ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-15590/2022

г. Саратов

27 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 июля 2023 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Романовой Е.В., Судаковой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 15 мая 2023 года по делу  № А57-15590/2022 (судья Горбунова Н.В.)

по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 11 000 000 руб.

по делу о признании ФИО3 (дата рождения: 06 октября 1972 года, место рождения: п. Зерновой Дергачевского района Саратовской области, адрес регистрации: 413414, 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица: Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 7 по Саратовской области, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 2 по Саратовской области, общество с ограниченной ответственностью «Завод специального машиностроения», ФИО4,

при участии в судебном заседании представителя ФИО3 ФИО5, действующего на основании доверенности от 16 апреля 2022 года, представителя Федеральной налоговой службы ФИО6, действующего на основании доверенности от 06 июля 2023 года № 87, 

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, 

 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 14 октября 2022 года (резолютивная часть объявлена 11 октября 2022 года) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества должника размещено в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) 12 октября 2022 года (№ 9848086), а также опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 22 октября 2022 года № 197(7398), стр. 44.

22 ноября 2022 года в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 11 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 15 мая 2023 года в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требований в реестр требований кредиторов ФИО3 отказано.

ФИО2 не согласился с принятым судебным актом и обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что вывод суда первой инстанции о не подтверждении фактической передачи кредитором должнику денежных средств, не подтверждения наличия у кредитора финансовой возможности предоставить должнику заем в спорном размере, не основан на нормах материального права, в материалы дела представлены справки о доходах ФИО2 (форма № 2-НДФЛ) за 2018-2021 годы, бухгалтерская отчетность общества с ограниченной ответственностью «Завод специального машиностроения» (далее – ООО «ЗСМ»), согласно которым ежегодный доход кредитора составляет более 10 000 000 руб., в кассе предприятия ежегодно получались наличные денежные средства в сумме, превышающей 7 000 000 руб. ФИО2 полагает, что поступление в личное владение (пользование) кредитора ежегодно столь значительных денежных средств свидетельствует о его реальной возможности аккумулирования свободных денежных средств в наличной форме. Фактическая  передача наличных денежных средств кредитором должнику подтверждается распиской (актом приема-передачи денежных средств) от 15 января 2019 года в соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также пояснениями кредитора и должника. ФИО2 в жалобе, ссылаясь на Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утверждённый Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, указывает, что на кредитора не обоснованно возложено бремя доказывания наличия у него денежных средств, переданных заёмщику по договору займа, обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заёмщика. Кредитор, не соглашаясь с выводом суда о непредставлении доказательств строительства комплекса в соответствии с условиями соглашения об инвестировании от 15 января 2019 года, мнимом характере соглашения об инвестировании, экономической нецелесообразности заключения беспроцентного займа, указывает, что в собственности должника имелся земельный участок, планируемый для использования в целях строительства комплекса в соответствии с соглашением об инвестировании, во исполнение данного соглашения ФИО3 05 октября 2020 года зарегистрировал юридическое лицо – ООО «Земледелец» (ИНН 

<

***>), внес на расчетный счет данного общества в качестве уставного капитала денежные средства в общем размере 2 833 000 руб. По мнению кредитора, судом первой инстанции не дана оценка пояснениям должника о том, что полученные от кредитора денежные средства использованы ФИО3 в 2019-2020 годах как оборотные средства, в том числе на оплату труда работников, выдачу займов под проценты, займов под будущий урожай.

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган) в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО3, ФИО4 в порядке статьи 262 АПК РФ представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят удовлетворить апелляционную жалобу кредитора.

Общество с ограниченной ответственностью «АС-Трейд и Ко» (далее – ООО «АС-Трейд и Ко»), финансовый управляющий должника ФИО7 представили письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда первой инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО3, представитель ФНС России поддержали правовую позицию, изложенную в отзывах.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом согласно требованиям статьи 123, частей 1, 2 статьи 186 АПК РФ. 

Информация о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 27 июня 2023 года, что подтверждено отчетом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие данных лиц.

Финансовым управляющим должника ФИО7 заявлено ходатайство о рассмотрении обособленного спора в свое отсутствие. Судом данное ходатайство удовлетворено. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, письменных возражений, выслушав участников процесса, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 15 января 2019 года между ФИО2 (инвестор) и ФИО3 (предприниматель) заключено соглашение об инвестировании, предметом которого являлось оказание услуги в части финансирования (содействия финансированию) при реализации проекта «Строительство комплекса по переработке сахарного сорго по адресу Саратовская область, Дергачевский район, поселок Зерновой».

На основании пункта 2.2 соглашения об инвестировании от 15 января 2019 года между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа от 15 января 2019 года, предметом которого являлась передача заемщику беспроцентного займа в размере 10 000 000 руб. для реализации проекта в рамках соглашения об инвестировании от 15 января 2019 года на срок до 10 мая 2022 года.

