Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира,  д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А75-10628/2018

29 июля 2019 г.

г. Ханты-Мансийск

Резолютивная часть решения оглашена 22 июля 2019 г.

Решение изготовлено в полном объёме 29 июля 2019 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Голубевой Е.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело № А75-10628/2018 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Автоспецком» к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре о признании недействительным решения от 07.03.2018 № 10-15/415, при участии заинтересованного лица - Управления Федеральной налоговой службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре,

при участии представителей:

от заявителя – ФИО2, доверенность от 03.08.2018 

от ответчика – ФИО3, доверенность от 05.09.2017., ФИО4, доверенность от 16.01.2019,

от заинтересованного лица- ФИО3, доверенность от 09.08.2017,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Автоспецком» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее – ответчик, Инспекция) о признании недействительным решения от 07.03.2018 № 10-15/415 в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 26 669 340 рублей, налога на прибыль организаций в сумме 576 157 рублей, пени в сумме 9 333 328 рублей, штрафа в сумме 1 568 157 рублей.

Кроме того, заявитель просит отменить решение Инспекции со ссылкой на нарушения при проведении выездной налоговой проверки и фиксации ее резульататов в акте выездной налоговой проверки от 23.10.2017.

От Инспекции и Управления поступили отзывы на заявление с возражениями относительно заявленных требований, а также материалы выездной налоговой проверки в части оспариваемых эпизодов.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования, представители налоговых органов возражали против заявленных требований.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Налоговым органом на основании решения заместителя начальника Инспекции от 27.12.2016 № 10-15/287 в период  с 27.12.2016 по 23.08.2017 проведена выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015. 

Результаты проверки отражены в акте выездной налоговой проверки                             от 23.10.2017 № 10-15/30 (т.2 л.д. 1-266). 

В ходе проверки Инспекция пришла к выводу о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с контрагентами ООО «АВС-ОйлСервис», ООО «Проммонтаж», ООО «Транс-Ютэк», ООО «Спецтрансервис», ООО «Альденте», налогоплательщику предложено уплатить налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в общей сумме 27 805 710 руб., налог на прибыль организаций в сумме 576 343 руб. (по взаимоотношениям с ООО «Проммонтаж»), транспортный налог в сумме 3 973 руб., а также соответствующие суммы пени и штрафов, начисленных на основании статьи 122 Налогового кодекса РФ.

Обществом 20.11.2017 представлены возражения на акт проверки (т.3 л.д. 1).

По результатам рассмотрения материалов проверки и возражения налогоплательщика Инспекцией было принято решение № 10-15/202 от 14122017 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля (т.6, л.д.20-21).

Обществом 06.02.2018 представлены возражения на акт проверки (т.8, л.д. 1-3).

Материалы проверки и материалы дополнительных мероприятий были рассмотрены при участии представителя заявителя ФИО5 08.02.2018, что подтверждается соответствующим протоколом (т.39, л.д. 33-34).

09.02.2018 Инспекцией принято решение о продлении срока рассмотрения материалов выездной налоговой проверки до 09.03.2018 (т.6, л.д. 24).

07.03.2018 в присутствии представителя заявителя ФИО5 были повторно рассмотрены материалы проверки, в том числе возражения налогоплательщика от 06.02.2018, что подтверждается протоколом (т.38, л.д. 108-109).

По результатам рассмотрения материалов проверки 07.03.2018 заместителем начальника Инспекции принято решение № 10-15/415 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому Общество:

- привлечено  к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса РФ, за неуплату НДС в результате занижения налоговой базы и иного неправильного исчисления налога в сумме 1 568 554 рублей, 

- привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 126 Налогового кодекса РФ, за непредставление в установленный срок документов и (иных) сведений, предусмотренных Налоговым кодексом РФ и иными актами законодательства о налогах и сборах в сумме 54 800 рублей,

- доначислен налог на прибыль организаций за 2013 год в сумме 576 343 рублей, 

- доначислен транспортный налог за 2013, 2015 годы в сумме 3 973 рублей,

- доначислен НДС за 2013-2015 годы в сумме 26 669 340 рублей,

- начислены пени по НДС, налогу на прибыль организаций, транспортному налогу в общей сумме 9 334 070 рублей (т.1 л.д. 17-111).

В рамках соблюдения досудебного порядка урегулирования спора Общество направило в Управление апелляционную жалобу на решение Инспекции (т.3 л.д. 2-4). В апелляционной  жалобе Общество, не ссылаясь на нарушения при проведении выездной проверки, указало на необоснованность доначисления НДС и налога на прибыль организаций, просило отменить решение только в части указанных эпизодов.

Решением Управления от 18.06.2018 № 07-15/09861 апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения (т.3 л.д. 5-10).

Не согласившись с принятым решением Инспекции, Общество обратилось  с настоящим заявлением  в суд.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статье 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы  сторон, суд приходит к следующим выводам.

Относительно доводов заявителя о допущенных нарушениях процедуры проведения выездной налоговой проверки и фиксации ее результатов.

Оспаривая решение Инспекции, Общество ссылается на следующие нарушения:

- выемки документов в ходе выездной налоговой проверки проведены с нарушениями требований налогового законодательства;

- выездная налоговая проверка необоснованно приостанавливалась, что повлекло  нарушение сроков проведения проверки;

- акт выездной налоговой проверки от 23.10.2017 является сфальсифицированным доказательством;

- решение о привлечении к налоговой ответственности принято без рассмотрения всех материалов налоговой проверки и документов, полученных в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены оспариваемого решения Инспекции на основании указанных доводов заявителя.

При отклонении указанных доводов заявителя суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте  пункт 68 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 57), согласно которым доводы заявителя о процедурных нарушениях при проведении налоговой проверки не подлежат судебному исследованию если данные доводы при апелляционном обжаловании решения в вышестоящий налоговый орган заявлены не были.

Как следует из содержания апелляционной жалобы от 12.04.2018, доводы о нарушении процедуры проведения проверки Обществом не заявлялись, как не заявлялись они и при направлении возражений на акт выездной налоговой проверки.

Апелляционная жалоба от 17.10.2018 и дополнения к ней от 03.12.2018, по результатам рассмотрения которых Управлением были приняты решения от 04.12.2018 (т.33, л.д. 152-156) и от 25.12.2018  (т.35, л.д. 34-35) не являются документами, свидетельствующими о соблюдении обязательного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного статьей 101.2 Налогового кодекса РФ, поскольку указанные жалобы были поданы Обществом в Управление уже в ходе рассмотрения настоящего спора (определение о принятии заявления Общества к производству от 10.07.2018), что свидетельствует по мнению суда о злоупотреблении заявителем предоставленными ему процессуальными правами.

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить следующее.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении Общества дважды проводилась выемка документов:

- 28.12.2016на основании постановления заместителя начальника Инспекции №10-15/347 от 28.12.2016,  предметом выемки являлись документы по взаимоотношениям Общества со спорными контрагентами ООО «АВС-ОйлСервис», ООО «НВС-Сервис», ООО «Проммонтаж» (договоры с приложениями, счета-фактуры, акты выполненных работ, акты сверок расчетов), а также книги покупок и книги продаж Общества, что зафиксировано в протоколе выемки от 28.12.2016;

- 30.01.2017 на основании постановления заместителя начальника Инспекции №10-15/364 от 27.01.2017; предметом выемки являлись документы по взаимоотношениям со спорными контрагентами ООО «СпецТрансСервис», ООО «Альденте», ООО «Сити- Строй», ООО «Транс-Ютэк», ООО «СК «Наги» (договоры, счета-фактуры, акты выполненных работ, акты сверок), что зафиксировано в протоколе выемки от 30.01.2017.

Основанием для проведения выемок послужило наличие у проверяемого налогоплательщика взаимоотношений с контрагентами, имеющими признаки проблемности, отсутствие у этих контрагентов ресурсов для оказания услуг и поставки товарно- материальных ценностей.

Положения статьи 31 Налогового кодекса РФ предусматривают право налоговых органов производить выемку документов в случаях, когда есть достаточные основания полагать, что эти документы будут уничтожены, сокрыты, изменены или заменены.

Согласно пункту 14 статьи 89 и пунктам 1 и 8 статьи 94 Налогового кодекса РФ выемка подлинников документов может производиться лицом, осуществляющим выездную проверку, на основании мотивированного постановления в следующих случаях:

- когда для проведения мероприятий налогового контроля недостаточно копий документов проверяемого лица;

- когда у налоговых органов есть достаточные основания полагать, что подлинники документов могут быть уничтожены, сокрыты, исправлены или заменены.

Пунктом 3 статьи 94 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что выемка документов и предметов производится в присутствии понятых и лиц, у которых производится выемка документов и предметов. В необходимых случаях для участия в производстве выемки приглашается специалист. До начала выемки должностное лицо налогового органа предъявляет постановление о производстве выемки и разъясняет присутствующим лицам их права и обязанности. Должностное лицо налогового органа предлагает лицу, у которого производится выемка документов и предметов, добровольно выдать их, а в случае отказа производит выемку принудительно (пункт 4 статьи 94 Налогового кодекса Российской Федерации).

Из пункта 6 статьи 94 Налогового кодекса РФ следует, что о производстве выемки, изъятия документов и предметов составляется протокол с соблюдением требований, предусмотренных статьями 94 и 99 Налогового кодекса РФ.

Таким образом, действующее налоговой законодательство предусматривает в качестве основания для производства выемки наличие у налоговых органов достаточных оснований полагать, что подлинники документов могут быть уничтожены, сокрыты, исправлены или заменены налогоплательщиком, на что ссылался в ходе судебного заседания в своих пояснениях по указанному вопросу ответчик.

Суд считает необходимым отметить, что вся необходимая информация, в том числе относительно изымаемых документов, в упомянутых постановлениях о производстве выемок Инспекцией была отражена, никаких замечаний относительно произведенных выемок ни в ходе их проведения, ни в возражениях на акт проверки, ни в апелляционной жалобе в Управление налогоплательщиком не заявлялось.

