ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998 http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-14812/2023

г. Киров

17 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 17 декабря 2024 года.  

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Калининой А.С., судей Хорошевой Е.Н., Шаклеиной Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Половниковой Е.А.,  

при участии в судебном заседании: ФИО1 (лично, паспорт), 

представителя ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 29.02.2024,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего имуществом ФИО4 ФИО5, ФИО1  

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.08.2024 по делу № А29-14812/2023  

по заявлению финансового управляющего ФИО5  

о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки  

с участием лица, в отношении которого совершена сделка, - ФИО2  

в рамках дела, возбужденного по заявлению кредитора - ФИО1 к должнику - ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Вторусское Арзамасского р-на Нижегородская обл., СНИЛС: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, зарегистрирован по адресу: Республика Коми, гор. Сыктывкар, пгт. Краснозатонский, ул. Сосновая поляна 19-я линия, д. 2)  

о признании его несостоятельным (банкротом), 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее ‒ должник, ФИО4) финансовый управляющий имуществом должника ФИО5 (далее ‒ заявитель, финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделкой брачный договор, заключенный между ФИО4 и ФИО2 (далее ‒ ответчик, ФИО2), удостоверенный 27.04.2021 ФИО6, нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области, зарегистрированный в реестре № 50/100-н/50-2021-2-56; применить последствия недействительности вышеуказанной сделки, восстановить режим общей совместной собственности имущества, приобретенного ФИО4 и ФИО2 в период их брака.  

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 27.08.2024 в удовлетворении требований отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий, ФИО1 (далее ‒ кредитор, ФИО1) обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование жалобы финансовый управляющий указывает, что по брачному договору все совместно нажитое имущество признано собственностью ответчика, что исключает возможность обращения на данное имущество взыскания по обязательствам должника. Ни один из супругов не уведомлял кредитора ФИО7 о заключении брачного договора. Заявитель считает, что судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций по делу № 2-1822/2022 не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего обособленного спора, так как выводы, касающиеся правовой квалификации, преюдиции не образуют. По мнению финансового управляющего, суд первой инстанции неверно распределил бремя доказывания осведомленности ФИО2 о наличии у должника денежных обязательств перед ФИО1 Долговые обязательства ФИО4 возникли в период брака с ответчиком. Надлежащих доказательств ведения супругами раздельного хозяйства, раздельного проживания и отсутствия взаимных отношений между супругами как на момент заключения договора займа от 01.02.2011, так и на момент совершения оспариваемой сделки не имеется. Финансовый управляющий настаивает на том, что материалами дела подтверждается наличие совокупности всех необходимых обстоятельств для признания брачного договора недействительной сделкой как по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так и по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса РФ.  

ФИО1 в жалобе отмечает, что требования конкурсного кредитора к ФИО4 возникли из договора займа от 01.02.2011, согласно которому ФИО1 предоставил должнику заем в сумме 3 000 000 руб. сроком на 10 лет под 15% годовых со штрафной неустойкой в размере 0,10% от невозвращенной суммы займа за каждый день просрочки. Вышеназванный заем предоставлялся для оплаты ремонтных и восстановительных работ в доме семьи  

П-вых после пожара, на что указано в заемной расписке от 01.02.2011. Оспариваемый брачный договор заключен 27.04.2021, то есть спустя 10 лет с момента выдачи займа конкурсным кредитором, почти сразу по истечении срока его возврата, после возникновения просрочки должника по договору займу, которая возникла 02.02.2021, в течение 3 лет до принятия заявления о признании ФИО4 банкротом. Требования ФИО1 к должнику подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами. Арбитражный суд Республики Коми при принятии обжалуемого определения исходил из того, что должник ФИО4 принял на себя обязательства по договору займа, заключенному между конкурсным кредитором и должником, не в интересах семьи, а в личных целях, и при этом ФИО2 не знала о существовании данного займа. В обоснование этого довода суд сослался на судебные акты, вынесенные судами общей юрисдикции по делу № 2-1822/2022 Железнодорожного городского суда Московской области. Судебные акты по делу № 2-1822/2022 Железнодорожного городского суда Московской области не имеют правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника, поскольку они не являются преюдициальными. Одновременно с этим суд первой инстанции уклонился от исследования и оценки свидетельских показаний, данных при рассмотрении дела № 2-1822/2022 Железнодорожного городского суда Московской области. Поскольку в конкурсную массу ФИО4 должно быть включено все его имущество, в том числе имущество, приобретенное должником в период его брака с ФИО2, постольку обжалуемое определение Арбитражного суда Республики Коми противоречит разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в абзаце третьем пункта 9 постановления от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», согласно которым кредиторы, обязательства перед которыми возникли до внесудебного раздела имущества супругов, определения долей супругов в общем имуществе и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации). Само по себе заключение брачного договора в отношении общего имущества супругов не исключает возможности включения такого имущества в конкурсную массу при доказанности того, что на момент заключения брачного договора у должника перед кредиторами имелись неисполненные обязательства и кредиторы не были извещены об изменении режима имущества супругов в результате заключения брачного договора. Суд первой инстанции не дал оценку отсутствию у ФИО2 объективной возможности приобрести ценные активы в период брака с ФИО4 за счет личных доходов, неправомерно приравнял факт отсутствия совместных обязательств к факту отсутствия совместно нажитого имущества, а также подменил понятие «обязанность по возврату займа» понятием «имел возможность погасить», обосновывая правомерность сохранения доли должника в совместно нажитом имуществе супругов в собственности ФИО2 Выбор способа исполнения судебного акта принадлежит истцу. Ограничений, препятствующих конкурсному кредитору обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным  