Из заявления ФИО2 следует, что во исполнение обязательств по соглашению об инвестировании от 15 января 2019 года и договору займа от 15 января 2019 году ФИО2 предал должнику наличные денежные средства в размере 10 000 000 руб., о чем, в соответствии с пунктами 2.1, 2.2, 2.3 составлена расписка (акт приема-передачи денежных средств) от 15 января 2019 года.

Также кредитор в заявлении указал, что 19 мая 2021 года между ФИО2 и ФИО3 заключено дополнительное соглашение к договору займа от 15 января 2019 года, в соответствии с которым сумма займа изменена на 11 000 000 руб., ФИО2 дополнительно передал ФИО3 наличные денежные средства в размере 1 000 000 руб., о чем составлена расписка (акт приема-передачи денежных средств) от 19 мая 2021 года.

Срок возврата займа указанным дополнительным соглашением не изменялся.

В связи с неисполнением ФИО3 обязательств по возврату займа ФИО2 10 мая 2022 года, 23 мая 2022 года направил в адрес должника претензии о возврате заемных денежных средств по договору займа от 15 января 2019 года и дополнительному соглашению от 19 мая 2021 года в полном объеме, однако, указанные претензии должником оставлены без ответа.

В связи с неисполнением должником обязательств, предусмотренных договором займа от 15 января 2019 года и дополнительным соглашением от 19 мая 2021 года, ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требований в размере 11 000 000 руб. в реестр требований кредиторов ФИО3

Суд первой инстанции, установив, что надлежащие доказательства передачи денежных средств, доказательства реальной возможности кредитора предоставить должнику наличные денежные средства в размере 11 000 000 руб., а также сведения о расходовании должником указанных наличных денежных средств в материалы дела не представлены, принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих экономическую целесообразность передачи наличных денежных средств должнику в качестве беспроцентного займа, учитывая возможную фактическую аффилированость должника и кредитора, пришел к выводу о мнимом характере соглашения об инвестировании и договора займа, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требований в реестр требований кредиторов ФИО3

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. 

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13 октября 2015 года № 45) разъяснено, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае кредитор обратился с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника в установленный статьей 100, пунктом 1 статьи 142, статьей 213.24 Закона о банкротстве срок.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 года № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13 июля 2018 года № 308-ЭС18-2197, суду необходимо в рассматриваемой ситуации руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт.

По договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 ГК РФ).

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Из изложенного следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно абзацу 3 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 года № 35 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в платежных документах.

Рассматривая заявление об установлении и включении в реестр требований кредиторов требования, основанного на договоре займа, подтвержденного распиской, следует иметь в виду, что нормы ГК РФ, регулирующего отношения займа, должны применяться с учетом законодательства о банкротстве.

В целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника арбитражный суд определяет обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права, в связи с чем в предмет доказывания также входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, подтверждения размера его дохода за период, предшествующий заключению сделки, сведений об отражении в налоговой декларации, подаваемой за соответствующий период, сумм, равных размеру займа или превышающих его, доказательств снятия такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иных (помимо расписки) доказательств передачи денег должнику).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из пункта 2.1 договора займа от 15 января 2019 года следует, что денежные средства в размере 11 000 000 руб. (с учетом дополнительного соглашения от 19 мая 2021 года) по договору займа переданы ФИО2 ФИО3 в наличной форме.

В ходе рассмотрения обособленного спора должник и кредитор не оспаривали, что сторонами договора займа согласована форма расчетов именно в виде передачи  наличных денежных средств.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности кредитором наличия у него реальной возможности предоставить должнику денежные средства в размере 11 000 000 руб. в наличной форме, недоказанности факта передачи должнику денежных средств в размере 11 000 000 руб. в наличной форме, а также непредставлении достоверных и документально подтвержденных сведений о расходовании должником полученных денежных средств.

В обоснование фактической возможности предоставления должнику по договору займа денежных средств в сумме 10 000 000 руб. 15 января 2019 года и в сумме 1 000 000 руб. 19 мая 2021 года ФИО2 указал на наличие дохода в спорный период от трудовой деятельности, в том числе в виде дивидендов, представил в материалы дела справки по форме 2-НДФЛ за 2018-2021 годы, копии расходных кассовых ордеров, платежных ведомостей за 2018 год, январь-февраль 2019 года о выплате дивидендов, выписки о состоянии вкладов.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 является генеральным директором ООО «ЗСМ».

Из представленных в суд первой инстанции письменных пояснений главного бухгалтера ООО «ЗСМ» ФИО8 следует, что в 2018 году ФИО2 производились выплаты заработной платы и дивидендов в сумме 10 279 535,87 руб., наличными в кассе предприятия получено 8 504 250 руб., на расчетный счет перечислено 1 775 285,87 руб.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции обоснованно критически оценил представленные кредитором доказательства, поскольку выписки о состоянии вклада по счету не содержат сведений о получении ФИО2 наличных денежных средств в соотносимом с суммой займа размере,  наличие доходов за 2018-2021 годы в суммах, отраженных в соответствующих справках, также само по себе не свидетельствует о возможности аккумулирования ФИО2 свободных денежных средств в наличной форме в спорном размере к дате предполагаемой их передачи в заем должнику.

