РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-342919/19

112-2695 

13 ноября 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 28 октября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 13  ноября 2020 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Анушкиной Ю.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению по иску АО "ВЭБ-ЛИЗИНГ" 125009, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА ВОЗДВИЖЕНКА, 10, ОГРН: 1037709024781, Дата присвоения ОГРН: 19.03.2003, ИНН: 7709413138

к ООО "ГРАДЭР"172333 ТВЕРСКАЯ ОБЛАСТЬ РАЙОН ЗУБЦОВСКИЙ 

<

...> ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 22.05.2004, ИНН: 

<

***>

о взыскании 1 633 772,42 руб. по договору №Р17-10832-ДЛ от 30.06.2017 г.   

в заседании приняли участие: (согласно протокола)

УСТАНОВИЛ:

АО "ВЭБ-ЛИЗИНГ"  обратились в Арбитражный суд  города Москвы с требованием к ООО "ГРАДЭР"  о взыскании 1 633 772,42 руб. по договору №Р17-10832-ДЛ от 30.06.2017 г.   

Ответчик исковые требования не признал, представил контррасчет сальдо встречных обязательств. 

В судебном заседании ответчиком заявлено ходатайство об истребовании доказательств в порядке ст. 66 АПК РФ  и привлечении к участию в дела в порядке ст. 51 АПК РФ третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Автомейл», ООО «Автологистик Транс», которые судом рассмотрены и отклонены , при этом, суд учитывает возможность рассмотрения спора по имеющимся в деле доказательствам. 

Так же суд не усматривает оснований для привлечения к участию в деле в порядке ст. 51 АПК РФ указанных ответчиком лиц. 

Изучив материалы дела, суд установил, что исковые требования подлежат удовлетворению частично  по следующим основаниям.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что  30 июня 2017 года  между  ООО "ГРАДЭР"  (лизингополучатель, ответчик) заключил с АО «ВЭБ-лизинг» (лизингодатель, истец) договор лизинга №Р17-10832-ДЛ (договор), по которому лизингодатель на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца – ООО «КАМАВТОЦЕНТР» имущество КАМАЗ 5490-S5, и  предоставить лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности (пункт 1.1 договора). 

На основании договора лизингодатель приобрел и предоставил во временное владение и пользование лизингополучателю предмет лизинга, однако в связи с просрочкой оплаты лизинговых платежей договор был расторгнут, а предмет лизинга возвращен лизингодателю.

Так же истец указывает на то, что 27 декабря 2018 года истцом в адрес ответчика было направлено уведомление о расторжении договора лизинга с указанием на необходимость  произвести  погашение задолженности.

Согласно п. 5.3 общих условий договора  лизинга момент расторжения договора определяется моментом направления уведомления о расторжении договора. 

Предмет лизинга был изъят лизингодателем, что подтверждается актом изъятия я предмета лизинга. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление) под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором, в том числе, и в случае если выкупная стоимость является символической (пункт 1 постановления). 

Договор по своей правовой природе является договором выкупного лизинга, что подтверждается условиями  договора. 

В соответствии с пунктами 3.1, 3.3 постановления расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам. Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Согласно представленному истцом расчету следует: 

Общий размер платежей по договору лизинга– 5 890 171,85 р., Аванс – 439450,70 руб.;  общая стоимость предмета лизинга – 4225000 руб., сумма платежей без аванса -5 450721,15 руб.   дата заключения договора – 30.06.2017 г., дата окончания договора – 19.08.2021 г., дата возврата финансирования – 02.09.2019 г., дата расторжения – 27.12.2018 г., дата изъятия – 21.11.2018 г. г.;   убытки – 85106,80 руб.; полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи -  (за исключением авансового) – 1853748,44 руб., стоимость возвращенного предмета лизинга – 2 494 000 руб. 

Таким образом, финансовый результат сделки, составляет убыток для лизингодателя  в размере 1 633 775,42 руб., на которую истцом начислены проценты за пользование чужими денежными средствами  по дату  фактического исполнения обязательства. 

В подтверждение своего расчета истец ссылается на то, что ответчиком при расчете не учтено, что соглашением о расторжении договора лизинга №Р17-10832-ДЛ от 30.06.2017 г., п. 2.1 стороны договорись, что в связи с расторжением договора лизинга денежные средства в размере, указанном в п. 2.1 соглашения, лизингополучателю не возвращаются, поскольку являются платой за фактическое время пользования предметом лизинга. 

