АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-2790/2019

г. Краснодар

01 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 1 июля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Илюшникова С.М. и Конопатова В.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от общества с ограниченной ответственностью «Электротехснаб» – ФИО1 (доверенность от 28.08.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Проф-Строй» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 07.12.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2024 по делу № А18-2790/2019 (Ф08-4313/2024), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Проф-Строй» (далее – должник) и. о. конкурсного управляющего обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными следующих договоров уступки прав (цессии):

– от 29.11.2018 на сумму 21 115 488 рублей, соглашения о передаче прав и порядке расчетов от 29.11.2018, акта взаимозачета от 29.11.2018 № 1;

– от 14.12.2018 № 2 на сумму 18 476 052 рубля, соглашения о передаче прав и порядке расчетов от 14.12.2018, акта взаимозачета от 14.12.2018 № 2;

– от 21.12.2018 № 3 на сумму 41 571 117 рублей, соглашения о передаче прав и порядке расчетов от 21.12.2018, акт взаимозачета от 21.12.2018 № 3;

– от 30.04.2019 № 22/04ПН на сумму 26 020 745 рублей, актов взаимозачета от 16.04.2019 № 1 и от 21.05.2019 № 2.

И. о. конкурсного управляющего также просил признать недействительными переводы денежных средств от ПАО «Россети Северный Кавказ» (ПАО «МРСК Северного Кавказа») в адрес ООО «Электротехснаб» (далее – общество, ответчик) по платежным поручениям: от 12.12.2018 № 68704 на 21 115 488 рублей; от 21.12.2018 № 72070 на 18 476 052 рубля; от 28.12.2018 № 75256 на 35 722 046 рублей 28 копеек; от 21.05.2019 № 25123 на 26 020 745 рублей, просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества 107 183 402 рублей (уточненные требования).

Определением от 07.12.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.03.2024, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе и. о. конкурсного управляющего просит отменить судебные акты и удовлетворить заявленные требования. Податель жалобы ссылается на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также на несоответствие сделанных судами выводов представленным в дело доказательствам. Указывает, что на дату совершения спорной сделки у должника имелись не исполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника. Перечисления по договорам цессии подпадают под признаки недействительности, предусмотренные пунктом 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ввиду их совершения менее чем за полгода до возбуждения дела о банкротстве.

В отзыве на кассационную жалобу общество указало на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании представитель общества возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 27.12.2019 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением от 05.03.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО2

В ходе анализа сделок должника установлено, что должник (покупатель) и общество (поставщик) заключили договор поставки от 06.11.2018 № 19/2019 промежуточных многогранных стальных опор ПМ110-1Ф2а с фунд. ФТ-П/6 по спецификации в количестве 123 штук стоимостью 81 162 657 рублей на условиях 100 % предоплаты и отгрузки продукции в 30-дневный срок с даты предоплаты по адресу: Республика Ингушетия, муниципальный округ Плиево, ул. Горчхаиова, ПС «Новая Плиево».

29 ноября 2018 года первая партия в количестве 32 штук стальных опор поставлена по счету-фактуре и товарной накладной от 29.11.2018 № 276 на 21 115 488 рублей, оплата произведена путем уступки покупателем поставщику денежного требования к ПАО «Россети Северный Кавказ» по договору подряда от 26.06.2018 № 34-18-Инф в размере 21 115 488 рублей.

В счет оплаты поставленной продукции общество и должник заключили договор уступки прав (цессии) от 29.11.2018 на сумму 21 115 488 рублей, соглашение о передаче прав и порядке расчетов от 29.11.2018, подписали акт взаимозачета от 29.11.2018 № 1, по которому задолженность ПАО «Россети Северный Кавказ» перед обществом составила 21 115 488 рублей, которые ПАО «Россети Северный Кавказ» перечислило обществу платежным поручением от 12.12.2018 № 68704.

