ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-7590/2019

г. Киров

13 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2020 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Горева Л.Н.,

судейПоляковой С.Г., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия в судебном заседании представителей сторон,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод»

на решение Арбитражного суда Республики Коми от 21.10.2019 по делу № А29-7590/2019

по иску  акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к ФИО3,

о взыскании убытков, 

установил:

акционерное общество «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» (далее - истец, АО «Сыктывкарский ЛВЗ», Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к ФИО3 (далее - ответчик, ФИО3) о  взыскании 10 896 202 руб. убытков, причиненных виновными действиями (бездействием) ответчика.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 21.10.2019 в удовлетворении исковых требований АО «Сыктывкарский ЛВЗ» отказано.

АО «Сыктывкарский ЛВЗ» с принятым решением суда не согласно, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит изменить решение Арбитражного суда Республики Коми от 21.10.2019 по делу № А29-7590/2019 полностью и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на ошибочность вывода суда первой инстанции об истечении срока исковой давности, полагает, что срок исковой давности начал течь со дня вынесения налоговым органом решения о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения - с 07.06.2016, а не с 11.02.2016 - с даты составления налоговым органом акта выездной налоговой проверки № 17-17/03. 

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу доводы заявителя отклонил, решение считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Полагает, что судом сделан правильный вывод о пропуске истцом срока исковой давности. Правовые основания для взыскания части заявленных требований в размере 9 096 838 руб. доначисленных истцу налогов отсутствуют, т.к. указанная сумма не является убытками. Междy уплатой истцом 1 547 243,98 руб. пени за нарушение срока уплаты налогов и 50 423,93 руб. штрафных санкций и действиями ответчика нет причинной связи. Налоговым органом сам факт приобретения товаров у ООО «Промышленные Технологии», ООО «ТехПромТорг» и рыночной характер цен на отдельную номенклатуру товаров не оспаривается.

В возражениях на отзыв истец позицию ответчика опроверг.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 15.01.2020 судебное разбирательство откладывалось на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 11 часов 20 минут 11.02.2020.

Распоряжением председателя Второго арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации и в связи с невозможностью (по причине нахождения в отпуске) дальнейшего участия судьи Малых Е.Г. в рассмотрении дела произведена замена его на судью Полякову С.Г. В силу положений пункта 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрение  дела произведено с самого начала.

Стороны явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, в период с 28.02.2011 по 24.02.2017 ФИО3 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) ОАО «Сыктывкарский ЛВЗ» (прежнее наименование АО «Сыктывкарский ЛВЗ»), что подтверждается Положением о единоличном исполнительном органе (генеральном директоре) АО «Сыктывкарский ЛВЗ»; Уставом ОАО «Сыктывкарский ЛВЗ» (в редакции от 06.07.2010); Решением единственного участника от 25.02.2011 об избрании генерального директора; Решением единственного участника от 12.02.2014 о продлении полномочий генерального директора; Приказом о вступлении в должность генерального директора ОАО «Сыктывкарский ЛВЗ» от 28.02.2011№ 23-ЛС; Приказом о продлении полномочий генерального директора от 17.02.2014 № 00023-ЛС; Трудовым договором с генеральным директором ОАО «Сыктывкарский ЛВЗ» от 26.02.2011; Приказом о прекращении трудового договора с работником от 24.02.2017 №00031-ЛС.

Как указывает истец в исковом заявлении, 24.02.2017 Обществом был расторгнут трудовой договор с ответчиком. Общество полагает, что имеются обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности и (или) неразумности действий ФИО3, повлекшие неблагоприятные последствия для Общества, в обоснование чего истцом указано следующее.

Инспекцией Федеральной налоговой службы по городу Сыктывкару (далее - Инспекция) проведена выездная налоговая проверка АО «Сыктывкарский ЛВЗ» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) в бюджет налогов и сборов за период с 01.01.2011 по 31.12.2013, по налогу на доходы физических лиц за период с 27.12.2011 по 30.11.2014.

По результатам проверки составлен акт выездной налоговой проверки от 11.02.2016 № 17-17/03, вынесено решение от 07.06.2016 № 17-17/03 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому истцу доначислено к уплате 10 946 625 руб. 58 коп., в том числе: 9 096 838 руб. налоговых санкций на основании пункта 1 статьи 122 и статьи 123 Налогового кодекса Российской Федерации.

