АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«

Дело №А38-6032/2019

г. Йошкар-Ола

28» февраля 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 28 февраля 2020 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл 

в лице судьи Щегловой Л.М.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314230801700043)

к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 31811500013582)

о взыскании основного долга и договорной неустойки

и встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 31811500013582)

к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314230801700043)

о расторжении договора и взыскании суммы обеспечительного платежа

третье лицо индивидуальный предприниматель ФИО4

с  участием представителей:

от истца – ФИО5 по доверенности от 18.12.2018,

от ответчика – ФИО6 по доверенности от 25.07.2019,

от третьего лица - не явился, извещен по правилам статьи 123 АПК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Истец, индивидуальный предприниматель ФИО2, обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, индивидуальному предпринимателю ФИО3, о взыскании долга по арендной плате по договору аренды нежилого помещения от 27.03.2019 за апрель и май 2019 года в сумме 64512 руб. 58 коп., неустойки в размере 13480 руб. 24 коп., а также, начиная с 09.07.2019, по день фактической уплаты долга.

В исковом заявлении и дополнении к нему изложены доводы о ненадлежащем исполнении ответчиком условий договора аренды о сроке внесения арендной платы. Кроме того, участником спора отмечено, что согласно пункту 4.12 договора аренды в обеспечение надлежащего исполнения соглашения арендатор перечисляет арендодателю обеспечительный взнос в размере 50670 руб. При этом во исполнение указанного пункта ответчиком внесена в качестве обеспечительного платежа денежная сумма в размере 45000 руб. Указанная сумма была засчитана истцом в счет арендной платы за март 2019 года (с 27.03.2019 по 31.03.2019) в сумме 8172 руб. 58 коп. и за апрель 2019 года в размере 36827 руб. 40 коп. Остаток задолженности за апрель 2019 года составил 13842 руб. 60 коп.

В правовом обосновании требований приведены ссылки на статьи 309, 329, 330, 614 ГК РФ (т.1, л.д. 8-9, 30).

В судебном заседании истец поддержал исковые требования, заявил о доказанности передачи имущества в аренду и незаконности уклонения ответчика от внесения арендной платы (протокол и аудиозапись судебного заседания от 25.02.2020).

Ответчик в отзыве на иск и в судебном заседании требования не признал и заявил об уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ ввиду явной несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства, просил суд снизить ее размер до 1000 руб. (т.2, л.д. 44, протокол и аудиозапись судебного заседания от 25.02.2020).

В ходе судебного разбирательства ИП ФИО3 предъявила встречный иск к ИП ФИО2 о признании договора аренды нежилого помещения по адресу: 

<

...> от 27 марта 2019 года, заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 расторгнутым, а также о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 суммы обеспечительного платежа по договору аренды нежилого помещения в размере 1086 руб.

Во встречном иске изложены доводы о том, что между участниками спора заключен договор аренды от 27.03.2019. Указанное помещение было принято по акту сдачи-приемки от 27.03.2019. При этом границы помещения определены в приложении №1 к договору.

В апреле 2019 года ИП ФИО2 отдал предпочтение новому арендатору, устно сообщив ИП ФИО3 о расторжении договора аренды, и установив срок до 15 апреля 2019 года для освобождения арендуемого помещения от вещей и оборудования. Фактически оборудование вывезено 21 апреля 2019 года. Новым арендатором стала ИП ФИО4 При этом, по утверждению участника спора, до момента выезда истца из нежилого помещения ИП ФИО2 препятствовал в пользовании арендованным нежилым помещением и удерживал оборудование ИП ФИО3 

Кроме того, арендодатель также возражал против досрочного расторжения договора. В ответ на уведомление арендатора от 30.04.2019 ИП ФИО2 письменно сообщил о невозможности досрочного расторжения договора аренды.

