Арбитражный суд Московской области

   107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-19825/21

20 декабря 2021 года

г.Москва

 

Резолютивная часть объявлена 29 ноября 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 20 декабря 2021 года.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи О.С. Гузеевой, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению  ООО «МЕРКУРИЙ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к АО «ОПЫТНЫЙ ЗАВОД № 31 ГА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности в размере 6 531 000 руб. и процентов в размере 112 837, 82 руб., а также по встречному иску АО «ОПЫТНЫЙ ЗАВОД № 31 ГА» к ООО «МЕРКУРИЙ» о признании договора недействительным,

при участии сторон согласно протоколу судебного заседания от 29.11.2021

УСТАНОВИЛ:

ООО «МЕРКУРИЙ» обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к АО «ОПЫТНЫЙ ЗАВОД № 31 ГА» о взыскании задолженности в размере 6 531 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 112 837, 82 руб.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по оплате поставленного товара и основаны на статьях 309, 310, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Впоследствии истец уточнил исковые требования и просил суд взыскать с ответчика задолженность в размере 6 531 000 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 450 898,19 руб.

Уточненные исковые требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты судом.

Ответчик представил отзыв на иск, просил в удовлетворении иска отказать по доводам, в нем изложенным.

Также ответчик представил встречное исковое заявление и с учетом уточнений встречных требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просил суд признать недействительными следующие сделки, заключенные между ООО «Меркурий» и АО «Опытный завод № 31 ГА»:

1.      Договор поставки от 01.04.2020 № 06/20, заключенный между ООО «Меркурий» и АО «Опытный завод № 31 ГА».

2.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 30.04.2020 № 8, подписанную ЭЦП сторон.

3.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 30.04.2020 № 9, подписанную ЭЦП сторон.

4.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 20.05.2020 № 14, подписанную ЭЦП сторон.

5.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 20.05.2020 № 15, подписанную ЭЦП сторон.

6.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 20.05.2020 № 16, подписанную ЭЦП сторон.

7.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 20.05.2020 № 17, подписанную ЭЦП сторон.

8.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 29.05.2020 № 18, подписанную ЭЦП сторон.

9.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 29.05.2020 № 19, подписанную ЭЦП сторон.

10.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 29.05.2020 № 20, подписанную ЭЦП сторон.

11.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 30.06.2020 № 27, подписанную ЭЦП сторон.

12.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 31.07.2020 № 29, подписанную ЭЦП сторон.

13.   Разовую сделку по поставке комплектующих в соответствии с УПД от 25.08.2020 № 35, подписанную ЭЦП сторон.

В качестве основания  встречных требований ответчик ссылается на следующие обстоятельства. Подписавшая спорный договор аренды ВРИО Генерального директора АО «Опытный завод №31 ГА» ФИО2 на дату подписания 01 апреля 2020 г. являлась неуполномоченным лицом, полномочия для подписания договора поставки у ФИО2 отсутствовали, поскольку  заседание Совета директоров № 01/20 от  20 января 2020 г., решением которого ФИО2 назначена ВРИО генерального директора общества, проводилось при отсутствии кворума, в связи с чем является недействительным. Председатель Совета директоров ФИО3 на заседании отсутствовал, подписать данный протокол не мог, поскольку  20 января 2020 г. находился за пределами РФ, что подтверждается отметкой в заграничном паспорте и авиабилетом. Так в соответствии со статьей 15 п. 15.1. Устава АО «Опытный завод №31 ГА» количественный состав Совета директоров Общества составляет 5 (пять) членов. Согласно статьи 17 п. 17.11. Устава Общества кворум для проведения заседания Совета директоров Общества составляет не менее половины от числа избранных членов Совета директоров, т.е. не менее 3-х членов Совета директоров. Вместе с тем,  решение на заседании Совета директоров от 20.01.2020 было принято двумя членами Совета директоров, при отсутствии необходимого кворума, что свидетельствует о том, что  протокол №01/20 от 20.01.2020 о назначении ФИО2 на должность ВРИО генерального директора является ничтожным и не имеет юридической силы. Соответственно сделки, совершенные ВРИО генерального директора ФИО2, решение об избрании которой является ничтожным в связи с отсутствием кворума, независимо от обжалования его в судебном порядке, являются недействительными в силу  ничтожности.