(банкротом) без предварительного возбуждения исполнительного производства ни законом, ни судебной практикой не установлено.  

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционных жалоб к производству вынесено 07.10.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 08.10.2024.  

Ответчик возражает против удовлетворения апелляционной жалобы финансового управляющего. ФИО2 отмечает, что решение Железнодорожного городского суда о взыскании долга было вынесено только на основании признания ФИО4 исковых требований. Иных достоверных доказательств того, что долговые обязательства возникли именно в 2011 году, представлено не было. Кроме того, конкурсный кредитор ФИО1 сожительствует с родной дочерью должника ФИО4 – ФИО8(которая фигурирует в получении денежных средств для своего отца в одной из долговых расписок) и у них имеется совместный ребенок. Учитывая данное обстоятельство, а также тот факт, что ФИО4 на протяжении всего брака работал, занимал руководящие должности (например должность начальника Управления ФСБ России по Республике Коми и должность заместителя Главы Республики Коми) и имел высокий доход, позволяющий ему самому давать денежные средства взаймы и не нуждаться в заемных денежных средствах, есть все основания полагать, что долговые расписки сфальсифицированы должником и кредитором, преследующими общую цель - обратить взыскание на имущество, которое было оформлено на ФИО2 задолго до заключения брачного договора и впоследствии оставлено в ее собственности согласно брачному договору. О том, что у ФИО4 якобы имеются долговые обязательства перед ФИО1, ФИО2 узнала только при рассмотрении дела о взыскании долга Железнодорожным городским судом Московской области, то есть уже после заключения брачного договора. Поскольку неосведомленность ФИО2 о наличии у должника денежных обязательств перед ФИО1 подтверждена вступившими в законную силу Определением Московского областного суда от 26 июля 2023 года и определением Судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции по гражданскому делу № 2-1822/2022, ответчик считает, что ссылка финансового управляющего ФИО5 на то, что суд первой инстанции неверно распределил бремя доказывания - не состоятельна. Следовательно, учитывая, что ФИО2 в момент заключения брачного договора ничего не знала о долговых обязательствах своего супруга, она не могла преследовать цель, направленную на вывод имущества из-под режима совместной собственности супругов для избежания обращения на него взыскания в будущем по обязательства перед кредитором. Кроме того в ходе рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции было установлено, что в период брака должником от продажи недвижимости в Сыктывкаре было выручено 25 298 000 рублей. Достоверных и допустимых доказательств того, на что были потрачены оставшиеся от продажи недвижимости денежные средства в размере 14 330 709 рублей, не представлено, в материалах дела имеются только голословные утверждения ФИО4 При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному к выводу о том, что у должника начиная с  

2013 года имелась реальная финансовая возможность возврата займа ФИО1, не допуская начисление процентов и неустойки.  

