﻿

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11 «А»

тел.: (846)  273-36-45, факс: 372-62-54

http://www.11aas.arbitr.ru е-mail: info@11aas.arbitr.ru, 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

12 ноября 2021 года                                                                              Дело № А65-9742/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 11.11.2021

Постановление в полном объеме изготовлено 12.11.2021

 Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 председательствующего судьи Ануфриевой А.Э., 

 судей Дегтярева Д.А., Коршиковой Е.В.

 при ведении протокола секретарем судебного заседания Тазовой И.С.,

 с участием:

от истца Общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительное объединение «КАЗАНЬ» – представитель Петрусева О.И. по доверенности от 17.05.2021;

от ответчика Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – представитель Кащенко М.В. по доверенности от 20.01.2021;

от иных лиц – не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в открытом судебном заседании 11 ноября 2021 года 

апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Производственно-строительное объединение" КАЗАНЬ"  на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 сентября 2021 года по делу № А65-9742/2021 (судья Гиззятов Т.Р.)

по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительное объединение «КАЗАНЬ», г. Казань, (ОГРН 1021603643291, ИНН 1660056570)

к Публичному акционерному обществу "Татфондбанк", г. Казань, (ОГРН 1021600000036, ИНН 1653016914)

о признании договоров поручительства № 56/15-3 от 31.12.2015, № КК 29/15-2 от 31.12.2015, № 7/15 от 30.12.2015, № 17/16 от 29.04.2016 недействительными, ничтожными сделками, 

с участием в деле в качестве третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью "Ягодинская слобода" (ОГРН 1101690030298, ИНН 1655193901, Общества с ограниченной ответственностью "ГритПлюс" (ОГРН 1081690038715, ИНН 1658100849), Общества с ограниченной ответственностью "Инвестиционный активы" (ОГРН 1151690097130, ИНН 1655342046),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Производственно-строительное объединение «КАЗАНЬ» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к Публичному акционерному обществу "Татфондбанк" (далее – ответчик) о признании договоров поручительства № 56/15-3 от 31.12.2015, № КК 29/15-2 от 31.12.2015, № 7/15 от 30.12.2015, № 17/16 от 29.04.2016 недействительными, ничтожными сделками.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.05.2021 к участию в деле качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: Общество с ограниченной ответственностью «Ягодинская слобода», (ОГРН 1101690030298, ИНН 1655193901), Общество с ограниченной ответственностью «Грит Плюс», (ОГРН 1081690038715, ИНН 1658100849), Общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционные активы», (ОГРН 1151690097130, ИНН 1655342046).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.09.2021 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить  решение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, которым удовлетворить требования ООО «ПСО «Казань» о признании недействительными договоров, заключенных между ПАО «Татфондбанк» и ООО «ПСО «Казань», а именно:

1.	договор поручительства № 56/15-3 от 31.12.2015, заключенный в обеспечение исполнения обязательств ООО «Урман» по кредитным договорам № 54/15 от 31.03.2015, № 55/15 от 31.03.2015,№ 56/15 от 31.03.2015, № № 57/15 от 31.12.2015;

договор поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015, заключенный в обеспечение исполнение обязательств ООО «Ягодинская слобода» по кредитным договорам № КО 32/11 от 20.07.2011, № КК 05/12 от 16.02.2012, № КК 27/13 от 30.12.2013, № 05/15 от 10.04.2015, № КК 28/15 от 10.11.2015, № КК 29/15 от 03.12.2015;

договор поручительства № 7/15 от 30.12.2015, заключенный в обеспечение исполнения обязательств ООО «Инвестиционные активы» по кредитным договорам № 97/14 от 05.05.2014, № 96/14 от 05.05.2014, № 118/14 от 09.06.2014, № 138/14 от 09.07.2014, № 184/14 от 15.09.2014, № № 255/14 от 29.10.2014, № 256/14 от 31.10.2014, № 280/14 от 18.11.2014, № 281/14 от 19.11.2014 и в обеспечение исполнения обязательств ООО «Грит Плюс» по кредитным договорам № 2/14 от 16.01.2014, № 250/14 от 16.10.2014, № 67/15 от 08.04.2015, № 102/15 от 10.06.2015;

договор поручительства № 17/16 от 29.04.2016, заключенный в обеспечение обязательств ООО «Грит Плюс» по кредитному договору № 2/14 от 16.01.2014.

Апеллянт ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; неправильное применение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает следующие доводы. 

