СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-832/2022(14)-АК

Дело № А60-66336/2020

10 июня 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июня 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Даниловой И.П.,

судей                              Гладких Е.О., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём Паршиной В.Г., 

при участии:

от ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 03.08.2022;

от третьего лица ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 03.08.2022;

иные лица, участвующие в деле не явились о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 26 марта 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5  о признании недействительными сделками перечисление должником в период с 19.01.2015 по 27.12.2020 денежных средств в адрес ФИО1 в размере 13 801 542руб. 40 коп., 

вынесенное в рамках дела № А60-66336/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

заинтересованное лицо: ФИО1,

третье лицо: ФИО3, 

 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 30.12.2020  поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «ТД «Электротехмонтаж» о признании общества с ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» несостоятельным (банкротом).

Определением от 27.01.2021 заявление общества с ограниченной ответственностью «ТД «Электротехмонтаж» о признании общества с ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» несостоятельным (банкротом) принято, возбуждено производство по делу. 

Определением от 21.07.2021 (резолютивная часть определения объявлена 09.07.2021) производство по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТД «Электротехмонтаж» о признании общества с ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» несостоятельным (банкротом) прекращено. 

В Арбитражный суд Свердловской области 09.03.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Центр Международной Торговли Екатеринбург» о вступлении в дело о признании общества с ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.07.2021 (резолютивная часть объявлена 17.07.2021) требования общества «Центр Международной Торговли Екатеринбург» о признании общества ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» несостоятельным (банкротом) признаны обоснованными. В отношении общества с ограниченной ответственностью «Нордстрой-Инжиниринг» (далее – ООО  «Нордстрой-Инжиниринг», должник) введена процедура банкротства наблюдение до 15.11.2021. Временным управляющим должника утвержден ФИО5, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.11.2021 ООО «Нордстрой-Инжиниринг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 

В арбитражный суд 21.07.2022 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5  о признании платежей в размере 14 044 287 руб. 63 коп., совершенных должником в период с 19.01.2015 по 27.12.2020 в пользу ФИО1 (далее – ответчик) недействительными, просит применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в размере 14 044 287 руб. 63 коп.

В порядке статьи  51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в споре привлечен ФИО3 в качестве третьего лица.

Согласно последним уточнения конкурсный  управляющий просил  признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 (далее – ФИО1,  ответчик) на общую сумму 13 801 542, 40руб. за период с 19.01.2015 по 27.12.2020;  применить  последствия  недействительности сделок в виде  взыскания с ответчика  в конкурсную массу  денежных средств.

