Арбитражный суд Волгоградской области

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград                                                                                            Дело № А12-1840/2022

«29» апреля 2022 года 

Резолютивная часть объявлена 27 апреля 2022 года

Полный текст решения изготовлен 29 апреля 2022 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Бритвина Д.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гавриловой И.Л., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Випойл-Гиперцентр» (404105, 

<

...>, офис 2А.01.09, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 07.04.2004, ИНН: 

<

***>) к Управлению Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (ИНН  

<

***> ОГРН  

<

***>, 400005, 

<

...>), инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области (404130, пр. Ленина, 46, г. Волжский, Волгоградской области, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> КПП 343501001) об оспаривании ненормативных актов

при участии в заседании: 

от заявителя: ФИО1 – по доверенности от 21.02.2022, без номера, ФИО2 – по доверенности от 01.01.2022, №62, ФИО3 – по доверенности от 01.01.2022, №21, после перерыва – те же; 

от Инспекции: ФИО4 - по доверенности от 10.01.2022, №25; ФИО5, по доверенности от 10.01.2022 № 10, после перерыва – ФИО5;

от УФНС – ФИО5 от 10.01.2022 № 18, после перерыва – ФИО5     

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Випойл-Гиперцентр» (далее – ООО «Випойл-Гиперцентр», заявитель, общество, налогоплательщик)  обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области в рамках дел №№А12-1470/2022 и А12-1840/2022 с заявлениями о признании незаконными решения инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области (далее – ИФНС по г. Волжскому, налоговый орган, орган контроля, Инспекция) о привлечении к налоговой ответственности №2928 от 27.08.2021от 18.07.2019 № 994 и решения Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области №1173 от 06.12.2021 года.

Определением суда от 10 марта 2022 года дела №№А12-1470/2022 и А12-1840/2022 объединены в одно производство и делу присвоен общий номер № А12-1840/2022. 

Судом в судебном заседании 20.04.2022 года на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ ), в соответствии с ч.5 ст. 184 АПК РФ объявлен перерыв. 27.04.2022 судебное заседание продолжен в том же составе суда. 

В судебном заседании представители заявителя настаивали на удовлетворении заявленных требований. 

Представители ответчиков против удовлетворения заявления возражают, полагая, что оспариваемые решения налогового органа соответствуют положениям налогового законодательства.

Как следует из материалов дела, ИФНС по г. Волжскому  проведена камеральная налоговая проверка на основании уточненной налоговой декларации ООО «Випойл-Гиперцентр» по налогу на прибыль за 2019 год, представленной в налоговый орган 08.07.2020.

Инспекцией по результатам рассмотрения акта камеральной налоговой проверки от 22.10.2020 № 3074, 27 августа 2021 года вынесено решение № 2928 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного статьей 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее- НК РФ) в виде штрафа в размере 3 563 578 руб. 

Кроме того, этим же решением налогоплательщику доначислен налог на прибыль организаций в размере 8 908 945 руб., а также пени в размере 3 563 578 руб.

Основанием для начисления налога и пени послужили выводы Инспекции о неправомерном занижении Обществом налоговых обязательств по налогу на прибыль организаций, путем завышения внереализационных расходов, в связи с принятием налогоплательщиком к учету начисленных в 2019 году процентов по дополнительному соглашению от 09.01.2019 №18 к договору займа от 01.02.2008 № 7. 

Налоговый орган пришел к выводу о том, что договор займа, по сути является инвестиционным договором, а переданные по нему денежные средства – инвестициями, по которым не начисляются проценты и соответственно они не могут быть приняты к учету налогоплательщиком.  

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением, налогоплательщик обратился с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган – УФНС по Волгоградской области. 

Решением УФНС России по Волгоградской области от 06.12.2021 №1173  жалоба ООО «Випойл-Гиперцентр»  оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение Инспекции от 18.07.2019 № 994 и решение УФНС России по Волгоградской области от 06.12.2021 №1173  являются незаконными и нарушают права и законные интересы налогоплательщика, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующими заявлениями. 

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Как следует из материалов дела, между организацией GRATТIS IMPORT EXPORT CORPORAТION  как займодавцем и ООО «Випойл-Инвест» как заемщиком был заключен договор займа от 01.02.2008 № 7 (далее – договор займа), согласно условиями которого займодавец передал заемщику сумму займа в размере 3 000 000 долларов США, которые последний обязался вернуть не позднее 1 825 дней со дня поступления денежных средств вместе с процентами за пользование займом, исходя из расчета 10% годовых. 

