Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-102944/22

20 февраля 2023 г.

г. Москва

 127-760

Резолютивная часть решения объявлена 07 февраля 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 20 февраля 2023  г.

Арбитражный суд города Москвы в составе: 

Судья – Кантор К.А. (единолично)

при ведении протокола судебного заседания помощником Сергачевой Ю.В. 

рассматривает в судебном заседании дело по исковому заявлению

 ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ГОРОДЕ МОСКВЕ (107078, ГОРОД МОСКВА, ОРЛИКОВ ПЕРЕУЛОК, ДОМ 3, КОРПУС Б, ОГРН: 1097746349535, Дата присвоения ОГРН: 15.06.2009, ИНН: 7708701670), 

к ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР МЕДИКОБИОЛОГИЧЕСКИХ ТЕХНОЛОГИЙ "ГАММА-СИС" (125009, ГОРОД МОСКВА, СТАРОПИМЕНОВСКИЙ ПЕРЕУЛОК, ДОМ 11, СТРОЕНИЕ 2, ОГРН: 1037739724604, Дата присвоения ОГРН: 19.02.2003, ИНН: 7710312494), 

третье лицо: ДЕПАРТАМЕНТ ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА ГОРОДА МОСКВЫ (123112, ГОРОД МОСКВА, 1-Й КРАСНОГВАРДЕЙСКИЙ ПРОЕЗД, ДОМ 21, СТРОЕНИЕ 1, ОГРН: 1037739510423, Дата присвоения ОГРН: 08.02.2003, ИНН: 7705031674)

Об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения;

 и приложенные к исковому заявлению документы

при участии: 

от истца – Шабанов Ф.И. по дов. от 08.11.2022 г. №77-02/33376

от ответчика –  Латынова Е.В. по дов. от 19.10.2022 г.

от третьего лица-Караваева А.О. по дов. от 05.09.2022 г. №33-Д-668/22

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен об истребовании объекта культурного наследия - «Палаты Хованских», XVII в, расположенный по адресу: г. Москва, пер. Старопименовский, д. 11, стр. 2, из чужого незаконного владения ООО «ГаММа-Сис», передав данный объект недвижимости Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в городе Москве в освобожденном виде.

  Представитель истца изложил правовую позицию, исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика изложил правовую позицию, против удовлетворения исковых требований возражал

Исследовав в полном объеме все представленные в дело письменные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, в соответствии с постановлением Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327 памятник культуры - «Палаты Хованских», XVII в. (далее - памятник)., вошел в перечень объектов культурного наследия федерального значения, которые до 27.12.1991 являлись недвижимыми памятниками истории и культуры государственного (общесоюзного и республиканского) значения и в отношении которых должно быть оформлено право собственности Российской Федерации.

В соответствии с постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 к федеральной собственности относятся объекты историко-культурного наследия и художественные ценности, учреждения культуры общественного значения, расположенные на территории Российской Федерации.

Постановлением   Совета   Министров   РСФСР   от  04.12.1974   №   624 «О дополнении и частичном изменении Постановления Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327 «О дальнейшем улучшении дела охраны памятников культуры в РСФСР», объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: г. Москва, пер. Старопименовский, д. 11, стр. 2, принят на государственную охрану как объект культурного наследия федерального значения.

Как указывает истец, факт принадлежности вышеуказанного имущества к федеральному уровню собственности подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 04.03.2011 по делу № А40-26861/02-79-162, согласно которому признано частично недействительным постановление Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП (в ред. постановления Правительства Москвы от 11.06.2002 № 443-ПП) «О регистрации в государственной собственности города Москвы недвижимых памятников истории и культуры, находящихся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы», включившее в перечень памятников, подлежащих регистрации, в том числе и спорный объект под порядковым № 1014 - как Палаты Хованских XVII в.

При этом, суд по объектно исследовав основания возникновения права собственности города Москвы в отношении каждого из объектов недвижимости, указанных в судебном акте, пришел к выводу, что рассматриваемый Объект в числе остальных, относится исключительно к федеральной собственности.

Таким образом, как указывает истец, право Российской Федерации в отношении данного объекта установлено как на основании вступившего в законную силу судебного акта, так и в силу действующего законодательства.

Согласно выписки из ЕГРП от 19.04.2022 № КУВИ-001/2022-59157349 на данный объект недвижимости 11.02.2016 зарегистрировано право собственности ООО «ГаММа-Сис», зарегистрированы обременения виде охранного обязательства от28.03.2011 № 16-23/005-1230/10, ипотека в силу закона от 11.02.2016 №77-77/011-77/011/015/2015-668/1, сроком на 3 года.