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.03.2024 (резолютивная часть от 05.03.2024) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, просит судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В апелляционной жалобе апеллянт указывает, что среди оспариваемых платежей имеются перечисления с назначением платежа «пополнение л/с», с назначением платежа «командировочные и хозяйственные расходы», а также сумма 1 142 357,83 руб., которая составляет разницу между фактическим и декларированным доходом ответчика за 2020 год, в отношении  которых не представлено  оправдательных  документов. При этом, при вынесении оспариваемого судебного акта был отклонен довод об исчислении периода подозрительности с момента первого дела о банкротстве должника, так как судом не установлено, конкурсным управляющим не доказано, что требования, предъявленные в первом деле о банкротстве, погашались, чтобы создать видимость платежеспособности должника. К спорным сделкам применен период подозрительности, исчисляемый исходя возбуждения настоящего дела о банкротстве должника. Вместе с тем в ходе судебных заседаний третьим лицом указывалось, что, по его мнению, признаки неплатежеспособности должника возникли во второй половине 2019 года, в Арбитражный суд Свердловской области в течение 2020 года поступали заявления ряда лиц с требованием о признании должника банкротом, производство по которым прекращалось в связи с погашением задолженности до дня проверки судом обоснованности заявления кредитора. Выборочное погашение требований отдельно взятых кредиторов обусловлено исключительно недобросовестными действиями контролирующих должника лиц, имеющих своей целью избежать оспаривания сделок по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, путем изменения периодов подозрительности. (Определение ВС № 305-ЭС17- 2507(21) по делу № А41 -1022/2016). Объем спорных платежей по настоящему обособленному спору за 2017 год (на общую сумму 7 423 788, 96 руб.) составляет более половины от заявленных требований (общий объем требований составляет 13 784 542,40 руб.). При рассмотрении представленной в материалы дела выписки по счету ответчика, открытого в ПАО «Сбербанк России, было выявлено, что денежные средства, перечисленные должником на имя ответчика, использовались им для последующего снятия наличных с расчетного счета, перечисления денежных средств в адрес третьих лиц и расходование на личные потребности. Непредставление пояснений относительно целей расходования полученных денежных средств, а также авансовых отчетов и бухгалтерских документов указывает на противоправный характер действий ответчика. По большинству спорных платежей  за весь 2017 год, а также по платежам  2018 года (№ 17938 от 26.01.2018,№ 18817 от 19.04.2018, № 18968 от 16.05.2018, № 19676 от 23.07.2018, № 2496 от 20.09.2018) ответчиком не дано никаких пояснений относительно целей расходования полученных денежных средств и не представлены оправдательные документы. В материалах дела отсутствуют доказательства, что спорные денежные средства с назначением платежа «пополнение л/с» направлялись ответчиком на цели, связанные с деятельностью должника. Исходя из ответа ПФ РФ не являлись сотрудниками  ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Объем перечислений данным лицам составил более 350 тыс. руб. (или треть спорных платежей за 2018). Кроме того, по утверждениям ответчика, которые в дальнейшем были отражены в судебном акте, следует, что перечисленные 27.04.2018 - 400 тыс. руб. были направлены в адрес физических лиц. Последние операции датируется спустя продолжительный период времени, а именно спустя 2-3 месяца после получения денежных средств (с 09.06.2018 по 23.07.2018). В действительности, согласно банковской выписке ответчика часть спорных денежных средств (280 тыс. руб.) были направлены в адрес ФИО6, который согласно сведениям из ПФ РФ не являлся работником ООО «Нордстрой-Инжиниринг». А остальная часть денежных средств (120 тыс. руб.) были сняты наличными ответчиком в банкомате. Вышеуказанные действия были произведены ответчиком в пределах недели после получения денежных средств. Также конкурсный управляющий не согласен в принятии в качестве доказательств расходования денежных средств на нужды предприятия авансовых отчетов о расходовании денежных средств, из которых следует, что ФИО1 осуществлял множество командировок, о чем представлены электронные билеты (маршрут/квитанции), авансовые отчеты с назначением платежа хозяйственные расходы, командировочные расходы, также ответчик приобретал товарно-материальные ценности для деятельности ООО «Нордстрой-Инжиниринг». Большинство представленных в материалы дела авансовых, отчетов содержат информацию о приобретение авиабилетов на имя ответчика. Согласно имеющейся информации приобретением железнодорожных и авиабилетов для командирования сотрудников ООО «Нордстрой-Инжиниринг» осуществлялось с привлечением ООО «Пилигрим-94» по договору № 27/15 купли-продажи авиа - и железнодорожных билетов от 13.03.2015. Обязательства по оплате билетов брало на себя ООО «Нордстрой-Инжиниринг». Помимо авансовых отчетов, содержащих сведения о покупке авиабилетов, представлен авансовый отчет № 51 от 10.04.2018 на сумму 281 221, 00 руб., в котором указывается на приобретение материалов. В качестве подтверждающих документов приложены накладные, в которых отражены наименования товаров: «AIRPODS-ZEE» на сумму 11 990, 00 руб, «IPHONE 8 SILVER 64 GB» на сумму 48 296, 61 руб., «IPHONE X Silver 256 gb» на сумму 77 957, 63 руб., «MBR 13.3 SPACE GRAY/2.3GHZ/8GB/128GB» на сумму 80500, 00 руб., «USB-C to USB Adapter- ZML» на сумму 1 262, 71 руб., «MAGIC MOUSE 2-ZML» на сумму 4 906, 78 руб., «USB-C to LIGHTNING CABLE» на сумму 1990,00 руб. Однако доказательства того, что указанные материалы приобретались для целей деятельности должника не представлено, также к авансовому отчету не приложен приходной ордер, который подтверждает факт того, что товары были оприходованы на склад, доказательства передачи указанных товаров в конкурсную массу должника отсутствуют. Оправдательные документы в отношении остального перечня оспариваемых платежей не представлены в материалы дела. В данном случае, движение денежных средств с момента их перечисления с расчетных счетов должника до момента выдачи работникам общества либо расходования в иных целях должно было быть оформлено в соответствии с действующим законодательством. Выдача подотчетных денежных средств обязывает подотчетное лицо представить по итогам осуществления расходов соответствующие документы, подтверждающие размер и основание расходования. Вместе с тем, ни по одной из операций, которая по утверждению ответчика совершалась в интересах ООО «Нордстрой-Инжиниринг», не представлены авансовые отчеты и бухгалтерские документы. Конкурсный управляющий не может согласиться с выводом суда о том, что разрешения настоящего спора необходимо учитывать специфику деятельности предприятия без предоставления соответствующих оправдательных документов. Платежи с назначение платежа «пополнение л/с» совершенные за пределами подозрительности, подлежат признанию недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации. 

До начала судебного заседания от третьего  лица ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

В материалы дела от ФИО1 поступил отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Участвующие в судебном заседании представители ФИО1 и третьего лица ФИО3 против доводов апелляционной жалобы возражают, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, в силу статей 156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, конкурсный управляющий в ходе осуществления своей деятельности установил, что с учетом уточнений в период с 19.01.2015 по 27.12.2020 должником в пользу ответчика произведено перечисление денежных средств в размере 13 801 542 руб. 40 коп.

