вид судебной экспертизы объединяющей  возможности технико-криминалистической экспертизы документов и  криминалистической экспертизы материалов, веществ и изделий.  

Согласно представленному в материалы дела заключению ООО  «Экспертно-консультативный центр А2», эксперты ФИО21 и  ФИО22 соответствующими познаниями обладают.  

Вопреки рецензии, вывод экспертов о том, что документы не  подвергались агрессивному световому, термическому и химическому  воздействию, экспертами обоснован на стр. 7-8 заключения.  

Специалистом ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический  центр» указано, что при проведении экспертизы экспертами не были  подобраны штрихи-модели с аналогичными характеристиками (аналогичным  качественным и количественным содержанием красителей и растворителей в  исследуемых штрихах и штрихах-моделях), давность выполнения которых  должна совпадать с проверяемой датой до дня, месяца, года.  

Как следует из заключения № 11-60-4440д, определение абсолютной  давности (периода времени) выполнения реквизитов документа основано на  изучении изменения во времени относительного содержания растворителей: в  штрихах паст для шариковых ручек используют бензиловый спирт, 2- феноксиэтанол. Период «активного» старения реквизита - период, в течение  которого в штрихе уменьшается основная часть растворителя. При хранении  документа в нормальных условиях (комнатная температура, отн. влажность 3060%, атм. давление) период активного старения реквизита, содержащего в  качестве растворителя 2-феноксиэтанол, длится около двух лет. Далее  растворители могут присутствовать в штрихах реквизитов, при этом их  содержание практически не меняется.  

Оценку времени выполнения штрихов исследуемых реквизитов проводят  по характеру уменьшения относительного содержания растворителя в  исследуемых штрихах в течение определенного промежутка времени с момента  начала анализа.  

Исследование состава летучих компонентов проводили методом газовой  хроматографии с использованием термодесорбции летучих компонентов  непосредственно из вырезок со штрихами. Параллельно проводили анализ  вырезок из свободных от штрихов участков бумаги документа.  

Расчет динамики выхода растворителя ФЭТ из штрихов:  

Наименование реквизита 

Высота 

Площадь 

Содержание 

Расчет дина-

Акт приема-передачи дел от 06.08.2019 года 

подпись от имени главного бухгалтера ФИО20 (дата исследования 06.02.2023)  

146,457 

3,59707 

39,565 

1,258 

подпись от имени главного бухгалтера ФИО20 повторно (дата исследования 16.03.2023)  

86,419  

2,65103 

31,448 

Чистая бумага (дата исследования 06.02.2023) 

13,742  

11,94482  

Квитанция ПКО № 23 от 25.07.2019 года 

подпись от имени кассира ФИО12  (дата исследования 30.01.2023)  

21,24 

3,004736  

6,621 

1,106 

Динамика выхода растворителя ФЭТ из штрихов подписи от имени  

главного бухгалтера ФИО20 в акте приема-передачи дел от 06.08.2019  года численно равна R = 1,258. Вместе с тем, в соответствии с датой, указанной  в документе, численное значение динамики выхода растворителей должно  составлять от 1,07 - до 1,03 ед.  

В связи с чем, эксперты пришли к выводу о том, что давность нанесения  подписи от имени главного бухгалтера ФИО20 в акте приема-передачи  дел от 06.08.2019 не соответствует дате, указанной в нем.  

Динамика выхода растворителя ФЭТ из штрихов подписи подпись от  имени кассира ФИО12 в квитанции ПКО № 23 от 25.07.2019  численно равна R = 1,106. Вместе с тем, в соответствии с датой, указанной в  документе, численное значение динамики выхода растворителей должно  составлять от 1,03 - до 1,02 ед.  

В связи с чем, эксперты пришли к выводу о том, что давность нанесения  подписи подпись от имени кассира ФИО12 в квитанции ПКО № 23 от  25.07.2019 не соответствует дате, указанной в нем.  

При даче показаний в судебном заседании в суде первой инстанции при  разъяснении причин неиспользования штрихов-моделей с аналогичными  характеристиками, эксперты сослались на п. 6.4 Методики «определение  давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию  в штрихах летучих растворителей», Э.А. Тросман, Г.С. Бежанишвили и др.  Методика утверждена Научно-методическим советом ФБУ РФЦСЭ при  Минюсте России (далее – Методика).  

Согласно пункту 6.4 Методики, возраст исследуемых штрихов оценивают  путем сравнения характеристик относительного содержания растворителя в  исследуемых штрихах с аналогичными характеристиками штрихов-моделей,  давность которых совпадает с проверяемой датой с точностью до дня, месяца,  года в случае, если относительное содержание растворителя в исследуемых  штрихах за время исследования практически не изменилось.  

Однако, в соответствии с представленным расчетом, содержание ФЭТ в  акте приема-передачи дел от 06.08.2019 за время исследования изменилось с  39,565 до 31,448, в квитанции ПКО № 23 от 25.07.2019 с 6,621 до 5,987, и в  связи с таким изменением относительного содержания растворителя  экспертами был сделан вывод о невозможности сравнения исследуемых  штрихов со штрихами-моделями.  