Поскольку с 21 апреля 2019 года арендодатель прекратил доступ работников арендатора в арендуемое нежилое помещение, и ИП ФИО3 не имела возможности использовать арендуемое имущество, арендатор ИП ФИО3 обратилась в суд с встречным исковым требованием о признании договора аренды от 27.03.2019 расторгнутым с 21.04.2019 в связи с неисполнения арендатором обязанности по предоставлению помещения в пользование, а также о взыскании суммы обеспечительного платежа в размере 1086 руб. (т.1, л.д. 54-57, 72)

До принятия судом решения по делу истец по встречному иску по правилам статьи 49 АПК РФ уточнил исковое требование, окончательно просил расторгнуть договор аренды нежилого помещения от 27.03.2019 ввиду неисполнения арендодателем обязанности по предоставлению помещения в пользование арендатору с 21 апреля 2019 года и взыскать сумму внесенного обеспечительного платежа в размере 1086 руб. (т.2, л.д. 47, 50). Заявление об уточнении встречного иска принято арбитражным судом к рассмотрению по правилам статьи 49 АПК РФ.

В судебном заседании ИП ФИО3 поддержала уточненный встречный иск (протокол и аудиозапись судебного заседания от 25.02.2020).

ИП ФИО2 в отзыве на встречный иск, дополнении к нему и в судебном заседании указал, что считает доводы арендатора безосновательными, поскольку арендатор имел возможность не вступать в договорные отношения с арендодателем, а также выбрать иной объект для аренды на приемлемых для него условиях. Вместе с тем, ответчик по встречному иску сообщил, что считает возможным расторгнуть договор со дня вступления решения арбитражного суда в законную силу, поскольку расторжение договора с указанного времени приведет к соблюдению баланса интересов участников договора (т.1, л.д. 127-128, т. 2, л.д. 51-52, протокол и аудиозапись судебного заседания от 25.02.2020).

Третье лицо, ИП ФИО4, в судебное заседание не явилось, в письменном отзыве суду сообщила, что 13 апреля 2019 года заехала в спорное помещение на основании заключенного с ИП ФИО2 договора аренды нежилого помещения от 01.04.2019. При этом ИП ФИО3 на момент въезда в помещение уже занимала определенную ей договором часть нежилого помещения, однако торговую деятельность не осуществляла.

В середине апреля 2019 года ИП ФИО3 вывезла все свои вещи и оборудование с занимаемой арендуемой площади. Поскольку арендатор съехала из помещения, то ФИО4, с разрешения арендодателя ИП ФИО2, заняла часть площади ближе к входу магазина, которую ранее арендовала и занимала ИП ФИО3

Тем самым, по мнению третьего лица, ИП ФИО3 не могла занимать арендуемую часть нежилого помещения, поскольку на ней частично уже была размещена торговая точка ИП ФИО4 На основании изложенного, третье лицо считает требования истца по встречному иску подлежащими удовлетворению (т.2, л.д.54).

В соответствии с частями 1, 2, 5 статьи 156 АПК РФ спор разрешен без участия третьего лица по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения истца и ответчика, арбитражный суд считает необходимым удовлетворить первоначальный иск и встречное исковое заявление частично по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 27 марта 2019 года между истцом, индивидуальным предпринимателем ФИО2, и ответчиком, индивидуальным предпринимателем ФИО3, заключен в письменной форме договор аренды нежилого помещения, согласно которому истец как арендодатель обязался передать ответчику во временное владение и пользование часть нежилого помещения №4, общей площадью 44 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, а истец как арендатор обязался вносить арендную плату в порядке и в размере, предусмотренном разделом 4 договора (т.1, л.д. 12-15).

В соответствии с пунктом 1.7 договора от 27.03.2019 помещение сдано в аренду для размещения магазина розничной торговли продуктами питания: рыба заморозка, мясо охоложенное, мясные полуфабрикаты, бакалея.

Анализ существенных условий договора от 27 марта 2019 года о предмете, размере арендной платы, порядке и сроках ее внесения позволяет сделать вывод о том, что заключенное истцом и ответчиком соглашение является договором аренды объекта недвижимости.

В соответствии со статьей 650 ГК РФ по договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение. К договорам аренды нежилых помещений должны применяться правила о договоре аренды здания (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №53 от 1 июня 2000 года «О государственной регистрации договоров аренды нежилых помещений»).