Также истец по встречному иску ссылается на то, что волеизъявление уполномоченных представителей сторон на заключение спорного Договора, равно как и производственная необходимость у АО «Опытный завод № 31 ГА» в поставке всей спорной продукции, в том числе с учетом расширенного перечня согласно спорным УПД, представленным в материалы дела, в целом отсутствовали, тем более, по объективно завышенной цене, не соотносимой с той ценой, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары.

Кроме того, в  обоснование встречных требований истец указывает, что сделки на основании статьи 81 ФЗ «Об акционерных обществах» являются сделками с заинтересованностью, так как в период заключения членом совета директоров АО «Опытный завод №31 ГА» являлся ФИО4, учредитель ООО «Меркурий» (34% доля в уставном капитале), контролирующее лицо ООО «Меркурий», а генеральным директором истца и лицом, подписавшим претензию, является ФИО5 (дочь члена Совета директоров ФИО4), бывшая юрисконсультом завода в период с 03.02.2020 по 02.06.2020. Из письменных пояснений действующего в спорный период генерального директора  ООО «Меркурий» ФИО6 также следует, что указанные сделки являлись сделками с заинтересованностью.

Между тем,  решение о согласии на совершении сделки, в которой имеется заинтересованность, членами Совета директоров не принималось. Данная сделка совершена в ущерб интересам завода, выразившееся в необходимости уплаты по сделке с ООО «Меркурий»  6 531 000 рублей, о взыскании которых заявлен первоначальный иск.

Представитель  ООО «Меркурий» в судебном заседании исковые требования  поддержал в полном объеме, против требований встречного иска возражал согласно отзыву на встречное исковое заявление.

Представитель АО «Опытный завод №31 ГА» в судебном заседании возражал против удовлетворения первоначального иска, настаивал на удовлетворении встречного иска, заявил ходатайство о вызове свидетелей ФИО3, ФИО6, а также об истребовании доказательств (у Авиакомпании «Air Moldova» ООО (ул. Дачия 80/2, MD-2026, Кишинев, Молдова) сведения (справку о перелете) о том, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 20 января 2020 года в качестве пассажира на рейсе 9U 171 действительно совершил авиаперелет из г. Кишинева в г. Москву, о чем у него имеется электронный билет № 5722404778953 и электронный посадочный талон, а также соответствующие отметки в заграничном паспорте гражданина РФ о пересечении границы, у Пограничной службы РФ ФСБ России (101000, 

<

...>) сведения о фактическом пересечении границы РФ ФИО3 20 января 2020 года, а также о действительности произведенных сотрудниками паспортного контроля аэропорта Домодедово соответствующих отметок в его загранпаспорте).

Согласно статье 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда, и обуславливается предметом доказывания и необходимостью в получении определенного доказательственного материала (относимого и допустимого) в подтверждение наличия какого-либо юридического факта.

ФИО7 как руководитель истца факт подписания спорного договора поставки и УПД не отрицал в своих нотариально удостоверенных письменных пояснениях.

ФИО3 как член Совета директоров не оспаривал подписание им протокола Совета директоров № 01/20, которым ФИО2 назначена 20 января 2020 г. на должность ВРИО генерального директора членами, возражений относительного того, что его воля на участие в заседании Совета директоров была нарушена не заявлял.

Более того, от АО «Опытный завод №31 ГА» не поступало заявлений о фальсификации подписи  ФИО3 на  протоколе Совета директоров № 01/20 от 20.01.2020.

