ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А81-3738/2016

31 января 2019 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  24 января 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 января 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Шаровой Н.А.,

судей  Бодунковой С.А., Рожкова Д.Г.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16362/2018) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройсистема» Лиханова Алексея Юрьевича на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 ноября 2018 года по делу № А81-3738/2016 (судья Матвеева Н.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк страхование» (ИНН 7706810747, ОГРН 1147746683479) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 199 733 руб. 14 коп., при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Потехина Виктора Николаевича, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсистема» (ИНН 7202159491, ОГРН 1077203011610), 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Фейко-Тюмень» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Стройсистема» (далее – ООО «Стройсистема», должник). 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 20.04.2016 заявление ООО «Фейко-Тюмень» о признании ООО «Стройсистема» несостоятельным (банкротом) принято к производству и возбуждено производство по делу. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.05.2016 заявление ООО «Фейко-Тюмень» признано обоснованным, в отношении ООО «Стройсистема» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, адрес для корреспонденции: 625007, 

<

...>). Соответствующее объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 28.05.2016. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.06.2016 удовлетворено ходатайство Службы государственного строительного надзора ЯмалоНенецкого автономного округа о передаче дела о банкротстве застройщика ООО «Стройсистема» по подсудности в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа, то есть на рассмотрение по месту нахождения объектов долевого строительства. 

При банкротстве ООО «Стройсистема» определено применить правила параграфа 7 главы 9 «Банкротство застройщиков» ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

12.07.2016 в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа поступили материалы дела № А70-4947/2016. Указанному делу присвоен новый номер А81- 3738/2016. 

Определением суда от 26.01.2017 в отношении ООО «Стройсистема» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, т.е. до 26.07.2018. Внешним управляющим ООО «Стройсистема» утвержден ФИО2 Соответствующее объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 11.02.2017. 

Решением суда от 30.10.2017 процедуру внешнего управления в отношении ООО «Стройсистема» прекращена, ООО «Стройсистема» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Соответствующее объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 11.11.2017. Определением суда от 30.11.2017 конкурсным управляющим ООО «Стройсистема» утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, арбитражный управляющий). 

Общество с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк страхование» (далее – ООО СК «Сбербанк страхование», кредитор) обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов ООО «Стройсистема» задолженности в размере 2 199 733,14 руб.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.11. 2018 по делу № А81-3738/2016 требования кредитора признаны обоснованными, включено в реестр требований кредиторов ООО «Стройсистема» в четвертую очередь реестра требование в размере 2 199 733,14 руб.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой обратился конкурсный управляющий, просил определение суда первой инстанции отменить, отказать в удовлетворении заявленных кредитором требований. 

В обоснование жалобы податель указал:

1) В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 01.07.2018) «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечению двух месяцев с даты публикации сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

ООО «Стройсистема» признано банкротом на основании решения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 30.11.2017. Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсант» от 11.11.2017. Реестр требований кредиторов закрыт 11.01.2018.

Согласно пункту 1 статьи 965 ГК РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Таким образом, переход прав требования в порядке суброгации к страховщику происходит не ранее осуществления выплаты страхового возмещения.

Материалами дела установлено, что страховой случай наступил 10.11.2017, а 16.01.2018 было выплачено страховое возмещение. Следовательно, право требования перешло к ООО СК «Сбербанк страхование» 16.01.2018. К этому моменту времени реестр требований кредиторов уже был закрыт.

 Таким образом, ООО СК «Сбербанк страхование» обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов 03.04.2018, то есть за пределами двухмесячного срока для предъявления требований.

При этом ООО СК «Сбербанк страхование» является профессиональным участником гражданского оборота, а объект долевого строительства, квартира, находился в залоге у ОАО «Сбербанк России», поэтому ООО СК «Сбербанк страхование» не могло не знать о введении отношении ООО «Стройсистема» процедуры конкурсного производства.

ООО СК «Сбербанк страхование», действуя разумно и осмотрительно, могло в любой момент с даты наступления страхового случая, произвести страховую выплату. Однако кредитор обратился 16.01.2018, с попуском двухмесячного срока.

Последствия пропуска названного срока специально урегулированы в пунктах 4, 5 статьи 142 Закона о банкротстве, возможность его восстановления законодательством не предусмотрена.

Требования кредиторов, обращающихся после закрытия реестра, устанавливаются за реестром и удовлетворяются только после удовлетворения требований кредиторов включённых в реестр.

