Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-9398/2018

г. Владивосток

23 января 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 января 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.А. Солохиной,

судей Е.Л. Сидорович, А.В. Пятковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.Т. Васильевой,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству,

апелляционное производство № 05АП-6279/2018,

на решение от 30.07.2018 

судьи В.В. Саломая 

по делу № А51-9398/2018 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Нико-Ойл ДВ» (ИНН 2536092800, ОГРН 1022501281780)

 к Приморскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству (ИНН 2536212515, ОГРН 

<

***>) 

об отмене постановления по делу об административном правонарушении № 01/29 от 13.03.2018 и прекращении производства по делу за недоказанностью события административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ

при участии:

от Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству: ФИО2, доверенность от 10.12.2018 сроком по 31.12.2019 года, служебное удостоверение,

 от ООО «Нико-Ойл ДВ»: ФИО3, доверенность от 10.04.2017 сроком на 5 лет, паспорт.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Нико-Ойл ДВ» (далее  - общество, ООО «Нико-Ойл ДВ») обратилось в суд к Приморскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству (далее – Управление, административный орган) с заявлением об отмене постановления по делу об административном правонарушении №01/29 от 13.03.2018 и прекращении производства по делу за недоказанностью события административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ.

         Решением суда от 30.07.2018 заявленные требования удовлетворены. Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии вины общества в совершении вменяемого административного правонарушения.

         Управление, не согласившись с принятым решением, подало апелляционную жалобу и просит его отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

         В доводах апелляционной жалобы указывает на то, что работы обществом были произведены не только без согласования с собственником водных объектов, но и без уведомления о данном факте, кроме того, факт производства работ ООО «Нико-Ойл ДВ» в водоохраной зоне водного объекта, является установленным.

         Кроме того, от Управления поступили дополнения возражения на отзыв общества. В данных возражениях, ссылаясь положения статьи 65 Водного кодекса РФ, пункт 1.2 Правил дорожного движения указывает на то, что независимо от того, под остановку или хранение используется территория, постановка транспорта подпадает под действие определение «стоянки». В рассматриваемом случае, стоянка автотранспорта не имела твердого покрытия. Возражений по данному факту в ходе проведения административного расследования не заявлялось. В заявлении общества не отрицается, что производственная территория ООО «Нико-Ойл ДВ» находится полностью в границах водоохранной зоны. Сам факт наличия стоянки подтвержден материалами дела. Поскольку территория общества является закрытой и охраняемой, никакого иного транспорта, там быть не могло.

         Считает, что совокупностью собранных по делу доказательств доказан факт того, что общество производило хозяйственную деятельность с нарушением природоохранного законодательства и в действиях общества имеется состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ.

         От общества поступил письменный отзыв  и дополнения к отзыву. В своих доводах общество указывает на то, что из буквального прочтения пункта 4 части 15 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон разрешено движение транспортных средств только по дорогам. При этом, по мнению общества, дороги не обязательно должны иметь твердое покрытие. Такое покрытие должны иметь лишь специально оборудованные места для стоянок. Общество отмечает, что понятие специально оборудованных площадок, имеющих твердое покрытие, упоминается только в Водном кодексе РФ в пункте 15 части 4 статьи 65, однако, разъяснение, что понимать под «твердым покрытием», данная норма не содержит, как и иные нормативные акты, регламентирующие данный вопрос. При рассмотрении дела административным органом данный факт был признан, предоставить нормативно-правовое обоснование он не смог.

         Указывает на то, что общество не осуществляет перевозку опасных грузов морским, железнодорожным или автомобильным транспортом и не имеет в собственности или на основании какого-либо иного права транспортные средства для подобных перевозок. Управление данный факт не подтвердило.

         В акте проверки, протоколе, а также в постановлении о назначении административного наказания государственные номера автомобилей не зафиксированы, принадлежность автотранспорта обществу не устанавливалась, копии путевых листов, а также пояснения водителей отсутствуют. Оговорка о том, что «осуществляется стоянка автотехники работников предприятия», также документально не подтверждена.

         По мнению общества, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что неустановленными лицами использовалась водоохранная зона водного объекта с нарушением ограничений хозяйственной и иной деятельности.