При таких обстоятельствах, учитывая  наличие достаточной совокупности доказательств для рассмотрения дела по существу, суд не находит оснований для удовлетворения  ходатайства АО «Опытный завод №31 ГА»  о вызове свидетелей, принимая во внимание выводы суда об обстоятельствах изготовления протокола Совета директоров № 01/20 от 20.01.2020 в решении  по делу  № А41-31186/21, вступившему в законную силу.

По аналогичным причинам, суд полагает излишним истребование у Авиакомпании «Air Moldova» и Пограничной службы РФ ФСБ России сведений о пересечении границы РФ ФИО3 20 января 2020 года. В связи с изложенным отказывает в истребовании указанных документов.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

01 апреля 2020 года между ООО «Меркурий» и АО «Опытный завод № 31 ГА» был заключен Договор № 06/20, согласно которому истец обязался изготовить и поставить, а ответчик принять и оплатить продукцию (Товар).

 Наименование, количество, ассортимент, комплектность и цена продукции определяются сторонами в Спецификации для каждой конкретной партии товара.

 25 августа 2020 года ООО «Меркурий» произвел отгрузку в адрес АО «Опытный завод № 31 ГА» Товара, который был согласован Сторонами в Спецификации № 1 к Договору от 01 апреля 2020 года № 06/20. 

 Отгрузка  производилась по Универсальному передаточному документу (УПД) № 36 от 25.08.2020 с приложением протокола передачи на общую сумму 1 800 000,00 (один миллион восемьсот тысяч) рублей.

Товар был принят Ответчиком. Однако, до настоящего времени Товар не оплачен.

Кроме того, в период с 30 апреля 2020 года по 01 октября 2020 года между Сторонами осуществлялась хозяйственная деятельность по поставке товаров.

Отгрузка и приемка товара осуществлялась оформлением Универсальных передаточных документов (УПД): УПД № 8 от 30.04.2020 на общую сумму 90000,00 (девяносто тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 9  от 30.04.2020 на общую сумму 15000,00 (пятнадцать тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 14 от 20.05.2020 на общую сумму 857 205,00 (восемьсот пятьдесят семь тысяч двести пять)  рублей с приложением протокола передачи; УПД № 15 от 20.05.2020 на общую сумму 135000,00 (сто тридцать пять тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 16 от 20.05.2020 на общую сумму 300000,00 (триста тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 17 от 20.05.2020 на общую сумму 48 000,00 (сорок восемь тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 18 от 29.05.2020 на общую сумму 12 600,00 (двенадцать тысяч шестьсот) рублей с приложением протокола передачи; УПД №19 от 29.05.2020 на общую сумму 754500,00 (семьсот пятьдесят четыре тысячи пятьсот) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 20 от 29.05.2020 на общую сумму 45 000,00 (сорок пять тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 27 от 30.06.2020 а общую сумму 360849,00 (триста шестьдесят тысяч восемьсот сорок девять) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 29 от 31.07.2020 на общую сумму 600 000,00 (шестьсот тысяч) рублей с приложением протокола передачи; УПД № 35 от 25.08.2020 на общую сумму 1512846,00 (один миллион пятьсот двенадцать тысяч восемьсот сорок шесть) рублей с приложением протокола передачи;.

Всего по  Универсальным  передаточным документам (УПД) в период с 30 апреля 2020 года по 01 октября 2020  ООО «Меркурий» поставил в адрес АО «Опытный завод № 31 ГА» товара на сумму 4 731 000,00 (четыре миллиона семьсот тридцать одна тысяча) рублей.

До настоящего времени товар не оплачен. Общая сумма задолженности составила 6 531 000 руб.

В целях урегулирования спора в досудебном (претензионном) порядке, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием оплатить истцу поставленный товар. 

Ответчик письмом от 06.11.2020 № 171 указал на необходимость предоставления товарных накладных и договора на бумажном носителе, задолженность не оплатил.