Как следует из выписки ЕГРП о переходе прав на недвижимость от 19.04.2022 №КУВИ-001/2022-59160183 спорный объект недвижимости до 11.02.2016 находился в собственности города Москвы, был продан ООО «ГаММа-Сис», что подтверждается записью о государственной регистрации от 11.02.2016 № 77-77/011 -77/011/015/2015-666/2.

Истец указывает, что Территориальное управление не принимало решения о передаче данного здания ни в собственность города Москвы, ни в собственность ООО «ГаММа-Сис». Таким образом, у города Москвы отсутствовали полномочия по продаже спорного объекта недвижимости, а договор купли-продажи в силу закона является ничтожным.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик и третье лицо указывают на то, что ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР МЕДИКОБИОЛОГИЧЕСКИХ ТЕХНОЛОГИЙ "ГАММА-СИС" является добросовестным приобретателем, а также на пропуск истцом сроков исковой давности на предъявление настоящих требований. 

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства наличия вышеперечисленных обстоятельств должен представить невладеющий собственник, заявивший о виндикации.

В соответствии с п. 32-44 Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен. 

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

 В соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества

По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли.

 Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Разрешая вопрос о выбытии спорного помещения из владения собственника по его воли или же в отсутствие таковой, арбитражный суд учитывает следующие установленные по делу обстоятельства.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, ее статьями 1, 8 (часть 2), 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 40 (часть 1), в Российской Федерации как правовом государстве каждый вправе иметь в собственности имущество, включая жилое помещение, владеть, пользоваться и распоряжаться им на основе принципов юридического равенства и справедливости, свободы экономической деятельности, в том числе свободы договора, защиты равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности; при этом право собственности и свобода договора как необходимые элементы конституционного статуса личности, наряду с другими непосредственно действующими правами и свободами, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. 

Согласно Конституции Российской Федерации право собственности и иные имущественные права гарантируются посредством права на судебную защиту (статья 46, часть 1), которая в силу ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) должна быть полной и эффективной, отвечать критериям пропорциональности и соразмерности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо, основное содержание данных конституционных прав; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей. 

Неприкосновенность собственности и свобода договора являются необходимыми гарантиями беспрепятственного использования каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, реализации иных прав и свобод человека и гражданина и надлежащего исполнения соответствующих обязанностей ("собственность обязывает") на основе принципов юридического равенства и справедливости и вытекающего из них критерия добросовестности участников правоотношений, в том числе в сфере гражданского оборота. Следовательно, под действие указанных конституционных гарантий подпадают имущественные права лица, владеющего вещью на законных основаниях, включая ее добросовестного приобретателя. Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженные в том числе в постановлениях от 20 июля 1999 года N 12-П, от 21 апреля 2003 года N 6-П и от 14 мая 2012 года N 11-П, в полной мере распространяются на законодательное регулирование имущественных отношений, складывающихся по поводу объектов недвижимого имущества. Закрепляя право каждого владеть собственностью объектами недвижимого имущества, Конституция Российской Федерации - с учетом того, что в условиях рыночной экономики граждане и юридические лица осуществляют данное право в основном самостоятельно, используя различные законные способы, - возлагает на органы публичной власти обязанность создавать для этого необходимые условия. 

Поэтому, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, при регулировании прав на недвижимое имущество, включая переход права собственности, необходимо соблюдение, с одной стороны, принципа свободы и неприкосновенности, а с другой - баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников отношений в конкретных ситуациях, с тем чтобы избежать необоснованного ограничения конституционных прав и свобод (постановления от 8 5 июня 2010 года N 13-П, от 14 мая 2012 года N 11-П, от 4 июня 2015 года N 13-П и др.). Исходя из фундаментальных принципов юридического равенства и справедливости, верховенства и высшей юридической силы Конституции Российской Федерации в российской правовой системе (статьи 15 и 19 Конституции Российской Федерации) и вытекающего из них критерия правовой определенности законоположения, регулирующие отношения собственности и иные имущественные отношения по поводу жилых помещений должны отвечать требованиям ясности, точности и непротиворечивости, а механизм их действия должен быть предсказуем и понятен субъектам правоотношений, поскольку конституционная законность, равенство всех перед законом и судом и равноправие могут быть обеспечены лишь при условии единообразного понимания и применения правовой нормы всеми правоприменителями. 

