ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-42233/2020

21 марта 2023 года

г. Санкт-Петербург

/ж.2

Резолютивная часть постановления объявлена     14 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 марта 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Будариной Е.В., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:  

от финансового управляющего ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 09.09.2022; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-2220/2023) ФИО4 на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.12.2022 по делу № А56-42233/2020/ж.2 (судья Буткевич Л.Ю.), принятое по жалобе ФИО4 на действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) 28.05.2020 поступило дело №А66-7128/2019 о признании ФИО4 (далее – должник, ФИО4) несостоятельным (банкротом). 

Дело передано по подсудности из Арбитражного суда Тверской области на основании постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.05.2020, отменившего решение Арбитражного суда Тверской области от 06.11.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2020 по делу №А66-7128/2019. 

Решением арбитражного суда от 10.09.2020 (резолютивная часть объявлена 08.09.2020) ФИО4 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2. 

Сведения о введении процедуры реализации имущества в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.09.2020 №176. 

В рамках дела о банкротстве должника в арбитражный суд 11.06.2022 поступила (зарегистрирована 16.06.2022) жалоба ФИО4 на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, в которой заявитель просит суд признать незаконными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 выразившиеся в следующем: 

1) в лишении должника права на получение квалифицированной юридической помощи посредством отзыва нотариальных доверенностей, выданных должником на своих представителей для представления его интересов (пунктом 6 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве);

2) в незаконном и необоснованном лишении должника источника дохода посредством его увольнения с должности генерального директора ООО «СтАрт» и назначения себя (финансового управляющего) на указанную должность в отсутствие доказательств совершения недобросовестных действий, направленных на уменьшение конкурсной массы (статья 20.3 Закона о банкротстве); 

3) в сокрытии информации от должника о ходе процедуры банкротства и деятельности финансового управляющего, нарушении права на контроль за деятельностью финансового управляющего со стороны должника (абзац 12 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве); 

4) в нарушении очередности погашения текущих требований (статья 213.27 Закона о банкротстве); 

5) в необоснованном расходовании средств из конкурсной массы должника на публикацию сообщений, которые не предусмотрены Законом о банкротстве (пункт 2 статьи 213.7 Закона о банкротстве), при одновременном сокрытии от должника информации о проведенной описи и оценке имущества, лишении должника возможности проверить обоснование цены при продаже имущества, корректность проведенной оценки, обжаловать результаты такой оценки (абзац 3 пункта 1 статьи 130 и пункт 6 статьи 213.26 Закона о банкротстве). 

Кроме того, должник просит отстранить ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО4

Распоряжением председателя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области ФИО5 от 29.08.2022 в связи с назначением судьи Тарасовой М.В. на должность судьи Тринадцатого арбитражного апелляционного суда в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело №А56-42233/2022 передано в производство судье Буткевич Л.Ю.

Определением от 16.12.2022 арбитражный суд в удовлетворении жалобы ФИО4 на действия (бездействие) финансового управляющего отказал.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО4 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО4 ссылается на то, что суд первой инстанции дал ненадлежащую оценку действиям финансового управляющего по отзыву доверенностей и по назначению себя генеральным директором ООО «СтАрт». 

ФИО4 указывает на ненадлежащее исполнение финансовым управляющим своих обязанностей, выразившееся в не направлении отчета о деятельности должнику и некоторым кредиторам. По мнению подателя жалобы, действуя разумно и добросовестно, финансовый управляющий должен направлять корреспонденцию по всем известным ему адресам должника, в том числе и по адресу регистрации.

Должник отмечает, что суд первой инстанции ошибочно посчитал законным неисполнение финансовым управляющим обязанности по погашению текущих платежей и не усмотрел нарушений в расходовании им средств конкурсной массы на публикацию сообщений, не предусмотренных законодательством о банкротстве.

Кроме того, ФИО4 полагает, что суд необоснованно не усмотрел признаков аффилированности между финансовым управляющим и одним из кредиторов.   

В судебном заседании 14.03.2023 представитель финансового управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в рассмотрении обособленного спора, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

По правилам статьи 60 Закона о банкротстве жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов подлежат рассмотрению арбитражным судом в порядке и сроки, установленные пунктом 1 указанной статьи Закона о банкротстве.

Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применительно к деятельности арбитражного управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием).

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.

Именно с этой позиции суд в дальнейшем должен оценивать поведение управляющего при поступлении соответствующей жалобы на его действия (бездействие).