В возражениях на жалобу кредитора ФИО2 считает несостоятельной ссылку ФИО1 на то, что: « судебные акты по делу: № 2-1822/2022 Железнодорожного городского суда Московской области не имеют правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника, поскольку они не являются преюдициальными», так как именно данными судебными актами, вступившими в законную силу, установлено, что ФИО2 на момент заключения оспариваемого брачного договора ничего не знала ни о расписках, ни о якобы взятых по распискам денежных средствах. Арбитражный суд первой инстанции в ходе рассмотрения дела о банкротстве (как и составы судов апелляционной и кассационной инстанций при рассмотрении гражданского дела № 2-1822/2022) также усмотрел согласованность позиции по делу кредитора и должника, в частности признание долга ФИО4, не получение ФИО1 исполнительного листа, не предъявление его к принудительному исполнению; поддержание кредитором и отсутствие возражений с его стороны по требованиям должника заявленным в рамках обособленного спора об исключении из конкурсной массы ежемесячных расходов для обеспечения нормальной жизнедеятельности на содержание должника и членов его семьи в размере 68 500 руб. в течение всего срока проведения процедуры реализации имущества гражданина с даты введения процедуры реализации имущества по дату завершения процедуры реализации имущества. Ссылка ФИО1 на то, что: «Суд первой инстанции не дал оценку отсутствию у ФИО2 объективной возможности приобрести ценные активы в период брака с ФИО4 за счет личных доходов», ответчик считает несостоятельной, поскольку в силу законодательного регулирования брачно-семейных отношений, данные обстоятельства не имеют правового значения при рассмотрении настоящего обособленного дела, поскольку ФИО4 и ФИО2 находились в зарегистрированном браке, а согласно статьи 34 СК РФ, любое имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. ФИО1 в апелляционной жалобе ссылается на судебную практику по делам с якобы аналогичными настоящему спору обстоятельствами, в которых брачный договор признан недействительной сделкой. Однако из приобщенных судебных актов усматривается, что между приведенными примерами судебной практики и между настоящим спором, имеется существенное отличие. А именно, во всех рассмотренных спорах, в которых суд признал брачный договор недействительной сделкой, установлено, что супруги должников были осведомлены о совершении спорной сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. Тогда как, вступившим в законную силу определением Московского областного суда от 26.07.2023 по делу № 2-1822/2022, установлено, что ФИО2 являлась супругой должника ФИО4, но на момент заключения оспариваемого брачного договора ничего не знала ни о расписках, ни о якобы взятых по распискам денежных средствах. Ссылка ФИО1 на то, что: «на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности» опровергается  

имеющимися в материалах дела доказательствами, (декларациями о доходах, платежными поручениями, подтверждающими обороты по счетам, договорами купли-продажи имущества и т.д.). ФИО1 06.11.2024, ФИО2 11.11.2024 представили в суд апелляционной инстанции ходатайства о приобщении проекта судебного акта.  

Определением от 13.11.2024 на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание было отложено на 17.12.2024.  

От финансового управляющего в материалы дела поступили письменные объяснения, в которых указано, что по состоянию на 27.04.2021 после заключения брачного договора у должника остались денежные средства на банковских счетах в сумме 1 188 550,28 руб., а также акции российских компаний на сумму 2 038 405,63 руб. Общий размер активов составлял 3 226 955,91 руб. С 10.01.2021 должник находится на пенсии, задолженность ФИО4 составляет 12 455 680 руб. Общий размер активов ответчика составлял 20 931 000 руб.  

Ответчик также представил дополнительные пояснения, в которых указал, что в тексте брачного договора отсутствует указание на то, что все совместно нажитое имущество остается только за ответчиком. Несоразмерность выделенного каждому из супругов имущества сама по себе не является основанием для признания договора недействительным. Общая стоимость приобретенных ФИО2 квартир составляла 10 967 290,26 руб. Супруги договорились, что объекты недвижимости останутся в собственности ФИО2, а ФИО4 останутся брокерские счета, открытые на его имя и ценные бумаги. Кроме того, в период брака ФИО4 приобрел на имя своей дочери от первого брака – ФИО8 земельный участок по адресу: Московская область, г. Раменское, 

