№ 09АП-29780/2017

Дело № А40-194252/16

г. Москва

24 августа 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2017 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 24 августа 2017 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи П.А. Порывкина,  

судей Т. Б. Красновой, М.С. Сафроновой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК»

на определение Арбитражного суда г.Москвы от 15.05.2017

по делу №А40-194252/16, вынесенное судьёй ФИО3,

о включении в реестр требований кредиторов АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» требований ФИО2 в размере 169 852 560,31 руб. (основной долг) - в третью очередь удовлетворения как обеспеченных залогом имущества должника, 

в деле о банкротстве АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» - ФИО4 – дов. от 17.07.2017г.

от ФИО2 – ФИО5 – дов. от 07.02.2017г.

ФИО2 (лично) паспорт

У С Т А Н О В И Л:

Приказом Банка России от 12.08.2016г. №ОД-2607 у АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Приказом Банка России от 12.08.2016г. №ОД-2608 назначена временная администрация.

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 10.11.2016г. АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ГК «Агентство по страхованию вкладов».

ФИО2 обратился в Арбитражный суд г.Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 169 852 560,31 руб. как обеспеченных залогом.

Определением Арбитражного суда г.Москвы от 15.05.2017г. включены в реестр требований кредиторов АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» требования ФИО2 в размере 169 852 560,31 руб. (основной долг) – в третью очередь удовлетворения как обеспеченные залогом имущества должника.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 15 мая 2017г. по делу №А40-194252/16-78-104«Б» изменить в части определения очереди удовлетворения требований ФИО2 из договора вклада: включить требование ФИО2 из договора вклада в реестр требований кредиторов банка в первую очередь удовлетворения; в остальном оставить определение суда первой инстанции от 15 мая 2017г. по делу №А40-194252/16-78-104«Б» без изменений.

В жалобе заявитель указывает, что при заключении договора вклада действия и заявления сотрудников банка были направлены на то, чтобы убедить кредитора в том, что предлагаемые ему условия вклада, как и порядок заключения договора вклада являются обыкновенными для той категории вкладчиков, к которой банк относит данного кредитора. А именно, при заключении договора вклада сотрудники банка действовали таким образом, чтобы убедить кредитора в том, что для вкладчиков, передающих банку во вклад крупные суммы, существуют собственные условия вкладов, которые банк вправе им предложить. При этом речь шла не о привилегиях для конкретного вкладчика, а о специальных условиях вкладов для обособленной категории вкладчиков – общих для данной категории.

Такой подход представляется вполне разумным с учетом того, что крупный вклад в банк неминуемо означает повышенный риск вкладчика, и чем больше вклад, тем этот риск выше, поскольку фактически вкладчик передает денежные средства банку в свободное пользование, но при этом максимальное страховое возмещение по вкладам – на случай, если банк будет не в состоянии возвратить сумму вклада по наступлении срока возврата вклада – составляет всего 1,4 млн. руб. для всех счетов вкладчика в этом банке в совокупности.

Таким образом, ФИО2 не знал и не мог знать, что часть условий заключаемого с ним договора вклада в действительности являются индивидуальными, а не предоставляются всем крупным вкладчикам банка. Будучи добросовестным вкладчиком, ФИО2 был введен в заблуждение относительно сущности заключаемого с ним договора и даже при проявлении должной степени заботливости и осмотрительности не знал и не мог узнать о том, что заявления сотрудников банка о том, что крупным вкладчикам предоставляются специальные условия вкладов с целью привлечения инвестиций в банк, не соответствуют истине.

Более того, как неоднократно отмечал в ходе рассмотрения заявления конкурсный управляющий, ряд документов банка утерян и в настоящий момент не может быть обнаружен.

