Дело № А43-37212/2020

город Владимир

31 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 августа 2022  года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.02.2022 по делу № А43-37212/2020, принятое по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Энерго М» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Энерго М» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с исковым заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании 2 053 986 руб. 84 коп.

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 25.02.2022                 взыскал с ФИО2 в пользу Общества 2 053 986 руб. 84 коп. убытков; взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета Российской Федерации                    33 270 руб. 00 коп. государственной пошлины. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое решение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на недоказанность истцом того обстоятельства, что на указанные им даты должнику были предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов при отсутствии у него имущества. Полагает, что истцом не представлено в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что действия ФИО2 были  направлены на доведение до банкротства общества с ограниченной ответственностью «Антриумплюс» (далее – ООО «Антриумплюс») и причинения вреда Обществу. Отмечает, что Обществу не были возвращены денежные средства по причине встречного предоставления со стороны и отсутствия кредиторской задолженности.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы именно длительное бездействие Общества привело к невозможности удовлетворения его требований. 

Заявитель также считает необоснованным довод истца о присвоении ФИО2 денежных средств Общества. 

По мнению заявителя апелляционной жалобы, основанием для отказа в удовлетворении требований истца также является недобросовестное поведение Общества (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Общество в лице конкурсного управляющего ФИО3 в отзыве и дополнении к нему указала на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просила оставить определение суда без изменения; апелляционную жалобу – без удовлетворения; заявила ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие ее представителя.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установил суд первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 21.01.2019 по делу                 № А43-36557/2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена ФИО3 

В ходе проведения процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО3 установлено, что за период с 24.03.2017 по 11.04.2017 с расчетного счета должника в пользу   ООО «Атриумплюс» перечислены денежные средства в общей сумме 1 710 660 руб. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.02.2020 по делу № А43-46051/2019 с ООО «Атриумплюс» в пользу Общества взыскано 2 053 986 руб. 84 коп., в том числе 1 710 660 руб. неосновательного обогащения, 343 326 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 25.03.2017 по 18.10.2019.

На основании указанного решения суда выдан исполнительный лист и возбуждено исполнительное производство от 21.05.2020 № 46741/20/52001-И11, однако денежные средства в рамках указанного исполнительного производства в пользу Общества не поступали. 

В связи с наличие неисполненного решения суда, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Атриумплюс» несостоятельным (банкротом). 

Определением от 13.10.2020 по делу № А43-20811/2020 производство по делу о банкротстве ООО «Атриумплюс»  прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, в связи с отсутствием у должника имущества и средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. 

Указанные обстоятельства послужили Обществу основанием для обращения с настоящими исковыми требованиями.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в Постановлении № 62.

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Указанные конкурсным управляющим в обоснование названного требования обстоятельства возникли после 01.07.2017, в связи с чем суд первой инстанции  правомерно применил к этим отношениям нормы главы III.2 Закона о банкротстве.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу части 1 статьи 61.12 Закона о банкротства неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном 

постановление

м Президиума Верховного Суда Российской Федерации                         от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением                        о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве,  не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается                           от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Данная правовая позиция отражена в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

Исходя из указанных норм права конкретный момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества и момент, когда руководитель должника должен был объективно определить наличие этих признаков и возникновение у него соответствующей обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, должен установить арбитражный суд.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

В пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 (в редакции от 26.12.2018), отмечено, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 Постановления № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Согласно материалам дела, ФИО2 с 15.02.2017 являлся единственным участником и генеральным директором ООО «Атриумплюс», в связи с чем на данное лицо возлагалась обязанность по подаче заявления при возникновении признаков неплатежеспособности, названных в части 1 статьи 9 Закона о несостоятельности. 

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, задолженность ООО «Атриумплюс» перед Обществом возникла в результате нескольких ошибочных перечислений денежных средств по банковскому счету, долг формировался постепенно. 

По мнению истца, принимая во внимание даты совершения первых двух платежей по платежным поручениям: от 24.03.2017 № 791 на сумму 253 600 руб., от 24.03.2017 № 792 на сумму 52 160 руб. на сумму, достаточную для возникновения признаков банкротства (300 000 руб.) обязанность руководителя должника по обращению с заявлением о признании ООО «Атриумплюс» банкротом должна была быть исполнена не позднее 24.07.2017. 