<

...>, на котором построил дом, площадью 358,5 кв.м., баню, гараж и два нежилых здания. В настоящее время ФИО4 зарегистрирован по указанному адресу на срок до 19.08.2028 и проживает там один, что он лично подтверждает в ходатайстве об исключении имущества из конкурсной массы. Дочь ФИО4 – ФИО8 является формальным собственником указанного имущества, поскольку она не смогла бы его приобрести из-за низкой заработной платы и отсутствия накопленных финансов. Изначально имелась договоренность о том, что это имущество перейдет их совместной дочери – ФИО9, поскольку этого не произошло, стороны договорились, что ФИО2 не будет претендовать на данный дом, а ФИО4 не будет делить имущество, зарегистрированное за ответчиком. Брокерский отчет о движении денежных средств по брокерским и личным счетам ни ФИО4, ни финансовым управляющим не представлены, выписка о движении ценных бумаг и о состоянии счета депо, а также справка-расчет и сведения о количестве и рыночной стоимости ценных бумаг, имеющихся в собственности ФИО4 на момент заключения брачного договора – в деле отсутствуют. Кроме того, ФИО4 на момент заключения брачного договора обладал денежными средствами, на которые не претендовал ответчик. Так, согласно выписке 23.08.2021 должником сняты денежные средства в размере 1 126 500 руб., выпиской из лицевого счета в ПАО «Сбербанк» подтверждается снятие денежных средств в сумме 3000 000 руб. в период с 10.04.2023 по 18.08.2023.  

Обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что ФИО4 заблуждался относительно условий и последствий брачного договора. Тот факт, что ФИО2 не знала о наличии обязательств перед кредитором, подтверждается вступившим в законную силу судебным актом по делу № 2-1822/2022 Железнодорожного городского суда.  

Финансовый управляющий представил ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие своего представителя.  

Определением от 16.12.2024 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Кормщиковой Н.А. на судью Шаклеину Е.В., в связи с чем рассмотрение дела начато сначала.  

В судебном заседании представители сторон продержали свои правовые позиции.  

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ‒ АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.  

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, ФИО4 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 05 февраля 2005 года.  

27.04.2021 супруги П-вы заключили брачный договор, удостоверенный нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области ФИО6, (зарегистрирован в реестре № 50/100-н/50-2021-2- 56).  

По условиям брачного договора определен правовой режим имущества, приобретенного до брака, во время брака, на период этого брака, а также в случае расторжения брака; правовой режим имущества, установленный настоящим договором, распространяется, как на уже нажитое имущество, так и имущество, которое будет нажито в будущем; все движимое и недвижимое имущество, где бы оно не находилось и в чем бы таковое не заключалось, включая квартиры, жилые дома, земельные участки, движимое имущество, права на которые подлежат в соответствии с законодательством государственной регистрации и (или) регистрации, имущество. Имеющее историческую, художественную или иную ценность, ценные бумаги, взносы в уставные капиталы юридических лиц, инвестиционные вложения, в том числе в строительство, приобретение и реконструкцию недвижимого имущества, и другие вложения сделанные супругами до брака, в период совместного брака, признаются, как в период брака, так и в случае его расторжения, собственностью того супруга, на чье имя они сделаны, приобретены, и (или) зарегистрированы, а также не требуется согласие супруга на приобретение и/или отчуждение движимого и недвижимого имущества.  

Все имущественные права супругов, приобретенные ими до брака, в период совместного брака, признаются, как в период брака, так и в случае его расторжения собственностью того супруга, на чье имя они сделаны, приобретены, и (или) зарегистрированы.  

Все имущественные обязанности супругов, приобретенные ими до брака, в период совместного брака, признаются, как в период брака, так и в случае его  

расторжения, обязанностями того супруга, на чье имя они приобретались, и (или) зарегистрированы.  

Любые доходы, полученные одним из супругов, в том числе доходы целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба по любым основаниям, в том числе в связи с утратой трудоспособности, вследствие увечья или иного повреждения здоровья, пенсионные выплаты и т.п.) признаются, как в период брака, так и в случае его расторжения собственностью того супруга, которым они получены.  

Все имущество, полученное по наследству, в дар или по иным безвозмездным сделкам одним из супругов, как до брака, в период брака, так и в случае его расторжения, является собственностью этого супруга. Все движимое и недвижимое имущество, в том числе имущество, имеющее историческую, художественную, культурную или иную ценность, подаренное родственниками и друзьями супругов в пользу их семьи или одному из супругов является собственностью того супруга, чьими родственника и друзьями подарено это имущество или собственностью того супруга, чьими родственниками и друзьями подарено это имущество или собственностью того супруга, кому подарено это имущество.  

Имущество, принадлежащее одному из супругов по закону или в соответствии с положениями настоящего договора, не может быть признано общей совместной собственностью супругов на том основании, что во время брака за счет личного имущества или личного труда другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества. При этом второй супруг не имеет права на пропорциональное возмещение стоимости произведенных вложений.  

На основании резолютивной части решения мирового судьи судебного участка № 49 Железнодорожного судебного района Московской области от 29.12.2022 иск ФИО2 к ФИО4 о расторжении брака удовлетворен, брак между ФИО4 и ФИО2 расторгнут.  