Судом первой инстанции не дана оценка всем заявленным ООО «ПСО «Казань» при рассмотрении дела доводам, приведенным в обоснование требования об оспаривании Договоров поручительства. При заключении Договоров поручительства Банком была предоставлена неполная и недостоверная информация, имеющая существенное значение для заключения сделок (нарушение ч. 1 ст. 168 АПК РФ, п. 3 ч. 4 ст. 170 АПК РФ). При заключении договоров поручительства ПАО «Татфондбанк» знало, что кредиты, в обеспечение которых заключены оспариваемые сделки, являлись заведомо невозвратными, а заемщики - техническими компаниями, подконтрольными самому банку. При заключении сделок банк не мог не знать о реальном финансовом состоянии заемщиков. Презумпция недобросовестности действий Банка не опровергнута. В результате недобросовестного поведения Банком получено преимущество при заключении Договоров поручительства. Исчисление срока исковой давности для оспаривания Договоров поручительства определяется датой, когда ООО «ПСО «Казань» узнало о введении в заблуждение и обмане Банком (неприменение п. 2 ст. 181 ГК РФ). Суд первой инстанции в нарушение п. 2 ст. 181 ГК РФ, не реализовав свои дискреционные полномочия с учетом Определения Конституционного суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 600-О-О, сделал вывод об истечении исковой давности по заявленным требованиям, несоответствующий сложившейся судебной практике.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.llaas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель ответчика не согласился с доводами апелляционной жалобы, просил оставить решение без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание,  проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, между ПАО «Татфондбанк» и ООО «ПСО «Казань» заключены:

- договор поручительства № 56/15-3 от 31.12.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Урман» (ОГРН 1122651018203, ИНН 2630801701) по кредитным договорам № 54/15 от31.03.2015, № 55/15 от31.03.2015,№ 56/15 от31.03.2015, № 57/15 от 31.12.2015. ООО «Урман» прекратило деятельность в качестве юридического лица 15.02.2018 в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

- договор поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Ягодинская слобода» (ОГРН 1101690030298, ИНН 1655193901) по кредитным договорам № КО 32/11 от 20.07.2011, № КК 05/12 от 16.02.2012, № КК 27/13 от 30.12.2013, № 05/15 от 10.04.2015, № КК 28/15 от 10.11.2015, № КК 29/15 от 03.12.2015;

- договор поручительства № 7/15 от 30.12.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Инвестиционные активы» (ОГРН 1151690097130, ИНН 1655342046) по кредитным договорам № 97/14 от 05.05.2014, № 96/14 от 05.05.2014, № 118/14 от 09.06.2014, № 138/14 от 09.07.2014, № 184/14 от 15.09.2014, № 255/14 от 29.10.2014, № 256/14 от 31.10.2014, № 280/14 от 18.11.2014, № 281/14 от 19.11.2014 и в обеспечение исполнения обязательств ООО «Грит Плюс» (ОГРН 1081690038715, ИНН 1658100849) по кредитным договорам № 2/14 от 16.01.2014, № 250/14 от 16.10.2014, № 67/15 от 08.04.2015, № 102/15 от 10.06.2015;

- договор поручительства № 17/16 от 29.04.2016 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Грит Плюс» (ОГРН 1081690038715, ИНН 1658100849) по кредитному договору № 2/14 от 16.01.2014.

Приказом Банка России № ОД-4536 от 15.12.2016 назначена временная администрация по управлению ПАО «Татфондбанк», функции которой возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». Приказом Банка России № ОД-542 от 03.03.2017 отозвана лицензия на осуществление банковских операций у кредитной организации ПАО «Татфондбанк».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 (рез. часть объявлена 11.04.2017) по делу № А65-5821/2017 ПАО «Татфондбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего Банка возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», представителем конкурсного управляющего назначен Столбов Василий Анатольевич.

ООО «ПСО «Казань» заявило о признании договоров поручительства, заключенных между ним и ПАО «Татфондбанк», недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 170 и статей 178, 179, 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обосновывая исковые требования, истец указал, что при заключении договоров поручительства ПАО «Татфондбанк» знало, что кредиты, в обеспечение которых заключены оспариваемые сделки, являлись заведомо невозвратными, а заемщики - техническими компаниями, подконтрольными самому банку. При заключении сделок банк не мог не знать о реальном финансовом состоянии заемщиков. Между тем, ПАО «Татфондбанк» скрыло указанную информацию, ввело в заблуждение как ООО «ПСО «Казань», так и ЦБ РФ как регулятора банковской системы, предоставляя в отчетности сведения о «хорошем» качестве ссудной задолженности технических заемщиков. Согласно доводам искового заявления ООО «ПСО «Казань» также считает, что им по существу была предоставлена банку дополнительная имущественная масса для удовлетворения своих невозвратных требований по кредитным договорам в отсутствие разумных экономических причин, что подлежит квалификации как дарение на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ с применением положений главы 32 ГК РФ, статей 10 и 168 ГК РФ.

