ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: i№fo@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А54-4679/2020

20АП-5197/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 25.10.2023

Постановление в полном объеме изготовлено 27.10.2023

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А. судей Волошиной Н.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителей ООО «Строймарт» – ФИО2 (доверенность от 3.04.2021), ФИО3 (доверенность от 14.12.2021), представителя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 14.10.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом посредством систем видеоконференц-связи между Двадцатым арбитражным апелляционным судом и Арбитражным судом Рязанской области, апелляционную жалобу ООО «Строймарт» на определение Арбитражного суда Рязанской области от 21.06.2023 по делу                                    № А54-4679/2020 (судья Ветлужских Е.А.), принятое по результатам рассмотрения объединенных заявлений конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной ответственностью «Ок-Тех» о взыскании с ФИО4 (ИНН 

<

***>, г. Рязань) убытков в размере 16 558 205руб., о привлечении ФИО4 (ИНН 

<

***>, г. Рязань) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 12 014 717,84 руб. в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ОкТех» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ОкТех» (далее по тексту - ООО «ОкТех») в связи с наличием непогашенной задолженности на общую сумму 363 964 руб., из которых: 358 875 руб. - основной долг, 5 089 руб. - расходы по оплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 07.09.2020 в отношении ООО «ОкТех» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве), назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления с привлечением лиц, участвующих в деле.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 19.10.2020 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании от 12.10.2020) ООО «ОкТех» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО7.

Сообщение о введении в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 24.10.2020.

Определением заместителя председателя Арбитражного суда Рязанской области от 16.07.2021 произведена процессуальная замена судьи Соловьевой С.Е. на судью Ветлужских Е.А.

В судебном заседании (30.03.2022) по рассмотрению отчета конкурсного управляющего кредитором - ООО «Строймарт» в порядке статьи 50 Закона о банкротстве  было заявлено ходатайство о назначении судебной бухгалтерской экспертизы, проведение которой просил поручить эксперту ООО «Бизнес - Консалтинг - Аудит» ФИО8. Перед экспертом просил поставить следующие вопросы:

- какова реальная сумма активов ликвидационного баланса ООО «ОкТех»;

- соответствует ли установленная экспертом сумма активов сумме активов, отраженных в ликвидационном балансе «ОкТех».

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 12.04.2022 назначена по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ОкТех» судебная бухгалтерская экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Бизнес -Консалтинг-Аудит» ФИО8.

24.06.2022 в материалы дела от эксперта общества с ограниченной ответственностью «Бизнес - Консалтинг-Аудит» ФИО8 поступило экспертное заключение.

30.09.2022, ссылаясь на заключение эксперта, конкурсный управляющий имуществом ООО «ОкТех» обратился в суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя (учредителя) ФИО4 в пользу ООО «ОкТех» убытков в размере 16 558 205руб.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 06.10.2022 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании с привлечением лиц, участвующих в деле.

30.09.2022, ссылаясь на заключение эксперта, конкурсный управляющий                      ООО «ОкТех» обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя (учредителя) ФИО4 и взыскать в пользу                 ООО «ОкТех» денежные средства в размере 12 014 717,84 руб.

В суде  первой инстанции представитель ФИО4 заявил ходатайство о назначении повторной судебно-бухгалтерской экспертизы, проведение которой просил поручить экспертам ООО «МедиаАнализАудит» ФИО9 и ФИО10 ФИО4 просил на разрешение повторной судебно-бухгалтерской экспертизы поставить аналогичные вопросы.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 16.11.2022 по ходатайству ФИО4 назначена повторная судебно-бухгалтерская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «МедиаАнализАудит» ФИО9 и ФИО10.

 В порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в одно производство для совместного рассмотрения объединены заявления конкурсного управляющего о взыскании с ФИО4 убытков в размере 16 558 205руб.; о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 12 014 717,84руб. В соответствии с частью 1 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело назначено к судебному разбирательству.

В материалы дела от ООО «МедиаАнализАудит» поступила судебная экспертиза.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 27.03.2023 в судебное заседание для дачи дополнительных пояснений относительно экспертного заключения, по ходатайству конкурсного управляющего, вызваны эксперты ООО «МедиаАнализАудит» ФИО9 и ФИО10.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 21.06.2023 по делу                                    № А54-4679/2020 заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ОкТех» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании с ФИО4 (ИНН 

<

***>, г. Рязань) убытков в размере                       16 558 205 руб., о привлечении ФИО4 (ИНН 

<

***>,         г. Рязань) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере                  12 014 717,84 руб., оставлено без удовлетворения. С депозитного счета Арбитражного суда Рязанской области обществу с ограниченной ответственностью «МедиаАнализАудит» по реквизитам, указанным в счете № 11 от 23.03.2023, в счет оплаты услуг эксперта перечислены денежные средства в сумме 45 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Строймарт» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение отменить, отправить вопрос на новое рассмотрение.