Впоследствии по результатам заключения дополнительных соглашений к указанному договору в период с 2008 по 2019 год изменились сумма займа, валюта займа, дата возврата и процентная ставка. Кроме того, изменились стороны договора: ООО «Випойл-Инвест» прекратило свою деятельность 28 октября 2013 года путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Випойл-Гиперцентр», к которому в порядке универсального правопреемства перешли права и обязанности заемщика по договору займа, а GRATТIS IMPORT EXPORT CORPORAТION уступило свои права и обязанности займодавца по договору займа ФИО6 по дополнительному соглашению № 18 от 09.01.2019. 

Таким образом, с учетом всех заключенных дополнительных соглашений, договора цессии, правопреемства между ООО «Випойл-Инвест» и ООО «Випойл-Гиперцентр» договор займа № 7 от 01.02.2008 года с 09.01.2019 предполагает обязательство ООО «Випойл-Гиперцентр» уплатить ФИО6 до 10.06.2028 сумму займа 913 260 507,60 рублей, сумму процентов за пользование займом 93 867 449,73 руб., процентная ставка 7,8%.

При этом ФИО6 является участником ООО «Випойл-Гиперцентр» (доля участия 80%), являлся участником ООО «Випойл-Инвест» (доля участия 80%) и контролирующим лицом в отношении иностранной организации GRATТIS IMPORT EXPORT CORPORAТION. 

Как указывает налоговый орган, ФИО6 имел возможность влиять на условия и (или) результаты сделок между указанными организациями.

Также установлено, что сумма начисленных процентов по договору займа № 7 от 01.02.2008 за 2019 год составила 62 964 193,85 рубля. 

При этом сумма основного долга по договору заемщиком частично выплачивалась, проценты по займу не выплачивались. Начисление процентов, таким образом, привело к увеличению доли внереализационных расходов, и имело значительное влияние на финансовые результаты налогоплательщика. 

Кроме того, Инспекция указывает, что в период с 2006 по 2009 годы ООО «Випойл-Инвест» являлось убыточной организацией, равно как и ООО «Випойл-Гиперцентр» в момент заключения договора являлось убыточной организацией и в настоящий момент не имеет и не будет иметь возможности в установленный договором займа срок до 10.06.2028 исполнить обязательство по возврату займа и процентов, следовательно, договор займа и дополнительные соглашения к нему имели своей целью искажение объектов налогообложения и неправомерное снижение размера налоговых обязательств, в действительности опосредуют инвестиционные правоотношения – инвестиции участника в развитие предприятия.

Налоговый орган также ссылается, что ФИО6 (займодавец) являясь учредителем, обладал всей необходимой информацией о фактических обстоятельствах использования Обществом (заемщиком) заемных денежных средств, которые не позволяли, не позволяют и не позволят получить определенную договором займа (с учетом дополнительных соглашений) сумму экономических выгод не только в течение краткосрочного периода времени, но и в течении долгосрочного периода времени (договор займа датирован 2008 годом, а срок возврата займа отнесен на 30.06.2028).   

В этой связи, налоговый орган пришел к выводу о формальности заключения договора займа от 01.02.2008 № 7  и внесения в него дополнений, целью которых являлось увеличение расходов ООО «Випойл-Гиперцентр» для целей исчисления налога на прибыль организаций.  

На основании пункта 1 статьи 246 НК РФ Общество является плательщиком налога на прибыль.

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль признается прибыль, полученная налогоплательщиком. При этом прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 Кодекса в целях налогообложения налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленные в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Следовательно, расходами для целей обложения налогом на прибыль организаций признаются любые затраты, экономически оправданные и документально подтвержденные.

Согласно подпункту 2 пункту статьи 265 НК РФ, в состав внереализационных расходов, не связанных с производством и реализацией, включаются обоснованные затраты на осуществление деятельности, непосредственно не связанной с производством и (или) реализацией. К таким расходам относятся, в частности, расходы в виде процентов по долговым обязательствам любого вида.

В соответствии с пунктом 1 статьи 269 НК РФ под долговыми обязательствами понимаются кредиты, товарные и коммерческие кредиты, займы, банковские вклады, банковские счета или иные заимствования независимо от формы их оформления.

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов в целях налогообложения прибыли необходимо исходить из того, подтверждают ли документы, имеющиеся у налогоплательщика, произведенные им расходы. То есть, условием включения затрат в налоговые расходы является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы фактически произведены.

В силу правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление N 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Под налоговой выгодой для целей настоящего постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, применение более низкой налоговой ставки, а также права на возврат (зачет) или возмещения налога из бюджета.

