ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-3111/2022

18 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 марта 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В., 

судей Серебровой А.Ю., Кротова С.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в отсутствие лиц, участвующих в споре, апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-44470/2023) на определение Арбитражного суда  Республики Карелия от 15.12.2023 по обособленному спору №А26-3111/2022 (судья Абакумова С.С.), принятое по заявлению ФИО2 о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

ответчик: ФИО4, 

 

установил:

определением Арбитражного суда Республики Карелия (далее – арбитражный суд) от 05.05.2022 принято к производству заявление ФИО3 (далее - должник) о признании его банкротом.

Решением суда от 30.06.2022 (резолютивная часть объявлена 28.06.2022) ФИО3 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком, финансовым управляющим утвержден ФИО5, член Саморегулируемой организации Союз «Арбитражных управляющих «Правосознание».

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» 09.07.2022.

В арбитражный суд 13.03.2023 в обратился кредитор ФИО2 с заявлением о признании недействительным брачного договора от 18.09.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО4 (далее – ответчик).

В обоснование требований ФИО2 ссылался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); полагал, что брачный договор заключен должником в целях причинения вреда имущественным правам ФИО2 как кредитора. Кроме того, должник не уведомил заявителя о заключении брачного договора, как этого требует статья 46 Семейного кодекса 2 Российской Федерации. Не извещенный о заключении брачного договора кредитор юридически не связан изменением режима имущества супругов и вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Определением от 15.12.2023 арбитражный суд отказал кредитору в признании брачного договора недействительной сделкой.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 15.12.2023 отменить и вынести по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что долг перед ним возник до заключения брачного договора, о котором он не был уведомлен сторонами сделки.  Изменением правового режима имущества супругов кредитор в таком случае не связан. На момент заключения договора супруги состояли в браке, значит, ФИО4 является заинтересованным лицом по отношению к должнику-гражданину. Брачный договор был направлен на безвозмездное отчуждение имущества в пользу ФИО4, в результате чего у ФИО3 образовались дополнительные признаки неплатежеспособности. Суд первой инстанции вправе самостоятельно определить основания для признания сделки недействительной.

В дополнениях к апелляционной жалобе кредитор указал, что с момента вступления в законную силу о взыскании в его пользу задолженности ФИО3 не предпринял каких-либо действий по возврату долга в надежде списать его в рамках дела о банкротстве. Кредитор указывает на то, что если бы он смог узнать о заключении брачного договора раньше, то оспорил бы его вовремя. По этой причине кредитор полагает несостоятельными выводы суда о пропуске срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Апеллянт указывает на то, что вопрос об исполнительском иммунитете в данной ситуации не рассматривается, так как требование о признании недействительным брачного договора не направлено на отчуждение ее доли в жилом помещении, а преследует цель включения в конкурсную массу ? доли должника в праве собственности на жилое помещение.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не направлен.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства лица, участвующие в споре, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ФИО3 и ФИО4 25.12.2011 был зарегистрирован брак, который впоследствии расторгнут решением мирового судьи судебного участка №10 города Петрозаводска Республики Карелия от 19.04.2021 по делу № 2-894/2021-10, вступившим в законную силу 21.05.2021; у бывших супругов имеется общий несовершеннолетний ребенок.

Между ФИО3 и ФИО4 18.09.2018 заключен брачный договор, согласно пункту 2.1 которого супруги предполагают приобрести по договору участия в долевом строительстве квартиру, расположенную в строящемся жилом доме по адресу: Российская Федерация, 

<

...>, кадастровый номер 10:01:0120109:102, расчетной площадью 57,61 кв.м. Указанная квартира будет приобретаться за счет собственных и заемных средств на условиях ипотечного кредитования. Кредитные обязательства будут являться личными обязательствами того супруга, с которым заключен кредитный договор.