Принимая во внимание, что заключение экспертов № 11-60-4440д  

 

оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, в нем  отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения,  основано на материалах дела, не содержит противоречий в выводах эксперта,  составлено последовательно и логично, содержит ответы на поставленные  судом вопросы в полном объеме, выводы экспертов не противоречат  исследовательской части, составлено при наличии у экспертов  соответствующей компетенции в отсутствие доказательств заинтересованности  эксперта, суд первой инстанции обоснованно принял указанное заключение  эксперта в качестве надлежащего доказательства и оценил его в совокупности с  иными доказательствами, представленными в материалы дела.  

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции правомерно не  усмотрел оснований для признания заключения № 11-60-4440д недостоверным.  

Ходатайство о назначении дополнительной либо повторной экспертизы  лицами, участвующим в деле, не заявлялось. Не заявлено такое ходатайство и в  суде апелляционной инстанции, с указанием на очевидность несоответствия  выводов эксперта требования Закона, что исключает возможность  использования его в качестве допустимого доказательства.  

Вместе с тем, проанализировав экспертное заключение, представленную  рецензию, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой  инстанции о достоверности экспертного заключения. Тем более, что оно было  оценено судом первой инстанции в совокупности с иными доказательствами,  представленными в материалы настоящего обособленного спора.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно  признал представленные в материалы дела акт приема-передачи дел от  06.08.2019 и квитанцию ПКО № 23 от 25.07.2019 сфальсифицированными,  признав их недопустимыми доказательствами в подтверждение внесения  денежных средств в кассу.  

Помимо квитанций к ПКО, иных доказательств внесения денежных  средств в кассу ООО «Деревянный дом» ФИО12 не представлено.  

Форма ПКО и указания по ее применению и заполнению утверждены  постановлением Госкомстата России от 18.08.1998 № 88. Форма ПКО состоит из  двух частей: самого бланка приходного кассового ордера и квитанции к нему.  

Квитанция к ПКО выдается на руки лицу, сдавшему деньги в кассу, а  приходный кассовый ордер остается в кассе. Приходный кассовый ордер  выписывается в одном экземпляре работником бухгалтерии, подписывается  главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным. Квитанция к  приходному кассовому ордеру подписывается главным бухгалтером или лицом,  на это уполномоченным, и кассиром, заверяется печатью и регистрируется в  журнале регистрации приходных и расходных кассовых документов.  

Срок хранения ПКО в архиве организации составляет 5 лет (часть 1  статьи 29 Закона № 402-ФЗ, статья 277 «Перечня типовых управленческих  архивных документов, образующихся в процессе деятельности  государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с  указанием сроков их хранения», утв. приказом Росархива от 20.12.2019 № 236).  

 

Таким образом, подтвердить внесение в кассу юридического лица  денежных средств возможно при предоставлении квитанции к приходному  кассовому ордеру - лицом, внесшим денежные средства в кассу, и самого  приходного кассового ордера.  

В рассматриваемом случае внесение ФИО12 в кассу ООО  «Деревянный дом» денежных средств в общем размере 620 000,00 рублей  должно подтверждаться двумя документами: квитанцией к приходному  кассовому ордеру - лицом, внесшим денежные средства в кассу общества, и  самими приходными кассовыми ордерами № 25 от 02.08.2019, № 26 от  06.08.2019, № 24 от 01.08.2019, № 23 от 25.07.2019.  

Однако, согласно пояснениям конкурсного управляющего должника, у  него отсутствует какая-либо документация, доказывающая реальность  операций по внесению таких денежных средств в кассу ООО «Деревянный  дом» и их дальнейшее расходование на нужды должника.  

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства,  достоверно подтверждающие факт внесения ФИО12 денежных  средств в кассу ООО «Деревянный дом».  

Доводы ответчиков о том, что денежные средства снимались с расчетного  счета для последующего гашения займов перед ФИО6, правомерно  отклонены судом первой инстанции, поскольку факт наличия между  ФИО6 и ООО «Деревянный дом» заемных отношений был  исследован судом в определении от 26.12.2022 по настоящему делу, которым, в  частности, установлено отсутствие у ФИО6 финансовой возможности  предоставить займ обществу «Деревянный дом».  

Соответственно, материалами дела подтверждено необоснованное  расходование ФИО12 денежных средств ООО «Деревянный дом» в  размере 620 000,00 рублей.  

В результате совершения указанных действий заинтересованного лица  ФИО12 из состава имущества должника выбыло ликвидное  имущество, а именно денежные средства, что, в свою очередь, лишило  кредиторов должника возможности получить удовлетворение своих требований  за счет данного имущества должника.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к  законному и обоснованному выводу о доказанности причинения бывшим  руководителем должника ФИО12 убытков должнику на сумму  620 000,00 рублей, наличии причинно-следственной связи между ее  противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями,  причинением вреда должнику.  

Поскольку совокупность условий, необходимых для привлечения  ФИО12 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания  убытков доказана, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные  конкурсным управляющим должника требования о взыскании с ФИО12 убытков в размере 620 000,00 рублей.  