Полагая, что  платежи в сумме 13801542,40 руб.  (с учетом уточнений) совершены должником безвозмездно с целью причинения имущественного вреда кредиторам, 21.07.2022 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2  Федерального  закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьями 10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается совокупность признаков, необходимая для признания сделки недействительной по заявленным основаниям. В части требований оспариваемые сделки заключены за пределами трехлетнего периода подозрительности, определенного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Суд первой инстанции не усмотрел пороков сделки, выходящих за пределы специальных оснований оспариваемой сделки, в связи с чем счел не подлежащими применению и положения статей 10 и 168 ГК РФ оснований для признания оспариваемой сделки недействительной не установил. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав лиц, участвующих в споре, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи  71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей  32 Закона о банкротстве, части 1 статьи  223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи  61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту  7 Постановления № 63 в силу абз. 1 пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как следует из материалов дела, спорные платежи совершены в период с 19.01.2015 по 27.12.2020, дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 27.01.2021, следовательно, оспариваемые сделки по перечислению денежных средств должником в адрес ответчика в период с 27.01.2018 по 27.12.2020  совершены в пределах трехлетнего периода подозрительности, т.е. в пределах срока, установленного пунктом  2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, сделки, по перечислению денежных средств в период с 19.01.2015 по 26.01.2018 оспариваются конкурсным управляющим на основании статьей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае конкурсному управляющему следовало доказать цель причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, наличие недобросовестности в действиях должника и ответчика. 

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Конкурсный управляющий указывает, что должник на момент перечисления денежных средств отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, по мнению конкурсного управляющего, ООО «Нордстрой-Инжиниринг» начал допускать просрочки исполнения своих обязательств перед кредиторами начиная с 26.10.2017, что подтверждается определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.10.2021 по делу № А60-66336/2020, которым требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов.

Как верно отметил суд первой инстанции, довод о наличии признаков неплатежеспособности был исследован судом в рамках настоящего дела при рассмотрении заявления конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительными перечисления денежных средств должником в пользу ФИО13, где указано, что само по себе наличие указанного признака, не свидетельствует о том, что сделка по перечислению денежных средств совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Данный вывод также поддержан Семнадцатым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 07.12.2023.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ФИО1 является учредителем ООО «Нордстрбй-Инжиниринг» с долей в 49%. Факт аффилированности сторон ответчиком не оспаривается.

Между тем данные обстоятельства сами по себе не являются основанием для признания сделок недействительными.

Наличие признаков аффилированности ответчика по отношению к должнику само по себе не является достаточным для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом и следует из представленных в материалы дела доказательств, ФИО1  осуществлял трудовую деятельность в ООО «Нордстрой-Инжиниринг» на основании трудового договора №30 от 02.10.2014, согласно которому  ответчик был принят на должность директора по развитию  с окладом 13 334,00 руб. в месяц плюс районный коэффициент. Дополнительным соглашением № 3 от 01.06.2016 стороны согласовали должностной оклад в размере 150 000 руб. и 60 000 руб. в месяц плюс районный коэффициент.

ФИО1 состоял в трудовых отношениях с должником вплоть до 01.11.2021.  Данные обстоятельства  подтверждены представленной по запросу суда информацией из Пенсионного фонда РФ по Свердловской области, согласно которой страхователем - должником по настоящему делу были предоставлены индивидуальные сведения о страховых взносах в отношении работника ФИО1 в период с 01.01.2015 по 30.12.2020. За 2021 год отчетность в отношении работника ФИО1 конкурсным управляющим не сдана, расчет по оплате не был произведен. 

Факт того, что в 2021 году ФИО1 являлся работником должника и осуществлял свои трудовые обязанности также  подтверждается перепиской ответчика с контрагентами, осуществляемой в спорный период. В соответствии с пояснениями ответчика в данный период времени ответчиком осуществлялась подготовка закрывающих документов по выполненным должником работам по просьбе контрагентов (КС-2, КС-3), рассматривались вопросы, связанные с возникновением гарантийных случаев на объектах должника.

Обращаясь с рассматриваемым  заявлением, конкурсный управляющий полагает, что с расчётного счета должника в пользу ответчика были излишне перечислены денежные средства в размере 13 801 542, 40 руб., исходя из следующего расчета: 13 801 542, 40 руб. (22 071 818, 96 - 9 412 634, 39 + 1 142 357, 83), где: 22 071 818, 96 руб. - общая сумма перечислений в пользу ответчика; 9 412 634, 39 руб. - общая сумма перечислений в пользу ответчика по заработной плате (3 700 745, 89 + 357 170, 82 + 5 256 217, 68 + 98 500); 1 142 357, 83 руб. - разница между фактическим и декларированным доходом ответчика за 2020 год.