В пунктах 2.2, 2.3 договора супруги предусмотрели, что в случае заключения договора участия в долевом строительстве супруги устанавливают в период брака режим раздельной собственности на приобретаемую в будущем квартиру по указанному адресу; после исполнения обязательств по заключенным кредитным договорам, приобретения имущественных прав в полном объеме на приобретенную квартиру и погашения записи об ипотеке в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним приобретенная квартира переходит в долевую собственность супругов в следующих долях: ФИО4 - ?, ФИО3 – ?.

На любое иное имущество, которое приобретено супругами в браке, а также на приобретенное супругами в будущем с момента подписания брачного договора сохраняется законный режим имущества супругов (пункт 3.1 договора). 

Полагая брачный договор совершенным в целях причинения вреда его имущественным правам, кредитор ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением.

Требования кредитора к должнику подтверждаются решением Олонецкого районного суда Республики Карелия по делу №2-12/2018, которым по результатам проведенной судебной экспертизы определен размер подлежащего взысканию с ФИО3 в пользу ФИО2 ущерба в виде стоимости восстановительного ремонта двигателя 587 565 рублей, вступило в законную силу 04.09.2018. 

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснения в пункте 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суд первой инстанции указал на отсутствие признаков неплатежеспособности должника на дату заключения спорной сделки, ее совершение за пределами трехлетнего периода подозрительности и невозможность оспаривания по общегражданским основаниям в связи с тем, что жилье является единственным для супруги и несовершеннолетнего ребенка, а потому обладает исполнительским иммунитетом. На этом основании суд первой инстанции отказал в признании брачного договора недействительным как по специальным Закона о банкротстве, так и по общим основаниям, приведенным в ГК РФ.

Апелляционный суд полагает, что доводы подателя жалобы подлежат отклонению как не создающие оснований для отмены принятого судебного акта.

С учетом даты возбуждения настоящего дела о банкротстве (определение от 05.05.2022), брачный договор заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам подателя жалобы указанный период времени является объективным и течет независимо от того, знало ли о совершении сделки лицо, которое намерено ее оспорить. Данный срок не тождественен сроку исковой давности, потому момент, когда ФИО2 узнал о заключении брачного договора не имеет правового значения. 

В связи с этим брачный договор от 18.09.2018 мог быть признан недействительным только по общегражданским основаниям.

Апелляционный суд полагает ошибочными выводы суда о том, что на дату заключения договора у ФИО3 отсутствовали признаки неплатежеспособности, поскольку дата возникновения обязательств по возмещению ущерба не может исчисляться исходя из даты вынесения судебного акта о его взыскании или вступления в законную силу.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.09.2009 N 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Следовательно, задолженность перед ФИО2 возникла 23.04.2018 (с учетом фактов, установленных в решении Олонецкого районного суда Республики Карелия по делу №2-12/2018).

Требования ФИО2 в размере 649 804,89 рублей включены в реестр требований кредиторов ФИО3 определением арбитражного суда от 05.10.2022.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу №А40- 177466/2013, обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве. 

Однако данное обстоятельство не создает оснований для признания брачного договора недействительным по статьям 10, 168 ГК РФ, независимо от того, имеется ли у жилого помещения исполнительский иммунитет.

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 N 305-ЭС18-18386(3) и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Вмененные ФИО4 и должнику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заключение брачного договора между супругами в период наличия задолженности перед кредитором само по себе не свидетельствует о совершении сделки с пороками, выходящими за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Участники спорных правоотношений раскрыли обстоятельства совершения сделки: в 2018 году супруги находились на грани развода; ребенок оставался на воспитании с супругой. Ответчик на дату заключения договора о том, что спустя четыре года супруг будет признан банкротом, предположить не мог. 

Факт злоупотребления правом обеими сторонами сделки кредитором не доказан.

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что доказательства противоправного интереса у сторон сделки, выходящего за пределы пороков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не представлены.

Вопреки возражениям подателя жалобы оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ не имелось, на что по существу верно указал суд первой инстанции.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, неверная квалификация сделки не привела к неправильному решению. 

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение  Арбитражного суда  Республики Карелия от 15.12.2023 по обособленному спору №А26-3111/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

А.Ю. Сереброва

 С.М. Кротов