Однако судебная практика имеет исключение из общего правила.

Таким исключением является случай ненадлежащего уведомления конкурсным управляющим дольщиков-граждан в деле банкротстве застройщика, притом что данные кредиторы имеют требование о передаче им жилых помещений.

В таком случае срок для предъявления их требований начинает течь с момента их уведомления.

Потому, если такое уведомление не состоялось или имело место после даты публикации в печатном издании сведений о применении в деле о банкротстве правил параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, то срок предъявления требований участниками строительства начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления временным или конкурсным управляющим.

Судебную практику по данном вопросу можно признать единообразной (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 по делу № 14452/12, Определение Верховного суда РФ от 10.05.2017 № 307-ЭС17-3768 по делу № А66-12990/2012, Определение Верховного Суда РФ от 09.02.2017 № 305-ЭС14-212З(7) по делу № А40-4680/2006).

Необходимость приоритетной защиты прав граждан являлось причиной принятия специальных правил о банкротстве застройщиков. Правовая позиция, изложенная в Постановлении Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 по делу № 14452/12, направлена на защиту прав граждан - участников строительства как непрофессиональных инвесторов, имеющих к должнику право требования по передаче жилого помещения.

Однако в том случае, если кредитором по заявлению о передаче жилых помещений является юридическое лицо, то оснований для применения такого подхода нет - Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.03.2018 № Ф07-724/2018 по делу № А56-25135/2016), указанная правовая позиция направлена только на защиту прав участников строительства по передаче жилых помещений.

ООО СК «Сбербанк страхование» очевидно, не попадает под данное исключение, следовательно, не имеется правовых оснований для восстановления срока предъявления требований в реестр требований кредиторов ООО «Стройсистема».

Помимо вышеизложенного необходимо отметить, что заинтересованное лицо, намеревающиеся восстановить срок обращения должно направить в суд ходатайство в согласно статье 117 АПК РФ.

В материалах дела отсутствуют сведения об обращении ООО СК «Сбербанк страхование» с ходатайством о восстановлении срока предъявления требования.

Помимо этого, если предположить, что ООО СК «Сбербанк страхование» основывает своё требование на праве регресса, а не суброгации (что, впрочем прямо противоречит заявлению ООО СК «Сбербанк страхование», где последнее ссылается на статью 965 ГК РФ, как на основание своего права требования к ООО «Стройсистема»), и применить исключение для восстановления срока на подачу заявления о включении в реестр требований кредиторов — исключение, основанное на праве регрессного иска, то двухмесячный срок предъявления требования ООО СК «Сбербанк страхование» надо начинать исчислять непосредственно с даты осуществления страхового возмещения ФИО3, то есть с 16.01.2018.

Однако и в этом случае двухмесячный срок на предъявление требований пропущен.

2)  ООО СК «Сбербанк страхование» не доказало наличие состава убытков.

Суд первой инстанции, рассматривая дело № А81-3738/2016 по заявлению гражданина ФИО3, отказывая в удовлетворении его требований о включении в реестр требований кредиторов с требованием об убытках, в определении от 24.05.2018, указал следующее:

«Недоказанность обстоятельств, на которые ссылается заявитель, как на основание своих требований, является достаточным основанием для отказа в удовлетворении его заявления.

Учитывая, что обстоятельства возникновения задолженности документально не подтверждены, у суда отсутствуют основания для признания требований заявителя обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника».

ООО СК «Сбербанк-страхование», заявляя требование о возмещении убытков, наступивших у участника строительства, не доказало размер реального ущерба либо упущенной выгоды в соответствии со статьей 15 ГК РФ, вину ООО «Стройсистема», а также причинно-следственную часть между действиями (бездействиями) застройщика и наступившими убытками.

Страховщик, по мнению конкурсного управляющего, не доказал наличие вины ООО «Стройсистсма» в наступлении ущерба участнику строительства: дом признан аварийным по причинам ошибки при проектировании дома. При этом ООО «Стройсистема» не занималось проектированием дома, а являлось его застройщиком.

К тому же, страховщиком не представлено в материалы дела доказательств того, что страхователь либо страховщик понесли какие-либо расходы по реконструкции вышеуказанного дома, что являлось бы основанием для определения размера ущерба в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее  - Закон о долевом строительстве).

