АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 апреля 2022 года

Дело №

А42-4314/2021

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Захаровой М.В., судей Рудницкого Г.М.,                  Сергеевой И.В.,  

при участии от акционерного общества «Рыбопромысловая фирма «Вариант» ФИО1 (доверенность от 30.08.2021), ФИО2 (паспорт), ФИО3 (паспорт), 

рассмотрев 14.04.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Рыбопромысловая фирма «Вариант» и  ФИО2 на решение Арбитражного суда Мурманской области от 05.10.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2022 по делу № А42-4314/2021,

у с т а н о в и л:

Акционерное общество «Рыбопромысловая фирма «Вариант», адрес: 183038, 

<

...>,                              ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), в лице ФИО2 обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании с ФИО3 1 500 654 руб. 17 коп. убытков. 

Решением суда от 05.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 14.01.2022, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Общество и ФИО2, ссылаясь на нарушение судами норм материального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска. Податели жалобы привели доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы, полагают, что доказали совокупность обстоятельств, необходимых для взыскания убытков. По мнению кассатора, суды не учли, что судно «Нерей» не использовалось и не могло использоваться Обществом для ведения предпринимательской деятельности в 2018 году после заключения договора от 24.12.2018 № 2/2018; не учли, что ФИО3 с нарушением подпункта 1 пункта 2 статьи 346.5 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) незаконно снизил базу для расчета единого сельскохозяйственного налога (далее – ЕСХН) за 2018 год на сумму затрат по оплате доли в праве собственности на судно «Нерей» по договору, произведенной актом зачета от 31.12.2018 № 14 в размере 98 935 532 руб. Также кассатор считает, что ФИО3 в соответствии со статьей 18 НК РФ обязан был подать уточненную налоговую декларацию, оплатить недоимку и пени, однако этого не сделал, следствие чего Общество уплатило пени в размере 1 500 654 руб. 17 коп. Таким образом, как указывает заявитель, выплата пеней Обществом является прямым следствием незаконного поведения ФИО3 Подробно доводы изложены в самой жалобе.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель Общества и ФИО2 поддержали доводы кассационной жалобы, а ФИО3 против ее удовлетворения возражал.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, в период с 13.03.2018 по 13.02.2020 ФИО3 исполнял функции единоличного исполнительного органа Общества, что подтверждается решением общего собрания акционеров Общества от 13.03.2018, решением акционера Общества от 13.02.2020 и выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц. 

Исходя из представленных в материалы дела дополнительных документов (бухгалтерской справки с расчетом размера доплаты ЕСХН и пеней, договора купли-продажи доли судна от 24.12.2018 № 2/2018, акта взаимозачета от 31.12.2018 № 14) Общество в период исполнения ФИО3 функций единоличного исполнительного органа Общества уменьшило базу по ЕСХН за 2018 год на сумму затрат по оплате доли в праве собственности на судно «Нерей» по указанному договору купли-продажи, произведенной 31.12.2018 актом зачета в размере 98 935 532 руб.

Право собственности на долю 60% судна МК-0185 «Нерей» зарегистрировано в Государственном судовом реестре 23.01.2019 за                                   № 200526003, что подтверждается свидетельством о праве собственности на судно. 

По результатам мероприятий налогового контроля Инспекцией Федеральной налоговой службы России по г. Мурманску в адрес Общества направлено сообщение от 19.01.2021 № 06-16/001112 «Об уточнении налоговых обязательств», в котором указано о превышении Обществом пределов осуществления прав по формированию налоговой базы по ЕСХН и предложено с целью исключения фактов признания получения необоснованной налоговой экономии в виде расходов по ЕСХН, неисчисления и неуплаты налога на имущество организаций оценить финансово-хозяйственные операции, отраженные в налоговой отчетности на предмет их экономической обоснованности и достоверности, оценку рисков и в срок до 22.01.2021 уточнить налоговые обязательства путем предоставления деклараций за соответствующий налоговый период. 

Основанием для выводов о возможном получении Обществом необоснованной налоговой выгоды послужили сведения о том, что судно                    МК-0185 «Нерей» в спорный период не эксплуатировалось, в то время как в силу положений статьи 346.5 НК РФ расходы, уменьшающие налогооблагаемую базу по ЕСХН, учитываются только по основным средствам и нематериальным активам, используемым при осуществлении предпринимательской деятельности. 

Общество 21.01.2021 подало уточненную налоговую декларацию по ЕСХН за 2018 год. 

В результате внесенных изменений у Общества возникла обязанность доплатить 5 936 132 руб. налога и 1 500 654 руб. 17 коп. пеней за 2018 год. 

