АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

26 июня 2023 года

Дело №

А56-58371/2018

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Богаткиной Н.Ю.,                Воробьевой Ю.В.,

при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 09.06.2020), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СМУ-СПб» ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 03.08.2022),

рассмотрев 21.06.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СМУ-СПб» ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.09.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по делу № А56-58371/2018/суб., 

 

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2018 по делу № А56-58371/2018 общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «СМУ-СПб», адрес: 190008, Санкт-Петербург, улица Лабутина, дом 30, офис 2, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с ответчиков в пользу должника 3 921 138 руб. 

Определением арбитражного суда от 16.09.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 определение от 16.09.2022 в части отказа конкурсному управляющему ФИО4 в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 по обязательствам Общества отменено, в указанной части принят новый судебный акт. Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 прекращено вследствие смерти последнего. В остальной части определение от 16.09.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение от 16.09.2022 и постановление от 27.03.2023, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований в полном объеме.

По мнению подателя кассационной жалобы, судом не в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, не подтвержден факт списания запасов и дебиторской задолженности, а также невозможности ее взыскания с третьих лиц. 

Податель кассационной жалобы считает, что судом неверно распределено бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела.

Конкурсный управляющий не согласен с выводом судов об отсутствии в действиях ФИО1, ФИО2 обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность.

По мнению конкурсного управляющего, суд проигнорировал факт наличия вступившего в силу определения об истребовании документов у ФИО6 и необоснованно отказал в удовлетворении требований о привлечении его к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержала доводы кассационной жалобы, а ФИО1 и представитель ФИО2 возражали против ее удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –       АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемых судебных актов проверены в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела ФИО1 являлся руководителем Общества с 30.09.2008 по 14.03.2014 и его участником с 04.09.2008 по 25.05.2018 с долей 50%; ответчик ФИО2 являлся руководителем Общества с 14.03.2014  по 24.05.2018; ответчик ФИО6 являлся руководителем должника и его единственным участником с 25.05.2018.

Конкурсный управляющий при обращении в суд с данным заявлением посчитал наличие оснований для применения к ФИО1, ФИО2, ФИО6 субсидиарной ответственности как к лицам, последовательно назначенным руководителями должника, одновременно являющихся его участником. 

В обоснование требований, заявленных к ФИО1, конкурсный управляющий ссылается на то, что в результате его действий, выразившихся в организации выполнения работ ненадлежащего качества, стало невозможным полное или хотя бы частичное погашение требований кредиторов. 

Обстоятельством для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, по мнению управляющего, является допущенное им бездействие, выразившееся в неустранении недостатков выполненных работ, в неосуществлении компенсации убытков, установленных вступившим в силу судебным актом, следствием чего стало невозможным полное или частичное погашение требований кредиторов.

Конкурсный управляющий также считает, что ответчики ФИО1 и ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с тем, что не выполнили возложенную на них Законом о банкротстве обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, посчитал привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед единственным   кредитором – ООО «Иснес», права требования которого фактически прекратились, нецелесообразным, не отвечающим целям и принципам, установленным в главе III.2. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, при этом в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 по обязательствам Общества отменил, производство по заявлению прекратил.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, а также обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, в целях указанного Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Поскольку конкурсный управляющий связывает основание своих требований с действиями (бездействием) контролирующих должника лиц, имевшими место в 2014 - 2018 годах, то к спорным отношениям подлежат применению нормы материального права, предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также статьей 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям) контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Действовавшая на момент совершения вменяемых ответчикам деяний редакция пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривала: если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в       статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

В действующей в настоящее время редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ аналогичные нормы содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая тот факт, что предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В силу разъяснений, данных в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

Из приведенных в пункте 23 Постановления № 53 разъяснений следует, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы обособленного спора доказательства, суды пришли к обоснованным выводам о недоказанности конкурсным управляющим того, что совершенные при участии ответчиков сделки должника отвечают признакам убыточности.

Как видно из материалов дела, основанием для банкротства должника послужила задолженность Общества перед ООО «Иснес», образовавшаяся в результате устранения последним недостатков некачественного выполнения работ Обществом по договору от 07.06.2012 № 107/12-В, обязанность по возмещению которых возникла с момента вступления в законную силу решения суда по делу № А56-8041/2015 (с 17.08.2016). Предъявленный к должнику кредитором ООО «Иснес» в связи с этим в порядке регресса иск удовлетворен решением арбитражного суда от 10.12.2017 по делу № А56-77805/2016.

С учетом представленных в дело доказательств суды пришли к обоснованному выводу, что результаты работ по договору субподряда              от 07.06.2012 № 107/12-В были приняты заказчиком ООО «Иснес» по актам КС-2 и КС-3, в связи с чем пришел к выводу о добросовестности данного лица; обстоятельства, при которых возникла аварийная ситуация водопровода, возведенного должником по договору субподряда от 07.06.2012 № 107/12-В, описанная в судебных актах, не свидетельствует о недобросовестном поведении ответчиков как контролирующих лиц должника, действия по заключению договора субподряда и его исполнению соответствовали обычному предпринимательскому риску.

Доказательства, свидетельствующие о получении ответчиками какой-либо экономической выгоды от деятельности должника, влиянии ответчиков на совершение сделок должником, в том числе повлекших банкротство последнего, не представлены.

С учетом изложенного в удовлетворении заявлений в данной части отказано правомерно.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Установив, что необходимая управляющему для формирования конкурсной массы документация, ранее истребованная у ответчика ФИО6 в рамках обособленного спора № А56-58371/2018/истр.1, при рассмотрении настоящего обособленного спора была найдена и передана конкурсному управляющему ответчиком ФИО1, что подтверждается представленным в материалы дела актом приема-передачи документов от 12.07.2021, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения заявления о привлечении ответчиков ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Соглашаясь с указанным выводом суда, апелляционный суд учел, что доказательств, свидетельствующих о наличии каких-либо иных документов должника у данных ответчиком, не представлено.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, по сути, сводятся к несогласию конкурсного управляющего с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений действующего законодательства и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по делу № А56-58371/2018/суб. оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СМУ-СПб» ФИО4 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

Ю.В. Воробьева