ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-7257/2020

13 июля 2021 года

г. Киров

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 июля 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейНемчаниновой М.В., Щелокаевой Т.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кодоловым А.В.,

при участии в судебном заседании:

представителя ООО «Лукойл-Коми» ФИО2 по доверенности от 01.01.2021;

представителя ООО «Лукойл-Коми» ФИО3 по доверенности от 14.04.2021; генерального директора ООО Транспортная компания «Новотранс» ФИО4 по паспорту;

представителя ООО Транспортная компания «Новотранс» ФИО5 по доверенности от 11.01.2021.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми»

на решение Арбитражного суда Республики Коми от 15.03.2021 по делу № А29-7257/2020

по иску общества с ограниченной ответственностью Транспортная компания «Новотранс» (ИНН:1102060280, ОГРН:1081106000909) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми» (ИНН:11060141401106014140, ОГРН: 

<

***>),  а также  к публичному акционерному обществу «Нефтяная компания «Лукойл» (ИНН: 

<

***>,ОГРН: 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора (на стороне истца), временный управляющий истца ФИО6, 

о взыскании убытков,

установил:

общество ограниченной ответственностью транспортная компания «Новотранс» (далее – Компания, ООО ТК «Новотранс», истец) обратилось в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми» (далее – Общество, ООО «Лукойл-Коми», ответчик, заявитель) и к публичному акционерному обществу «Нефтяная компания «Лукойл» (далее – ПАО «Лукойл») о взыскании с надлежащего ответчика за период с 01.05.2017 по 15.02.2020 60 870 496 рублей 54 копейки убытков по договору на оказание транспортных услуг от 01.07.2016 № 16Y1386 (далее – Договор-1) и 42 353 521 рубль 86 копеек убытков по договору на оказание транспортных услуг от 01.07.2016 № 16Y1405 (далее – Договор-2), а всего 103 224 018 рублей 40 копеек убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён временный управляющий Компании ФИО6 (далее – временный управляющий ФИО6).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 15.03.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме в отношении ООО «Лукойл-Коми», в удовлетворении исковых требований к ПАО «Лукойл» отказано.

ООО «Лукойл-Коми», не согласившись с принятым решением суда, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, в удовлетворении исковых требований отказать. 

По мнению заявителя, договором определена максимальная его сумма, которая может быть пересмотрена в сторону увеличения только при наличии дополнительного соглашения сторон. Отмечает, что договоры, являющиеся предметом настоящего спора, заключены путем проведения тендера, условие о цене договора в рассматриваемой ситуации является для сторон существенным, в связи с чем делает вывод о том, что даже при согласии ответчика на внесение в договоры соответствующих изменений, потребовалось бы не только заключение дополнительных соглашений, но и проведение тендерных торгов. Полагает, что безусловное изменение цены договора без необходимости внесения в него изменений возможно лишь для договоров с ценами, регулируемыми государственными органами или органами местного самоуправления, к которым спорные договоры никак не относятся. Ответчик отмечает, что в отношении спорных пунктов договоров судом не сделано вывода о том, что они являются несправедливыми. По мнению заявителя, истец не является слабой стороной договоров, поскольку истец никаким образом не принуждался к заключению спорных договоров, договоры заключены по его собственной воле, при этом истец заключил с ответчиком сразу несколько аналогичных договоров, что недвусмысленно свидетельствует о его волеизъявлении, истец также был вправе предложить протокол разногласий к договору, однако этого и не требовалось, поскольку, как следует из пояснений, названные условия о возможности увеличения стоимости тарифа его полностью устраивали. Мотивируя вывод о том, что право ответчика на односторонний отказ от договора блокировало возможность истца вносить в него изменения, суд не учитывает, что право на отказ от договора сопряжено с обязанностью ответчика оплатить истцу убытки, вызванные таким отказом. Ответчик указывает, что истец имел право на расторжение договора, что опровергает вывод суда. ООО «Лукойл-Коми» отмечает, что судом в принципе не исследовалась возможность заключения договора с иным контрагентом, а сами договоры не исполнялись в районах Крайнего Севера. Полагает, что истец мог заключить аналогичные договоры с иными предприятиями нефте-газо-добывающей отрасли на территории Ухтинского района Республики Коми. Также заявитель выражает несогласие с расчетом исковых требований. По мнению ответчика, судом первой инстанции не дана оценка доводов ответчика о необоснованности требований Истца при прекращении действия договоров. Полагает, что при заключении договора истец должен был предполагать о росте цен на топливо, поскольку аналогичные процессы уже имели место в большей или меньшей степени на протяжении последних 10 лет до заключения договоров, сами по себе инфляционные процессы не относятся к числу обстоятельств, возникновение которых нельзя было предвидеть. Общество указывает, что изменить обязательство по соглашению сторон, если оно уже ранее прекращено исполнением невозможно. Также заявитель полагает, что к спорным отношениям подлежит применению годичный срок исковой давности, поскольку требование вытекает из договоров, содержащих элементы перевозки.

