ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

31.10.2023

Дело № А40-217022/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 31 октября 2023 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Савиной О.Н., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

От ФИО1,-ФИО2 по дов от 22.07.2021

От ФИО3 –ФИО4,ФИО5 по дов от 27.07.2023

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3

на определение от 05.05.2023

Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 25.07.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда

о признании недействительным договора дарения от 11.11.2016, заключенного между ФИО1 и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2019 возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2020 должник признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО6 (далее - финансовый управляющий).

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными договоров дарения от 11.11.2016 и от 27.06.2019, заключенных между должником и ФИО3, и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023, отказано финансовому управляющему в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы; признан  недействительным договор дарения от 11.11.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО3; применены  последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить ФИО1 земельный участок (кадастровый номер: 50:11:0050112:1922) и здание (кадастровый номер: 50:11:0050112:2075), расположенные по адресу: Московская область, городской округ Красногорск, деревня Грибаново, территория Дачного некоммерческого партнерства «Зеленый ветер-2», 68; в остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить, отказать в удовлетворения заявления финансового управляющего ФИО1 в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, утверждая, что суд первой инстанции, без полного анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «ТВК-АТИАС», в противоречии всем судебным актам, вынесенным по делу №А40-30302/18-103-24, «скорректировал» дату возникновения признаков банкротства у юридического лица, подгоняя ее к спорной сделке -11.11.2016; делая вывод о наличии признаков банкротства у физического лицаФИО1 в связи с наличием налоговой задолженности у юридическоголица - ООО «ТВК-АТИАС», суд не учел разъяснения вышестоящих судов,правоприменительную практику; в материалах обособленного спора имеются доказательства, что на дату заключения спорной сделки лично ФИО1 не имел признаков неплатежеспособности.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить в части признания договора дарения от 11.11.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки отменить; принять в указанной части новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, утверждая, что ранее в рамках настоящего дела (№ А40-217022/19-184-240) суды (признали отсутствующими признаки неплатежеспособности у Должника на дату 09.08.2018; наличие признаков банкротства у ООО «ТВК-АТИАС», учредителем и исполнительным органом которого является должник, само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника; ФИО3 на момент совершения договора дарения мог обладать информацией только об устойчивом финансовом положении должника, поскольку каких-либо нарушений обязательств (нарушений платежей по текущим обязательствам) со стороны должника отсутствовали.

Представители ФИО1, ФИО3 в судебном заседании доводы кассационных жалоб поддержали соответственно.

Обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами,   11.11.2016 между должником (даритель) и ответчиком (одаряемый), заключен договор дарения (далее - договор дарения от 11.11.2016), согласно которому даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого вышеуказанный земельный участок (кадастровый номер: 50:11:0050112:1922) и здание (кадастровый номер: 50:11:0050112:2075).

Полагая, что вышеуказанный договор дарения является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), финансовый управляющий обратился в суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из того, что оспариваемая сделка была совершена в период неплатежеспособности должника, в результате совершения сделки был причинен имущественный вред кредиторам, сделка совершена между аффилированными лицами для вывода ликвидного имущества. С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ N 63, для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Суды указали, что в рассматриваемом случае поведение сторон свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку обязательства должника, впоследствии включенные в реестр, вытекали из договоров поручительства, выданных должником.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.11.2015 №89-КГ15-13, поручитель начинает исполнять договор поручительства в тот момент, когда принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Если договором поручительства не предусмотрено иное, такая обязанность возникает при его подписании, поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

Так, судом первой инстанции установлено, что между АКБ «ФИНПРОМБАНК» (ОАО) (Банк) и ООО «ТВК-АТИАС» (Заемщик) 20.06.2013 был заключен Кредитный договор № 

<

***> (далее - Кредитный договор).

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по Кредитному договору между Банком и ФИО1 заключен Договор поручительства № 213-2013/П-2/МСП-Р от 20.06.2013 (далее - Договор поручительства).

В соответствии с Кредитным договором Банк предоставил денежные средства заемщику в форме кредитной линии с лимитом выдачи в размере 25.000.000,00 руб. путем перечисления их на расчетный счет Заемщика. По условиям Кредитного договора (пункты 2.2, 2.3, 2.3.1) Заемщик обязался возвратить Кредит ежемесячными платежами, начиная с сентября 2017 года до 23.03.2018 и уплатить проценты за пользование кредитом в размере 16% годовых.

Впоследствии между АО «МСП Банк» (Цессионарий) и АКБ «ФИН11РОМБАНК» (ОАО) (Цедент) был заключен Договор уступки прав (требований), прекращающий кредитное обязательство №193-2016/У от 19.07.2016, по условиям которого к Цессионарию в полном объеме перешли все права (требования) Цедента по Кредитному договору, а также права, обеспечивающие исполнение обязательств Должника.