14 декабря 2018 года вторая партия в количестве 28 штук стальных опор поставлена по счету-фактуре и товарной накладной от 14.12.2018 № 310 на сумму 18 476 052 рубля, оплата произведена путем уступки денежного требования к ПАО «Россети Северный Кавказ» по договору подряда от 26.06.2018 № 34-18-Инф в размере 18 476 052 рублей. Покупателем и поставщиком заключены договор уступки прав (цессии) от 14.12.2018 № 2 на сумму 18 476 052 рубля, соглашение о передаче прав и порядке расчетов от 14.12.2018, подписан акт взаимозачета от 14.12.2018 № 2, по которому задолженность ПАО «Россети Северный Кавказ» перед обществом составила 18 476 052 рубля, которые ПАО «Россети Северный Кавказ» перечислило обществу платежным поручением от 21.12.2018 № 72070.

20 декабря 2018 года последняя партия в количестве 63 штук стальных опор поставлена по счету-фактуре и товарной накладной от 20.12.2018 № 3.31 на сумму 41 571 117 рублей, оплата произведена путем уступки денежного требования к ПАО «Россети Северный Кавказ» по договору подряда от 26.06.2018 № 34-18-Инф в размере 41 571 117 рублей. Покупатель и поставщик заключили договор уступки прав (цессии) от 21.12.2018 № 3 на сумму 41 571 117 рублей, соглашение о передаче прав и порядке расчетов от 21.12.2018, подписали акт взаимозачета от 21.12.2018 № 3.

ПАО «Россети Северный Кавказ» оплатило задолженность платежным поручением от 28.12.2018 № 75256 на сумму 35 722 046 рублей 28 копеек.

Задолженность в размере 5 849 070 рублей 72 копеек ПАО «Россети Северный Кавказ» уступило ООО «ФК "Сотрудничество"» (договор уступки прав требования от 19.07.2019 № 19/07/003 и дополнительное соглашение от 23.07.2019 № 1).

Общество (поставщик) и должник (покупатель) заключили договор поставки от 28.02.2019 № 07/2019 комплекта оборудования ОРУ 110 кВт стоимостью 51 057 720 рублей на условиях предоплаты и поставки оборудования по адресу: Республика Ингушетия, муниципальный округ Плиево, ОРУ 110 кВт «Плиево».

12 марта 2019 года общество выставило счет № 51 на предоплату в размере 51 057 720 рублей, должник произвел частичную предоплату по счету-фактуре № А6 платежным поручением от 12.03.2019 № 34 на сумму 20 036 975 рублей.

По акту взаиморасчета от 16.04.2019 № 1, счету-фактуре № А18 стороны также учли в счет предоплаты поступившие на расчетный счет общества от ООО «Арсенал» платежи в размере 5 млн рублей.  В письме от 16.06.2019 № 35 ООО «Арсенал» сообщило, что оплата по платежным поручениям от 08.04.2019 на сумму 466 228 рублей, № 31 – 475 850 рублей, № 75 – 487 540 рублей, № 33 – 527 300 рублей, № 32 – 543 082 рубля, № 36 – 1 420 650 рублей, № 77 – 534 200 рублей, от 09.04.2019 № 78 – 545 150 рублей произведена за должника.

30 апреля 2019 года должник внес оставшуюся предоплату в размере 26 020 745 рублей путем уступки денежного требования по договору уступки требования (цессии) от 30.04.2019 задолженности ПАО «Россети Северный Кавказ» по договору подряда от 26.06.2018 № 34-18-Инф в размере 26 020 745 рублей.

ПАО «Россети Северный Кавказ» оплатило задолженность платежным поручением от 21.05.2019 № 25123 на сумму 26 020 745 рублей.

Должник и общество подписали акт взаимозачета от 21.05.2019 № 2 и счет-фактуру от 21.05.2019 № А20 на сумму 26 020 745 рублей.

31 мая 2019 года комплект оборудования ОРУ 110 кВт по спецификации к договору поставки от 28.02.2019 № 07/2019 поставлен, поставщик и покупатель подписали счет-фактуру, товарную накладную от 31.05.2019 № 77 на сумму 51 057 720 рублей, акт сверки взаимных расчетов за период январь – май 2019 года.