Полагая, что действиями директора Обществу причинены убытки в виде пеней, уплаченных Обществом, в связи с неполной уплатой ЕСХН за 2018 год, ФИО2, став собственником акций (100%) Общества с 12.02.2020, обратился с настоящим иском в суд.

Ответчик по заявленным требованиям возражал, в отзыве на исковое заявление указал, что истец, исчислив и выплатив в бюджет взыскиваемую в качестве убытков сумму, осуществил налоговое планирование, которое само по себе не может стать основанием для взыскания с руководителя убытков в пользу Общества, при непредставлении истцом доказательств того, что ответчик имел умысел, направленный на уклонение от уплаты налогов. При этом ответчик полагал, что ФИО2 знал и одобрил предполагаемое формирование налоговой базы по ЕСХН в указанный период, в связи с чем подача иска является злоупотреблением правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). По мнению ответчика, как ФИО2, так и новый директор Общества, при должной осмотрительности и заботливости должны были быть осведомлены о неправомерном включении в состав расходов расходы по приобретению и ремонту судна МК-0185. Невыполнение своих функций и полномочий вновь избранным исполнительным органом, которое по статусу обязано их выполнять, является обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии вины в действиях ответчика. Кроме того, ответчик не согласился с позицией истца о неправомерном включении в состав расходов для целей ЕСХН затрат на приобретение и ремонт судна МК-0185.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ и пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества (в частности, директор) должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу статьи 53.1 ГК РФ и пункта 2 статьи 71 Закона № 208-ФЗ единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. 

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

По общему правилу общество, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями. При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. Данная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, а также в пункте 6 Постановления № 62.

Руководствуясь названными выше положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, придя к выводу об отсутствии необходимой совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, суды отказали в удовлетворении требований.        

Мотивы, по которым суды пришли к такому выводу, подробно приведены в судебных актах.

Судебные инстанции исходили из того, что материалы дела не содержат доказательства, подтверждающие, что ответчиком совершались налоговые правонарушения в спорный период (непредставление налоговой или бухгалтерской отчетности, уклонение от рекомендаций органов управления Обществом, несвоевременная оплата налогов и сборов), либо каким-либо иным способом ответчик ненадлежащим образом исполнял публично-правовые обязанности. Доказательств намеренного искажения ответчиком бухгалтерской и налоговой отчетности истцом также не представлено.

Более того, судами установлено, что ФИО2 было известно обо всей финансовой деятельности Общества. Выразив свое согласие с одобрением деятельности Общества, не подняв вопрос об аудиторской проверке бухгалтерской и налоговой отчетности, не высказав своего отрицательного отношения в части налоговых претензий, ФИО2 тем самым одобрил за 2018 год порядок исчисления налога, согласившись с внесением недостоверных сведений в налоговую и бухгалтерскую отчетность в связи с неверным, по его мнению, исчислением ЕСХН. 

По результатам получения письма налогового органа истец подал уточненную налоговую декларацию в части внесения изменений в формируемую налоговую базу и доплатил ЕСХН, а также пени, и эти действия, как правильно указывает суды, являются добровольным действием последнего, самостоятельно произведенным в рамках обычной хозяйственной деятельности. Регистрирующий орган не проводил проверок и не доначислял в установленном порядке обязательные к взысканию суммы. 

Как учтено судами, Общество, исчислив и выплатив в бюджет сумму налога и пени, осуществило налоговое планирование, которое само по себе не может быть основанием для взыскания убытков с руководителя.

Суды, учитывая установленные обстоятельства, сочли недоказанным нарушения ответчиком обязанности действовать в интересах Общества.

Довод о том, что истец доказал совокупность обстоятельств, необходимых для взыскания убытков, при этом действия генерального директора выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности, противоречит выводам судов, сделанным на основе оценки представленных доказательств и приведенных выше правовых норм.

Как следует из мотивировочных частей обжалуемых судебных актов, приводимые истцом утверждения являлись предметом исследования судов обеих инстанций, получили оценку и отклонены с приведением подробного изложения соответствующих причин.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать выводы судебных инстанций, основанные на представленных в материалы дела доказательствах, переоценивать данные доказательства, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ).

Нарушений норм материального либо процессуального права, являющихся в соответствии со статьями 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Ввиду изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены решения и постановления апелляционного суда.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Мурманской области от 05.10.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2022 по делу № А42-4314/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу акционерного общества «Рыбопромысловая фирма «Вариант» и  ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

М.В. Захарова

Судьи

Г.М. Рудницкий

И.В. Сергеева