СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3248/2024(1, 2)-АК

Дело № А50-29405/2023

28 мая 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 мая 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Темерешевой С.В.,

судей                              Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии:

от истца ФКП «Пермский пороховой завод»: ФИО1, паспорт, доверенность от 30.08.2023;

от ответчика ООО «Прокси»: ФИО2, паспорт, доверенность от 23.11.2023;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца Федерального казенного предприятия «Пермский пороховой завод» и ответчика ООО «Прокси» 

на решение Арбитражного суда Пермского края 

от 26 февраля 2024 года 

по делу №А50-29405/2023

по иску Федерального казенного предприятия «Пермский пороховой завод» (ОГРН 

<

***> , ИНН 

<

***>)

к ООО «Прокси» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании неустойки,

установил:

Федеральное казенное предприятие «Пермский пороховой завод» (далее – истец, заказчик) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Прокси» (далее – ответчик, поставщик, общество «Прокси») о взыскании в рамках договора поставки №67-11 от 10.01.2023 неустойки в размере 1 122 920 руб., начисленной за период с 01.08.2023 по 08.09.2023.

Решением арбитражного суда Пермского края от 26.02.2024 исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскана неустойка в размере 600 000 руб., а также судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 24 229 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец и ответчик обжаловали решение суда первой инстанции в апелляционном порядке.

Истец в апелляционной жалобе просит решение суда от 26.02.2024 отменить в части отказа в удовлетворении требований ФКП «Пермский пороховой завод» на сумму 522 920 руб., принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Указывает, что судом не учтено возникновение негативных последствий для истца в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по поставке оборудования в установленный срок: срыв сроков реализации федеральной целевой программы по модернизации производства; риск привлечения истца к ответственности за неисполнение обязательств перед иными контрагентами (в связи с несвоевременной передачей строительной готовности, давальческих материалов и т.п.); риск привлечения истца к ответственности за нарушение сроков освоения средств федерального бюджета, предоставленных в качестве субсидии для осуществления модернизации производства. Кроме того, поставщиком превышен срок поставки, установленный договором, почти на 20%, что не может быть оценено как непродолжительное нарушение; размер заявленной истцом неустойки составляет 1/300 ключевой ставки Банка России, действующей на день уплаты неустойки, от цены договора, что лишь незначительно превышает размер процентов, начисляемых по правилам, предусмотренным ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ); размер заявленной истцом неустойки составляет менее 1,4% от цены договора №67-11 от 10.01.2023. Полагает, что у суда отсутствовали исключительные основания для снижения размера неустойки на основании      ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик в апелляционной жалобе просит решение суда от 26.02.2024 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указывает, что подписание товарной накладной на передачу продукции позднее первоначально согласованного срока произошло по независящим от поставщика причинам, обусловлено действиями самого заказчика (задержка передачи необходимого для изготовления товара полного комплекта актуальной конструкторской документации на 63 дня, а также изменение конструкторской документации в процессе исполнения договора, что и повлекло сдвиг срока поставки товара). Суд неправомерно сослался на наличие чертежной документации к договору и указал на то, что внесенные изменения в чертеж в части указания группы аппарата и класса опасности рабочей среды не могли повлиять на сроки исполнения ответчиком своих обязательств по договору. При этом, при подписании договора заказчиком полный комплект актуальной конструкторской документации не был передан, получен только 13.03.2023, что повлекло сдвиг срока изготовления и поставки товара минимум на 63 дня. Отмечает, что именно в связи с отсутствием полного комплекта конструкторской документации договор с соисполнителем - ООО «СМТ Химмашсервис» заключен только в начале марта 2023 года. Изменение класса опасности, действительно, не повлияло на срок их изготовления, но повлекло необходимость проведения дополнительных работ по ультразвуковому контролю сварных швов хранилищ в непредусмотренном ранее договором объеме, привело к существенному увеличению сроков проведения испытаний, а, соответственно, и сдвижке срока сдачи товара заказчику. При указании на обязанность ответчика по проверке качества сварных соединений в соответствии с требованиями ГОСТ 34347-2017 со ссылкой на п. 7.7.3. ГОСТа 34347-2017 суд не учел имеющуюся в этом же пункте ГОСТа таблицу №19 объемов работ по ультразвуковому контролю в зависимости от группы сосуда. Вопреки выводам суда первой инстанции, сдвиг срока сдачи товара по договору №67/11 от 10.01.2023 произошел не по вине ООО «Прокси», обусловлен действиями (бездействием) самого ФКП «Пермский пороховой завод». Суд обязан был применить ст. 405 ГК РФ и отказать в удовлетворении заявленных исковых требований полностью.