Представленные налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с пунктами 3 и 4 постановления N 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Между тем, следует учитывать, что возможность достижения этого экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Как следует из материалов проверки, Общество в состав внереализационных расходов  отнесло проценты в размере 62 964 194 руб., начисленные по договору займа № 7 от 01.02.2008, между ФИО6 и ООО «Випойл-Гиперцентр»,  в редакции дополнительного соглашения № 18 от 09.01.2019. 

Согласно данного дополнительного соглашения, общий размер задолженности составляет 913 260 507,60 руб., процентная ставка 7,8%, срок возврата займа – 30.06.2028 года. 

Как следует из акта налоговой проверки № 3074 от 22.10.2020, после подписания договора займа заимодавец перечислил в валюте денежные средства по указанному договору в общей сумме 26 638 980, из них 26 498 980 перечислено в валюте доллар США и 140 000 в евро. 

Судом установлено, что погашение задолженности по данному договору займа в проверяемом периоде (2019 год)  произведено в размере 16 868 560 руб. (платежные поручения № 1431 от 29.07.2019, № 1595 от 21.08.2019, № 1755 от 14.09.2019). 

Также погашение задолженности по договору займа осуществлялось Обществом зачетом в порядке ст. 410 ГК РФ. 

В проверяемом периоде зачет осуществлен на сумму 140 589 199,41 руб. по соглашению о зачете встречных однородных требований от 13.06.2019, заключенному между ФИО6 и ООО «Випойл-Гиперцентр».

Таким образом, по состоянию на 31 декабря 2019 года сумма долга по займу составила 755 802 748,19 руб.

Согласно ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Как указано в ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворной может быть признана сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку.

В данном случае, орган контроля считает, что договор займа № 7 от 01.02.2008, между ФИО6 и ООО «Випойл-Гиперцентр», в редакции дополнительного соглашения № 18 от 09.01.2019, прикрывает договор инвестирования.

Согласно положений статьи первой Федерального закона от 25.02.1999 N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" инвестициями являются денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта; инвестиционная деятельность - вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.

Из положений пункта 1, 6 статьи 4 Федерального закона от 25.02.1999 N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" следует, что субъектами инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений являются инвесторы, заказчики, подрядчики, пользователи объектов капитальных вложений и другие лица.

Существенным условием инвестиционного договора является порядок, источники и сроки финансирования.

Иностранная валюта и валютные ценности могут быть предметом договора займа на территории Российской Федерации с соблюдением правил статей 140, 141 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также, в отличие от инвестиционной деятельности по договору займа, согласно п. 1 ст. 807, п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса РФ, лицо передает или обязуется передать в собственность другой стороне объекты гражданских прав, которые другая сторона обязуется ему возвратить в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Заимодавец в рамках договора займа не совершает практических действий по реализации инвестиций, не связанных с условиями договора.

Договор займа может трансформироваться в отношения в рамках инвестиционной деятельности, когда, например, проценты по займу поставлены в зависимость от наличия прибыли и ее размера (т.е. могут быть от 0 до любой суммы) или если в результате успешности реализации проекта заимодавец получит право собственности на часть создаваемого имущества, договор займа может приобрести инвестиционный характер. Однако договор займа, по которому условия о возврате займа, процентной ставке и сроках возврата процентов фиксированы, по которому заимодавец приобретает только обязательственные права требования к должнику и не становится собственником части вновь создаваемого инвестором имущества, не может быть квалифицирован в качестве инвестиционной деятельности. 

Таким образом, по смыслу законодательства об инвестиционной деятельности ситуация, когда одно лицо предоставляет другому денежные средства по договору займа и взамен приобретает только обязательственные права требования к должнику, не является инвестиционной деятельностью.

Суд отмечает, что договор займа № 7 от 01.02.2008 предусматривает фиксированную, а не зависящую от успешности деятельности Общества процентную ставку, займодавец по нему не имеет возможности получить право собственности на часть создаваемого имущества, а имеет лишь обязательственные права.

Таким образом, заключенный договор займа и дополнительные соглашения по своему содержанию соответствуют определению договора займа, данному в статье 807 ГК РФ.

Кроме того, по спорному договору займа заимодавец передал заемщику денежные средства на условиях срочности, платности и возвратности, конкретизированных в соответствующих разделах договора; условиями договора не предусмотрено ежемесячное погашение основного долга.  

Судом также учитывается, что заемщик использовал полученные заемные средства в соответствии с характером осуществляемой хозяйственной деятельности, связанной с деятельностью вновь созданного на тот момент объекта недвижимости – торгового центра «Волгамолл», по адресу: 

<

...> «а» (принадлежит ООО «Випойл-Гиперцентр», право собственности зарегистрировано 26.07.2013 свидетельство №34-АБ№149563 ), что подтвердили в судебном заседании представители заявителя и не оспаривал налоговый орган.    