Вместе с тем, согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу абзаца пятого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

По смыслу указанных выше норм, вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплату труда работника соразмерную выполненной им работе; заработная плата, выплата премий является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.

Учитывая, что факт выполнения трудовых обязанностей не опровергнут,  следует признать, что в спорный период ответчик выполнял трудовую функцию, соответствующую занимаемой должности, в связи с чем, трудовая деятельность в ООО «Нордстрой-Инжиниринг» должна быть оплачена работодателем. При том, кроме должностного оклада, ответчик получал также и премии. В материалы дела представлены приказы (распоряжения) о поощрении работника. 

В материалы дела представлено также положение об оплате труда и премировании от 01.01.2013, содержание которого в полной мере раскрывает структуру заработной платы, начисляемой работникам должника. 

В соответствии с представленным в материалы дела Положением об оплате труда и премировании от 01.01.2013 заработная плата работников включает в себя: должностной оклад, районный коэффициент, размер которого установлен законодательством Российской Федерации, премии за надлежащее выполнение работниками трудовых функций, производимые сверх заработной платы в соответствии с настоящим положением об оплате труда.

В соответствии  с пунктом 2.1 положения под системой оплаты труда в настоящем положении об оплате труда понимается способ исчисления размеров вознаграждения, подлежащего выплате работникам в соответствие произведенными ими трудовыми затратами и/или результатами труда.

У работодателя устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором с Работниками не предусмотрено иное (пункт 2.2. Положения). 

Так, в силу пункта 2.2.2. представленного положения премиальная система оплаты труда предполагает выплату-работникам дополнительно к заработной плате материального поощрения за надлежащее выполнение трудовых функций при соблюдении Работниками условий премирования в виде регулярных и/или единовременных (разовых) премий.

В силу пункта 4.2. положения премии выплачиваются по результатам работы за месяц и за полугодие. Премии устанавливаются приказом (распоряжением) работодателя (пункт 4.3. положения).

В соответствии с пунктом 4.4. положения премии выплачиваются из фонда оплаты труда работодателя за следующие производственные показатели: за достижения в труде, большой личный вклад в выполнение уставных задач Работодателя, своевременное и качественное выполнение трудовых обязанностей, активное участие и большой вклад в реализацию проектов,      качественное и оперативное выполнение других особо важных заданий и особо срочных работ.

В соответствии с пунктом 4.5.         положения премии устанавливаются в индивидуальном порядке в сумме согласованной руководством ООО «Нордстрой-Инжиниринг».

Так, действия по начислению премии совершены должником в процессе обычной хозяйственной деятельности, премия выплачена на усмотрение руководителя, что согласуется с локальными актами должника и прослеживается за весь период трудоустройства ФИО1 При этом премия в соответствии с положением об оплате труда и премировании от 01.01.2013 является составной частью оплаты труда ответчика, подлежащей выплате в виде заработной платы.

Таким образом, реальность трудовых отношений между должником и ФИО1 подтверждена материалами дела и надлежащей доказательственной базой, конкурсным управляющим не опровергнута (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из расчета ответчика, в период с января 2015 года по декабрь 2017 года должником в пользу ответчика были перечислены денежные средства в общем размере 14 437 759,55 руб., в т.ч.: заработная плата - 3 095 521,89 руб. командировочные и хозяйственные расходы - 630 400,00 руб. пополнение л/с - 10 711 837,66 руб.

Из материалов дела следует, что по части оспариваемых конкурсным управляющим платежей в период с 2015 по 2016 ответчик ФИО1 не являлся получателем денежных средств. В частности, это перечисления денежных средств на счет УФК по Свердловской области (Кировский районный отдел судебных приставов г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области). При перечислении денежных средств в назначении платежа указано: «Удержание из з/п работника ФИО1 по исполнительному производству №34875/13/03/66 от 20.09.2013».

За 2015 год перечисления должника с указанным назначением составили 120 066,12 руб., в 2016 году - 227 275,04 руб.

Поименованные выше перечисления денежных средств, по мнению ответчика, подлежат исключению из состава оспариваемых сделок и взыскиваемых с ответчика денежных средств.

По мнению конкурсного управляющего, напротив, указанные платежи должны быть учтены при определении общего размера перечислений в адрес ответчика, так как составляют часть заработной платы, с которой производилось принудительное взыскание. К числу спорных платежей относятся платежи, связанные с пополнением лицевого счета и командировочные (хозяйственные) расходы.