ООО ТК «Новотранс» в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Отмечает, что стоимость услуг по договорам включает в себя все расходы, которые Исполнитель понёс или может понести по оказанию услуг, В том числе в тариф подлежат включению все затраты на топливо, так как это важнейшая составляющая часть тарифа. Компания полагает, что спорные пункты договоров содержат две различных нормы: первая относится к ситуации, когда стоимость топлива повышается на величину менее 5 % на начало следующего отчётного года, и при таких обстоятельствах стороны могут заключить соглашение о пересмотре тарифов, причём несколько раз в течение одного календарного года (до четырёх раз), вторая часть спорных пунктов относится к ситуации, когда размер роста стоимости топлива превышает порог 5% превышения стоимости топлива, включённого в тариф, и при таких обстоятельствах тарифы подлежат пересмотру, то есть увеличение тарифов должно происходить в императивном порядке. Также истец полагает, что в рассматриваемом случае имело место недобросовестное поведение ответчика, поскольку последний игнорировал неоднократные обращения истца по пересмотру тарифов. По мнению истца, осуществление деятельности в Ухтинском районе Республики Коми иными предприятиями отрасли не имеет правового значения для рассмотрения дела. Компания отмечает, что представленный истцом расчёт ответчик не опроверг, свой расчёт не представил. ООО ТК «Новотранс» возражает против приобщения к материалам дела расчета, приложенного ответчиком к апелляционной жалобе. Вопреки доводам ответчика, вопрос об изменении условий договоров не является предметом спора, истец отмечает, что он обратился в суд за взысканием убытков в связи с неисполнением ответчиком своих обязанностей по Договорам. По мнению ООО ТК «Новотранс», между сторонами заключены договоры оказания услуг, поэтому применению подлежит трехлетний срок исковой давности.

Временный управляющий ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Временный управляющий ФИО6 полагает, что ответчик ООО «Лукойл Коми» в данном случае ненадлежащим образом исполнял свои обязательства по заключенным договорам № 16Y1386 от 01.07.2016 и № 16Y1405 от 01.07.2016. Указывает, что именно ответчик ООО «Лукойл-Коми» намеренно продолжительное время уклонялся от заключения дополнительных соглашений к договору, тогда как ООО «ТК «Новотранс» добросовестно пользовался своими правами и неоднократно обращалось в адрес ООО «Лукойл-Коми» с просьбами о пересмотре тарифов. По мнению временного управляющего ФИО6, действия ООО «Лукойл-Коми», связанные с уклонением или отказом в пересмотре тарифов в связи с увеличением стоимости топлива, поставили ООО «ТК «Новотранс» на грань рентабельности, что в том числе послужило одной из причин банкротства компании.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось до 07.07.2021.

В судебном заседании ООО «Лукойл-Коми», ООО ТК «Новотранс» поддержали доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, ответили на вопросы суда.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

С дополнениями к апелляционной жалобе ООО «Лукойл-Коми» представило контрасчеты требований, информацию о динамике изменения розничных цен на нефтепродукты на АЗС Ухтинского и Сосногорского районов с 2016 по 2020, поступившую от ООО «ЛУКОИЛ-Северо-Западнефтепродукт», сравнение норм расхода топлива и среднечасового пробега транспорта.