ООО «Прокси» в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы ФКП «Пермский пороховой завод»; ФКП «Пермский пороховой завод» в отзыве возражает против доводов ООО «Прокси».

В судебном заседании представители ООО «Прокси» и ФКП «Пермский пороховой завод» поддерживают доводы своих апелляционных жалоб, против доводов жалоб оппонентов возражают.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) заключен договор №67-11 от 10.01.2023 (далее – договор), по условиям которого, поставщик обязуется поставить хранилище V=113 м3 (далее - товар) в количестве 4 штук, а Заказчик обязуется принять и оплатить товар на условиях, предусмотренных настоящим договором.

Согласно пункту 1.3. договора наименование и характеристики товара определяются в соответствии с чертежом 19074.00.00.000 (Приложение №1 к договору).

На основании пункта 2.2. цена договора составила 80 400 000 руб. 00 коп., в т.ч. НДС 20%.

В пункте 3.1. договора стороны указали, что доставка товара осуществляется силами и за счет поставщика до монтажной площадки заказчика. Стоимость доставки включена в цену договора.

В соответствии с пунктом 3.6. договора вместе с товаром поставщик предоставляет заказчику следующие документы:

- товарную накладную формы ТОРГ-12 в этом случае, не позднее 5 (пяти) дней с даты поставки партии товара поставщик предоставляет заказчику оригинал счета-фактуры в соответствии с требованиями пункта 3 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации; либо УПД - 2 экз.;

- паспорт по форме ГОСТ 34347-2017 «Сосуды и аппараты стальные сварные. Общие технические условия», па русском языке;

- акт по испытаниям;

- сертификат соответствия TP ТС 010/2011;

- акты неразрушающего контроля и испытаний образцов.

Срок поставки определен в пункте 3.3. договора – июль 2023 года. 

В силу пункта 5.1. договора приемка товара по количеству производится в соответствии с транспортными и сопроводительными документами отправителя (изготовителя). Отсутствие указанных документов или некоторых из них не приостанавливает процесс приемки товара. В этом случае составляется акт о фактическом наличии товара и в акте указывается, какие документы отсутствуют.

Приемка товара по качеству и комплектности производится на складе заказчика не позднее 20 календарных дней с момента его передачи (первый абзац пункта 5.2. договора).

Поставщик считается исполнившим обязательство по договору в момент подписания сторонами акта приемосдаточных испытаний (пункт 5.6. договора).

В подпункте 6.2.1. договора предусмотрена обязанность поставщика поставить товар надлежащего качества в сроки, установленные настоящим договором. 

В пункте 15.8. в качестве Приложения №1 к договору указан чертеж 19074.00.00.000.

06.02.2023 поставщик передал заказчику письмо №60 с просьбой передать актуальные комплекты конструкторской документации с подписями и печатями «в производство» с учетом внесенных изменений.

07.03.2023 Общество «Прокси» (исполнитель) заключило с ООО «СМТ «Химмашсервис» (далее – Общество «СМТ «Химмашсервис», соисполнитель) договор №67-11/1 на изготовление в соответствии с представленной исполнителем конструкторской документацией и монтаж оборудования. В пункте 5.1. договора №67-11/1 указано, что качество оборудования должно соответствовать, в том числе требованиям ГОСТ 34347-2017.

14.03.2023 поставщик направил в адрес заказчика письмо от 13.03.2023 №170 с просьбой согласовать замену стали, предусмотренной конструкторской документацией, в связи с отсутствием у поставщиков необходимого ассортимента и количества для изготовления хранилищ.

В письме от 21.03.2023 №18-05/5344 заказчик указал поставщику о том, что работы необходимо выполнить по чертежу 19074.00.00.000.

21.03.2023 Общество «Прокси» (исполнитель) передало Обществу «СМТ «Химмашсервис» конструкторскую документацию для выполнения работ по договору №67-11/1.

23.03.2023 ответчик направил в адрес истца письмо №203, указав, что не согласована замена марки стали для изготовления хранилищ, что повлечет изменение сроков исполнения обязательств.