Заявитель жалобы указывает на то, что установленный судом первой инстанции факт недоказанности фактического наличия числящихся на балансе запасов, возможности формирования за счет их конкурсной массы не исключает факт причинения убытков обществу контролируемым его лицом.

По мнению заявителя жалобы, ФИО4 умышленно скрыл финансовую неплатежеспособность организации (увеличил величину чистых активов, а величину убытков занизил, скрывая убытки) в балансах должника за 2017 – 2018 гг., а целью процедуры банкротства является переложение убытков в размере более 14 000 000 рублей, полученных организацией в период осуществления своей деятельности на кредиторов. Кроме того указал на неподачу ФИО4 заявления о банкротстве ООО «ОкТех».

ФИО4 представил отзыв, в котором возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители ООО «Строймарт» поддержали доводы апелляционной жалобы, просили определение отменить, а апелляционную жалобу –  удовлетворить.

Представитель ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили.

Конкурсный управляющий ООО «ОкТех» ФИО7 в ходатайстве просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие иных неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве. В соответствии со статьей 18 Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), изложившей статью 10 Закона о банкротстве в иной редакции, он вступил в силу со дня его опубликования - 01.07.2013 (статья 24 Закона № 134-ФЗ).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 1 Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. Между тем действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам, закрепленным в пункте 1 статьи 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом. Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности, изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ указанный нормативно-правовой акт вступил в законную силу в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу, то есть с 30.07.2017. Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ, часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них, независимо от даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве). Данный подход отражен и в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым указано, что положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место быть после дня вступления в силу обновленного закона.

Суд первой инстанции верно указал, что поскольку заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подано в 2022 году, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. Так как в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности положены обстоятельства, имевшие место  в период с июля 2017 по 2020 год, то арбитражный суд применил к спорным правоотношениям положения статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу положений главы III.2 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53), к субсидиарной ответственности по обязательствам должника могут быть привлечены только лица контролирующие должника.

Таким образом, суд, рассматривая заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, обязан определить круг лиц, имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания, и которые, соответственно, потенциально могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольного им должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, руководителем и учредителем (участником) ООО «ОкТех» являлся ФИО4.

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника, конкурсный управляющий ссылался на проведенную судебную бухгалтерскую экспертизу, согласно которой установлено, что реальная сумма активов ликвидационного баланса составила 51 281 000 руб., из которых 33 000 руб. - основные средства, 29 732 000 руб. - запасы, 4 958 000 руб. - прочие оборотные активы, 16 558 000 руб. - дебиторская задолженность. При этом, при проведении инвентаризации имущества должника, конкурсным управляющим движимого и недвижимого имущества выявлено не было, документы, бывшим руководителем переданы не были. Кроме того, конкурсным управляющим были проанализированы движения денежных средств по расчетным счетам, из которых усматривалось неподтвержденное снятие наличных денежных средств на сумму 16 558 205 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, к субсидиарной ответственности и о взыскании с него убытков, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Как следует из пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее Закона о бухгалтерском учете), ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Принимая во внимание пункт 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закона об обществах с ограниченной ответственностью), руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества, который без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества.

В силу статьи 9 Закона о бухгалтерском учете, факт хозяйственной жизни оформляется первичным учетным документом.

Согласно статье 29 Закона о бухгалтерском учете, на экономический субъект возложена обязанность обеспечить безопасные условия хранения и передачи документов бухгалтерского учета и защиту от изменений.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз.

В силу положений статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, общество обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе, иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 данной статьи, по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Таким образом, составление, учет и хранение документов, в том числе подтверждающих права общества на имущество, дебиторскую и кредиторскую задолженности, в силу прямого указания закона обязан обеспечить единоличный исполнительный орган общества.

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется, была передана при увольнении учредителю или вновь назначенному руководителю.

В случае если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

Как установлено судом первой инстанции, в материалы дела от ФИО4 поступила первичная документация, подтверждающая хозяйственную деятельность должника (том 18 – 25).

Как указывалось выше, конкурсный управляющий в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ссылался на заключение эксперта № 6/2022 от 24.06.2022, согласно которому установлено, что реальная сумма активов ликвидационного баланса составила 51 281 000 руб., из которых 33 000 руб. - основные средства, 29 732 000 руб. - запасы, 4 958 000 руб. - прочие оборотные активы, 16 558 000 руб. - дебиторская задолженность.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта, получаемое по итогам производства судебной экспертизы, служит одним из доказательств по делу. Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании (19.10.2022) эксперт ФИО8 пояснял, что проводил судебно-бухгалтерскую экспертизу только по документам, предоставленным конкурсным управляющим.