Поскольку инициированный и реализованный истцом досудебный порядок урегулирования спора не принес положительного результата, истец обратился с настоящим иском в суд. 

Рассмотрев материалы дела,  исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, суд полагает, что первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме в связи со следующим.

Согласно положениям статей 506 и 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю, а покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В материалы дела представлены товарораспорядительные документы, а именно УПД №№ 8, 9, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 27, 29, 35, 36, подписанные представителями сторон посредством электронного документооборота.

В качестве электронного документооборота стороны использовали  систему  Диадок.

Согласно письму СКБ Контур от 31.08.2021 № 118954/АУП оператор электронного документооборота счетами-фактурами предоставляет участникам информационного взаимодействия техническую возможность для обмена электронными документами, подписанными квалифицированными электронными подписями. В случае АО «ПФ «СКБ Контур» - предоставляет клиентам простые (неисключительные) лицензии на право использования программы для ЭВМ «Диадок» (далее – Диадок), предназначенной для организации электронного документооборота между хозяйствующими субъектами. Клиенты самостоятельно решают какому лицу предоставить доступ к так называемому «ящику» организации в Диадоке. Первоначально такой «ящик» создается при первом предъявлении квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи, принадлежащего юридическому лицу. А затем уже владелец такого сертификата (физическое лицо, данные которого внесены в сертификат юридического лица) самостоятельно дает доступ другим пользователям к «ящику».

Как следует из представленных УПД, они подписаны ООО «Меркурий» и приняты  АО «Опытный завод № 31 ГА» врио генерального директора А.В. Терец, а именно: УПД № 8 от 30.04.2020 принят от имени ответчика 30.04.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 9  от 30.04.2020 принят от имени ответчика 30.04.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 14 от 20.05.2020 принят от имени ответчика 22.05.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 15 от 20.05.2020 принят от имени ответчика 22.05.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 16 от 20.05.2020 принят от имени ответчика 22.05.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 17 от 20.05.2020 принят от имени ответчика 22.05.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 18 от 29.05.2020 принят от имени ответчика 01.06.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД №19 от 29.05.2020 принят от имени ответчика 01.06.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 20 от 29.05.2020 принят от имени ответчика 01.06.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 27 от 30.06.2020 принят от имени ответчика 23.07.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 29 от 31.07.2020 принят от имени ответчика 18.08.2020 врио генерального директора А.В. Терец; УПД № 35 от 25.08.2020 принят от имени ответчика 31.08.2020 врио генерального директора ФИО8; УПД № 36 от 25.08.2020 принят от имени ответчика 31.08.2020 врио генерального директора ФИО8.

Более того истцом и ответчиком в материалы дела представлены книги покупок и продаж за 2-3 кварталы 2020 года, аналогичные книги покупок и продаж предоставлены налоговыми органами по запросу суда.

Истцом - ООО «Меркурий» к бухгалтерскому учету приняты и отражены все вышеуказанные УПД, сведения о них представлены в налоговый орган.

Исходя из книги покупок АО «Опытный завод № 31 ГА» за 2-3 кварталы 2020 года, им приняты к бухгалтерскому и налоговому учету УПД №№ 8, 9, 14, 15, 16,  17, 18, 19, 20, 27.

Учитывая отражение ответчиком большинства подписанных с учетом системы электронного документооборота универсальных передаточных документов в книге учета покупок и продаж за 2-3 квартал 2020 года, суд полагает, что между сторонами сложилась практика подписания УПД, счет-фактур посредством электронного обмена.

В связи с этим суд полагает обоснованным требования истца не только о взыскании задолженности по УПД №№ 8, 9, 14, 15, 16,  17, 18, 19, 20, 27, но и по подписанным посредством электронного документооборота УПД №№ 29, 35, 36

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями, при том, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

 Пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

  Пунктом 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Поскольку доказательств погашения спорной задолженности по оплате товара в предусмотренный договором срок ответчиком не представлено, требования иска о взыскании 6 531 000 руб. 00 коп основного долга по оплате поставленного товара подлежат удовлетворению в полном объеме.