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на наличие у ФИО4 задолженности перед кредитором в общей сумме 12 455 680 руб.  

Требования конкурсного кредитора к должнику возникли из договора займа от 01.02.2011, согласно которому кредитор предоставил должнику заем в сумме 3 000 000 руб. сроком на 10 лет до 01.02.2021 под 15 % годовых со штрафной неустойкой в размере 0,10 % от невозвращенной суммы займа за каждый день просрочки.  

Решением Железнодорожного городского суда Московской области от 26.12.2022 по делу № 2-1822/2022 в редакции дополнительного решения от 12.05.2023 с ФИО4 и ФИО2 в солидарном порядке взысканы в пользу ФИО1 сумма основного долга по договору займа от 01.02.2011 в размере 3 000 000 руб., начисленные проценты за период с 01.02.2011 по 01.02.2021 в размере 4 500 000 руб., неустойка за период с 02.02.2021 по 26.12.2022 в размере 2 500 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 180 руб.; с ФИО4 и ФИО2 взыскана в солидарном порядке неустойка в размере 0,10 % от невозвращенной суммы займа от 01.02.20211 по дату фактического исполнения обязательств в сумме 7 500 000 руб.  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам  

Московского областного суда от 26.07.2023 решение Железнодорожного городского суда Московской области от 26.12.2022, дополнительное решение от 12.05.2023 по делу № 2-1822/2022 отменено в части взыскания денежных средств с ФИО2 В отмененной части принято по делу новое решение, которым в удовлетворении требований, предъявленных к ФИО2, отказано.  

16.11.2023 ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), а также о признании обоснованными требования кредитора в общем размере 12 455 680 руб.  

Определением суда от 11.12.2023 заявление кредитора принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО4  

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 18.01.2024 по делу № А29-14812/2023 заявление кредитора ФИО1 признано обоснованным, ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на четыре месяца; финансовым управляющим утвержден ФИО5. Требования кредитора - ФИО1 в общей сумме 12 455 680 руб., из них: 3 000 000 руб. – основной долг по договору займа, 4 500 000 руб. – проценты по договору займа, 4 937 500 руб. – неустойка, 18 180 руб. – расходы по уплате государственной пошлины, включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО4  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 в Арбитражный суд Республики Коми обратился финансовый управляющий ФИО5 с заявлением о признании недействительной сделкой брачного договора от 27.04.2021, заключенного должником с его супругой ФИО2, удостоверенного 27.04.2021 ФИО6, нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области, зарегистрированного в реестре № 50/100-н/50- 2021-2-56, а также о применении последствий недействительности сделки, в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного ФИО4 и ФИО2 в период их брака.  

Рассмотрев требования финансового управляющего, суд первой инстанции счел их не подлежащими удовлетворению.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.  

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям,  

предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Дело о банкротстве ФИО4 возбуждено 11.12.2023, оспариваемый брачный договор заключен 27.04.2021, то есть в период, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В силу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ‒ Постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и  

(или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Таким образом, ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом, в связи с чем, по общему правилу, презюмируется осведомленность о наличии у должника при заключении оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Однако, согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления № 63, соответствующая презумпция является опровержимой - она применяется, если иное не доказано другой стороной сделки.  

В данном случае ФИО2 отрицала свою осведомленность о предоставлении займа бывшему супругу со стороны ФИО1, ссылаясь на данное обстоятельство, как установленное судебным актом.  

Как установлено из материалов дела, решением Железнодорожного городского суда Московской области от 26.12.2022 по делу № 2-1822/2022 в редакции дополнительного решения от 12.05.2023 с ФИО4 и ФИО2 в солидарном порядке взысканы в пользу ФИО1 сумма основного долга по договору займа от 01.02.2011 в размере 3 000 000 руб., начисленные проценты за период с 01.02.2011 по 01.02.2021 в размере 4 500 000 руб., неустойка за период с 02.02.2021 по 26.12.2022 в размере 2 500 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 180 руб.; с ФИО4 и ФИО2 взыскана в солидарном порядке неустойка в размере 0,10 % от невозвращенной суммы займа от 01.02.20211 по дату фактического исполнения обязательств в сумме 7 500 000 руб.  