В ходе судебных разбирательств, представитель ФИО4, заявил ходатайство о проведении повторной экспертизы, в связи с тем, что экспертом при проведении экспертизы не исследовалась первичная документация, не предприняты действия по получению первичных документов, а также выявления всех обстоятельств финансово-хозяйственной деятельности должника. Представитель ответчика пояснял, что заключение эксперта обусловлено недостаточным количеством материалов по делу.

Удовлетворяя заявленное ходатайство, суд первой инстанции руководствовался статьями 82, 87, 106, 107 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 20, 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» и исходили из того, что представленное экспертное заключение ООО «Бизнес - Консалтинг - Аудит» не являлось полным и всесторонним, ввиду недостаточности у эксперта необходимой документации, что не позволяет использовать содержащиеся в нем выводы в качестве надлежащего доказательства при разрешении спора о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, и о взыскании с него убытков.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 16.11.2022 по ходатайству ФИО4 назначена повторная судебно-бухгалтерская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «МедиаАнализАудит» ФИО9 и ФИО10

В материалы дела представлено экспертное заключение, подготовленное экспертами ООО «МедиаАнализАудит» ФИО9 и ФИО10 Согласно экспертному заключению, остаточная стоимость основных средств, внеоборотных активов равно 0, товарно-материальные ценности отсутствуют (равны 0), дебиторская задолженность отсутствует, реальная сумма активов равна 0.

В судебном заседании суда первой инстанции (24.04.2023) эксперты                                ООО «МедиаАнализАудит» пояснили, что экспертное заключение было ими проведено на основании анализа первичной документации, представленной в материалы дела конкурсным управляющим, переданной конкурсному управляющему ответчиком. Также экспертиза проводилась на основании бухгалтерской отчетности. Как пояснил эксперт, сумма активов определялась на основании расшифровки статей бухгалтерской отчетности, при анализе которой было выявлено, что имущество, отраженное в балансе либо было реализовано, либо списано на финансовый результат. Экспертами анализировались расчетные счета должника, книги покупок и продаж, статьи баланса, в результате чего экспертами сделан вывод, что на дату введения процедуры все остатки закрыты, остальные остатки подлежат списанию на финансовый результат и не являются реальными активами. Как пояснил эксперт, в пояснительной записке отражены расходы будущих периодов на сумму более 14 млн. руб. Расходы будущих периодов представляют собой скрытые убытки. Работающее предприятие имеет возможность не списывать сразу на себестоимость расходы которые понесло предприятие для реализации и выпуска продукции, а относить на себестоимость вновь произведенной продукции. Поскольку конкурсное производство не предусматривается продолжение текущей хозяйственной деятельности, то расходы будущих периодов списываются на финансовый результат. Также эксперт пояснил, что поскольку у предприятия отсутствует незавершенная продукция, запасы и иное имущество, то соответственно отсутствует возможность что-то довоспроизвести и дореализовать, то они подлежат списанию на финансовый результат.

Доводы кредитора относительно имеющихся запасов у предприятия должника и непередачи бывшим руководителем предприятия должника документов по запасам, судом первой инстанции правомерно отклонены исходя из следующего.

В строку баланса «запасы», относят материальное имущество предприятия, с помощью которого изготовляется конечная производственная продукция. Отражая их в балансе, предприятие показывает, какими ресурсами оно располагает в конце отчетного года. Запасы в балансе состоят из нескольких категорий: материалы, сырье; готовая продукция; расходы будущих периодов; незавершенное производство; товары для продажи. Принимая во внимание, деятельность должника, отсутствие движимого, недвижимого имущества, суд приходит к выводу о недоказанности фактического наличия числящихся на балансе запасов, возможности формирования за счет их конкурсной массы.

Таким образом, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, именно конкурсный управляющий обязан доказать невозможность пополнения конкурсной массы вследствие непередачи руководителем документов и то, что надлежащее исполнение руководителем данной обязанности позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные средства или имущество.

Институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности носит экстраординарный характер и подлежит использованию только при наличии явного и недобросовестного поведения, связанного с преследованием противоправных целей, отличных от стандартов поведения иных руководителей коммерческих предприятий, поэтому его упрощенное использование в качестве способа пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов безусловно будет нарушать права лиц, осуществляющих коммерческую деятельность, в этой связи столь широкое толкование оснований для возможности его использования, недопустимо. Возложение субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является экстраординарной мерой ответственности, которая не может быть применена без достаточных и веских оснований.