Анализируя спорные перечисления, где по части платежей в период с 2015 по 2016  ответчик ФИО1 не являлся получателем денежных средств, суд первой инстанции  верно определил, что  последние  не подпадают под период подозрительности, предусмотренный специальными положениями закона о банкротстве и требуют оценки применительно к статье  10 и статье  168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из имеющихся в материалах дела выписок по счетам, следует, что за период с 19.01.2015 по 26.01.2018 в адрес ответчика были перечислены денежные средства в размере 15 101 486, 37 руб., из которых платежи по заработной плате составили в размере 3 702 748, 71 руб., платежи по пополнению л/с в размере 10 711 837, 66 руб., платежи по командировочным расходам в размере 686 900, 00 руб.

Таким образом, поскольку оспариваемые перечисления за период с 19.01.2015 по 26.01.2018, а настоящее дело о банкротстве возбуждено 27.01.2021, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможным проверку действительности данной сделки применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве, заявление управляющего о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 ГК РФ подлежит удовлетворению только при доказанности материалами дела наличия у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

Даже при доказанности всех признаков, на которых настаивает финансовый управляющий, нет оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствует как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности.

В части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства - это сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, а риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

В силу статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, при осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. 

В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ). Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П, от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.). 

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. 

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что спорные перечисления были произведены в рамках гражданско-правовых отношений, носили встречный и реальный характер, соответствовали деятельности ответчика.

Конкурсный управляющий, оспаривая платежи, ссылается на то, что они произведены в отношении заинтересованного лица, в отсутствие встречного предоставления, в целях причинения вреда кредиторам, то есть оспариваемые сделки не выходят за рамки статьи  61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств наличия в спорных платежах - с 19.01.2015 по 26.01.2018 на общую сумму 15 101 486, 37 руб. пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, не представлено, оснований для признания сделки совершенной со злоупотреблением правом отсутствуют.

За период с 28.01.2018 по 27.12.2020 перечислены денежные средства в размере 7 209 889, 59 руб., в том числе: 5 959 942, 68 руб. по заработной плате, 952 000, 00 руб. пополнение л/с, 297 946, 91 руб. командировочные и хозяйственные расходы. 

Как указано ранее, обращаясь с рассматриваемым  заявлением, конкурсный управляющий полагает, что с расчётного счета должника в пользу ФИО1  были излишне перечислены денежные средства в размере 13 801 542, 40 руб., исходя из следующего расчета: 13 801 542, 40 руб. (22 071 818, 96 - 9 412 634, 39 + 1 142 357, 83), где: 22 071 818, 96 руб. - общая сумма перечислений в пользу ответчика; 9 412 634, 39 руб. - общая сумма перечислений в пользу ответчика по заработной плате (3 700 745, 89 + 357 170, 82 + 5 256 217, 68 + 98 500); 1 142 357, 83 руб. - разница между фактическим и декларированным доходом ответчика за 2020 год.

Исходя из того, что в период с 28.01.2018 по 27.12.2020, где общая сумма перечислений составила 7 209 889, 59 руб., в том числе: 5 959 942, 68 руб. по заработной плате, 952 000, 00 руб. пополнение л/с, 297 946, 91 руб. командировочные и хозяйственные расходы, суд учитывает, что в данный период перечисления денежных средств с назначением платежа «заработная плата» конкурсным управляющим не оспариваются, заявителем оспаривается лишь перечисления, составляющие разницу между фактическим и декларированным доходом ответчика за 2020 год в размере 1 142 357,83 руб.

Соответственно, необходимо проанализировать основания для признания перечислений на сумму 1 142 357,83 руб. недействительными сделками.

В соответствии с расчетом конкурсного управляющего, на основании сопоставления сведений из справок 2-НДФЛ и фактического перечисления денежных средств с назначением платежа «заработная плата» установлено следующее:

 

Год

Сведения из

Размер

Доход к

Размер

Разница

 

справок 2-

НДФЛ

перечислению

фактического

между

 

НДФЛ

по

(за вычетом

перечисления

начисленным

 

(общий доход

справке

НДФЛ)

д/с с

и

 

без вычета

2-

 

назначением

выплаченным

 

налога)

НДФЛ

 

платежа «заработная плата»

 

2015

421 340,65

54 774

366 566,65

240 717,74

- 125 848,91

2016

1 969 582,92

256 046

1 713 536,92

1 467 554,65

- 245 982,27

2017

2 085 453,32

271 109

1 814 344,32

1 744 419,32

- 30 075,00

2018

2 066 562,85

268 653

1 797 909,85

1 677 684,85

- 120 225,00

2019

2 070 000,00

269 100

1 800 900,00

1 339 000,00

-461 900,00

2020

2 070 000,00

269 100

1 800 900,00

2 943 257,83

+1 142 357,83

Из изложенного следует, что в период с 2015 по 2019 года ответчику была начислена, но выплачена в меньшем размере заработная плата. Общий размер невыплаченной ответчику заработной платы в период с 2015 по 2019 годы составляет 984 031,18 руб. Выплата была произведена в 2020 году.