28.03.2023 заказчик в письме №18-05/5981 (в ответ на письма №170, №203, №207) сообщил, что актуализированные чертежи предоставлены, согласовал замену марки стали. 

В письме от 07.06.2023 №18-05/11735 заказчик указал поставщику о том, что работы необходимо выполнить по чертежу 19074.00.00.000.

В подтверждение факта доставки хранилищ на монтажную площадку заказчика поставщик представил путевые листы, составленные Обществом «СМТ «Химмашсервис» от 28.06.2023, от 05.07.2023, от 10.07.2023 и от 18.07.2023.

В письме от 24.07.2023 №18-05/15637 заказчик сообщил поставщику о том, что в чертеж внесены изменения – указаны технические характеристики аппарата: группа аппарата – 1 ГОСТ 34347-2017, класс опасности рабочей среды - 2 ГОСТ 12.1.007-76. Заказчик также уведомил, что чертеж с внесенными изменениями будет направлен в адрес поставщика дополнительно.

Согласно письму от 31.07.2023 №544 поставщик сообщил заказчику о том, что хранилища изготовлены по старым чертежам. Предложил заключить дополнительное соглашение к договору на проведение неразрушающего контроля сварных соединений хранилищ в количестве 4 шт.

В письме от 31.07.2023 №545 поставщик указал стоимость работ по ультразвуковому контролю сварных соединений 4 хранилищ в размере                1 275 264 руб. 00 коп. 

01.08.2023 в ответ на письмо №18-05/15637 ответчик направил в адрес истца письмо №547, предложив ускорить выдачу измененной конструкторской документации. 

30.08.2023 в письме №18-05/19150 (в ответ на письмо №544) истец сообщил ответчику о том, что в чертеж 19074.00.00.000. внесены изменения в части технических характеристик аппарата. Согласно ГОСТ 34347-2017 необходим неразрушающий контроль качества сварных соединений. Истец предложил заключить дополнительное соглашение к договору №67-11 на выполнение работ по неразрушающему контролю. Истец также сообщил, что направлены запросы на выполнение данных работ в адрес других лиц. К письму приложен чертеж 19074.00.00.000 с изменениями №2.

08.09.2023 стороны подписали товарную накладную №48, согласно которой переданы хранилища V-113м3 в количестве 4 шт. на общую сумму      80 400 000 руб. 00 коп.

В претензии от 16.10.2023 №04-05/23049 заказчик потребовал от поставщика уплатить неустойку за нарушение срока поставки товара за период с 01.08.2023 по 08.09.2023.

31.10.2023 поставщик передал заказчику письмо №839 (в ответ на претензию от 16.10.2023), указав, что изменение срока поставки произошло не по вине поставщика. Конструкторская документация передана поставщику 16.03.2023. В процессе исполнения условий договора конструкторская документация корректировалась, что также повлияло на сроки поставки. В связи с чем, поставщик предложил заказчику не предъявлять неустойку к взысканию.

В ответ на письмо №839, заказчик в письме от 08.11.2023 №04-05/25016 сообщил поставщику о том, что часть писем, на которые ссылается поставщик, в адрес заказчика не поступала. Содержание чертежа поставщику было известно, так как чертеж является приложением к договору. В письмах от 21.03.2023 №18-05/5344, от 07.06.2023 №18-05/11735, от 24.07.2023 №18-05/15637 не указано на изменение конструктивных требований к изготовлению хранилищ. В связи с чем, заказчик потребовал уплатить неустойку в размере      1 122 920 руб.

Представлена иная переписка сторон, оформленная в связи с исполнением условий договора.

Согласно пункту 8.1. договора в случае просрочки сроков поставки товара и/или сроков замены забракованного товара заказчик вправе потребовать уплату неустойки. Неустойка начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства начиная со дня, следующего после дня истечения установленного срока исполнения обязательства по настоящему договору, по день исполнения обязательства. Размер такой неустойки устанавливается в размере 1/300 ключевой ставки Банка России, действующей на день уплаты неустойки, от цены договора. Поставщик освобождается от уплаты неустойки, если докажет, что просрочка исполнения указанного обязательства произошла вследствие непреодолимой силы или по вине заказчика.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с исковым заявлением о взыскании с ответчика неустойки за нарушение срока исполнения обязательств по передаче хранилищ.

Ответчиком заявлено о применении статьи 333 ГК РФ и уменьшении размера неустойки до суммы 50 000 руб.