До судебного заседания от Компании поступило ходатайство о приобщении к материалам дела следующих дополнительных документов: расчет суммы убытка ООО ТК «Новотранс» за период с 01.01.2017 по 15.02.2020 гг. по Договорам № 16Y1386 от 01.07.2016 г и № 16Y1405 от 01.07.2016 г с ООО «Лукойл-Коми», сводный расчет требований ООО ТК «Новотранс», калькуляции стоимости договорных и пересчитанных тарифов, выдержка из коммерческой документации к тендеру № 3862, график изменения цены дизельного топлива, реализуемого ООО «ЛУКОИЛ-Северо-Западнефтепродукт» (мелкий опт) за период с 01.01.2017 по 01.01.2020.

До судебного заседания от Общества поступили справочные сведения об изменении стоимости топлива (расчет отклонений стоимости топлива).

Судебная коллегия полагает возможным приобщить к материалам дела представленные документы, при этом руководствуется следующим.

Согласно пункту 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Принимая во внимание, что указанные сведения носят справочный характер и могут быть получены из общедоступных источников, указанные документы в целях наиболее полного установления фактических обстоятельств дела и оценки заявленных доводов подлежат приобщению к материалам дела на основании статей 159, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, между ООО «Лукойл-Коми» (Заказчик) и ООО ТК «Новотранс» (Исполнитель) заключены договоры на оказание транспортных услуг от 01.07.2016 № 16Y1386 и от 01.07.2016 № 16Y1405.

В пункте 10.29 Договора-1 и в пункте 10.17 Договора-2 определено, что стоимость услуг остаётся неизменной на весь период действия договоров, за исключением случаев, предусмотренных этими договорами.

Согласно пункту 10.35 Договора-1 и пункту10.23 Договора-2: 

«Величина тарифов, определенная по итогам тендерных торгов, подтверждается расчетом тарифов с выделением топливной составляющей (с указанием норм расхода, вида топлива и его цены на дату начала действия договора). Величина тарифов может быть изменена по согласованию сторон в связи с изменением стоимости топлива (бензина, дизельного топлива) как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения не чаще 1 раза в квартал путём заключения дополнительных соглашений к Договору.

Пересмотр тарифов осуществляется с момента превышения:

• 5% стоимости топлива, включенной в тариф по состоянию на 01.01.2017 год;

• 5% стоимости топлива, включенной в тариф по состоянию на 01.01.2018 года;

• 5% стоимости топлива, включенной в тариф по состоянию на 01.01.2019 года;

• 4% стоимости топлива, включенной в тариф по состоянию на 01.01.2020 года».

Во время исполнения обязательств по договорам Компания закупала топливо у единственного поставщика - общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт» (далее – ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт»), в подтверждение представлены соответствующие договоры, платежные поручения об оплате стоимости топлива.

Цены на топливо повышались ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт» в уведомительном порядке, о чем представлены соответствующие уведомления.

Компания, указав на соответствующий рост цен на топливо, уклонение Общества от подписания дополнительных соглашений об изменении величины тарифов, что привело к увеличению себестоимости оказываемых транспортных услуг, отрицательной рентабельности, убыткам и, как следствие, к полному прекращению деятельности Компании в феврале 2020 года, направило ответчикам претензию от 30.04.2020.

Оставление претензии без удовлетворения послужило основание для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решение суда исходя из нижеследующего.

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем возмещения убытков (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пунктом 1 статьи 393 ГК РФ установлено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ) (пункт 12 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд первой инстанции верно квалифицировал заявленный иск в качестве требования о взыскании договорных убытков.

В рассматриваемом деле спор между сторонами возник относительно толкования пункта 10.35 Договора-1 и пункта 10.23 Договора-2, имеющих одинаковое содержание.

Как правильно отметил суд первой инстанции, в рассматриваемом случае установлению подлежит то, является ли превышение указанных пороговых показателей стоимости топлива основанием для пересмотра тарифов в сторону увеличения в обязательном порядке либо увеличение тарифов насколько бы ни возросла стоимость топлива в любом случае не может быть осуществлено вне воли Общества, формализованной в подписанном им дополнительном соглашении.

