ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-120480/2021

07 августа 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 августа 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей А.В. Радченко, А.Ю. Слоневской,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С. Беляевой,

при неявке участвующих в деле лиц,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, заявление финансового управляющего имуществом должника ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился ФИО4 с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 14.01.2022 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). 

Решением арбитражного суда от 03.03.2022 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина 18.12.2021 опубликованы в газете «Коммерсантъ» и 12.03.2022 в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве. 

Определением арбитражного суда от 30.05.2024 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должником, финансовым управляющим утверждена ФИО1. 

В арбитражный суд обратился финансовый управляющий с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 10.12.2019, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО2 транспортного средства марки VOLVO XC90, 2003 г.в., VIN: 

<

***>.

Определением арбитражного суда от 29.01.2025 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО1 просит определение отменить и направить на новое рассмотрение, судебное заседание провести в отсутствие финансового управляющего. 

Податель жалобы считает договор купли-продажи автомобиля недействительным и полагает, что транспортное средство подлежит возврату в конкурсную массу. Ссылается на то, что сведения о совершённой сделке получены управляющим из ответа МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 05.04.2024, при этом действия, направленные на получение таких сведений ранее обозначенной даты неоднократно предпринимались управляющим. В адрес ГИБДД направлялись многочисленные запросы, ответы на которые не содержали сведений о наличии у супруги должника транспортных средств и совершении с ними регистрационных действий. Данное обстоятельство обусловлено предоставлением ответов с опечатками в указании ФИО супруги должника, притом, что в запросах такие данные указывались верно. Сама супруга должника по запросу финансового управляющего сведения не раскрыла. Определением от 30.09.2023 удовлетворено заявление финансового управляющего об обязании ГУ МВД представить ФИО5 сведения в отношении ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. Судебный акт в разумные сроки органами ГИБДД исполнен не был, 18.11.2023, 18.01.2024, 07.03.2024 управляющий направлял соответствующие запросы с приложением судебного акта. Ответ о совершённой сделке с транспортным средством супруги должника получен 05.04.2024. Согласно представленным документам транспортное средство снято с регистрационного учёта 17.07.2022, в связи с чем ранее указанной даты управляющий не мог знать о совершённой сделке, так как на тот момент договор купли-продажи в органах ГИБДД отсутствовал и в адрес управляющего сторонами не направлялся. 

Финансовый управляющий указывает, что сделка совершена в трехлетний период подозрительности при неравноценном встречном исполнении в пользу заинтересованного лица, при этом на момент её совершения должник имел неисполненные финансовые обязательства перед иными кредиторами, что повлекло причинение им имущественного вреда.

ФИО6 представлен отзыв, в котором доводы финансового управляющего поддержала, указывая на то, что является бывшей супругой должника и кредитором по алиментным обязательствам, пояснила, что в зарегистрированном браке с ФИО2 должник состоит с 25.09.2008 и автомобиль приобретён на имя супруги в период брака, что должник подтверждает. Сам ФИО4 был вписан в страховку спорного автомобиля до 2024 года, что указывает на фиктивность сделки. Более того, в договоре указана заниженная стоимость, всего 30000 руб., что дополнительно свидетельствует о выводе ликвидного имущества из конкурсной массы.

Исходя из фактических обстоятельств, с учетом заявленных финансовым управляющим требований, имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и пояснений ФИО4, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для перехода к рассмотрению обособленного спора по части 6.1 статьи 268 АПК РФ в связи с непривлечением к участию в обособленном споре ФИО7, которая в настоящее время является собственником спорного транспортного средства и, соответственно, чьи права и интересы затрагиваются рассмотрением настоящего спора.

Определением от 04.06.2025 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам части 6.1 статьи 268 АПК РФ, что также образует условия для применения пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ, в связи с чем обжалуемое определение подлежит отмене по процессуальным основаниям.

Одновременно указанным определением к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена ФИО7

От ФИО2 поступил отзыв, в котором в удовлетворении заявления финансового управляющего просила отказать, рассмотреть заявление в её отсутствие, ссылалась на приобретение автомобиля на её имя формально, по просьбе и за счёт средств ФИО3; утрату транспортного средства после ДТП и объективную невозможность передать его в конкурсную массу; истечение срока исковой давности на оспаривание сделки; злоупотребление правом со стороны заявителя в связи с изменением квалификации сделки как ничтожной (статья 170 ГК РФ) с целью обхода срока исковой давности; представление новых доказательств на стадии апелляционного производства; необоснованность доводов о нарушении норм процессуального права.

При рассмотрении обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, финансовый управляющий представил ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просил признать договор купли-продажи транспортного средства от 10.12.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным; признать договор купли-продажи транспортного средства VOLVO XC90, 2003 г.в., VIN: 

<

***>, заключенный между ФИО3 и ФИО7, недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО2 транспортного средства марки VOLVO XC90, 2003 г.в., VIN: 

<

***>. 

ФИО7 представлен отзыв, в котором против удовлетворения заявления возражала, просила рассмотреть заявление в её отсутствие, пояснила, что в 2022 году приобрела у ФИО3 кузов спорного автомобиля с незначительным наполнением для последующего восстановительного ремонта. Автомобиль восстановлен и поставлен на учёт в ГИБДД 19.11.2022 и с этого момента находится в собственности ФИО7 При этом документы, подтверждающие покупку автомобиля, в настоящее время утрачены, сумма сделки была не выше 35000 руб., однако затраты на покупку кузова и восстановление автомобиля значительно превысили рыночную стоимость автомобиля целиком. 

