ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва                                                                                                       А40-54385/20-113-395

3 августа 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 30 июля 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 3 августа 2020 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «ПТК Волга» к ответчику ПАО СК «Росгосстрах»

о взыскании 1 333 553 рублей,

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности от 29 ноября 2018 г.;

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 13 марта 2020 г. № 418-Д;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения в размере 1 333 553 рублей.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, 23 июля 2012 г. между ОАО «ВТБ лизинг» и ПАОООО «Росгосстрах» (в настоящее время ПАО СК «Росгосстрах») заключён генеральный договор страхования № 1844/12/171/2862 (далее – Генеральный договор страхования).

В рамках Генерального договора страхования 25 мая 2016 г. между ОАО «ВТБ лизинг» (страхователь/лизингодатель) и ПАО СК «Росгосстрах» был оформлен полис добровольного страхования серии 6003 № 2887419 в отношении ТС Инфинити, 2015 года выпуска, переданного в лизинг ООО «ПТК Волга».

Страховой полис подтверждает заключение договора страхования на условиях Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники № 171 в редакции, которая действовала на момент заключения полиса страхования.

Согласно п. 3 полиса, а также п.1.6 Генерального договора страхования выгодоприобретателем в случае хищения ТС, полной фактической или конструктивной гибели застрахованного ТС является лизингодатель, в случае повреждения застрахованного ТС, а также хищения отдельных частей ТС – лизингополучатель.

Страховая сумма по полису страхования (раздел 7) составляет:

2 795 000 рублей на период с 26 мая 2016 г. по 25 мая 2017 г.;

2 375 750 рублей на период с 26 мая 2017 г. по 25 апреля 2018 г.

Как следует из условий полиса, при наступлении страхового случая страховое возмещение будет производится путем оплаты ремонта на СТОА по направлению страховщика (п. 9.1 полиса).

Истцом (лизингополучателем) в рамках настоящего дела заявлены исковые требования о взыскании страхового возмещения в денежной форме по полису, который заключен в рамках Генерального договора страхования, в связи с причинением ущерба застрахованному ТС в результате ДТП от 17 марта 2017 г. (выплатное дело № 0015012588).

Лизингополучатель 23 марта 2017 г. обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с ДТП от 17 марта 2017 г., в результате которого застрахованное ТС получило повреждения.

По направлению страховой компании 30 марта 2017 г. экспертом АО «Технэкспро» был произведен осмотр поврежденного ТС и составлен акт осмотра, который подписан заявителем без замечаний и дополнений.

Согласно п.п. «б» п. 10.3 Правил страхования приложения №1 к Правилам страхования страховщик обязан при признании случая страховым, направить застрахованное ТС в ремонтную организацию/СТОА на ремонт в течение двадцати рабочих дней с даты получения всех документов, необходимых для принятия решения.

Страховщиком было оформлено направление на ремонт застрахованного а/м на СТОА ООО «Графит».

При этом ссылка истца на наличие действующего договора уступки права требования от 2 мая 2017 г., оформленного между ООО «ПТК Волга» (лизингополучателем) и ФИО4 является несостоятельным, т.к. данный договор не подтверждает переход к цессионарию права требования страхового возмещения в денежной форме.

На основании договора уступки права требования от 2 мая 2017 г. ФИО4 утверждал о нецелесообразности восстановительного ремонта и наступлении конструктивной гибели ТС, т.к. стоимость восстановительного ремонта застрахованного ТС согласно экспертного заключения ООО «Оценочная компания «Автотехник» составила 4 121 293 рублей.

При этом выгодоприобретателем по полису согласно п. 3 полиса в случае хищения ТС, угона, полной фактической или конструктивной гибели застрахованного ТС являлся лизингодатель, в случае повреждения застрахованного ТС, его отдельных частей, а также хищения отдельных частей ТС – лизингополучатель.

Т. к. ООО «ПТК Волга» не являлось выгодоприобретателем по рассматриваемому событию, то договор уступки права требования не порождал перехода прав на сумму страхового возмещения и у ФИО4 отсутствовало законное основание для предъявления требования, указанных в претензии от 29 мая 2017 г., страховщику.