Исходя из принципа свободы договора, предусмотренного статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица свободны в заключении договора, при этом в силу пункта 4 указанной статьи условия договора определяются по усмотрению сторон.

В пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено следующее.

Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Судебная коллегия, оценив содержание спорных условий договоров, соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что внося в договоры спорные пункты, стороны фактически приняли на себя обязательство пересматривать стоимость услуг в связи с ростом цен на топливо, превышающим определенные договорами пороговые значения.

Доводы Заявителя о том, что стоимость услуг может быть изменена только по соглашению сторон, не свидетельствует об отсутствии у стороны обязанности такие соглашения заключать в случае наступления условий, предусмотренных договорами, а именно с момента превышения определенного процента стоимости топлива, включенной в тариф.

Указание заявителя на то, что спорная формулировка договоров предполагает, что перерасчет стоимости топлива может быть осуществлен по состоянию на 1 января каждого года на величину, превышающую 5 % от стоимости топлива, включенной в тариф, не принимается.

При этом учтены разъяснения, изложенные в пункте 11 Постановления № 16, согласно которому при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. 

Отклоняя доводы ответчика о том, что пересмотр тарифов должен осуществляться на разницу между 5 % и фактическим процентом роста стоимости топлива, судебная коллегия также принимает во внимание, что предложенное ответчиком толкование из буквального текста договоров не следует, а кроме того, противоречит принципу толкования contra proferentem ("против произнесшего" – лат.), который предусматривает, что при возникновении какого-либо сомнения или двусмысленности в понимании условия договора содержащее их условие договора должно разрешаться не в пользу стороны, подготовившей проект договора или включившей в договор данное условие.

На этом основании апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда первой инстанции относительно содержания спорных условий договора.

Поскольку согласованные сторонами условия, при которых осуществляется пересмотр тарифов, фактически наступили, превышение процента стоимости топлива, включенной в тариф, имело место, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии у сторон обязанности  по пересмотру тарифов.

В силу пункта 1 статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

В материалах дела содержится обширная переписка сторон в отношении вопроса об увеличении тарифов. 

Исполнитель многократно направлял Обществу детальные расчёты тарифов с выделением топливной составляющей и обращался к заказчику с просьбами оформить и подписать дополнительные соглашения с пересчитанными тарифами; Компания также направляла поставщику топлива, входящему в группу «Лукойл», подписанные со своей стороны протоколы согласования договорных цен (письма от 31.10.2016 № 1541/16, от 15.12.2017 № 2015/17, 2016/17, 2017/17, от 18.01.2018 № 40/18, 41/18, от 15.02.2018 № 311/18, от 24.05.2018 № 749/18, от 12.12.2018 № 1783/18, от 21.03.2019 № 439/19, - т. 3, л. д. 3 - 11, 13 - 31, 36 - 37).

Отпускные цены на топливо не пересматривались, о чём свидетельствуют произведённые с поставщиком расчёты (т. 4 - 11).

В ответном письме от 19.12.2017 заместитель генерального директора по общим вопросам Общества указал: «С целью рассмотрения вопросов изменений тарифов по топливной составляющей в 2018 году прошу направить соответствующие калькуляции тарифов действующих с 01.01.2018 для рассмотрения и согласования в адрес операторов договоров» (т. 3, л. д. 12).

В письме от 21.12.2018 № 14-17-6361 директор Общества запросил у Компании документы для «проведения полноценного анализа для расчета тарифов», а также сообщил, что «тарифы, установленные на 2019 — 2020-й годы учитывают рост затрат, в том числе по стоимости ГСМ —5% и 4%, соответственно» (т. 3, л. д. 32).

Наконец, в письме от 15.03.2019 № 08-02-7891а, которое адресовано заместителем директора Общества одновременно трём исполнителям автотранспортных услуг, включая Компанию, предложено рассмотреть вопрос об исключении из договоров условий об индексации тарифов в связи с ростом топлива в обмен на отказ заказчика от требования банковской гарантии (т. 3, л. д. 35).