         Кроме того, общество указывает на то, что административным органом в апелляционной жалобе совершена попытка подменить понятия нарушений и связать их с несогласованием с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства в порядке, установленном Правительством РФ, ведения деятельности в водоохранной зоне, тем самым, выйти за рамки установленных в оспариваемом постановлении нарушений.

         При проведении проверки факт согласования либо несогласования хозяйственной деятельности проверяющими не устанавливался, документы не были затребованы, пояснения должностных лиц не брались. В оспариваемом постановлении указано, что в результате действий общества ущерб водным биологическим ресурсам не был причинен.

         Никаких работ по строительству и/или реконструкции объектов капитального строительства, внедрения новых технологий и осуществления иной деятельности на территории нефтебаз ООО «Нико-Ойл ДВ» не планируется, в связи с чем, согласование, предусмотренное Правилами, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 30.04.2013 №384 общество не осуществляло.

         Представители лиц, участвующих в деле поддержали свои доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях на отзыв, отзыве и дополнении к нему.

         Из материалов дела судом апелляционной инстанции установлено следующее.

         На основании приказа Приморского территориального управления Росрыболовства от 24.01.2018 №12-П с 06 февраля по 06 марта 2018 года проведена внеплановая выездная проверка в отношении ООО «Нико-Ойл ДВ» в рамках осуществления федерального государственного контроля (надзора) в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов, за исключением водных биологических ресурсов, находящихся на особо охраняемых природных территориях федерального значения и занесенных в Красную книгу Российской Федерации; реестровый номер функции №705.

         Проверка проводилась с целью контроля и надзора за соблюдением законодательства Российской Федерации в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов, в соответствии с планом проверок предприятий, производственная деятельность которых оказывает влияние на среду обитания водных биоресурсов на территории Приморского края на 2018 год, утвержденным и.о. Руководителя управления ФИО4 30.10.2017. 

         Задачами проверки является проверка соблюдения требований и норм законодательства Российской Федерации в области рыболовства и сохранения биологических ресурсов при осуществлении хозяйственной деятельности ООО «Нико-Ойл ДВ».

         05.03.2018 госинспектором Владивостокского межрайонного отдела по контролю, надзору, охране водных биоресурсов и среды их обитания Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству по результатам плановой выездной проверки был установлен факт совершения ООО «Нико-Ойл ДВ» административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ.

         13.03.2018 начальником Владивостокского межрайонного отдела по контролю, надзору, охране водных биологических ресурсов и среды их обитания Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству ФИО5 по результатам административного расследования вынесено постановление по делу об административном правонарушении № 01\29 в отношении ООО «Нико-Ойл ДВ» по факту совершения административного правонарушения, предусмотренного части 1 статьи 8.42 КоАП РФ, а именно:

          - проведение земляных работ, движение и стоянка автотранспорта в водоохраной зоне бухты Улисс, с нарушением природоохранного законодательства, без согласования производства работ с органами рыбоохраны.

         Постановление об административном правонарушении было получено представителем ООО «Нико-Ойл ДВ», действующим по доверенности, 13 марта 2018 года лично.

         22.03.2017 года указанное постановление было обжаловано ООО «Нико-Ойл ДВ» в вышестоящий орган. Рассмотрение жалобы состоялось 27.04.2018 года Приморским территориальным управлением Росрыболовства, по итогу которого заявителю было отказано в удовлетворении жалобы (поступило электронной почтой 27.04.2018 года).

         Согласно вышеуказанному протоколу, при проведении плановой выездной проверки с 06.02.18 года по 26.02.2018 года в отношении ООО «Нико-Ойл ДВ» были выявлены нарушения природоохранного законодательства, а именно: 

         - непосредственно в водоохранной зоне водного объекта высшей категории рыбохозяйственного назначения бухты Улисс пролива Босфор Восточный Японского моря (водоохранная зона 500 м.) осуществляется стоянка автотехники работников предприятия на площадке, не оборудованной твердым покрытием;

         - осуществляется движение бензовозов по территории необорудованной дорогами твердым покрытием, территории склада нефтебазы расположены на грунтовой водопроницаемой поверхности;

         -на территории производится размещение и хранение легкоразмываемого сыпучего грунта (песок, щебень) разной фракции для производственных нужд;

         -наземные резервуары под ГСМ расположены на земляной водопроницаемой грунтовой поверхности, борта (обвалок) из легкоразмываемого водопроницаемого земляного грунта и не защищены от размыва атмосферных и поверхностных вод, в связи с чем, было принято решение о привлечении ООО «Нико-Ойл ДВ» к административной ответственности по части 1 статьи 8.42 КоАП РФ.  

         Не согласившись с данным постановлением, ООО «Нико-Ойл ДВ» обратилось  в арбитражный суд с заявлением о признании его незаконным и отмене и о прекращении производства по делу за недоказанностью события административного правонарушения.

         Исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, проанализировав доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней, отзывов, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, коллегия считает, что решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании следующих выводов.

         Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, ссылаясь на положения части 1, 2, пункта 4 части 15 статьи 65 Водного кодекса РФ, пункта 1.2 Правил дорожного движения пришел к выводу о необоснованности выводов Управления относительно нарушения ООО «Нико-Ойл ДВ» природоохранного законодательства в части выявленного нарушения о движении бензовозов по дороге, необорудованной твердым покрытием, а также стоянки автотехники работников предприятия на площадках, не имеющих твердого покрытия.

         При этом суд указал на то, что понятие специально оборудованных площадок, имеющих твердое покрытие, упоминается только в Водном кодексе РФ в части 4 пункта 15 статьи 65, однако разъяснение, что понимать под «твердым покрытием», данная норма не содержит. Также суд указал на то, что без специального нормативного акта, регламентирующего отнесение поверхности к твердой/нетвердой, однозначно утверждать, что спорный участок местности не имеет твердую поверхность нельзя, в связи с чем, имеются сомнения в выводах административного органа относительно нарушений в указанной части. 

         Между тем, с указанными выводами суда первой инстанции нельзя согласиться в силу следующего.

        Водные отношения урегулированы Водным кодексом Российской Федерации (статья 4 ВК РФ).

В частности в Водном кодексе РФ имеется глава 6 «Охрана водных объектов» и корреспондирующая ей глава 7 «Ответственность за нарушение водного законодательства».

 Как видно из оспариваемого постановления, обществу вменено нарушение требований пунктов 4, 5 части 15,  пункта 2 части 17 статьи 65 ВК РФ (с дополнениями на 21.10.2013 №282-ФЗ), части 1 статьи 48 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» от 20.12.2004 №166-ФЗ,  пункта  16 г) Правил установления рыбоохранных зон, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 06.10.2008 №743 (в редакции от 20.01.2016 №11), пункта 7.10 Правил технической эксплуатации нефтебаз (Приказ Минэнерго №232 от 19.06.2003.

         Частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за использование прибрежной защитной полосы водного объекта, водоохранной зоны водного объекта с нарушением ограничений хозяйственной и иной деятельности.

         Объектом правонарушений, по данной норме, являются общественные отношения в области использования и охраны территорий, предназначенных для защиты водных объектов и обеспечения правомерных видов пользования ими.

         Объективная сторона правонарушения, вмененного в вину обществу, выражается в нарушении требований к охране окружающей среды и природных ресурсов, т.е. нарушение режима осуществления деятельности на прибрежной, защитной, водоохранной зоне водного объекта либо зоны санитарной охраны источников водоснабжения.

         Субъективная сторона правонарушения выражается в умышленной вине.

         Согласно части 1 статьи 65 ВК РФ водоохранными зонами являются территории, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) морей, рек, ручьев, каналов, озер, водохранилищ и на которых устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

         В границах водоохранных зон устанавливаются прибрежные защитные полосы, на территориях которых вводятся дополнительные ограничения хозяйственной и иной деятельности (часть 2 статьи 65 ВК РФ).

 В силу пункта 4 части 15 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон запрещаются движение и стоянка транспортных средств (кроме специальных транспортных средств), за исключением их движения по дорогам и стоянки на дорогах и в специально оборудованных местах, имеющих твердое покрытие.