В упомянутых постановлениях о производстве выемки Инспекций указаны основания, которые послужили причиной производства выемки - наличие у проверяемого налогоплательщика взаимоотношений с контрагентами, имеющими признаки проблемности, и отсутствие у этих контрагентов каких-либо ресурсов для выполнения работ и поставки товарно-материальных ценностей, услуг.

Суд отклоняет довод налогоплательщика о том, что необходимым условием для выемки является направление требования о представлении документов. Наличие у Инспекции оснований полагать, что подлинники документов могут быть уничтожены, сокрыты, исправлены или заменены, является достаточным основанием для производства выемки. Пункт 8 статьи 94 Налогового кодекса РФ не содержит условия о предварительном направлении требования о представлении документов. Направление налогоплательщику требования и его отказ от представления запрашиваемых документов не являются необходимыми условиями для выемки в соответствии с действующими нормами Налогового кодекса РФ.

Судом отклоняются доводы заявителя о том, что лица, указанные в протоколах выемок от 28.12.2016 и от 30.01.2017 в качестве понятых, являющиеся сотрудниками  Общества ФИО6 и ФИО7 непосредственно при выемке не присутствовали. Доказательств того, что представители налогового органа обратились к ним по окончании производства выемки с просьбой подписать протокол в качестве понятых, что с изъятыми документами понятые не знакомились, описи и протоколы не читали, документы с описью не сличали, им не были разъяснены их права и обязанности и не были надлежащим образом удостоверены их личности, заявителем в материалы дела не представлено, указанные доводы заявителя не подкреплены какими-либо доказательствами и опровергаются протоколами выемок, на которых имеются подписи понятых и отсутствуют отметки о их неознакомлении с изъятыми документами.

Ссылка на то, что вместо фамилии  понятого ФИО7 указана фамилия ФИО27 судом не может быть принята во внимание, поскольку такая ошибка носит технический характер. Общество в ходе рассмотрения спора не заявляло ходатайство о допросе указанных лиц в качестве свидетелей, не заявляло о фальсификации их подписей в протоколах выемок.

Факты добровольного представления каких-либо документов в ходе проверки не определяют невозможность изъятия подлинников представленных, или иных документов Инспекцией, в случае установления налоговым органом оснований для их изъятия.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что выемка документов произведена налоговым органом при наличии установленных законом оснований и с соблюдением требований Налогового кодекса РФ; нарушения прав налогоплательщика, добровольно выдавшего в ходе выемок все требуемые налоговым органом документы и не указавшего каких-либо замечаний при получении постановления о производстве выемок и при подписании протокола выемок,  судом не установлено.

Также судом не принимаются доводы заявителя о том, что выездная налоговая проверка необоснованно приостанавливалась, что повлекло  нарушение сроков проведения проверки.

Согласно пункту 6 статьи 89 Налогового кодекса РФ выездная налоговая проверка не может продолжаться более двух месяцев. Срок проведения выездной налоговой проверки исчисляется со дня вынесения решения о назначении проверки и до дня составления справки о проведенной проверке (пункт 8 статьи 89 Налогового кодекса РФ).

Пунктом 9 статьи 89 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе приостановить проведение выездной налоговой проверки, в том числе, для истребования документов (информации) в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ либо проведения экспертизы.

Общий срок приостановления проведения выездной налоговой проверки не может превышать шесть месяцев.

На период действия срока приостановления проведения выездной налоговой проверки приостанавливаются действия налогового органа по истребованию документов у налогоплательщика, которому в этом случае возвращаются все подлинники, истребованные при проведении проверки, за исключением документов, полученных в ходе проведения выемки, а также приостанавливаются действия налогового органа на территории (в помещении) налогоплательщика, связанные с указанной проверкой.

Периоды, в течение которых проверка приостанавливалась, в срок проведения выездной проверки не включаются.

Материалами дела подтверждается, что в период с 27.12.2016 по 23.08.2017 на основании решения от 27.12.2016 № 10-15/287 о проведение выездной налоговой проверки, полученого представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 27.12.2016, в отношении заявителя проведена выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам за период с 01.01.2013 по 31.12.2015.

Кроме того проведение проверки неоднократно приостанавливалось и возобновлялось, что подтверждается следующими документами: 

- решением от 28.12.2016 № Ю-15/287/1 о приостановлении с 29.12.2016 проведения выездной налоговой проверки в связи с необходимостью истребования документов (информации) в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ  у ООО «Сервисная компания «НАГИ»» ИНН 

<

***>, ООО «Спецтранссервис» ИНН 

<

***>, ООО «Вартэкс» ИНН 

<

***>, ООО «Камазспецкомплект» ИНН 

<

***>, ООО «Сатурн» ИНН 

<

***>, ООО «ЮСК» ИНН 

<

***>, ООО «Густореченское» ИНН 

<

***>, OA «НВБН» ИНН 

<

***>, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 28.12.2016;

- решением от 31.01.2017 № 10-15/287/2 о возобновлении с 20.01.2017 проведения выездной налоговой проверки, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 23.01.2017;

- решением от 22.02.2017 № 10-15/287/3 о приостановлении с 23.02.2017 проведения выездной налоговой проверки в связи с необходимостью истребования документов (информации) в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ у АО «Нижневартовскбурнефть» ИНН 

<

***>, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 27.02.2017;

-решением от 27.02..2017 № 10-15/287/4 о возобновлении с 27.02.2017 проведения выездной налоговой, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 27.02.2017;

- решением от 27.02.2017 № 10-15/287/5 о приостановлении с 28.02.2017 проведения выездной налоговой проверки в связи с необходимостью истребования документов (информации) в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ у АО «Нижневартовскбурнефть» ИНН 

<

***>, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 27.02.2017;

- решением от 29.03.2017 № 10-15/287/6 о возобновлении с 29.03.2017 проведения выездной налоговой проверки, которое  получено представителем по доверенности № 126 от27.12.2016 ФИО5 30.03.2017;

- решением от 07.04.2017 № 10-15/287/7 о приостановлении с 07.04.2017 проведения выездной налоговой проверки в связи с необходимостью истребования документов (информации) в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ у ООО «БУТТ» ИНН 

<

***>, ООО «Сатурн» ИНН 

<

***>, ООО «Севертранс-НВ» ИНН 

<

***>, ООО «Вартэкострой» ИНН 

<

***>, ООО Специализированная транспортная компания» ИНН 

<

***>, ООО «РН-Бурение ИНН 

<

***> , ООО «Матиналь» ИНН 

<

***>, ООО «РВ-Диалог» ИНН 

<

***>, ООО «ЮграЭкопром» ИНН 

<

***>, ООО «КС» ИНН 

<

***>, которое направлено налогоплательщику по ТКС 07.04 2017 и получено 10 04 2017;

- решением от 10.05.2017 № 10-15/287/8 о возобновлении с 10.05.2017 проведения выездной налоговой проверки, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27,12.2016 ФИО5 12.05.2017;

- решением от 19.05.2017 № 10-15/287/9 о приостановлении с 20.05.2017 проведения выездной налоговой проверки в связи с необходимостью проведения почерковедческой экспертизы в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ, которое получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 19.05.2017;

- решением от 15.08.2017 № 10-15/287/10 о возобновлении с 21.08.2017 проведения выездной налоговой проверки, которое получено представителем по доверенности № 126 от27.12.2016 ФИО5 21.08.2017.

23.08.2017 Инспекцией составлена справка № 10-15/75 о проведенной выездной налоговой проверке, которая получена представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 23.08.2017.

При изложенных обстоятельствах суд соглашается с доводами ответчика о том, что Инспекцией соблюдены все процессуальные сроки, предусмотренные статьями 89, 100, 101 Налогового кодекса РФ.

Доводы заявителя о том, что налоговым законодательством не предусмотрено приостановление проведения выездной налоговой проверки на основании неоднократного истребования у одного и того же контрагента проверяемого налогоплательщика документов (информации) в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ, не могут быть приняты во внимание, поскольку, как следует из содержания вышеперечисленных решений Инспекции о приостановлении проведения выездной налоговой проверки, документы запрашивались не только в отношении АО «НВБН», но и в отношении иных лиц, что соответствует требованиям статьи 93 Налогового кодекса РФ.

Судом также отклоняются доводы заявителя о фальсификации акта выездной налоговой проверки от 23.10.2017.

Согласно положениям пункта 2 статьи 89 Налогового кодекса РФ в решении о проведении выездной налоговой проверки должны быть указаны, в том числе должности, фамилии и инициалы сотрудников налогового органа, которым поручается проведение проверки.

В силу пункта 1 статьи 100 Налогового кодекса РФ по результатам выездной налоговой проверки уполномоченными должностными лицами налоговых органов должен быть составлен в установленной форме акт налоговой проверки. В акте налоговой проверки указываются, в том числе фамилии, имена, отчества лиц, проводивших проверку, их должности с указанием наименования налогового органа, который они представляют (подпункт 3 пункта 3 статьи 100 Налогового кодекса РФ).

Согласно пункту 2 статьи 100 Налогового кодекса РФ акт налоговой проверки подписывается, проводившими ее лицами и лицом, в отношении, которого проводилась эта проверка (его представителем).

Как следует из материалов дела, в решении о проведении выездной налоговой проверки от 27.12.2016 в качестве лиц, осуществляющих проверку, указаны сотрудники Инспекции ФИО8 (руководитель проверяющей группы), ФИО9, ФИО10, ФИО11 С указанным решением 27.12.2016 ознакомлен представитель Общества ФИО5 (т.6, л.д. 1).