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 60 Закона о банкротстве должник - гражданин вправе обратиться в суд с жалобой на действия арбитражного управляющего, если такие действия нарушают его права и законные интересы.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).

Повторно оценив доказательства в деле в их совокупности, достаточности и взаимной связи, проверив доводы заявителя и возражения финансового управляющего, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином. Гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

Финансовый управляющий в ходе процедуры реализации имущества должника от имени должника ведет в судах дела, касающиеся его имущественных прав (абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве). В процедуре реструктуризации долгов финансовый управляющий участвует в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (абзац четвертый пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Должник как лицо, участвующее в деле о банкротстве, вправе обжаловать действия финансового управляющего (пункт 1 статьи 34, статья 60 Закона о банкротстве). Должник также вправе лично участвовать в иных делах, по которым финансовый управляющий выступает от его имени, в том числе обжаловать соответствующие судебные акты (абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

В абзаце третьем 3 пункта 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" разъяснено, что должник также вправе лично участвовать в иных делах, по которым финансовый управляющий выступает от его имени, в том числе обжаловать соответствующие судебные акты.

Законом о банкротстве установлено, что единственным лицом, уполномоченным вести дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином является финансовый управляющий. Закон о банкротстве допускает личное присутствие гражданина при рассмотрении иных дел, не касающихся имущественных прав гражданина, в том числе право на обжалование принимаемых по таким делам судебных актов,

Таким образом, вышеуказанными нормами права закреплено, что при рассмотрении дел, затрагивающих имущественные права гражданина, интересы гражданина вправе представлять только финансовый управляющий, в свою очередь, при рассмотрении иных дел, не касающихся имущественных прав гражданина, гражданин вправе самостоятельно представлять свои интересы, либо делегировать данные полномочия третьим лицам, действующим на основании выданных им самим доверенностей.

В рассматриваемом споре действия финансового управляющего по отзыву доверенностей, выданных ФИО4, направлены на принятие мер по установлению контроля за рассмотрением дел, затрагивающих имущественные права должника, что, в свою очередь, было обусловлено необходимостью исполнения финансовым управляющим обязанности по обеспечению сохранности имущества должника, предусмотренной Законом о банкротстве. 

Как верно указывает суд первой инстанции, ввиду того, что законодательством не предусмотрена возможность отмены доверенности в части переданных полномочий, доверенность подлежит отмене в полном объеме. 

Поскольку спорные доверенности содержат не только процессуальные полномочия по представлению интересов должника в суде, которые с признанием банкротом должник не утрачивает, но и полномочия по совершению распорядительных действий, влекущих возникновение, изменение или прекращение материальных прав, и относящиеся к исключительной компетенции финансового управляющего полномочия, указанные доверенности правомерно были отозваны финансовым управляющим.

Довод подателя апелляционной жалобы относительно необоснованности действий по смене генерального директора ООО «СтАрт» судом апелляционной инстанции отклонен в связи со следующим.

Абзацем четвертым пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, в том числе голосует на общем собрании участников. Закон связывает возникновение соответствующих полномочий у финансового управляющего с введением процедуры реализации имущества гражданина-банкрота, не предъявляя каких-либо дополнительных условий.

В соответствии со статьей 39 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ) в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно. 

В силу того, что финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, он имеет право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации (подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Закона №14-ФЗ). 

Законом о банкротстве финансовому управляющему должника предоставлены широкие полномочия, направленные на достижение целей процедур банкротства должника, заключающейся в формировании конкурсной массы, достаточной для удовлетворения требований кредиторов должника. В том числе финансовый управляющий от имени должника-гражданина осуществляет права участника юридического лица. 

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в отношении признанного банкротом гражданина-должника направлено, в том числе на обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций, когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия по отчуждению имущества этого общества, направленные на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам. 

Если должник до банкротства в связи с наличием у него прав участия (например, будучи единственным или доминирующим участником) в обществе являлся контролирующим его лицом, то осуществление финансовым управляющим имуществом должника прав последнего по управлению обществом фактически означает, что к нему переходит и контроль над этим обществом. 

В силу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ такой управляющий обязан действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно. Действуя подобным образом в ситуации, когда должник является единственным участником общества, управляющий тем самым исполняет аналогичную обязанность (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) по отношению к самому должнику и его кредиторам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 является единоличным участником ООО «СтАрт» со 100% долей в уставном капитале (номинальной стоимостью 10000 руб.)