В этой связи представленные конкурсным управляющим протокол №22/2014 заседания Правления банка от 23 мая 2014г. с приложенными проформами договора вклада и протокол №34/2014 заседания Правления банка от 11 сентября 2014г. с приложенным альбомом ставок по вкладам физических лиц не могут считаться исчерпывающим доказательством непубличности договора вклада, заключенного с ФИО2 Равным образом наличие этих документов не опровергает и довод ФИО2 о том, что, согласно заявлениям сотрудников банка при заключении договоров вклада, банк предоставлял специальные условия вкладов для крупных вкладчиков, поскольку в связи с тем, что масса документов банка была утеряна, невозможно с достоверностью установить, что предоставленные конкурсным управляющим доказательства действительно являются единственными и исключительными, и какие-либо иные проформы договоров вклада и альбомы ставок по вкладам отсутствуют.

Таким образом, вышеуказанные документы, предоставленные конкурсным управляющим, не могут являться основанием для квалификации договора вклада в качестве договора займа.

Квалифицируя договор вклада в качестве договора займа, суд первой инстанции не учел, что конкурсным управляющим не доказано, что договоры займа денежных средств у физических лиц заключались банком на условиях, аналогичных тем, которые были предложены ФИО2 при заключении договора вклада.

Суд первой инстанции проигнорировал то, что в материалах дела о банкротстве банка имеется договор срочного банковского депозита, заключенного с ООО «Юридическая служба», в соответствии с п.2.1.6 которого, банк обязался, как и в случае с ФИО2, заключить со вкладчиком договор залога недвижимого имущества, принадлежащего банку, для обеспечения обязательств банка по указанному договору. Из этого договора, как минимум, следует, что ФИО2 не был единственным вкладчиком, в обеспечение вклада которого банк предоставил залог принадлежащего ему недвижимого имущества.

Суд первой инстанции также не учел, что ФИО2 не имел намеренийзаключать договор займа, и даже если такие намерения имелись у банка, о них не знали знать не мог. При этом суд первой инстанции незаслуженно возложил на ВоробьеваБ.В. ответственность за допущенное банком злоупотребление своим преимущественным по отношению к вкладчику положением, при котором вкладчик фактически не имеет возможности удостовериться в действительности или ложности заявлений сотрудников банка и предоставляемых ими на обозрение документов при всей проявляемой им осмотрительности и заботливости.

Соглашаясь с доводами конкурсного управляющего, суд первой инстанции не учел, что, заявляя о непубличности договора вклада с ФИО2, конкурсный управляющий совершенно явно злоупотребляет своими правами, поскольку осознает, что основания для оспаривания договора вклада в рамках дела о банкротстве банка отсутствуют, и пытается любыми другими способами воспрепятствовать законному осуществлению прав ФИО2 как вкладчика банка.

Более того, квалифицировав договор вклада с ФИО2 в качестве договора займа и определив включить требования ФИО2 в реестр банка для удовлетворения в третью очередь, суд первой инстанции по сути применил последствия ничтожности притворной сделки, что незаконно.

ФИО2 никогда не имел намерений заключать с банком договор займа. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ, намерения лишь одного участника совершить притворную сделку для применения нормы о последствиях ничтожности притворной сделки недостаточно (п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. N25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ").

Также суд первой инстанции неправомерно применил последствия ничтожности притворной сделки, не приняв во внимание, что (а) одна из сторон сделки не имела намерений заключать притворную сделку и (б) конкурсный управляющий не заявлял требований о применении последствий ничтожности притворной сделки, а оснований для их применения по собственной инициативе у суда первой инстанции отсутствовали.

В соответствии с пп.2 п.3 ст.189.92 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», требования физических лиц из договоров вклада удовлетворяются в рамках конкурсного производства в первую очередь.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК»  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда г.Москвы от 15.05.2015г. по делу №А40-194252/2016; принять по делу новый судебный акт, отказать в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требований в размере 169 852 560,31 руб. в реестр требований кредиторов банка, как обеспеченных залогом имущества должника.