В соответствии с п. 2.4 соглашения стороны подтверждают, что поскольку расторжение договора лизинга произошло по вине лизингополучателя, лизингополучатель  не вправе требовать от лизингодателя уплаты каких-либо пеней, процентов, за неправомерное пользование денежными средствами, а так же иных штрафных санкций, в том числе возмещения убытков, взыскания неосновательного обогащения. Лизингополучатель подтверждает  отсутствие денежных претензий к лизингодателю и других возможных претензий в связи с возвратом предмета лизинга, вытекающих из условий договора лизинга и настоящего соглашения (п. 2.5 соглашения).

Лизингополучатель выражает свою готовность возместить убытки лизингодателя, связанные с исполнением настоящего соглашения, размер которых определяется по формуле: ФР=(Ф+ПФ+Пр)-(Ппол+СР), где ФР- финансовый результат, Ф – размер предоставленного финансирования; ПФ- плата за финансирование; Пр – общая сумма пени, расходов по хранению, транспортировке и иные убытки. Ппол - полученные от Лп платежи за вычетом аванса,  СР – стоимость реализации предмета лизинга. 

В соответствии с п. 2.6 соглашения лизингодатель вправе реализовать предмет лизинга.

В соответствии с п. 2.7 соглашения  стоимость возвращенного предмета лизинга  определяется исходя из суммы, указанной в договоре купли-продажи, определенной  на момент совершения сделки  по продаже предмета лизинга третьему лицу. 

Так же истец указывает, что ответчиком не учитывается размер понесённых истцом убытков, а так же не верно рассчитывает размер платы за финансирование. 

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

При этом, истец указывает, что если  денежных средств от реализации изъятого предмета лизинга в совокупности с внесенными лизинговыми платежами будет недостаточно для того. Что бы возместить лизингодателю финансирование и плату за пользование финансированием, а так же иные убытки и санкции, то плата за финансирование подлежит дальнейшему начислению в соответствии с процентной ставкой годовых заложенной в договоре лизинга. 

В соответствии с п. 3.5 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. №17 Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Таким образом, по доводам истца приведенная в постановлении формула расчета платы за финансирование  является рекомендованной, а не императивной  и применяется только в тех  случаях, когда соответствующий расчет размера  процентной ставки не предусмотрен договором лизинга. 

Таким образом, по мнению истца пунктом 3.2 договора стороны согласовали расчет размера процентной ставки процентов годовых, а так же п. 3.2.1 согласовали расчет платы за финансирование. 

Так же истец возражал против использования в расчете взаимных представлений отчета об оценке, представленного ответчиком, поскольку пунктом 2.7 соглашения закреплено право лизингодателя реализовать предмет лизинга, в связи с чем предмет лизинга был реализован по договору купли-продажи №Р17-10832-БУ от 02.09.2019 г. за 2 494 000 руб., таким  образом, истец считает правильным включить в расчет стоимость реализации предмета лизинга по договору купли-продажи. 

Согласно представленному контррасчету  ответчика следует: Общий размер платежей по договору лизинга– 6 204 874,53 р., Аванс – 859 956,50 руб. (из них 422 500 руб. субсидия; 437 456,50 руб. аванс из собственных средств);  общая стоимость предмета лизинга – 3 580 508,47 руб., расходы по страхованию- 71 825 руб.: срок договора лизинга в днях –1466 дней; полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи -  (за исключением авансового) – 437456,50 руб., стоимость возвращенного предмета лизинга – 2 871 450 руб. (оценка)

Таким образом, финансовый результат сделки, составляет убыток для лизингополучателя  в размере 357 109,02  руб. 

В опровержение доводов истца ответчик указывает на то, что расчет истца произведен не верно, указывает на то, что истцом была занижена цена при продаже предмета лизинга, предмет лизинга был выставлен на продажу лишь спустя 8,5 месяцев после изъятия, что существенно снизило его стоимость.

Так же ответчик указывает на то, что расходы на хранение  не должны учитываться в расчете ввиду того, что истцом ненадлежащим образом были оказаны услуги по хранению предмета лизинга, в результате чего он получил серьезные повреждения и пришел в негодность (в том числе существенно увеличился километраж), так же указал на то, что период хранения был увеличен, поскольку выставлен на продажу спустя большой срок после изъятия предмета лизинга. Так же ответчик указал на то, что неустойку и расходы на страхование оплатил в подтверждение чего ссылается на платежные поручения №11691 от 26.12.2018 г. И №11669 от 26.12.2018 г., а так же платежным поручением №10807 от 12.09.2018 г. 