Исходя из содержания договора займа, в редакции дополнительного соглашения от № 18 от 09.01.2019, срок исполнения обязательства по уплате основного долга не наступил, а полученные заемщиком по договору займа денежные средства образуют задолженность Общества и подлежат возврату в срок не позднее 30.06.2028.

Суд принимает во внимание, что налоговым органом не опровергнут факт отражения заявителем в отчетности задолженности по возврату займа по спорному договору,  сделки займа, имеют последовательный и долгосрочный характер, не являются разовыми или нетипичными для Общества.

В этой связи, суд приходит к выводу о реальной природе отношений в части предоставления заемных средств, их возврата. 

Суд отмечает, что сам по себе факт использования Обществом зачета, как способа исполнения обязательств по договору займа с ФИО6 (ст. 410 ГК РФ) не свидетельствует о злоупотреблении правом и получении необоснованной налоговой выгоды. Пунктом 5 Постановления N 53 ВАС РФ указано, что в случае наличия особых форм расчетов суд должен исследовать, обусловлены ли такие формы разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Проверяя доводы Инспекции, касающиеся формальности зачета встречных требований между Обществом и ФИО6, суд учитывает, что налогоплательщик в ходе проверки представил договор займа № 29-05/2018 от 29.05.2018 (сумма основного долга 1 117 000 рублей) между ООО «Випойл-Гиперцентр» и ФИО6; договор уступки прав требования № 13/1 от 13.06.2019 (9 256 184,55 рубля) между ООО «Випойл-Гиперцентр» и ФИО6; договор уступки прав требования № 13/2 от 13.06.2019 (9 256 184,55 рубля) между ООО «Випойл-Гиперцентр» и ФИО6; договор уступки прав требования б/н от 17.09.2013 (120 792 858,90 рублей) между ООО «Випойл-Гиперцентр» и ФИО6, акты приема –передачи, а также соглашение о зачете однородных требований от 13.06.2019 между ООО «Випойл-Гиперцентр» и ФИО6; на сумму 140 689 955,36 руб.    

Из анализа указанных договоров следует, что права требования, переданные по ним, возникли у ООО «Випойл-Инвест» (с последующим правопреемством ООО «Випойл-Гиперцентр») в связи с выходом ООО «Випойл-Инвест» из состава участников ООО «Райгород» и приобретением самим Обществом доли вышедшего участника – у ООО «Райгород». В этой связи, образовалась задолженность перед ООО «Випойл-Инвест» в размере действительной стоимости доли. Впоследствии ООО «Випойл-Гиперцентр» заключило договоры уступки данного права требования с ФИО7, Средним А.В., ФИО6, которые обязались уплатить обществу соответствующую цену перешедших к ним прав. 

Таким образом, ФИО6 по договору уступки прав требования б/н от 17.09.2013 обязался уплатить ООО «Випойл-Гиперцентр» 120 792 858,90 рублей, впоследствии зачтенные против требования по спорному договору займа. 

Требования к Среднему А.В., ФИО7 ООО «Випойл-Гиперцентр» также уступило ФИО6 с последующим зачетом его задолженности против требования по спорному договору займа.

Вопреки доводам налогового органа, судом не установлено оснований, указывающих на формальность зачета встречных однородных требований, при том, что сам договор о зачете встречных требований, равно как и договора займа, уступки прав требований не имеют отношения к налоговым обязательствам Общества в рамках рассматриваемой налоговой проверки и не приводят к каким-либо налоговым последствиям для Общества.  

Как установлено судом, заключение указанных Договоров цессии обусловлены разумными экономическими причинами (деловыми целями), обратного материалы дела не содержат.

Ссылаясь на факт взаимозависимости, Инспекция не поясняет, каким образом данное обстоятельство влияет на финансово-хозяйственные отношения Общества применительно к предмету настоящего спора, тогда как данное обстоятельство не опровергает факт хозяйственных отношений, перечисления денежных средств и их частичный возврат.

Более того, как указывает сам налоговый орган в акте проверки № 3074 от 22.10.2020, ООО «Випойл-Гиперцентр»  с 2009 по 2018 осуществлен возврат в размере 2 087 159,17, из них 1 023 933,17 в валюте доллар США и 1 063 226 в евро, что также указывает на реальность спорного договора.  

Согласно пункту 6 постановления N 53 необходимо иметь в виду, что взаимозависимость участников сделок сами по себе не может служит основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Однако эти обстоятельства в совокупности и во взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, с указанными в пункте 5 постановления N 53, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Между тем, по мнению суда, в проверяемом периоде обстоятельств, указанных в пункте 5 постановления N 53 Инспекцией не установлено. Недостоверность и противоречивость сведений в представленных документах налогоплательщика отсутствует.