В период с 26.12.2009 по 30.06.2021 должник занимал должность генерального директора ООО «СтАрт». С 30.06.2021 финансовый управляющий ФИО2 самостоятельно назначила себя генеральным директором ООО «СтАрт».

ФИО4 полагает, что ФИО2 после назначения себя генеральным директором не предприняла никаких действий, оправдывающих такое назначение: не были оспорены никакие сделки, не осуществлены иные действия, направленные на сохранение имущества и т.д., то есть разумные основания и мотивы для смены генерального директора ООО «СтАрт» вопреки требованиям Закона о банкротстве отсутствовали, данные действия не отвечают признакам разумности и добросовестности. 

Назначив себя генеральным директором, ФИО2, по сути, распорядилась имуществом должника как своим собственным; после назначения себя генеральным директором ФИО2 получила возможность действовать без доверенности от имени ООО «СтАрт», то есть заключать сделки от имени ООО «СтАрт» и иными способами распоряжаться имуществом общества. 

Кроме того, должник считает, что действиями ФИО2 по назначению себя генеральным директором ООО «СтАрт» был причинен имущественный вред должнику и его кредиторам в связи с лишением ФИО4 его единственного источника дохода – заработной платы на должности генерального директора в размере 57500 руб. ежемесячно. Данные действия, по мнению должника, привели к уменьшению конкурсной массы должника на 632500 руб.

Указанные доводы являлись предметом исследования судом первой инстанции и были обоснованно отклонены.

   Арбитражный суд, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах спора пояснения и доказательства, обоснованно пришел к выводу о том, что необходимость совершения ФИО2 вменяемых ей в качестве неправомерных действий была мотивирована целями сохранения имущества должника, предотвращения совершения должником недобросовестных действий и недопущения вывода активов, принадлежащих ООО «СтАрт», для сохранения стоимости доли ФИО4, что соответствует целям и задачам процедуры банкротства, не противоречит положениям законодательства о банкротстве и направлено на обеспечение контроля за активами должника.

   В нарушение положений статьи 60 Закона о банкротстве и статьи 65 АПК РФ доводы заявителя не нашли своего подтверждения, заявитель не доказал факт неисполнения или ненадлежащего исполнения финансовым управляющим своих обязанностей, а также факт нарушения прав и законных интересов заявителя жалобы, причинения или возможности причинения имущественного вреда и убытков должнику или его кредиторам. 

Кроме того, аналогичные доводам жалобы должника в указанной части обстоятельства были предметом рассмотрения в рамках жалоб ФИО4 в Управление Росреестра по Санкт-Петербургу и в Ассоциацию «МСОПАУ». Письмом Ассоциации «МСОПАУ» от 07.09.2021 №НК-0682 доводы жалобы ФИО4 признаны несостоятельными; определением Управления Росреестра по Санкт-Петербургу от 11.10.2021 (регистр.номер 01 7821) в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении арбитражного управляющего ФИО2 по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ в части отказано в связи с отсутствием события административного правонарушения и истечением сроков давности.

Довод относительно неисполнения финансовым управляющим обязанности по направлению отчета и уведомления о собрании кредиторов в адрес должника признан судом апелляционной несостоятельным в виду следующего.

Пунктом 8 статьи 213.9 Закона №127-ФЗ установлены обязанности финансового управляющего, который в том числе обязан созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов Законом №127, а также направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов. 

В силу пункта 6 статьи 213.26 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан информировать гражданина, конкурсных кредиторов и уполномоченный орган по их запросам, а также отчитываться перед собранием кредиторов. В случае выявления нарушений гражданин, конкурсный кредитор или уполномоченный орган вправе оспорить действия финансового управляющего в арбитражном суде. 

Проведение собраний кредиторов в рамках процедуры реализации имущества гражданина-должника является одним из способов информирования гражданина, кредиторов, уполномоченного органа и иных лиц финансовым управляющим об обстоятельствах проведения процедуры банкротства. 

Согласно абзацу 7 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов Законом о банкротстве. 

Сроки и периодичность проведения собрания кредиторов в процедуре банкротства граждан не урегулирована главой X Закона о банкротстве. Проведение собрания кредиторов в процедуре реализации имущества гражданина не является обязательным при условии, что собранием кредиторов не установлена очередность и порядок проведения собрания кредиторов; финансовым управляющим направляются кредиторам отчеты о своей деятельности. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное. 