В обоснование заявленных требований ФИО1 приводил доводы о том, что обязательство по договору займа от 01.02.2011 является общим обязательством супругов, потому задолженность подлежит взысканию с них обоих.  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 26.07.2023 решение Железнодорожного городского суда Московской области от 26.12.2022, дополнительное решение от 12.05.2023 по делу № 2-1822/2022 отменено в части взыскания денежных средств с ФИО2 В отмененной части принято по делу новое решение, которым в удовлетворении требований, предъявленных к ФИО2 отказано.  

При этом, суд, отменяя решение Железнодорожного городского суда Московской области от 26.12.2022 по делу № 2-1822/2022, Московский областной суд отметил, что в ходе судебного разбирательства ФИО10 отрицала, что была осведомлена о заключении ее супругом ФИО4 указанных договоров займа, и не признавала, что спорные заемные денежные суммы были получены и расходованы на нужды семьи. При таких обстоятельствах судом установлено отсутствие правовых оснований для признания обязательств, возникших из договоров займа, общими обязательствами супругов П-вых и возложении на них солидарной ответственности по данным обязательствам.  

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 29.11.2023 по делу № 2-1822/2022 решение Железнодорожного городского суда Московской области от 26.12.2022, с учетом дополнительного решения того же суда от 12.05.2023, в неотмененной части и апелляционного определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 26.07.2023 оставлены без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО4, ФИО8 – без удовлетворения.  

При этом, судебная коллегия суда кассационной инстанции нашла заслуживающими внимания доводы возражений ФИО2 о том, что согласованная по делу позиция противных сторон (истца, ответчика и третьего лица), схожие доводы кассационных жалоб, направленные на отмену судебных актов и удовлетворение заявленного иска, имеют своей целью не защиту нарушенных прав (ст. 3 ГПК РФ), а обращение взыскания на спорное имущество, перешедшее по брачному договору к ФИО2 (ст. 10 ГК РФ).  

Доводы жалоб о том, что судебные акты по делу № 2-1822/2022 не имеют преюдициального значения для настоящего обособленного спора, подлежат отклонению.  

Как указывает ФИО1, в данном случае на него не может быть возложено бремя доказывания осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку он является независимым кредитором, в то время как супруги между собой являются заинтересованными лицами.  

Действительно, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

В данном случае мотивом заключения брачного договора указано на фактическое прекращение брачных отношений, что подтверждается решением суда о расторжении брака, само по себе наличие незначительной разницы между решением суда о расторжении брака и заключением брачного договора, по мнению суда апелляционной инстанции, не является критичным и подозрительным.  

Мотивы распределения имущества согласно условиям брачного договора изложены в дополнительных пояснениях к отзыву.  

Более того согласно материалам дела и позиции финансового  

управляющего на 27.04.2021 у должника имелись денежные средства в размере 1 188 550,28 руб. и акции российских компаний на сумму 2 038 405,63 руб., доход, полученный должником за 2021 год от таких акций составил 1 052 037, 51 руб.  

Также апелляционный суд отмечает, что согласно выписке по счету, открытому в ПАО «Сбербанк» (материалы электронного дела 28.12.2023), за период с 10.04.2023 по 18.08.2023 (уже после вынесения решения и незадолго до возбуждения дела о банкротстве) на счет должника поступили денежные средства в размере более 3 млн. руб. с назначением «прочие выплаты». Сведения о данных денежных средствах должником не раскрыты.  

Таким образом, за должником также оставалось имущество, ценностью меньше, чем переданное супруге, но также являющееся значительным.  

В данном случае вступившим в законную силу судебным актом установлено в качестве основания для отказа в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 отсутствие осведомленности с ее стороны о существовании заемного обязательства, отсутствие доказательств того, что полученные денежные средства были израсходованы на нужды семьи.  

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.  

Высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 № 305-ЭС16-19178, от 24.03.2017 № 305-ЭС17-1294) высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод. При этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу.  

Апелляционная коллегия обращает внимание, что иная оценка судами доказательств по настоящему делу без учета оценки, данной судами тем же доказательствам по ранее рассмотренному делу, в котором участвовали те же лица, противоречит части 2 статьи 69 АПК РФ. Данная позиция отражена в постановлении Президиума ВАС РФ от 24.05.2005 № 225/04 по делу № А141234-03/39/1; постановлении Президиума ВАС РФ от 25.03.2008 № 12664/07 по делу № А29-2753/06-1э.  

Таким образом, ссылка ФИО1 на то, что он просто не доказал осведомленность ФИО2 о наличии займа, что не препятствует применить презумпцию осведомленности заинтересованного лица о признаках неплатежеспособности, подлежит отклонению.  