Впоследствии Инспекцией принимались решени об изменении состава проверяющих, а именно:

- от 14.02.2017 № 10-15/479 о внесении изменений в решение о проведении выездной налоговой проверки в связи с исключением из состава проверяющих специалиста 1 разряда отдела выездных проверок № 1 ФИО12 (получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 15.02.2017) (т.6, л.д. 5);

- от 16.02.2017 № 10-15/481 о внесении изменений в решение о проведении выездной налоговой проверки в связи с включением в состав проверяющих оперуполномоченного отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по г. Нижневартовску ФИО13 (получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 17.02.2017) (т.5, л.д. 6);

- от 29.03.2017 № 10-15/491 о внесении изменений в решение о проведении выездной налоговой проверки в связи с включении в состав лиц, проводящих выездную налоговую проверку, специалиста 1 разряда отдела выездных проверок № 1 Инспекции ФИО14 (получено представителем по доверенности № 126 от 27.12.2016 ФИО5 30.03.2017) (т.6, л.д. 11).

Таким образом, на момент окончания выездной налоговой проверки в состав проверяющей группы входили должностные лица Инспекции ФИО8 (руководитель проверяющей группы), ФИО9, ФИО11, ФИО14 и сотрудник правоохранительных органов ФИО13

В ходе рассмотрения настоящего спора Обществом было заявлено о фальсификации акта выездной налоговой проверки и исключении указанного документа из числа доказательств по делу (т.34, л.д. 5-6).

В рамках рассмотрения названного ходатайства судом были допрошены в качестве свидетелей лица, принимавшие участие в проведении выездной налоговой проверки в  отношении Общества.

При допросе 21.01.2019 свидетель ФИО9 подтвердила факт включения в проверяющую группу  при проведении выездной налоговой проверки в отношении Общества, указала, что в проверочных мероприятиях (выемках, допросах, осмотрах и т.п.) она не участвовала, руководителем проверки была ФИО8, акт проверки составлялся ФИО8, акт свидетель подписал во время, когда была регистрация акта проверки – в октябре 2016 или 2017 года, точно помнит о подписании одного экземпляра акта, может быть двух, направлялись ли акты проверки иным лицам пояснить не может.

Допрошенная в судебном заседании 24.12.2018 в качестве свидетеля ФИО11 пояснила, что в период работы в Инспекции работала в правовом отделе, осуществляла правовое сопровождение проверок, эту конкретную проверку не помнит,  уволилась из Инспекции в 2017 году, до окончания проверки, акт по результатам проверки не подписывала.

Допрошенный в судебном заседании 24.12.2018 в качестве свидетеля ФИО13 показал, что в ходе проверки общался только с руководителем группы ФИО8, в мероприятиях налогового контроля  в ходе проверки не участвовал, только возможно в опросах,  после окончания проверки акт не подписывал, по запросу после окончания проверки акт был направлен Инспекцией в адрес отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по г. Нижневартовску.

Материалами дела подтверждается, что ФИО8 уволилась из Инспекции, ФИО14 на момент рассмотрения спора находится в декретном отпуске по уходу за ребенком, в связи с чем допросить указанных лиц суд не смог.

От заявителя поступило ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы подлинности подписей ФИО8 и ФИО9 на акте выездной налоговой проверки от 23.10.2017 № 10-15/30. Основанием для проведения судебной экспертизы заявитель указывает то, что  подписи должностных лиц Инспекции в экземплярах акта выездной налоговой проверки № 10-15/30 от 23.10.2017, имеющихся у заявителя и у Инспекции, отличаются друг от друга, а также от подписей ФИО8 и ФИО9 на иных документах, подписанных ими в ходе выездной налоговой проверки. 

При этом заявитель представил в материалы дела исследование Нижневартовской торгово-промышленной палаты в лице эксперта ФИО15 образцов подписей ФИО8 и ФИО9 на акте проверки № 10-15/30 от 23.10.2017, представленной заявителем. Согласно акту исследования № 149-01-00353 от 19.09.2018  специалист ФИО15 пришла к выводу о том, что подпись от имени ФИО8 на странице 153 акта выездной налоговой проверки №10-15/30 от 23.10.2017 выполнена иным лицом, подпись от имени ФИО9 на странице 153 акта выездной налоговой проверки № 10-15/30 от 23.10.2017 выполнена иным лицом (т 30, л.д. 54-71).

В свою очередь по ходатайству Инспекции суд приобщил к материалам дела заключение эксперта № 616-2018, составленное ООО «Экспертно-оценочный центр» (эксперт ФИО16), согласно которому подписи от имени ФИО8 и ФИО9 на копии страницы 153 акта выездной налоговой проверки от 23.10.2017 № 10-15/30, выполнены ФИО8 и ФИО9 (т.34, л.д. 39-54), , а также заключение эксперта № 617-2018, составленное ООО «Экспертно-оценочный центр» (эксперт ФИО16), согласно которому подписи специалиста ФИО15 на странице 1 акта исследования от 19.09.2018 № 149-01-900353, и подписи специалиста ФИО15 на страницах 2-13 акта исследования от 19.09.2018 № 149-01-900353 выполнены разными лицами (т.34, л.д. 55-67).

Кроме того, Обществом заявлено ходатайство о назначении судебной технической экспертизы давности изготовления экземпляра акта  выездной налоговой проверки от 23.10.2017 № 10-15/30, представленного Инспекцией в материалы дела, с постановкой перед экспертом следующих вопросов:

- соответствует ли время выполнения подписи от имени заместителя начальника контрольно-аналитического отдела Межрайонной ИФНС России №6 по ХМАО-Югре ФИО8 на странице 153 акта налоговой проверки №10-15/30 от 23.10.2017 года дате, указанной в данном документе? Если не соответствует, то в какой период времени выполнена подпись от имени заместителя начальника контрольно-аналитического отдела Межрайонной ИФНС России №6 по ХМАО-Югре ФИО8 на странице 153 данного документа?

- соответствует ли время выполнения подписи от имени главного государственного налогового инспектора Межрайонной ИФНС России №6 по ХМАО-Югре ФИО9 странице 153 акта налоговой проверки №10-15/30 от 23.10.2017 года дате, указанной в данном документе? Если не соответствует, то в какой период времени выполнена подпись от имени главного государственного налогового инспектора Межрайонной ИФНС России №6 по ХМАО-Югре ФИО9 на странице 153 данного документа?

Суд, разрешив указанные ходатайства в рамках рассмотрения заявления Общества о фальсификации доказательства, отказал в их удовлетворении.

Отказывая в удовлетворении ходатайств суд принял во внимание поступившее от Следственного отдела по городу Нижневартовску Следственного управления Следственного комитета России по ХМАО-Югре постановление от 21.12.2018 об отказе в возбуждении уголовного дела по материалам проверки КРСоП № 1028/48-18 по сообщению Общества о фальсификации акта выездной налоговой проверки (т.34, л.д. 105-115). 

Согласно указанному постановлению ФИО8 была  опрошена, она подтвердила факт участия в проверке в отношении Общества, в том числе в период, когда она была назначена  заместителем начальника контрольно-аналитического управления Инспекции, поскольку в ее должностные обязанности  входило проведение выездных проверок, акт проверки был ею подписан и передан представителю Общества ФИО5, также она расписалась от имени инспектора ФИО9 в одном из экземпляров акта (переданном Обществу), в остальных расписывалась сама ФИО9

Эти обстоятельства также подтверждены заключением почерковедческой экспертизы № 1124, на что имеется ссылка в постановлении от 21.12.2018 об отказе в возбуждении уголовного дела.

Из материалов дела следует, что с 11.07.2017 ФИО8 была переведена на должность заместителя начальника контрольно-аналитического отдела Инспекции.

Ссылка заявителя на письмо ФНС России от 25.07.2013 № АС-4-2/13622 «О рекомендациях по проведению выездных налоговых проверок» не принимается судом во внимание, поскольку указанный документ носит рекомендательный характер, а кроме того не предусматривает обязательность внесения изменений в решение о проведение выездной налоговой проверки в случае изменения должности проверяющего лица.

При этом согласно представленной в материалы дела копии должностной инструкции заместителя начальника контрольно-аналитического отдела Инспекции в полномочия входит в числе прочего подготовка, проведение и оформление результатов выездных налоговых проверок (пункт 3.9, т.32, л.д. 112).

Отказывая заявителю в исключении акта выездной налоговой проверки из числа доказательств, суд исходил из положений статей 100, 101 Налогового кодекса РФ, согласно которым сам по себе акт налоговой проверки не является основанием для уплаты налогоплательщиком суммы начисленных налогов, штрафов и пеней, поскольку только фиксирует нарушения, установленные в ходе выездной налоговой проверки (определение Конституционного Суда Российской Федерации № 766-О-О от 27.05.2010). При этом налоговые обязанности проверяемого налогоплательщика в их итоговом виде отражаются в решении по выездной налоговой проверки, и именно решение налогового органа является основанием для выставления налогоплательщику требования об уплате налогов, штрафов и пеней.

В оспариваемом Обществом акте выездной налоговой проверки зафиксированы, в том числе, выявленные нарушения, которые, как полагает Инспекция, были допущены Обществом при исчислении и уплате налогов. При этом итоговое решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности принимается не руководителем проверки, а начальником (заместителем начальника) налогового органа на основании всех собранных доказательств в ходе проверки.

Заявляя об исключении акта выездной налоговой проверки из числа доказательств по делу, Общество не заявляет об искажении действительного содержания акта проверки, о внесении недостоверных сведений с целью какой-либо личной заинтересованности при подписании акта. Оценка соответствия содержания акта выездной налоговой проверки добытым в ходе проведения проверки доказательствам и нормам налогового законодательства  осуществлена судом по результатам рассмотрения всех материалов настоящего дела путем оценки совокупности представленных доказательств.

В то же время, указывая на фальсификацию акта проверки, заявитель ссылается только на нарушение формы этого доказательства, не обосновывая нарушение своих прав в результате представления налогоплательщику экземпляра акта проверки с подписями не всех проверяющих, подписание акта проверки от имени ФИО9 ФИО8, занятием ФИО8 на момент подписания акта иной должности. Обществом не представлено доказательств, свидетельствующих о неидентичности экземпляров актов проверки, имеющихся у заявителя и представленных Инспекцией в материалы дела, не заявлено доводов о том, что выводы Инспекции в решении не основаны на обстоятельствах, изложенных в акте проверки. 