В обжалуемом определении отсутствуют сведения о доказывании ООО СК «Сбербанк страхование» состава убытков, судом нарушено правило статьи 65 АПК РФ о распределении бремени доказывания. 

Убытки заявителем не доказаны, соответствующее бремя доказывания лежит на нем.  

Требование не соответствует какому-либо из способов защиты  прав участника строительства, предусмотренных Федеральным законом № 214-ФЗ.

3) Согласно пункту 1 статьи 965 ГК РФ, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Согласно пункту 2 данной статьи, перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Согласно части 4 пункта 1 статьи 387 ГК РФ суброгация, является одним из оснований для перехода прав кредитора по обязательству к другому лицу на основании закона. В пункте 2 данной статьи указанно – к отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила настоящего Кодекса об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений.

Если предположить, что ООО СК «Сбербанк страхование» приобрело право требования взыскания убытков по договору долевого участия, это не означает, что ООО СК «Сбербанк страхование» автоматически становится участником договора долевого участия в строительстве.

В рассматриваемом случае, правопреемник претендует на объем прав больший, чем он мог получить по суброгации.

На сегодняшний день ФИО3 состоит в реестре требований кредиторов ООО «Стройсистема» только с требованием о выплате ему неустойки, связанной с задержкой застройщиком сдачи жилых помещений. И правопреемство может быть осуществлено только в рамках данных требований.

В основе процессуального правопреемства лежит правопреемство материальное. Только субъект, заместивший в правоотношении другого субъекта, становится его правопреемником. Нельзя передать прав больше, чем ты имеешь.

Гражданин ФИО3 имел в отношении ООО «Стройсистема» только право требования о выплате ему неустойки связанной с задержкой застройщиком сдачи жилых помещений и не мог передать ООО СК «Сбербанк страхование» право требовать взыскания убытков так как е самом в этом праве отказал суд.

Тот факт, что ООО СК «Сбербанк страхование» осуществило страховую выплату в пользу ФИО3, не создаёт у ООО СК «Сбербанк страхование» самостоятельного права требования в отношении третьего лица.

4)  В обжалуемом определении содержатся утверждения о фактах, не соответствующих действительности.

Так, первый абзац 7 страницы определения содержит суждение следующего содержания: «По мнению суда, ФИО3, следуя своим интересам, и своей волей определил способ защиты своего права, обратившись к страховой компании, выразил намерение отказаться от договора и возвратить потраченные им денежные средства».

Сам по себе факт обращения в ООО СК «Сбербанк страхование» для получения

страховой выплаты не предполагает отказ от договора.

Конструкция суброгации не предполагает отказа от договора (пункт 1 статьи 965 ГК РФ), она предполагает переход права требования, то есть замену лиц в силу закона в одном обязательстве. 

Нормы статьи 384 ГК РФ прямо предусматривают, что право требования может переходить частично.

Относительно суждения о «возвращения потраченных денежных средств» -гражданин ФИО3 уже обращался с этой целью в арбитражный суд и ему в этом было отказано.

Отказ от договора долевого участия регламентируется специальными нормами Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ (ред. от 29.07.2018) «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 30.09.2018).

В частности, пунктом 4 статьи 9 закона предусмотрено обязательное направление другой стороне уведомления об отказе от договора заказным письмом с уведомлением по почте. При этом договор считается расторгнутым со дня направления такого уведомления. Такого уведомления не направлялось.

Кроме того, односторонний отказ от договора в данном деле противоречит норме пункта 5 статьи 450.1 ГК РФ.

Из материалов дела известно, что, несмотря на нарушение застройщиком сроков передачи квартиры ФИО3, последний получил свою квартиру по договору, ФИО3 принял от должника надлежащие исполнение по договору, подтвердив наличие своего интереса в исполнении данного договора.

Таким образом, вывод суда в отношении отказа от исполнения договора ФИО3 не соответствует действительности.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

В объяснениях от 21.01.2019 конкурсный управляющий поддержал ранее изложенные в апелляционной жалобе доводы. 

Отзывов на апелляционную жалобу не поступило.

Стороны, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки судебного акта в части, в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части удовлетворения требования ООО СК «Сбербанк страхование» о включении требований в реестр требований кредиторов должника в пределах доводов апелляционной жалобы. 

Отнесение требования в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника судом не проверяется ввиду отсутствия таких возражений в апелляционной жалобе, что подтвердил представитель подателя  апелляционной жалобы в заседании суда апелляционной инстанции. 