В жалобе заявитель указывает, что выводы суда первой инстанции о наличии задолженности банка перед ФИО2 в установленном размере не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование заявленных требований ФИО2 ссылается на неисполнение банком своих обязательств по возврату суммы вклада по договору №11000 срочного банковского вклада (депозита) от 11.12.2014г., заключенного между банком и ФИО2 По мнению кредитора, задолженность банка составляет 169 852 560,31 руб.

Указанные обстоятельства не соответствуют действительности в связи со следующим.

Банком в материалы дела представлена выписка по расчетному счету, в соответствии с которой, ФИО2 11.08.2015г. произведено единовременное снятие денежных средств со счета вклада (депозита) в размере 148 500 000,00 руб.

В соответствии с п.3.1 договора вклада, вкладчик имеет право, начиная с 4-го месяца с даты подписания настоящего договора, ежемесячно снимать со вклада сумму, не превышающую 5 000 000,00руб.

Согласно п.4.8 договора вклада, в случае превышения вкладчиком установленного настоящим договором лимита на ежемесячное востребование со вклада (депозита) суммы, проценты по вкладу пересчитываются по ставке вклада (депозита) «до востребования», действующей в банке на момент превышения лимита на востребование суммы. В этом случае банк в день превышения вкладчиком установленного настоящим договором лимита суммы производит начисление процентов на оставшуюся сумму вклада (депозита) по ставке «до востребования».

В нарушение п.4.8 договора вклада проценты по договору начислялись и выплачивались вкладчику без перерасчета процентной ставки. 

Таким образом, по договору №11000 срочного банковского вклада (депозита) от 11.12.2014г. сумма излишне выплаченных вкладчику процентов составляет 18 105 061,85 руб. Поскольку после перевода денежных средств в размере 148 500 000,00 руб. остаток по счету вклада составил 1 500 000,00 руб., при этом кредитору было выплачено 18 105 061,85 руб., задолженность ФИО2 в размере 100 000,00 руб. по договору вклада исключена конкурсным управляющим из реестра требований кредиторов банка, задолженность банка перед ФИО2 в общем размере 169 852 560,31 руб. по договору вклада погашена, в связи с чем правовые основания для учета заявленных ФИО2 требований в реестре требований кредиторов банка отсутствуют.

ФИО2 отрицает факт перевода денежных средств в размере 148 500 000,00 руб., однако при анализе выписки по лицевому счету ФИО2 можно сделать вывод, что проценты по договору вклада начислялись и выплачивались ФИО2 только на оставшуюся сумму вклада в размере 1 500 000,00 руб., в связи с чем ФИО2 не мог не знать о переводе денежных средств в размере 148 500 000,00 руб.

Поскольку обязательства по договору банковского вклада не являются текущими, проценты, предусмотренные указанным договором, а также финансовые санкции не начисляются с 12.08.2016г. Таким образом, неустойка, начисленная с 30 августа 2016г. в размере 3 840 000,00 руб., а также проценты, начисленные с 12.08.2016г. в размере 3 850 819,67 руб., не подлежат включению в реестр требований кредиторов на основании ст.189.76 Закона о банкротстве, ст.20 ФЗ «О банках и банковской деятельности».

ФИО2 предоставил письменный отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего, в котором указал, что с доводами жалобы не согласен и, с учетом доводов собственной апелляционной жалобы, просит оставить определение в силе, изменив его лишь в части очередности удовлетворения требований истца.

Проверив доводы апелляционных жалоб, изучив материалы дела, выслушав представителей конкурсного управляющего АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК», ФИО2, ФИО2 лично, поддержавших свои правовые позиции, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 11 декабря 2014г. между АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» (ОАО) и ФИО2 был заключен договор №11000 срочного банковского вклада (депозита) физического лица. По договору вклада 15 декабря 2014г. ФИО2 передал банку во вклад 150 000 000 рублей. Приняв указанную сумму вклада, банк зачислил ее во вклад на открытый банком счет по вкладу №42306810600001000471, что подтверждается выпиской по счету, и обязался возвратить сумму вклада с уплатой начисленных на нее процентов в порядке и на условиях, предусмотренных договором вклада.