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что размер кредиторской задолженности должника по состоянию на 24.03.2017 (дата указана истцом в заявлении) значительно превышал стоимость  его реальных активов.

Доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанную конкурсным кредитором дату должник обладал объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, не представлено.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать объективным признакам банкротства неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся на определенную дату неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности                                     ООО «Атриумплюс»  обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В рассмотренном случае совокупностью представленных доказательств не подтверждается, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у Общества обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного лица. 

Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (пункт 12 Постановления № 53).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника. Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности,  предусмотренной статьей 61.12  Закона о  банкротстве,  входит следующее обстоятельство – объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Обществом не представлено доказательств того, что после 24.07.2017 (дата, на которую, по мнению Общества,   ФИО2 должен был обратиться с  заявлением о признании должника банкротом) у ООО «Атриумплюс» возникли какие-либо обязательства. 

Безусловные доказательства наличия кредиторской задолженности, за наращивание которой после возникновения признаков банкротства, руководитель должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, в материалах дела отсутствуют. 

Суд апелляционной инстанции учитывает, что в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что реальная стоимость активов ООО «Атриумплюс» на 24.07.2017 превышала имеющуюся кредиторскую задолженность. При этом следует учитывать, что сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П). Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации.   

С учетом изложенного у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований Общества о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Выводы суд в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве являются необоснованными, противоречат представленным в дело доказательствам и упомянутым нормам права и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, однако не привели к принятию неправомерного судебного акта в силу следующего.

В качестве следующего основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности истец указывает, что в результате действий ответчика кредиторам причинен вред.

По правилам абзаца девятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и так далее).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления № 53).

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления № 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что в период с 24.03.2017 по 11.04.2017 с расчетного счета Общества в пользу                                      ООО «Атриумплюс»  перечислены денежные средства в общей сумме                                        1 710 660 руб. 

Из правового анализа представленных в материалы дела выписок о движении денежных средств ООО «Атриумплюс» по счетам следует, за рассматриваемый период от Общества поступили денежные средства:

- на расчетный счет в АО «Альфа-Банк» в размере 1 658 500 руб.; поступившие от Общества денежные средства были выведен с расчетный счет предприятия путем их снятия через корпоративную карту ФИО2 в банкомате либо путем оплаты покупок по корпоративной карте ФИО4 В совокупном размере оплачено корпоративной картой ФИО2, либо снято в банкомате ФИО2 из поступивших именно от Общества средств за рассматриваемый период 1 277 000 руб.;

 - на расчетный счет в АО КБ «Ланта-Банк» 24.03.2017 в размере 52 160 руб.; остаток денежных средств 30.03.2017  из АО КБ «Ланта-Банк» был переведен на расчетный счет ООО «Атриумплюс» в ПАО АКБ «Авангард» в связи с закрытием счета; 05.04.2017 денежные средства в размере 120 000 руб. (в т.ч. денежные средства Общества) были сняты наличными с расчетного счета                                      ООО «Атриумплюс» в ПАО АКБ «Авангард». 

При этом имеющиеся на счете ООО «Атриумплюс» денежные средства являлись единственным ликвидным активом должника.

Иного имущества, в том числе движимого или недвижимого, у                          ООО «Атриумплюс» не имелось, о чем свидетельствуют сведения из регистрирующих органов.

Кроме того, согласно данным бухгалтерского баланса ООО «Атриумплюс» за 2017 год, выручка организации составила 6 140 000 руб.; себестоимость продаж              5 507 000 руб.; валовая прибыль 633 000 руб.; коммерческие расходы 536 000 руб.; прибыль 97 000 руб.; налог ни прибыль 19 000 руб.; чистая нераспределенная прибыль  78 000 руб. При этом прибыли не достаточно для погашения задолженности перед Обществом.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.02.2020 по делу № А43-46051/2019 с ООО «Атриумплюс» в пользу Общества взыскано                                          2 053 986 руб. 84 коп., в том числе 1 710 660 руб. неосновательного обогащения, 343 326 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 25.03.2017 по 18.10.2019.