Рассмотрев материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного акта, апелляционный суд не усматривает оснований для его отмены или изменения в обжалуемой части.

20.04.2013 между ФИО3 и ООО «Стройсистема» (Застройщик) был заключен договор участия в долевом строительстве № 7. 

По договору ООО «Стройсистема» принял на себя обязательство построить многоквартирный жилой дом по адресу Ямало-Ненецкий автономный округ, Новый Уренгой, ул. Крайняя, дом 5, кв.56 (далее – объект долевого строительства), а ФИО3 обязался уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства. 

Согласно пункту 5 договора № 7 от 20.03.2013 участия в долевом строительстве гарантийный срок на объект долевого строительства составляет пять лет. 

Также, участник долевого строительства вправе предъявить к застройщику требования в связи с ненадлежащим качеством объекта долевого строительства при условии, если такое качество выявлено в течении гарантийного срока. 

Согласно Распоряжению Правительства Ямало-Ненецкого автономного округа № 779-РП от 10.11.2017 объект долевого строительства признан аварийным и подлежащим реконструкции в результате ошибки при проектировании дома. 

12.10.2017  между OOО СК «Сбербанк страхование» (страховщик) и ФИО3 (страхователь) был заключен договор страхования недвижимого имущества (ипотеки) № 001СБ0079030998. 

16.01.2018 по факту наступления страхового случая страхователю было выплачено страховое возмещение в размере 2 199 733,14 рублей. 

Указанные события послужили основанием для обращения ООО СК «Сбербанк страхование» с требованием о включении в реестр требовании кредиторов должника задолженности в размере 2 199 733,14 руб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Федеральным законом от 12.07.2011 № 210-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статьи 17 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части установления особенностей банкротства застройщиков, привлекавших денежные средства участников строительства», введен в действие параграф 7 Закона о банкротстве, касающийся банкротства застройщиков.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апелляционной жалобы, по мотивам, изложенным ниже по тексту.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости 13.09.2016 за ФИО3 зарегистрировано право собственности на объект недвижимости: Ямало-Ненецкого автономный округ, г. Новый Уренгой. Ул. Крайняя, д. 5, кв. 56.

Вместе с тем, по правилу пункта 34 Постановления Правительства РФ от 28.01.2006 № 47 (ред. от 24.12.2018) «Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом» (далее – Положение)  жилые помещения, расположенные в полносборных, кирпичных и каменных домах, а также в деревянных домах и домах из местных материалов, имеющих деформации фундаментов, стен, несущих конструкций и значительную степень биологического повреждения элементов деревянных конструкций, которые свидетельствуют об исчерпании несущей способности и опасности обрушения, являются непригодными для проживания вследствие признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции.

Комиссия на основании заявления собственника помещения или заявления гражданина (нанимателя) либо на основании заключения органов, уполномоченных на проведение государственного контроля и надзора, по вопросам, отнесенным к их компетенции, проводит оценку соответствия помещения установленным в данном положении требованиям и признает жилое помещение пригодным (непригодным) для проживания, а также признает многоквартирный дом аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (пункт 42).

На основании полученного заключения соответствующий федеральный орган исполнительной власти, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации, орган местного самоуправления принимает решение и издает распоряжение с указанием о дальнейшем использовании помещения, сроках отселения физических и юридических лиц в случае признания дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции или о признании необходимости проведения ремонтно-восстановительных работ (пункт 49).

Так, в заключении № 2 от 07.11.2017 об оценке соответствия помещения (многоквартирного дома) требованиям, установленным в Положении о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции сделан вывод о том, что объект долевого строительства признан аварийным и подлежащим реконструкции (категория состояния конструкции 3 секции здания – аварийная, 1 и 2 секции здания – ограниченно-работоспособная).

Согласно Распоряжению Правительства Ямало-Ненецкого автономного округа № 779-РП от 10.11.2017 (далее – Распоряжение) объект долевого строительства признан аварийным и подлежащим реконструкции в результате ошибки при проектировании дома. 

Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации (статья 219 ГК РФ). 

Таким образом, в эксплуатацию как МКЖД был введен объект, не соответствующий установленный  требованиям,  не пригодный для проживания граждан. 

Государственная  регистрация права на данный объект не имеет надлежащих правовых оснований. 