Неподписание акта выездной налоговой проверки всеми лицами, участвующими в ее проведении, само по себе не свидетельствует о несоблюдении должностным лицом налогового органа требований, установленных пунктом 2 статьи 100 Налогового кодекса РФ, и не является нарушением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, которое привело или могло привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения согласно пункту 14 статьи 101 Налогового кодекса РФ.

Суд также принимает во внимание, что не подписавшая акт проверки ФИО9 фактически не проводила проверки, не участвовала в составлении каких либо документов в ходе проверки, что также свидетельствует о том, что неподписание ею экземпляра акта проверки не может быть расценено как существенное нарушение прав налогоплательщика (постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.04.2012 по делу № А27-3987/2011).

Неподписание экземпляра акта проверки, переданного налоговым органом налогоплательщику, всеми лицами, участвовавшими в проверке, а также подписание этого экземпляра не ФИО9, а ФИО8, не обусловило для налогоплательщика негативных последствий, связанных с реализацией права на представление мотивированных возражений по фактам выявленных нарушений, не исказило содержание акта, в связи с чем не может быть расценено судом в качестве безусловного основания для отмены вынесенного по результатам проверки решения Инспекции.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.01.2012 № 12181/11 по делу № А19-13679/2010-18.

В связи с доводами Общества о том, что при рассмотрении материалов выездной налоговой проверки, проведенной в отношении заявителя, были рассмотрены только акт выездной налоговой проверки и возражения налогоплательщика на него, суд в судебном заседании 11.03.2019 допросил в качестве свидетеля заместителя начальника Инспекции ФИО17, подписавшую оспариваемое по настоящему делу решение Инспекции.

Свидетель пояснил, что протоколы рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и оспариваемое Обществом решение подписывались ею, рассмотрение материалов проверки проводилось три раза, при рассмотрении материалов выездной налоговой проверки всегда присутствовал представитель налогоплательщика – бухгалтер ФИО5, в ходе рассмотрения  материалов выездной налоговой проверки рассматривались возражения налогоплательщика и все материалы проверки, никаких возражений от представителя Общества, кроме зафиксированных в протоколе, не поступало, когда происходило итоговое рассмотрение материалов выездной налоговой проверки (07.03.2018) какие-то доводы, связанные с конкретным контрагентом, с конкретной операцией, с ошибкой в расчетах налогоплательщиком не приводились. Также свидетель на вопрос о том, почему в протоколе рассмотрения результатов выездной налоговой проверки отражен только акт выездной налоговой проверки и письменные возражения налогоплательщика, показал, что предметом рассмотрения выездной налоговой проверки были все материалы выездной налоговой проверки и результаты всех дополнительных мероприятий выездной налоговой проверки. 

Согласно абзацу 2 пункта 14 статьи 101 Налогового кодекса РФ к существенным условиям процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В соответствии с абзацем 3 пункта 14 статьи 101 Налогового кодекса РФ основаниями для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Материалами дела подтверждается, что акт выездной налоговой проверки со всеми приложениями получен представителем Общества, о датах рассмотрения материалов проверки Общество извещено надлежащим образом, во всех рассмотрениях материалов проверки, в том числе итоговом, состоявшемся 07.03.2018, бухгалтер Общества принимал участие и не заявлял о непредставлении ему каких-либо материалов, отраженных в акте проверки, а также полученных в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля. О непредставлении ему каких-либо документов налогоплательщик не заявлял ни в возражениях в Инспекцию, ни в апелляционной жалобе в Управление, ни в первоначально поданном заявлении в арбитражный суд.

Оценив указанные обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что материалами дела подтверждается соблюдение прав налогоплательщика при  рассмотрении материалов налоговой проверки, чей представитель принимал участие в рассмотрении материалов налоговой проверки и не был лишен права заявитель какие-либо возражения как по существу выводов Инспекции, так и по процедуре проведения проверки. Следовательно, оснований для отмены решения Инспекции по указанным доводам заявителя у суда не имеется.

Оценивая доводы заявителя о незаконности доначисления ему НДС и налога на прибыль по взаимоотношениям со спорными контрагентами, суд приходит к выводу о законности решения Инспекции в части выводов о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды по НДС по взаимоотношениям Общества с контрагентами ООО «Альданте» и ООО «Спецтранссервис».

В соответствии со статьей 143 Налогового кодекса РФ Общество является плательщиком НДС.

Из положений главы 21 Налогового кодекса РФ следует, что НДС представляет собой изъятие в бюджет части добавленной стоимости, создаваемой на всех стадиях производства, и определяется как разница между суммами налога со стоимости реализованных услуг и суммами налога, уплаченного поставщику за данные услуги.

В соответствии с пунктом 1 статьи 146 Налогового кодекса РФ объектом налогообложения НДС признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Согласно пункту 1 статьи 154 Налогового кодекса РФ налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено указанной статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 40 Налогового кодекса РФ, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

Сумма налога при определении налоговой базы в соответствии со статьями 154 - 159 и 162 Налогового кодекса РФ исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы, а при раздельном учете - как сумма налога, полученная в результате сложения сумм налогов, исчисляемых отдельно как соответствующие налоговым ставкам процентные доли соответствующих налоговых баз (пункт 1 статьи 166 Налогового кодекса РФ).

Налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Налогового кодекса РФ, на установленные статьей 171 Налогового кодекса РФ налоговые вычеты.

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Налогового кодекса РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Налогового кодекса РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено названной статьей Налогового кодекса РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

В пункте 9 статьи 172 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что вычеты сумм налога, указанных в пункте 12 статьи 171 Налогового кодекса РФ , производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при получении оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав, документов, подтверждающих фактическое перечисление сумм оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав, при наличии договора, предусматривающего перечисление указанных сумм.

В соответствии со статьей 169 Налогового кодекса РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом все сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные пунктом 5 статьи 169 Налогового кодекса РФ, должны быть достоверны, включая сведения о лице, осуществляющем ту или иную хозяйственную операцию.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Указанные первичные документы должны отражать действительные факты хозяйственной жизни того лица, от имени которого они составлены.

Из содержания указанных выше правовых норм следует, что документы, представляемые налогоплательщиком для подтверждения правомерности предъявления сумм НДС к вычету, должны содержать сведения, позволяющие впоследствии налоговому органу определить достоверность осуществления хозяйственной операции налогоплательщика с конкретным контрагентом.

Таким образом, анализ положений главы 21 Налогового кодекса РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговый вычет сумм НДС, уплаченную налогоплательщиком контрагенту при приобретении товара, лежит на налогоплательщике (постановление Президиума ВАС РФ № 14473/10 от 09.03.2011). Именно налогоплательщик должен подтвердить реальное выполнение соответствующих обязательств, отраженных в представленных налоговому органу первичных документах, конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым налогоплательщиком заявлена налоговая выгода в виде вычетов по НДС.

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Таким образом, само по себе представление налогоплательщиком в налоговый орган надлежащим образом оформленных документов в целях получения налоговой выгоды не является основанием для ее получения, если налоговым органом в ходе проведения мероприятий налогового контроля будут установлены обстоятельства и представлена совокупность доказательств, свидетельствующих об отсутствии реальности хозяйственных операций.

Обязанность по доказыванию как наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах, так и направленности действий налогоплательщика на необоснованное получение налоговой выгоды при осуществлении соответствующих хозяйственных операций возложена законодателем на налоговый орган, в том числе в силу положений части 5 статьи 200 АПК РФ.

Поскольку право на налоговый вычет по НДС носит заявительный характер, то именно на налогоплательщика, в свою очередь,  возложена обязанность доказать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией.

Эти доказательства, как и доказательства, представленные налоговым органом, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщика, связанных с ее получением.

Как следует из материалов дела, Инспекция пришла к выводу о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды в результате завышения налогового вычета по НДС, в том числе по взаимоотношениям Общества с ООО «Альденте» (ИНН 

<

***>) и ООО «СпецТрансСервис» (ИНН 

<

***>).

Инспекция установила, что в 4 квартале  2015 года Обществом приняты к учету суммы за поставку нефтепродуктов (дизельное топливо) от ООО «Альденте» в размере 2 954 814 руб., в том числе НДС в размере 450 734 руб.

Договор в подтверждение взаимоотношений с указанным контрагентом представлен не был.

В ходе выемки были изъяты три счета-фактуры и три товарных накладных (т.8, л.д. 93-100), при этом ни одна товарная накладная не была подписана со стороны представителя Общества.

От имени контрагента ООО «Альденте» счета-фактуры и товарные накладные подписаны ФИО18, который согласно сведения, содержащимся в ЕГРЮЛ, являлся  с 24.04.2015 (с даты государственной регистрации ООО «Альденте») единственным учредителем и  руководителем указанного юридического лица.

Согласно заключению эксперта № 17-082 от 27.08.2017 подписи от имени ФИО18 в трех счетах-фактурах выполнены не ФИО18, а иным лицом. Вывод эксперта является однозначным, основан на исследовании образцов подписи ФИО18 в  копии протокола допроса от 20.10.2016 №2951 директора ООО «Альденте» с образцами оригинальных подписей ФИО18 (т.12, л.д. 83-114).

Согласно указанному протоколу допроса ФИО18 от 20.10.2016 № 2951 физическое лицо пояснило, что организация ООО «Альденте» ему знакома, он является ее учредителем и директором, при этом он участвовал в ее открытии по предложению некоего Ивана, Иван все готовые документы на фирму  принес ФИО18, свидетель пару раз сходил в налоговую и где надо расписался; после проведения 3-4 сделок с ООО «ДомСтройОмск» дела на рынке недвижимости стали совсем плохи, тогда ФИО18 сказал Ивану, что эта фирма больше ему не нужна и он хотел бы ее продать, но тот просил подождать,  забрал все имеющиеся документы в отношении ООО «Альденте» и печать. О каких либо других сделках, проведенных ООО «Альденте» с другими организациями свидетель указал, что ему не известно, доверенности ФИО18 ни кому не выдавал, круглая печать ООО «Альденте» находится у Ивана (т.8, л.д. 143-149).