         Из материалов дела судом установлено, что основной вид деятельности ООО «Нико-Ойл ДВ» является прием, хранение и реализация нефтепродуктов. Общество расположено в Первомайском районе г. Владивостока в водоохранной зоне водного объекта высшей категории рыбохозяйственного значения бухта Улисс пролива Босфор - Восточный Японского моря (водоохранная зона составляет 500 метров).

       Согласно акту плановой/выездной проверки №01-18 предприятие осуществляет свою деятельность на двух площадках. В соответствии с указаниями в оспариваемом постановлении от 13.03.2018 обществу вменяются нарушения природоохранных норм, выявленные Управлением на площадке №1 (

<

...>) на которой расположены:

         - административное здание;

         - резервуары для хранения нефтепродуктов – вертикальные и горизонтальные;

         - сливная эстакада;

         - железнодорожный тупик;

         - насосная станция бензина;

         - насосная станция дизельного топлива;

         - очистные сооружения поверхностных вод.

         По договору аренды №13 от 01.02.2018 и договору субаренды №01/02/18са, ООО «Нико-Ойл ДВ» арендует здания и сооружения, а также земельный участок площадью 3,77 га у ООО «Нико Инвест».

         Согласно свидетельству №BCFX2TPP от 07.02.2017, выданному ООО «Нико-Ойл ДВ» нефтебаза по ул. Катерная, 12 в г. Владивостоке поставлена на государственный учет в государственный реестр объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду. 

         В результате проведенной проверки, Управление установило, что непосредственно в водоохранной зоне водного объекта высшей категории рыбохозяйственного назначения б. Улисс пролива Босфор – Восточный Японского моря (водоохранная зона – 500 м согласно пункту 8 статьи 65 ВК РФ), осуществляется движение бензовозов по территории необорудованной дорогами с твердым покрытием, а также осуществляется стоянка автотехники работников предприятия на площадке, не имеющей твердого покрытия.

         В ходе рассмотрения дела судом первой и апелляционной инстанции представитель ООО «Нико-Ойл ДВ» не отрицал, что производственная территория общества полностью находится в границах водоохранной зоны.

         Исходя из положений пункта 4 части 15 статьи 65 ВК РФ соответствующее положение ВК РФ, определяет водоохранные зоны, на которых устанавливается специальный режим осуществления деятельности в целях предотвращения загрязнения данных объектов. Эти положения, как отметил Конституционный Суд РФ в Определении от 29.09.2015 №1847-О, приняты в целях реализации основ государственной политики в сфере охраны природы и сохранения особо охраняемых территорий и объектов в условиях обеспечения баланса интересов субъектов хозяйственной и иной деятельности, связанной с воздействием на окружающую среду, и интересов общества в целом.

         В границах водоохранных зон согласно части 16 статьи 65 ВК РФ допускаются проектирование, строительство, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация хозяйственных и иных объектов при условии оборудования таких объектов сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды.

         Таким образом, в границах водоохранных зон запрещены определенные виды деятельности, указанные в ней, за исключением тех случаев, когда эти виды деятельности не наносят вреда водным объектам, окружающей среде и осуществляются в соответствии с требованиями федерального законодательства.

         Между тем, учитывая существующее состояние транспортной инфраструктуры (отсутствие твердого дорожного покрытия) на земельном участке, арендуемом ООО «Нико-Ойл ДВ» и полностью находящимся в границах водоохранной зоны,  обществом не обеспечены движение  и стоянка транспортных средств в границах этой зоны с соблюдением требований природоохранного законодательства, обеспечивающего защиту водного объекта от  попадания в него загрязняющих веществ.

          Так, из материалов дела усматривается, что возражения общества сводятся к указанию на то, что участок местности, на котором бензовозы осуществляют движение, представляют собой приспособленную для движения транспортных средств полосу земли, что полностью отвечает понятию дороги. Кроме того, в ходе работ по обустройству дорог и автостоянки нефтебазы по ул. Катерная, 12 в г. Владивостоке проведена отсыпка их скальным грунтом, песком, щебнем и произведено уплотнение поверхности дорожно-строительной техникой.