Также и государственная регистрация права собственности ФИО3 на квартиру вследствие   аварийности объекта долевого строительства произведена без достаточного юридического состава: право зарегистрировано на объект, не соответствующий требованиям к жилым помещениям.  

В силу этого исключается вывод о надлежащем исполнении должником –застройщиком  обязательства по передаче участнику строительства  жилого помещения, соответствующего договору участия в долевом строительстве.

Такая обязанность не считается исполненной должником. 

 Получив информацию об аварийности объекта долевого строительства, ФИО3 обратился 20.12.2017 в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Стройсистема» задолженности в размере 3 210 400 руб., где указал, что  в соответствии с пунктом 2.3. договора участия в долевом строительстве участник долевого строительства ФИО3 уплатил застройщику ООО «Стройсистема» 400 000 руб. за счет собственных средств при подписании договора и 2 810 400 руб. за счет кредитных средств ПАО «Сбербанк России» на основании кредитного договора № 

<

***> от 20.04.2013. Общая сумма оплаты по договору участия в долевом строительстве составила 3 210 400 руб.

Таким образом, требование ФИО3 являлось денежным по смыслу статьи 201.1 Закона о банкротстве (абзац 2 пункта 4), связанным с ненадлежащим неисполнением должником обязательств по договору участия в долевом строительстве (а именно: передача непригодного для проживания жилья, находящегося в аварийном состоянии, требующего реконструкции).

Определением Арбитражного суда Ямало – Ненецкого автономного округа от 24.05.2018 ФИО3 во включении требований в реестр требований кредиторов должника отказано за недоказанностью. 

При этом в  данном определении Арбитражного суда Ямало – Ненецкого автономного округа от 24.05.2018 отражена позиция арбитражного управляющего, а именно: «От конкурсного управляющего поступил отзыв, в соответствии с которым просит суд отказать в удовлетворении заявления ФИО3, поскольку требования кредитора основаны на том, что дом признан частично аварийным, однако право собственности на жилое помещение кредитор не утратил. Требование не подходит ни под одно из оснований для включения в реестр требований кредиторов, исчерпывающий список которого указан в статье 201.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем, одновременно с обособленным спором  по указанному заявлению ФИО3 о включении требований в реестр требований кредиторов, осуществлялось производство по заявлению  ООО СК «Сбербанк страхование», с которым  обращение состоялось 12.04.2018.

 Суд апелляционной инстанции пришел к выводу , что в отношении одного и того же материально-правового требования (возврат уплаченной  должнику-застройщику стоимости объекта, передача которого не состоялась вследствие непригодности и несоответствия условиям договора), одновременно осуществлялось рассмотрение по существу двух заявителей (ФИО3 и страховщика, осуществившего ФИО3 страховую выплату по риску утраты объекта страхования).

Между тем, указанные заявления являются взаимоисключающими, параллельному рассмотрению не подлежали.

Такая ситуация (параллельного рассмотрения)  не должна была допускаться осведомленным об этом конкурсным управляющим, как специальным профессиональным участником дела о банкротстве застройщика, в котором участвуют непрофессиональные инвесторы  и уведомление  которых о необходимости своевременного и правильного заявления требований в деле о банкротстве  относится к обязанностям конкурного управляющего, что им признается и в тексте апелляционной жалобы.

 Указанные выше выводы суд апелляционной инстанции делает с учетом следующего.

Между ООО СК «Сбербанк страхование» (страховщик) и ФИО3(страхователь) 12.10.2017 был заключен договор страхования недвижимого имущества (ипотеки) № 001СБ0079030998. 

 Данное имущество непригодно к использованию по назначению в силу в аварийности.

ФИО3 не имеет возможности и не вправе осуществлять образующие право собственность правомочия по  владению ,  пользованию и распоряжению (ст.209 ГК РФ).

Акт государственной регистрации его права собственности на такое имущество не принимается как доказательство существования права  и не применяется в данном случае судом апелляционной инстанции на основании  ст. 12 ГК РФ : защита гражданских прав осуществляется путем неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону.

 Ка пояснил представитель конкурного управляющего суду апелляционной инстанции, 01.11.2018 года на спорную квартиру зарегистрировано право собственности МО город  Новый Уренгой, вследствие переселения ФИО3 в другое жилое помещение.

Со всей очевидностью, это осуществлено вследствие исполнения муниципальным образованием   обязанности по выселению граждан из аварийного жилья. 