Срок хранения вклада составляет 2 года.

П.1.5 договора вклада предусмотрено, что банк выплачивает ФИО2 проценты на сумму вклада из расчета 13% годовых в валюте вклада.

Дополнительным соглашением №1 от 16 декабря 2014г. к договору вклада размер выплачиваемых на сумму вклада процентов был увеличен до 18% годовых в валюте вклада. Дополнительное соглашение вступило в силу с даты его подписания.

На основании п.6.2 договора вклада, в обеспечение своих обязательств по возврату суммы вклада и начисленных на нее процентов, а также иных сумм, причитающихся ФИО2, банк предоставил ФИО2 в залог нежилое помещение общей площадью 1 236,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, принадлежащее банку на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве, серия 77-АН № 581967. Залог помещения оформлен договором залога нежилого помещения от 11 декабря 2014г.

В соответствии с п.1.4 договора залога, залогом обеспечиваются следующие требования ФИО2: возврат суммы вклада в размере 150 000 000 рублей; уплата процентов на сумму вклада; уплата неустойки в размере 0,1% от суммы денежных средств, находящихся на счете вклада, за каждый день просрочки возврата вклада; возмещение убытков вследствие неисполнения, просрочки исполнения или иного ненадлежащего исполнения обеспечиваемого обязательства в части, не покрытой неустойкой; уплата процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате; возмещение судебных издержек и иных расходов, вызванных обращением взыскания на помещение; возмещение расходов на реализацию помещения; дополнительные расходы ФИО2 по обеспечению сохранности помещения на его содержание, охрану либо погашение задолженности банка по связанным с помещением налогам, сборам или коммунальным платежам. Залог обеспечивает требования ФИО2 в том объеме, который они будут иметь к моменту их удовлетворения.

19 августа 2016г. ФИО2 было направлено в банк уведомление о задолженности с приложением подтверждающих задолженность документов, расчета задолженности и банковских реквизитов для перечисления суммы долга.

От временной администрации банка был получен ответ (исх. №150-ВА от 30 августа 2016г.) о том, что в связи с отзывом у банка лицензии удовлетворение требований ФИО2 невозможно и что исполнение обязательств перед кредиторами кредитной организации производится в ходе конкурсного производства в очередности, предусмотренной Законом о банкротстве.

Таким образом, задолженность банка перед ФИО2 из договора вклада не была погашена, в связи с чем по заявлению ФИО2 на договоре залога нотариусом была совершена исполнительная надпись. Исполнительная надпись на договоре залога совершена с учетом того факта, что ФИО2 была компенсирована сумма в размере 1 400 000 руб. в порядке обязательно страхования банковских вкладов физических лиц.

В адрес временной администрации банка было направлено новое требование от 26 сентября 2016г. о включении в реестр требований кредиторов суммы задолженности банка перед ФИО2 (вх. №443-ВА от 26 сентября 2016г.) Ответ от временной администрации не последовал.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО2 с настоящим заявлением в суд.

В соответствии с п.1 ст.18985 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявлять свои требования к банку в период деятельности в банке временной администрации в порядке, предусмотренном ст.189 2 Законом о банкротстве.

В соответствии с п.2 ст.189104 Закон о банкротстве, в течение одного месяца со дня опубликования объявления о признании ликвидируемой кредитной организации банкротом кредиторы вправе предъявить свои требования к ликвидируемой кредитной организации.

Согласно пп.1,12 ст.18985 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявлять свои требования к кредитной организации в любой момент в ходе конкурсного производства, а также в порядке, установленном ст.18932 ФЗ о банкротстве, в период деятельности в кредитной организации временной администрации по управлению кредитной организацией. Требования кредиторов, предъявленные к кредитной организации в период деятельности в ней временной администрации по управлению кредитной организацией, но не рассмотренные временной администрацией по управлению кредитной организацией на день истечения ее полномочий, считаются предъявленными в день опубликования сведений о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства и рассматриваются (устанавливаются) в порядке, установленном данной статьей.