Правовая определенность закона является одним из необходимых условий стабильности и предсказуемости в сфере гражданского оборота, надлежащего уровня взаимного доверия между его участниками. Вместе с тем требование определенности правового регулирования, обязывающее законодателя формулировать правовые предписания с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину (объединению граждан) сообразовывать с ними свое поведение - как запрещенное, так и дозволенное, не исключает использование оценочных или общепринятых понятий, значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами соответствующих правоотношений либо непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или из системы взаимосвязанных положений, рассчитанных на применение к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, либо посредством выявления более сложной взаимосвязи правовых предписаний, в частности с помощью даваемых судами разъяснений; именно судебная власть, действующая на основе принципов самостоятельности, справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия (статьи 10, 118 и 120 Конституции Российской Федерации), по своей природе в наибольшей мере предназначена для решения споров на основе законоположений, в которых законодатель использует в рамках конституционных предписаний оценочные понятия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2008 года N 7-П, от 5 марта 2013 года N 5-П, от 31 марта 2015 года N 6-П и от 4 июня 2015 года N 13-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 апреля 2009 года N 484-О-П). 

Вытекающий из Конституции Российской Федерации, ее статей 1, 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 3), 18, 21 (часть 1) и 49, принцип добросовестности участников правоотношений нашел закрепление и в гражданском законодательстве. 

Так, предписывая пределы осуществления гражданских прав, статья 10 ГК Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5), а используемое в пункте 1 его статьи 302 оценочное понятие "добросовестный приобретатель" определено в самой норме - это приобретатель, который не знал и не мог знать, что лицо, у которого приобретено имущество, не имело права его отчуждать. Вместе с тем поскольку зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке, то и добросовестность приобретателя спорного имущества, зарегистрированное право на которое предполагается, может быть опровергнута только в результате рассмотрения конкретного дела в суде. Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации в 

Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П пришел к выводу, что содержащиеся в 6 пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьей 302 данного Кодекса они не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом. 

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что защита лица, считающего себя собственником имущества, возможна путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя, т.е. лица, которое не знало и не могло знать о том, что имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать. 

Разъяснения, связанные с понятием "добросовестный приобретатель", содержатся, в частности, в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно пункту 38 которого приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП) было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества; в то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя; ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества. 

В обзорах судебной практики по делам, связанным с истребованием от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 1 октября 2014 года и 25 ноября 2015 года) называются обстоятельства, учитываемые судами при решении вопроса о признании приобретателя добросовестным, в том числе наличие записи в ЕГРП о праве собственности отчуждателя имущества, была ли проявлена разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество; производился ли приобретателем осмотр до его приобретения и ознакомился ли он со всеми правоустанавливающими документами; иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела, в том числе связанными с возмездностью приобретения имущества; при этом обязанность доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на истца. 

Таким образом, добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, 7 исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. 

Соответственно, указанное законоположение в части, относящейся к понятию "добросовестный приобретатель", не может рассматриваться как неправомерно ограничивающее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в том числе ее статьями 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3). 

Правовое регулирование, в соответствии с которым защита прав лица, считающего себя собственником имущества, возможна путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, дающие право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.), отвечает целям обеспечения стабильности гражданского оборота и направлено в целом на установление баланса прав и законных интересов всех его участников. 

Приведенная правовая позиция была сформулирована Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П применительно к отношениям с участием граждан и юридических лиц. Когда с иском об истребовании недвижимого имущества к добросовестному приобретателю, который в установленном законом порядке указан как собственник имущества в Едином государственном реестре недвижимости, обращается публичноправовое образование, не может не учитываться специфика интересов, носителем которых оно является. 

Особенности дел этой категории, исходя из необходимости обеспечения баланса конституционно значимых интересов, могут обусловливать иное распределение неблагоприятных последствий для собственника и добросовестного приобретателя, нежели установленное в статье 302 ГК Российской Федерации и подтвержденное в правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации, содержащихся в том числе в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П.

Суд считает, что ответчик  осуществил все разумные и зависящие от него меры по проверке титула собственности отчуждателя в отношении объекта недвижимого имущества.