 Таким образом, должник не исполнил свою обязанность по договору о долевом участии в строительстве с ФИО3 

В этой связи требование о возврате всего уплаченного участником строительства застройщику денег вызвано ничем иным как отказом участника строительства от исполнения договора долевого участия:  ФИО3 не требовал ни устранения недостатков, ни соразмерного уменьшения цены, ни возмещения своих расходов на устранение недостатков (п. 2 ст. 7  Федерального  закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации"). 

Учитывая аварийность МКЖД, должник не обосновал саму возможность защиты прав участника строительства одним из указанных способов.

 В соответствии с п. 1   ст. 9 указанного Закона , участник долевого строительства в одностороннем порядке вправе отказаться от исполнения договора в случаях неисполнения застройщиком обязательства по передаче объекта долевого строительства в срок, превышающий установленный договором срок передачи такого объекта на два месяца; существенного нарушения требований к качеству объекта долевого строительства.

Основания для одностороннего отказа от договора имелись, а характер обращения ФИО3  к застройщику (возврат всего уплаченного при  невозможности для застройщика  исправить недостатки объекта в силу их существенности) свидетельствует именно о волеизъявлении участника строительства на прекращение договора. 

Соответствующие доводы апелляционной жалобы отклоняются. 

Согласно части 1 статьи 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

16.01.2018 платежным поручением № 1471 ООО СК «Сбербанк страхование» (страховщик) выплатило ФИО3 (страхователю) стоимость утраченного по вине застройщика ООО «Стройсистема» объекта страхования в размере 2 199 733,14 руб. 

В части 1 статьи 965 ГК РФ установлено, что, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация). 

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (часть 2 статьи 965 ГК РФ).

Таким образом, произошло правопреемство в материальном правоотношении на основании суброгации. 

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 387 ГК РФ, права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

При суброгации происходит перемена лица в существующем обязательстве , а не возникновение нового обязательства с иным субъектным составом .

Замена лица в обязательстве (материальном правоотношении) в случае его участия этого лица  в судебном споре, касающегося предмета этого обязательства требует и процессуальной замены по правилам ст. 48 АПК РФ.

В соответствии с частью первой статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. 

Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Необходимым условием осуществления процессуального правопреемства является наличие правопреемства в материальных правоотношениях.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при переходе требования заявителя к другому лицу после возбуждения дела о банкротстве, в том числе на этапе рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом, рассматривающий дело о банкротстве суд самостоятельно производит замену заявителя его правопреемником, при этом не требуется предварительной замены его в деле, по которому был вынесен подтверждающий его требование судебный акт. К лицу, приобретшему требования заявителя, переходят также связанные со статусом заявителя права и обязанности в деле о банкротстве, в том числе предусмотренные статьей 59 Закона о банкротстве.

Учитывая вышеизложенное, 16.01.2018 (момент выплаты страхового возмещения ФИО3) произошло правопреемство в материальном правоотношении по возврату уплаченного застройщику  вследствие прекращения договора о долевом участии, в сумме страховой выплаты право  требования перешло к ООО СК «Сбербанк Страхование» в порядке суброгации.

Согласно п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. 

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (часть 3 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом ,  правовое положение правопреемника  в результате суброгации по существу тождественно  положению его правопредшественника как участника материальных и процессуальных правоотношений.  

Абзацем вторым пункта 2 статьи 201.4 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий в пятидневный срок с даты утверждения уведомляет всех известных им участников строительства о введении наблюдения или об открытии конкурсного производства и о возможности предъявления участниками строительства требований о передаче жилых помещений и (или) денежных требований, а также о возможности одностороннего отказа участника строительства от исполнения договора, предусматривающего передачу жилого помещения.

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 14452/12, если такое уведомление не состоялось или имело место после даты публикации в печатном издании сведений о применении в деле о банкротстве правил параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, то срок предъявления требований участниками строительства начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления временным или конкурсным управляющим. 

Суд апелляционной инстанции полагает применимыми вышеизложенные положения и в отношении ООО СК «Сбербанк Страхование» именно в настоящем споре, так как, несмотря на  статус юридического лица, ООО СК «Сбербанк Страхование» не является профессиональным инвестором в отношениях по долевому участию в строительстве, участию в деле о банкротстве  застройщиков, является правопреемником непрофессионального инвестора, в интересах которого управляющий обязан действовать профессионально. 