Использование заемных средств не доказывает наличие каких-либо схем и получения необоснованной налоговой выгоды.

Налоговым органом не учтено, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности (использование собственных, заемных средств, эмиссия ценных бумаг, увеличение уставного капитала и т.п.) или от эффективности использования капитала (абзац 3 пункта 9 постановления N 53).

Суд считает доводы инспекции о том, что ФИО6 преследовал цель инвестиции в Обществе и поэтому расходы не могут быть приняты для целей налогообложения, несостоятельными.

Следует также отметить, что Инспекцией необоснованно проигнорировано наличие у Общества кредитного обязательства перед ПАО «Сбербанк» по договору № 8621/996 от 29.01.2018 и договору № 8621/1390 от 08.04.2019 об открытии невозобновляемой кредитной линии, вытекающим из договоров займа № 7 от 01.02.2008 и уступки от 09.01.2019 по кредитному обязательству перед ПАО «Сбербанк».  

По указанным договорам в качестве обеспечения Обществом переданы в залог ПАО «Сбербанк» 100% долей уставного капитала ООО «Випойл-Гиперцентр» и установлен приоритет в отношении очередности исполнения обязательств (подпункты 8.2.28 и 8.2.26 данных договоров соответственно). 

В соответствии с п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 сентября 2011 года № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре» подобные условия допустимы в кредитном договоре и являются действительными, если действия, которые обязался не совершать заемщик, в достаточной степени конкретизированы, а обязанность не совершать их - ограничена временными рамками. Кроме того, принятие заемщиком на себя такого рода обязанностей связано с получением им имущественного блага - кредита, причем без предоставления какого-либо обеспечения.

В этой связи, Общество вправе выплачивать денежные средства по иным заемным обязательствам, помимо обязательства перед ПАО «Сбербанк», лишь при условии получения письменного согласия последнего. 

Данные обстоятельства подтверждается предоставленными в материалы дела договорами между налогоплательщиком и ПАО «Сбербанк», дополнительными соглашениями к ним. 

В охваченный камеральной проверкой период, с письменного согласия от 17.07.2019 ПАО «Сбербанк» между ФИО6 и ООО «Випойл-Гиперцентр» заключено дополнительное соглашение № 19 от 18.07.2019 о досрочном погашении суммы основного долга, но не процентов за пользование кредитом, в размере 16 868 560 рублей, которое было исполнено Обществом платежными поручениями № 1431 от 29.07.2019, № 1595 от 21.08.2019, № 1755 от 13.09.2019.  

Кроме того, как указывает налогоплательщик на письмо б/н от 27.12.2021 о возможности уплаты 100 000 000 рублей основного долга и процентов ФИО6 по спорному договору, ПАО «Сбербанк» ответило отказом, что также подтверждается документально.

В этой связи, суд находит обоснованными доводы заявителя о том, что частичное исполнение по спорному договору займа обязательств объясняется наличием юридически закрепленного приоритета исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк», обеспеченного залогом основного актива Общества – торгового центра.

Налоговый орган в обоснование своей позиции ссылается, что у ФИО6 отсутствовала экономическая выгода от предоставления денежных средств обществу. 

Вместе с тем, как указывает заявитель, ФИО6 за пользование займом получит проценты в размере 7,8 % годовых, что соответствует рыночным условиям. На момент, когда права и обязанности займодавца по договору займа были уступлены ФИО6 по дополнительному соглашению № 18 от 09.01.2019, ключевая ставка ЦБ РФ составляла 7,5%, впоследствии в 2019 году – 7,75%. По кредитному обязательству общества перед ПАО «Сбербанк России» средняя ставка составляла 11 % годовых. 

Согласно данным ЦБ РФ, средневзвешенная процентная ставка по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях в 2019 году помесячно находилась в коридоре от 9,51% до 11,25%, а за год была равна 10,005%. 

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами заявителя о том, что заемные средства ФИО6 обходятся Обществу дешевле, чем кредит в ПАО «Сбербанк России», что явно свидетельствует об экономически целесообразности спорного договора займа.

Согласно оспариваемому решению, налоговый орган указывает, что ООО «Випойл-Инвест» в момент выдачи займа являлось убыточным, о чем было известно ФИО6 как контролирующему лицу; его деятельность, а также деятельность ООО «Випойл-Гиперцентр» не приносила и не приносит достаточной прибыли для исполнения обязательств заемщика в установленный срок до 2028 года. 

Исходя из материалов дела, налоговым органом произведен расчет возможной к получению прибыли до 2028 года на основании сведений о полученной прибыли Обществом с 2008 по 2019 годы, содержащихся в декларациях по налогу на прибыль организаций. 