Кроме того, суд принимает во внимание пояснения ответчика о том, что в 2020 году ответчик совмещал выполнение должностных обязанностей по другим должностям в связи с уменьшением штата, но необходимостью ведения хозяйственной деятельности ООО «Нордстрой - Инжиниринг».

В период с 2018 по 2020 годы должником в пользу ответчика были перечислены денежные средства с указанием в назначении платежа «пополнение л/с»: за 2018 год - 927 000,00 руб.; за 2019 год-25 000,00 руб.

Анализ выписок о движении денежных средств по счетам ответчика, поступивших из ПАО «Сбербанк России», свидетельствует о том, что денежные средства, которые перечислялись ответчику должником с указанием в назначении платежа «пополнение л/с», направлялись ФИО1 на цели, связанные с деятельностью ООО «Нордстрой - Инжиниринг», а именно, на выплату заработной платы работникам/вознаграждение по гражданско-правовым договорам, на хозяйственные нужды ООО «Нордстрой - Инжиниринг».

Согласно позиции ответчика в ООО «Нордстрой - Инжиниринг» сложилась практика, когда расчеты по заработной плате с работниками, выплата вознаграждения лицам, привлекаемым на основании гражданско-правовых договоров, мелкие расходы оплачивались путем перечисления денежных средств ответчиком со своих счетов.

Конкурсный управляющий, не соглашаясь с данной позицией, указывает, что согласно выписке по банковскому счету должника направляемые в адрес ответчика денежные средства были получены в результате получения авансов от контрагентов должника, в том числе, и тех контрагентов, которые в последующем включились в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, как полагает управляющий, денежные средства, в достаточном размере для выплаты работникам заработной платы и удовлетворения иных потребностей должника, имелись на расчетном счете, в связи с чем необходимость использования в деятельности должника схемы по перечислению денежных средств со счета должника на счет ответчика с последующим удовлетворением нужд должника отсутствовала. 

Конкурсный управляющий отмечает, что движение денежных средств с момента их перечисления с расчетных счетов должника до момента выдачи работникам общества либо расходования в иных целях должно было быть оформлено в соответствии с действующим законодательством. Выдача подотчетных денежных средств обязывает подотчетное лицо представить по итогам осуществления расходов соответствующие документы, подтверждающие размер и основание расходования. Непредставление авансовых отчетов и бухгалтерской документации позволяет ответчику манипулировать данными и вводить в заблуждение участников обособленного спора. Физические лица, которым перечислялись денежные средства,  одновременно с тем являлись работниками должника и получали вознаграждение по заработной плате напрямую от должника, что подтверждается выпиской по банковскому счету должника.

Согласно сведениям из Пенсионного фонда Российской Федерации факт работы ФИО14 у должника датирован с апреля по июль 2018, сентябрь 2018, январь 2019. 

На момент перевода в марте 2018 ФИО14 не являлся работником ООО «Нордстрой-Инжиниринг». 

Также согласно выписке по банковскому счету ФИО14 получал вознаграждение напрямую.

Согласно сведениям из Пенсионного фонда Российской Федерации ФИО15 являлся сотрудником должника в период январь - март 2018, май 2018, по выписке по банковскому счету должника перечисление вознаграждения сотруднику осуществлялось напрямую.

По сведениям из Пенсионного фонда Российской Федерации ФИО16 работала в ООО «Нордстрой-Инжиниринг» в июле 2018. 

Согласно банковской выписке должника ФИО16 получила вознаграждение 10.08.2018 (п/п 19815). Ответчик указывает на перечисление ей денежных средств 07.02.2019. 

Резюмируя изложенное, конкурсный управляющий указывает, что невозможно установить, что перечисленные в адрес работников ООО «Нордстрой-Инжиниринг» денежные средства являлись именно заработной платой, а не прикрывали собой вывод активов должника в виде выплаты заработной платы. 

Как верно  указывает суд первой инстанции, перечисление денежных средств напрямую сотруднику, а также через ответчика не свидетельствует само по себе о порочности данных перечислений. В данном случае необходимо оценивать совокупность обстоятельств, характеризующих данные платежи, соотнося с деятельностью общества, характером занимаемой должности ответчика, системой расчета, принятой в обычной хозяйственной деятельности должника. 

Такая практика, при которой заработная плата, под контролем руководства общества, в том числе ответчика по настоящему делу, занимающего руководящую должность, как подотчетного лица, используется в деятельности общества, в том числе для выплаты заработной платы сотрудникам общества, работникам по гражданско-правовым договорам, в результате которой погашается часть требований кредиторов по денежным обязательствам общества, встречается довольно часто, и безусловно не может свидетельствовать о выводе таким способом активов должника. 

