Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-8460/2021

14 ноября 2023 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 ноября 2023 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Николиной О.А.,

судей:   Парской Н.Н., Первушиной М.А.,

при участии в судебном заседании:

представителя общества с ограниченной ответственностью «Иркутскэнергосбыт» - ФИО1 (паспорт, доверенность от 12.10.2023),

ФИО2 (паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Иркутскэнергосбыт» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 мая 2023 года по делу № А19-8460/2021, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2023 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Управляющей компании «Жилищно-эксплуатационная компания» (далее - ООО «УК «ЖЭК», должник) временный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении ФИО2 (далее - ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 26 мая 2023 года, оставленным без изменения постановлением Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2023 года, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, общество с ограниченной ответственностью «Иркутскэнергосбыт» (далее - ООО «Иркутскэнергосбыт») обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на необоснованность выводов судов об отсутствии обстоятельств, позволяющих привлечь бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности. В частности, недоказанность критического для должника финансового состояния на 21.06.2016 и недостоверности отраженных в бухгалтерских балансах должника сведений об активах должника.

Заявитель также указывает, что ответчиком произведена необоснованная выплата заработной платы в размере 399 719 рублей 53 копейки, которая является убытками должника и подлежит возмещению ответчиком.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 полагает судебные акты законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель заявителя доводы жалобы поддержал; ФИО2 по изложенным в жалобе доводам привела возражения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru).

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО2 являлась руководителем и единственным участником ООО «УК «ЖЭК» с момента образования общества (04.03.2014).

Определением от 17.05.2021 по заявлению ПАО «Иркутскэнерго» возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «УК «ЖЭК»; определением от 28.09.2021 в отношении должника введено наблюдение; решением от 07.07.2022 должник признан банкротом.

В качестве оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности арбитражный управляющий сослался на подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 и пункт 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), указывая на совершение сделок по списанию со счета должника в его пользу  денежных средств в общей сумме 2 441 884 рубля и неисполнение предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему документации общества, а также неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, которая, должна была быть исполнена не позднее 21.06.2016.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), и исходили из отсутствия совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно судом первой и апелляционной инстанций, а выводы этих судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце первом пункта 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Проанализировав представленные доказательства и доводы участвующих в деле лиц, суды пришли к выводу о недоказанности совершения руководителем вопреки интересам общества недобросовестных и неразумных действий, направленных на ухудшение его финансового состояния и причинение имущественного вреда кредиторам, способствовавших увеличению кредиторской задолженности и последующему банкротству должника. Суды не усмотрели совершения контролирующим лицом существенно убыточных для деятельности должника сделок, а равно возникновения в результате этих сделок и действий (бездействия) кризисной ситуации, ее развития и перехода в стадию объективного банкротства общества. В то же время судебные инстанции учли, что ухудшение финансового состояния должника, приведшее в результате к его банкротству, вызвано объективными причинами, несвоевременной оплатой потребленных коммунальных услуг их непосредственными потребителями: собственниками и нанимателями помещений многоквартирных жилых домов, находящихся в управлении должника.

В части сделок по перечислению с расчётного счета должника на счет ответчика денежных средств в размере 2 441 884 рублей суды на основании платежных ведомостей, расходных кассовых ордеров, содержащих подписи бухгалтера ООО УК «ЖЭК», работников ООО УК «ЖЭК», в совокупности с представленной АО «ВСТКБ» в лице конкурсного управляющего Агентства по страхованию вкладов выпиской по счету ООО УК «ЖЭК», содержащей сведения о списании денежных средств на основании решений комиссии по трудовым спорам, справок ФНС России по форме 2-НДФЛ, сведений ГУ Отделения Пенсионного фонда в Российской Федерации по Иркутской области о застрахованных лицах, установили их снятие ответчиком с целью погашения заработной платы работников должника.

Проверяя довод управляющего о необходимости привлечения ФИО2 к ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (за неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему) суды исходили из следующего.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в частности, следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Сам по себе факт непередачи документации конкурсному управляющему не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку это противоречит смыслу и порядку привлечения лица к ответственности за гражданское правонарушение.