Уточняющие запросы Общества поступали в течение всего 2019 года: ответчик просил документы в электронном виде, просил сообщить об отсутствии у Компании задолженности по налогам и обязательным платежам в бюджет (соответствующие письма приобщены с ходатайством Компании, поступившим в суд 09.03.2021).

Таким образом, как справедливо указал суд первой инстанции, при исполнении договоров и сам заказчик никогда не сомневался в том, что пересмотр тарифов является его обязательством по достижении ценами на топливо пороговых значений. Однако тарифы так и не были увеличены, несмотря на то обстоятельство, что Компания неоднократно предоставляла все затребованные документы и расчёты. Будучи профессиональным участником нефтедобывающей отрасли, ответчик не мог не располагать детальными сведениями о состоянии дел на рынке. Поддерживая переписку с Компанией в актуальном состоянии и уклоняясь от разрешения вопроса по существу, руководство Общества не имело цели исполнить договорные обязательства и согласовать увеличение тарифов, однако недвусмысленно ориентировало Компанию на наличие и действительность такого намерения. Кроме того, заказчик не предпринял альтернативных мер к минимизации убытков исполнителя (например, к получению исполнителем преференций для приобретения топлива у компании группы «Лукойл»).

В силу объективных экономических причин Компания при заключении договоров не могла рассчитать тариф таким образом, чтобы работа по нему не была убыточной на протяжении четырёх лет.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ответчик своих договорных обязанностей не исполнил, что привело к реальному ущербу на стороне истца.

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Вопреки доводам заявителя в настоящем случае речь идёт не о внесении изменений в прекратившие действие договоры, а о привлечении заказчика как неисправного контрагента к ответственности в виде возмещения договорных убытков, то есть, по сути, о применении расчёта по тем тарифам, которые должны были быть согласованы ответчиком, но не согласованы по его вине.

Довод о том, что истец не требовал в судебном порядке понудить ответчика к заключению договора, отклоняется апелляционным судом, поскольку истец вправе самостоятельно выбирать способ защиты нарушенных прав.

Непредвиденным в рассматриваемой ситуации для истца, вопреки мнению Общества, являлись не рост цен на топливо и инфляционные процессы, а то обстоятельство, что при очевидном удорожании топлива ответчик не только уклонился от исполнения договорного обязательства (пересмотреть тарифы), но и не оказал иного содействия контрагенту, терпящему убытки.

Таким образом, право истца требовать с ответчика возмещения убытков подтверждается материалами дела.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции истцом был представлен расчет убытков, согласно которому истец полагает, что с ответчика подлежит взысканию 103 224 018 рублей 40 копеек.

Указанный расчет основан на изменении тарифной стоимости одного машино-часа в соответствии с динамикой изменения цены топлива, реализуемого ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт» на территории Ухтинского и Сосногорского районов Республики Коми.

Из материалов дела следует, что истцом топливо приобреталось по оптовым ценам у ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт» по договорам поставки нефтепродуктов (т. 11 л.д. 1-53).

Согласно пункту 3.1 договоров поставки нефтепродуктов цена на продукцию устанавливается в размере отпускной цены Поставщика на дату отгрузки и включает все предусмотренные законодательством налоги и сборы.

В силу пункта 3.3. договоров поставки нефтепродуктов цена Продукции подлежит изменению в зависимости от показателей, обуславливающих цену Продукции. При каждом изменении Поставщиком после заключения настоящего договора отпускных цен на продукцию, поставляемую Покупателю до перехода права собственности, Поставщик письменно (телеграммой, телетайпограммой, факсограммой, электронной почтой) уведомляет об этом покупателя.

В материалы дела представлены уведомления об изменении отпускных цен на топливо, оформленные письмами ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт» ( т. 4 л.д.1-167, т. 3 л.д. 96 - 149).

Согласно расчету истца общий прирост цены дизельного топлива составил 65,03 %, АИ-92 15,44 %. Расчет нашел отражение в оспариваемом судебном акте.

При сопоставлении уведомлений об изменении отпускной цены на топливо, поступавших в адрес Компании в различные периоды видно, что увеличение цены топлива в процентном соотношении соответствует расчету истца.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции от ООО «Лукойл-Коми» поступил контррасчет требований, которому сумма исковых требований не может превышать 2 095 477,16 руб. или с учетом толкования договора, производимого истцом 28 789 478, 54 руб.