Относительно снятия денежных средств со счета должника в период с  

 

07.08.2019 по 04.10.2019 на сумму 2 765 000,00 рублей, ФИО6 пояснил,  что данные денежные средства снимались главным бухгалтером либо  бухгалтерами по его указанию в целях выплаты заработной платы сотрудников,  расчетов с подрядчиками.  

В подтверждение указанных обстоятельств ответчиком представлены в  материалы дела копии ведомостей о выплате заработной платы, заявки и  расписки о выдаче денежных средств подрядчикам.  

Согласно пояснениям ФИО6, денежные средства также  расходовались на деятельность предприятия, в том числе: привлечение техники  на объекте, приобретение расходных материалов.  

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, в данном  случае невозможно проверить относимость представленных ведомостей,  заявок, расписок о выдаче денежных средств и денежных средств, снятых со  счета должника проверить, доводы ФИО6 надлежащими и  достоверными доказательствами не подтверждены. Представленные документы  сами по себе не подтверждают осуществление расчетов за счет денежных  средств, снятых по спорным операциям.  

Доказательства того, что расходование денежных средств производилось  в рамках ведения финансово-хозяйственной деятельности ООО «Деревянный  дом», бывшим руководителем должника в материалы дела не представлены.  

Следует также учесть, что ФИО6 не обоснована  необходимость осуществления расчетов наличными денежными средствами с  учетом возможности расчетов с банковского счета должника. Банковский счет  должника в рассматриваемый период не был заблокирован. Разумных  пояснений об использовании именно такого способа осуществления  хозяйственной дельности ответчиком не приведено и судом первой инстанции  не установлено.  

Как указывалось ранее, акт приема-передачи дел от 06.08.2019,  содержащий, в том числе сведения о передаче корпоративной банковской  карты, признан недостоверным доказательством.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, корпоративная банковская  карта была выпущена на имя ФИО12, поведение ФИО12,  передавшей банковскую карту, оформленную на свое имя, новому  руководителю ФИО6 и непринятие мер по осуществлению контроля  за операциями, совершаемыми по такой карте, в данном случае не  соответствует стандартам поведения разумного и добросовестного  руководителя общества.  

С учетом указанного, при отсутствии доказательств, достоверно  подтверждающих расходование денежных средств в деятельности должника,  суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что с ФИО12 не может быть снята ответственность за необоснованное расходование в  период с 07.08.2019 по 04.10.2019 денежных средств ООО «Деревянный дом».  

В результате совершения указанных действий заинтересованных лиц  ФИО12 и ФИО6 из состава имущества должника выбыло  

 

ликвидное имущество, а именно денежные средства, что, в свою очередь,  лишило кредиторов должника возможности получить удовлетворение своих  требований за счет данного имущества должника.  

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие  доказательств расходования полученных средств в интересах должника либо их  возврата, с учетом того, что снятие наличных денежных средств на столь  значительную сумму в отсутствие встречного предоставления свидетельствует  о выводе активов должника из хозяйственного оборота, суд первой инстанции  пришел к законному и обоснованному выводу о доказанности причинения  бывшими руководителями должника ФИО12 и ФИО6  убытков должнику на сумму 2 765 000,00 рублей, наличии причинно-следственной связи между их противоправными действиями (бездействием) и  наступившими последствиями, причинением вреда должнику.  

Поскольку совокупность условий, необходимых для привлечения  ФИО12 и ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в  виде взыскания убытков доказана, суд первой инстанции правомерно  удовлетворил заявленные конкурсным управляющим должника требования о  взыскании солидарно с ФИО12 и ФИО6 убытков в размере  2 765 000,00 рублей.  

Исходя их совокупности установленных обстоятельств дела,  представленных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что судом первой инстанции в указанной части дана надлежащая  правовая оценка действиям ФИО12 ФИО6  

Кроме того, в обоснование заявленных требований о взыскании убытков  в размере 3 536 500,00 рублей конкурсный управляющий должника ФИО4 указывает на то, что в ходе анализа выписки по расчетным счетам ООО  «Деревянный дом» было установлено, что в период с 07.02.2019 по 23.12.2019  ООО «Деревянный дом» систематически переводило денежные средства в  адрес ФИО6 под отчет на общую сумму 644 500,00 рублей.  

Кроме того, на имя ФИО6 была выпущена корпоративная  банковская карта № 5197********7738. За период с 14.10.2019 по 02.03.2020 по  указанной карте были сняты денежные средства на общую сумму 2 892 000,00  рубдей.  

Конкурсный управляющий указывает, что у него отсутствуют документы,  которые бы подтверждали правомерность снятия со счета должника спорных  денежных средств.  

В рамках настоящего дела конкурсный управляющий, указывая на  недобросовестность действий директора по снятию наличных денежных  средств в подтверждение причинения убытков должнику и его кредиторам,  представил платежные поручения о перечислении и снятии денежных средств,  в свою очередь на руководителя переходит бремя доказывания того, что  расходование полученных средств осуществлялось в интересах должника либо  произведен их возврат.  