Пунктом 5.6 договора от 01 апреля 2020 года № 06/20 установлено, что в случае нарушения сроков оплаты покупатель оплачивает поставщику штрафную неустойку в размере 0,1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Истцом с учетом того, что поставки осуществлялись как по договору, так и по разовым сделкам купли-продажи, произведен расчет процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму 450 898,19 руб. по состоянию на 29.11.2021.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Согласно пункту 6 названной статьи если подлежащая уплате сумма процентов явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд по заявлению должника вправе уменьшить предусмотренные договором проценты, но не менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, то положения пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 395 названного кодекса). 

Само по себе то обстоятельство, что истец обосновывает свое требование о применении меры ответственности в виде взыскания денежной суммы за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в то время как законом или соглашением сторон на случай этого нарушения предусмотрена соответствующая неустойка и денежные средства необходимо взыскать с ответчика в пользу истца на основании пункта 1 статьи 330 или пункта 1 статьи 332 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (Обзор судебной практики от 06.07.2016 № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Представленный истцом расчет подлежащих взысканию процентов, а также период их начисления и размер, проверен судом, является правильным. При расчете применялись действующие в конкретные периоды ключевые ставки Банка России.

Учитывая, что  рассчитанный истцом по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации размер процентов не превышает величину неустойки, подлежавшую взысканию в силу договора, принимая во внимание  длительность неисполнения ответчиком своих обязательств по оплате поставленного товара, отсутствие признаков явной несоразмерности, требования истца о взыскании 450 898 руб. 19 коп. неустойки подлежат удовлетворению в полном объеме.

Рассмотрев доводы встречного иска о недействительности договора от 01 апреля 2020 года № 06/20 и разовых сделок по поставке, суд полагает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Из материалов дела следует, что протоколом заседания совета директоров АО «Опытный завод № 31 ГА» от 20.01.2020 № 01/20 временно исполняющим обязанности генерального директора АО «ОПЫТНЫЙ ЗАВОД № 31 ГА» с 21.01.2020 назначена ФИО2 

Таким образом, на дату подписания спорного договора и УПД ФИО2 являлась уполномоченным лицом. 

Сведения о ФИО2  содержались в ЕГРЮЛ и у ООО «Меркурий» при заключении договора и совершении сделок не могло возникнуть сомнений в полномочиях данного лица. 

Доводы о ничтожности решения Совета директоров и как следствие недействительности совершенных  ФИО2 от имени  АО «ОПЫТНЫЙ ЗАВОД № 31 ГА» сделок подлежат отклонению по следующим основаниям.

Согласно части  8 статьи 68 Федерального закона № 208-ФЗ от 26.12.1995 «Об акционерных обществах»  (в редакции, действовавшей на 20.01.2020), решения совета директоров (наблюдательного совета) общества, принятые с нарушением компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, при отсутствии кворума для проведения заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества, если наличие кворума в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным условием проведения такого заседания, или без необходимого для принятия решения большинства голосов членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, не имеют силы независимо от обжалования их в судебном порядке. 

Частью 2 статьи 68 ФЗ «Об акционерных обществах» предусмотрено, что кворум для проведения заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества определяется уставом общества, но не должен быть менее половины от числа избранных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Устав АО «Опытный завод № 31 ГА» содержит аналогичное положение в п. 17.11 Устава (том 1, л.д. 62-74). 

В 2020 г. Совет директоров состоял из пяти членов, то есть заседание Совета директоров признавалось правомочным при присутствии на нем не менее трех членов. 

Согласно протолку заседания совета директоров АО «Опытный завод № 31 ГА» от 20.01.2020 № 01/20 присутствовало три из пяти членов Совета директоров, включая ФИО3, ФИО4 и ФИО9

Указанные обстоятельства назначения ФИО2 врио генерального директора оценены вступившим в законную силу решением суда в рамках рассмотрения дела № А41-31186/2021.

