АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, 

<

...>

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

28 января 2026 года Дело № А56-100980/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Воробьевой Ю.В., Герасимовой Е.В.,

при участии конкурсного управляющего ФИО1 (паспорт), от Дарчиняна Меружана Зармаили – ФИО2 (доверенность от 06.02.2024),

рассмотрев 14.01.2026 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО3 и Дарчиняна Меружана Зармаили на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2025 по делу № А56-100980/2023/сд.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.02.2024 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Производственное объединение «Импульс», адрес: 188640, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1.

Решением от 29.08.2024 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, ФИО1 утверждена конкурсным управляющим.

Конкурсный управляющий, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился с заявлением о признании недействительной цепочки сделок в составе договора уступки права требования (цессии) от 17.10.2022, заключенного между Обществом (цедент) и ФИО3 (цессионарий); договора цессии от 14.09.2023, заключенного между ФИО3 (цедент) и ФИО4 (цессионарий), а также о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования Общества к обществу с ограниченной ответственностью «Логистический комплекс Усть-Луга» (далее - Компания).

Определением от 09.06.2025, оставленным без изменения постановлением от 02.10.2025, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признана недействительной цепочка сделок, в порядке применения последствий недействительности указанных сделок право требования Общества к Компании на 35 497 423,82 руб. основного долга, 3 206 903,28 руб. процентов за пользование займом, 999 276,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами восстановлено.

ФИО3 и ФИО4 не согласившись с указанными судебными актами, обжаловали их в кассационном порядке.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 09.06.2025 и постановление от 02.10.2025, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Как указывает податель жалобы, на момент совершения сделки от 17.10.2022 дело о банкротстве не было возбуждено, а финансовое состояние не носило безнадежного характера, неплатежеспособность Общества не доказана; судами неверно установлены фактические обстоятельства дела; отсутствуют признаки мнимости договора цессии от 17.10.2022, экономическая целесообразность сделки заключалась в погашении через зачет требований задолженности Общества перед подателем жалобы, поскольку он обладал правом на разработку карьера по добыче песка в месторождении «Белореченская-3»; вывод судов о безвозмездности договора цессии ошибочен; зачет требований является правом, а не обязанностью сторон.

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить определение от 09.06.2025 и постановление от 02.10.2025, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, ссылается на наличие у него дохода в размере 59 069 003, 80 руб., что подтверждает финансовую возможность предоставления заемных средств в размере 26 000 000 руб.

Председательствующий в судебном заседании проинформировал участвующих в деле лиц о наличии обстоятельств, которые могут создать конфликт интересов (пункт 4 статьи 8 Кодекса судейской этики). Участвующие в деле лица не усмотрели в данной ситуации признаков конфликта интересов и правом на заявление отвода не воспользовались.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе доверителя, а конкурсный управляющий ФИО1 возражала против удовлетворения кассационных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве.

От ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, ФИО3 являлся единственным участником должника и его руководителем с даты создания Общества - 15.06.2020 - и до открытия процедуры конкурсного производства 29.08.2024.

ФИО3 как физические лицо и Общество (заемщик) в период с июля 2020 года по ноябрь 2021 заключили договоры займа на общую сумму 51 969 649 руб.

17.10.2022 между Обществом (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), по условиям которого правотребования Общества к Компании в размере 38 048 506, 85 руб. по договорам займа перешло в пользу ФИО3

Судебными актами по делу № А56-43648/2018/тр.40 требование ФИО3 в размере 35 497 423,82 руб. основного долга, 3 164 344,03 руб. процентов за пользование займом и 999 276,80 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами признано обоснованным и включено третью очередь реестра требований кредиторов Компании.

14.09.2023 между ФИО3 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, по условиям которого право требования в размере в размере 35 497 423,82 руб. основного долга, 3 164 344,03 руб. процентов за пользование займом и 999 276,80 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами к Компании перешло в пользу ФИО4

Определением от 02.02.2024 по делу № А56-43648/2018/тр.40.1 произведено процессуальное правопреемство: ФИО3 заменен в реестре требований кредиторов Компании.

Конкурсный управляющий ФИО1, полагая, что целью данных сделок являлся вывод дебиторской задолженности в обход правила о реализации ее в ходе процедуры банкротства, обратилась в арбитражный суд с заявлением об их оспаривании.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, руководствовались статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, и исходили из того, что поскольку вследствие произведенных сделок ответчики сохранили как право требования к должнику, так и к Компании, равноценное встречное предоставление по договору цессии от 17.10.2022 отсутствовало, оспариваемыми сделками причинен имущественный вред кредиторам должника.

Кроме того, судами двух инстанций учтено, что ФИО3 просил включить в реестр требований кредиторов должника его требование в размере 56 532 650 руб. основного долга, 1 054 098,36 руб. процентов за пользование займом и 1 136 831,43 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 07.04.2025 по обособленному спору № А56-100980/2023/тр.3, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 17.06.2025 и кассационной инстанции от 17.09.2025, в удовлетворении заявления отказано.

Указанными судебными актами также установлено, что перечисления по договорам займа носили транзитный характер, что было признано ФИО3 при изложении его позиции по указанным спорам. При таком положении и с учетом последующей уступки права требования к Компании контроль над указанными денежными средствами вновь перешел к ФИО3 При этом Общество не использовало указанные средства в своей хозяйственной деятельности, в том числе для погашения задолженности перед кредиторами, а его кредиторская задолженность за счет описанного выше транзита денежных средств существенно возросла в пользу заинтересованного по отношению к Обществу лица. Данные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности ФИО3, выразившейся в формировании подконтрольной кредиторской задолженности, поэтому суд усмотрел в действиях ФИО3 по отношению к Обществу и его кредиторам признаки злоупотребления правом.

Суд кассационной инстанции счел выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными.

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возвращения отчужденного им имущества во вред кредиторам, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу, что в результате заключения оспариваемых сделок из конкурсной массы должника выбыла дебиторская задолженность ООО «Логистический комплекс Усть-Луга» на общую сумму 39 661 044,65 руб., что составляет 76,68 % балансовой стоимости активов, что свидетельствует о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Судами также установлено, что оспариваемые сделки совершены в период наличия у должника признаков неплатежеспособности, поскольку по данным бухгалтерской отчетности должника убытки Общества на конец 2021 года составили 3 664 000 руб., в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку наличие встречного предоставления по сделке со стороны ФИО3 не установлено, на расчетный счет денежные средства в уплату покупной стоимости по договору цессии не поступали.

Подлежит отклонению довод кассационных жалоб о возмездности договора уступки от 17.10.2022, поскольку он не нашел документального подтверждения и опровергается материалами дела.

Договор уступки от 14.09.2023, заключенный между ФИО3 и ФИО4, также имеет признаки недействительности в силу его безденежности, поскольку ФИО4 не доказал наличия финансовой возможности предоставления заемных средств, что, в свою очередь, не подтверждает факта возмездности оспариваемого договора.

Более того, согласно представленным в материалы дела налоговой инспекцией сведениям, у ФИО4 отсутствовала финансовая возможность предоставления в 2020, 2021 годах ФИО3 в заем 26 000 000 руб.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом проверки судов, получили правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Оснований для отмены обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2025 по делу А56-100980/2023/сд.1 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО3 и Дарчиняна Меружана Зармаили - без удовлетворения.

Председательствующий Е.В. Зарочинцева

Судьи Ю.В. Воробьева

ФИО5