Согласно сведениям, опубликованным в «Вестнике государственной регистрации» часть 1 №5(670) от 07.02.2018/1345, 12.01.2018 принято решение №1/2018 о ликвидации ООО «ТВК-АТИАС». Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, 22.01.2018 по заявлению ФИО7 на основании доверенности от ООО «ТВК-АТИАС» в ЕГРЮЛ внесена запись об уведомлении о принятии решения о ликвидации учредителями (участниками) или органом юридического лица ООО «ТВК-АТИАС».

Согласно информации, размещенной на сайте Бабушкинского районного суда города Москвы, 28.05.2018 принято заявление АО «МСП Банк» к ООО «АТМ-Механизация», ФИО1 о взыскании задолженности по Кредитному договору (гражданское дело № 2¬3149/18).

Как установлено апелляционным определением Московского городского суда от 16.05.2019 по делу №33-20259/2019 конкурсный кредитор - АО «МСП Банк», обнаружив опубликование сведений об уведомлении о принятии решения о ликвидации ООО «ТВК -АТИАС», направил в адрес ликвидатора и поручителей требования об уплате денежных сумм по кредитному договору (абз. 17 мотивировочной части определения).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2018 по делу №А40-30302/2018-103-24 ООО «ТВК-АТИАС» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждена ФИО8.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.06.2021 по делу № А40-30302/2018-103-24 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТВК-АТИАС», с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТВК-АТИАС» взысканы денежные средства в размере 194 295 346,22 руб.

На момент совершения спорного договора дарения от 11.11.2016 ФИО1 являлся единственным учредителем и участником ООО «ТВК-АТИАС».

Основанием привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности стало нахождение в реестре требований кредиторов ООО «ТВК-АТИАС» задолженности перед уполномоченным органов на общую сумму 159 910 081 руб., которая была установлена по результатам проведения двух налоговых проверок в отношении ООО «ТВК -АТИАС» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты и перечисления налогов и сборов. По результатам указанных проверок вынесены соответствующие решения (Решение №07-13/1875 от 18.09.2017 и Решение №14-13/14 от 30.11.2018). Период проведения двух налоговых проверок в совокупности составил 01.01.2013 - 22.01.2018.

Так, по результатам выездной налоговой проверки по всем налогам и сборам за период 01.01.2013-31.12.2015 ООО «ТВК-АТИАС» привлечено к ответственности, о чем вынесено Решение №07-13/1875 от 18.09.2017 о привлечении лица к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому доначислено 125 146 535 руб.

Указанное решение подтверждено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-60773/2018 от 05.12.2018 г. (сумма основного долга составляет 84 775 445 руб.).

В частности, как отражено в п. 1.2.4 указанного решения, ООО «ТВК-АТИАС» привлечено к ответственности за неуплату или неполную уплату налога на прибыль организаций за 2013-2015 года в результате занижения налоговой базы иного неправильного исчисления налога (сбора) в размере 44 618 655 руб.

Поскольку выявленные налоговые правонарушения возникли, начиная с 2013 года и ФИО1 являясь руководителем должника, не мог не знать о фактической недоимке по налогам и сборам, которая могла быть выявлена в рамках проведенной выездной налоговой проверки за период 2013 -2015 годов, и следовательно, о задолженности ООО «ТВК-АТИАС» перед бюджетом, начиная уже с 2013 года.

Искажения бухгалтерской и налоговой отчетности с целью получения необоснованной налоговой выгоды свидетельствуют об осведомленности ФИО1 о размере подлежащей уплате ООО «ТВК-АТИАС» суммы задолженности по налоговым платежам за указанный период.

Поскольку, в соответствии с п. 4 ст. 289 НК РФ налоговые декларации (налоговые расчеты) по итогам налогового периода представляются налогоплательщиками (налоговыми агентами) не позднее 28 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом и принимая во внимание дальнейшую неуплату налогов ООО «ТВК-АТИАС» в 2014-2015 годах, то по мнению финансового управляющего, моментом возникновения признаков неплатежеспособности ООО «ТВК-АТИАС» следует считать дату 29 июня 2014 года, после которой у ФИО1, как контролировавшего должника лица, возникла обязанность по подаче заявления о признании ООО «ТВК-АТИАС» несостоятельным (банкротом).

Также, стоит отметить, что как указано в п. 2.2.2. на стр. 76 Решения №14-13/14 от 30.11.2018 о привлечении ООО «ТВК-АТИАС» к ответственности за совершение налогового правонарушения последнее использовало налоговую экономию путем использования подконтрольных фирм-«однодневок», не осуществляющих реального выполнения работ.