Указанное позволяет суду согласиться с выводами Инспекции о том, что ФИО18 не являлся  фактическим руководителем ООО «Альденте», являлся номинальным директором, не расписывался на первичных документах, представленных Обществом в подтверждение права на налоговый вычет по НДС.

Также Инспекцией установлено государственная регистрация ООО «Альденте» по адресу массовой регистрации, отсутствие помещения № 8 в доме, где зарегистрировано ООО «Альденте»; отсутствие доказательств приобретения ООО «Альденте» дизтоплива для последующей поставки ее Обществу; отсутствие доказательств наличия техники для доставки дизтоплива, складских помещений для его хранения, выплаты заработной платы сотрудникам.

Анализ банковской выписки ООО «Альденте» показал, что все списания по расчетному счету производились на лицевые счета физических лиц с назначением платежа: возврат денежных средств, а так же сняты по чеку разными физическими лицами на хозяйственные расходы. Инспекцией не установлены перечисления по налоговым обязательствам, при этом расходные операции, сопутствующие обычной хозяйственной деятельности хозяйствующего субъекта (на выплату заработной платы, на оплату коммунальных услуг, электроэнергии, услуг связи и тому подобные платежи) по счетам ООО «Альденте» не проходили, что указывает на «транзитный» характер движения денежных по расчетному счету ООО «Альденте».

Налоги и сборы ООО «Альденте» не уплачивались, сумма исчисленного налога на прибыль взыскана в бесспорном порядке по решению налогового органа.

Указанные выводы Инспекции заявителем в ходе судебного разбирательства не опровергнуты с помощью относимых и допустимых доказательств.

Суд также принимает во внимание  доводы Инспекции о том, что при наличии кредиторской  задолженности Общества перед указанным контрагентом ООО «Альденте» с 2015 году не предпринимало действий по ее взысканию.

Доводы заявителя о том, что задолженность была оплачена наличными денежными средствами не подтверждены документально и подлежат отклонению судом.

Также судом отклоняются доводы заявителя о том, что Инспекцией не опровергнута реальность поставки дизтоплива в объеме, отраженном в товарных накладных, поскольку основанием для налогового вычета являются счета-фактуры, оформленные по взаимоотношениям с конкретным контрагентом, а не сам факт приобретения товара у неустановленного лица.

Принимая во внимание представленную Инспекцией в материалы дела совокупность  упомянутых доказательств, суд приходит к выводу о том, что заявитель не доказал правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией, оформленных по взаимоотношениям с ООО «Альданте», в то время как Инспекция подтвердила обоснованность и законность решения в указанной части.

В подтверждение взаимоотношений с другим контрагентом – ООО «СпецТрансСервис»- Обществом в ходе выемки  27.01.2017 был представлен договор на оказание автотранспортных услуг № ТУ-5 от 01.01.2015, по условиям которого ООО «СпецТрансСервис» обязалось оказывать Обществу указанные услуги на условиях доставки груза от места загрузки подвижного состава до  места нахождения грузополучателя, указанного заказчиком (Обществом) (т.8, л.д. 82-87).

Кроме того Обществом в ходе выемки  27.01.2017 были представлены счета-фактуры № 76 от 30.06.2015, № 45 от 31.05.2015 и № 7 от 30.04.2015, в которых отражен иной договор - № ТУ-03/2015 от 25.03.2015, при этом указанный договор налогоплательщиком ни в ходе проведения проверки, ни в суд не представлен (т.28, л.д. 39-41).

Также Обществом были представлены еще два счета-фактуры № 8 от 16.02.2015 и № 6 от 25.01.2015, из содержания которых следует, что услуги, отраженные в указанных счетах-фактурах, не относятся к предмету договора № ТУ-5 от 01.01.2015 (доставки груза от места загрузки подвижного состава до  места нахождения грузополучателя, указанного заказчиком) и не содержат ссылки на это договор.

Согласно указанных счетов-фактур Общество приобрело у контрагента транспортные услуги в 2015 году на общую сумму 21 995 967 руб., в том числе НДС в размере 3 355 317 руб. руб., в том числе по налоговым периодам:

1 квартал 2015 года - 12 916 280.00 руб., в том числе НДС - 1 970 280 руб.;

2 квартал 2015 года - 5 494 906.00 руб., в том числе НДС - 838 206 руб.;

3 квартал 2015 года - 3 584 781.00 руб., в том числе НДС - 546 831 руб.

При этом Инспекцией установлено, что Общество перечисляет контрагенту  денежные средства в сумме 24 343 447,2 руб., с назначением платежа за транспортные услуги.

Таким образом, Инспекция установила наличие у Общества дебиторской задолженности в сумме, превышающей 2 млн.руб., при этом доказательств того, что указанная сумма взыскивалась в судебном порядке, в материалах дела не имеется.

Все представленные в ходе проверки документы по взаимоотношениям с указанным контрагентом  подписаны со стороны ООО «СпецТрансСервис» руководителем ФИО19, которая в ходе допроса 20.03.2017 подтвердила факт взаимоотношений с Обществом (т.29, л.д. 57-60). 

Вместе с тем, из ее показаний усматривается, что свидетель не владеет фактической информацией о взаимоотношениях с Обществом и о деятельности самого ООО «СпецТрансСервис». Так, при допросе ФИО19 указала на то, что ООО «СпецТрансСервис» оказывались Обществу услуги по ремонту техники и поставке дизельного топлива и запасных частей, в то время как такие договоры не представлены Обществом. Указывая на оказание услуг спецтехникой, ФИО19 не смогла назвать у кого арендовала эту технику (тралы, КАМАЗы бортовые), при этом Инспекцией  получены сведения об отсутствии у самого  ООО «СпецТрансСервис» транспортных средств для оказания такого рода услуг.

Также ФИО19 указала на наличие задолженности Общества за оказанные услуги, в то время как Инспекция установила, что суммы, оплаченные Обществом за транспортные услуги, превышают стоимость оказанных услуг, отраженных в счетах-фактурах.

Кроме того, при допросе ФИО19 указала, что является директором ООО «СпецТрансСервис» на момент допроса (20.03.2017), в то время как согласно сведениям из ЕГРЮЛ 16.11.2016 ООО «СпецТрансСервис» прекратило деятельность путем присоединения к  ООО «СЭРА», директором которого является не ФИО19, а ФИО20, на которую зарегистрировано еще 21 организация.

Исходя из изложенного, суд критически оценивает показания ФИО19 подтвердившей факт взаимоотношений с Обществом и факт подписания ею первичных документов.

Суд при этом принимает во внимание, что согласно заключению эксперта № 17-082 от 27.08.2017 подписи от имени ФИО19 в пяти счетах-фактурах выполнены не ею, а иным неустановленным лицом с подражанием ее подписи. Вывод эксперта является однозначным, основан на исследовании образцов подписи ФИО19 в  копии протокола допроса от 20.03.2017. При этом эксперт сделал вероятностный вывод относительно принадлежности ФИО19 подписей в договоре и приложениях к нему, а также в трех счетах-фактурах  (т.12, л.д. 83-114).

Соглашаясь с выводами Инспекции о недоказанности права на получение налогового вычета по НДС суд принимает во внимание, что согласно анализа банковской выписки ООО «СпецТрансСервис» не осуществляло платежей за аренду транспорта, которым впоследствии могло оказывать услуги Обществу и при этом не имело собственных транспортных средств; расходные операции, сопутствующие обычной хозяйственной деятельности хозяйствующего субъекта (оплату коммунальных услуг, электроэнергии, услуг связи, арендные платежи, выплата заработной платы и тому подобное) по счету  ООО «СпецТрансСервис» не проходили; ФИО19 в ходе допроса указала, что предоставит документы, подтверждающие финансово-хозяйственные взаимоотношения с Обществом, однако документы не были ею предоставлены; налоги организацией не уплачивались, с нее в бесспорном порядке по решениям налогового органа взыскано за 2014,2015 годы 268 080 руб. налогов; организация, к которой в 2016 году присоединилось ООО «СпецТрансСервис» (ООО «СЭРА») обладает признаками фирмы – однодневки.

Кроме того, Инспекцией установлено, что собственниками автомобилей, оказывающих услуги от имени ООО «СпецТрансСервис», являлся учредитель самого Общества ФИО21 и работник Общества ФИО7, при этом документы, подтверждающие передачу в аренду транспортных средств от ФИО22 и ФИО7 в адрес ООО «СпецТрансСервис» предоставлено не было, необходимость вовлекать в правоотношения по сдаче в аренду транспортных средств посредника в виде ООО «СпецТрансСервис» при возможности сдачи их в аренду напрямую Обществу заявителем не обоснована.

При допросе  29.04.2016 ФИО7 указал, что сдавал в аренду ООО «СпецТрансСервис» спецтехнику, при этом не смог назвать фамилию директора ООО «СпецТрансСервис», указывал, что ее зовут Любовь Ивановна, договор с ООО «СпецТрансСервис» не представил (т.9, л.д. 21-24).

Таким образом, совокупностью упомянутых доказательств подтверждается вывод Инспекции о том, что налоговый вычет по НДС, заявленный по взаимоотношениям Общества с указанным контрагентом, не подтвержден надлежащими документами, соответствующими требованиям достоверности; лица, подтверждающие взаимоотношения Общества с ООО «СпецТрансСервис»,  противоречат друг другу и документам, представленным в ходе проверки; в бюджете не сформирован источник возмещения НДС.

Суд отклоняет довод заявителя о реальности операций по выполнение  перевозки грузов на объекте заказчика  АО «НВБН», поскольку из представленных заказчиком документов, в том числе из путевых листов, не усматривается, что услуги оказывались именно ООО «СпецТрансСервис», при этом оказание транспортных услуг заказчику с участием автомобилей, принадлежащих сотрудникам самого Общества, Инспекцией установлено, а Обществом не представлено пояснений о разумной хозяйственной цели взаимоотношений по аренде транспорта собственных сотрудников  у сторонней организации.   

