АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 ноября 2022 года

Дело №

А56-31785/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Казарян К.Г., ФИО1, 

при участии в судебном заседании конкурсного управляющего             ФИО2 (паспорт), представителей общества с ограниченной ответственностью «Стилес» – ФИО3 (доверенность от 01.06.2022), некоммерческой организации «Фонд-региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» – ФИО4 (доверенность от 21.03.2022),

рассмотрев 02.11.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Декор» – ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022 по делу № А56-31785/2020/сд.1,сд.2,

у с т а н о в и л:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Невастрой» о признании общества с ограниченной ответственностью «Декор» (далее –  ООО «Декор») несостоятельным (банкротом). 

Определением от 10.06.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве должника. 

Определением от 03.08.2020 (резолютивная часть объявлена 31.07.2020) заявление ООО «Невастрой» о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении ООО «Декор» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО2, член Саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих». 

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 08.08.2020 № 141. 

Решением от 04.03.2021 (резолютивная часть объявлена 24.02.2021) в отношении ООО «Декор» открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

В суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 01.04.2019 № 01/2019ц (далее – договор), заключенного между ООО «Декор» и ООО «Стилес», применении последствий недействительности сделки путем восстановления права требования ООО «Декор» к Некоммерческой организации «Фонд – региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» (далее – Фонд) по договору от 31.07.2017                                № 11-854/А/ФС2017, в том числе требования об оплате работ в размере 19 209 703,19 руб. 

Определением от 20.09.2021 заявление принято к производству, обособленному спору присвоен № А56-31785/2020/сд.1. 

В суд также поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительным соглашения о зачете встречных требований, содержащегося в пунктах 2 и 3 дополнительного соглашения № 2 от 01.09.2019 к договору уступки права требования (цессии) от 01.04.2019 № 01/2019ц. 

Определением от 27.11.2021 заявление принято к производству, обособленному спору присвоен № А56-31785/2020/сд.2. 

Определением от 14.01.2022 обособленные споры № А56-31785/2020/сд.1 и № А56-31785/2020/сд.2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением объединенному обособленному спору номера № А56-31785/2020/сд.1/сд.2. 

Определением от 14.04.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, несоответствие выводов, сделанных судами, фактическим обстоятельствам дела, просит определение от 14.04.2022 и постановление от 27.06.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Конкурсный управляющий полагает, что судами неправильно                    применены положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от                           26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку условия, при которых выполняется презумпция осведомленности другой стороны о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, были необоснованно ограничены судом только до осведомленности контрагента о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При этом судебными инстанциями не принято во внимание, что положениями               названной нормы права с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации по экономическим спорам от 12.03.2019                                       № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013) прямо предусмотрены альтернативные условия, при которых выполняется данная презумпций, помимо осведомленности о наличии у должника вышеуказанных признаков, в том числе – осведомленность контрагента об ущемлении интересов кредиторов  должника.

  По мнению подателя кассационной жалобы, в настоящем деле о банкротстве ООО «Стилес» повторно предъявило аналогичное по основаниям и размеру требование (дело № А56-85385/2019) к включению в реестр требований кредиторов должника, проигнорировав соглашение о зачете, согласно которому обязательства должника по оплате задолженности прекратились, и скрыв от суда и конкурсного управляющего указанную информацию. 

Конкурсный управляющий указывает, что судами неправомерно отклонены доводы о недобросовестном поведении должника и ООО «Стилес» по передаче прав требования к Фонду по договору уступки с созданием видимости расчетов за уступленное требование путем заключения спорного соглашения о зачете, а также наличия у ответчика намерения извлечь преимущества из недобросовестного поведения. 

В отзывах ООО «Стилес» и Фонд просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.09.2022 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 02.11.2022.

До судебного заседания в материалы дела от  ООО «Стилес» поступили дополнения к отзыву.

  В связи с нахождением в отпуске судьи Богаткиной Н.Ю., принимавшей участие в рассмотрении дела до его отложения, определением председателя судебного состава от 01.11.2022 в порядке пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена ее замена на судью Казарян К.Г., рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего на основании части 5 статьи 18 АПК РФ начато сначала.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 поддержала доводы кассационной жалобы, представители ООО «Стилес» и Фонда возражали против ее удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Изучив материалы дела, проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Между должником ООО «Декор» и ответчиком ООО «Стилес» заключен договор уступки права требования (цессии) от 01.04.2019 № 01/2019ц, согласно которому должник уступил в пользу ответчика права требования к Некоммерческой организации – «Фонд – региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» по договору от 31.07.2017 № 11-854/А/ФС2017 в части требования оплаты работ в размере 19 209 703,19 руб.