В соответствии с п.15 ст.18932 Закона о банкротстве, временная администрация банка обязана включить требование в реестр кредиторов не позднее 30 рабочих дней с момента получения требования, либо в тот же срок предоставить обоснованный отказ.

В соответствии с п.5 ст.189 Закона о банкротстве, возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее чем в течение пятнадцати календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования.

В соответствии с п.3 ст.189 Закона о банкротстве, требования физических лиц, являющихся кредиторами банка по заключенным с ним договорам банковского вклада (счета), удовлетворяются в первую очередь.

Согласно п.4 ст.18992 Закона о банкротстве, требования кредиторов по обязательству, обеспеченному залогом имущества банка, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога преимущественно перед иными кредиторами, за исключением обязательств перед кредиторами первой и второй очереди.

В силу ст.834 ГК РФ, по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, признается публичным договором (ст.426).

В целях проверки возможности отнесения указанного договора к публичным договорам, договорам присоединения был представлен в материалы дела альбом ставок по договорам банковского вклада АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» с физическими лицами, утвержденных протоколом заседания правления №32/2014 от 11.09.2014г. Представленные в материалы дела ФИО2 договоры банковского вклада не соответствуют по    форме и содержанию типовым договорам банковского вклада. Сведения о публичной оферте на условиях, установленных в договорах между банком и ФИО2, отсутствуют.

В частности, п.1.5 договора вклада предусмотрено, что банк выплачивает ФИО2 проценты на сумму вклада из расчета 13% годовых в валюте вклада. Дополнительным соглашением №1 от 16 декабря 2014г. к договору вклада размер выплачиваемых на сумму вклада процентов был увеличен до 18% годовых в валюте вклада. При этом, согласно альбому ставок по вкладам, максимальный процент годовых на сумму вклада был предусмотрен в размере 11,9%.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пояснения сторон суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что представленные договоры не отвечают признаку публичности, обязательному для договоров банковского вклада, в соответствии со ст.834 ГК РФ.

В связи с тем, что представленный ФИО2 договор банковского вклада указывает на факт передачи денежных средств со сроком их возврата, суд верно квалифицировал указанный договор как договор займа, заключенный между банком и кредитором.

Доводы возражений представителя конкурсного управляющего, согласно которым ФИО2 были частично сняты со счета денежные средства, судом справеливо отклонены как не подтвержденные документально, представленная конкурсным управляющим выписка по счету заявителя противоречит выписке по счету заявителя за аналогичный период, представленной ФИО2, а также первичным документам, представленным заявителем на обозрение суда. Оригиналы документов в обоснование возражений представителем конкурсного управляющего не представлены.

При этом ходатайство о фальсификации доказательств представителем конкурсного управляющего не заявлено.

Возражения представителя конкурсного управляющего о недобросовестности действий ФИО2 судом также правомерно отклонены как не подтвержденные документально, носящие предположительный характер.

Иные доводы возражений представителя конкурсного управляющего судом рассмотрены и также верно оценены судом критически как не относимые к предмету спора.

Расчет заявленных требований судом проверен, соответствует требованиям ст.ст.189.83, 183.84 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд правомерно пришел к выводу об обоснованности заявленного требования в размере 169 852 560,31 руб., с учетом процентов за пользование займом, в связи с чем требование подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества должника.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что определение суда принято в соответствии с действующим законодательством, с учетом всех обстоятельств дела, доводы апелляционных жалоб направлены по существу на переоценку доказательств по делу, поэтому оснований для отмены или изменения обжалуемого определения не имеется.

Руководствуясь ст.ст.266-269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г.Москвы от 15.05.2017г. по делу №А40-194252/16 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего АО АКБ «ГАЗСТРОЙБАНК» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  П.А. Порывкин 

Судьи:  Т.Б. Краснова 

 М.С. Сафронова 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.