Указанное следует учитывать и при применении презумпции вины лица в банкротстве должника в случае отсутствия документов его бухгалтерского учета или отчетности - такая ответственность может быть применена лишь в том случае, если отсутствие документации реально повлекло невозможность осуществления расчетов с кредиторами и банкротство должника.

Сам по себе факт непередачи документов без установления факта вины субъекта ответственности не может быть основанием привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать обстоятельства, закрепленные в пунктах 2, 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

При этом смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации, ее искажение указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) содержит разъяснение о том, что, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, с учетом чего судам предписано оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Таким образом, необходимо установить существенность влияния названных действий ответчиков на возникновение у должника признаков объективного банкротства, были ли данные действия (бездействия) необходимой причиной банкротства должника, то есть являются ли названные действия такими, без которых объективное банкротство должника не наступило бы, либо, исходя из разумных ожиданий, они не должны были привести к объективному банкротству должника.

Из заявления конкурсного управляющего ООО «ОкТех» ФИО7  следует, что последний ссылался на то, что   указанные им в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности  перечисления денежных средств   стали причиной  банкротства ООО «ОкТех», поскольку бывшим руководителем должника не были представлены документы, подтверждающие обоснованность данных хозяйственных операций. 

Однако в процессе рассмотрения настоящего обособленного спора в суде первой инстанции,  в материалы дела  бывшим руководителем  был представлен большой объем первичной документации (том 18 – 25) в качестве подтверждения  обоснованности  операций  по снятию и перечислению денежных средств со счета ООО «ОкТех», на которые  ссылался в своем заявлении конкурсный управляющий должника.   

При этом из экспертного заключения, подготовленного экспертами ООО «МедиаАнализАудит» ФИО9 и ФИО10, следует, что остаточная стоимость основных средств, внеоборотных активов равно 0, товарно-материальные ценности отсутствуют (равны 0), дебиторская задолженность отсутствует, реальная сумма активов равна 0.

Непреднамеренные ошибки при ведении бухгалтерского учета, при фактическом отсутствии в ООО «ОкТех» движимого и недвижимого имущества, запасов и дебиторской задолженности, не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственность, поскольку доказательств намеренного искажения отчетности, а также доказательств, подтверждающих вывод активов ООО «ОкТех» в предбанкротный период, материалы дела не содержат.

Таки образом, в нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не опровергнута презумпция, установленная в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы,  так и по доведению до объективного банкротства в связи с указанными в заявлении конкурсного управляющего должника хозяйственными операциями  ООО «ОкТех».

При этом довод жалобы о неподаче заявления о банкротстве ООО «ОкТех» ФИО4 подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку вопреки п.2 ст. 268 АПК РФ ООО «Строймарт» заявило это основание только в суде апелляционной инстанции.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании с                   ФИО4 убытков также правомерно отказано на основании следующего.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества (в частности, директор) должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Следовательно, интерес субъектов, вступающих в какие-либо договорные отношения в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности, направлен на получение прибыли. По общему правилу, договорные отношения в предпринимательской сфере должны соответствовать рыночным условиям.

Директор в случае нарушения обязанности действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, если он совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Также из содержания пункта 4 названного Постановления следует, что единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В частности, при привлечении юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.д.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора с такого руководителя могут быть взысканы понесенные юридическим лицом убытки.

Согласно изложенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.05.2018 № 301-ЭС17-20419 правовому подходу по делам о возмещении убытков их размер определяется по общим правилам пункта 2 статьи 15 ГК РФ (абзац первый пункта 6 Постановления № 62): юридическое лицо, чье право нарушено, вправе требовать возмещения в том числе расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Это означает, что в результате возмещения убытков хозяйственное общество должно быть поставлено в то положение, в котором оно находилось бы, если бы его право не было нарушено.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.

Пункт 2 статьи 15 ГК РФ определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в материалы дела представлена первичная документация, отражающая хозяйственную деятельность должника (тома 18 – 25).

Кроме того, конкурсный управляющий, полагая, что сделки по перечислению денежных средств имели своей целью вывод имущества из конкурсной массы должника и, соответственно, причинение вреда кредиторам, мог оспорить вышеуказанные перечисления.

Также суд первой инстанции верно указал, что конкурсный управляющий не лишен был возможности истребования через суд документы, относительно спорных перечислений.

Вместе с тем, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наступление негативных последствий для должника от перечисления, и что спорные перечисления выходили за пределы обычных рисков предпринимательской деятельности.

Учитывая изложенное, обстоятельства дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 21.06.2023 по делу                                       № А54-4679/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова 

Н.А. Волошина

О.Г. Тучкова