Согласно пояснениям ФИО6, по банковской карте  

 

 № 5197********7738 в период с 14.10.2019 по 02.03.2020 им снимались  денежные средства и сдавались в кассу ООО «Деревянный дом», что  подтверждается квитанциями к ПКО.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, сами по себе квитанции к  ПКО не являются достаточным доказательством внесения денежных средств в  кассу должника в отсутствие самих приходных кассовых ордеров.  

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ  «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) ведение  бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета  организуются руководителем экономического субъекта, за исключением  случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской  Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете  экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с  настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим  Федеральным законом.  

Способ ведения бухгалтерского учета указывается в учетной политике  организации.  

Согласно статье 8 Закона о бухгалтерском учете принятая организацией  учетная политика утверждается приказом или распоряжением лица,  ответственного за организацию и состояние бухгалтерского учета.  

Приказом Минфина РФ от 31.10.2000 № 94н «Об утверждении Плана  счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности  организаций и Инструкции по его применению» утвержден счет 71 «Расчеты с  подотчетными лицами», который предназначен для обобщения информации о  расчетах с работниками по суммам, выданным им под отчет на  административно-хозяйственные и прочие расходы.  

На выданные под отчет суммы счет 71 «Расчеты с подотчетными лицами»  дебетуется в корреспонденции со счетами учета денежных средств. На  израсходованные подотчетными лицами суммы счет 71 «Расчеты с  подотчетными лицами» кредитуется в корреспонденции со счетами, на которых  учитываются затраты и приобретенные ценности, или другими счетами в  зависимости от характера произведенных расходов.  

Подотчетные суммы, не возвращенные работниками в установленные  сроки, отражаются по кредиту счета 71 «Расчеты с подотчетными лицами» и  дебету счета 94 «Недостачи и потери от порчи ценностей». В дальнейшем эти  суммы списываются со счета 94 «Недостачи и потери от порчи ценностей» в  дебет счета 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда» (если они могут быть  удержаны из оплаты труда работника) или 73 «Расчеты с персоналом по  прочим операциям» (когда они не могут быть удержаны из оплаты труда  работника).  

Аналитический учет по счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами»  ведется по каждой сумме, выданной под отчет.  

Добросовестный руководитель общества, получая под отчет денежные  

 

средства и расходуя их на нужды предприятия, при оставлении своей  должности предпримет все необходимые и разумные старания с целью  исключить в дальнейшем любые материальные притязания к нему в отношении  израсходованных средств.  

Таким образом, ответчик с целью подтверждения получения им  взыскиваемых с него в качестве убытков денежных средств подотчет и их  израсходования на нужды должника должен предоставить бухгалтерскую  документацию, в том числе положение об учетной политике, выпиской по  счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами». Поскольку указанные документы  ответчиком не предоставлены, суд первой инстанции пришел к выводу о том,  что надлежащие доказательства, подтверждающие отсутствие получения без  достаточных оснований денежных средств должника, отсутствуют.  

Как следует из материалов дела, ответчиком представлен оригинал  квитанции к ПКО № 52 от 01.11.2019 на сумму 200 000,00 рублей.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора кредитором  ФИО2 было заявлено о фальсификации квитанции к ПКО № 52 от  01.11.2019, а также ходатайство о назначении экспертизы.  

Судом первой инстанции заявление ФИО2 о фальсификации  доказательств приято к рассмотрению.  

С целью проверки заявления о фальсификации доказательств,  определением арбитражного суда от 09.01.2023 по обособленному спору  назначена судебная экспертиза давности документа. Проведение экспертизы  поручено экспертам ООО «Экспертно-консультативный центр А2». На  разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:  

1) Соответствует ли дата создания квитанции к ПКО № 52 от 01.11.2019  дате, указанной в документе?  

2) Соответствует ли дата создания квитанции к ПКО № 52 от 01.11.2019  фактическому времени изготовления документа?  

3) Если дата создания квитанции к ПКО № 52 от 01.11.2019 не  соответствует фактической дате ее изготовления, то в какой период был создан  документ?  

4) Какова давность нанесения оттиска печати либо проставления подписи  в квитанции к ПКО № 52 от 01.11.2019 по выбору эксперта с учетом наиболее  пригодных для исследования реквизитов?  

5) Подвергалась ли квитанция к ПКО № 52 от 01.11.2019 термическому,  световому либо химическому воздействию (искусственному старению)?  

По результатам проведенного исследования эксперты пришли к  следующим выводам в заключении № 10-60-4440д:  

1. Дата нанесения подписи от имени ФИО6 в квитанции ПКО   № 52 от 01.11.2023 года не соответствуют датам, указанным в документе.  

2. Дата, указанная в квитанции ПКО № 52 от 01.11.2019, не соответствует  фактическому времени нанесения подписи от имени ФИО6  

3 и 4. Период нанесения подписи от имени ФИО6 в квитанции  ПКО № 52 от 01.11.2019 установить не представляется возможным, по  

 

причинам, описанным в исследовательской части.  