Суд первой инстанции, установив факт нарушения сроков поставки товара, признал требования о взыскании с ответчика неустойки правомерным, указав на отсутствие вины истца в нарушении срока выполнения работ по договору №67-11.

Рассмотрев ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки, учитывая конкретные обстоятельства дела, условия договора, недоказанность наличия финансовых негативных последствий у истца в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по договору, в связи с превышением суммы неустойки над суммой возможных убытков у истца, непродолжительность срока нарушения обязательств (39 дней, при этом работы должны были быть выполнены в течение 203 дней), с учетом того, что результат работ фактически передан истцу, с учетом иных доводов ответчика, а также компенсационную природу неустойки, которая способствует обеспечению баланса интересов заинтересованных сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о несоразмерности начисленной неустойки последствиям допущенного нарушения ответчиком обязательства, снизил размер заявленной суммы неустойки до суммы 600 000 руб.

Исследовав материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, выслушав участников процесса в судебном заседании, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов суда обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно статье 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Согласно пункту 1 статьи 458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара.

Материалами дела подтверждается наличие между сторонами правоотношений в рамках заключенного договора от 10.01.2023 №67-11, срок поставки определен в пункте 3.3. договора – июль 2023 года.

Судом установлено, что фактически результат работ передан истцу 08.09.2023, то есть с нарушением срока на 39 дней. Между сторонами возник спор о том, по чьей вине произошло нарушение срока передачи результата работ.

Вопреки доводам жалобы ответчика, суд признал заслуживающим внимание довод истца о том, что чертеж 19074.00.00.000 прилагался к документации о закупке путем проведения тендера, утвержденной истцом 21.11.2022, что в свою очередь, свидетельствует об осведомленности ответчика о данной документации. 

Являясь профессиональным участником рынка оказания услуг в исследуемой сфере, ответчик заключил договор на предложенных условиях, а, следовательно, он осознано принял риски, связанные с невозможностью своевременно и в полном объеме выполнить работы по договору, и наступлением при ненадлежащем исполнении договора неблагоприятных последствий.

Кроме того, как верно отмечено арбитражным судом, чертеж 19074.00.00.000 прилагался к договору.

Ответчик не представил доказательств того, что в период выполнения работ были внесены изменения в техническую часть конструкторской документации, которые могли повлиять на сроки выполнения работ (ст. ст. 9,65 АПК РФ).

Также суд правомерно признал обоснованными доводы истца о том, что внесенные изменения в чертеж 19074.00.00.000 в части указания группы аппарата 1 ГОСТ 34347-2017 и класса опасности рабочей среды 2 ГОСТ 12.1.007-76 не могли повлиять на сроки исполнения ответчиком своих обязательств по договору, так как в пункте 4.1. договора указано на то, что качество оборудования должно соответствовать, в том числе, ГОСТ 34347-2017. 

Необходимые данные для определения группы аппарата (расчетное давление, характер рабочей среды) содержались в чертеже, который прилагался к договору. В соответствии с пунктом 3.1.6. «ГОСТ 34347-2017. Межгосударственный стандарт. Сосуды и аппараты стальные сварные. Общие технические условия» (далее – ГОСТ 34347-2017), введенного в действие Приказом Росстандарта от 14.12.2017 №2002-ст, класс опасности рабочей среды определяется по «ГОСТ 12.1.007-76. Межгосударственный стандарт. Система стандартов безопасности труда. Вредные вещества. Классификация и общие требования безопасности», введенного в действие Постановлением Госстандарта СССР от 10.03.1976 №579. Таким образом, истец формально закрепил характеристики, следовавшие из иных характеристик хранилищ.

В соответствии с пунктом 7.7.1. ГОСТ 34347-2017 для выявления внутренних дефектов сварных соединений необходимо применять методы неразрушающего контроля, в которых используют проникающие физические поля: радиографический, ультразвуковой. Ультразвуковой контроль сварных соединений следует проводить в соответствии с действующей НТД.

В пункте 7.7.3. ГОСТ 34347-2017 предусмотрено, что обязательному контролю радиографическим или ультразвуковым методом подлежат, в том числе: а) стыковые, угловые, тавровые сварные соединения, доступные для этого контроля, в объеме не менее указанного в таблице 19; б) места сопряжения (пересечений) сварных соединений.