Постановлением от 27.03.2001 № 299-ПП «О регистрации в государственной собственности города Москвы недвижимых памятников истории и культуры, находящихся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы» Правительство Москвы постановило зарегистрировать в государственной собственности г. Москвы недвижимые памятники истории и культуры и выявленные недвижимые объекты историко-культурного наследия г. Москвы, находящиеся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы, согласно приложениям №№1, 2 в установленном порядке (пункт 1 Постановления), Главному управлению охраны памятников г. Москвы поручено представлять от имени Правительства Москвы в Московский городской комитет по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним документы на регистрацию прав города, охранно-арендных договоров и обременения на объекты, относящиеся к недвижимым памятникам истории и культуры и выявленным недвижимым объектам историко-культурного наследия г. Москвы (пункт 2 Постановления). Постановлением Правительства от 11.06.2002 № 443-ПП в указанное Постановление № 299-ПП внесены изменения, согласно которым приложение №1 к Постановлению № 299-ПП считается утратившим силу и утверждается новая редакция данного приложения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2011 по делу № А40-26861/02 по заявлению Прокурора города Москвы, признано недействительным постановление Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП (в редакции Постановления Правительства Москвы от 11.06.2002 № 443-ПП) в оспариваемой части, за исключением объектов под порядковыми номерами 706, 707, 631, 632 (в части строения 5), 232, 94, 426, 1057, 1059, 610 (в части строения 2), 162, не соответствует Постановлению ВС РФ № 3020-1, Указу Президента № 0176 от 20.02.1995, и нарушает право собственности Российской Федерации на указанные объекты, в связи с чем обосновано признано судом недействительным в названной части.

Рассматриваемое здание было включено в Приложение №1 к Постановлению № 299-ПП (в редакции №443-ПП) под номером 1014.

Ранее объект находился в собственности города Москвы (запись в ЕГРН от 15.05.2001 № 77-01/30-188/2001-2286).

Документами-основаниями, послужившими государственной регистрации права  собственности  города  Москвы,  явились:   постановление  Московской городской думы от 15.02.1995 № 15 «О государственной собственности города Москвы», Федеральный закон Российской Федерации от 24.06.1999 № 119-ФЗ «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами    государственной   власти   Российской    Федерации    и    органам государственной власти субъектов Российской Федерации», Закон города Москвы от 14.07.2000 № 26 «Об охране и использовании недвижимых памятников истории и культуры», постановление Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП «О регистрации в государственной собственности города Москвы недвижимых памятников истории и культуры, находящихся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников города Москвы» и акта приема-передачи от 01.09.1981 №Б/Н.

Согласно сведениям ЕГРН в отношении нежилого здания общей площадью 688,2 кв. м. с кадастровым номером 77:01:0001099:1053 по адресу: г. Москва, пер. Старопименовский, д. 11, стр. 2, зарегистрировано право собственности ООО «Гамма-Сис» (собственность № 77-77/011-77/011/015/2015-666/1 от 11.02.2016)

Право собственности ООО «Гамма-Сис» возникло на основании заключенного с Департаментом договора купли-продажи недвижимости от 07.05.2015 № 59-2032 в отношении спорного объекта.

Ранее между Департаментом и ООО «Гамма-Сис» был заключен охранно-арендный договор от 01.01.2000 № 229 для использования объекта под уставную деятельность в редакции дополнительного соглашения от 12.08.2010.

28.03.2011 оформлено охранное обязательство пользователя объекта культурного наследия № 16-23/005-1230/10.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств следует, что спорное здание не было похищено и не выбывало из владения истца или лица, которому оно могло бы быть вверено истцом во владение, помимо его воли.

Истцом не представлено доказательства того, что Российская Федерация в лице уполномоченных органов когда-либо владел этим зданием, в частности, контролировал доступ в него (располагал ключами от здания), обеспечивал его охрану, содержание, ремонт, пользование.

ООО «Гамма-Сис» осуществил все разумные и зависящие от него меры по проверке титула собственности отчуждателя в отношении объекта недвижимого имущества.

Государственным органом было зарегистрировано право собственности ООО «Гамма-Сис» на спорное здание, что свидетельствует об отсутствии обстоятельств, способных поставить под сомнение законность сделки на момент ее совершения (исполнения).

В ЕГРН отсутствовала отметка о судебном споре в отношении приобретаемого имущества. При приобретении имущества представил все документы подтверждающие, подтверждающие его право собственности на спорное помещение, в связи с чем у приобретателя отсутствовали разумные основания сомневаться в праве продавца на отчуждение имущества.

В публичном доступе отсутствовала информация о том, что право отчуждателя в отношении конкретного помещения кем-либо оспаривается.

Государство в лице уполномоченных законом органов и должностных лиц, действующих при осуществлении процедуры государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра (абзац второй п. 1 ст. 8.1 ГК РФ), подтверждает тем самым законность совершения сделки по отчуждению объекта недвижимости.

Проверка же соблюдения закона при совершении предшествующих сделок с недвижимым имуществом со стороны приобретателя этого имущества - в отличие от государства в лице органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, - зачастую существенно затруднена или невозможна.

Тем более в неравных условиях находятся публично-правовое образование как собственник и его добросовестный приобретатель, возможности которых по выявлению противоправных действий, приведших к тому, что объект недвижимого имущества выбывает из владения собственника помимо его воли, далеко не одинаковы.