Вместе с тем, представленный Обществом индексируемый прогнозный бюджет движения денежных средств налогоплательщика на период 2022-2027 годы учитывает существенно большее число факторов, более репрезентативно отражает притоки и оттоки денежных средств предприятия, и содержит выводы о том, что в случае продажи здания гипермаркета задолженности перед ПАО «Сбербанк» и ФИО6 могут быть погашены к 2027 году в полном объеме, а без такой продажи  задолженность перед ПАО «Сбербанк» будет полностью уплачена к 2032 году, задолженность перед ФИО6 будет уплачена в большей части. 

Данные обстоятельства, в том числе подтверждаются Отчетом об оценке недвижимого имущества №211014 от 01.10.2021, выполненным ООО «Оценочная фирма Спектр», согласно которого рыночная стоимость объекта недвижимости гипермаркета «Волгамолл» составляет 1 856 261 000 руб. 

Также следует отметить, что с 2010 года Общество является прибыльной компанией, со стабильным доходом и преследует извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности, обратного материалы дела не содержат. 

Согласно оборотно-сальдовой ведомости, выручка от основной деятельности Общества в спорный период составляет 557 130 898 руб. 

Вопреки доводам налогового органа, оборотно-сальдовая ведомость – это данные бухгалтерского учета, а декларация по налогу на прибыль – данные налогового учета. 

Следует отметить, что налоговый и бухгалтерский учет не совпадают по классификации и перечню доходов и расходов. 

Исходя из оборотно-сальдовых ведомостей, представленных Обществом, по счетам 91.01 и 91.01.1, какие-либо расхождения в них отсутствуют.

Таким образом, по мнению заявителя, для целей оценки реальности возврата предоставленных займов, следовало учесть наличие у Общества собственных активов (недвижимость), будущий доход.

При этом суд, считает, что возражения Общества обоснованы, поскольку анализ произведен Инспекцией вне связи с реальной финансово-хозяйственной деятельностью общества.

Кроме того, по мнению налогового органа, Обществом допущено отклонение в части переноса убытков 2018 года на 2019 год.

Как следует из оспариваемого решения, у налогоплательщика числятся убытки от осуществления деятельности за 2018 год в сумме 32 224 314 руб., при этом часть указанного убытка образовалась в связи с начислением процентов по договору от 01.02.2008 № 7 с иностранной компанией GRATТIS IMPORT EXPORT CORPORAТION», в этой связи Общество уменьшило налоговую базу в декларации по налогу на прибыль на 12 810 235 руб. 

Вместе с тем, налоговый орган ссылаясь на противоречивость документов, указывает на отклонения в размере 11 214 261,69 руб. положительных курсовых разниц и 12 178 839 руб. отрицательных курсовых разниц в 2018 году.

Согласно пункту 1 статьи 283 НК РФ налогоплательщики, понесшие убыток (убытки), исчисленный в соответствии с настоящей главой, в предыдущем налоговом периоде или в предыдущих налоговых периодах, вправе уменьшить налоговую базу текущего отчетного (налогового) периода на всю сумму полученного ими убытка или на часть этой суммы (перенести убыток на будущее). При этом определение налоговой базы текущего отчетного (налогового) периода производится с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и статьями 264.1, 268.1, 274, 275.1, 275.2, 278.1, 278.2, 280 и 304 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 283 НК РФ налогоплательщик вправе перенести на текущий отчетный (налоговый) период сумму убытков, полученных в предыдущих налоговых периодах, с учетом ограничения, установленного пунктом 2.1 настоящей статьи. В аналогичном порядке убыток, не перенесенный на ближайший следующий год, может быть перенесен целиком или частично на следующие годы. Если налогоплательщик понес убытки более чем в одном налоговом периоде, перенос таких убытков на будущее производится в той очередности, в которой они понесены.

В силу положений пункта 4 статьи 283 НК РФ налогоплательщик обязан хранить документы, подтверждающие объем понесенного убытка в течение всего срока, когда он уменьшает налоговую базу текущего налогового периода на суммы ранее полученных убытков.

 В соответствии с п. 4 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", формы первичных документов определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета.

В ходе проверки налогоплательщик представил письменные пояснения, справку-расчет переоценки валютных средств за 2018 год, налоговые регистры внереализационных доходов и расходов за 2018 год, карточку счета 91 по курсовым разницам за 2018 год, в соответствии с которыми сумма положительных курсовых разниц составила 98 553 405,74 руб. и соответственно сумма отрицательных курсовых разниц 255 513 074,82 руб. 