Как следует из пункта 2.1 дополнительного соглашения от 01.09.2019 № 2 к договору уступки прав требования от 01.04.2019 должник принимает к зачету требование ответчика в размере 19 209 703,19 руб., как признанного сторонами долга за неизрасходованный должником аванс в размере 20 512 275 руб. по договору подряда от 28.11.2017 № 112/997, установленного решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-12077/2019.

Указанные договор уступки права требования и соглашение о зачете являются предметом настоящего спора.  

Требования конкурсного управляющего по праву основаны на положениях  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В рассматриваемом случае настоящее дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 10.06.2020, оспариваемые сделки совершены должником 01.04.2019 и 01.09.2019, в связи с чем сделки подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

С учетом представленных в материалы обособленного спора документов, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности договора цессии, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Так, конкурсным управляющим в материалы дела не представлены достоверные доказательства того, что должник отвечал (или в результате совершения оспариваемой сделки стал отвечать) признакам неплатежеспособности. 

Согласно финансовой отчетности должника на последнюю отчетную дату (2019 год) размер кредиторской задолженности должника составил 121 634 000 руб., а заемных средств 3 500 000 руб. (в сумме 125 134 000 руб.). Сумма оборотных активов составила 128 649 000 руб., соответственно, сумма оборотных активов превышала размер краткосрочных обязательств на 3 515 000 руб. 

Как указал суд первой инстанции, на основании финансовых показателей невозможно сделать вывод о неплатежеспособности ООО «Декор» на момент заключения договора уступки с ответчиком, доказательства обратного материалы обособленного спора не содержат. 

Однако сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статья 9 и 65 АПК РФ). Данный вывод изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4). 

Бремя доказывания данного обстоятельства лежит на лице, оспаривающем сделку. При этом тот факт, что должник имел неисполненные обязательства перед приведенными в заявлении конкурсного управляющего кредиторами сам по себе о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества не свидетельствует, отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору недопустимо. 

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки у ООО «Декор» имелись неисполненные обязательства перед ООО «Стилес» по договору от 28.11.2017 № 112/977 на оказание услуг и (или) выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, заключенному между ответчиком и должником (далее - договор подряда). 

Также из материалов дела следует, что 12.10.2018 стороны расторгли указанный договор, в связи с чем у должника возникла задолженность перед ответчиком. 

Указанные обстоятельства подтверждаются решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.04.2019 по делу № А56- 12077/2019. 

Задолженность Фонда перед ООО «Декор» возникла из выполненных должником дополнительных работ по договору от 31.07.2017                                № 11-854/А/ФС2017 на оказание услуг и (или) выполнение работ по капитальному ремонту (капитальному ремонту фасада) общего имущества в многоквартирном доме, расположенном в Санкт-Петербурге по адресу: Благодатная ул., д. 34, лит. А.

Сторонами указанного договора 17.09.2018 подписан акт о приемке в эксплуатацию рабочей комиссией законченных работ по капитальному ремонту фасада в порядке пункта 7.6 договора. 

Данные обстоятельства подтверждаются постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа по делу № А56- 50946/2019 от 10.03.2021. 

Соответственно, как верно указал суд первой инстанции, обязанность по оплате задолженности в размере 19 209 703,19 руб. перед ООО «Декор» со стороны Фонда в материально-правовом смысле возникла 17.09.2018. 

Стороны согласовали условие в дополнительном соглашении от 01.09.2019 № 2 об оплате по договору уступки путем зачета указанного выше долга в счет оплаты по цессии. 

Согласно пункту 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» обязательства считаются прекращенными зачетом с момента наступления срока исполнения того обязательства, срок исполнения которого наступил позднее.

В данном случае должник прекратил свои обязательства по оплате задолженности перед ответчиком, уступив последнему право требования к третьему лицу, возникшее в тот же период, что и задолженность перед ответчиком. 

В обоснование доводов о причинении вреда конкурсным кредиторам конкурсный управляющий также указывал, что договор уступки, заключенный между должником и ответчиком, является безвозмездным. 