Указанный контррасчет основан, в том числе, на иных сведениях о динамике изменения стоимости топлива, представленных ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт». 

Так в письме от 31.03.2021 ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт» указало динамику изменения розничных цен на нефтепродукты на АЗС Ухтинского и Сосногорского районов.

При этом, как указывалось ранее, истец производил закупку топлива по оптовым ценам с нефтебаз ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт», в связи с чем, учитывая, что изменение стоимости топлива на розничном и оптовом рынке имеет различную динамку, представленная Обществом информация об изменении стоимости топлива не обладает признаком относимости к спорным правоотношениям.

Учитывая изложенное, доводы заявителя о неверном определении роста цены топлива подлежат отклонению, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание динамику изменения цен, представленную истцом. 

Кроме того, при рассмотрении дела в суде первой инстанции представленные Компанией сведения о стоимости топлива не были оспорены Обществом, соответствующие доводы были заявлены только при подаче апелляционной жалобы.

Как пояснил ответчик в ходе судебного заседания при рассмотрении апелляционной жалобы, контррасчет ответчика основан на несогласии с тарифной стоимостью одного машино-часа, в том числе оспаривается среднечасовой пробег (км.), норма расхода на работу оборудования (л.) и иные составляющие тарифа, приведенные в расчетах стоимости 1 машино-часа по спорным договорам и указанные, в частности, в приложении № 3.1.1 к исковому заявлению.

В ходе судебного заседания директор истца пояснил, что согласованные в договорах параметры тарифа машино-часа, за исключением топливной составляющей, при расчетах убытков не затрагивались, а изменение величины тарифа в расчете убытков, представленном Компанией, основано на изменении лишь одного показателя – стоимости топлива.

Согласно пункту 10.8 Договора-1, пункту 10.20 Договора-2 стоимость автотранспортного обслуживания формируется на основе физических объемов услуг и согласованных Заказчиком и Исполнителем тарифов за физическую единицу оказываемых услуг (маш/час) согласно Приложению № 7 и Приложению № 11.

В приложениях № 7 (расчет стоимости автотранспортных услуг) и № 11 (протокол согласования договорной цены на оказание транспортных услуг) стороны согласовали тарифы на услуги Компании.

Как пояснил представитель ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции, оплата услуг Компании производилась Обществом по указанным согласованным тарифам.

Учитывая изложенное, возражения ООО «Лукойл-Коми» относительно несогласия с определением исходных тарифов подлежат отклонению, поскольку указанные величины являются константами, уже согласованными сторонами, подписание соответствующих приложений к договорам, оплата услуг по указанным тарифам свидетельствует о согласии Общества с их размером, в связи с чем в рассматриваемом споре ответчик не может ссылаться на некорректность их установления.

В силу принципа эстоппель (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) лицу запрещается отрицать существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались и на которые полагалось другое лицо, действующее на основании данных обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции указывает, что главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне спора, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной. Таким образом, основу принципа эстоппель составляет двуединство принципов справедливости и добросовестности при приоритете последнего.

Приведение в апелляционной жалобе доводов, основанных на несогласии с согласованными в договорах константами, свидетельствует о непоследовательности стороны ответчика, которая после заключения сделки давала основание другим лицам полагаться на согласованность условий сделки, в том числе при начислении оплаты за оказанные услуги и при расчетах договорных убытков. На этом основании, доводы заявителя жалобы о неверном применении тарифа для целей определения размера договорных убытков не имеет правового значения.

Кроме того, в контррасчете ООО «Лукойл-Коми» возражений относительно примененной Компанией методики расчета не заявлено. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в подтверждение представленных в контррасчете вычислений ООО «Лукойл-Коми» не представило соответствующих подтверждающих документов, а учитывая выражение несогласия с расчетом Компании только в суде апелляционной инстанции, указанные документы могли бы быть приобщены к материалам дела исключительно в соответствии с нормами, регулирующими представление дополнительных доказательств в суде апелляционной инстанции (статья 268 АПК РФ).