В рамках дополнительных мероприятий налогового контроля, Общество представило справку-расчет по курсовым разницам за 2018 год, которая содержит только информацию о начислении курсовых разниц на последую дату каждого месяца и не отражает начисление курсовых разниц на момент списания с расчетного счета.

Судом установлено, что Инспекция при определении курсовых разниц учитывает только указанную справку-расчет по курсовым разницам за 2018 год, в которой начисления курсовых разниц отражаются исключительно на последую дату каждого месяца и составляют 87 339 144,05 рубля положительных курсовых разниц и 243 334 234,93 рубля отрицательных курсовых разниц.

Все начисления курсовых разниц были отображены в карточке счета 91 (курсовые разницы) и налоговых регистрах за 2018 год. 

В суд заявителем представлены регистр налогового учета Общества за 2018 год (внереализационные доходы), регистр налогового учета за 2018 год (внереализационные расходы), справка-расчет переоценки валютных средств за 2018 год, справка-расчет 2 переоценки валютных средств за 2018 год, из которых также следует отсутствие отклонений в части переноса убытков 2018 года на 2019 год.

По данным указанных документов, в том числе регистров налогового учета за 2018 год, имеющих определяющее значение, с учетом начисления курсовых разниц на момент списания денежных средств с расчетного счета в погашение обязательств, обязательного в силу пп. 5 п. 1 ст. 265, пп. 6 п. 7 ст. 272 НК РФ, в размере 12 178 839,89 руб. отрицательных курсовых разниц и 11 214 261,69 руб. положительных курсовых разниц, сумма положительных курсовых разниц составила 98 553 405,74 рублей, а сумма отрицательных курсовых разниц – 255 513 074,82 руб., что соответствует расчету налогоплательщика. 

Суд отмечает, что сам по себе факт неуплаты Обществом в проверяемом периоде процентов по договору займа  не является основанием для начисления налога на прибыль, поскольку срок исполнения обязательств по уплате как основного долга, так и процентов не наступил, а полученные Обществом денежные средства образуют задолженность и подлежат возврату в срок до 30.06.2028 года; в соглашении установлено право в любое время действия договора на возврат процентов как частично, так и  полностью, но не позднее даты окончания обязательства по возврату основанного долга.   

Инспекция также ссылается, что в отсутствие уплаты процентов ФИО6 не исчисляет и не уплачивает НДФЛ, следовательно, бюджет несет потери, а учет процентов по займу в составе внереализационных расходов Общества снижает налоговую нагрузку на него.

Как указывает заявитель, по соглашению от 27.02.2015 GRATТIS IMPORT EXPORT CORPORAТION частично простила долг Обществу в размере 12 011 477 долларов США, которые были отражены в декларации предприятия по налогу на прибыль за 2015 год в составе доходов, компенсировав начисленные за весь период действия договора проценты. 

Суд учитывает, что в случае неисполнения Обществом указанной обязанности, данная кредиторская задолженность будет учтена во внереализационных доходах организации с соответствующими налоговыми последствиями и, напротив, в случае оплаты процентов по займу ФИО6 обязан будет исчислить и уплатить НДФЛ после получения денежных средств.

Суд также отмечает, что Инспекцией не представлено доказательств, того что процентные ставки по договору займа выше рыночных и, что получение Обществом денежных средств от других лиц или кредитных учреждений могло быть на более выгодных условиях, чем от ФИО6

То есть Инспекцией не доказано злоупотреблением правом при установлении рыночных ставок процентов по договору займа.

Из официальной позиции контролирующих органов (Письмо Минфина РФ от 28.12.2012 N 03-01-18/10-200 (п. 2), п. 6 письма ФНС России от 11.07.2013 N ОА-4-13/1251322@) следует, что для договоров займа и кредита в качестве цены, примененной в сделке, выступает уровень ставки процентов и, что доходами займодавца и расходами заемщика являются проценты по договорам займа. При этом, "экономическая целесообразность" ставок, примененных ФИО6 не является предметом налоговой проверки и не является компетенцией налогового органа в силу норм п. 1 ст. 105.3 НК РФ.

Экономически оправданными могут признаваться и затраты, не влекущие немедленный эффект в виде увеличения дохода. Этот вывод следует из положений главы 25 НК РФ, которая допускает получение прибыли, но и убытка, а также возможность погашения убытка за счет прибыли последующих лет.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 N 3-П, судебный контроль, также не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Суд отмечает, что достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что целью совершаемой сделки -получение займа являлось только необоснованное завышение расходов в виде отнесения в состав внереализационных расходов процентов по долговому обязательству, Инспекцией не представлено.