В соответствии с пунктом 2.1 дополнительного соглашения от 01.09.2019 № 2 к договору в счет оплаты должник принял к зачету требование ответчика в размере 19 209 703,19 руб., как признанного сторонами долга за неизрасходованный должником аванс в размере 20 512 275 руб. по договору подряда, установленного решением арбитражного суда по делу № А56-12077/2019. 

Соответственно, должник получил встречное исполнение по договору уступки, при этом суд первой инстанции признал данное предоставление равноценным уступленному праву требования к третьему лицу, приняв во внимание не представление конкурсным управляющим доказательств того, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В результате совершения оспариваемой сделки денежное обязательство перед ответчиком по договору подряда прекратилось, следовательно, не произошло как уменьшения стоимости или размера имущества должника,                     так и увеличения размера имущественных требований к должнику,                                при этом кредиторы должника не утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам за счет его имущества (конкурсной массы). 

В данном случае должник, заключив договор уступки прав требования с ответчиком, произвел зачет взаимных требований, тем самым уменьшив размер совокупных обязательств, что не может свидетельствовать о причинении вреда имущественным интересам кредиторов. 

Доказательства наличия у ООО «Стилес» и ООО «Декор»                          признаков вхождения в одну группу в соответствии с положениями                        части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в отсутствуют, также не представлены доказательства заинтересованности ответчика по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Признание оспариваемой сделки недействительной не приведет к восстановлению прав должника в том смысле, в котором конкурсный управляющий обосновывает свою правовую позицию, напротив, последует необоснованное увеличение размера требований кредиторов в реестре должника, что, в свою очередь, нарушит права других кредиторов. 

Доводы кассационной жалобы о том, что в результате совершения оспариваемой сделки ООО «Стилес» получило преимущественное удовлетворение своих требований к должнику и одновременно – ликвидную дебиторскую задолженность, не могло не знать об ущемлении интересов других кредиторов должника, так как рассчитывало на приоритетное удовлетворение своих требований, что само по себе является достаточным для выполнения условий презумпции осведомленности о наличии цели причинения вреда при совершении сделки, в данном случае являются несостоятельными в силу следующего.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.06.2020 по настоящему делу принято заявление о признании ООО «Декор» несостоятельным (банкротом).

Договор уступки прав заключен 01.04.2019, а соглашение о зачете – 01.09.2019, то есть за пределами предусмотренных ст.61.3 Закона о банкротстве сроков.

В такой ситуации сделки могут быть признаны недействительными только на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных данной нормой права обстоятельств (абз.3 п.9.1 Постановления № 63).   

Доводы подателя кассационной жалобы о том, что после заключения спорного соглашения о зачете ООО «Стилес» дважды предъявляло должнику требование о включении в реестр задолженности по уже прекращенному зачетом обязательству правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует однозначно о недобросовестном поведении ответчика при совершении оспариваемой              сделки.

Судебными актами, принятыми в рамках дела № А56-50946/2019, подтверждается, что дебиторская задолженность, уступленная должником ответчику по оспариваемому договору цессии, была взыскана в пользу                    ООО «Стилес» уже после принятия к производству заявления о включении в реестр.

В случае несвоевременной подачи/неподачи заявления о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Декор» ответчик мог пропустить сроки на включение в реестр, тем самым, уменьшить шансы на получение удовлетворения своих требований (ст.142 Закона о банкротстве).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим всей совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что является основанием для отказа в признании оспариваемых сделок недействительными.

Суды также обоснованно не усмотрели наличие в действиях ответчиков признаков злоупотребления правом. 

По смыслу ст.ст.10, 170 ГК РФ для признания сделок недействительными как совершенными в целях вывода активов должника необходимо доказать наличие противоправного умысла всех сторон сделки, доказательств чего в материалах дела не имеется.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 и пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). 

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок. 

В рассматриваемом случае доводы конкурсного управляющего, приведенные в обоснование заявления об оспаривании сделки должника, не свидетельствуют о наличии пороков спорной сделки, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, иных обстоятельств, свидетельствующих о допущенном должником и ответчиком злоупотреблении правом, конкурсным управляющим не указано.

Учитывая приведенные обстоятельства, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022 по делу № А56-31785/2020/сд1,сд2 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Декор» – ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

К.Г. Казарян

ФИО1