Суды пришли к правильному выводу о том, что применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора на момент заключения договора дарения от 11.11.2016 ФИО1 как единственное лицо, контролировавшее ООО «ТВК-АТИАС» и как поручитель по кредитному договору 

<

***> от 20.06.2013, не мог не знать о признаках неплатежеспособности ООО «ТВК-АТИАС» и последующей необходимости отвечать по обязательствам ООО «ТВК-АТИАС» как поручитель по Договору поручительства № 213-2013/П-2/МСП-Р от 20.06.2013, поскольку значительная налоговая задолженность ООО «ТВК-АТИАС» перед бюджетом, недополучившим в значительных размерах причитающиеся налоги и сборы, не позволила бы ему полностью исполнить свои обязательства перед АО «МСП Банк» по Кредитному договору.

Судами также принято во внимание, что согласно решению Бабушкинского районного суда от 15.11.2018 по гражданскому делу №2-3149/18 судом установлено, что еще одним солидарным поручителем по кредитному договору выступило ООО «Атм-Механизация» (ИНН 

<

***>).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ единственным учредителем которого с момента государственной регистрации данного юридического лица был ФИО1. На момент составления настоящего заявления ООО «Атм-Механизация» ликвидировано путем исключения из ЕГРЮЛ на основании решения МИФНС № 46 по г. Москве как недействующее юридическое лицо (дата исключения 14.06.2019).

Суды посчитали, что указанное не может свидетельствовать о добросовестном поведении ФИО1 в период с 2013 по 2018 гг. (период, за который проводились две налоговые проверки) как участника хозяйственных отношений, являясь единственным контролирующим ООО «ТВК-АТИАС» лицом, и фактически единственным лицом, отвечающим по обязательствам перед АО «МСП Банк», и как участника гражданского оборота. ФИО1, предвидя возможное обращение взыскания на свое имущество, фактически произвел поэтапный его вывод из имущественной массы в пользу заинтересованного лица (сына) в условиях возрастающей на него и на подконтрольное ему юридическое лицо финансовой нагрузки.

Факт отчуждения имущества, являющегося предметом оспариваемых сделок, в условиях, когда подконтрольное ФИО1 юридическое лицо в его лице использовало незаконные способы уклонения от исполнения налоговых обязанностей, при наличии иных обязательств, в частности по вышеуказанному кредитному договору, а также в условиях личного поручительства ФИО1 об исполнении обязательства по кредитному договору, является ни чем иным как злоупотребление правом.

Также судами принято во внимание, что в вышеуказанных действиях ФИО1, выразившихся в принятии решения о ликвидации ООО «ТВК-АТИАС», имеется факт злоупотребления правом, поскольку на момент принятия решения о ликвидации ФИО1 являлся единственным лицом, контролирующим деятельность ООО «ТВК-АТИАС» и, соответственно, единолично им было принято указанное решение в тех условиях, когда сроки исполнения обязательств ООО «ТВК-АТИАС» перед кредиторами и перед бюджетом уже наступили.

Суды признали, что в результате заключения договора дарения от 11.11.2016 должник стал отвечать признакам недостаточности имущества, поскольку имущественной массы, находившейся в собственности ФИО1 стало недостаточно для покрытия им как поручителем по Кредитному договору своего значительного обязательства. Указанное подтверждается ответами государственных регистрирующих органов и сведениями из открытых источников. Так, согласно сведениям из открытых источников (интернет - ресурс: https://rosreestr.gov.ru/wps/portal/online_request) кадастровая стоимость жилого дома (50:11:0050112:2075) по состоянию на 18.05.2018 составила 7 867 663,55 руб., а кадастровая стоимость земельного участка (50:11:0050112:1922) по состоянию на 01.01.2018 составила 361 217,67 руб. В совокупности кадастровая стоимость данного имущественного комплекса составила 11 484 881,22 руб. Указанная сумма, в случае надлежащего исполнения обязательства, позволяла исполнить обязательство по Кредитному договору примерно на 46 процентов.

Должник, в свою очередь, не сообщал кредитору о существенном изменении своего имущественного положения, как того требует договор поручительства (п. 2.8.2. Договора поручительства).

Пункт 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагают на поручителя и должника по гражданско-правовому обязательству солидарную перед кредитором ответственность в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения названным должником, обеспеченного поручительством обязательства.

Поскольку поручительство представляет собой способ обеспечения исполнения основного обязательства, поэтому ответственность поручителя перед кредитором возникает в момент неисполнения должником обязательства перед кредитором, а если обязательство по уплате долга исполняется по частям - в момент неуплаты соответствующей части долга (пункт 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Наличие договора поручительства свидетельствует о денежном обязательстве поручителя, как солидарного должника, по обязательству, вытекающему из кредитного договора. Согласно пункту 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -Гражданский кодекс) при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Заключая договор, поручитель принимает на себя обязанность уплатить долг за основного заемщика. Соответствующая обязанность должна быть исполнена поручителем в течение всего периода действия договора поручительства, при наступлении просрочки со стороны должника. Данное условие не зависит от поведения поручителя, зависит только от должника, следовательно, поручитель, взявший на себя обязательство в момент заключения договора поручительства, должен сохранить возможность исполнить его (обязательство) в течение всего срока действия договора.