5. Квитанция ПКО № 23 от 25.07.2019 не подвергалась агрессивному  световому, термическому и химическому воздействию.  

Как следует из заключения № 10-60-4440д, определение абсолютной  давности (периода времени) выполнения реквизитов документа основано на  изучении изменения во времени относительного содержания растворителей: в  штрихах паст для шариковых ручек используют бензиловый спирт, 2- феноксиэтанол. Период «активного» старения реквизита - период, в течение  которого в штрихе уменьшается основная часть растворителя. При хранении  документа в нормальных условиях (комнатная температура, отн. влажность 3060%, атм. давление) период активного старения реквизита, содержащего в  качестве растворителя 2-феноксиэтанол, длится около двух лет. Далее  растворители могут присутствовать в штрихах реквизитов, при этом их  содержание практически не меняется.  

Оценку времени выполнения штрихов исследуемых реквизитов проводят  по характеру уменьшения относительного содержания растворителя в  исследуемых штрихах в течение определенного промежутка времени с момента  начала анализа.  

Исследование состава летучих компонентов проводили методом газовой  хроматографии с использованием термодесорбции летучих компонентов  непосредственно из вырезок со штрихами. Параллельно проводили анализ  вырезок из свободных от штрихов участков бумаги документа.  

Расчет динамики выхода растворителя ФЭТ из штрихов: 

Наименование реквизита 

Высота пика 

Площадь  штриха  

Содержание  ФЭТ  

Расчет R 

Квитанция ПКО № 52 от 01.11.2023 года 

Подпись от имени ФИО6 

109,431 

2,68633 

39,983 

4,158 

Подпись от имени ФИО6 повторно 

21,266 

2,05093 

9,616 

Чистая бумага 

8,999 

11,94482  

ФИО6 представлено в материалы дела консультативное  

мнение специалиста ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический  центр» на заключение № 10-60-4440д, в котором содержится вывод о том, что  выводы, изложенные в заключении № 10-60-4440д, составленном экспертами  ФИО21 и ФИО22, являются недостоверными и  необоснованными.  

Судом первой инстанции проанализировано указанное консультативное  мнение специалиста (рецензия) и отклонен вывод об отсутствии у экспертов  соответствующих специальных познаний для проведения экспертизы,  поскольку экспертиза реквизитов документа является подвидом судебной  технико-криминалистической экспертизы документов; исследование  материалов документов – вид судебной экспертизы объединяющей  возможности технико-криминалистической экспертизы документов и  криминалистической экспертизы материалов, веществ и изделий.  

В отношении довода о том, что проведении экспертизы экспертами не  были подобраны штрихи-модели с аналогичными характеристиками судом  

 

принят во внимание п. 6.4 Методики, согласно которому возраст исследуемых  штрихов оценивают путем сравнения характеристик относительного  содержания растворителя в исследуемых штрихах с аналогичными  характеристиками штрихов-моделей, давность которых совпадает с  проверяемой датой с точностью до дня, месяца, года в случае, если  относительное содержание растворителя в исследуемых штрихах за время  исследования практически не изменилось.  

В соответствии с представленным расчетом, содержание ФЭТ в  квитанции ПКО № 52 от 01.11.2023 за время исследования изменилось с 39,983  до 9,616, и в связи с таким изменением относительного содержания  растворителя экспертами был сделан вывод о невозможности сравнения  исследуемых штрихов со штрихами-моделями.  

Принимая во внимание, что заключение экспертов № 10-60-4440д  оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, в нем  отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения,  основано на материалах дела, не содержит противоречий в выводах эксперта,  составлено последовательно и логично, содержит ответы на поставленные  судом вопросы в полном объеме, выводы экспертов не противоречат  исследовательской части, составлено при наличии у экспертов  соответствующей компетенции в отсутствие доказательств заинтересованности  эксперта, суд первой инстанции обоснованно принял указанное заключение  эксперта в качестве надлежащего доказательства и оценил его в совокупности с  иными доказательствами, представленными в материалы дела.  

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции правомерно не  усмотрел оснований для признания заключения № 10-60-4440д недостоверным.  

Ходатайство о назначении дополнительной либо повторной экспертизы  лицами, участвующим в деле, не заявлялось. Не заявлено такое ходатайство и  суду апелляционной инстанции.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно  признал представленную в материалы дела квитанцию ПКО № 52 от 01.11.2023  сфальсифицированной, признав его в качестве недопустимого доказательства.  

Как пояснил ФИО6, денежные средства направлялись на нужды  ООО «Деревянный дом»: расчеты с подрядчиками наличными средствами.  

В подтверждение указанных обстоятельств в материалы дела  представлены договоры подряда № 1907/132 от 08.06.2019, № 1903/47 от  07.03.2019, № 1810/215 от 23.10.2018, № 1910/198/2 от 15.10.2019, № 1808/57 от  16.08.2018, № 1909/173 от 11.09.2019, № 1907/125 от 01.06.2019; акты  выполненных работ.  

