АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1049/24 

Екатеринбург

04 апреля 2024 г.

 

Дело № А76-33802/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 02 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Гавриленко О. Л.,

судей Жаворонкова Д. В., Кравцовой Е. А., 

рассмотрел кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области (далее – инспекция, налоговый орган) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.09.2023 по делу № А76-33802/2022 и постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 05.12.2023 по тому же делу. 

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Отделочный комплекс» – ФИО1 (доверенность от 04.01.2024, паспорт, диплом); 

инспекции – ФИО2 (доверенность от 01.11.2023, служебное удостоверение, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью «Отделочный комплекс» (далее – общество «Отделочный комплекс», общество, налогоплательщик, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительным решения инспекции об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 13.07.2022                   № 14-05 (далее – решение инспекции).

Решением суда от 26.09.2023 (судья Архипова А.В.) заявленные требования удовлетворены частично, решение инспекции признано недействительным в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 1 849 235 руб. и соответствующих пени. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда                   от 05.12.2023 (судьи Скобелкин А.П., Калашник С.Е., Плаксина Н.Г.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе налоговый орган, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит указанные судебные акты отменить в части признания решения инспекции незаконным и отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Обжалуя судебные акты в части, касающейся признания незаконным доначисления обществу налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в размере 1 849 235 руб., налоговый орган поддерживает ранее занимаемую позицию и утверждает о том, что в строительстве объекта для ООО «Циркон» спорные контрагенты участия не принимали, а работы полностью выполнялись самим налогоплательщиком и официально нетрудоустроенными  лицами. Выражает несогласие с выводом судов о принадлежности физических лиц – ФИО3 и ФИО4 к числу работников и представителей спорных контрагентов, а не общества «Отделочный комплекс». Указывает на обстоятельства, которые, по мнению инспекции, свидетельствуют о взаимозависимости и согласованности действий общества и привлеченных им спорных субподрядчиков, о сокрытии реальных условий хозяйственных отношений между ними, полагая необходимым критически относиться к показаниям представителей указанных лиц, данным ими в ходе судебного разбирательства. 

Просит также учесть обстоятельства распределения бремени несения судебных расходов по делам, в которых заказчиком оспаривалось качество выполненных налогоплательщиком работ, между обществом «Отделочный комплекс», обществом с ограниченной ответственностью «Модуль+» (далее – общество «Модуль+») и обществом с ограниченной ответственностью «ПКФ «Промснаб» (далее – общество «ПКФ «Промснаб»). 

Полагает, что суды неверно трактовали показания лиц, выполнявших отдельные этапы работ на объекте ООО «Циркон», а также необоснованно пришли к выводу о несении обществом «Модуль+» расходов на аренду спецтехники для монтажа металлоконструкции.

Налогоплательщик представил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит оставить её без удовлетворения, обжалуемые судебные акты -                        без изменения. Обращает внимание на то, что факт самостоятельного несения расходов обществом «ПКФ «Промснаб» и обществом «Модуль+» в целях выполнения субподрядных работ на спорном объекте судами установлен и подтверждается материалами дела, в частности выписками по расчетным счетам названных организаций, а также муниципальным контрактом, заключенным обществом «ПКФ «Промснаб» с МУП «Магнитогорский городской транспорт» на аренду спецтранспорта с экипажем. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, проверив правильность применения судами норм права, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, и возражениях на неё, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка правильности исчисления, удержания, уплаты и перечисления обществом в бюджет НДС за 4 квартал 2018 года, по результатам которой составлен акт от 25.05.2022 № 14-05 и вынесено оспариваемое решение.

 Данным решением обществу «Отделочный комплекс» доначислен НДС в сумме 2 377 197 руб., и начислены соответствующие пени в сумме                                 1 219 303,94 руб. 

Основанием для доначисления данных сумм послужили выводы налогового органа о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды за счет применения налоговых вычетов по НДС в результате создания формального документооборота по хозяйственным операциям с                ООО «Трио Транслес», ООО «Вертикаль-66», связанным с приобретением товарно-материальных ценностей, и по хозяйственным операциям с обществами «Модуль+» и ПКФ «Промснаб», привлеченными для выполнения общестроительных работ на заводе по производству диоксида циркония из вторичного сырья в г. Магнитогорске.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской от 19.09.2022 № 16-07/005773 решение инспекции утверждено.