Решением Управления налоговой службы по Республике Коми от 18.08.2016 № 177-А решение Инспекции от 07.06.2016 № 17-17/03 отменено в части доначисления налоговых санкций, их размер дополнительно уменьшен до 50 423 руб. 93 коп. на основании статей 112, 114 Налогового кодекса Российской Федерации.

Общество, не согласившись с решением Инспекции в редакции решения Управления, обжаловало его в судебном порядке.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 02.06.2017 по делу № А29-10850/2016 в удовлетворении заявления АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» о признании недействительным решения Инспекции федеральной налоговой службы по г.Сыктывкару (далее - Инспекция) от 07.06.2016 г. № 17-17/03 в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Республике Коми (далее - Управление) от 18.08.2016 г. № 177-А отказано. Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции от 12.12.2017 и постановлением арбитражного суда кассационной инстанции от 05.04.2018 по делу № А29-10850/2016 решение Арбитражного суда Республики Коми от 02.06.2017 оставлено без изменения.

Как указывает истец, 18.08.2016 взысканная сумма в полном объеме перечислена Обществом в бюджет.

В силу п. 14.1 Устава Общества, единоличным исполнительным органом Общества, осуществляющим текущее руководство Обществом, является генеральный директор.  В период с 2011 по 2017 годы генеральным директором Общества являлся ФИО3

Истцом указывается в исковом заявлении, что в решении ИФНС от 07.06.2016 года № 17-17/03 указано, что при заключении хозяйственных договоров с контрагентами Общество не проявило должную осторожность и осмотрительность при выборе контрагентов; составление документов в целях подтверждения финансово-хозяйственных взаимоотношений между Обществом и контрагентами было формальным. Проведенные налоговым органом экспертизы показали, что в первичной бухгалтерской документации подписи руководителей Поставщиков поддельные, в связи с чем товаросопроводительные документы содержат недостоверные сведения и не могут быть приняты ИФНС для предоставления вычета по НДС. Фактически контрагенты не имели возможности выполнить и не выполняли условия договоров поставки ввиду отсутствия необходимого имущества и трудовых ресурсов. Данные организации не покупали спорный товар, поскольку он непосредственно поставлялся (передавался) от производителя Истцу, и других хозяйственных операций в составе рассматриваемого движения товара не присутствовало. Фирмы-«однодневки» не осуществляли поставки стеклобутылки и гофротары другим хозяйствующим субъектам, работали исключительно с истцом. Как было установлено налоговым органом, Общество в 2011-2013 года путем завышения цены (по ценам, значительно выше рыночных - на 50-70%) приобрело товарно-материальные ценности (гофротара, стеклобутылка) у некоторых контрагентов Общества.

При рассмотрении судом дела № А29-10850/2016 Инспекцией были представлены в материалы дела сведения, содержащие данные о ценах поставки гофротары, стеклобутылки на склад Общества от всех поставщиков за 2011-2013 годы, отпускные цены некоторых поставщиков истца не соответствовали рыночным ценам. Инспекцией была получена и приобщена к материалам указанного дела информация от других заводов - изготовителей алкогольной продукции о закупочных ценах на картонную тару. Кроме того, Инспекцией было установлено, что хозяйственные договоры заключались с организациями, которым присвоены определенные критерии в федеральном информационном ресурсе «Риски», руководители данных организаций фактического участия в деятельности данных организаций не принимали, находясь на общем режиме налогообложения и являясь налогоплательщиками НДС, фактически ни одна из организаций со спорных операций в бюджет налог не уплатила. Также было доказано, что первичные документы содержат недостоверные сведения о лицах, их подписавших, а движение средств на расчетных счетах организаций носит транзитный характер, при этом отсутствуют операции, свидетельствующие о ведении данными организациями хозяйственной деятельности.

На основании изложенного, Общество полагает, что наличие указанной выше совокупности условий подтверждает противоправность действий ФИО3

По условиям Устава и трудового договора ФИО3 обязан был осуществлять права и исполнять обязанности генерального директора Общества, в том числе самостоятельно осуществлять административно-распорядительную работу по управлению производственно хозяйственной, финансовой, коммерческой и иной деятельностью Общества, осуществлять права и исполнять обязанности в отношении Общества добросовестно и разумно.