Конечно, выстроенная «схема» (порядок) распределения денежных средств общества, используемая в обычной хозяйственной деятельности данного общества, когда расчеты с работниками, иные расходы общества, оплачиваются со счетов его руководителей, не соответствует требованиям бухгалтерского учета и отчетности, обязанности по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем, за нарушение требований бухгалтерского учета и отчетности, обязанности по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, предусмотрена иная ответственность контролирующих должника лиц.

Получение работником общества, даже имеющим признаки контролирующего должника лица, денежных средств как подотчетное лицо, при предоставлении доказательств расходования полученных денежных средств в интересах общества, не может быть признано судом в качестве подозрительной сделки, совершенной с целью причинения вреда интересам кредиторов и общества.

Конкурсный управляющий указывает на то, что финансовая (бухгалтерская, налоговая) отчетность ООО «Нордстрой-Инжиниринг» не была передана конкурсному управляющему, в связи с чем, подтвердить данные о расходовании денежных средств ни в разрезе сумм, ни в разрезе сотрудников, полученные ответчиком на банковские карты на нужды общества, не представляется возможным.

Факт того, что конкурсному управляющему не предоставлены в полном объеме первичные документы, на основании которых произведены перечисления, безусловно, не может свидетельствовать о наличии оснований для признания сделок недействительными, так как само по себе отсутствие первичных документов у конкурсного управляющего не свидетельствует о неосновательном обогащении ответчика и недействительности сделок.

Отсутствие у ФИО1 авансовых отчетов по хозяйственным расходам не является основанием для признания оспариваемых перечислений недействительными сделками, поскольку такие документы передаются подотчетным субъектом работодателю и должны храниться у последнего.

Следовательно, отсутствие подобных документов у ФИО1 не свидетельствует о безвозмездном получении им от должника денежных средств в заявленной сумме (1 142 357,83 руб.), а непредставление бывшим руководителем должника конкурсному управляющему документации не находится во взаимосвязи с действиями ответчика.

Порядок ведения кассовых операций установлен в Указании Банка России от 11.03.2014 № 3210-У (далее - Порядок).

В соответствии со статьей  29 ФЗ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Согласно статье  7 ФЗ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Руководитель экономического субъекта, который в соответствии с настоящим Федеральным законом вправе применять упрощенные способы ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность, а также руководитель субъекта среднего предпринимательства, за исключением экономических субъектов, указанных в части 5 статьи 6 настоящего Федерального закона, может принять ведение бухгалтерского учета на себя.

В указанный период времени директором ООО «Нордстрой-Инжиниринг»  являлся ФИО3, и именно ФИО3 являлся лицом, ответственным за хранение указанных документов ООО «Нордстрой-Инжиниринг».

Как указано ранее, пороки в оформлении первичных документов, вызванные различными обстоятельствами, не являются достаточным основанием для признания сделки недействительной. Ошибочный бухгалтерский учет не является достаточным признаком недействительности сделок.

В данном случае необходимо учитывать специфику основного вида деятельности должника по строительству жилых и нежилых зданий (ОКВЭД ОК 029-2014 (КДЕС Ред. 2)), а также фактических правоотношений должника и его контрагентов. 

Доводы конкурсного управляющего о безвозмездности спорных перечислений и разрыве между фактическим и задекларированным доходом ответчика в размере 1 142 357,83 руб., и тем самым о выводе активов должника основаны на отсутствии у конкурсного управляющего документации общества (авансовых отчетов, первичных документов общества).

В качестве доказательств расходования денежных средств на нужды предприятия, осуществления деятельности в интересах общества в материалы дела представлены имеющиеся авансовые отчеты о расходовании денежных средств, из которых следует, что ФИО1 осуществлял множество командировок, о чем представлены электронные билеты (маршрут/квитанции), авансовые отчеты с назначением платежа хозяйственные расходы, командировочные расходы, также ответчик приобретал товарно-материальные ценности для деятельности ООО «Нордстрой-Инжиниринг». 

В свою очередь, конкурсным управляющим не представлены безусловные доказательства, опровергающие факт несения ответчиком расходов на хозяйственные нужды общества.  

Более того, при расчете заявленных требований конкурсный управляющий не принимает во внимание факт того, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с должником вплоть до 01.11.2021, кроме того совмещал выполнение должностных обязанностей по другим должностям в связи с уменьшением штата, что обусловлено необходимостью ведения хозяйственной деятельности ООО «Нордстрой - Инжиниринг». Факт осуществления ответчиком трудовой функции в обществе подтверждается, в частности, перепиской ответчика с контрагентами, осуществляемой в спорный период. Ответчиком осуществлялась подготовка закрывающих документов по выполненным должником работам по просьбе контрагентов (КС-2, КС-3), рассматривались вопросы, связанные с возникновением гарантийных случаев на объектах должника. Данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела доказательствам переписки за 2021, проводимой ФИО1 с контрагентами должника. Указанные обстоятельства также позволили суду презюмировать отсутствие цели причинения вреда при совершении спорных перечислений.  Данные доводы конкурсным управляющим не опровергнуты. 