За период 2019 - 2020гг. в рамках выполнения договорных обязательств  перед заказчиками со стороны ООО «Деревянный дом» были произведены и  построены объекты следующим заказчикам:  

 № 

ФИО 

Объем бруса, м3 

1 

ООО СК "Мегастрой" 

151,04 

3 

ФИО23 

97,1 

4 

ФИО24 

53,89 

5 

ФИО25 

129,3 

6 

ФИО26 

23,08 

7 

ФИО27 

35,24 

8 

ФИО28 

20,65 

9 

ФИО29 

51,6 

10 

ООО "Трансгазжилсервис" 

99,54 

11 

ФИО30 

49,9 

12 

ФИО31 

2,55 

13 

ФИО32 

19,49 

14 

ФИО16 

49,99 

15 

ФИО33 

17,9 

16 

ФИО34 

10,8 

17 

ООО "Магнит" 

14,67 

18 

ФИО35 

93,99 

19 

ФИО36 

176,19 

20 

ФИО37 

56,36 

21 

ФИО38 

31,21 

22 

ФИО39 

46,95 

23 

ФИО25 

129,3 

24 

ООО "Астероид" 

40,94 

25 

ФИО40 

67,77 

27 

ФИО41 

2,81 

28 

ФИО42 

50,14 

29 

ФИО43 

54,69 

30 

ФИО44 

23,5 

31 

ФИО45 

33,32 

Итого, м3 

1700,47 

Из них наиболее активный период строительства домов ООО  

«Деревянный дом» приходился на 2019 год.  

При этом, строительные бригады, квалифицированные плотники для  сборки домов, никогда не числились в штате предприятия и привлекались по  мере необходимости, что подтверждают штатные расписания предприятия по  состоянию на 14.01.2019 (начало деятельности) и по состоянию на 01.01.2020.  

В связи с чем, для выполнения монтажных работ привлекались сторонние  бригады сборщиков, в числе которых бригады ФИО13, ФИО14,  ФИО15, ФИО16 ИП ФИО46 Гуцан С., оплаты которым  осуществлялись наличными денежными средствами.  

В отношении денежных средств, выданных подотчет, ФИО6  указал, что денежные средства перечислялись для расчетов за почтовые  расходы (отправка корреспонденции контрагентам), на приобретение  материалов в розничной сети магазинов для подрядчиков, на закуп  канцелярских товаров, на представительские расходы, за услуги техники на  объектах заказчиков. Авансовые отчеты сдавались главному бухгалтеру  ФИО20  

В подтверждение указанных обстоятельств ответчиком представлены  

 

копии авансовых отчетов от 23.03.2020, от 25.12.2019, от 30.12.2019, от  12.12.2019, от 18.12.2019, от 27.11.2019, от 26.11.2019, от 06.11.2019, от  19.11.2019, от 28.11.2019.  

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела  доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции  правомерно признал обоснованными следующие доводы конкурсного  управляющего:  

Документ 

Возражение относительно представленного документа  

Авансовые отчеты 

Авансовый отчет ФИО6  от 28.11.2019 г.  

Кассовые чеки нечитаемы. Установить относимость указанных  документов обществу не представляется возможным.  

Ремонт кабеля (оплата физическому лицу) не подтвержден  документами.  

Авансовый отчет ФИО6  от 19.11.2019 г.  

Кассовые чеки нечитаемы. Установить относимость указанных  

документов обществу не представляется возможным. Аренда  

автокрана не подтверждается представленными документами.  Отсутствует обоснование заявленных расходов.  

Расходы на такси не относимы к ООО «Деревянный дом». Не  

представлено маршрутов передвижения на такси. Установить кто,  куда и с какой целью пользовался услугами такси, не  

представляется возможным. 

Авансовый отчет ФИО6  от 05.11.2019 г.  

Приобретенные товары на сумму 9 786 руб. 00 коп.  

конкурсному управляющему не переданы. 

Установить относимость указанных документов обществу не  представляется возможным. Указанный товар мог быть  приобретен для личного пользования физических лиц.  

Авансовый отчет ФИО6  от 26.11.2019 г.  

Установить относимость указанных документов обществу не  представляется возможным. Услуги могли быть оказаны  

физическим лицам. Отсутствуют доказательства заявленных  расходов.  

Договор наряд-заказа на работы не имеет отношения к ООО  «Деревянный дом». Данных Заказчика договор не содержит.  Логических объяснений относительно ремонта ВАЗ 2114 не  представлено. У ООО «Деревянный дом» отсутствовал  указанный автомобиль.  

Также у ООО «Деревянный дом» на праве собственности или на  праве пользования не было автомобиля ФИАТ ДОБЛО.  

Представленные расходы не относимы к ООО «Деревянный дом».  

Расходы на такси не относимы к ООО «Деревянный дом». Не  представлено маршрутов передвижения на такси. Установить кто,  

куда и с какой целью пользовался услугами такси, не  представляется возможным.  

Авансовый отчет ФИО6  от 27.11.2019 г.  

Отсутствуют документы об аренде автокрана, очистке туалета,  вывозе мусора. Данные расходы не подтверждены.  

Авансовый отчет ФИО6  от 18.12.2019 г.  