В соответствии с п. 5 трудового договора генеральный директор несет ответственность перед Обществом за убытки, причиненные Обществу его виновными действиями (бездействием).

Истец указывает, что ФИО3, являясь генеральным директором Общества, при заключении договоров от имени Общества с контрагентами должен был действовать разумно и осмотрительно и прилагать все усилия для защиты интересов Общества. 

Как было установлено судом при рассмотрении дела № А29-10850/2016 Общество, генеральным директором которого являлся ФИО3, при заключении договоров с контрагентами не проверило деловую репутацию этих организаций, их нахождение по заявленному адресу, их способности к реальному исполнению заключенных договоров, наличие материальных и трудовых ресурсов. Таким образом, как утверждает истец, ФИО3 не проявил требуемого уровня разумной заботливости при выборе контрагента, заключив с ними хозяйственные договоры, что привело к возникновению у Общества убытков, вызванных доначислением налоговым органом сумм по налогу на прибыль, налогу на добавленную стоимость, пени и штрафов.

Полагая, что указанными действиями ФИО3 причинил Обществу убытки в заявленной сумме, Общество, руководствуясь статьями 15, 53, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьями 69, 71 Федерального закона  от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», Постановлением Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»,  обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с настоящим исковым заявлением.

Отказ в удовлетворении исковых требований послужил основанием для принесения апелляционной жалобы.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В суде первой инстанции ответчик указывал на истечение срока исковой давности по заявленным истцом требованиям.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при обращении в суд с исковым заявлением (05.06.2019) Обществом пропущен срок исковой давности, который, по мнению суда первой инстанции, начал течь с 11.02.2016 (с даты составления акта выездной налоговой проверки № 17-17/03, в котором зафиксированы правонарушения, явившиеся основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением).

Суд апелляционной инстанции находит позицию суда первой инстанции ошибочной в силу следующего.

В соответствии со статьей 100 Налогового кодекса Российской Федерации по результатам выездной налоговой проверки уполномоченными должностными лицами налоговых органов должен быть составлен в установленной форме акт налоговой проверки. Лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представитель), в случае несогласия с фактами, изложенными в акте налоговой проверки, а также с выводами и предложениями проверяющих в течение одного месяца со дня получения акта налоговой проверки вправе представить в соответствующий налоговый орган письменные возражения по указанному акту в целом или по его отдельным положениям.

Так, акт выездной налоговой проверки № 17-17/03 составлен  11.02.2016, получен представителем Общества 18.02.2016.

Обществом в адрес Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Сыктывкару были направлены возражения, по результатам рассмотрения которых 07.06.2016 Инспекцией Федеральной налоговой службой по г. Сыктывкару вынесено решение о привлечении АО «Сыктывкарский ЛВЗ» к ответственности за совершение налогового правонарушения, которое вступило в законную силу после обжалования в апелляционном порядке в вышестоящий налоговый орган - Управление Федеральной налоговой службы по Республике Коми, 18.08.2016.

Учитывая наличие возражений со стороны Общества по акту выездной налоговой проверки № 17-17/03 от 11.02.2016, суд апелляционной инстанции полагает, что в рассматриваемом случае срок исковой давности начал течь именно со дня вынесения налоговым органом решения о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения - с 07.06.2016.

Принимая во внимание, что Общество обратилось с исковыми требованиями к ответчику 05.06.2019, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что срок исковой давности Обществом пропущен не был, исковые требования подлежат рассмотрению по существу.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно пунктам 1,2 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ, Закон об АО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченное лицо употребило свое право исключительно во зло другому лицу (пункт 3 статьи 10 ГК РФ).

Из правового анализа вышеперечисленных норм следует, что применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", далее - постановление N 62).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6 постановления N 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях (подпункт 5 пункта 2 постановления N 62).