Спорное ТС на СТОА ООО «Графит» по направлению страховщика представлено не было. В связи с чем дополнительный осмотр в условиях СТОА после дефектовки ТС (разборка ТС с целью выявления скрытых повреждений), согласование стоимости восстановительного ремонта со страховщиком не производилось.

Следовательно, страховщик был лишен права достоверно установить размер ущерба по событию от 17 марта 2017 г.

Также 20 октября 2017 г. лизингополучатель обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с ДТП от 15 августа 2017 г., в результате которого застрахованное ТС получило повреждения (убыток №0015920134).

ООО «ПТК Волга» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании суммы страхового возмещения в связи с причинением ущерба застрахованному ТС в результате ДТП от 15 августа 2017 г., а также процентов, судебных и иных расходов.

Решением по делу А40-72591/18 удовлетворены исковые требования истца о взыскании 1 814 343 рублей страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов на проведенную экспертизу.

Решением по делу А40-72591/18 в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) носит для настоящего дела преюдициальный характер.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации своем постановлении от 20 ноября 2012 г. № 2013/12 указал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом  по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 57 разъяснено, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 6 ноября 2014 г. № 2528-О указал, что в системе правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса означает, что фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 г. № 407-О, от 16 июля 2013 г. № 1201-О, от 24 октября 2013 г. № 1642-О и др.).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. № 30-П разъяснено, что в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Истцом в материалы дела №А40-72591/2018 было представлено экспертное заключение ООО «Оценочная компания «Автотехник» от 1 ноября 2017 г. № 607/17, согласно которому стоимость восстановительного ремонта застрахованного ТС составила 2 333 644 рублей.

Согласно п. 8.3 Генерального договора страхования и 2.19 Правил страхования конструктивная гибель – причинение ТС таких повреждений, при которых его ремонт оказывается экономически нецелесообразным (стоимость восстановительного ремонта равна или превышает 65% действительной стоимости застрахованного ТС, если иное не предусмотрено соглашением сторон).

Судом при рассмотрении дела А40-72591/2018 установлен факт конструктивной гибели застрахованного транспортного средства, т.к. стоимость восстановительного превысила 65% от страховой суммы на второй год страхования.

Согласно п.п. 13.4, 13.4.2 приложения №1 к Правилам страхования по риску «Ущерб», в случае полной фактической гибели или конструктивной гибели застрахованного ТС, и страхователем (выгодоприобретателем) не подано заявление об отказе от застрахованного имущества в пользу страховщика, размер страховой выплаты за вычетом стоимости годных остатков ТС.

Исковые требования по делу А40-72591/18 удовлетворены судом исходя из страховой суммы по Договору (полису) страхования за вычетом стоимости годных остатков.

Согласно ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) и Правил страхования при осуществлении выплаты страхового возмещения на условиях полной фактической гибели/конструктивной гибели, договор страхования прекращает свое действие в силу исполнения страховщиком своих обязательств по договору в полном объеме.

При наличии вступившего в суда решения суда, которым установлена конструктивная гибель застрахованного ТС, и с учетом выплаченной страховщиком суммы страхового возмещения в размере полной страховой суммы за вычетом стоимости годных остатков, факта оставления ТС в собственности истца требования истца о взыскании неосновательного обогащения по событию от 17 марта 2017 г. являются незаконными. Истцом в материалы дела не представлено доказательств несения расходов по восстановлению спорного транспортного средства после ДТП 17 марта 2017 г.

Статьей 1102 Гражданского кодекса установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из содержания указанной нормы получение ответчиком денежных средств от истца при отсутствии у истца обязанности их выплачивать в силу соответствующего договора или требования нормативного акта, без предоставления ответчиком со своей стороны каких-либо товаров (работ, услуг) в счет принятых сумм следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Таким образом, иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

При этом правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 января 2000 г. № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» возможно истребование в качестве неосновательного обогащения, полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. Основания для удержания перечисленных истцом денежных средств в спорном размере отсутствуют.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения (пункт 1 статьи 1107 Гражданского кодекса).

Таким образом, из смысла указанной правовой нормы следует, что для взыскания неосновательного обогащения необходимо доказать факт получения ответчиком имущества либо денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований и его размер.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.В удовлетворении исковых требований отказать полностью.

2.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев