ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-57452/2020

17 октября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд11

Резолютивная часть постановления объявлена     11 октября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 октября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Будариной Е.В., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от к/у: представителя ФИО2 по доверенности от 24.05.2022

от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 24.05.2022

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-28669/2022)  конкурсного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.07.2022 по делу № А56-57452/2020/сд11, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СОЮЗ-МОНОЛИТ»,

ответчик: ФИО3,

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 20.04.2021 ООО «СОЮЗМОНОЛИТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО6. 

Публикация сведений о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства размещена в газете «Коммерсантъ» №73(7035) от 24.04.2021.

В арбитражный суд обратился конкурсный управляющий с заявлением о признании недействительной сделки, в котором она просит признать недействительной сделкой перечисление денежных средств в сумме 1 250 000 руб. ФИО3 и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника  денежных средств в сумме 1 250 000 руб.

Определением арбитражного суда от 27.07.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должником обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 27.07.2022 отменить, заявленные требования удовлетворить, ссылаясь на наличие у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков несостоятельности (банкротства), что следует из общедоступных сведений, согласно которым к должнику был предъявлен ряд исковых требований, на безвозмездность сделки, а также на осведомленность ответчика об указанных обстоятельствах в силу его аффилированности с должником, поскольку ответчик являлся работником должника.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В настоящем судебном заседании представитель конкурсного управляющего должником поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов и их несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим в ходе конкурсного производства установлено, что должником в пользу ФИО3 совершены перечисления денежных средств в общей сумме 1 250 000 руб. с назначением платежа – по договору займа и перевод подотчетных средств сотруднику, за период с 01.02.2019 по 14.04.2020, а именно: 01.02.2019 по платежному поручению № 242 перечислено 280 000 руб. с назначением платежа «перечисление денежных средств по договору беспроцентного займа 01/02/1 от 01.02.2019»,  07.02.2020 по платежному поручению № 37 перечислено 300 000 руб. с назначением платежа «перечисление денежных средств по договору беспроцентного краткосрочного займа б/н от 06.02.2020», 16.03.2020 по платежному поручению № 98 перечислено 320 000 руб. с назначением платежа «оплата по беспроцентному займу № б/н от 16.03.2020 сотруднику ООО «СОЮЗ-МОНОЛИТ» ФИО3.», 14.04.2020 по платежному поручению № 195 перечислено 350 000 руб. с назначением платежа «перевод подотчетных средств сотруднику ООО «СОЮЗ-МОНОЛИТ» ФИО3.».

Конкурсный управляющий, полагая, что указанные платежи совершены должником в пользу заинтересованного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления и с целью причинения вреда кредиторам ввиду наличия у должника на момент их совершения признаков банкротства (прекращения исполнения обязательств перед кредиторами) и осведомленности об этом ответчика, а также сославшись на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки должника недействительной по заявленным основаниям.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, специальные основания для оспаривания сделок предусмотрены, в том числе  статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Так, в силу  положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

 Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь                 в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Вместе с тем, для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В данном случае судом установлено, что оспариваемые платежи совершены должником в пользу ответчика в период с 01.02.2019 по 14.04.2020, при том, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением от 24.08.2020.     

Таким образом, указанные сделки могут быть оспорены  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, в предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу указанных норм и разъяснений входит одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, влечет отказ в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В этой связи суд отмечает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. 

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 № 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае ответчик, возражая против удовлетворения заявленных управляющим требований, указал, что им с руководителем должника были подписаны три договора займа № 01/02/1 от 01.02.2019, б/н от 06.02.2020, № б/н от 16.03.2020, на основании которых должник перечислил ему денежные средства в общей сумме 900 000 руб. Фактически эти денежные средства ответчик не использовал и возвратил их должнику непосредственно после зачисления на свой счет. Денежные средства были сняты со счета наличными и внесены в кассу должника. 

В подтверждение указанных обстоятельств ответчиком в материалы дела представлены копии договоров займа № 01/02/1 от 01.02.2019, б/н от 06.02.2020, № б/н от 16.03.2020, заключенных между ООО «СОЮЗ-МОНОЛИТ» (займодавец) и ФИО3 (заемщик), подтверждающие наличие заемных отношений.