Таким образом, принимая во внимание, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции правовая позиция ответчика сводилась лишь к полному отрицанию обязанности возместить убытки, контррасчет требований и документы в его подтверждение в суд первой инстанции не представлялись, противоречие позиции ответчика согласованным условиям договора, отсутствие в материалах дела расчета убытков, определенного методом экспертных оценок, учитывая подтверждение расчета истца представленными в материалы дела доказательствами и его прозрачность, судебная коллегия отклоняет контррасчет Общества, в связи с чем суд признается обоснованным расчет суммы убытков, представленный Компанией.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

В данном случае, оценив доказанность причинно-следственной связи между поведением ответчика и понесенными истцом убытками, апелляционный суд приходит к выводу, что размер убытков подтверждается расчетом истца с разумной степенью достоверности, ответчик не оспорил ни саму методику расчета убытков, ни отдельные параметры, которые в своей совокупности образуют итоговый размер причиненных убытков.

Довод о пропуске исковой давности был предметом оценки и не нашел подтверждения.

На основании пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В Приложении № 1 к Договору-1 (т. 1 л.д. 49), Договору-2 (т. 2 л.д. 11) закреплен перечень автотранспортных услуг, оказываемых Исполнителем в рамках указанных договоров. Указанные автотранспортные услуги включают в себя: перевозки грузов, перевозки пассажиров, предоставление услуг с экипажем технологического транспорта, спецтехники и автокранов. 

На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и разрешить спор в соответствии с надлежащей нормой права.

Доводы заявителя о том, что в данном случае должен применяться специальный срок исковой давности, установленный Федеральным законом от 08.11.2007 № 259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта" (далее – Устав) в отношении услуг по перевозке грузов и пассажиров, а также услуг по предоставлению транспортных средств с экипажем, не могут быть приняты во внимание, поскольку оснований для такой квалификации Услуг, оказываемых Исполнителем Заказчику на основании Договоров, не имеется.

Напротив, согласно статьям 785, 786 и 796 ГК РФ предметами договоров перевозки грузов и пассажиров является доставка (перевозка) перевозчиком вверенного ему отправителем груза (пассажиров) в пункт назначения с выдачей груза (багажа) управомоченному на его получение лицу, которая (доставка/перевозка) при этом сопровождается оформлением соответствующих документов на груз (билетов и багажных квитанций) и влечет обязанность перевозчика возместить зависящий от стоимости груза (багажа) ущерб, причиненный утратой, недостачей и повреждением (порчей) груза (багажа).

Между тем, отношения сторон по Договорам фактически не отвечают данным признакам и предусмотренным Уставом критериям договора перевозки груза, как не отвечают и указанным в Уставе признакам договора фрахтования транспортного средства для перевозки пассажиров и багажа по заказу. При этом стороны не указали Устав среди перечисленных в пункте 2.5 Договоров нормативных документов, которыми регулируются вытекающие из Договоров взаимоотношения Заказчика и Исполнителя.

С учетом согласованных сторонами в договорах сроков оплаты оказанных услуг, общий трехгодичный срок исковой давности за период май 2017 года – 15.02.2020 года истцом не пропущен.

В частности, по смыслу пунктов 10.22 Договора на оказание транспортных услуг от 01.06.2016 № 16Y1386, 10.11 Договора на оказание транспортных услуг от 01.07.2016 № 16Y1405 оплата услуг осуществляется на 35-й календарный день, следующий за месяцем оказания услуг на основании представленных счетов–фактур.

Таким образом, право требовать оплаты за май 2017 года возникло у исполнителя не ранее июля 2017 года.

С учетом того, что иск сдан на почту 18.06.2020 (по штемпелю), то срок предъявления требования за май 2017 года в любом случае не истек.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что факт несения истцом убытков в заявленном размере подтверждён совокупностью относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств, обстоятельств, которые бы свидетельствовали о том, что исполнитель прямо или косвенно способствовал увеличению размера убытков, не установлено, в связи с чем удовлетворил исковые требования в отношении ООО «Лукойл-Коми».

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Коми от 15.03.2021 по делу № А29-7257/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                                      

И.В. Караваев

Судьи             

ФИО7

ФИО1