         Оценивая данные доводы общества, судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанные выше обстоятельства не могут быть расценены в качестве принятия мер по соблюдению природоохранного законодательства в части защиты водного объекта от возможных загрязнений, поскольку полоса земли, отсыпанная скальным грунтом, песком и щебнем, даже после произведенных строительной техникой работ по уплотнению поверхности, по мнению коллегии, не является препятствием для проникновения загрязняющих веществ (технических вод, а также топлива, с учетом движения бензовозов), поскольку представляет собой пористую, водопроницаемую, размываемую грунтовую поверхность, следовательно, не отвечает признакам твердого дорожного покрытия, движение и стоянка транспортных средств на котором разрешена пунктом 4 части 15 статьи 65 ВК РФ.

         При этом указание суда первой инстанции на то, действующее законодательство не дает разъяснение, что подразумевается под понятием «твердое покрытие» не может быть признано обоснованным, поскольку исходя из вышеназванных обстоятельств, дорожное покрытие должно в любом случае обеспечивать такой режим деятельности хозяйствующего субъекта (в рассматриваемом случае, движение бензовозов и стоянка автотранспорта сотрудников), который предотвратит возможное загрязнение водного объекта.   

         В отношении доводов общества, а также выводов суда первой инстанции о том, что в акте проверки, протоколе, а также в постановлении о назначении административного наказания государственные номера автомобилей не зафиксированы, принадлежность автотранспорта обществу не устанавливалась, факт стоянки автотехники работников предприятия, документально не подтвержден, коллегия отмечает следующее.

         В ходе рассмотрения апелляционной жалобы, судом у общества было запрошено Положение (инструкция) о пропускном и внутриобъектовом режиме на объекте транспортной инфраструктуры «Нефтепогрузочный комплекс «Кордон», утвержденный генеральным директором ООО «Нико-Ойл ДВ» 25.05.2017 (далее – Положение).

         Согласно пункту 1.1 Положение устанавливает требования пропускного и внутриобъектового режимов на объекте транспортной инфраструктуры «Нефтепогрузочный комплекс «Кордон» (далее – ОТИ) в целях предотвращения совершения актов незаконного вмешательства в его границах.

         Указанное Положение разработано для руководства в повседневной деятельности (пункт 1.2):

         - персоналом ООО «Нико-Ойл ДВ»;

         - юридическими лицами, осуществляющими свою деятельность в границах ОТИ (в ЗТБ ОТИ) на постоянной или временной основе;

         - персонала дежурных смен подразделения транспортной безопасности (ПТБ);

         - персонала подразделений Федеральных органов исполнительной власти (ФОИВ), в том числе, осуществляющих свою деятельность в границах ОТИ.

         В силу пункта 3.1 Положение устанавливает требования по пропускному и внтуриобъектовому режимам на территории ОТИ с целью обеспечения его безопасного функционирования и безопасности всех физических лиц, находящихся в границах ОТИ. Пропускной режим устанавливается для обеспечения контролируемого доступа на территорию ОТИ и его элементы (включая критический элемент) физических лиц, транспортных средств и материальных средств (пункт 3.2).

         В соответствии с пунктом 3.3 Положения требования пропускного и внтуриобъектового режимов в границах ОТИ устанавливаются генеральным директором ООО «Нико-Ойл ДВ» и обязательны для исполнения всеми физическими и юридическими лицами.

         Пропускной и внутриобъектовый режимы предусматривают в числе прочего регламентацию порядка допуска на территорию ОТИ и его элементы (в том числе критических элементов), транспортных средств (пункт 3.6), при наличии соответствующего вида транспортного пропуска (пункты 4.10, 4.11, 4.12, 4.13 Положения).

         Таким образом, из анализа вышеназванных требований Положения следует, что на территории, используемой ООО «Нико-Ойл ДВ» установлен пропускной, контролируемый режим доступа транспортных средств как работников общества, так и сторонних организаций, только при наличии пропуска установленного образца. 

         В этой связи, коллегия приходит к выводу о том, что отсутствие в акте проверки, а также в оспариваемом постановлении указания на государственные номера бензовозов, а также транспортных средств, идентифицированных Управлением в качестве личного автотранспорта работников предприятия, не имеет правового значения для целей установления наличия в действиях общества нарушения требований природоохранного законодательства в пределах водоохранной зоны, в связи с наличием строго пропускного режима доступа на объекты инфраструктуры ООО «Нико-Ойл ДВ», осуществляемого непосредственно самим обществом в соответствии с названным Положением.          