Также ответчик пояснил, что денежные средства в сумме 350 000 руб. были перечислены ему 14.04.2020 под отчет как работнику для целей оплаты работы арендованной должником техники у физических лиц, в рамках хозяйственной деятельности должника. Однако денежные средства не понадобились, и после снятия ответчиком денежных средств со своего счета, они были также внесены в кассу должника наличными. 

В подтверждение изложенного ФИО3 были представлены на обозрение суда первой инстанции подлинники квитанций к приходно-кассовым ордерам: № 5 от 07.02.2019 на сумму 280 000 руб. № 3 от 07.02.2020 на сумму 300 000 руб., № 11 от 17.03.2020 на сумму 320 000 руб. и № 23 от 14.04.2020 на сумму 350 000 руб.

В соответствии с пунктом 5 Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" (далее - Указание) прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера, проводится по приходным кассовым ордерам 0310001. 

Согласно постановлению Госкомстата Российской Федерации от 18.08.1998 N 88 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации" приходный кассовый ордер применяется для оформления поступления наличных денег в кассу организации как в условиях методов ручной обработки данных, так и при обработке информации с применением средств вычислительной техники. 

Приходный кассовый ордер выписывается в одном экземпляре работником бухгалтерии, подписывается главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным. Квитанция к приходному кассовому ордеру подписывается главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным, и кассиром, заверяется печатью (штампом) кассира и регистрируется в журнале регистрации приходных и расходных кассовых документов и выдается на руки сдавшему деньги, а приходный кассовый ордер остается в кассе.

 Таким образом, судом установлено, что согласно квитанциям к  приходно-кассовым ордерам ответчиком в кассу ООО «Союз-Монолит» были возвращены денежные средства в размере, соответствующем оспариваемой сумме перечислений, при том, что представленные ответчиком документы, подтверждающие возвращение в кассу ООО «Союз-Монолит» спорных денежных средств, конкурсным управляющим не оспорены, заявлений об их фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ не подано, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у оспариваемых сделок (договора займа и перечисления денежных средств) признаков неравноценного встречного исполнения. 

Кроме того, в нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем не представлено безусловных доказательств того, что на момент совершения оспариваемых платежей должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, как не доказан управляющим и сам факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок, а также наличие цели причинения вреда, что исключает вывод о признании оспариваемого платежа недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Отказывая в удовлетворении заявленных управляющим требований, суд первой инстанции также исходил из того, что статус ответчика на момент совершения платежей как работника должника сам себе не свидетельствует о его  заинтересованности по отношению к должнику, при том, что факт осуществления ответчиком трудовой деятельности (не относящейся к руководству обществом) не предполагает у соответствующего сотрудника организации осведомленности о действительном финансовом положении компании; при этом,  как указал ответчик, в спорный период должник осуществлял нормальную хозяйственную деятельность. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ управляющим не представлено доказательств того, что в силу занимаемой должности, родственных связей с руководителем (участниками) или еще каких-либо причин ФИО3 мог знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и о тяжелой финансовой ситуации на дату спорных перечислений.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований. 

Отклоняя доводы апелляционной жалобы управляющего, суд апелляционной инстанции исходит из того, что подателем жалобы не доказана вся совокупность  условий для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе наличие у должника на момент их совершения признаков несостоятельности (банкротства), в частности – просроченной задолженности и – как следствие – осведомленности об этом ответчика, как и в целом - причинение вреда кредиторам в результате совершения спорных платежей. 

Более того, конкурсный управляющий надлежащим образом не опровергла представленные ответчиком документы, обосновывающие внесение (возвращение) спорных денежных средств в кассу общества, в том числе управляющий не заявляла об их фальсификации, при том, что имеющиеся нарушения со стороны должника (незачисление денежных средств на расчетный счет) не могут быть поставлены в вину ответчику. 

В этой связи, суд апелляционной инстанции полагает, что указанное исключает вывод о причинении вреда имущественным правам кредиторов, как условие для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют эти обстоятельствам. 

Таким образом определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 27.07.2022 г. по делу № А56-57452/2020/сд11 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Союз-Монолит» ФИО5 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

Е.В. Бударина

 Е.А. Герасимова