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, положения пункта 1 статьи 143 Закона о банкротстве о ежеквартальном проведении собраний кредиторов не применяются при проведении процедур банкротства гражданина. Право кредиторов на получение информации (отчетов управляющего о его деятельности и ходе процедуры) не нарушено в случае, когда финансовый управляющий посредством электронной почты раз в три месяца направляет им копии своих отчетов (абзац двенадцатый пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве). 

Таким образом, при банкротстве граждан контроль за деятельностью финансового управляющего осуществляется путем направления кредиторам отчета финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов. 

Согласно пункту 1 статьи 213.8 Закона о банкротстве собрание кредиторов созывается финансовым управляющим, утвержденным арбитражным судом в деле о банкротстве гражданина. 

При этом в силу пункта 12 статьи 213.8 Закона о банкротстве к исключительной компетенции собрания кредиторов относятся: принятие решения об утверждении или об отказе в утверждении плана реструктуризации долгов гражданина; принятие решения об утверждении или об отказе в утверждении изменений, вносимых в план реструктуризации долгов гражданина; принятие решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством об отмене плана реструктуризации долгов гражданина, за исключением случаев, предусмотренных Законом о банкротстве; принятие решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина, за исключением случаев, предусмотренных Законом №127; принятие решения о заключении мирового соглашения; иные вопросы, отнесенные к исключительной компетенции собрания кредиторов в соответствии с Законом о банкротстве. 

Совокупность приведенных правовых норм, изложенных в статьях 213.8 и 213.9 Закона о банкротстве, не порождает каких-либо дополнительных оснований для обязательного проведения финансовым управляющим собрания кредиторов, кроме как для рассмотрения вопросов, отнесенных Законом о банкротстве к компетенции собрания кредиторов. Кроме того, Закон №127 не указывает на необходимость проведения собрания кредиторов при отсутствии у финансового управляющего вопросов, которые необходимо рассмотреть и утвердить на собрании кредиторов.

ФИО4 пояснил, что ФИО2 в нарушение обязанностей, предусмотренных нормами Закона о банкротстве, не направляла отчет о своей деятельности в адрес должника и кредитора ООО «ИНКОР», в связи с чем кредиторы и должник были лишены возможности своевременно и полно осуществлять контроль за деятельностью финансового управляющего и своевременно получать информацию о финансовом состоянии должника.

Кроме того, должник ссылается на направление финансовым управляющим корреспонденции по адресу: Санкт-Петербург, ул. Гангутская, д. 16А, кв. 30, тогда как должник по данному адресу не проживает, корреспонденцию не получает, зарегистрирован по адресу: 

<

...>.

Рассматриваемый довод также был предметом рассмотрения в суде первой инстанции и ему дана надлежащая правовая оценка.

Как верно указывает суд первой инстанции, финансовым управляющим ФИО2 в адрес кредиторов, а также в материалы дела о банкротстве ФИО4, ежеквартально направлялись отчеты о своей деятельности, что подтверждено представленными в материалы настоящего спора доказательствами. Таким образом, финансовым управляющим представлены доказательства выполнения им мероприятий в процедуре банкротства гражданина. 

Закон о банкротстве не содержит обязанности по направлению финансовым управляющим отчета должнику. С документами, в том числе и отчетом финансового управляющего, заинтересованные лица вправе ознакомиться в указанном в сообщении (уведомлении) месте и времени. Должник вправе присутствовать на собрании кредиторов лично либо через своего представителя. 

При этом должник неоднократно подавал ходатайство об ознакомлении с материалами дела о банкротстве в электронном виде и имел возможность ознакомиться со всеми отчетами финансового управляющего, а также запросить такой отчет непосредственно у ФИО2, тогда как доказательств обращения к финансовому управляющему с соответствующим запросом сведений и материалов о ходе процедуры банкротства ФИО4 в материалы настоящего спора не представлено. 

Суд первой инстанции правомерно отмечен факт получения должником судебной корреспонденции, в том числе и по адресу: Санкт-Петербург, ул. Гангутская, д. 16А, кв. 30 (например, РПО №19085476143480). 