При установленных обстоятельствах суд признает обоснованным вывод Инспекции о неправомерном принятии к вычету НДС по сделкам с ООО «СпецТрансСервис» в сумме 3 355 317 руб. за следующие налоговые периоды:

1 квартал 2015 года - 12 916 280.00 руб., в том числе НДС - 1 970 280 руб.;

2 квартал 2015 года - 5 494 906.00 руб., в том числе НДС - 838 206 руб.;

3 квартал 2015 года - 3 584 781.00 руб., в том числе НДС - 546 831 руб.

Таким образом, суд признает законным и обоснованным оспариваемое решение Инспекции в части доначисления НДС по взаимоотношениям Общества с ООО «Альданте» и ООО «СпецТрансСервис».

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что Инспекцией в нарушение требований статьи 200 АПК РФ не представлено безусловных доказательств наличия недостоверных сведений в первичных документах по взаимоотношениям с ООО «Транс-Ютэк», ООО «АВС-Ойлсервис» и направленности действий налогоплательщика на необоснованное получение налоговой выгоды при осуществлении соответствующих хозяйственных операций с этими юридическими лицами.

По взаимоотношениям Общества с ООО «АВС-Ойлсервис» Инспекция пришла к выводам о неправомерном принятии к вычету сумм НДС по сделкам Общества с указанным контрагентом на общую сумму 16 711 370 руб.. в том числе по налоговым периодам:

4 квартал 2013 года - 5 809 807 руб., в том числе НДС - 886 242 руб.;

1квартал 2014 года -18 011 508.20 руб., в том числе НДС - 2 747 518 руб.;

2квартал 2014 года - 28 426 554.00 руб., в том числе НДС - 3 700 924 руб.;

3квартал 2014 года -18 820 026.50 руб., в том числе НДС - 2 870 852 руб.;

4квартал 2014 года -16 791 488.50 руб., в том числе НДС - 2 561 414 руб.;

1 квартал 2015 года - 21 692 931.20 руб., в том числе НДС - 3 309 091 руб.

Согласно представленным налогоплательщиком в ходе выемок документам, указанные суммы были перечислены за транспортные услуги за 2013, 2014, 2015 годы.

Как следует из материалов выездной налоговой проверки, Инспекция, признавая вычеты неправомерными, исходила из следующих обстоятельств:

- в период с 08.04.2013 по 17.05.2015 (период взаимоотношений с Обществом) учредителем и руководителем  являлся ФИО23, относящийся к числу массовых руководителей; последующие руководители ООО «АВС-Ойлсервис» также относится к числу массовых руководителей;

- ООО «АВС-Ойлсервис» зарегистрировано по месту массовой регистрации, по месту государственной регистрации не находилось;

- у контрагента отсутствовали трудовые ресурсы, имущество, складские территории, помещения и специализированные транспортные средства;

-  по результатам проведенного сравнительного анализа Инспекция пришла к выводу о том, что собственники транспортных средств, которыми оказывались услуги от имени ООО «АВС-Ойлсервис», не подтвердили факт взаимоотношений к этим лицом;

- подписи на первичных документах (счетах-фактурах) выполнены неустановленным лицом (не ФИО23);

- предоставление контрагентом налоговой и бухгалтерской отчетности с минимальными показателями, а так же отражение в налоговой отчетности недостоверной информации по сравнительному анализу показателей расчетного счета (поступления и списание) и показателей налоговой отчетности, неправомерное применение налоговых вычетов по НДС, так как списание с расчетных счетов осуществлялось без отражения в оплате сумм НДС;

- установление факта отсутствия источника формирования налогового вычета по НДС за проверяемый период, поскольку транспортные средства принадлежат физическим лицам, не уплачивающим НДС;

- установление факта отсутствия документов, подтверждающих финансово- хозяйственные взаимоотношения между Обществом и контрагентом, отраженные в книге покупок Общества за 2013 год;

- Обществом не была проявлена должная осмотрительность при выборе указанного контрагента.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае налоговым органом не доказана вышеупомянутая совокупность обстоятельств, Инспекцией не приняты меры для определения реальных налоговых обязательств Общества по операциям с указанным контрагентом.

Так в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО23 относится к категории массовых руководителей, согласно сведениям, отраженным в оспариваемом решении Инспекции он в 2013-2015 годах получал доход только в ООО «АВС-ОйлСервис», сведений о регистрации ФИО23 иных организаций Инспекцией не представлено.

То обстоятельство, что последующие руководители  контрагента Общества относятся к категории массовых руководителей не может быть принято во внимание, поскольку в период взаимоотношений с Обществом единственным руководителем и учредителем являлся только ФИО23  Слияние ООО «АВС-ОйлСервис» с ООО «Миракс» также было осуществлено после окончания взаимоотношений  этого контрагента с Обществом и факт осуществления реорганизации сам по себе не может являться признаком недобросовестности налогоплательщика.

Выводы Инспекции об отсутствии у ООО «АВС-Ойлсервис» основных средств, производственных активов (транспортных средств) при наличии доказательств оплаты за транспортные услуги иным организациям, не могут являться основанием для вывода о нереальности оказания транспортных услуг Обществу.  Фактически в решении Инспекцией подтвержден факт оплаты транспортных услуг ООО «АВС-Ойлсервис» третьим лицам, расходные операции с указанным наименованием составляют  большую часть платежей ООО «АВС-Ойлсервис» в спорный период времени, что свидетельствует о возможности оказания этими транспортными средствами услуг Обществу. Основным расходными операциями по счету ООО «АВС-Ойлсервис»  являются операции с основанием «оплата за транспортные услуги, за перевозку оборудования, за услуги специализированной техники, за дизельное топливо, за аренду спецтехники, за запчасти». Указанное обстоятельство в полной мере свидетельствует о том, что ООО «АВС-ОйлСервис» могло осуществлять деятельность по оказанию транспортных услуг.

Доводы Инспекции о недобросовестности контрагентов 2 и 3 звена, которые не являлись контрагентами Общества, не могут служить основанием для вывода о нереальности хозяйственных операций с ООО «АВС-Ойлсервис».

Как правомерно ссылается заявитель, согласно Определению Конституционного суда РФ от 16 октября 2003г. №329-0 истолкование статьи 57 Конституции РФ в системной связи с другими положениями Конституции РФ не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что при принятии решения о привлеченииОбщества к налоговой ответственности, налоговый орган, анализируя реальность оказания транспортных услуг, осуществил доначисление НДС по всем транспортным средствам, указанным в реестрах оказания транспортных услуг спорным контрагентом, в то время как в материалах проверки отсутствуют доказательства, подтверждающие необоснованность вычетов по НДС по большей части транспортных средств от спорных контрагентов.

Так, на страницах стр.34-37 оспариваемого решения Инспекция указывает автомобиль Хендай 250 L7 г/н 74 ХЗ 0350 (период 10.2013-11.2013) и его собственника собственник ООО «Транслизинг», в то время как материалами дела не подтверждается, что указанное транспортное средство отражено в реестрах оказанных ООО «АВС- ОйлСервис» транспортных услуг;  транспортное средство КРАЗ ЦА 322 госномер О 226 УМ 86 собственник ФИО24 (период 11.2013, 12.2013, 01.2014, 03.2014-06.2014, 12.2014, 01.2015-03.2015) не отражено в реестре автотранспортных услуг ООО «АВС-ОйлСервис» (т.33, л.д. 3-10, 34-36).

Также по транспортному средству КРАЗ ЦА 321 г/н 

<

***> собственник ООО «КС» (период 11.2013-11.2014) Инспекцией не исследовались вопросы взаимоотношений указанного лица  с ООО «АВС- ОйлСервис», в ответ на требование Инспекции ООО «КС» указало на отсутствие взаимоотношений с Обществом, а вопросы по взаимоотношениям с ООО «АВС- ОйлСервис» ему не задавались. При этом факт взаимоотношений с ООО «АВС- ОйлСервис» указанным лицом подтверждены (т.9, л.д. 11-112).

При этом при принятии решения Инспекцией не были учтены выводы, содержащиеся в акте налоговой проверки №10-15/30 от 23.10.2017, согласно которым в ходе сравнительного анализа Инспекцией было установлено, что «спорные» автомобили, арендованные у ООО «АВС-ОйлСервис», действительно осуществляли транспортные услуги от Общества на территории объектов АО «НВБН», также заказчиком предоставлены путевые листы по указанным автомобилям, что подтверждает работу данной техники на объектах заказчика; проверкой установлено, что оказание транспортных услуг является единственным и основным видом деятельности Общества; в ходе анализа оказанных транспортных услуг выявлено, что услуги, приобретенные у ООО «АВС-ОйлСервис» далее реализованы в адрес заказчика АО «НВБН», списаны в полном объеме при реализации и учтены в составе доходов организации. Таким образом, при проверке совокупных, бесспорных доказательств отсутствия факта оказания транспортных услуг данной транспортной техникой на объектах заказчика установлено не было (стр.140 -141 акта проверки, т.7 л.д.140-141).

Причины, по которым по результатам рассмотрения всех материалов проверки, Инспекцией не были приняты во внимание выводы проверяющих, изложенные в акте проверки и не опровергнутые в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля, ответчиком не  обоснованы.

При этом суд принимает во внимание довод заявителя о том, что все выводы Инспекции, основанные на книге покупок за 2013 год, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку указанные доказательства не представлены в материалы дела.

В ходе судебного разбирательства суд установил, что книги покупок Общества за 2013 год были изъяты  в ходе проведения выемки 28.12.2016, что подтверждается постановлением о производстве выемки от 28.12.2016,протоколом о производстве выемки от 28.12.2019 и  описью изъятых документов (т.28, л.д. 86-91).

Как указывает Инспекция, впоследствии документы по проверке были изъяты правоохранительными органами, в том числе и книги покупок 2013 года. Вместе с тем, как следует из пояснений представителей Инспекции все изъятые документы были возвращены налоговому органу и использовались при изготовлении оспариваемого решения. Не смотря на указанные обстоятельства, в материалы дела не были представлены книги покупок Общества за 2013 год. Принимая во внимание принцип непосредственности исследования доказательств судом, суд приходит к выводу о том, что в отсутствие в материалах дела книг покупок Общества за 2013 год выводы Инспекции, изложенные в решении со ссылкой на указанные документы, не могут быть признаны обоснованными.