Отсутствуют документы, подтверждающие командировочные  расходы.  

Установить относимость чеков на бензин обществу не  представляется возможным. Услуги могли быть оказаны  физическим лицам.  

Авансовый отчет ФИО6  от 12.12.2019 г.  

 Кассовые чеки нечитаемы. Установить относимость указанных 

документов обществу не представляется возможным. Установить  относимость чеков на приобретение товаров обществу не  

представляется возможным. Товары могли приобретаться  

 

физическими лицами.  

Не приведены обоснования оплаты наличными денежными  средствами услуг ИП ФИО47 за аренду экскаватора.  

Авансовый отчет ФИО6  от 30.12.2019 г.  

 Кассовые чеки нечитаемы. Установить относимость указанных 

документов обществу не представляется возможным.  Оказание услуг по вывозу мусора и аренде экскаватора не  

подтверждается представленными документами. 

Авансовый отчет ФИО48  от 25.12.2019 г.  

Обоснование несения представительских расходов на сумму  97 220 руб. 00 коп. при тяжелом финансовом положении общества  ФИО6 не представлено. Установить относимость  

чеков на приобретение товаров обществу не представляется  возможным. Товары могли приобретаться физическими  

лицами. 

Авансовый отчет ФИО6  от 23.03.2020 г.  

Экономическая целесообразность сделки по приобретению досок  

на сумму 450 000 рублей не приведены. Договор с  ООО «Технология современного окна» заключен ФИО6 как с физическим лицом. Основания полагать, что  

имущество приобретено для ООО «Деревянный дом»,  

отсутствуют. ФИО6 является участником и директором  нескольких обществ, основной вид деятельности которых -  

строительство домов (ООО «Лесные традиции», ООО «Таежная  сказка», ООО «Риэлторская группа «Лесные традиции»).  

Указанные доски могли приобретаться для любого из указанных  обществ.  

Договоры подряда 

Договор подряда № 1910/198/2 от  15.10.2019 г. с ИП ФИО17  

Не приведены обоснования оплаты наличными денежными  средствами услуг ИП ФИО17 Более того, п. 2.5 договора  

предусматривает безналичный расчет Отсутствуют 

доказательства реального выполнения работ. Не представлены  акты по формам.  

Не приведены обоснования экономической целесообразности  привлечения ИП ФИО17 с учетом большого количества  работников ООО «Деревянный дом».  

Отсутствуют доказательства передачи наличных денежных  средств.  

Договор подряда № 1808/57 от  16.08.2018 г. с ИП ФИО14  

Не приведены обоснования оплаты наличными денежными  

средствами услуг ИП ФИО14 Более того, п. 2.5. договора  предусматривает безналичный расчет.  

Отсутствуют доказательства реального выполнения работ. Не  представлены акты по формам.  

Не приведены обоснования экономической целесообразности  привлечения ИП ФИО14 с учетом большого количества  работников ООО «Деревянный дом».  

Приложения не пронумерованы. Реальный объем работ по  договору невозможно установить. Договор заключен 16 08.2018  

г., акты составлены 13.01.2020 г., обоснования заключения  договора в 2018 г. не приведены.  

Отсутствуют доказательства передачи наличных денежных  средств.  

Договор подряда № 1907/132 от  08.06.2019 г. с ФИО49  

Не приведены обоснования оплаты наличными средствами услуг  

ФИО49 

Отсутствуют доказательства реального выполнения работ. Не  представлены акты по формам.   

Не приведены обоснования экономической целесообразности  привлечения ФИО49 учетом большого количества  

 

работников ООО «Деревянный дом». 

Отсутствуют доказательства передачи наличных денежных  средств.  

Договор подряда № 1909/173 от 11. 09.2019 г. с ФИО13 

Не приведены обоснования оплаты наличными средствами услуг  

ФИО13 

Отсутствуют доказательства реального выполнения работ. Не  представлены акты по формам.  

Не приведены обоснования экономической целесообразности  привлечения ФИО13 с учетом большого количества  

работников ООО «Деревянный дом». 

Отсутствуют доказательства передачи наличных денежных  средств.  

Договор подряда № 1810/215 от  23.10.2018 г. с ИП ФИО16  

Не приведены обоснования оплаты наличными денежными  средствами услуг ИП ФИО16 Более того, п. 2.5. договора  

предусматривает безналичный расчет. Отсутствуют 

доказательства реального выполнения работ. Не приведены  обоснования экономической целесообразности привлечения ИП  

ФИО16 с учетом большого количества работников ООО  «Деревянный дом».  

Отсутствуют доказательства передачи наличных денежных  средств.  

Договор подряда № 1903/47 от 07.03.2019 г. 

Не приведены обоснования оплаты наличными денежными  

средствами услуг ФИО15 

Отсутствуют доказательства реального выполнения работ. Не  представлены акты по формам.  

Не приведены обоснования экономической целесообразности  привлечения ФИО15 с учетом большого количества  

работников ООО «Деревянный дом». 

Отсутствуют доказательства передачи наличных денежных  средств.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, представленными в  

материалы дела документами не подтверждается факт осуществления расчетов  с контрагентами за счет снятых со счета должника денежных средств.  