В нарушение положений статьи 60 Закона о банкротстве и статьи 65 АПК РФ доводы заявителя не нашли своего подтверждения, ФИО4 не доказал факт неисполнения или ненадлежащего исполнения финансовым управляющим ФИО2 своих обязанностей, а также факт нарушения прав и законных интересов заявителя жалобы, причинения или возможности причинения имущественного вреда и убытков должнику или его кредиторам, в связи с чем действия финансового управляющего в обжалуемой части признаются судом соответствующими требованиям Закона о банкротстве.

Относительно довода заявителя жалобы о ненадлежащем исполнении финансовым управляющим обязанности по погашению текущих платежей ФИО4 пояснил, что требования ФИО6, относящиеся к текущим требованиям первой очереди, финансовым управляющим не погашены, тем самым существенно нарушена очередность погашения текущих платежей.

Как верно установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу определением суда от 14.10.2022 по обособленному спору №А56-42233/2020/ж.1 в удовлетворении жалобы арбитражного управляющего ФИО6 на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2 отказано в связи с отсутствием доказательств неисполнения или ненадлежащего исполнения финансовым управляющим возложенных на него обязанностей либо нарушения прав и законных интересов заявителя и иных кредиторов; заявление ФИО6 удовлетворено в части взыскания с ФИО4 понесенных за период исполнения обязанностей финансового управляющего в деле №А66-7128/2019 судебных расходов на общую сумму 59411,94 руб. 

В силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

В постановлении от 21.12.2011 № 30-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. 

Исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым это служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. 

Кроме того, из пояснений финансового управляющего ФИО2 следует, что на дату вступления вышеуказанного определения в законную силу требования ФИО6 были погашены в полном объеме за счет средств конкурсной массы должника, в подтверждение чего в материалы спора представлена копия приходного кассового ордера от 27.10.2022 №593. 

Суд первой инстанции, с учетом отсутствия доказательств неисполнения или ненадлежащего исполнения финансовым управляющим возложенных на него обязанностей либо нарушения прав и законных интересов заявителя, должника либо иных лиц, правомерно признал, что  основания для признания незаконными действий финансового управляющего ФИО2 в указанной части отсутствуют.

Относительно довода заявителя жалобы о необоснованном расходовании средств из конкурсной массы должника на публикацию сообщений, которые не предусмотрены Законом о банкротстве, ФИО4 пояснил, что в рамках настоящего дела о банкротстве финансовым управляющим ФИО2 в ЕФРСБ были опубликованы сообщения о получении требований кредиторов (№5667144 от 28.10.2020, №5693152 от 03.11.2020, №5711604 от 12.11.2020, №5800451 от 28.11.2020, №6894923 от 29.06.2021, №7055166 от 28.07.2021, №7443814 от 04.10.2021), стоимость публикаций которых составила в общей сумме 3053,38 руб. По мнению ФИО4, израсходование денежных средств в указанной сумме из конкурсной массы должника является необоснованным и неразумным. 

Кроме того, ФИО4 указал на сокрытие финансовым управляющим от должника информации о проведенной описи и оценке имущества в связи с неопубликованием и ненаправлением указанной информации в адрес должника, что лишает должника возможности проверить обоснование цены при продаже имущества, корректность проведенной оценки и обжаловать результаты такой оценки.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве. 

Указанные требования направляются в арбитражный суд и финансовому управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов (пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве). 

Финансовый управляющий в течение 5 дней с даты получения требований кредитора обязан включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о получении требований кредитора с указанием наименования (для юридического лица) или Ф.И.О. (для физического лица) кредитора, ИНН налогоплательщика, ОГРН (при их наличии), суммы заявленных требований, основания их возникновения и обязан предоставить лицам, участвующим в деле о банкротстве, возможность ознакомиться с требованиями кредитора и прилагаемыми к ним документами (пункт 2 статьи 100 Закона о банкротстве). 

В течение 30 дней с даты включения в ЕФРСБ сведений о получении требований соответствующего кредитора финансовый управляющий либо кредиторы, требования которых включены в реестр требований кредиторов, могут предъявить в арбитражный суд свои возражения относительно указанных требований, в том числе лица, участвующие в деле о банкротстве (пункт 1 статьи 34 Закона о банкротстве), вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов (пункт 3 статьи 100 Закона о банкротстве). 

Таким образом, обязанность арбитражного (в том числе и финансового) управляющего по включению сведений в ЕФРСБ о получении требований кредитора предусмотрена пунктом 2 статьи 100 Закона о банкротстве, который подлежит применению при рассмотрении требований в процедуре реализации имущества гражданина в силу пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве. Данные нормы являются общими, подлежат применению в случае отсутствия регулирования специальными нормами, относящимися к банкротству гражданина. 