Суд соглашается с доводами заявителя о том, что выводы Инспекции о непроявлении должной осмотрительности при выборе указанного контрагента не могут быть приняты во внимание, поскольку из представленных в материалы дела доказательств не усматривается, что налоговый орган в ходе выездной налолговой проверки  истребовал у Общества документы в подтверждение факта должной осмотрительности.

Как указывает Обществом, с целью проверки реальности деятельности контрагента ООО «АВС-ОйлСервис» и проявления должной осмотрительности при его выборе заявителем были получены документы, подтверждающие полномочия лиц, подписывающих первичные документы (копия Решения №1 от 28.03.2013 ООО «АВС- ОйлСервис» о создании Общества, утверждении Устава, назначении генерального директора ФИО23; копия Приказа №1-К от 08.04.2013 ООО «АВС-ОйлСервис» об исполнении обязанностей генерального директора ФИО23; копия Приказа №2- К от 08.04.2013 ООО «АВС-ОйлСервис» об отсутствии второй финансовой подписи); копия выписки из ЕГРЮЛ ООО «АВС-ОйлСервис» с печатью налогового органа; копия Устава ООО «АВС-ОйлСервис» с отметкой налогового органа; копия свидетельства о государственной регистрации ООО «АВС-ОйлСервис»; копия свидетельства о постановке на учет в налоговом органе ООО «АВС-ОйлСервис»), Эти документы Инспекцией не истребовались, но были представлены в суд.

Как обоснованно указывает заявитель, предметом заключенного с ООО «АВС-ОйлСервис» договора от 01.01.2013 являлось оказание автотранспортных услуг на основании и в соответствии с заявками заказчика, которые оформляются в произвольной форме, согласованной сторонами. При этом неотъемлемой частью заключенного с ООО «АВС-ОйлСервис» договора являются содержащиеся в приложении к договору протоколы договорной цены с указанием наименований техники и объектов, на которых необходимо оказание автотранспортных услуг. Данные спецификации к договору свидетельствуют о наличии деловой цели налогоплательщика при привлечении спорного контрагента, которая согласуется с основным видом осуществляемой предпринимательской деятельности Общества - деятельностью автомобильного и грузового транспорта.

Содержащийся в оспариваемом решении довод об отсутствии договора, заключенного с ООО «АВС-ОйлСервис», является не соответствующим действительности, так как материалами дела подтверждается его представление Обществом сопроводительным письмом 06.02.2018.

Суд также отклоняет довод ответчика о подписании первичных документов неустановленным лицом, поскольку в заключении эксперта от  27.08.2017, полученного в ходе проведения проверки,  следует только вероятностный вывод о том, что подписи  ФИО23 выполнены не им, а иным, вероятно одним неустановленным лицом.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в письме ФНС России от 23.03.2017 №ЕД-5-9/547@ «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды», почерковедческая экспертиза не является безусловным и достаточным основанием для вывода о непроявлении налогоплательщиком должной осмотрительности и осторожности при заключении сделки со спорным контрагентом и не может рассматриваться как основание для признания налоговой выгоды необоснованной.

Как обосновано указывает заявитель, налоговым органом в решении не был надлежащим образом отражен допрос ФИО25 от 22.05.2017  ( (т.30, л.д.27-30), в котором она сообщает, что неофициально вела бухгалтерский учет ООО «АВС-ОйлСервис» в офисном помещении, расположенном по адресу; 

<

...>; подтверждает осуществление деятельности ООО «АВС-ОйлСервис» по оказанию транспортных услуг на базе арендованных транспортных средств; подтверждает финансово-хозяйственные взаимоотношения с ООО «Автоспецком», а также подписание финансово-хозяйственных документов от ООО «АВС-ОйлСервис» руководителем ФИО23

При рассмотрении настоящего спора ответчиком не приведено обоснования, по каким причинам допрос указанного свидетеля не был принят во внимание при принятии решения по итогам выездной налоговой проверки.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что Инспекцией  с помощью относимых и допустимых доказательств не подтверждены выводы о нереальности хозяйственных операций по предоставлению ООО «АВС-ОйлСервис» автотранспортных услуг Обществу в спорный период времени, о невоможности указанного лица оказывать спорные услуги Обществу, об отказе собственников автотранспортных средств подтвердить факт взаимоотношений с контрагентом Общества, о непроявлении должной осмотрительности.

Реальность хозяйственных операций по приобретению услуг от ООО «Автоспецком» также подтверждена проверяющими, так как в ходе проведения проверки не было получено совокупных, бесспорных доказательств неоказания услуг от спорного контрагента на объектах Заказчика.

Проверкой не установлено и в решении налогового органа не содержится доказательств, свидетельствующих о взаимозависимости Общества и ООО «АВС-ОйлСервис», о согласованности их действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды; сделка с ООО «АВС-ОйлСервис» не лишена хозяйственного смысла и связана с осуществлением налогоплательщиком основного вида  предпринимательской деятельности по оказанию транспортных услуг; факт оказания услуг подтверждается первичной документацией (путевые листы, реестры оказанных транспортных услуг, подписанные заказчиками Общества, Инспекцией не представлено безусловных доказательств недостоверности первичных бухгалтерских документов.

Также в решении не отражено и не доказано в ходе судебного разбирательства что спорный объем услуг мог быть оказан заказчикам самим Обществом либо иными лицами.

Из материалов дела не следует, что в ходе налоговой проверки Инспекцией, как это вытекает из пункта 4 статьи 89 Налогового кодекса РФ, были предприняты меры по устранению противоречий между полученными доказательствами, определен размер реальных налоговых обязательств Общества по НДС с учетом документов, подтверждающих факт оказания автотранспортных услуг на объектах заказчика конкретными автомобилями и спецтехникой, собственники которых подтвердили факт взаимоотношений с ООО «АВС-ОйлСервис».

 Суд также принимает во внимание, что ответчиком не опровергнуты доводы заявителя о том, что в 4 квартале 2013 года налогоплательщиком в составе вычетов по НДС  по контрагенту ООО «АВС- ОйлСервис» не заявлялась сумма 886 242 руб., в книге покупок за 4 квартал 2013 года эта сумма не отражалась.

Оценив в совокупности доводы заявителя и представленные в их подтверждение доказательства, суд соглашается с неправомерностью доначисления НДС  в общей сумме 16 711 370 руб. в рассматриваемом случае, поскольку Инспекцией вопреки требованиям статьи 200 АПК РФ не доказана недостоверность сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах и направленности действий налогоплательщика на необоснованное получение налоговой выгоды при осуществлении соответствующих хозяйственных операций с ООО «АВС- ОйлСервис». В свою очредь представление налогоплательщиком в налоговый орган надлежащим образом оформленных документов в целях получения налоговой выгоды  является основанием для ее получения, если налоговым органом в ходе проведения мероприятий налогового контроля будут установлены обстоятельства и представлена совокупность доказательств, свидетельствующих об отсутствии реальности хозяйственных операций, что в рассматриваемом случае Инспекцией не подтверждено.

Суд также приходит к выводу об отмене решения Инспекции в части доначисления НДС по взаимоотношениям Общества с контрагентом ООО «Транс-Ютек» исходя из следующего.

В ходе проверки Инспекция установила, что согласно 13 счетам-фактурам Общество приобрело у ООО «Транс-Ютэк» транспортные услуги в 2015 году на общую сумму 34 297 832,00 руб., в том числе НДС в размере 5 231 873,00 руб. руб., в том числе по налоговым периодам:

2квартал 2015 года - 8 140 400.00 руб., в том числе НДС - 1 465 272 руб.;

3квартал 2015 года - 9 009 631.00 руб., в том числе НДС - 1 621 734 руб.;

4квартал 2015 года - 11 915 928.00 руб., в том числе НДС - 2 144 867 руб.

Доначисляя НДС по взаимоотношениям с указанным контрагентом, Инспекция исходила из следующих обстоятельств:

- отсутствие договора от 13.01.2015, на который имеется ссылки в счетах-фактурах, 

- наличие кредиторской задолженности по финансово-хозяйственной деятельности в пользу ООО «Транс-Ютэк» в размере 8 473 112 руб., которая не была погашена,

- неявка директора ООО «Транс-Ютек» ФИО26 на допрос в качестве свидетеля, 

- отсутствие по месту государственной регистрации;

- отсутствие управленческого и технического персонала, основных средств, собственных транспортных средств, отсутствие расходных операций, сопутствующих обычной хозяйственной деятельности;

- анализ взаимоотношений контрагента с контрагентами 2 звена;

- непроявление должной осмотрительности при выборе контрагента;

- подписание первичных  документов неустановленным лицом;

- нереальность хозяйственных операций в связи со сведениями, предоставленными собственниками автотранспортных средств.

Вместе с тем, суд полагает, что при принятии решения Инспекцией не были опровергнуты доказательства, подтверждающие позицию налогоплательщика о реальности взаимоотношений с ООО «Транс-Ютек».

Так, из материалов дела следует, что ООО «Транс-Ютэк» зарегистрировано 13.01.2015, с 13.01.2017 и до вынесения решения Инспекцией находилось в стадии ликвидации. Учредителем и директором ООО «Транс-Ютэк» являлась ФИО26 (13.01.2015-12.01.2017), что охватывает период финансово-хозяйственных взаимоотношений с Обществом.

Довод Инспекции о том, что ликвидатор ООО «Транс-Ютэк» ФИО27 не подтвердил взаимоотношений с Обществом опровергается протоколом допроса указанного свидетеля от 19.05.2017 (т.29, л.д. 96-98), в котором свидетелю задавались вопросы относительно иного контрагента Общества (ООО «СК Наги»), про ООО «Транс-Ютэк» ФИО27 указал только на то, что директор ФИО26 находилась на лечении. Иных вопросов, в том числе по предоставлению каких-либо документов в подтверждение или опровержение доводов налогоплательщика о взаимоотношениях с ООО «Транс-Ютэк», свидетелю не задавалось.