Так же ответчик указывает, что истцом  при расчете применяется ставка установленная договором, однако расчет производит по формуле Постановления Пленума №17, вопреки предусмотренной договором. 

Исследовав представленные в  материалы дела расчеты истца и ответчика, суд установил, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, при этом учитывает следующие обстоятельства дела. 

 Из материалов дела следует, что п.2.6 соглашения о расторжении от 27.12.2018 г. стороны определили порядок расчета завершающей обязанности, а именно: Лизингополучатель выражает свою готовность возместить убытки лизингодателя, связанные с исполнением настоящего соглашения, размер которых определяется по формуле: ФР=(Ф+ПФ+Пр)-(Ппол+СР), где ФР- финансовый результат, Ф – размер предоставленного финансирования; ПФ- плата за финансирование; Пр – общая сумма пени, расходов по хранению, транспортировке и иные убытки. Ппол - полученные от Лп платежи за вычетом аванса,  СР – стоимость реализации предмета лизинга. 

При этом п.2.1 договора о не возврате перечисленной ответчиком суммы во взаимосвязи с п.2.6 соглашения о расторжении указывают, что стороны определили, что сама по себе сумма оплаченных платежей возврату не подлежит, однако убытки подлежат расчету по п.2.6 договора.

В силу положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1). Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (пункт 4). Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями, применимыми к отношениям сторон (пункт 5). 

В силу пункта 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора. По смыслу пункта 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17, приведенная в данном пункте формула не подлежит применению в том случае, если стороны прямо определили в договоре  или приложениях к нему ставку платы за финансирование и порядок расчета, т.е. формулу расчета такой платы. Как следует из материалов дела, при расчете платы за финансирование и, соответственно, при определении сальдо встречных обязательств сторон по спорному договору лизинга, истец применил формулу, установленную в пункте 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17, использовав при этом процентную ставку платы за финансирование, предусмотренную пунктом 3.2 спорного договора лизинга. 

Вместе с тем, согласно пункту 3.2.2 договора лизинга плата за предоставленное финансирование рассчитывается по ставке 24,3% годовых на дату каждого платежа исходя из суммы остатка предоставленного финансирования, за вычетом суммы возвращенного финансирования в предыдущих лизинговых платежах; пунктом 3.2.2 договора лизинга установлена формула расчета платы за финансирование по спорному договору лизинга: ПЗФ =ОФ х ПС/365 х кдп, где ПЗФ – плата за финансирование, предоставленное лизингодателем лизингополучателю за период между текущим и предыдущим лизинговыми платежами; ОФ - остаток финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю по договору лизинга, на дату очередного лизингового платежа. Остаток финансирования определяется расчетным способом для каждого лизингового платежа отдельно путем уменьшения суммы расходов лизингодателя на приобретение и передачу предмета лизинга, указанного в пункте 3.1 договора лизинга, за вычетом суммы авансового платежа, определенного пунктом 3.9 договора лизинга, на сумму возвращенного финансирования в предыдущих лизинговых платежах; ПС - процентная ставка, размер которой указан в пункте 3.2 договора лизинга; кдп - количество календарных дней в периоде между текущим и предыдущим лизинговыми платежами. 

Таким образом, под процентной ставкой годовых, подлежащей расчету по согласованной сторонами в пункте 3.2.2 договора лизинга формуле, подразумевается ставка, рассчитанная с учетом частичного погашения изначально предоставленного лизингодателем финансирования за счет произведенных лизингополучателем платежей, что отличается от порядка расчета платы за финансирование, установленной пунктом 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17. 

При указанных обстоятельствах применение истцом формулы, установленной пунктом 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17, с включением в нее ставки, установленной договором лизинга (24.20%), но без учета правил расчета платы за финансирование (порядка применения указанной ставки), установленных пунктом 3.2.2 договора лизинга, нельзя признать обоснованным.

       Аналогичная позиция была изложена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа в рамках Дела № А40-223865/2018.