Возражая против удовлетворения заявленных требований в ходе судебного разбирательства  в первой инстанции, ответчик указал, что, заключая договоры поручительства, банк действовал в рамках обычной хозяйственной деятельности, заявил об истечении срока исковой давности.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) к отдельным отношениям сторон по договору. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исключением из принципа свободы договора является публичный договор, под которым понимается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, данных в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Из материалов дела усматривается, что между истцом и заемщиками, в обеспечение исполнения обязательств которых были заключены оспариваемые договоры поручительства, в дату заключения каждого из договоров были заключены соглашения о предоставлении поручительства, в соответствии с которыми истец обязался заключить с банком договоры поручительства.

Указанные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к выводу о том, что данные соглашения, как предшествующие заключению обеспечительной сделки, являются частью сделки, прямо подтверждают цель, волю истца на заключение договоров поручительства.

Данный вывод также подтверждается тем, что в соглашениях о предоставлении поручительства подробно описаны условия кредитных договоров.

Довод истца о безвозмездности сделок по предоставлению поручительства правомерно признан судом первой инстанции несостоятельными. По условиям соглашений истец предоставляет поручительство за вознаграждение, которое в соответствии с пунктами 1.3 (Ягодинская Слобода), 1.3. (Грит Плюс), 1.6. (Урман), 1.6. (Грит Плюс (по иным обязательствам), 1.11 (Инвестиционные Активы) соглашений о предоставлении поручительства согласовывается сторонами дополнительно.

Кроме того, в этом же пункте указано, что невыплата указанного вознаграждения не влияет на действительность выданного поручительства.

Таким образом, договоры поручительства заключались на основании достигнутых договоренностей между истцом и заемщиками и имели цель получения прибыли, что сам заявитель апелляционной жалобы не отрицает, и прямо подтвердил в ходе судебного заседания первой инстанции 08.09.2021.

Как указано выше, во исполнение вышеуказанных соглашений между банком и истцом был заключены договоры поручительства, согласно которым поручитель – ООО ПСО Казань обязался солидарно отвечать перед кредитором за исполнение обязательств вышеуказанных лиц по кредитным договорам. В приложении к договорам поручительства были установлены условия кредитных договоров, с которыми был ознакомлен, о разногласиях кредитору не заявлял.

Судом первой инстанции  установлено, что банк, действуя добросовестно, убедился в наличии предпосылок для заключения договоров поручительства. 

Вопреки доводам заявителя, доказательств недобросовестности в действиях банка в материалах дела не имеется. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Применительно к рассматриваемому спору для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

Как верно указал суд первой инстанции, заключение обеспечительных сделок является типичной деятельностью для банка. Банки в аналогичной ситуации стремятся усилить обеспечения и снизить риск невозврата задолженности. Аналогичные выводы изложены в Определении Верховного Суда РФ от 22.12.2016 № 308-ЭС16-17178 по делу № А32-35879/2014, Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.07.2016 по делу № А13-14196/2015, Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.08.2016 № Ф07-5802/2016 по делу № А13-14193/2015, Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.10.2017 № Ф08-7024/2017 по делу № А32-17004/2016.

Банк, заключая договоры поручительства, действовал в рамках обычной хозяйственной деятельности и реализовывал намерение получить обеспечение исполнения кредитных обязательств заемщиков и расширить круг обязанных перед банком лиц, обеспечив наибольшую вероятность возврата выданных им кредитных средств, в случае неисполнения или ненадлежащем исполнении заемщиками своих обязательств привлечь к ответственности не только их, но и поручителей.

Оценив в совокупности приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции, соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные сделки отвечали интересам всех участвующих в них лиц,  именно: кредитной организации и аффилированных с нею лиц, получающих возможность искусственно завысить расчетную величину собственных средств (капитала) банка, интересам банка, приобретающего дополнительные гарантии возврата вложенного, а также интересам истца, удовлетворяющего потребность в привлечении стороннего финансирования. 

Аналогичные выводы изложены в Определении Верховного Суда РФ от 16.07.2020 № 306-ЭС19-2986 (7,8) по делу № А65-27205/2017.

Целесообразность заключения оспариваемых сделок истцом не опровергнута. 

	Довод о заключении оспариваемых сделок под влиянием заблуждения подлежит отклонению по следующим основаниям. 

Согласно пункту 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Д

оговор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и не денежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем. 

Пунктом 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. 