Ссылаясь на подписание первичных документов неустановленным лицом, Инспекция не принимает во внимание вероятностный характер вывода, сделанный в заключении эксперта от 27.08.2017. Мероприятий налогового контроля, направленных на устранение указанных сомнений, Инспекцией не проведено.

Оспаривая реальность оказания автотранспортных услуг ООО «Транс-Ютэк», Инспекция не принимает во внимание, что в соответствии с выпиской банка, содержащей сведения о перечислении денежных средств ООО «Транс-Ютэк», основным расходными операциями по его счету являются операции с основанием «оплата за транспортные услуги, за перевозку оборудования, за услуги специализированной техники, за дизельное топливо, за аренду спецтехники, за запчасти». Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что ООО «Транс-Ютэк» могло осуществлять деятельность по оказанию транспортных услуг.

Анализируя взаимоотношения между ООО «Транс-Ютэк» и собственниками автотранспортных средств, Инспекция приходит к ошибочным выводам, поскольку ссылаясь на протокол допроса ФИО28 от 17.03.2017, собственника транспортного средства с госномером 

<

***> Инспекция не представляет доказательств того, что указанное транспортное средство отражено в реестре оказанных транспортных услуг ООО «Транс-Ютек»; указывая на автомобиль с государственным номером 

<

***> Инспекция производит допрос ФИО29, при том что владельцем указанного транспортного средства в период с 01.06.2010 по 01.04.2015 (период, отраженный в первичных документах) являлся ФИО30, а не ФИО29; предприниматель ФИО31 является владельцем автомобиля с госномером 

<

***> которое отсутствует в реестрах транспортных услуг ООО «Транс-Ютек».

Таким образом, по ряду владельцев транспортных средств  представленные Инспекцией доказательства не могут являться основанием для вывода о нереальности хозяйственных операций.

Суд принимает во внимание, что Инспекцией при принятии оспариваемого решения без каких-либо обоснований не были приняты во внимание выводы, содержащиеся в акте проверки, согласно которым в ходе сравнительного анализа установлено, что спорные автомобили, арендованные у ООО «Транс-Ютэк», действительно осуществляли транспортные услуги от Общества на территории объектов АО «НВБН», также заказчиком предоставлены путевые листы по указанным автомобилям, что подтверждает работу данной техники на объектах заказчика; в ходе анализа оказанных транспортных услуг выявлено, что услуги, приобретенные у ООО «Транс-Ютэк», далее реализованы в адрес заказчика АО «НВБН», списаны в полном объеме при реализации и учтены в составе доходов организации, при проверке совокупных, бесспорных доказательств отсутствия факта оказания транспортных услуг данной транспортной техникой на объектах заказчика установлено не было.

Инспекцией не представлено пояснений, какие именно доказательства, полученные после составления акта выездной проверки, привели к противоположным выводам в оспариваемом решении.

При этом реальный размер налоговых обязательств Инспекцией не установлен.

Суд принимает во внимание доводы заявителя, не опровергнутые Инспекцией при рассмотрении настоящего спора, о том, что доначисление НДС за 3 квартал 2015 года по контрагенту ООО «Транс-Ютэк» в сумме 566 286 руб. со ссылкой на счета-фактуры № 200 (149 491,49 руб.), №  №201 (192 559,88 руб.) и №  202 (224 234,27 руб.) является необоснованным, поскольку налоговым органом не подтверждено, что суммы НДС по названным счетам-фактурам принимались Обществом к вычету в 3 квартале 2015 года.

Довод о непроявлении должной осмотрительности также не может быть принят во внимание судом, поскольку указанные документы Инспекцией в ходе проверки не запрашивались. В свою очередь в суд такие документы налогоплательщиком представлены и были судом оценены.  

Таким образом, оценив совокупность всех представленных доказательств в материалы дела, суд соглашается с доводами заявителя, что Инспекцией не представлено относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих об умышленном участии Общества в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды; не установлен факт взаимозависимости Общества и ООО «Транс-Ютэк», а также иные обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий заявителя и ООО «Транс-Ютэк», направленных на получение необоснованной налоговой выгоды; финансово-хозяйственные взаимоотношения с ООО «Транс-Ютэк» обусловлены деловой целью Общества и связаны с осуществлением им предпринимательской деятельности по оказанию транспортных услуг; при этом Инспекция не установила, что объем транспортных услуг мог быть оказан заказчикам самим Обществом или каким-либо иным лицом.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о недоказанности Инспекцией законности оспариваемого решения в указанной части, что является основанием для его отмены.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом споре Инспекция не доказала наличие в действиях Общества признаков недобросовестного поведения, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды путем участия в формальном документообороте со своими контрагентами ООО «АВС-ОйлСервис» и ООО «Транс-Ютек».

Кроме того, суд соглашается с доводами заявителя относительно отсутствия правовых оснований для вывода Инспекции о неправомерном принятии к вычету сумм НДС по сделкам Общества с ООО «Проммонтаж» в 1,2 кварталах 2013 года в размере 518 709 руб., поскольку представленными в материалы дела доказательствами не подтверждено, что Обществом в книге покупок за 1,2 кварталы 2013 года отражались суммы НДС в размере 518 709 руб. (1 квартал 2013 года - 170 066 руб., 2 квартал 2013 года - 348 643 руб.) и они были указаны в составе вычетов суммы НДС по контрагенту ООО «Проммонтаж» в названные налоговые периоды. Как указывалось ранее, книги покупок за 2013 год не представлены суду, при этом были изъяты у налогоплательщика.

Также суд признает обоснованным доводы заявителя о неправомерном доначислении налога на прибыль организаций по взаимоотношениям Общества с  контрагентом ООО «Проммонтаж» за 2013 год в сумме 576 343 руб.

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью признается для российских организаций, не являющихся участниками консолидированной группы налогоплательщиков, - полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Налогового кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса в целях главы 25 Налогового кодекса налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Налогового кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Налогового кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Указанные первичные документы должны отражать действительные факты хозяйственной жизни лица, от имени которого они составлены.

Из содержания указанных выше правовых норм следует, что документы, представляемые налогоплательщиком для подтверждения правомерности включения затрат в состав расходов по налогу на прибыль организаций, должны содержать сведения, позволяющие впоследствии налоговому органу определить достоверность осуществления хозяйственной операции.

При проведении проверки Инспекция включила в стоимость затрат Общества за 2013 год сведения о затратах на дизельное топливо в сумме 6 559 324 руб., приобретенное у ООО «Проммонтаж».

Вместе с тем, указанные затраты не были включены  налогоплательщиком в расчет суммы налога на прибыль. Как указывает заявитель и не опровергнуто Инспекцией Обществом расчет затрат за 2013 год был произведен исходя из следующих сведений: транспортные услуги - 28 627 086 руб., материалы - 6 347 015 руб., оплата труда - 2 180 200 руб., расходы по уплате страховых взносов - 669 260 руб.

В то время как налоговый орган указал, что сведения о расходах Общества за 2013 год для целей налогового учета следующие: транспортные услуги - 22 957 762 руб., материалы - 6 347 015 руб., дизельное топливо 6 559 324 руб., оплата труда - 2 180 200 руб., расходы по уплате страховых взносов - 669 260 руб.

Суд принимает во внимание, что в решении Инспекция ссылается на карточки счетов 60. 90.02.1, книги покупок, декларации по налогу на прибыль. Вместе с тем, карточки счета 20 в материалы дела не представлены, из содержания декларации по налогу на прибыль организаций указанные сведения не усматриваются, что позволяет суду согласится  с доводом заявителя о недоказанности включения в состав расходов для целей налогообложения прибыли сумм затрат на дизельное топливо в размере 6 559 324 руб., в том числе по контрагенту ООО «Проммонтаж» в сумме 2 881 715 руб., что привело к необоснованному доначислению налога на прибыль организаций за 2013 год в общей сумме 576 343 руб.

Решение Инспекции в указанной части подлежит отмене как не подтвержденное соответствующими доказательствами.

Отменяя решение Инспекции в вышеуказанной части, суд исходит из того, что налоговым органом не представлено допустимых, относимых доказательств, безусловно подтверждающих содержащиеся в оспариваемом решении выводы о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с контрагентами ООО «АВС-Ойлсервис»,  ООО «Проммонтаж», ООО «Транс-Ютэк», при этом в силу основных начал налогового законодательства недоказанность этих обстоятельств и неустановление реальных налоговых обязательств налогоплательщика в ходе выездной налоговой проверки и при апелляционном обжаловании влечет отмену решения налогового органа.

В связи с недоказанностью налоговым органом неправомерности действий налогоплательщика и иных обстоятельств, свидетельствующих о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, суд признвет решение Инспекции в недействительным в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 576 343 рублей, доначисления НДС по взаимоотношениям Общества с ООО «АВС-Ойлсервис»,  ООО «Проммонтаж», ООО «Транс-Ютэк», а также соответствующих сумм пени и штрафов, в остальной части решение Инспекции соответствует требованиям налогового законодательства и не нарушает права заявителя. 

Судебные расходы, понесенные заявителем при оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на налоговый орган.

Руководствуясь статьями 67, 68, 71, 167-170, 176, 180, 181, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 

РЕШИЛ:

заявление общества с ограниченной ответственностью «Автоспецком» удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 07.03.2018 № 10-15/415 в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 576 343 рублей, доначисления налога на добавленную стоимость по взаимоотношениям общества с ограниченной ответственностью «Автоспецком» с обществом с ограниченной ответственностью «АВС-Ойлсервис», с обществом  с ограниченной ответственностью «Проммонтаж», с обществом  с ограниченной ответственностью «Транс-Ютэк», а также соответствующих сумм пени и штрафов.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автоспецком» судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины в размере  3 000 рублей.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Апелляционная жалоба может быть подана в течение одного месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

СудьяЕ.А. Голубева