Вместе с тем должник, ссылаясь на позицию, изложенную в определении Верховного суда РФ №309-ЭС19-15908 от 25.02.2020 по делу №А60-65747/2018, и на положения статьи 213.7 Закона №127-ФЗ, которая является специальной по отношению к статье 28 Закона о банкротстве, указал на отсутствие у финансового управляющего прямой обязанности по опубликованию в ЕФРСБ сведений о получении требований кредиторов в рамках дела о банкротстве физического лица. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. При этом разумность действий арбитражного управляющего должна определяться той степенью заботливости и осмотрительности, которая необходима для надлежащего исполнения его обязанностей, а добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствии умысла причинить вред кредиторам и должнику. 

Таким образом, арбитражный суд, принимая во внимание указанные финансовым управляющим обстоятельства необходимости опубликования в ЕФРСБ сведений о получении требований кредиторов при проведении процедуры реализации имущества должника, в том числе конфликтный характер процедуры и наличие значительного объема заявленных к включению в реестр требований кредиторов, в том числе аффилированных с должником, а также учитывая недоказанность несоответствия действий финансового управляющего ФИО2 требованиям Закона о банкротстве и факта нарушения этими действиями прав и законных интересов кредиторов или должника, обоснованно признал отсутствующими основания для удовлетворения жалобы ФИО4 в указанной части.

Относительно довода ФИО4 о сокрытии от должника информации о проведенной описи и оценке имущества финансовый управляющий указал на отсутствие в пункте 6 статьи 213.26 Закона о банкротстве требования об обязательной публикации описи имущества и решения об оценке в ЕФРСБ, а также на отсутствие предусмотренной положениями Закона о банкротстве обязанности по привлечению оценщика и подготовке отчета об оценке. Данные сведения также не содержатся в перечне сведений, подлежащих обязательному опубликованию в процедуре банкротства гражданина в соответствии с пунктом 2 статьи 213.7 Закона №127-ФЗ. 

Финансовый управляющий также ссылается на положения пункта 6 статьи 213.26 Закона о банкротстве, согласно которым о проведении описи, оценки и реализации имущества гражданина финансовый управляющий обязан информировать гражданина, конкурсных кредиторов и уполномоченный орган по их запросам, а также отчитываться перед собранием кредиторов. Вместе с тем, как пояснил управляющий, запросов о предоставлении описи или решения об оценке в его адрес от должника не поступало, тогда как в ответ на запросы отдельных кредиторов соответствующая информация была предоставлена. Доказательств обратного в материалы обособленного спора не представлено. 

Кроме того, ФИО2 пояснила, что опись имущества должника, проведенная финансовым управляющим, в полном объеме содержится во всех отчетах финансового управляющего (например, страницы 4-11 отчета финансового управляющего от 20.05.2022), равно как и сведения о проведении оценки и об утверждении положения о порядке реализации (страница 11 отчета финансового управляющего от 20.05.2022). Также указанные сведения (опись и решение об оценке) были представлены суду и кредиторам при рассмотрении заявления финансового управляющего об утверждении порядка реализации имущества гражданина, утвержденного определением арбитражного суда от 17.08.2021 по обособленному спору №А56-42233/2020/ход.2, в подтверждение чего управляющим представлены копии почтовых квитанций и переписки с кредиторами по электронной почте. 

В связи с изложенным, суд первой инстанции правомерно установил, что необходимость опубликования вышеуказанных сведений в ЕФРСБ отсутствовала.

Кроме того, в представленных в материалы спора письменных объяснениях в отношении отзыва финансового управляющего ФИО4 также указал на наличие оснований для вывода об аффилированности между финансовым управляющим и одним из его кредиторов, пояснив, что ФИО2 и ФИО7 являются членами Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». 

Между тем ФИО7 является генеральным директором ООО «Комплексные юридические технологии» (далее - ООО «КЮТ»), а также совместно с должником - одним из учредителей ООО «КЮТ», что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ). 

Как указал должник, ООО «КЮТ» являлось одним из кредиторов ФИО4 и подавало заявление о включении своих требований в реестр требований кредиторов ФИО4, в удовлетворении которого было отказано судом. 

Таким образом, по мнению должника, поскольку ФИО2 и ФИО7 являются членами одной саморегулируемой организации, есть основания полагать, что ФИО7, находясь в сговоре с ФИО2, может оказывать влияние на процедуру банкротства ФИО4, нарушая законные интересы должника и его кредиторов.