Таким образом,  расчет платы за финансирования и сальдо встречных обязательств судом пересчитаны с учетом условий договора лизинга и соглашения о расторжении:

Таким образом, предоставления истца 3 857 374,30 руб. (стоимость предмета лизинга 4 225 000 руб.+  доп расходы в размере 71 825 руб. - аванс 439 450,70) + плата за финансирование 1 636 721 руб. (столбец ПФ расчетная таблица, рассчитан в соответствии  с условиями договора с учетом фактической оплаты по каждому лизинговому платежу, с учетом ставки по договору 24,3%, срока начала действия договора и срока возврата предмета лизинга)+ убытки в размере 24 667 руб. (пени в размере 3 667,97 руб. и расходы на страхование ответчиком оплачены в полном объеме, в подтверждении чего в материалы дела представлены платежные поручения) = 5 518 762,30

Истцом получено 2 193 082,60 руб. (из которых аванс 439 450,70), стоимость предмета лизинга после возврата 2 497 000 руб. (что подтверждается представленными в материалы дела доказательства, бесспорных доказательств, подтверждающих неразумность и недобросовестность при продажи предмета лизинга в материалах дела отсутствуют) = 4 687082,60 руб.

Сальдо встречных обязательств - убытки на стороне истца   831 679,70 руб.

Учитывая изложенное, суд установил, что  требования истца о взыскании с ответчика убытков   подлежит удовлетворению  частично в размере 831 679,70  руб.

Стороны согласно ст. ст. 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ под неосновательным обогащением понимается приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица без установленных законом, иными правовыми основаниями или сделкой оснований.

Приобретение - это приобретение индивидуально определенного имущества. Сбережение - это получение имущественной выгоды в результате неосновательного временного пользования чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами (п. 2 ст. 1105 ГК РФ).

Лизингополучатель после расторжения договора лизинга и изъятия предмета лизинга не приобрел и не сберег никакого имущества за счет истца. 

В соответствии со ст. 453 ГК РФ при изменении договора обязательства сторон сохраняются в измененном виде. При расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора. Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

П. 4, 5 ст. 453 ГК РФ определены основания иска как по требованию о неосновательно обогащении, так и по требованию о взыскании убытков, размер которых определяется установленной постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" методикой по сальдо встречных обязательств.

В соответствии с п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ №17 от 14.03.2014г., расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций».

В соответствии с п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Применив положения пунктов 3.1 - 3.4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17), исходили из того, что при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора надлежит исходить из того, что расторжение такого договора, в том числе, по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации); в то же время, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам. Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3). Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (пункт 3.4).

На момент продажи предмета лизинга определяется финансовый результат, который представляет собой неосновательное обогащение лизингополучателя или убыток на стороне лизингодателя. 

В последнем случае подлежит применению п. 1 ст. 393 ГК РФ, когда должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Однако, в случае возникновения убытка лизингодателя, неосновательное обогащение на стороне лизингополучателя не возникает.

Лизингополучатель не является стороной договора купли-продажи и может не знать о факте и условиях реализации предмета лизинга.

В случае если финансовый результат сделки (сальдо встречных обязательств) в пользу лизингодателя, то данная разница является фактически теми денежными средствами которые лизингодатель рассчитывал получить от сделки, но в связи с нарушением обязательств лизингополучателем не получил (упущенная выгода), а так же те расходы которые лизингодатель осуществил при исполнении сделки (убытки), при этом имущество лизингодателю возвращено. Таким образом, в составе денежной суммы, подлежащей взысканию в пользу лизингодателя вообще нет иного состава кроме убытков.

Таким образом, на стороне лизингодателя убытки (ст. 15 ГК РФ).

Сальдо встречных обязательств является механизмом расчета, позволяющего определить факт исполнения лизингополучателем соответствующих обязательств перед лизингодателем. Сальдо встречных обязательств не переводит обязательства из одного вида в другой, из неустойки в убытки, или из убытков в неосновательное обогащение.

В зависимости от конкретных обстоятельств и уровня недостаточности предоставления лизингополучателя за ним могут сохраниться обязательства по возмещению убытков или по возмещению убытков и неустойке, или убытки, неустойка и часть основного долга и т.д.

При этом, по общему правилу, неосновательное обогащение не может возникнуть на стороне лизингодателя  при расторжении договора лизинга.