Согласно пункту 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.  

В соответствии с пунктом 5 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.  

То есть для возложения на супругу должника солидарной обязанности по возврату заемных средств, обязательство должно являться общим, то есть, как следует из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса РФ, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.  

Таким образом, обстоятельства осведомленности бывшей супруги должника о наличии заемного обязательства и расходовании денежных средств на нужды семьи являлись ключевыми и подлежащим доказыванию в рамках предмета спора при рассмотрении вопроса о признании обязательства общим обязательством супругов.  

ФИО1 в жалобе настаивает на том, что Арбитражный суд Республики Коми не дал самостоятельной оценки показаниям свидетелей ФИО11 и ФИО12, данным при рассмотрении дела в Железнодорожном городском суде.  

В данной части суд апелляционной инстанции отмечает, что показания указанных свидетелей были предметом исследования судов в рамках дела № 21822/2022, оценены судами и не признаны влияющими на итоговый вывод об отсутствии у ответчика осведомленности о принятии должником на себя заемных обязательств.  

При этом данные свидетельские показания оценивались судами общей юрисдикции в совокупности с иными доказательствами по делу № 2-1822/22. Убедительных оснований для иной оценки данных доказательств, отличной от данной в деле № 2-1822/22 кредитор не привел.  

ФИО12 является старшей сестрой должника, заинтересованной в даче пояснений в поддержку позиции ФИО4, который как и кредитор, и финансовый управляющий, настаивает на признании сделки недействительной, а в суде общей юрисдикции ‒ на взыскании долга с бывшей супруги.  

Из показаний ФИО12, отраженных в протоколе судебного заседания от 08.07.2022, также не представляется возможным идентифицировать займ, о котором идет речь.  

ФИО11 пояснил, что выполнял работы по ремонту дома для ФИО4 на сумму около 3 миллионов рублей. О необходимости взятия кредита услышал от самого должника. Каких-либо конкретных сведений о том, когда, у кого, на какую сумму и был ли в принципе взят ФИО4 кредит, показания ФИО11 не содержат. Также отсутствуют сведения об осведомленности об этом ФИО2  

С учетом изложенного, доводы жалобы кредитора со ссылкой на показания ФИО12 и ФИО11 подлежат отклонению.  

Каких-либо новых доводов и доказательств, которые бы свидетельствовали об осведомленности ответчика о наличии у ФИО4 обязательств перед ФИО1 в материалы дела не представлено.  

В отсутствие сведений о получении займа бывшим супругом у ФИО1 не представляется возможным сделать вывод об осведомленности ФИО2 о признаках неплатежеспособности должника на момент заключения брачного договора ввиду наступления срока возврата по договору займа и наличия воли у обеих сторон на вывод имущества, с целью избежания обращения на него взыскания со стороны ФИО1  

Следовательно, по мнению апелляционного суда, в данном конкретном случае презумпция осведомленности заинтересованного лица о наличии у должника признаков неплатежеспособности опровергнута ответчиком.  

С учетом недоказанности осведомленности ФИО2 о наличии кредитора в принципе, а, следовательно, и о неплатежеспособности должника, по мнению суда апелляционной инстанции, брачный договор заключен сторонами с целью определения имущественных прав и обязанностей в браке и (или) в случае расторжения брака, а не с целью исключения возможности обращения взыскания на имущество должника по его обязательствам.  

При этом, как отметил Первый кассационный суд общей юрисдикции, являются заслуживающими внимания доводы возражений ФИО2 о том, что согласованная по делу позиция противных сторон (истца, ответчика и третьего лица), схожие доводы кассационных жалоб, направленные на отмену судебных актов и удовлетворение заявленного иска, имеют своей целью не защиту нарушенных прав (ст. 3 ГПК РФ), а обращение взыскания на спорное имущество, перешедшее по брачному договору к ФИО2 (ст. 10 ГК РФ).  