Договор поручительства начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора, поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

В случае просрочки исполнения ООО «ТВК-АТИАС» своих обязательств перед АО «МСП Банк» и, соответственно, в силу сущности правоотношений по обеспечению обязательств поручительством, ФИО1 должен был как солидарный должник начать исполнение обязательств перед АО «МСП Банк» по кредитному договору, чего им сделано не было. Обязательство ООО «ТВК-АТИАС» перед АО «МСП БАНК» стало личным обязательством ФИО1 в солидарном порядке с момента заключения договора поручительства и АО «МСП БАНК» имело законное право предъявить требования об исполнении обязательства по кредитному договору к ФИО1 и, как указано выше, оно им воспользовалось. Однако ФИО1 оставил данное требование без внимания и, напротив, произвел отчуждение дорогостоящего имущества во время судебного разбирательства по вышеуказанному гражданскому делу о взыскании с него, ООО «ТВК-АТИАС» и ООО «АТМ-Механизация» денежных средств по Кредитному договору как с поручителей в солидарном порядке.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совершенная сторонами сделка заключена целью причинения вреда в пользу заинтересованного лица, была направлена на причинения вреда, имущественным интересам кредиторов, делала невозможным последующее исполнение должником обязательств перед кредиторами, в том числе перед банком, совершена безвозмездно, ее исполнение влекло за собой уменьшение конкурсной массы должника, а действия сторон договора по его заключению и исполнению, носили недобросовестный характер.

При этом, как указано выше, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно, в отношении заинтересованного лица.

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. В целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях названного Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как установлено судами и не опровергается лицами, участвующими в обособленном споре, ответчик является сыном должника.

Таким образом, одаряемый является заинтересованным лицом по отношению к дарителю применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

Кроме того, как указано выше цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно.

На основании пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 2 статьи 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Учитывая правовую природу договора дарения (ст. 572 ГК РФ), характерным признаком этого договора является безвозмездность, которая исходя из смысла указанной нормы означает, что даритель не получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого.

Из этого следует, что в результате заключения должником спорного договора уменьшилась стоимость имущества должника, за счет которого кредиторы могли бы получить удовлетворение по обязательствам, в том числе в рамках процедуры банкротства.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорная сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, спорная сделка совершена безвозмездно в пользу заинтересованного лица (абз. 3 пункта 5 Постановления от 23.12.2010 №63).

Кроме того, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Как указано в абз. 7 пункта 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)", при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате совершения спорной сделки кредиторы должника лишились возможности получить удовлетворение своих требований на данную сумму денежных средств, то есть, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов (абз. 4 пункта 5 Постановления от 23.12.2010 №63).

Также, суд первой инстанции верно отметил, что к моменту совершения сделки другая сторона сделки знала или должна была знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Ответчик, являясь сыном должника, знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника, перед которыми должник несет солидарную ответственность, а значит, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (пункт 7 Постановления от 23.12.2010 N 63).

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, суды пришли к правильному выводу о том, что имеются достаточные основания для признания сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы должника, суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что вопреки доводам жалобы должника о наличии собственных кредитных обязательств, по которым он являлся добросовестным плательщиком, ФИО1 знал о наличии у него долговых обязательств как поручителя по кредитному договору по обязательствам ООО «ТВК-АТИАС». Заключая кредитные договоры с Банком «Юникредит» и своевременно их погашая, ФИО1 как добросовестный плательщик должен был погашать и задолженность ООО «ТВК-АТИАС». Однако, исполнение кредитных обязательств одного Банка и игнорирование кредитных обязательства перед другим Банком (с 20.06.2013), не свидетельствует о добросовестности поведения ФИО1 и его платежеспособности.

Доводы должника о том, что своевременность ипотечных платежей свидетельствует о его устойчивом положении, признаны судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку ответчиком не представлено доказательств достаточности денежных средств на погашение кредитов.

Апелляционный суд, отклоняя доводы апелляционной жалобы, также обоснованно указал, что в результате заключения договора дарения от 11.11.2016 должник стал отвечать признакам недостаточности имущества, поскольку имущественной массы, находившейся в собственности ФИО1 стало недостаточно для покрытия им как поручителем по Кредитному договору своего значительного обязательства. Указанное подтверждается ответами государственных регистрирующих органов и сведениями из открытых источников.     

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационных жалоб аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационных жалобах доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции. Между тем, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводы кассационной жалобы, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своего документарного подкрепления не нашли. Изложенные в кассационных жалобах возражения свидетельствуют о несогласии с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 по делу № А40-217022/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий - судья                                       В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                   О.Н. Савина

  Д.В. Каменецкий