Договор аренды оформлен путем составления одного документа с приложениями, от имени сторон подписан уполномоченными лицами, чем соблюден пункт 2 статьи 434 ГК РФ. К договору приложен план расположения арендуемой части помещения (л.д. 20, оборотная сторона). Договор аренды заключен на 364 дня, то есть на срок менее одного года. По смыслу пункта 2 статьи 651 ГК РФ договор краткосрочной аренды не нуждается в обязательной государственной регистрации, поэтому он вступил в юридическую силу и как консенсуальная сделка стал обязательным для сторон со дня его подписания (пункт 1 статьи 433, пункт 1 статьи 651 ГК РФ).

Таким образом, договор аренды от 27 марта 2019 года соответствует требованиям гражданского законодательства о предмете, форме и цене, поэтому его необходимо признать законным. О недействительности или незаключенности договора стороны в судебном порядке не заявляли.

Правоотношения участников сделки регулируются гражданско-правовыми нормами об аренде здания, содержащимися в статьях 650 - 655 ГК РФ, а также общими правилами об аренде (глава 34 ГК РФ). 

Из договора в силу пункта 2 статьи 307 ГК РФ возникли взаимные обязательства сторон. При этом каждая из сторон считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (пункт 2 статьи 308 ГК РФ). 

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Истец как арендодатель свое обязательство по передаче нежилого помещения в аренду исполнил надлежащим образом, что подтверждается актом сдачи-приемки (л.д. 16). В соответствии с пунктом 1 статьи 655 ГК РФ передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами. Обязательство арендодателя передать здание арендатору считается исполненным после предоставления его арендатору во владение и пользование и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Приемопередаточный акт подписан истцом и ответчиком 27 марта 2019 года, с этого дня обязательство арендодателя считается исполненным. Факт непосредственного принятия имущества в аренду по акту арендатором не оспаривался. Поэтому признается арбитражным судом по правилам статей 71 и 162 АПК РФ достоверно доказанным.

В силу статей 606, 614 ГК РФ и пункта 4.2 договора от 27.03.2019 у ответчика как арендатора возникло встречное денежное обязательство по оплате владения и пользования объектом аренды. 

Согласно пункту 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В силу договора аренды (пункты 4.3 и 4.3.1) арендатор обязан ежемесячно оплачивать арендную плату в размере 50670 руб. в срок до 5 числа месяца, за который производится оплата, начиная с даты подписания акта приема-передачи. Тем самым арендная плата определена в твердой сумме платежей, вносимых периодически - ежемесячно (пункт 2 статьи 614 ГК РФ).

Согласно расчету истца на момент разрешения судебного спора у ответчика имеется задолженность по внесению арендной платы за апрель и май 2019 года в сумме 64512 руб. 58 коп. (т.1, л.д. 8).

Размер искового требования по арендной плате проверен арбитражным судом по правилам статьи 71 АПК РФ и признается правильным и не опровергнутым должником, поскольку им обоснованный и подробный собственный встречный расчет долга и необходимые документальные доказательства вопреки статье 65 АПК РФ не представлены.

Следовательно, ответчик необоснованно уклоняется от уплаты долга по арендной плате, хотя срок платежа наступил. Доказательств погашения имеющейся задолженности арендатором не имеется, поэтому требование о взыскании основного долга подлежит удовлетворению в размере, исчисленном арендодателем.

Кроме того, за просрочку исполнения денежного обязательства по внесению арендной платы подлежит применению гражданско-правовая ответственность в форме договорной неустойки (штрафа, пени). Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Условием заключенного сторонами договора (пункт 5.4) определена ответственность в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения арендатором обязательств по уплате арендной платы арендатору, в соответствии с которым ответчик обязан уплатить пени в размере 0,3% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки.

Истец требует взыскать договорную неустойку по правилам статьи 330 ГК РФ исходя из составленного им расчета в сумме 13480 руб. 24 коп. за период с 06.04.2019 по 08.07.2019 (т.1, л.д. 10). Расчет неустойки составлен с правильным определением суммы, на которую начисляется неустойка, и периода просрочки, поэтому признается арбитражным судом обоснованным.

