АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-39171/2019

г. Краснодар

31 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2022 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 31 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., без участия в судебном заседании конкурсного управляющего ПАО Банк «Первомайский»                             (ИНН 

<

***>) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», должника – ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), в отсутствие  иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего ПАО Банк «Первомайский» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 по делу                № А32-39171/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) ПАО Банк «Первомайский» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) задолженности в размере 50 066 рублей 91 копейки, из которых  17 794 рубля 95 копеек – основной долг, 15 077 рублей 44 копейки – проценты за пользование чужими денежными средствами, 17 194 рубля 52 копейки – неустойка. Одновременно банк заявил ходатайство о восстановлении пропущенного более чем на 6 месяцев срока на обращение с заявлением о включении требований в реестр. 

Определением от 08.04.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.06.2022, требования банка в размере 50 066 рублей 91 копейки (17 794 рубля 95 копеек – основной долг, 15 077 рублей 44 копейки – проценты за пользование чужими денежными средствами, 17 194 рубля 52 копейки – неустойка) признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. Суды исходили из того, что требование заявлено банком после закрытия реестра, оснований для удовлетворения ходатайства о восстановлении пропущенного срока не имеется, поэтому заявленное банком требование подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В кассационной жалобе банк просит отменить судебные акты в части установленной очередности удовлетворения требований. Податель жалобы указывает на неверную оценку судами уважительности причин, послуживших основанием для пропуска срока на подачу заявления о включении требований в реестр.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит оставить без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, решением от 16.02.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

22 ноября 2021 года банк обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр 50 066 рублей 91 копейки кредитной задолженности (17 794 рубля 95 копеек – основной долг, 15 077 рублей 44 копейки – проценты за пользование чужими денежными средствами, 17 194 рубля 52 копейки – неустойка) и заявил ходатайство о восстановлении срока на подачу заявления. Ходатайство о восстановлении срока мотивировано тем, что финансовый управляющий должника в нарушение пункта 2.1 статьи 213.24 Закона о банкротстве не направил в адрес банка уведомление о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина.

Признавая требование банка обоснованным, суды исходили из того, что задолженность ФИО1 перед банком подтверждена представленными в материалы дела доказательствами. Однако понижая очередность требования, суды указали, что  основания для восстановления пропущенного срока на предъявление требования отсутствуют, поскольку сообщение об открытии в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» 20.02.2021, следовательно, кредитор располагал сведениями о введении в отношении должника процедуры банкротства и имел возможность своевременно обратиться с указанным заявлением в суд.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона. В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве). 

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление № 45) разъяснено, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве). В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа.

Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 25 постановления № 45 при исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона о банкротстве информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении в отношении его процедуры реализации имущества гражданина доводится до всеобщего сведения путем ее включения в ЕФРСБ и публикации в официальном печатном издании в порядке статьи 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

В силу пункта 3 статьи 213.7 Закона о банкротстве кредиторы и третьи лица, включая кредитные организации, в которых открыты банковский счет и (или) банковский вклад (депозит) гражданина-должника, считаются извещенными об опубликовании сведений, указанных в пункте 2 данной статьи, по истечении пяти рабочих дней со дня включения таких сведений в ЕФРСБ, если не доказано иное, в частности, если ранее не было получено уведомление, предусмотренное абзацем восьмым пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Суды установили, что согласно сведениям, размещенным в официальном источнике (издательский дом «КоммерсантЪ»), сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (реализации имущества) опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 20.02.2021 № 31, в ЕФРСБ – 10.02.2021 (сообщение № 6164852). Кредитор с заявлением о включении требований в реестр обратился в арбитражный суд только 22.11.2021 посредством системы «Мой Арбитр», т. е. после закрытия реестра.

Банк, заявляя ходатайство о восстановлении пропущенного срока, ссылался на неисполнение финансовым управляющим возложенной на него обязанности по извещению кредитора о банкротстве ФИО1 Между тем, как правильно отметил суд, нормы законодательства не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить срок, следовательно, право оценки этих причин принадлежит суду, рассматривающему соответствующее ходатайство. 

Процедура банкротства является публичной, сведения о введении процедуры банкротства публикуются в издании «КоммерсантЪ», а также в ЕФРСБ; судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на федеральном ресурсе «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет. Доказательств того, что информационное сообщение о введении процедуры опубликовано несвоевременно, либо была опубликована недостоверная информация, материалы дела не содержат. Банк будучи профессиональным субъектом хозяйственной деятельности, действуя разумно и добросовестно, должен был проявить известную долю внимательности в отношении банкротства должника и срока предъявления требований для включения в реестр требований кредиторов, имея достаточно ресурсов и возможности для того, чтобы отслеживать финансовое состояние своих должников, в том числе и по вопросам о возбуждении в отношении них дел о банкротстве и наличии соответствующих публикаций в общедоступных информационных ресурсах. 

При изложенных обстоятельствах суды признали заявление кредитора о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника обоснованным, однако поданным с пропуском установленного Законом двухмесячного срока, и при недоказанности обратного, в отсутствие оснований для восстановления срока и какого-либо обоснования уважительности причин пропуска срока со стороны кредитора, пришли к выводу о том, что требование заявителя в обжалуемой части подлежит удовлетворению в порядке, определенном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве, за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника. 

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что указанные банком причины пропуска срока предъявления требования не являются уважительными. В удовлетворении ходатайства заявителя о восстановлении такого срока отказано правомерно. При этом суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что с учетом вышеуказанных разъяснений, положений пункта 3 статьи 213.7 Закона о банкротстве с даты публикации сведений о признании должника несостоятельным (банкротом) и введения в отношении его процедуры реализации имущества гражданина в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве, кредитор считается извещенным о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении его процедуры реализации имущества по истечении пяти рабочих дней со дня опубликования соответствующих сведений в официальном печатном                издании – газете «КоммерсантЪ» (более позднего публичного извещения) независимо от получения уведомления финансового управляющего, предусмотренного абзацем восьмым пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве. 

Суды правильно установили фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применили нормы материального права, регулирующие спорные отношения. Довод кассационной жалобы о необоснованном отказе в восстановлении судом срока на предъявление требования не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку исследование и оценка доводов, положенных в основание заявления о восстановлении такого процессуального срока, относится к компетенции суда, рассматривающего ходатайство по существу. В данном случае, оценив доводы банка, заявленные в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока предъявления требования, суды исходили из недоказанности кредитором наличия объективных причин, препятствующих банку своевременно предъявить требования к должнику. С учетом этого суды обоснованно отказали в восстановлении пропущенного срока более чем на 6 месяцев. 

По существу доводы кредитора, изложенные в кассационной жалобе, выражают его несогласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций, направлены на иную оценку обстоятельств пропуска срока предъявления требований к должнику и не указывают на неправильное применение положений статьи 142 Закона о банкротстве, в связи с чем подлежат отклонению. Иная оценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных в пунктах 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

Нормы права при разрешении требования кредитора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено. При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов в обжалуемой части.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 по делу № А32-39171/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                               М.Г. Калашникова

                                                                                                                          Н.А. Сороколетова