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим должником не представлены достаточные доказательства того, что перечисление в адрес ФИО1 1 142 357,83 руб., составляющих  разницу между фактическим и декларированным доходом ответчика за 2020 год, осуществлялось исключительно в целях причинения имущественного вреда правам кредиторов.

При рассмотрении настоящего спора доказательств того, что ответчик незаконно получил от должника данные денежные средства и расходовал их по своему усмотрению, суду не представлены.

Таким образом, доказательств того, что спорные перечисления производились с намерением причинить вред кредиторам и должнику, выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности общества, с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, в нарушение статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Само по себе наличие между сторонами экономических и юридических связей, не может указывать на безусловный факт злоупотребления сторонами сделок своими правами.

Более того, отсутствуют доказательства наличия у сделки цели причинения вреда кредиторам.

В рамках настоящего дела управляющим оспорено множество платежей в пользу независимых лиц, выполнявших работы на объектах для должника в Камчатском крае. Обстоятельства совершения оспоренных сделок аналогичны таковым по настоящему спору, в том числе по способу расчетов – перечисление денежных средств на счет.

С учетом изложенного, следует признать, что конкурсным управляющим надлежащим образом не подтверждены ни безвозмездность спорных платежей для должника, ни недобросовестная цель их совершения в пользу ответчика, отсутствие у последнего законных оснований для их получения, умысел должника на финансирование ответчика, ни использование ответчика в качестве канала вывода денежных средств, ни осведомленность ответчика о соответствующей цели должника.

Из обстоятельств дела следует, что перечисление данных платежей не является характерным для действий по выводу средств на третье лицо с целью их сокрытия от кредиторов, как правило, выражающихся в единовременном (либо в сжатые сроки) перечислении организацией денежных средств в отсутствие на то оснований в пользу третьих лиц в значительных размерах в момент либо в преддверии возникновения у него финансовых трудностей.

Поскольку конкурсным управляющим не доказано наличие у оспариваемой сделки признака безвозмездности, отсутствует цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и отсутствует факт причинения такого вреда, в связи с чем, оснований для признания оспариваемых перечислений ничтожной сделкой у суда первой инстанции не имелось.

Какого-либо злоупотребления сторон своими правами при заключении оспариваемых сделок в рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции также не находит оснований, необходимых для признания сделок недействительными применительно к положениям пункта 2 стати  61.2 Закона о банкротстве статей 10 и 168 ГК РФ. 

Довод конкурсного  управляющего  о том, что   период подозрительности  для целей оспаривания сделок по нормам  Закона о банкротстве необходимо исчислять с момента первого дела о банкротстве  ООО «Нордстрой – Инжиниринг», отклоняется  судом  апелляционной инстанции.

  Конкурсный  управляющий  считает, что   период подозрительности в целях оспаривания сделок должника  с ответчиком ФИО1 должен исчисляться с момента первого дела о банкротстве  должника. Со ссылкой на определение ВС №305-ЭС17-2507(21) по делу №А41-1022/2016 утверждает, что требования, предъявленные в первом деле о  банкротстве дела «Нордстрой-Инжиниринг», погашались, чтобы создать видимость  платежеспособности должника, избежать оспаривания сделок по специальным основаниям.

В отзыве ответчик  указывает, что погашение требований в рамках первого дела о банкротстве ООО  «Нордстрой-Инжиниринг» было направлено не на создание видимости  платежеспособности должника, а обусловлено необходимостью ведения хозяйственной  деятельности должника. При том, отсутствует взаимосвязь между возникновением задолженности ООО «Нордстрой[1]Инжиниринг» перед кредиторами и перечислением должником денежных средств в адрес  ФИО1 Сам факт  заключения должником договоров с контрагентами в 2017 и 2018 годах не подтверждает факт  наличия задолженности перед ними в спорный период. Ранее было указано, что ООО «Нордстрой-Инжиниринг» являлось действующей строительной организацией со  значительными оборотами денежных средств по расчетным счетам,  источником поступления денежных средств являлось осуществление должником обычной  хозяйственной деятельности.

С учётом изложенного, заявителем апелляционной жалобы не  опровергнуты выводы суда в отношении даты исчисления периода подозрительности и  возникновения у должника ООО «Нордстрой-Инжиниринг» признаков  неплатежеспособности.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с выводами суда, не опровергая их. Оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных статьей  270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. 

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено. 

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В порядке статьи  110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению ее заявителя. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 марта 2024 года по делу № А60-66336/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы ООО «Нордстрой-Инжиниринг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

   И.П. Данилова 

 

Судьи

 

   Е.О. Гладких 

 

Л.В. Саликова