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу положений части 2 статьи 69  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 21.12.2011 № 30-П указал, что действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 90 УПК Российской Федерации, статья 61 ГПК Российской Федерации, статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами. 

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.03.2008 № 12664/07 по делу № А29-2753/06-1э анализ документов, уже оцененных арбитражным судом при рассмотрении другого дела, является нарушением требований статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доказательств, опровергающих отсутствие кворума на заседании Совета директоров, как и  доказательств того, что ФИО3 указанный протокол не подписывал и была нарушена его воля на принятие решения о назначении ФИО2 врио генерального директора АО «Опытный завод № 31 ГА», в материалы дела не представлено. 

Ответчиком заявлений о фальсификации подписи ФИО3 на спорном протоколе не заявлено.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что временно исполняющим обязанности генерального директора АО «Опытный завод № 31 ГА» с 21.01.2020 является ФИО2, которая на дату подписания спорного договора и УПД являлась уполномоченным лицом. 

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», требование о признании сделки недействительной как совершенной с нарушением порядка одобрения крупных сделок и (или) сделок с заинтересованностью хозяйственного общества (далее - общество) подлежит рассмотрению по правилам пункта 5 статьи 45, пункта 5 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), пункта 6 статьи 79, пункта 1 статьи 84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) и иных законов о юридических лицах, предусматривающих необходимость, одобрения такого рода сделок в установленном данными законами порядке и основания для оспаривания сделок, совершенных с нарушением этого порядка. 

Названные нормы являются специальными по отношению к правилам статьи 173.1 и пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Сделки, совершенные без необходимого согласия (одобрения) органа юридического лица, а также сделки, совершенные единоличным исполнительным органом или другим представителем юридического лица в отношении себя лично либо в отношении другого лица, представителем (единоличным исполнительным органом) которого он одновременно является, но не подпадающие под действие упомянутых норм о крупных сделках и (или) сделках с заинтересованностью, могут быть оспорены в соответствии с общими правилами, предусмотренными статьей 173.1 и пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. 

При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации). 

Таким образом, для удовлетворения заявленных требований необходимо установить, что в результате совершения оспариваемой сделки обществу причинен явный ущерб, о чем ответчик знал или должен был знать, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителей сторон сделки в ущерб интересам общества.

 Каких-либо бесспорных доказательств совершения оспариваемой сделки в ущерб АО «Опытный завод № 31 ГА» на заведомо и значительно невыгодных условиях, о которых вторая сторона сделки могла знать, в материалы дела не представлено, в связи с чем, отсутствуют основания полагать, что права АО «Опытный завод № 31 ГА» совершенными сделками нарушены. 

Учитывая, что оспариваемый договор и УПД впоследствии АО «Опытный завод № 31 ГА» исполнялись, о чем свидетельствует принятие к налоговому и бухгалтерскому учету УПД №№ 8, 9, 14, 15, 16,  17, 18, 19, 20, 27 согласно книге покупок  АО «Опытный завод № 31 ГА», у суда нет оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и удовлетворения встречного иска.

Учитывая указанные обстоятельства дела, отсутствие в материалах дела доказательств надлежащего исполнения ответчиком своих обязательств, при наличии документально подтвержденных требований истца, суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, а встречный иск оставлению без удовлетворения.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины по иску взыскиваются с ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, статьей 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с АО «ОПЫТНЫЙ ЗАВОД № 31 ГА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ООО «МЕРКУРИЙ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) задолженность по оплате поставленного товара в размере 6 531 000 руб. 00 коп., неустойку в размере 450 898 руб. 19 коп., а также 57 909 руб. 00 коп.  расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Десятый арбитражный апелляционный суд, вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

 

Судья                                                                                                  О.С. Гузеева