Аналогичная правовая позиция подтверждается судебной практикой Определением ВС №305-ЭС18-14122 от 07.11.2018 г.; решением Арбитражного суда  по делу № А40-65583/19-53-625; решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-128236/17-76-998 от 22 марта 2018 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 сентября 2018 года и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04 декабря 2018 года, а также решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-184844/17-76-1280 от 22.06.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2018 года и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.01.2019 года.

В определении Верховного суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. по делу N 305-ЭС18-14122 указано, что руководствуясь статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьей 22 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее - Закон о лизинге), разъяснениями, приведенными в пунктах 7, 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление N 17), указав, что по смыслу названных разъяснений лизингополучатель обязан компенсировать убытки лизингодателя, определенные расчетом сальдо встречных обязательств, а не в размере будущих лизинговых платежей; иной порядок договором лизинга не установлен, соглашение о расторжении договора лизинга, в котором урегулирован вопрос оплаты будущих лизинговых платежей, не заключено, произведя расчет сальдо встречных обязательств, пришли к выводу о том, что финансовый результат по договору лизинга составляет убыток для лизингодателя.

Согласно статьям 6, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагает сторона спора, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по делу.

Таким образом, заявлена ко взысканию сумма квалифицируется судом как убытки.

Более того, суд обращает внимание, что условиями соглашения о расторжении от 27.12.2018 г. стороны определили в случае наличия сальдо в пользу истца (лизингодателя) как убытки истца (лизингодателя)

В соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Согласно пункту 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" проценты подлежат уплате за весь период пользования чужими средствами по день фактической уплаты этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не определен более короткий срок (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами", проценты начисляются до момента фактического исполнения денежного обязательства, определяемого исходя из условий о порядке платежей, форме расчетов и положений статьи 316 Гражданского кодекса Российской Федерации о месте исполнения денежного обязательства, если иное не установлено законом либо соглашением сторон.

Рассмотрев заявленное требование, суд не усматривает оснований для его удовлетворения, при этом учитывает следующие обстоятельства. 

Проценты, предусмотренные ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и убытки, являются мерой ответственности за нарушение обязательств, и начисление процентов на сумму убытков гражданским законодательством не предусмотрено, поэтому проценты на убытки начислению не подлежат ввиду невозможности привлечения лица к двойной гражданско-правовой ответственности за одно и то же нарушение и зачетного характера процентов по отношению к убыткам (ст. 394 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", при наличии доказательств, подтверждающих, что полученная одной из сторон денежная сумма явно превышает стоимость переданного другой стороне, к отношениям сторон могут быть применены нормы о неосновательном обогащении (подпункт 1 статьи 1103, статья 110 ГК РФ). 

В таком случае на разницу между указанной суммой и суммой, эквивалентной стоимости переданного другой стороне, начисляются проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

При заключении потерпевшим и причинителем вреда соглашения о возмещении причиненных убытков проценты, установленные статьей 395 ГК РФ, начисляются с первого дня просрочки исполнения условий этого соглашения, если иное не предусмотрено таким соглашением.

Данным постановлением не предусмотрено начисление процентов, установленных ст.395 ГК РФ, на взыскиваемые убытки в соответствии со ст. 15 ГК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 22.05.2007 N 420/07 по делу N А40-41625/06-105-284, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков не допускается, поскольку и проценты, и убытки являются видами ответственности за нарушение обязательства. По отношению к убыткам проценты, как и неустойка, носят зачетный характер.

Кроме того, обзором судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2016) определен момент, с которого предусмотренные ст. 395 ГК РФ проценты при расторжении договора выкупного лизинга начисляются только в пользу лизингополучателя, а не сторон договора в зависимости от финансового результата взаимных предоставлений.

Таким образом, требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворению не подлежат. 

 Расходы по оплате государственной пошлины в соответствии  распределены в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 8, 12, 309,310, 614, 625, 1102 ГК РФ, ст.ст. 9,65,70,71, 101-106, 110, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявлений ответчика об истребовании доказательств по делу, а также привлечении в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований в отношении предмета спора  ООО Автосейл, ООО Автологистик Транс =- отказать.

Взыскать с ООО "ГРАДЭР" в пользу АО "ВЭБ-ЛИЗИНГ" убытки в размере  831 679,70 руб. (восемьсот тридцать одна тысяча шестьсот семьдесят девять рублей) 70 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 934,64 руб. (четырнадцать тысяч девятьсот тридцать четыре рубля) 64 коп.

В остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия.

Судья:

Ю.М. Анушкина