В данном случае отсутствует согласованность действий ФИО4 и ФИО2 при заключении брачного договора, направленных на вывод имущества из-под режима совместной собственности супругов активов для избежания обращения на него взыскания в будущем по обязательства перед кредитором, а также приходит к выводу об отсутствии у сторон противоправной цели, связанной с причинением вреда кредитору ФИО1  

Как обратил внимание Арбитражный суд Республики Коми, напротив усматривается согласованность позиции по делу кредитора и должника, в частности признание долга ФИО4, не получение исполнительного листа, не предъявление его к принудительному исполнению; поддержание кредитором и отсутствие возражений с его стороны по требованиям должника, заявленным в рамках обособленного спора об исключении из конкурсной массы ежемесячных расходов для обеспечения нормальной жизнедеятельности на содержание должника и членов его семьи в размере 68 500 руб. в течение всего срока проведения процедуры реализации имущества гражданина с даты введения процедуры реализации имущества по дату завершения процедуры реализации имущества.  

При этом право кредитора обратиться с заявлением о банкротстве, минуя стадию исполнительного производства путем обращения в ФССП, не исключает возможности суда оценить фактическое поведение кредитора.  

Апелляционный суд также отметает, что в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции ФИО1, являющийся единственным кредитором ФИО4, не скрывал, что имеет длительные дружеские отношения с семьей П-вых, в том числе с дочерью ФИО4 – ФИО8, которые и явились причиной предоставления им займа должнику на 10 лет без предоставления какого-либо обеспечения со стороны  

заемщика.  

Апелляционный суд отмечает, что согласно Картотеке арбитражных дел между ФИО8 и ФИО1 имеются взаимоотношения, возникшие из договора о частичной уступке прав требований (дело № А40143865/2019).  

Также согласно судебным актам по делу № 2-1822/2022 ФИО1 просил взыскать с ФИО4 и ФИО2 задолженность по договору займа от 22.03.2011 в сумме 4 183 380 руб. по расписке, оформленной ФИО8  

В удовлетворении заявления о взыскании указанного долга с П-вых судом было отказано, поскольку займ был получен не ФИО4, а ФИО8 (его дочерью).  

На вопрос суда апелляционной инстанции о том, взысканы ли на данный момент денежные средства с ФИО8 по договору займа от 22.03.2011 сроком на 10 лет, кредитор пояснил, что о том, что именно она является надлежащим ответчиком, ему стало известно лишь из определения Первого кассационного суда общей юрисдикции от 29.11.2023, в связи с чем он лишь недавно обратился с заявлением о взыскании такой задолженности с ФИО8  

Таким образом, в данном случае кредитора и должника связывают длительные дружеские отношения.  

Доводы жалоб об отсутствии у ответчика личного дохода на приобретение объектов недвижимости в указанных обстоятельствах правового значения не имеют.  

Обоими бывшими супругами в период брака неоднократно совершались сделки по отчуждению совместного нажитого имущества и приобретению нового, что с учетом обезличенности денежных средств как объекта имущества в целом не позволяет установить за счет каких денежных средств происходило последующее приобретение.  

При этом, наличие либо отсутствие у ответчика достаточного собственного дохода не умаляет прав ФИО2 на долю в совместно нажитом имуществе.  

Доводы о необходимости соотнесения сделок по отчуждению и приобретению имущества супругов во время брака суд апелляционной инстанции признает подлежащими отклонению, поскольку отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что имущество приобреталось не за счет общих средств супругов, и о том, что денежные средства от продажи имущества, поступали не в совместную собственность супругов.  

С учетом изложенного, апеллянты не обосновали то, как указанные сделки, совершаемые ранее, влияют на действительность брачного договора от 27.04.2021.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в признании брачного договора от 27.04.2021 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В жалобе финансовый управляющий также ссылался на положения статей 10, 168 ГК РФ как на основание недействительности сделки.  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  

причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 и пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Однако в выше названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением.  

Таким образом, оспаривая сделку по статье 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий должен доказать наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.  

В то же время, как следует из материалов дела, финансовый управляющий ссылался лишь на заключение сделки между аффилированными лицами при наличии неисполненных денежных требований кредиторов в отсутствие встречного предоставления, что полностью охватывается диспозицией статьи 61.2Закона о банкротстве.  

Наличие пороков, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не приведено, оснований для применения статей 10, 168 ГК РФ не имеется.  

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалоб заявителя и кредитора и отмены оспариваемого определения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалоб сводятся к несогласию апеллянтов с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.  

Апелляционные жалобы финансового управляющего, ФИО1 удовлетворению не подлежат.  

 Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 258, 268–271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.08.2024 по делу № А29-14812/2023 оставить без изменения, а апелляционные жалобы финансового управляющего имуществом ФИО4 ФИО5, ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго- 

Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий А.С. Калинина  

Е.Н. Хорошева 

Судьи 

Е.В. Шаклеина