Общество полагая, что выводы налогового органа не соответствуют законодательству о налогах и сборах, нарушают его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, обратилось с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

Суды частично удовлетворили заявленные требования, признав недействительным решение налогового органа в части доначисления обществу НДС в сумме 1 849 235 руб. и соответствующих пеней по хозяйственным операциям, связанным с привлечением субподрядных организаций – общества «Модуль+» и общества ПКФ «Промснаб», поскольку пришли к выводу о том, что участие названных контрагентов в выполнении общестроительных работ на объекте ООО «Циркон» являлось реальным; суды сочли собранные инспекцией доказательства недостаточными для постановки вывода об умышленном совершении налогоплательщиком и его контрагентами согласованных действий, направленных на неправомерное создание оснований для возмещения налога из бюджета, а равно о непроявлении им должной осмотрительности при выборе последних. 

Суд кассационной инстанции находит выводы судов обеих инстанций соответствующими фактическим обстоятельствам дела и нормам налогового законодательства.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности. 

В силу статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации (далее -     НК РФ, Кодекс) налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьи 166 Кодекса, на налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. 

 Согласно пункту 1 статьи 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), в отношении товаров (работ, услуг)  приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами обложения налогом на добавленную стоимость.   

Из системного анализа данных положений следует, что налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета НДС при одновременном выполнении следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с требованиями статьи 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов, оформленных в соответствии с требованиями действующего законодательства; использование приобретенных товаров (работ, услуг) в предпринимательской деятельности.

В соответствии со статьей 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Исходя из положений статьи 54.1 НК РФ, превышение допустимых пределов осуществления прав налогоплательщиков может быть связано, в частности, с искажением фактов хозяйственной деятельности, совокупности таких фактов и объектов налогообложения (пункт 1), направленностью действий налогоплательщика на неуплату налогов в качестве основной цели совершаемых им сделок и операций (подпункт 1 пункта 2), использованием формального документооборота с участием лиц, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (подпункт 2 пункта 2).

Введение статьи 54.1 НК РФ направлено на установление запрета совершения налогоплательщиком формально правомерных действий с основной целью неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или получения права на возмещение (возврат, зачет) (запрет на злоупотребление правом). 

На основании положений пунктов 1 и 3 статьи 3 НК РФ, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правового регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения.

В пункте 1 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Под налоговой выгодой для целей данного постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 53 суд отказывает в признании обоснованности получения налоговой выгоды, если установит, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность.

По смыслу данного положения создание налогоплательщиком формального документооборота при фактическом отсутствии тех хозяйственных операций, в отношении которых налогоплательщик претендует на получение налоговой выгоды, безусловно, является основанием для признания такой налоговой выгоды как необоснованной.

Соответственно, при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды, в том числе, по налогу на прибыль и НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности и не исполняющими налоговых обязательств по сделкам, осуществляемым от их имени, определяющее значение имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, в отношении которых налогоплательщик претендует на получение соответствующей налоговой выгоды.

В силу принципа презумпции добросовестности налогоплательщика именно на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания того, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами.

Формальность документооборота в смысле, придаваемом ему судебно-арбитражной практикой (постановление Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 № 2341/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155, пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017), не может устанавливаться только в связи с негативными характеристиками контрагента как хозяйствующего субъекта (наличие признаков номинальности, отсутствие необходимых условий для ведения результативной хозяйственной деятельности, неисполнение налоговых обязанностей) и также недостатками подтверждающих документов (подписание счетов-фактур от имени контрагента неустановленными лицами, отсутствие товаросопроводительных документов и пр.).

Иными словами, наличие у контрагентов признаков технических организаций само по себе не может автоматически влечь вывода о формальности документооборота либо о неисполнении ими обязательств по соответствующим сделкам.

Вместе с тем налогоплательщик также может быть лишен права на получение налоговой выгоды, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (пункт 10 Постановления № 53). 

Вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении № 53.

Таким образом, выгода может быть признана необоснованной при доказанности отсутствия реальности операций, либо осведомленности налогоплательщика об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов.

Как следует из материалов дела, налогоплательщик в 4 квартале 2018 года выполнял общестроительные работы (монтаж металлоконструкций, окраска, монтаж стеновых трехслойных сэндвич-панелей) на объекте ООО «Циркон»: Завод по производству диоксида циркония из вторичного сырья в г. Магнитогорске.

В целях исполнения договорных обязательств заявитель привлекал субподрядные организации: общества «Модуль+» и ПКФ «Промснаб». В подтверждение фактического выполнения работ названными контрагентами общество представило договоры подряда, счета-фактуры, универсальные передаточные документы, акты о приемке выполненных работ по форме КС-2, справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, доверенность, выданную на имя ФИО5, акты сверки взаимных расчетов, карточки бухгалтерских счетов.

Вместе с тем, по результатам исследования данных документов с учетом обстоятельств, выявленных в ходе проверочных мероприятий, налоговый орган пришел к выводу о том, что спорные контрагенты фактически не участвовали в исполнении договоров, а работы на объекте выполнялись собственными силами налогоплательщика и официально нетрудоустроенных им лиц.