Из решения Инспекции не видно, что в данном случае создаются или устанавливаются коммерческие или финансовые условия, отличные от тех, которые имели бы место в сделках, признаваемых сопоставимыми.

Привлечение денежных средств для осуществления финансово-хозяйственной деятельности не свидетельствует о злоупотреблении правом в сфере налоговых правоотношений, выраженного, по мнению Инспекции, в применении искусственных юридических конструкций для хозяйственных операций, не содержащих признаков противоправности, но лишенных хозяйственного смысла и не имеющих объяснений неналоговыми причинами.

В связи с чем, довод Инспекции о том, что переданные ФИО6 денежные средства являются инвестициями, а проценты по инвестициям не начисляются, то есть о признании договора займа инвестиционным договором, суд считает несостоятельной.

Доказательств заключения инвестиционного договора Инспекцией не представлено. 

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Толкование договора и, следовательно, установление его правовой природы производятся также путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Из содержания, вышеуказанных договоров займа не усматриваются элементы инвестиционного договора.

Инспекция полагает, что договор займа,  являются недействительным в силу своей притворности и совершены с целью прикрытия другой сделки - инвестиционного договора.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд, считает, что Инспекцией доказательств притворности сделки не представлено.

Материалами дела подтверждено, что после подписания договора займа заимодавец перечислил на расчетный счет заемщика необходимые денежные средства.

При таких обстоятельствах суд, считает, что действия Общества и ФИО6, осуществленные во исполнение договора займа, соответствуют правилам ст. 807 ГК РФ.

Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

По смыслу ст. 252 НК РФ экономическая обоснованность, понесенных налогоплательщиком расходов определяется не фактическим получением доходов в конкретном налоговом периоде, а направленностью таких расходов на получение дохода. Статья 252 НК РФ не ставит экономическую оправданность произведенных расходов в зависимость от финансовых результатов деятельности заявителя.

Статья 2 ГК РФ определяет предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, но поскольку в силу принципа свободы экономической деятельности (ч. 1 ст. 8 Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе единолично оценивать ее эффективность и целесообразность, то результатом деятельности в некоторые налоговые периоды может быть и убыток.

Неполучение дохода от основного вида деятельности в спорный период не может свидетельствовать о неправомерности завышения налогоплательщиком расходов в виде отнесения в состав внереализационных расходов процентов по долговому обязательству.

Суд считает, что понесенные обществом затраты соответствуют требованиям статьи 252 НК РФ и сама сделка направлена на получение прибыли.

Судом установлено, что налогоплательщик включил в состав расходов затраты в виде процентов, начисленных по договору займа с ФИО6, которые реально получены и направлены налогоплательщиком исключительно на покрытие дефицита средств в расчетах, то есть на восполнение недостатка оборотных средств и осуществлялось в прямой связи с хозяйственной деятельностью Общества, что не оспаривается налоговым органом.

Вышеуказанная сделка совершена в интересах их участников, совместные действия которых направлены на обеспечение их финансово-экономической стабильности, в целях получения прибыли, следовательно, расходы Общества в виде процентов по займу являются экономически оправданными.

Выводы суда согласуются со сложившейся по данному вопросу судебной практикой (например: постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.09.2018 по делу №А63-12307/2017; постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.05.2018 по делу № А27-25463/2016; постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.07.2018 по делу № А27-1647/2017).

При таких обстоятельствах решение ИФНС по г. Волжскому  от 27.08.2021 г. №2928 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения подлежит признанию недействительным.

Суд не находит оснований для удовлетворения требований Общества о признании недействительным решения УФНС России по Волгоградской области № 1173 от 06.12.2021.

Как следует из п. 75 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 №57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" решение вышестоящего налогового органа, принятое по жалобе налогоплательщика, может являться самостоятельным предметом оспаривания в суде, если оно представляет собой новое решение, а также по мотиву нарушения процедуры его принятия либо по мотиву выхода вышестоящего налогового органа за пределы своих полномочий.

Из материалов дела усматривается, что решением Управления решение инспекции оставлено без изменения; в заявлении отсутствуют доводы о нарушении Управлением процессуальных норм при вынесении ненормативного акта. 

Таким образом, решение Управления не может быть самостоятельным предметом оспаривания в суде, поскольку оно не является новым решением и не дополняет решение инспекции.

Судебные расходы распределены по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь  статьями 167-170, 201 АПК РФ,  Арбитражный суд Волгоградской области

решил:

Признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области о привлечении к налоговой ответственности №2928 от 27.08.2021.

Обязать Инспекцию Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Випойл-Гиперцентр». 

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Випойл-Гиперцентр» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

В остальной части в удовлетворении требований отказать. 

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия, через арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                                                              Д.М. Бритвин