Кроме того, в соответствии с пунктом 3.6. договора поставщик вместе с товаром должен был представить заказчику акты неразрушающего контроля и испытаний образцов.

Ответчик обязан был произвести контроль качества сварных соединений в соответствии с требованиями ГОСТ 34347-2017, соответственно, выполнение ультразвукового контроля сварных соединений не относится к дополнительным работам, не предусмотренным в договоре, в результате выполнения которых подлежит увеличению срок производства работ по договору.

С учетом срока выполнения работ по изготовлению хранилищ (с 10.01.2023 (дата заключения договора) до 31.07.2023) согласование заказчиком замены марки стали в период с 14.03.2023 по 28.03.2023, по мнению суда, не могло повлиять на сроки выполнения работ по договору.

Судом также отмечено, что ответчик заключил с Обществом «СМТ «Химмашсервис» договор №67-11/1 на изготовление в соответствии с конструкторской документацией оборудования только 07.03.2023, то есть, по истечении почти двух месяцев с даты заключения договора №67-11 с истцом. 

Конструкторская документация передана ответчиком Обществу «СМТ «Химмашсервис» 21.03.2023. Ответчик не обосновал невозможность передачи Обществу «СМТ «Химмашсервис» имеющейся у ответчика конструкторской документации сразу при заключении договора №67-11/1.

Не представлено доказательств того, что ответчик направлял в адрес истца уведомление о готовности результата работ к передаче, а также документы для передачи результата работ (в соответствии с пунктом 3.6. договора товарную накладную формы ТОРГ-12) до 31.07.2023. 

Суд согласился с доводом истца о том, что доставка хранилищ на монтажную площадку истца сама по себе не свидетельствует о передаче результата работ, так как необходимо было выполнить сборку (сварку) хранилищ.

Также судом отмечено, что товарная накладная №48 подписана истцом в дату ее составления - 08.09.2023.

Помимо прочего, нет доказательств того, что ответчик приостанавливал выполнение работ по изготовлению хранилищ в период с 10.01.2023 по 31.07.2023 и до передачи результата работ истцу.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы истца и ответчика в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции отклонил иные доводы ответчика как не имеющие правового значения для разрешения настоящего спора, признав отсутствие вины истца в нарушении срока выполнения работ по договору №67-11.

Доводы ответчика об обратном подлежат отклонению.

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции в указанной части у арбитражного апелляционного суда отсутствуют.

В связи с нарушением ответчиком обязательств по поставке товара в установленные сроки истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки за период с 01.08.2023 по 08.09.2023, возможность взыскания которой предусмотрена пунктом 8.1 договора. По расчету истца размер неустойки составил 1 122 920 руб.

Учитывая наличие просрочки исполнения обязательства по поставке товара, исковые требования о взыскании с ответчика неустойки заявлены истцом правомерно.

Вместе с тем, в силу пункта 1 статьи 329 ГК РФ неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Ответственность за неисполнение условий договора в виде взыскания неустойки предусмотрена пунктом 8.1 договора, согласно которому за нарушение условий договора виновная сторона по договору уплачивает другой стороне неустойку в размере 1/300 ключевой ставки Банка России, действующей на день уплаты неустойки, от цены договора.

При этом поставщик освобождается от уплаты неустойки, если докажет, что просрочка исполнения указанного обязательства произошла вследствие непреодолимой силы или по вине заказчика.

Как указано выше, вина истца в нарушении обязательства ответчиком судом не установлена.

Оснований полагать, что исполнение обязательств стало невозможным по причинам, которые не зависят от воли ответчика, не имеется.

Ответчик в апелляционной жалобе ссылается на то, что внесение изменений в конструкторскую документацию повлекло необходимость проведения дополнительных работ по ультразвуковому контролю сварных швов хранилищ в непредусмотренном ранее договором объеме, привело к существенному увеличению сроков проведения испытаний, а, соответственно, и сдвижке срока сдачи товара заказчику. 

Вместе с тем, данные работы не являются дополнительными, так как их выполнение входит в предмет договора от 10.01.2023 (пункты 2.5, 4.1).

Также ответчик полагает, что при указании на обязанность ответчика по проверке качества сварных соединений в соответствии с требованиями ГОСТ 34347-2017 со ссылкой на п.7.7.3. ГОСТа 34347-2017 суд не учел имеющуюся в этом же пункте ГОСТа таблицу №19 объемов работ по ультразвуковому контролю в зависимости от группы сосуда.