В своих выводах инспекция ссылалась на наличие у спорных контрагентов признаков «технических» организаций, отсутствие допусков СРО, недобросовестное исполнение ими налоговых обязательств, а также неосведомленность об их привлечении заказчика. 

Отмечала, что работы, выполненные в рамках договоров, заключенных между налогоплательщиком и ООО «Циркон», не в полном объеме были приняты последним.

Опираясь на результаты допросов работников ООО «Циркон», отвечавших за подбор и технический аудит организаций, привлекаемых в качестве подрядчиков, инспекция указывала на их знакомство с обществом «Отделочный комплекс» как с лицом, выполнившим большой объем работ на объекте «Завод по производству диоксида циркония из вторичного сырья                в г. Магнитогорске Челябинской области».

Суды, оценив названные обстоятельства, сочли их недостаточными для постановки вывода об отсутствии хозяйственных операций и создании налогоплательщиком формального документооборота, а равно об умысле последнего на заключение сделок с организациями, уклоняющимися от уплаты НДС.

Анализируя содержание показаний свидетелей, прибывших в судебное заседание - ФИО3 и ФИО4, - являвшихся руководителями спорных контрагентов, действующими в их интересах и осуществлявших руководство работами на объекте, а также свидетелей, опрошенных инспекцией в ходе проверки - ФИО6, ФИО7, - фактически выполнявших работы на объекте, суды не обнаружили в них подтверждения того, что именно налогоплательщик привлекал к выполнению работ неофициально трудоустроенных лиц либо знал о привлечении данных физических лиц спорными контрагентами без официального трудоустройства.

Так, ни один из опрошенных работников не показал, что его привлекало для выполнения работ общество «Отделочный комплекс» или его сотрудники. В своих показаниях ФИО6 и ФИО7 утверждали, что работали от лица спорных контрагентов или были неофициально привлечены к выполнению работ на спорном объекте в качестве подработки ФИО4 действующим от имени и в интересах общества ПКФ «Промснаб», либо ФИО3 - руководителем  общества «Модуль+». Согласно свидетельским показаниям представителей заказчика, ФИО3 и               ФИО4 лично присутствовали и осуществляли руководство выполнением работ. Несмотря на то, что данные лица в отношениях с заказчиком представлялись работниками общества «Отделочный комплекс», их фактической подконтрольности заявителю суды не установили.  

Суды также не обнаружили в деле доказательств, которые бы свидетельствовали об участии в работах сотрудников налогоплательщика; физические лица, которые осуществляли фактическое выполнение работ, опровергли присутствие работников налогоплательщика на объекте. 

Общение сотрудников ООО «Циркон» осуществлялось, в том числе с ФИО3, ФИО4, последний из них в  2018 году осуществлял трудовую деятельность в организации общество ПКФ «Промснаб» в должности начальника участка, работал на объекте «Завод по производству диоксида циркония из вторичного сырья в г. Магнитогорске Челябинской области», был приглашен ФИО5 - представителем по доверенности в общества ПКФ «Промснаб» по рекомендации ФИО3

Несмотря на «налоговую» недобросовестность спорных контрагентов, последние несли расходы на оплату аренды спецтехники и монтажа металлоконструкции в рамках выполнения субподрядных работ на объекте ООО «Циркон», в частности в пользу ООО «Удача плюс», ООО «Меттех-М»,  

Противоречия между объемами работ, выполненными спорными контрагентами и принятыми ООО «Циркон», на которые указывал налоговый орган, были устранены налогоплательщиком при рассмотрении дела в суде путем представления документов, свидетельствующих о том, что в проект строительства спорного объекта были внесены изменения в части объемов монтируемых металлоконструкций, производителем в адрес ООО «Циркон» поставлен больший объем металлоконструкций, их монтаж подтверждается заключением экспертизы в рамках судебного дела Арбитражного суда Челябинской области № А76-7245/2019, а также сведениями, представленными по запросу суда поставщиком металлоконструкций ООО «Трест Магнитострой» и контролирующим строительство спорного объекта государственным органом ГУ Государственный строительный надзор Челябинской области.

Оплата товара производилась налогоплательщиком путем перечисления безналичных денежных средств на расчетные счета контрагентов; доказательств возврата денежных средств налогоплательщику налоговым органом не представлено. Наличие у налогоплательщика задолженности перед обществом ПКФ «Промснаб» в сумме 3 937 875 руб. объясняется неполнотой и некачественностью выполненных данным субподрядчиком работ, что подтверждается судебными актами Арбитражного суда Челябинской области, вынесенными по делам № А76-7247/2019, № А76-7248/2019, №А76-7245/2019, № А76-7246/2019. В рамках этих споров Арбитражным судом Челябинской области были проведены строительно-технические экспертизы, которыми были установлены качество, объем и стоимость фактически выполненных работ.