При этом, судом также обоснованно учтено отсутствие доказательств экономической целесообразности передачи наличных денежных средств должнику в качестве беспроцентного займа.

Судом первой инстанции также установлено, что соглашение об инвестировании от 15 января 2019 года ФИО3 фактически не исполнено, поскольку согласно сведениям, полученным из администрации Дергачевского района Саратовской области, ФИО3 по вопросу строительства (планирования строительства)  сельскохозяйственного комплекса по переработке сахарного сорго в администрацию муниципального района не обращался.

Отклоняя доводы должника о расходовании полученных от кредитора денежных средств  в целях возмещения затрат, понесенных должником, как главой КФХ в посевную 2018 года, суд обоснованно указал на отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающие указанные обстоятельства.

Принимая во внимание отсутствие сведений о причинах передачи ФИО2 ФИО3 значительной денежной суммы без предоставления должником какого-либо зарегистрированного обеспечения исполнения обязательств по договору займа, отсутствие документов о расходовании полученных средств и сопоставления размера заявленных ФИО2 требований по сравнению с требованиями включенных в реестр независимых кредиторов, суд пришел к выводу о наличии оснований для возникновения обоснованных сомнений в реальности займа и подачи кредитором заявления с действительной целью установления контроля над делом о банкротстве должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 года № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

С учетом установленных судом обстоятельств характер взаимоотношений между кредитором и должником может быть оценен как нетипичный, несвойственный обычным (независимым) участникам гражданского оборота.

Суд апелляционной инстанции, исходя из поведения сторон сделки, считает что имеются признаки фактической аффилированности сторон. 

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года № 306-ЭС16-20056(6).

Если стороны дела являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года № 306-ЭС16-20056(6), от 11 сентября 2017 года № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В деле о банкротстве кредитор в соответствии с процессуальными правилами доказывания обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований к должнику, вытекающих из неисполнения последним своих обязательств.

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве).

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры № 1(2017), № 3(2017), № 5(2017), № 2(2018) со ссылками на определения № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572, № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 мая 2014 года по делу № А41-36402/2012.

Суд апелляционной инстанции считает, что в рассматриваемом случае с учетом установленных в рамках обособленного спора обстоятельств судом первой инстанции при оценке реальности правоотношений кредитора и должника применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к верному выводу о том, что представленные кредитором и должником документы не подтверждают значимые для дела обстоятельства, касающиеся факта выдачи займа путем передачи денежных средств именно в наличной форме, наличия у заявителя финансовой возможности предоставить должнику заем в спорном размере.

Доводы апелляционной жалобы кредитора о значительном размере его ежегодного дохода, получении в кассе ООО «ЗСМ» наличных денежных средств, наличии у него  реальной возможности аккумулирования свободных денежных средств в наличной форме были предметом рассмотрения судом первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку.

Данные доводы не опровергают выводов суда первой инстанции о недоказанности реального характера сделки, поскольку материальное положение кредитора в целом, а именно получение им стабильного высокого дохода, в рассматриваемом случае не является доказательством наличия у ФИО2 денежных средств в необходимой сумме именно в наличной форме.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает пояснения ФИО4, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, о том, что в январе 2019 года ее супруг ФИО3 получил от ФИО2 денежные средства в сумме 10 000 000 руб. на развитие совместного предприятия, данные денежные средства должник хранил дома, впоследствии расходовал их на иные цели, не связанные со строительством предприятия по переработке сахарного сорго.

ФИО4, являясь до 2023 года супругой должника, является заинтересованным лицом, суд к ее письменным пояснениям относится критически, изложенные ей обстоятельства не подтверждают фактическое наличие у ФИО2 денежных средств в размере 11000 000 руб. и фактическую передачу их должнику.

Доводы ФИО2 о принятии должником мер, направленных на исполнение соглашения об инвестировании, в том числе, регистрация юридического лица, внесение денежных средств в качестве уставного капитала, а также доводы о наличии у ФИО3 в собственности земельного участка и обеспечении займа залогом земельного участка, судебная коллегия отклоняет, поскольку в условиях непредставления доказательств реального исполнения договора займа, а именно факта передачи кредитором должнику денежных средств в размере 11 000 000 руб. в наличной форме, указанные обстоятельства об обоснованности требований кредитора не свидетельствуют.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что по делу принято законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

При выполнении постановления в форме электронного документа данное постановление в соответствии с частью 1 статьи  177 АПК РФ направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 15 мая 2023 года по делу № А57-15590/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

О.В. Грабко

 

 

Судьи

Е.В. Романова

 

 

 

Н.В. Судакова