Ответчиком заявлено письменное ходатайство об уменьшении размера неустойки (т.2, л.д.44). Арбитражный суд считает необходимым его удовлетворить по следующим правовым основаниям.

Подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). Правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом (пункты 69, 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В силу пунктов 71 и 77 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме, и в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

В то же время, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства не может быть снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 ГК РФ.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др. При этом, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

При определении размера неустойки необходимо установить баланс между такой мерой ответственности как неустойка и действительным размером ущерба от неисполнения ответчиком основного обязательства. Устанавливая данные обстоятельства, арбитражный суд принимает во внимание компенсационную природу неустойки, а также то обстоятельство, что истец не представил каких-либо доказательств причинения ему имущественного ущерба, возникшего в результате просрочки оплаты поставленного товара.

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие соответствие взыскиваемой неустойки размеру предполагаемых убытков, в связи с чем снижением размера неустойки его права не ущемляются, а устанавливается баланс между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ.

Из содержания договора и обстоятельств их исполнения следует, что сторонами установлен чрезмерно высокий размер неустойки. Исходя из смысла и основных положений гражданского законодательства, назначения института ответственности за нарушение обязательств, арбитражный суд приходит к выводу о том, что взыскиваемая сумма неустойки не соответствует принципу компенсационного характера санкций в гражданском праве, несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и считает возможным уменьшить по правилам статьи 333 ГК РФ размер подлежащей взысканию с ответчика неустойки до суммы 1000 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки, начисленной на сумму долга в размере 64512 руб. 58 коп., начиная с 09 июля 2019 года по день фактической уплаты долга.

Согласно положениям статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Пунктом 3 статьи 425 ГК РФ установлено, что договор признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства, за исключением случаев, когда договором или законом предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по данному договору. 

По смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства.

Договор является действующим, его положения не содержат указания на то, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательства сторон. Следовательно, в связи с несвоевременным внесением арендатором на него возлагается ответственность, установленная условиями договора. Указанная правовая позиция изложена в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». 

В соответствии с условиями заключенных сторонами договора аренды нежилого помещения от 27.03.2019 неустойка определена в размере 0,3% за каждый день просрочки (пункт 5.4).

Учитывая, что неустойка в твердой сумме рассчитана истцом по 08.07.2019, началом периода начисления неустойки по день уплаты долга истцом правильно избрана дата – 09.07.2019. 

Таким образом, с ответчика также подлежит взысканию неустойка, начисленная на сумму долга 64512 руб. 58 коп., исходя из 0,3% за каждый день просрочки, начиная с 09.07.2019 по день фактической уплаты долга.

Между тем ИП ФИО3 заявлено встречное исковое заявление, уточненное по правилам статьи 49 АПК РФ, о расторжении договора аренды нежилого помещения от 27.03.2019 ввиду неисполнения арендодателем обязанности по предоставлению помещения в пользование арендатору с 21 апреля 2019 года и взыскании суммы внесенного обеспечительного платежа в размере 1086 руб. (т.1, л.д. 47, 50).

Как следует из материалов дела, 30 апреля 2019 года ИП ФИО3 направила в адрес арендодателя, ИП ФИО2, уведомление о досрочном расторжении договора аренды с момента вручения арендодателю указанного уведомления в связи с отсутствием покупателей и нерентабельности аренды данного помещения, а также по причине того, что арендуемые торговые площади по договору аренды от 27.03.2019 фактически с 22.04.2019 предоставлены в пользование арендодателем другому лицу, ИП ФИО4 (т.1, л.д. 17). В ответе на уведомление ответчик по встречному иску не согласился с досрочным расторжением договора аренды, поскольку, по его мнению, освобождение помещения не является основанием для одностороннего отказа от исполнения обязательств арендатора по договору аренды, а взаимоотношения арендодателя с третьими лицами не могут влиять на отношения, возникшие между сторонами по договору от 27.03.2019 (т.1, л.д. 18). 

В связи с отказом арендодателя в расторжении договора, истец обратился в суд со встречным иском, в котором в судебном порядке просил расторгнуть договор аренды нежилого помещения от 27.03.2019 с 21 апреля 2019 года.