От ФИО4 поступил отзыв, в котором просил в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на пропуск срока исковой давности и отсутствие состава недействительности сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве и по статье 170 ГК РФ.

ФИО2 представлена письменная позиция на отзыв ФИО6 и заявление управляющего, в которой настаивала на отсутствии оснований для признания сделки недействительной, отсутствии родства с ФИО3

Определением от 09.07.2025 апелляционный суд принял к рассмотрению уточнённые требования заявителя, отложил судебное разбирательство, предложив участвующим в деле лицам представить мотивированные отзывы на заявление финансового управляющего с учётом уточнения заявленных им требований.

ФИО2 представила отзыв, в котором против удовлетворения заявления возражала, просила провести заседание в её отсутствие.

До судебного заседания от финансового управляющего ФИО1 в порядке части 2 статьи 156 АПК РФ поступило ходатайство о рассмотрении заявления в её отсутствие.

В связи с нахождением судьи И.В. Сотова в отпуске и невозможностью его участия судебном заседании, в порядке, предусмотренном пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, произведена замена судьи И.В. Сотова на судью А.В. Радченко.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения заявления в их отсутствие (часть 3 статьи 156 АПК РФ).

Оценивая доводы участников дела о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на подачу заявления о признании сделки недействительной, апелляционный суд полагает их несостоятельными, поскольку управляющим приняты исчерпывающие меры, направленные на получение сведений о наличии в собственности супруги должника движимого имущества, в частности спорного транспортного средства. Запросы о предоставлении сведений неоднократно направлялись финансовым управляющим в адрес ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Между тем, в ответах на запросы от 06.04.2022 и 04.08.2022 содержались некорректные сведения в связи с допущенными уполномоченным органом опечатками в ФИО супруги должника. Невозможность получения необходимых сведений во внесудебном порядке повлекла обращение финансового управляющего в арбитражный суд с ходатайством об истребовании сведений в отношении ФИО2, которое удовлетворено определением от 24.09.2023 по обособленному спору № А56-120480/2021/истр.1. Финансовый управляющий неоднократно направлял запросы с приложением судебного акта в адрес уполномоченного органа: 18.11.2023, 18.01.2024, 07.03.2024. Ответ на запрос получен финансовым управляющим 05.04.2024, после чего с заявлением об оспаривании сделки управляющий обратился 11.11.2024. С учётом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу, что срок исковой давности в данном случае надлежит исчислять с даты получения ответа на запрос, следовательно, срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 61.2 Закона о банкротстве раскрыты условия недействительности сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1) или с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2), а, согласно пункту 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Так, пунктом 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе, если после сделки по передаче имущества должник продолжал пользоваться и (или) владеть данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы этого имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25)).

Так, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 постановления Пленума № 25).

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), при этом для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

Как следует из свидетельства о заключении брака от 26.04.2011 № 580142, ФИО4 25.09.2008 заключил брак с ФИО2

Между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) 10.12.2019 заключён договор купли-продажи автомобиля марки VOLVO XC90, 2003 г.в., VIN: 

<

***> по стоимости 30000 руб.

Согласно ответу ГУ МВД России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 3/247803826530 от 05.04.2024 за ФИО2 17.07.2022 была прекращена регистрация обозначенного транспортного средства в связи с его продажей (передачей) другому лицу. К ответу уполномоченного органа приложена копия указанного выше договора.

Как усматривается из представленной заявителем карточки регистрации из Госавтоинспекции, по состоянию на 31.10.2024 у автомобиля сменилось шесть собственников. В собственности предпоследнего собственника автомобиль находился с 09.11.2019 по 17.07.2022, с 19.11.2022 по настоящее время собственником автомобиля является иное лицо.

Возражая против удовлетворения заявления, должник, в том числе, сослался на то, что собственником спорного автомобиля в настоящее время является ФИО7. В подтверждение права собственности ФИО7 должник представил копию свидетельства о регистрации транспортного средства, а также копии постановлений об административным правонарушениях от 17.07.2023 и 17.10.2023.

Финансовый управляющий представил ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просит признать договор купли-продажи транспортного средства от 10.12.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным; признать договор купли-продажи транспортного средства VOLVO XC90, 2003 г.в., VIN: 

<

***>, заключенный между ФИО3 и ФИО7, недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО2 транспортного средства марки VOLVO XC90, 2003 г.в., VIN: 

<

***>.

Представленные уточнения заявленных требований приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

В обоснование заявления финансовый управляющий указывает, что транспортное средство приобретено супругой должника в период брака, в связи с чем такое имущество, в силу статьи 34 Семейного кодекса РФ, являлось совместной собственностью супругов. Сделка, совершенная супругой должника с ФИО3, являлась мнимой, транспортное средство не выбывало из собственности супругов. В свою очередь, сделка с ФИО7 является одной из цепочки сделок, сведения о заинтересованности сторон сделки отсутствуют, вместе с тем, 27.10.2023 ФИО7 заключила договор страхования в отношении ФИО4, в связи с чем является элементом схемы по выводу имущества из конкурсной массы должника.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для удовлетворения заявленных требований.