         При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что факт нарушения ООО «Нико-Ойл ДВ» требований пунктов 4, 5 части 15 статьи 65 ВК РФ нашел свое подтверждение материалами дела.

         Из материалов дела усматривается, что Управление также вменило ООО «Нико-Ойл ДВ» нарушение требований части 1 статьи 48 Федерального закона от 20.12.2004 №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», пункта 16 Правил установления рыбоохранных зон, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 06.10.2008 №743, пункта  7.10 Правил технической эксплуатации нефтебаз, утвержденных Приказом Минэнерго РФ №232 от 19.06.2003, выразившихся в том, что:

         - на территории, на трех площадках производится размещение и хранение легкоразмываемого сыпучего грунта (песок, щебень) разной фракции для производственных нужд, размещение которого должно осуществляться на специально отведенной площадке, огороженной по всему периметру буртиками, также необходимо наличие навесов и тары, для хранения вышеуказанного грунта (отсыпано приблизительно – 40 м3), территория склада нефтебазы расположена на грунтовой водопроницаемой грунтовой поверхности;

         - наземные резервуары под ГСМ расположены на земляной водопроницаемой грунтовой поверхности, борта (обвалок) из легкоразмываемого водопроницаемого земляного грунта и не защищены от размыва атмосферных и поверхностных вод.

         В результате указанных действий обществом был нарушен специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности на прибрежной защитной полосе водного объекта, водоохранной зоны водного объекта бухты Улисс пролива Босфор – Восточный Японского моря, водоема высшей категории рыбохозяйственного значения.

         В соответствии с частью 1 статьи 48 Федерального закона от 20.12.2004 №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» В целях сохранения условий для воспроизводства водных биоресурсов устанавливаются рыбоохранные зоны, на территориях которых вводятся ограничения хозяйственной и иной деятельности. Рыбоохранной зоной является территория, которая прилегает к акватории водного объекта рыбохозяйственного значения (часть 2 названной статьи).

         Порядок установления рыбоохранных зон, ограничения осуществления хозяйственной и иной деятельности и особенности введения таких ограничений в рыбоохранных зонах определяются Правительством Российской Федерации (часть 3 статьи 48 Закона №166-ФЗ).

         Постановлением Правительства РФ от 06.10.2008 №743 утверждены Правила установления рыбоохранных зон, которые определяют порядок установления рыбоохранных зон, ограничения осуществления хозяйственной и иной деятельности и особенности введения таких ограничений в рыбоохранных зонах.

         В силу пунктов 2, 3 Правил рыбоохранные зоны и их границы устанавливаются Федеральным агентством по рыболовству в целях сохранения условий для воспроизводства водных биологических ресурсов. Рыбоохранной зоной является территория, прилегающая к акватории водного объекта рыбохозяйственного значения, на которой вводятся ограничения хозяйственной и иной деятельности.

         Согласно Приложению №1 к Приказу Росрыболовства от 20.11.2010 №943 рыбоохранная зона Японского моря составляет в ширину 500 метров.

         Из  материалов дела судом установлено, что ООО «Нико-Ойл ДВ» имеет в пользовании три земельных участка, расположенных в водоохранной зоне, примыкающей к акватории водного объекта бухты Улисс Японского моря, из них два земельных участка в собственности (площадью 39826, 0 кв.м и 5389,0 кв.м.), один в аренде (920,0 кв.м).

         По результатам проведенной проверки Управлением было установлено, что общество производило работы по разработке грунта с использованием техники в водоохранной зоне бухты Улисс.         

         Между тем, в силу части 1 статьи 50 Федерального закона №166-ФЗ при территориальном планировании, градостроительном зонировании, планировке территории, архитектурно-строительном проектировании, строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства, внедрении новых технологических процессов и осуществлении иной деятельности должны применяться меры по сохранению водных биоресурсов и среды их обитания.

         В соответствии с частью 2 статьи 50 Закона №166-ФЗ деятельность, указанная в части 1 названной статьи осуществляется только по согласованию с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства в порядке, установленном Правительством РФ. Такой порядок установлен Правилами, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 30.04.2013 №384 «О согласовании федеральным агентством по рыболовству строительства и реконструкции объектов капитального строительства, внедрения новых технологических процессов и осуществления иной деятельности, оказывающей воздействие на водные биологические ресурсы и среду их обитания».