Более того, факт осуществления указанных ФИО6 расчетов  наличными достоверно проверить невозможно.  

При этом, ФИО6 не обоснована необходимость  осуществления расчетов наличными денежными средствами с учетом  возможности расчетов с банковского счета должника. Банковский счет  должника в рассматриваемый период не был заблокирован. Разумных  пояснений об использовании именно такого способа осуществления  хозяйственной дельности ответчиком не приведено и судом первой инстанции  не установлено.  

Суд первой инстанции обоснованно указал, что все хозяйственные  операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными  документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на  основании которых ведется бухгалтерский учет, то есть документы должны  отражать реально существовавшие хозяйственные операции.  

Построение такой модели ведения бизнеса, при которой факт расчетов с  контрагентами в наличной форме невозможно проверить иначе как со слов  руководителя не является основанием для освобождения такого руководителя  

 

от ответственности за вред, причиненный организации.  

Осуществление расчетов с контрагентами в наличной форме без  оформления каких-либо отчетных документов не является стандартом  поведения для юридического лица.  

Разумный и добросовестный директор общества, избрав практику расчета  с контрагентами общества, отличающуюся от обычно применяемой в  гражданском обороте (перечисление денежных средств с расчетного счета  общества на счет контрагента), и предпочтя вести подобные расчеты  исключительно путем наличной уплаты денежных средств, обязан приложить  все известные и разумные старания с целью исключения в дальнейшем  претензий к нему.  

Ненадлежащее ведение бухгалтерского учета, не освобождает  руководителя должника от ответственности по контролю за указанной  деятельностью в установленном законом порядке и принятия соответствующих  мер по их надлежащему оформлению и учету должником.  

Таким образом, в результате совершения оспариваемых действий  заинтересованного лица ФИО6 из состава имущества должника  выбыло ликвидное имущество, а именно денежные средства, что, в свою  очередь, лишило кредиторов должника возможности получить удовлетворение  своих требований за счет данного имущества должника.  

С учетом доказанности материалами дела с учетом доказанности  материалами дела факта получения ФИО6 денежных средств с  расчетного счета должника в сумме 3 536 500,00 рублей в отсутствие  надлежащих доказательств по расходованию средств в указанном размере на  нужды и в интересах должника, принимая во внимание, что доказательств  возврата денежных средств ФИО6 не представлено, суд первой  инстанции пришел к законному и обоснованному выводу о доказанности  причинения бывшим руководителем должника ФИО6 убытков  должнику, наличии причинно-следственной связи между ее противоправными  действиями (бездействием) и наступившими последствиями, причинением  вреда должнику.  

Поскольку совокупность условий, необходимых для привлечения  ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания  убытков доказана, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные  конкурсным управляющим должника требования о взыскании с ФИО6 убытков в размере 3 536 500,00 рублей.  

Исходя их совокупности установленных обстоятельств дела,  представленных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что судом дана надлежащая правовая оценка действиям  ФИО6  

Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции,  заявителем жалобы не представлено и судом не установлено.  

Выводы суда основаны на правильном понимании и толковании норм  материального и процессуального права о распределении бремени  

 

доказывания. Доводы же апеллянта по существу сводятся к несогласию с  оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом  обстоятельств, повторяют доводы возражений на заявленные требования. В  связи с чем, для переоценки указанных доказательств оснований у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

Ссылка ответчика и его представителя на то обстоятельства, что  фактически все дома построены, не были окончены строительством несколько  домов, не свидетельствует о том, что денежные средства, снятые с  корпоративной карты были использованы в деятельности должника.  

Следует также принять во внимание, что документы, в подтверждение  использования денежных средств в деятельности должника, представлены в  копиях (оригиналы не представлены), ранее конкурсному управляющему  переданы не были. Представляются в материалы дела лишь в рамках  конкретного обособленного спора, тогда как в соответствии со статьей 126  Закона о банкротстве подлежали передаче конкурсному управляющему после  открытия в отношении должника конкурсного производства.  

Указанные действия ответчиков свидетельствуют о нежелании в полной  мере раскрыть финансово-хозяйственную деятельность должника, для  установления обстоятельств фактического использования денежных средств,  снятых с корпоративной карты общества.  

В связи с чем, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой  инстанции о неправомерности действий ответчиков по снятию денежных  средств со счета должника, что повлекло уменьшение его имущества, в  отсутствие доказательств встречного предоставления.  

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе,  не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой  инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для  вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность  судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с  чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не  влекущими изменение обжалуемого определения.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная  жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом  направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых  оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в  соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или  изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является  законным и обоснованным. В удовлетворении жалобы надлежит отказать.  

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12  пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата  государственной пошлины не предусмотрена.  

 

Вопрос о возврате государственной пошлины подлежит разрешению при  представлении оригинала платежного документа.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 июня 2023  года по делу № А60-4440/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу  – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Л.М. Зарифуллина  

Судьи Е.О. Гладких 

 Т.С. Нилогова