Возражая против указанного довода должника, финансовый управляющий пояснил, что ООО «КЮТ» кредитором ФИО4 не является, соответствующие доводы должника уже были предметом проверки, по результатам которой судами установлено отсутствие аффилированности. 

Кроме того, в рамках рассмотрения требования ООО «КЮТ» в рамках обособленного спора №А56-42233/2020/тр.2 ФИО2 заявляла возражения относительно включения требований указанного кредитора в реестр должника; определением арбитражного суда от 15.03.2021 по указанному спору, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2021 и постановлением Арбитражного Северо-Западного округа от 29.07.2021, в удовлетворении заявления ООО «КЮТ» о включении в реестр требований кредиторов должника отказано. 

Финансовый управляющий ФИО2 не является аффилированным либо заинтересованным лицом ни по отношению к ООО «КЮТ», ни по отношению к его руководителю - ФИО7, тогда как членство финансового управляющего в какой-либо саморегулируемой организации не свидетельствует о его заинтересованности либо о наличии трудовых или служебных отношений по отношению к иным лицам, являющимся членами этой же саморегулируемой организации. При этом ссылаясь на сведения из общедоступных источников, финансовый управляющий указал, что реестр арбитражных управляющихчленов Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» насчитывает более 600 человек. 

При этом руководитель ООО «КЮТ» - ФИО7 не входит в одну группу лиц с ФИО4, а является аффилированным по отношению к ООО «КЮТ» и входит в одну группу лиц с данным обществом как его генеральный директор и участник. При этом ФИО4, будучи аффилированным с ООО «КЮТ», тем не менее не входит в одну группу лиц ни с ФИО7, ни с ООО «КЮТ», поскольку не обладает более 50% долей участия в обществе. 

Финансовый управляющий также указывает, что при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО4 на решение о признании его банкротом аналогичные доводы были отклонены судом апелляционной инстанции; постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 установлено, что признаки аффилированности в отношениях между финансовым управляющим и должником либо кредиторами отсутствуют. 

Статья 19 Закона о банкротстве устанавливает круг заинтересованных лиц по отношению к должнику, к должнику - юридическому лицу, к должнику - гражданину и закрепляет, что в случаях, предусмотренных Законом №127-ФЗ, заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 данной статьи. 

Вместе с тем доводы ФИО4 об аффилированности финансового управляющего ФИО2 и ФИО7, в том числе в связи с членством в одной саморегулируемой организации арбитражных управляющих, не могут свидетельствовать о заинтересованности лиц либо их аффилированности между собой, а также по отношению к должнику и его кредиторам. 

Независимый характер деятельности арбитражного управляющего (абзац второй пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве не предполагает наличие у него самостоятельного интереса в исходе дела о банкротстве. Управляющий действует в интересах гражданского правового сообщества, объединяющего кредиторов. Заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику или его кредиторам, интересы которых могут кардинально расходиться, в том числе и в части перехода контроля за активами конкурсной массы, означает, что действия управляющего могут быть направлены на соблюдение имущественного интереса заинтересованного лица в ущерб интересам иных участников дела о банкротстве. Заинтересованность (аффилированность) управляющего должна проявляться по отношению к конкретному участнику дела о банкротстве - должнику либо к отдельному кредитору. 

В данном случае заявителем не указано конкретных обстоятельств, позволяющих сделать вывод о недобросовестности действий финансового управляющего и свидетельствующих о наличии заинтересованности и аффилированности между финансовым управляющим и ООО «КЮТ», в том числе с учетом отказа арбитражным судом во включении требования указанного кредитора в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом верно установлено, что доводы заявителя не нашли своего подтверждения, должник не доказал факт неисполнения или ненадлежащего исполнения финансовым управляющим своих обязанностей, а также факт нарушения прав и законных интересов заявителя жалобы, причинения или возможности причинения убытков должнику или его кредиторам. Доказательства наступления негативных последствий, в том числе в виде убытков, причиненных должнику или его кредиторам, в материалы спора не представлены. 

Вместе с тем арбитражным управляющим ФИО2 в материалы настоящего спора представлены доказательства добросовестного осуществления им мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.12.2022 по делу №  А56-42233/2020/ж.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.М. Кротов

Судьи

 

Е.В. Бударина

 Е.А. Герасимова