Ответчик указывает на то, что из протоколов допроса ФИО4, проведенного Следственным управлением Следственного комитета РФ по РК, следует, что с целью ежемесячной передачи денежных средств третьим лицам ФИО5 и бывший руководитель Общества ФИО4 договорились, что Общество будет работать с фирмами ФИО5 и увеличат стоимость поставляемых им комплектующих к алкогольной продукции (стеклобутылки и колпачки). В последующем при трудоустройстве ФИО3, была договоренность о том, что контролировать сделки на поставку комплектующих будет ФИО4 ФИО3 слушал ФИО4, выполняя его указания и не препятствовал ему. Приговором Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 11 февраля 2019 г. по делу № 1-58/2019 ФИО4 признан виновным в хищении у истца 52 500 000 рублей путем завышения цены сделок с подконтрольными ФИО6 организациями. Ответчику обвинения не предъявлялись, в связи с чем, по мнению ФИО3, оснований для взыскания с ответчика убытков не имеется. Само по себе подписание договоров, которые носят рамочный характер, не означает причинение вреда истцу. По данным бухгалтерской отчетности истца за 2011-2013 годах выручка истца без учета НДС составила 2 884 252 000 (879 957 000+1 010 595 000+993 700 000) рублей, что в десятки раз превышает совокупный размер операций со спорными контрагентами. При таких обстоятельствах, оснований для вывода о проявлении ответчиком недобросовестности, повлекшей заключение сделок со спорными контрагентами, не имеется. Кроме того, из решения Инспекции усматривается, что договор между истцом и ООО «Индустрия СТ» заключен 17.07.2010, т.е. до вступления ответчика в должность генерального директора.

В постановлении N 62 указано, что бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора возложено на истца (юридическое лицо и (или) его учредителя (участника), требующего взыскания убытков). В свою очередь, генеральный директор вправе представлять доказательства добросовестности и разумности своих действий.

Таким образом, заявляя требование о взыскании убытков с ФИО3 истец должен доказать, что ответчик, исполнявший полномочия руководителя при заключении договоров с контрагентами ООО «Индустрия СТ», ООО «ТехПромТорг», ООО «Промышленные технологии» действовал недобросовестно, не проявляя должной осмотрительности при заключении сделок.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на акт выездной налоговой проверки от 11.02.2016 № 17-17/03, по результатом которой вынесено решение от 07.06.2016 № 17-17/03 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Так, Инспекцией федеральной налоговой службы по городу Сыктывкару (далее - Инспекция) в рамках выездной налоговой проверки Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) в бюджет налогов и сборов за период с 01.01.2011 г. по 31.12.2013 г., по налогу на доходы физических лиц за период с 27.12.2011 г. по 30.11.2014 г. проведен сравнительный анализ цен, в рамках которого Инспекция установила, что цены приобретаемой стеклобутылки и тароупаковки значительно выше рыночных (на 50-70%), Общество имело возможность заключать договоры на поставку стеклобутылки и тароупаковки в 2011-2013 года на более выгодных условиях, отношения Общества с поставщиками стеклобутылки и тароупаковки не обусловлены разумными экономическими целями.

Кроме того, Общество не проявило должную осторожность и осмотрительность при выборе контрагентов. Составление документов в целях подтверждения финансово-хозяйственных взаимоотношений между Обществом и контрагентами было формальным. Инспекцией установлено, что хозяйственные договоры заключались с организациями, которым присвоены определенные критерии в федеральном информационном ресурсе «Риски», руководители данных организаций фактического участия в деятельности данных организаций не принимали, находясь на общем режиме налогообложения и являясь налогоплательщиками НДС, фактически ни одна из организаций в бюджет со спорных операций налог не уплатила.

Также было доказано, что первичные документы содержат недостоверные сведения о лицах их подписавших, а движение средств на расчетных счетах организаций носит транзитный характер, при этом отсутствуют операции, свидетельствующие о ведении данными организациями хозяйственной деятельности. Данные обстоятельства отражены в Решениях Инспекции № 17-17/03 от 07.06.2019 и № 177-А от 18.08.2016.

Подтверждением недобросовестности и (или) неразумности действий ответчика в отношении закупки стеклобутылки, по мнению истца, являются факты, указанные в Приговоре Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 11.02.2018 года о привлечении к уголовной ответственности по части 4 статьи 159 УК РФ ФИО4 занимавшего должность генерального директора Общества в период с 29.07.2008 по 25.02.2011.