Указанная выше правовая позиция изложена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 22.06.2017 № 16-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца».

Суд также полагает необходимым указать на то, что в рассматриваемом случае ответчик приобрёл имущество у субъекта Российской Федерации – города Москвы.   

Государственные органы власти по отношению к обществу являются сильной стороной правоотношений, в связи с чем, действия органа власти направленные на реализацию имущества обществу не могут быть расценены как заведомо незаконные.

С учетом изложенного, суд признает ответчика добросовестными приобретателем, что является основанием для отказа в удовлетворении требования об истребовании у него спорного имущества. 

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Поскольку Истец не владел или не владеет спорным имуществом, в данном случае подлежит применению общий трехлетний срок исковой давности, установленный ст. 196 ГК РФ.

Статья 208 ГК РФ, согласно которой исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304 ГК РФ), не подлежит применению, поскольку данная норма права подлежит применению в случае, если истец владеет имуществом.

15 мая 2001 года в установленном порядке зарегистрировано право собственности на спорный объект недвижимости, о чем в ЕГРН сделана запись регистрации №77-01/30-188/2001 -2286.

В течение 22-х лет, прошедших с даты регистрации права собственности города Москвы в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимость, неоднократно вносились различные записи о правах на спорное имущество.

Поскольку истец должен был знать, что спорным зданием пользуется иной владелец, и должен был узнать, на основании каких правовых документов используются спорные помещения, установленный законом трехлетний срок защиты нарушенного права на момент подачи искового заявления истек.

Более того, Приказом Минкультуры России от 12.12.2013 №2087 утвержден предмет охраны объекта культурного наследия федерального значения "Палаты Хованских", XVII в., расположенный по адресу: г. Москва, Старопименовский пер., дом 11. стр. 2 (адрес на момент принятия на государственную охрану: г. Москва. Старо-Пименовский пер., 11), однако Истец никаких действий по охране памятника не принимал, отказался от своего права владения Объектом.

В силу пункта 1 статьи 125 Гражданского кодекса РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Из указанной нормы следует, что субъектом материально-правовых отношений, основанных на праве собственности, является публично-правовое образование (Российская Федерация или субъект Российской Федерации), от имени и в интересах которого действуют специально уполномоченные на то органы государственной власти. Истцом по делу выступает орган государственной власти, на который возложены обязанности по контролю за использованием и сохранностью находящегося в государственной собственности имущества и который для надлежащего осуществления этих обязанностей имеет возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственной регистрации прав на спорные объекты недвижимости.

Истец в своем иске ссылается на решение Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2011 по делу № А40-26861/02-79-162 о признании недействительным Постановления Правительства Москвы от 27.03.2001 №299-ПП (в ред. Постановления Правительства Москвы от 11.06.2002 № 443-ПП), в приложении к которому поименовано спорное имущество.

Названный судебный спор был инициирован истцом до 2003 года, это означает, что уже в это время истцу стало известно, что на спорное имущество зарегистрировано право собственности г. Москвы.

Кроме того, истцом в 2009 году было инициировано судебное разбирательство, предметом которого стал объект недвижимости по адресу: г. Москва, Хитровский пер.. д. 3/1. стр. 3. являющийся объектом культурного наследия федерального значения, также поименованный в Постановлении Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП. Решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.02.2010 по делу № А40-37170/09-28-304 признано право собственности Российской Федерации на указанный объект по адресу г. Москва, Хитровский пер., д. 3/1, стр. 3.

Также в трехлетний период после вынесения решения суда по делу № А40-26861/02-79-162 было рассмотрено еще несколько аналогичных дел, основанных на признанном недействительным Постановлении Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП (№А40-54755/08-85-479, №А40-66866/10-40-584, N А40-94931/10-85-828).

Тем не менее, достоверно зная обо всех объектах недвижимости, перечисленных в Постановлении Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП (включая и спорный объект недвижимости по настоящему делу), истец не подал в суд никаких заявлений относительно своих прав на спорное имущество.

Таким образом, органы государственной власти, должны были знать о владении и праве собственности города Москвы на спорное имущество до получения выписки из ЕГРП от 19.04.2022 года на которую истец ссылается в исковом заявлении,  и не позднее вступления в законную силу решения суда  по делу решения суда по делу № А40-26861/02-79-162.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности на предъявление настоящих требований, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Госпошлина распределяется судом в порядке ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, на основание ст.ст. 209, 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст.ст. 102, 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

 По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.

Судья                                                                     К.А. Кантор