Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-25305/2017

г. Владивосток

31 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 октября 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.С. Шевченко,

судей С.Б. Култышева, С.М. Синицыной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу 

ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-7475/2018 

на решение от 10.08.2018

судьи О.Л. Заяшниковой 

по делу № А51-25305/2017 Арбитражного суда Приморского края 

по иску ФИО2 

к обществу с ограниченной ответственностью «Буше» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

индивидуальному предпринимателю ФИО3 

(253604337560, ОГРНИП 315253600002220), 

третьи лица: ФИО4, ФИО5,

о признании недействительным договора аренды № 2 от 18.01.2017, 

применении последствий недействительности сделки, 

при участии:

от истца: ФИО6, по доверенности от 14.03.2017 сроком действия на 3 года, паспорт;

от ООО «Буше»: ФИО7, по доверенности от 20.11.2017 сроком действия на 1 год, паспорт.

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратился в суд с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «БУШЕ» (далее – ООО «БУШЕ», Общество) и индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, предприниматель) о признании недействительным договора аренды № 2 от 18.01.2017 и применении последствий недействительности сделки.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 10.08.2018  в удовлетворении исковых требований отказано.

 Не согласившись с вынесенным решением, истец обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.  В обоснование своей позиции апеллянт указывает на ошибочность вывода суда первой инстанции об отсутствии у истца права на оспаривание сделки. Полагает, что ввиду отклонения его ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы он был лишен возможности доказывания имеющих значение для дела обстоятельств. Считает несоответствующим фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам выводы суда первой инстанции о злоупотреблении правом со стороны ФИО2 

Представитель истца в судебном заседании  поддержал доводы апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела. Решение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе. 

Представитель ООО «Буше» на доводы апелляционной жалобы возражал. Решение Арбитражного суда Приморского края считает законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что общество с ограниченной ответственностью «БУШЕ» зарегистрировано в едином государственном реестре юридических лиц 12.08.1992. 

Участниками Общества являются: ФИО2 – с долей 38.8888% уставного капитала, ФИО4 – с долей 38.8888% уставного капитала, ФИО5 – с долей 22.2221% уставного капитала.

 16.05.2016 решением общего собрания общества оформленного протоколом № 2016 генеральным директором общества назначен ФИО8

 18.01.2017 между ООО «БУШЕ», в лице директора ФИО8, (арендодатель) и ИП ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения № 2 по условиям которого арендодатель сдает, а арендатор принимает во временное владение и пользование помещения торговой площадью 6627, 1 кв.м., расположенные на земельном участке по адресу: 

<

...>, в целях размещения объекта торговли непродовольственными товарами, а также использования в качестве складских помещений. Помещения передаются арендатору на основании акта приема-передачи (приложение №1).

 Пунктом 3.1 договора установлено, что арендатор оплачивает арендную плату в размере 2 000 000 рублей ежемесячно не позднее 15 числа месяца, следующего за оплачиваемым месяцем. Оплата арендной платы производится по безналичному расчету путем перечисления денежных средств на расчетный счет арендодателя. Арендная плата включает в себя коммунальные платежи, в том числе платежи за электроснабжение, теплоснабжение, водоснабжение. 

01.02.2017 по акту приема – передачи вышеуказанные помещения переданы ответчику. 

Ссылаясь на пункты 15 – 18 статьи 13.3 Устава истец полагает, что договор аренды нежилого помещения № 2 от 18.01.2017 может быть заключен только по решению общего собрания участников общества как сделка аренды имущества общества. 

Истец, полагая, что Общество передало помещения в аренду по заведомо заниженной цене, обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу ее признания таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

 В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи (как указано в статье - это сделки, посягающие на публичные интересы) или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (часть 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173,1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности. 

В соответствии со статьей 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, положения статьи 65.2 ГК РФ, предоставляющие истцу как участнику общества право на обжалование сделок по статье 174 ГК РФ, не освобождают его от обязанности доказать свой материально-правовой интерес в удовлетворении заявленного иска, представить доказательства того, что спорной сделкой нарушены его корпоративные права и законные интересы. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях. 

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление ВС РФ № 25) по общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником, по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга либо совместно. 

Третьи лица, полагающиеся на данные Единого государственного реестра юридических лиц о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из неограниченности этих полномочий (абзац второй пункта 2 статьи 51 и пункт 1 статьи 174 ГК РФ).

 Положения учредительного документа, определяющие условия осуществления полномочий лиц, выступающих от имени юридического лица, не могут влиять на права третьих лиц и служить основанием для признания сделки, совершенной с нарушением этих положений, недействительной, за исключением случая, когда будет доказано, что другая сторона сделки в момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать об установленных учредительным документом ограничениях полномочий на ее совершение (пункт 1 статьи 174 ГК РФ). 

Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 ГК РФ). 