В соответствии с Приговором суда ФИО4 в вышеуказанный период времени заключал договоры на поставку продукции для нужд Общества по заведомо завышенным ценам, а после перечисления Обществом в адрес поставщиков денежных средств представителями поставщиков часть денежных средств, составляющих разницу между завышенной ценой и реальной ценой продукции передавались ФИО4

Приговором суда установлено, что при содействии ФИО4 на должность генерального директора Общества назначен ФИО3 При этом, вышеназванные лица достигли договоренности о том, что обязательным условием назначения ФИО3 на должность генерального директора Общества будет являться продолжение непосредственного участия ФИО4 в решении основных финансовых вопросов деятельности Общества, в том числе по взаимоотношениям с контрагентами Общества. Далее, ФИО4 озвучил ответчику требование о продолжении договорных отношений с основным контрагентом ФИО5 и с организациями, которые ФИО5 будет представлять в будущем на предложенных организациями условиях, при этом предполагалось, что стоимость поставляемой продукции по договорам будет искусственно завышена (страницы 5, 6 Приговора суда).

Подтверждением недобросовестности и (или) неразумности действий ответчика в отношении закупки тары картонной, по мнению истца, являются Решения Инспекции № 17-17/03 от 07.06.2019 и № 177-А от 18.08.2016 года, судебные акты по делу № А29-10850/2016).

Согласно Постановлению арбитражного суда кассационной инстанции от 05.04,2018 года Общество под руководством Ответчика при выборе контрагентов: ООО «ТехПромТорг» и ООО «Промышленные технологии» не проявило должную осмотрительность, а именно у названных поставщиков отсутствуют трудовые и материальные ресурсы для исполнения заключенных договоров на изготовление и поставку картона гофрированного. Директора контрагентов являются номинальными, согласно почерковедческой экспертизе подписи от имени одного из руководителей выполнены другим лицом (лицами). Движение денежных средств по расчетным счетам данных поставщиков носили транзитный характер, перечислялись на счета фирм «однодневок», подконтрольных одному лицу (группе лиц), часть денежных средств перечислялась в адрес завода изготовителя картона. Фактически полученный Обществом товар (картонная тара) изготовлен и поставлен в адрес Общества ОАО «Тароупаковка» - заводом изготовителем, минуя посредников у которых наценка на товар составила от 50 до 70 процентов (страница 5 Постановления арбитражного суда кассационной инстанции от 05.04.2018 года).

Вышеизложенные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий ФИО3, повлекшие неблагоприятные последствия для Общества.

Пунктом 4 названного постановления N 62 предусмотрена возможность взыскания с директора убытков, понесенных юридическим лицом в случае его привлечения к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и иной).

Неразумность действий директора считается доказанной, в том числе, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подпункт 2 пункта 3 постановления N 62).

В абзаце 3 пунтка 12 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с позицией ответчика о том, что в данном случае недоимка не является убытками Общества и при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей ответственность должен нести хозяйствующий субъект, без отнесения вины на единоличный исполнительный орган Общества.

Действия Общества в лице единоличного исполнительного органа, приведшие к необоснованному уменьшению своих налоговых обязательств путем перенесения налогового бремени на организации, не осуществляющие реальной финансово-хозяйственной деятельности, через составление фиктивных договоров, повлекли в итоге к доначислению косвенного налога, плательщиком которого является конечный потребитель.

Ответчик, будучи руководителем Общества, должен был понимать, что полученная Обществом налоговая выгода является необоснованной. В результате недобросовестных действий ответчика, осуществлявшего полномочия исполнительного органа, бюджет Российской Федерации понес убытки, что подтверждается решением ИФНС о привлечении организации к налоговой ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23, пунктом 1 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) на налогоплательщика при наличии в налоговом периоде соответствующих объектов налогообложения возложена обязанность по уплате налогов (сборов).

Получение вычета по налогу на добавленную стоимость осуществляется посредством определенной процедуры, установленной главой 21 НК РФ, является правом налогоплательщика, которое должно быть заявлено в налоговой декларации.

В силу положений норм статей 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 данного Кодекса.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Постановлении от 20.02.2001 N 3-П, а также в определениях от 25.07.2001 N 138-О, от 08.04.2004 N 168-О и N 169-О, право на возмещение налога на добавленную стоимость из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды").

В рамках рассмотрения настоящего спора ФИО3 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что, исходя из условий заключения и исполнения договоров, он не мог знать о том, что соответствующие сделки заключаются от имени организаций, не осуществляющих реальной предпринимательской деятельности и не исполняющих, как установлено налоговым органом, налоговых обязанностей.