Однако, поскольку товар по договору должен соответствовать ГОСТ 34347-2017, ответчик, в соответствии с условиями договора обязан был провести контроль качества сварных соединений неразрушающим методом, независимо от внесения изменений в конструкторскую документацию. 

Довод ответчика о том, что изменение заказчиком класса опасности рабочей среды подлежащих поставке хранилищ с 5-го на 2-й повлекло необходимость проведения дополнительных работ по ультразвуковому контролю сварных швов хранилищ в непредусмотренном ранее договором объеме, и как следствие, привело к существенному увеличению сроков проведения испытаний, а соответственно, и сдвижке срока сдачи товара заказчику, апелляционной коллегией отклоняется, исходя из следующего.

Действительно, ГОСТ 34347-2017 устанавливает различный объем контроля радиографическим или ультразвуковым методом, исходя из группы сосуда, а именно, при группе сосуда 5 это 10% длины контролируемых сварных соединений от общей длины, при группе сосудов 1 или 2 – 100%.

Вместе с тем, в чертеже 19074.00.00.000 изначально указана рабочая среда – кислота агрессивная. Доказательства того, что в договоре от 10.01.2023 №67-11, чертеже 19074.00.00.000 был предусмотрен класс опасности рабочей среды 5, материалы дела не содержат. Из переписки сторон не усматривается, что до внесения изменений в чертеж 19074.00.00.000, а именно, добавления класса опасности рабочей среды – 2 ГОСТ 12.1.007-76, группы аппарата 1 ГОСТ 34347-2017, у сторон имелся спор о классе опасности рабочей среды, либо группе сосудов, иного материалы дела не содержат (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

ООО «Прокси», являясь профессиональным участником рынка оказания услуг в исследуемой сфере, мог в соответствии с п. 3.1.6 ГОСТ 34347-2017 по давлению и характеру рабочей среды определить, что товар относится к 1 группе сосудов.

В связи с чем, основания для применения положений статьи 405 ГК РФ у суда первой инстанции отсутствовали.

В силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить размер неустойки.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (п.п. 1 и 2 ст. 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», далее – Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7).

Согласно пункту 70 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7, по смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом.

В силу пункта 73 названного Постановления бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (пункт 74).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. (пункт 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 №17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ) (абзац 1 пункта 75 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №37 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В соответствии с пунктом 77 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Применение статьи 333 ГК РФ является правом, а не обязанностью суда, разрешающего спор.

При решении вопроса о снижении неустойки суд учитывает конкретные фактические обстоятельства дела, принцип свободы договора, длительность неисполнения денежного обязательства, размер заявленной по иску неустойки.

Неустойка устанавливалась с целью стимулирования ответчика к недопущению нарушения сроков исполнения обязательства, и ответчик, заключая договор, знал о возможных неблагоприятных последствиях для него в случае нарушения принятого на себя обязательства.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

При этом, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции (определение Верховного Суда РФ от 16.11.2018 №307-ЭС18-7493 по делу №А56-1371/2017).

В силу пункта 76 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7 правила пункта 6 статьи 395 ГК РФ не применяются при уменьшении неустойки, установленной за нарушение неденежного обязательства, если иное не предусмотрено законом.

Рассмотрев ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки, учитывая конкретные обстоятельства дела, недоказанность наличия финансовых негативных последствий у истца в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по договору, в связи с превышением суммы неустойки над суммой возможных убытков у истца, непродолжительность срока нарушения обязательств (39 дней, при этом работы должны были быть выполнены в течение 203 дней), с учетом того, что результат работ фактически передан истцу, с учетом иных доводов ответчика, а также компенсационную природу неустойки, которая способствует обеспечению баланса интересов заинтересованных сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о несоразмерности начисленной неустойки последствиям допущенного нарушения ответчиком обязательства, снизив размер заявленной суммы неустойки до суммы 600 000 руб. 

Взысканная судом первой инстанции неустойка соразмерна последствиям нарушения обязательства с учетом вышеприведенных обстоятельств. 

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционный суд не усматривает.

Судом первой инстанции исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Нарушений, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции при рассмотрении дела не допущено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам оставлены за подателями жалоб, в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 26 февраля 2024 года по делу №А50-29405/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

С.В. Темерешева 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

М.С. Шаркевич