В рассматриваемом споре суды двух инстанций, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установили, что ФИО2  передала как временному, так и конкурсному управляющему документацию должника, что подтверждается актами приема-передачи от 08.07.2022, 15.08.2022, 02.11.2022.

Доказательств, свидетельствующих о наличии какой-либо иной непереданной документации, либо о ее сокрытии или искажении, что, в свою очередь, явилось причиной признания должника банкротом, невозможности ее дальнейшего использования с целью формирования конкурсной массы и последующего удовлетворения требований кредиторов должника, в материалы обособленного спора не представлено.

Судами учтено, что основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности является не сам по себе факт отсутствия бухгалтерской документации или ее искажения, а то обстоятельство, что в результате отсутствия бухгалтерской документации или искажения содержащихся в ней сведений существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; констатировали недоказанность указанных обстоятельств в данном конкретном случае.

Кроме того, установив, что размер требований кредиторов третьей очереди по основному долгу составляет 2 337 765 рублей 82 копейки, из них требование ФНС России - 532 048 рублей, что не превышает 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения, суды двух инстанций констатировали отсутствие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, конкурсный управляющий не раскрыл и не доказал состав презумпции, содержащейся в подпунктах 1, 2, 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, совершения контролирующими лицами действий, повлекших невозможность погашения требований кредиторов, вследствие чего у судов не имелось оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по правилам указанной нормы.

Обстоятельства, связанные с необращением бывшего руководителя должника с заявлением о его несостоятельности, на которые арбитражный управляющий ссылается в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за соответствующее бездействие, имело место по состоянию на 21.06.2016, то есть до принятия Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В связи с этим, а также применительно к гражданско-правовой природе заявленной ответственности, правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3), спор в указанной части подлежал разрешению с применением положений, действовавших в тот период в частности, статей 9 и 10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции.

Положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве  (в настоящее время статьей 61.12 Закона о банкротстве) предусмотрена субсидиарная ответственность за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве.

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, указано, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 53 следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указывая на неисполнение ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 21.06.2016 заявитель сослался на наличие у должника признаков неплатёжеспособности в связи с наличием подтвержденной судебными актами задолженности перед ресурсоснабжающими организациями, включенной в реестр требований кредиторов.

В результате анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, приняв во внимание финансовые показатели юридического лица и осуществляемую обществом в спорный период хозяйственную деятельность, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии в данном случае оснований полагать, что именно в указанную конкурсным управляющим дату (21.06.2016) должник отвечал признакам несостоятельности, свидетельствующим о необходимости обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Как посчитали суды, наличие у должника задолженности, как кредиторской, так и дебиторской, является следствием его обычной хозяйственной деятельности, связанной с уплатой коммунальных платежей населением.

Суды, принимая во внимание специфику деятельности исполнителя коммунальных услуг в области жилищно-коммунального хозяйства, при которой у исполнителя имеется кредиторская задолженность перед поставщиками энергоресурсов в условиях имеющейся дебиторской задолженности по оплате услуг населением, пришли к выводу, что такая ситуация является прогнозируемой, то есть можно считать ее обычной, когда из-за несвоевременной оплаты коммунальных услуг собственниками помещений в домах наступает просрочка оплаты поставленных коммунальных ресурсов.

В результате надлежащей оценки доказательств и установленных по материалам дела обстоятельств суды посчитали, что управляющий не доказал наличие условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Довод о том, что ответчиком произведена необоснованная выплата заработной платы в размере 399 719 рублей 53 копейки, которая является убытками должника и подлежит возмещению ответчиком, отклоняется, поскольку данное требование не заявлялось при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, тогда как оценка доказательств и установление фактических обстоятельств дела в силу норм главы 35 АПК РФ не допускается при рассмотрении спора в суде округа.

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 мая 2023 года по делу № А19-8460/2021, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2023 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

О.А. Николина

Н.Н. Парская

М.А. Первушина