В рассматриваем случае оснований для признания оспариваемых сделок недействительными применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве апелляционный суд не усматривает, равно как и оснований для их недействительности по общегражданским основаниям. Наличие злоупотребления правом в совокупности с приведёнными сторонами пояснениями относительно фактических обстоятельств совершения сделок и представленными доказательствами, не доказано. Направленность сделок на причинение вреда кредиторам должника не установлена. При этом из материалов дела не следует, что спорный автомобиль фактически находится во владении должника либо его супруги, соответственно, ФИО7 является добросовестным приобретателем имущества, которое фактически ей используется и иного заявителем не доказано. В этой связи апелляционный суд отмечает несостоятельность доводов о том, что сторонами реализована некая цепочка сделок посредством отчуждения автомобиля в 2019 году в пользу ФИО3, а затем в 2022 году в пользу ФИО7 

Сама супруга должника, равно как и должник не отрицают факт дальнего родства с ФИО3, чем и обуславливают изначальное оформление транспортного средства, в связи с отсутствием у ответчика документов, необходимых для его регистрации. Раскрывая необходимость совершения данных действий в короткий временной промежуток, стороны пояснили, что автомобиль продавался по цене ниже рыночной в связи с аварией и ненадлежащим техническим состоянием. Поскольку должник находился в ином субъекте, супруга, не имеющая водительских прав, вписала в полис данные своего мужа. Фактически сделку по покупке автомобиля профинансировал ФИО3 с условием передачи автомобиля ему, при этом цена сделки определена с учетом технического состояния предмета сделки, исходя из необходимости его ремонта, в условиях приобретения подержанного транспортного средства 2003 года выпуска.

Приведенные обстоятельства материалами дела не опровергаются, поскольку договор купли-продажи автомобиля подписан между ФИО2 и ФИО3 10.12.2019, тогда как сам заявитель указывает на регистрацию транспортного средства за супругой должника с 09.11.2019 на основании данных, полученных по запросу из уполномоченного органа.

Доказательств того, что спорный автомобиль приобретён на денежные средства должника, которые могли быть включены в конкурсную массу, не имеется. Супруга должника самостоятельного дохода не имела, находясь в отпуске по уходу за ребенком, при этом следует учесть, что приобретение автомобиля и его отчуждение в пользу ответчика состоялась в месячный период, что согласуется с позицией сторон об оформлении автомобиля непосредственно в интересах ФИО3 

Поскольку судебным приставом были наложены ограничения на регистрационные действия в отношении автомобиля, которые сняты лишь в 2022 году, спорный автомобиль снят с учёта ФИО2 17.07.2022. Ввиду невозможности его эксплуатации, связанной с ограничениями и техническим состоянием после аварии, ФИО3 распродал основную часть комплектующих. После чего ФИО7 приобрела у ФИО3 кузов автомобиля для последующего восстановительного ремонта.

ФИО7 указала, что покупка совершена ей по рекомендации сослуживца покойного супруга - ФИО4, который в дальнейшем оказал помощь в организации ремонтных работ. Автомобиль был восстановлен и поставлен на учет в ГИБДД 19.11.2022. В восстановлении автомобиля значительное участие принимал ФИО4, что объясняет его данные в страховом полисе ОСАГО: он управлял автомобилем в процессе ремонта, перегонов и технических проверок.

Подтверждением того, что ФИО7 является юридически (договор купли-продажи и регистрация в ГИБДД) и фактически собственником оспариваемого автомобиля может служить анализ представленных протоколов административных правонарушений (12.07.2023, 14.10.2023) в сфере дорожного движения путем сопоставления с медицинскими документами должника и периоде его нахождения в стационаре (11.07.2023-27.07.2023, 09.10.2023-27.10.2023). Как видно из представленных документов, два протокола о правонарушении составлены в период, когда должник находился на стационарном лечении в военном госпитале.

В связи с изложенным, апелляционный суд приходит к выводу, что достаточных доказательств, позволяющих квалифицировать действия сторон как злоупотребление правом, не представлено. Оснований полагать, что имущество приобретено за счёт денежных средств должника, произведена регистрация, через месяц по договору купли-продажи имущество отчуждено одному из ответчиков, при этом на него наложены ограничения, а после снятия таких ограничений отчуждено в пользу второго ответчика с единственной целью - вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника не имеется. Стороны действительно могут заключить договоры купли-продажи, сохранив контроль продавца управления за имуществом, вместе с тем, таких признаков в данном случае апелляционный суд не выявил.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований управляющего, апелляционный суд исходит из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных сделок недействительными по заявленным основаниям, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Судебные расходы распределены по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.01.2025 по обособленному спору № А56-120480/2021/сд.1 отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

А.В. Радченко

 А.Ю. Слоневская