         Материалами дела установлено, что требование о согласовании с федеральным органом исполнительной власти производства работ по размещению и хранению сыпучего грунта в водоохранной зоне бухты Улисс  со стороны ООО «Нико-Ойл ДВ» в соответствии с вышеуказанными нормами Правил выполнено не было. 

         Кроме того, коллегия отмечает, что сыпучий грунт не является неким точечным (статичным) объектом, находящимся постоянно на строго определенном месте, в связи с чем, указание суда первой инстанции о неточности (отсутствие замеров специалистами Управления) местонахождения развалов грунта нельзя признать обоснованным. В рассматриваемом случае, правовое значение имеет сам факт производства таких работ в водоохранной (рыбоохранной) зоне без соответствующего согласования и технологии отсыпки.

         Статьей 3 Федерального закона от 10 января 2002 г. №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон об охране окружающей среды) установлены принципы, в том числе презумпции экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности и допустимости воздействия такой деятельности на природную среду исходя из требований в области охраны окружающей среды.

         Применительно к положениям пункта 1 статьи 34 Закона об охране окружающей среды такие виды хозяйственной деятельности, как, например, размещение, проектирование, строительство, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация, консервация и ликвидация зданий, строений, сооружений и иных объектов, и тому подобные, оказывающие прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляются в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды.

         Указанная деятельность юридических лиц и индивидуальных предпринимателей и складывающиеся в процессе ее осуществления экономические отношения должны включать в себя, в том числе и мероприятия по охране окружающей среды, восстановлению природной среды, рациональному использованию и воспроизводству природных ресурсов, обеспечению экологической безопасности. Соблюдение требований в области охраны окружающей среды установлены статьями 34-39 названного Федерального закона.

         Таким образом, деятельность, которая может оказать влияние на состояние водных биологических ресурсов и среду их обитания должна осуществляться только при согласовании применяемых мер по сохранению водных биологических ресурсов и среды их обитания с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства.

         Исходя из того, что производственная площадка по ул. Катерная, 12 в г. Владивостоке (нефтебаза) является закрытым, режимным объектом, используемым ООО «Нико-Ойл ДВ», судебная коллегия приходит к выводу о том, что никто иной кроме общества не мог вести на данной территории хозяйственную деятельность (в частности, работы по разработке грунта с использованием техники в водоохранной зоне).

         Управлением по итогам проверки также был выявлен факт того, что наземные резервуары под ГСМ расположены на земляной водопроницаемой грунтовой поверхности, борта (обвалок) из легкоразмываемого водопроницаемого земляного грунта и не защищены от размыва атмосферных и поверхностных вод.

         Приказом Минэнерго РФ №232 от 19.06.2003 в целях установления единых технических требований к организациям всех форм собственности независимо от ведомственной принадлежности и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим деятельность по эксплуатации нефтебаз, утверждены Правила технической эксплуатации нефтебаз.

         Указанные Правила устанавливают требования к эксплуатации нефтебазы, ее территории, зданиям, сооружениям и оборудованию, инженерным коммуникациям, порядку приема, хранения и отпуска нефтепродуктов, сохранения их качества, метрологическому обеспечению, предупреждению аварийных разливов нефтепродуктов, экологической и пожарной безопасности, охране труда, обслуживающему персоналу и его профессиональной подготовке (пункт 1.1).

         Согласно разделу VII Эксплуатация зданий, сооружений и оборудования запрещается эксплуатация зданий, сооружений и оборудования в неисправном состоянии, а также при рабочих параметрах выше установленных паспортами на них либо другими нормативными документами (пункт 7.1). Режим работы, техническое обслуживание и ремонт зданий, сооружений и оборудования должны осуществляться в строгом соответствии с требованиями Правил и других нормативно-технических документов на них.

         В силу пункта 7.7 Правил, эксплуатация резервуаров, их техническое обслуживание, ремонт и приемка новых резервуаров должны осуществляться в соответствии с требованиями правил технической эксплуатации резервуаров и инструкции по их ремонту. Основание резервуара должно быть защищено от размыва атмосферными водами, обеспечивать беспрепятственный их отвод (пункт 7.10 Правил).