Судами также установлено, что содержание договоров, заключенных ООО «Циркон» с обществом «Отделочный комплекс» и обществом «Отделочный комплекс» с обществами ПКФ «Промснаб» и «Модуль+» являлось идентичным за исключением пункта 2.4 в разделе «Стоимость работ», предусматривающего вознаграждение налогоплательщика как генподрядчика в размере 3% от стоимости работ.

Договоры субподряда были заключены по инициативе руководителей общества «Модуль+» и ПКФ «Промснаб», которые планируя выполнение работ на объекте ООО «Циркон» не имели возможности напрямую заключить договоры с заказчиком ввиду отсутствия членства в СРО, что было обязательным условием для заключения договора, в связи с чем привлекли в качестве генподрядчика заявителя, имевшего такой допуск, с условием выплаты ему соответствующего вознаграждения в размере 3%. 

Приняв во внимание данные обстоятельства, а также намерение спорных контрагентов скрыть факт своего участия в выполнении работ во избежание гражданско-правовой ответственности и прекращения договорных отношений, суды отклонили ссылку налогового органа на наличие у ФИО4 и ФИО3 доверенностей, выданных для представления интересов заявителя при выполнении работ на объекте ООО «Циркон», и сочли это недостаточным, чтобы признать ФИО4 и ФИО3 официально нетрудоустроенными сотрудниками общества «Отделочный комплекс».

Таким образом, выводы инспекции о фактическом выполнении работ на спорном объекте самим налогоплательщиком без участия спорных контрагентов являются предположительными, основанными исключительно на отрицательных характеристиках данных юридических лиц, как хозяйствующих субъектов.

Несмотря на совокупность собранных инспекцией доказательств принадлежности спорных контрагентов к числу недобросовестных налогоплательщиков, инспекция не убедила суды в том, что заявитель знал об их недобросовестности в отношениях с бюджетом на момент заключения сделок либо мог получить сведения о ней. 

Оценивая характер делового поведения налогоплательщика исходя из стандарта осмотрительного поведения в гражданском (хозяйственном) обороте, ожидаемого от его разумного участника в сравнимых обстоятельствах (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 №15658/09, от 20.04.2010 № 18162/09, от 12.02.2008 № 12210/07) суды не усмотрели в действиях, связанных с выбором спорных контрагентов, признаков грубой неосторожности.  

Суды сочли, что условия, на которых осуществлялась хозяйственное взаимодействие между налогоплательщиком, спорными контрагентами и заказчиком, а также поведение контрагентов, самостоятельно выступивших с инициативой заключения договоров и выразивших прямую заинтересованность в самостоятельном их исполнении, не требовали от общества повышенной внимательности к проведению проверочных мероприятий.

Так, спорные субподрядные организации в период совершения спорных операций были зарегистрированы в установленном порядке в едином государственном реестре юридических лиц, поставлены на налоговый учет. Представленные налогоплательщиком документы, необходимые для подтверждения права на применение налогового вычета по НДС, содержат обязательные реквизиты, позволяют определить содержание и участников хозяйственных операций.

Инспекцией не опровергнут факт принадлежности подписей указанных в документах лицам, и соответствия объемов заявленных в документах работ объему установленных сторонами договорных обязательств.

Налоговым органом не установлены какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о том, что порядок и форма расчетов со спорными контрагентами являлась нетипичной для налогоплательщика.

Законом не закреплена обязанность налогоплательщика проверять своих контрагентов на предмет нахождения по месту регистрации, выполнения ими обязательств перед бюджетом, официального трудоустройства сотрудников, расходования полученных от налогоплательщика денежных средств.

Кроме того данные обстоятельства не могли быть установлены доступными для заявителя способами.

Принимая во внимание изложенное и признавая недопустимым возложение на налогоплательщика обязанностей, сопряженных с проведением мероприятий налогового контроля, учитывая отсутствие доказательств осведомленности последнего о недобросовестности привлекаемых им лиц, суды опровергли доводы инспекции о непроявлении обществом должной степени осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов.

При таких обстоятельствах у судов первой и апелляционной инстанции отсутствовали основания для признания рассматриваемой налоговой выгоды необоснованной, в связи с чем, удовлетворение требований общества следует считать правомерным.

Доводы, содержащиеся в жалобе инспекции, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке имеющихся в материалах дела доказательств. Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены. Оснований для постановки иного вывода у суда кассационной инстанции не имеется.

Нормы материального права применены судами правильно, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного, кассационная жалоба налогового органа удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.09.2023 по делу                                   № А76-33802/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Л. Гавриленко 

 

Судьи                                                                            Д.В. Жаворонков

 

                                                                                             Е.А. Кравцова