По смыслу статьей 51 и 53 ГК РФ неясности и противоречия в положениях учредительных документов юридического лица об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа толкуются в пользу отсутствия таких ограничений. 

В соответствии с подпунктом 17 пункта 13.3 устава общества к компетенции общего собрания участников общества относится принятие решения о совершении сделки или взаимосвязанных сделок всех видов, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущественных прав (в том числе аренда, субаренда, уступка прав и/или обязанностей, внесение в качестве вклада в уставной капитал других юридических лиц и иных). 

Сделка, требующая решения общего собрания участников общества, не может быть совершена директором до принятия соответствующего решения (абзац двадцать первый пункта 13.3 устава общества). 

Оценивая наличие оснований для признания спорного договора аренды недействительным по пункту 1 статьи 174 ГК РФ, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о непредставлении ФИО2 доказательств того, что, заключая спорный договор аренды, ФИО3 знал и должен был знать об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа общества.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения, обязано доказать, в том числе нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

 В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица. 

В пункте 93 постановления ВС РФ № 25 разъяснено, в частности, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

Таким образом, истец обязан доказать, в том числе нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. 

В пункте 3 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что учредители (участники) общества вправе заключить договор об осуществлении прав участников общества, по которому они обязуются осуществлять определенным образом свои права и (или) воздерживаться (отказываться) от осуществления указанных прав, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласовывать вариант голосования с другими участниками, продавать долю или часть доли по определенной данным договором цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться (отказываться) от отчуждения доли или части доли до наступления определенных обстоятельств, а также осуществлять согласованно иные действия, связанные с управлением обществом, с созданием, деятельностью, реорганизацией и ликвидацией общества. Такой договор заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами. 

25.07.2017 между участниками общества заключен корпоративный договор, в соответствии с которым ФИО2 отказался от получения распределенной прибыли пропорционально его доле в уставном капитале общества в пользу двух других участников общества взамен ежемесячной фиксированной выплаты в размере 5 000 000 руб. 

Согласно пункту 5 корпоративного договора от 25.07.2017 результаты финансово-хозяйственной деятельности общества не влияют на размер ежемесячной выплаты. 

На основании изложенного, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том,  что заключение оспариваемого договора не причинило убытков ФИО2, поскольку полагающиеся ему в соответствии с корпоративным договором от 25.07.2017 выплаты не поставлены в зависимость от результатов финансово-хозяйственной деятельности общества и определены в фиксированной ежемесячной сумме. При этом иные участники общества (ФИО4 и ФИО5), рассчитывающие на получение прибыли от финансово-хозяйственной деятельности общества, возражений относительно спорного договора не заявляли. 

Наличие между сторонами спорного договора аренды сговора либо иных совместных действий в ущерб интересам общества или ФИО2 судебная коллегия не усматривает, что также не следует и из представленных в материалы дела доказательств.

Судом из представленных в материалы дела договоров аренды аналогичных нежилых помещений, принадлежащих ФИО2, установлено, что последний сдавал в аренду помещения по ценам ниже, чем в оспариваемом им договоре. 

Кроме того, единогласным решением общего собрания участников общества (в том числе ФИО2), оформленным протоколом от 23.03.2018, прибыль общества «Буше» за 2017 год распределена в соответствии с условиями корпоративного договора от 25.07.2017, то есть между двумя участниками общества – ФИО4 и Ковальчуком И.Н. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

 В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

С учетом изложенного, суд первой инстанций пришел к выводу, что поведение ФИО2 по оспариванию договора аренды после заключения корпоративного договора не соответствует поведению, ожидаемому от любого участника гражданского оборота, учитывающему права и законные интересы другой стороны, следовательно, является недобросовестным.

Таким образом, при отсутствии оснований, предусмотренных в статье 174 ГК РФ для признания спорной сделки недействительной, основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

В рамках рассматриваемого спора по правилам корпоративного законодательства истец обязан доказать причинение убытков именно обществу или его участникам, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них от совершения спорной сделки, однако, при установленных обстоятельствах и наличии корпоративного договора таких доказательств не представлено. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы сводятся, по сути,  к несогласию с отказом суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении в рамках настоящего дела судебной экспертизы, которое в данном конкретном случае правомерно отклонено судом первой инстанции. Отклоняя заявленное  ФИО2 ходатайство о назначении судебной экспертизы, суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия необходимости разрешения вопросов, требующих специальных знаний, установив наличие доказательств, позволяющих рассмотреть спор по существу, и их достаточность, в том числе, заключение Корпоративного договора от 25.07.2017. Доказательств нарушения прав истца в материалы дела представлено не было.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения, не опровергают выводы суда первой инстанции, ввиду чего, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

 В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 10.08.2018  по делу №А51-25305/2017  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

А.С. Шевченко

Судьи

С.Б. Култышев

С.М. Синицына