АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 ноября 2022 года

Дело №

А26-1611/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 ноября 2022 года

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Казарян К.Г., судей Зарочинцевой Е.В., Яковлева А.Э., 

рассмотрев 22.11.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 18.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда 23.08.2022 по делу № А26-1611/2019,

у с т а н о в и л:

В рамках конкурсного производства, открытого в отношении общества с ограниченной ответственностью «ПетроЧерМет», адрес: 185035, г. Петрозаводск, ул. Анохина, 33- 5, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), решением Арбитражного суда Республики Карелия 08.04.2019, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1 и взыскании с них солидарно 90 822 719 руб. 69 коп.

Определением суда первой инстанции от 18.04.2022 ФИО3 и ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, с Карася П.В. в конкурсную массу должника взыскано 90 858 220 руб. 51 руб.; с ФИО1 солидарно с Карасем П.В. – 33 253 674 руб. 82 коп.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2022 определение от 18.04.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит отменить названные судебные акты.

По мнению подателя кассационной жалобы, основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности отсутствовали, поскольку доказательств наличия у ФИО1 статуса контролирующего должника лица не представлено, причинно-следственная связь между оказываемыми должнику индивидуальным предпринимателем ФИО1 услугами перевозки и последующее банкротство Общества не подтверждена.

В отзыве Федеральная налоговая служба возражает по касационой жалобе, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб.

Проверив законность принятых по делу судебных актов исходя из приведенных в кассационной жалобе доводов, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усмотрел оснований для ее удовлетворения.

Как установлено судами, ФИО3 являлся единственным участником Общества и лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени указанного юридического лица; ФИО1 состояла в брачных отношениях с Карасем П.В. 

Ссылаясь на невозможность удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника за счет его имущества, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – Карася П.В. и ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпунктам 1, 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Порядок квалификации действий контролирующих должника лиц на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в силу которого под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 26 Постановления № 53, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. 

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Как установлено судами, решением налогового органа от 29.08.2019 № 4.4-199 Общество привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, указанным решением Обществу доначислен налог на прибыль, зачисляемый в федеральный бюджет, за 2014, 2015 и 2016 годы в сумме 2 303 512 руб., пени на недоимку по налогу на прибыль, зачисляемому в федеральный бюджет, – 919 264 руб. 25 коп., взысканы штрафные санкции по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) – 10 814 руб. и по пункту 3 статьи 122 НК РФ – 40 895 руб.; доначислен налог на прибыль, зачисляемый в бюджет субъекта Российской Федерации, за 2014, 2015 и 2016 годы в сумме 20 731 609 руб., начислены пени на недоимку по налогу на прибыль, зачисляемому в бюджет субъекта Российской Федерации, – 8 282 261 руб. 85 коп., взысканы штрафные санкции по пункту 1 статьи 122 НК РФ – 97 332 руб. и по пункту 3 статьи 122 НК РФ – 368 055 руб.; взысканы штрафные санкции по пункту 1 статьи 126.1 НК РФ в сумме 375 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 02.07.2020 по делу № А26-2293/2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020 по тому же делу, отказано в удовлетворении заявления Общества к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Петрозаводску о признании недействительным вышеназванного решения.

В рамках указанного дела суды установили, что денежные средства, поступившие на расчетный счет индивидуального предпрпнимателя ФИО1, в том числе от должника, в дальнейшем «транзитом» (в течение 1-2 банковских дней) перечислялись на корпоративные счета предпринимателя с последующим списанием на корпоративные карты, в том числе открытые на имя Карася П.В. и ФИО1; в течение проверяемого периода на корпоративные банковские карты Карася П.В. и ФИО1. было перечислено 308 395 000 руб., в том числе на имя Карася П.В. – 130 660 000 руб., а на имя ФИО1. – 177 735 000 руб.

Суды признали доказанным налоговым органом совершение сделок Обществом и ФИО1 по нерыночным ценам, участие ФИО1 непосредственно под контролем руководителя и учредителя должника Карася П.В. в деятельности по «обналичиванию» денежных средств в личных, а также иных целях, не связанных с предпринимательской деятельностью общества и предпринимателя. 

Приняв во внимание установленные в рамках дела № А26-2293/2020 обстоятельства и отметив, что задолженность перед Федеральной налоговой службой, требования которой включены в реестр требований кредиторов должника, образовалась при непосредственном участии ФИО1, суды обоснованно признали доказанным наличие у ФИО1 статуса контролирующего должника лица, в связи с чем правомерно привлекли солидарно ФИО1 и Карася П.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества перед ФНС. 

Довод ФИО1 об обратном был предметом исследования судов и правильно отклонен ими. 

Как верно указали суды, согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 3 Постановления № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника. 

Между тем, в силу пункта 7 Постановления № 53 контролирующим должника лицом также является лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов.

Учитывая установленные судами обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО1 являлась выгодоприобретателем по незаконной деятельности должника по «обналичиванию» денежных средств, вывод судов о признании за ФИО1 статуса контролирующего должника лицом, не опровергнутый подателем жалобы, следует признать обоснованным и соответствующим обстоятельствам дела.

Поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нормы материального и процессуального права применены правильно, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 18.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда 23.08.2022 по делу № А26-1611/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

К.Г. Казарян

Судьи

Е.В. Зарочинцева

А.Э. Яковлев