Указанная задолженность должником добровольно или в принудительном порядке не погашалась, что послужило основанием для возбуждения в отношении последнего дела о несостоятельности (банкротстве), однако было прекращено ввиду отсутствия у должника имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства.

Таким образом, в результате снятия ФИО2 денежных средств, в том числе поступивших от Общества привело к выводу активов должника, возникновению кризисной ситуации и переходу в стадию объективного банкротства (критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов) и явилось основанием для возбуждения по заявлению Общества дела о признании ООО «Атриумплюс»  несостоятельным (банкротом). 

Указанное свидетельствует о том, что в действиях руководителя должника ФИО2 установлено недобросовестное поведение с целью необоснованного вывода активов должника. 

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о правомерности расходования денежных средств, обналиченных  ФИО2

Конкурсным управляющим Общества указано и не оспорено иными участниками процесса, что ООО «Атриумплюс» не располагало штатом работников, материально-технической базой, складскими помещениями для хранения товарно-материальных ценностей в целях исполнения обязательств перед Обществом, в связи с чем правоотношении последнего и ООО «Атриумплюс» носили мнимый характер.

Таким образом, действия ФИО2 привели инициированию дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Атриумплюс» и причинению вреда кредитору – Обществу в виде невозможности погашения обязательств.

Каких-либо доказательств принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательств по осуществлению хозяйственной деятельности ООО «Атриумплюс» при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), ФИО2 не представлено.

Ссылка ФИО2 на недоказанность совокупности всех обстоятельств, необходимых для привлечения к гражданско-правовой ответственности, не принимается судом апелляционной инстанции, как не соответствующая материалам дела, поскольку факт совершения ФИО2 противоправных действий по выводу единственного ликвидного имущества должника, вина ФИО2 в совершении названных действий и причинение в результате данных действий материального ущерба Обществу и его кредиторам полностью доказаны материалами дела, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об обратном, в материалы дела не представлены. 

Доводы ответчика о недоказанности факта его вины применительно к возникновению у ООО «Атриумплюс» признаков банкротства отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные. Ответчик не представил доказательств опровергающих, что его действия как руководителя должника привели к банкротству подконтрольной ему организации (производство по делу о банкротстве ООО «Атриумплюс» прекращено лишь ввиду отсутствия имущества и активов должника необходимого для ведения процедуры банкротства). 

Указанные выводы согласуется с доказательствами, представленными в материалы дела, и не оспорены заявителем жалобы со ссылкой на  доказательства, представление в дело. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции установил и материалами дела подтверждается, что ФИО2 намеренно осуществлял снятие денежных средств с расчетных счетов ООО «Атриумплюс» без подтверждения оправдательного характера проведения этих действий (для хозяйственных нужд, для осуществления деятельности организации и т.д.) без осуществления возврата полученных от Общества денежных средств (необоснованно удерживая на расчетном счете ООО «Атриумплюс» денежные средства, сам обналичивал денежные средства) с целью вывода актива должника, что повлекло причинение вреда кредитору в виде невозможности погашения кредиторской задолженности и усугубило и без того затруднительное финансовое состояние ООО «Атриумплюс», повлекшее его банкротство, которое стало неизбежным.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о доказанности факта причинения ответчиком вреда имущественным правам кредитора (Обществу) в результате совершения ФИО2 упомянутых действий является верным.

Указанное обстоятельство в совокупности с тем, что  снятие денежных средств  привело к невозможности осуществить возврат неосновательно полученных денежных средств, причинило вред кредитору, и с учетом приведенных ранее разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении № 53, обоснованно позволило суду рассмотреть заявление кредитора как требование о возмещении убытков по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из изложенного, совокупность элементов, позволяющие привлечь ответчика к гражданско-правовой ответственности, подтверждена упомянутыми обстоятельствами и доказана материалами дела. 

Иные доводы заявителя жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются необоснованными по изложенным мотивам.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции относительно взыскания с ФИО2 истребуемой Обществом суммы, считает их правомерными и согласующимися с доказательствами, представленными в дело. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.02.2022 по делу             № А43-37212/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в двухмесячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

Е.Н. Беляков

Д.В. Сарри