Тем самым истец настаивает на расторжении договора с момента освобождения арендуемой части помещения.

Между тем позиция истца по встречному иску не соответствует нормам гражданского права и условиям договора. 

По смыслу статей 450, 453 ГК РФ расторжение договора является гражданско-правой процедурой, которая предусматривает прекращение взаимных обязательств сторон.

При этом закон различает расторжение договора по требованию одной стороны в судебном порядке (пункт 2 статьи 452 ГК РФ) и односторонний отказ от договора (статья 450.1 ГК РФ).

Согласно статье 450.1 ГК РФ право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Кроме того, право арендатора на расторжение договора в одностороннем порядке регулируется статьей 620 ГК РФ, которая устанавливает, что по требованию арендатора договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда:

1) арендодатель не предоставляет имущество в пользование арендатору либо создает препятствия пользованию имуществом в соответствии с условиями договора или назначением имущества;

2) переданное арендатору имущество имеет препятствующие пользованию им недостатки, которые не были оговорены арендодателем при заключении договора, не были заранее известны арендатору и не должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора;

3) арендодатель не производит являющийся его обязанностью капитальный ремонт имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки;

4) имущество в силу обстоятельств, за которые арендатор не отвечает, окажется в состоянии, не пригодном для использования.

Как следует из материалов дела, заключенный участниками спора договор аренды нежилого помещения от 27.03.2019 не наделяет истца правом на односторонний отказ от договора по основаниям, указанным им в уведомлении о расторжении. Согласно пункту 6.3 договора от 27.03.2019 арендатор вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения договора, если помещению причинен ущерб, в результате которого оно становится непригодным для использования в соответствии с его целевым назначением и такие повреждения не могут быть устранены в течение 30 дней с момента нанесения повреждений. Иных оснований для расторжения договора по инициативе арендатора стороны не предусмотрели.

Таким образом, одностороннее прекращение владения и пользования объектом аренды (освобождение части помещения) не имеет правового значения для признания договора аренды прекращенным, поскольку эти действия противоречат запрету на односторонний отказ от договора аренды, установленному в договоре от 27.03.2019.

Следовательно, договор нельзя считать расторгнутым с момента, указанного ИП ФИО3, то есть с 21.04.2019, поскольку договор после освобождения его арендатором сохранял свое действие.

При этом арбитражный суд критически относится к доводам арендатора о невозможности использования нежилого помещения по вине арендодателя.

Так, опрошенная в судебном заседании ИП ФИО4 заявила о том, что ни ИП ФИО3, ни ее представители не обращались к ней с требованием об освобождении торговой площади, частью которой воспользовалась ФИО4 (аудиопротокол судебного заседания от 20.01.2020). Иных обстоятельств, свидетельствующих о препятствовании ответчиком в пользовании арендуемого помещения ИП ФИО3, арбитражным судом не установлено.

Таким образом, правовых оснований для досрочного расторжения договора аренды от 27.03.2019 у ответчика не имелось.

Однако, учитывая представленные сторонами доказательства и обстоятельства по спору, а также согласие ответчика по встречному иску, ИП ФИО2, на расторжение договора аренды в судебном порядке, арбитражный суд приходит к выводу о том, что договор аренды недвижимого имущества от 27.03.2019 подлежит расторжению с момента вступления судебного акта в законную силу.

При этом арендатором установленный законом досудебный порядок расторжения договора соблюден. 30.04.2019 ИП ФИО3 направлено уведомление о расторжении договора аренды исх. №001/2019. Указанное уведомление было вручено представителю ИП ФИО2 30.04.2019, что подтверждается соответствующей отметкой на письме (т.1, л.д. 86). При этом ответчиком дан письменный ответ на указанное письмо (т.1, л.д. 87).

Таким образом, договор аренды недвижимого имущества от 27.03.2019 подлежит досрочному расторжению по решению арбитражного суда с прекращением обязательств сторон (статьи 450 и 453 ГК РФ).

Кроме того, ИП ФИО3 заявлено требование о взыскании обеспечительного платежа в размере 1086 руб.