Доказательством должной осмотрительности и осторожности служит не только представление стандартного перечня документов, но и обоснование мотивов выбора контрагента и пояснение обстоятельств заключения и исполнения договора с контрагентом, при чем последние обстоятельства должны в равной степени устанавливаться в целях установления факта реальности хозяйственной операции (Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09).

Обоснование выбора в качестве контрагентов, а также доказательства фактических обстоятельств заключения и исполнения спорных договоров имеют существенное значение для установления факта реальности исполнения договора именно заявленными контрагентами.

Доказательств ведения деловых переговоров, принятия мер по установлению и проверке деловой репутации контрагентов, полномочий должностных лиц, участвовавших в сделках при совершении Обществом спорных хозяйственных операций, а также установления факта наличия оборудования и обладания квалифицированным персоналом ФИО3 в ходе налоговой проверки не представлено.

Установленные проверкой обстоятельства деятельности налогоплательщика и его контрагентов, не позволяют сделать вывод о проявлении ФИО3 должной степени осмотрительности при заключении сделок с вышеуказанными контрагентами.

Как уже было отмечено выше, условиями делового оборота при выборе контрагента субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но также деловая репутация и платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) (Постановление Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 N 15658/2009).

Неблагоприятные последствия недостаточной осмотрительности при осуществлении предпринимательской деятельности возлагаются на лицо, заключившее такие сделки. В случае же недобросовестности контрагентов покупатель (заказчик) несет определенный риск по исполнению гражданско-правовых договоров.

Доказательств, подтверждающих надлежащую осмотрительность и осторожность со стороны ответчика при выборе контрагентов, не представлено.

Таким образом, ответчик, обладая знаниями о характере и специфике оказываемых услуг, выполняемых работ, заключил договоры с организациями, не имеющими деловой репутации и необходимого профессионального опыта.

При рассмотрении настоящего дела ответчик также не представил документального опровержения обстоятельств, изложенных в решении выездной налоговой проверки от 07.06.2016 № 17-17/03.

В подпункте 5 пункта 2 постановления N 62 определено, что недобросовестность действий директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Исходя из положений пункта 5 статьи 10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, имея в виду, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

По результатам анализа всех документов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт привлечения Общества к налоговой ответственности находится в причинно-следственной связи между действиями ответчика, в связи с чем, требование о взыскании убытков в виде налоговой недоимки и связанные с ним требования о взыскании пени и штрафов подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика о том, что начисленные налоговым органом пени и штраф не могут быть взысканы в качестве убытков для Общества, подлежат отклонению, поскольку в случае выбора надежных контрагентов и подтверждения налоговым органом права на заявленные Обществом вычеты по НДС, Общество не понесло бы дополнительное налоговое бремя.

С учетом изложенного, с ФИО3 подлежат взысканию убытки размере 10 896 202 руб.

При совокупности вышеизложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что исковые требования заявлены Обществом правомерно и подлежат удовлетворению, апелляционная жалоба истца является обоснованной, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт (пункт 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Государственная пошлина по иску и по апелляционной жалобе истцом уплачена в федеральный бюджет в полном объеме,  что подтверждается платежными поручениями №2490 от 03.06.2019 (т.1 л.д.11) и №3463 от 19.11.2019.  Принимая во внимание, что апелляционная жалоба истца является обоснованной, исковые требования Общества удовлетворены полностью, с ответчика в пользу истца следует взыскать расходы по уплате государственной пошлины по иску и по апелляционной жалобе в полном объеме.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционную жалобу акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» удовлетворить.

Решение Арбитражного суда Республики Коми от 21.10.2019 по делу № А29-7590/2019 отменить полностью и принять по делу новый судебный акт. Резолютивную часть решения изложить в следующей редакции.

Исковые требования акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) удовлетворить. Взыскать с ФИО3 в пользу акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 10 896 202 рублей убытков, 77 481 рубль в возмещение судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску и 3000 рублей в возмещение судебных расходов на уплату государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Арбитражному суду Республики Коми выдать исполнительный лист. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Л.Н. Горев

С.Г. Полякова

ФИО1