В это связи,  в добросовестное исполнение обязанностей конкурного управляющего при рассмотрении требования ФИО3,  заявленного до закрытия реестра и по существу рассмотренного в момент, когда его права перешли к страховщику,  входило заявление о привлечении страховщика в начатый процесс.

О страховой выплате и отсутствии у ФИО3 материального права  управляющий знал, поскольку заявление страховщика на тот же предмет в этом же  деле принято 19.04.2018 года. 

Соответственно параллельное рассмотрение двух споров допускалось конкурным управляющим с 19.04.2018 по 24.05.2018. 

  16.01.2018  право ФИО3 требовать денежные средства в размере 2 199 733,14 рублей в связи с получением страхового возмещения перешло к страховщику. В этот момент уже рассматривался обособленный спор по заявлению ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника. 

Арбитражному управляющему, действуя в интересах непрофессиональных инвесторов, необходимо уведомлять таких инвесторов о применимых способах  защиты права.

 Однако арбитражный управляющий приводил ошибочные по существу доводы против требования ФИО3, описание которых имеется в определении Арбитражного суда Ямало – Ненецкого автономного округа от 24.05.2018. 

Согласно пункту 12 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» судам следует иметь в виду, что переход права требования к другому лицу путем уступки или на основании закона (пункт 1 статьи 382 ГК РФ) не изменяет статуса данного требования с точки зрения его квалификации в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве.

Следовательно, арбитражному управляющему, как профессиональному участнику  дел о банкротстве застройщика, необходимо было предпринять действия, направленные на недопущение параллельного рассмотрения  двух обособленных споров (по заявлению ФИО3 от 20.12.2017 и ООО СК «Сбербанк страхование» от 12.04.2018) с одним и тем же материально-правовым притязанием и в обособленном споре по заявлению ФИО3  заявить о процессуальном правопреемстве. 

Возражения управляющего против  требования ФИО3  приводись без учета указанной значимой информации, поэтому не должны  толковаться против правопреемника ФИО3,  своевременно ( до закрытия реестра) заявившего право к судебной защите  в деле о банкротстве .

Учитывая положения части 3 статьи 48 АПК РФ, для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

Довод подателя жалобы о необходимости применения в настоящем обособленном споре правовой позиции, изложенной в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.03.2018 № Ф07-724/2018 по делу № А56-25135/2016, отклоняется апелляционным судом, так как фактические обстоятельства настоящего дела не тождественны изложенным в постановлении кассационного суда. 

Упоминание в апелляционной жалобе положений, касающихся порядка исчисления сроков для обращения в суд с регрессным иском, самостоятельного правового значения не имеет и не относится к существу настоящего обособленного спора. 

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что, требование о возврате уплаченного застройщику  вследствие прекращения договора заявлено ФИО3 своевременно (до закрытия реестра), правовые последствия чего должны распространяться на его правопреемника - ООО СК «Сбербанк страхование». 

 Судом первой инстанции правомерно отмечено, что ФИО3 избрал способ защиты своего нарушенного застройщиком права на получение в собственность оплаченного объекта строительства, обратившись к страховой компании, застраховавшей этот объект.   

Довод  жалобы  о том, что суброгация ООО СК «Сбербанк страхование» могла иметь место только в отношении пеней и штрафа ,  с которыми ФИО3 включен в реестр требований кредиторов ООО «Стройсистема» , отклоняется :  указанные штрафные санкции присуждены в пользу ФИО3 вследствие  иных нарушений застройщика – просрочка  передачи объекта  и штраф за отказ исполнителя добровольно выполнить требование потребителя.

В отношении защищенных этими штрафными санкциями прав ФИО3 договор страхования не заключался, суброгация места не имела.

 В отношении вины проектировщика доводы жалобы  отклоняются: застройщик вправе предъявлять требования к своему контрагенту исходя из условий договора на проектирование и положений закона о правоотношениях соответствующего вида. 

 По правилу   п. 3 ст. 308 ГК РФ, обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц, в данном случае для ФИО3 и его правопреемника).

Иные доводы жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции, как не имеющие правового значения для настоящего обособленного спора. 

Очередность требования в реестре предметом проверки суда апелляционной инстанции не являлась. 

  Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь частью 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 ноября 2018 года по делу № А81-3738/2016 в обжалуемой части  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Н.А. Шарова

Судьи

С.А. Бодункова

 Д.Г. Рожков