         Между тем, по материалам проверки (акт проверки с фототаблицей) судом установлено, что территория склада нефтебазы расположена на грунтовой водопроницаемой грунтовой поверхности. Наземные резервуары по ГСМ № 41,42,43,44,45 также расположены на  грунтовой водопроницаемой грунтовой поверхности, борта (обвалок) состоят из легкоразмываемого водопроницаемого земляного грунта и не защищены от размыва атмосферными и поверхностными водами, что не соответствует требованиям вышеназванных Правил. 

         Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что обществом был нарушен специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности на прибрежной защитной полосе водного объекта, водоохранной зоны б. Улисс пролива Босфор – Восточный (шириной 500 м), представляющего собой водоем высшей категории рыбохозяйственного значения.  

         Таким образом, нарушение со стороны ООО «Нико-Ойл ДВ» требований пункта 7.10  Правил технической эксплуатации нефтебаз, также нашло свое подтверждение материалами дела. 

 Оценивая в соответствии со статьей 71 АПК РФ совокупность установленных по делу обстоятельств, а также доказательств: акт выездной проверки от 05.03.2018, протокол об административном правонарушении №01-5/18 от 05.03.2018 с приложением, а также иные вышеприведенные доказательства, коллегия приходит к выводу о том, что в действиях ООО «Нико-Ойл ДВ» имеется объективная сторона состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ.

         В части 1 статьи 1.5 КоАП РФ предусмотрено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

 Из части 2 статьи 2.1 КоАП РФ следует, что юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

         Правовая возможность исполнения существующей обязанности определяется отсутствием объективных препятствий для выполнения указанных обязанностей, то есть обстоятельств, не зависящих от воли обязанного лица. Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 27.04.2001 №7-П подобные обстоятельства квалифицируются как чрезвычайные, объективно непредотвратимые обстоятельства и другие непредвиденные, непреодолимые препятствия, находящиеся вне контроля обязанных лиц. 

         Между тем, таких обстоятельств, находящихся вне контроля общества материалами административного дела не установлено, последним не доказано.

         Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ общество не представило в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что оно осуществляло эксплуатацию производственного объекта, находящегося в водоохранной зоне, а также производило работы на нем с соблюдением требований природоохранного законодательства, как и о согласовании таких работ с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства.

         В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции установил, что ООО «Нико-Ойл ДВ» имело возможность не допустить совершение административного правонарушения, однако не приняло со своей стороны все зависящие от него меры по соблюдению норм действующего законодательства.

         При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о наличии в действиях ООО «Нико-Ойл ДВ» вины в совершении административного правонарушения по части 1 статьи 8.42 КоАП РФ.

         Оценив характер и конкретные обстоятельства совершенного правонарушения, суд приходит к выводу о том, что совершенное обществом правонарушение создало существенную угрозу охраняемым общественным отношениям, в связи с чем, не имеет правового значения отсутствие причинения реального ущерба окружающей среде. На этом основании оснований для признания совершенного обществом правонарушения малозначительным и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ коллегия не усматривает.

         Срок привлечения к административной ответственности административным органом соблюден. Назначенное обществу административное наказание в виде штрафа в размере 200 000 руб. соответствует минимальному размеру штрафа, предусмотренному санкцией части 1 статьи 8. 42 КоАП РФ и, по мнению коллегии, отвечает целям административного наказания по предупреждению совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами (статья 3.1 КоАП РФ).

         Учитывая установленные по делу обстоятельства, решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании пунктов 1, 3 части 1 статьи 270 АПК РФ, соответственно, апелляционная жалоба Управления подлежит удовлетворению с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

         Суд апелляционной инстанции не распределяет расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы, поскольку в силу части 4 статьи 208 АПК РФ по данной категории дел уплата государственной пошлины не предусмотрена.

         Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 30.07.2018  по делу №А51-9398/2018  отменить.

         В удовлетворении заявленных требований отказать.

         Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Т.А. Солохина

Судьи

Е.Л. Сидорович

А.В. Пяткова