Позиция арендатора не соответствует нормам гражданского права.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО3 по платежному поручению №295474 от 15.03.2019 была перечислена денежная сумма в размере 45000 руб. в качестве обеспечительного взноса (т.1, л.д. 36).

Так, по утверждению арендатора, внесенная денежная сумма должна быть распределена в соответствии с фактическим сроком пользования частью нежилого помещения за период с 27 марта по 22 апреля 2019 года в размере 43914 руб. Оставшаяся часть в сумме 1086 руб. (45000 руб. – 43914 руб.) должна быть возвращена арендодателем (т.1, л.д. 55, оборотная сторона).

Вместе с тем арбитражный суд считает юридически ошибочной позицию истца по встречному иску, поскольку арендные отношения между сторонами действовали и после 22 апреля 2019 года.

Так, согласно пункту 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой», досрочное освобождение арендуемого помещения (до прекращения в установленном порядке действия договора аренды) не является основанием прекращения обязательства арендатора по внесению арендной платы.

В соответствии с пунктом 4.14.1 договора от 27.03.2019 арендодатель имеет право производить вычеты из полученной им суммы обеспечительного взноса в размере арендной платы, а также производить вычеты начисленных за неисполнение условий договора штрафных санкций (т.1, л.д. 13, оборотная сторона).

При этом из материалов дела следует, что ИП ФИО2 в адрес арендатора направлено уведомление, в котором ответчик по встречному иску сообщил, что на основании пункта 4.14.1 договора аренды внесенная сумма обеспечительного взноса в размере 45000 руб. засчитана в счет арендной платы за март 2019 года - 8172 руб. 58 коп. и за апрель 2019 года - 36827 руб. 42 коп. (т.1, л.д. 18-19). Указанное письмо направлено в адрес истца по встречному иску, что подтверждается почтовой квитанцией и описью вложения в ценное письмо.

Таким образом, сумма обеспечительного платежа полностью зачтена арендодателем в счет исполнения обязательства арендатора по внесению арендной платы за март и часть апреля 2019 года. При этом арбитражным судом взыскан долг по арендной плате с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО2 за апрель и май 2019 года с учетом распределенного арендодателем обеспечительного взноса.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд считает необходимым в удовлетворении требования, не имеющего правового основания, отказать.

При распределении государственной пошлины арбитражный суд применяет специальные правила статьи 110 АПК РФ, согласно которым в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

ИП ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере 3120 руб. При этом при уменьшении арбитражным судом размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ государственная пошлина исчисляется исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее уменьшения (пункт 9 постановление Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Тем самым с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО2 подлежит взысканию расходы по уплате государственной пошлины 3120 руб.

Кроме того, ИП ФИО3 в силу статьи 333.21 НК РФ предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 8000 руб.

В связи с частичным удовлетворением встречного искового требования по правилам статьи 110 АПК РФ с ИП ФИО3 в связи с частичным отказом подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 2000 руб., а оставшаяся часть государственной пошлины в сумме 6000 руб. в связи с удовлетворением требования о расторжении договора подлежит взысканию с ИП ФИО2 Однако с учетом имущественного положения ответчика арбитражный суд на основании статьи 333.21 НК РФ уменьшает государственную пошлину, подлежащую взысканию с ответчика по встречному иску в доход федерального бюджета, до 2000 руб.

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 25 февраля 2020 года. Решение в полном объеме изготовлено 28 февраля 2020 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой принятия судебного акта.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 31811500013582) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314230801700043) долг в сумме 64512 руб. 58 коп., неустойку в размере 1000 руб., неустойку, начисленную на сумму долга 64512 руб. 58 коп., исходя из ставки 0,3% за каждый день просрочки, начиная с 09.07.2019 по день фактической уплаты долга, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3120 руб.

В остальной части иска отказать.

2. Расторгнуть договор аренды нежилого помещения от 27.03.2019, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314230801700043) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 31811500013582), с момента вступления решения суда в законную силу.

В остальной части встречного искового заявления отказать.

3. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 31811500013582) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 2000 руб.

4. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314230801700043) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья                                                                                                     Л.М. Щеглова