На основании пункта 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации, при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

	В п. 2 ст. 178 ГК РФ приведен примерный характер обстоятельств, заблуждение в отношении которых имеет существенное значение и может являться основанием для признания сделки недействительной. В частности, в пп. 4 п. 2 ст. 178 ГК РФ указано, что если сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой, то при наличии условий, предусмотренных п. 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным. 

	В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

	Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. 

	В соответствии с п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

	Судебными актами Арбитражного суда Республики Татарстан по делам №№А65-1596/2018, А65-1126/2018, А65-1125/2018, А65-1120/2018 с ООО «ПСО «Казань» в пользу Публичного акционерного общества «Татфондбанк», г.Казань, в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взыскана задолженность по указанным договорам поручительства в качестве исполнения обязательств заемщиков по указанным истцом кредитным договорам.

	В ходе рассмотрения указанных дел судами принято во внимание следующее.  В рамках обособленного спора по делу №А65-5821/2017 о несостоятельности ПАО «Татфондбанк» определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.12.2017, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2018 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.07.2018, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделками соглашение от 02.12.2016 о расторжении договора о залоге прав требования по депозиту юридического лица от 29.04.2016 № 16/16 по обязательствам ООО «Грит Плюс», соглашение от 02.12.2016 о расторжении договора о залоге прав требования по депозиту юридического лица от 31.12.2016 № 29/15-1 по обязательствам ООО «Ягодинская слобода», соглашение от 02.12.2016 о расторжении договора поручительства от 31.12.2015 № КК 29/15-2 по обязательствам ООО «Ягодинская слобода», соглашение от 02.12.2016 о расторжении договора поручительства от 29.04.2016 № 17/16 по обязательствам ООО «Грит Плюс», заключенные между ПАО «Татфондбанк» и ООО «Производственно - строительное объединение «Казань» (далее – ООО «ПСО «Казань»). Восстановлены обязательства ООО «ПСО «Казань» как поручителя по договору поручительства от 31.12.2015 № КК 29/15-2 и договору поручительства от 29.04.2016 № 17/16, заключенным между ООО «ПСО «Казань» и ПАО «Татфондбанк». Восстановлены права залога ПАО «Татфондбанк» по договору о залоге прав требования по депозиту юридического лица от 31.12.2016 № 29/15-1 по договору банковского вклада (депозита) от 22.12.2014 № 829194. Восстановлены права залога ПАО «Татфондбанк» по договору о залоге прав требования по депозиту юридического лица от 29.04.2016 № 16/16 по договору банковского вклада (депозита) от 01.02.2016 № 105137482. 

	Кроме того, в рамках обособленного спора по делу №А65-5821/2017 о несостоятельности ПАО «Татфондбанк» определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.12.2017, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2018, соглашение от 02.12.2016 о расторжении договора поручительства от 31.12.2015 № КК 29/15-2 признано недействительной сделкой, восстановлены права истца по договору поручительства и обязанности поручителя- ответчика по договору поручительства.

	Кроме того, в рамках обособленного спора по делу №А65-5821/2017 о несостоятельности ПАО «Татфондбанк» определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.08.2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2018, и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.02.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Соглашение от 29.02.2016 о расторжении договора поручительства от 31.12.2015 № 56/15- 3 по обязательствам ООО «Урман», заключенное между ПАО «Татфондбанк» и ООО «Производственно - строительное объединение «Казань» признано недействительной сделкой. Восстановлены права ПАО «Татфондбанк» по договору поручительства от 31.12.2015 № 56/15- 3 и обязанности поручителя ООО «ПСО «Казань» по договору поручительства.

	В рамках обособленных споров установлено, что на момент заключения оспариваемых соглашений должник отвечал признаку неплатежеспособности, и,  установив факт совершения сделок в отсутствие встречного предоставления, нивелирующего последствия утраты банком обеспечения исполнения обязательств третьих лиц - заемщиков, суды посчитали доказанным наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

	Из содержания судебных актов усматривается, что в ходе рассмотрения дел №№А65-1596/2018, А65-1126/2018, А65-1125/2018, А65-1120/2018 ООО "ПСО Казань» заявлялись доводы о недействительности договоров поручительства, оспариваемых в рамках настоящего дела.

 	Кроме того, в рамках указанных дел судами было отказано в удовлетворении заявлений истца о пересмотре вступивших в законную силу решений по вновь открывшимся обстоятельствам, мотивированных аналогичными обстоятельствами.

	Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.06.2018 по делу №А65-2362/2018 в удовлетворении иска ООО «Производственно- строительное объединение Казань» к ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», г. Казань, о признании тех же сделок - договора поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015, договора поручительства № 17/16 от 29.04.2016, договора поручительства № 7/15 от 30.12.2015, договора поручительства № 100/15-2 от 31.12.2015, договора поручительства № 56/15-3 от 31.12.2015, недействительными сделками отказано.

	При наличии идентичного предмета иска, основанием заявленных требований  по делу №А65-2362/2018 истец указывал мнимость сделок (п. 2 ст. 170 ГК РФ), а также недействительность на основании п. 2 ст. 174 ГК РФ.

	Между тем, судебным актом установлено отсутствие в действиях банка признаков злоупотребления.

В соответствии с ч.2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановления от 21 декабря 2011 года N 30-П и от 8 июня 2015 года N 14-П; определения от 6 ноября 2014 года N 2528-О, от 17 февраля 2015 года N 271-О и др.).

Вне зависимости от состава лиц, участвующих в разрешении данного обособленного спора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, должна учитываться судом, рассматривающим второе дело. Если суд, рассматривающий второй спор, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы. Разъяснения о подобном порядке рассмотрения судебных дел неоднократно давались высшей судебной инстанцией и направлены на реализацию принципов стабильности и непротиворечивости судебных актов. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.05.2018 N 306-ЭС15-3282 по делу N А65-22387/2008).

Обращение истца в арбитражный суд при наличии вступивших в силу судебных актов о направлено на преодоление обязательного к исполнению судебного акта.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 08.12.2020 N 308-ЭС20-18892 по делу N А53-37241/2019.

Довод заявителя о порядке исчисления срока исковой давности подлежит оценке с учетом изложенного, принимая во внимание, что истец располагал достаточной информацией о характере и особенностях оспариваемых сделок, участвовал во всех спорах, касающихся спорных правоотношений, в том числе был участником дела о несостоятельности (банкротстве) банка.

Как установлено пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" указано, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Оспариваемые сделки были заключены ООО «ПСО «Казань» 31.12.2015 и 29.04.2016: договор поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015, договор поручительства № 17/16 от 29.04.2016, договор поручительства № 7/15 от 30.12.2015, договор поручительства № 56/15-3 от 31.12.2015.

В связи с чем, срок исковой давности для оспаривания договоров поручительства истек 31.12.2016, 29.04.2017, 30.12.2016 и 31.12.2016 соответственно.

Довод заявителя о том, что срок следует исчислять с 14.09.2020, то есть с даты опубликования определения Арбитражного суда по делу № А65-5821/2017, из содержания которого стало истцу известно об аффилированности банка с заёмщиками, судом  апелляционной инстанции оценивается как несостоятельный по следующим основаниям.

При заключении договора поручительства его стороны действуют на свой страх и риск, вследствие чего обязанность оценки степени риска заключения договора поручительства, который заключается в обеспечение возврата кредита заемщиком, лежит в равной мере и на поручителе (Определение Верховного Суда РФ от 26.01.2016 № 57-КГ15-15).

В рассматриваемом споре, истец, заключая договоры поручительства, соглашения о предоставлении поручительства, обладал правоспособностью, понимал значение своих действий и последствий заключения таких сделок и при заключении договоров поручительства был ознакомлен со всеми существенными условиями кредитных договоров.

Следовательно, истцу было известно о факте заключения договоров, а также об условиях, на которых заключены оспариваемые сделки и срок давности исчисляется с момента заключения подобного договора, поскольку данный договор в редакции Гражданского кодекса Российской Федерации в указанный период признавался консенсуальной сделкой.

Кроме того, как было указано выше, информированность истца следует из судебных актов с его участием.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что с момента заключения договоров, а именно: 30.12.2015, 31.12.2015, 29.04.2016 начал течь срок исковой давности для признания оспариваемых договоров недействительными сделками, соответствует установленным по делу обстоятельствам.

Доказательств обратного в материалах дела не имеется. 

Исковое заявление в Арбитражный суд Республики Татарстан было подано истцом посредством использования сервиса «МойАрбитр» 23.04.2021 следовательно, годичный срок исковой давности на дату подачи искового заявления, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, истек.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, в связи с чем в иске правомерно отказано.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела, представленных доказательств и иное толкование положений закона не являются основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела не допустил нарушения норм материального и процессуального права. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции также не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным.

В силу ч.1 ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины по апелляционной жалобы относятся на заявителя.

   Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 сентября 2021 года по делу № А65-9742/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Производственно-строительное объединение" КАЗАНЬ" – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий судья                                                                          А.Э. Ануфриева

Судьи                                                                                                                   Д.А. Дегтярев

                                                                                                                              Е.В. Коршикова