И. о. конкурсного управляющего, ссылаясь на то, что оспариваемые договоры уступки прав (цессии), соглашения о передаче прав и порядка расчетов, акты взаимозачета и переводы денежных средств ПАО «Россети Северный Кавказ» обществу являются недействительными, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Соответственно, юридически значимым обстоятельством для признания договора недействительным по указанному основанию является продажа имущества по заведомо заниженной цене, при отсутствии которого заявление не может быть удовлетворено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу пункта 2 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (предполагается, что любое лицо должно знать, что если в отношении должника введена процедура банкротства, то должник имеет такие признаки); б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 приведенного Закона.

Оспариваемые сделки совершены 29.11.2018, 12.12.2018, 14.12.2018, 21.12.2018, 28.12.2018, 16.04.2019, 30.04.2019, 21.05.2019, в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 27.12.2019).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, обоснованно отметив следующее.

С 01.01.2018 по 31.12.2019 по результатам рассмотрения конкурсных заявок на право заключения с ПАО «Россети Северный Кавказ» договоров подряда на строительство объекта государственной важности должник признан победителем конкурса, с ним заключили договоры подряда № 34-18-ИнФ и № 154/2019 на сумму более 1 700 млн рублей. Предметом договоров подряда являлось осуществление должником для нужд ПАО «Россети Северного Кавказа» работ по строительству объекта «ВЛ 110 кВ Грозненская ТЭС – Плиево-Новая (от ПС 110/35/10 кВ Плиево-Новая до административной границы с Чеченской Республикой» и «ВЛ 110 кВ Плиево-Новая – закорачивающий пункт плавки гололеда (ЗКРП))».

Оборудование и материалы, поставленные обществом, смонтированы должником в рамках исполнения названных договоров подряда.

В подтверждение действительности поставки оборудования ответчиком представлены в суд договоры поставки со спецификациями; товарные (УПД) и транспортные накладные; заявки на перевозку груза, платежные поручения, счета-фактуры, акты сверок взаиморасчетов. Из универсальных передаточных документов и товарно-транспортных накладных следует, что товар принят должником без претензий как по количеству, так и по качеству отгруженного товара. Доказательств поставки спорного товара иными лицами на объект либо доказательств того, что аналогичная продукция имелась у должника на складе для исполнения обязательств по договору подряда, равно как и доказательств предъявления претензий в связи с неисполнением обществом обязательств по договорам поставки, в материалы дела не представлено.

Согласно истребованным судом первой инстанции платежным поручениям о перечислении ПАО «Россети Северный Кавказ» денежных средств в рамках взаимоотношений с должником с 01.01.2018 по 31.12.2019 ПАО «Россети Северный Кавказ» и должник заключили договоры подряда от 03.05.2018 № 27-18-СМР-Инф, от 26.06.2018 № 34-18-ИНФ, от 18.08.2018 № 56-18-СМР-Инф, от 18.08.2018 № 57-18-СМР-Инф, от 17.07.2019 № 154-2019, по которым ПАО «Россети Северный Кавказ» произвело оплату должнику в сумме 1 024 689 824 рублей, из которых напрямую в адрес самого должника было выплачено 495 296 642 рубля, а в адрес третьих лиц по договорам цессии – 529 393 181 рубль. С декабря 2018 года до 10 апреля 2020 года получателей платежей по цессиям (контрагентов должника) было 7 компаний; платежи должнику напрямую осуществлялись и до, и после платежей в адрес общества.

Учитывая то, что большая часть задолженности перед контрагентами должника возникла в результате исполнения обязательств по договорам подряда ПАО «Россети Северный Кавказ» и уплачена должником посредством заключения договоров цессии (уступки права требования к ПАО «Россети Северный Кавказ» по оплате задолженности по договорам подряда), при этом платежи производились по ним до и после расчетов с обществом, суды пришли к выводу о том, что договоры цессии заключались должником на регулярной основе. Следовательно, сторонами правоотношений как в рамках рассматриваемого обособленного спора, так и в рамках других аналогичных споров, избран такой способ расчетов ПАО «Россети Северный Кавказ» с должником за выполненные подрядные работы. В связи с этим суды сочли несостоятельным довод и. о. конкурсного управляющего о том, что целью заключения спорного договора цессии являлся вывод активов должника.

Суды приняли во внимание пояснения ПАО «Россети Северный Кавказ», согласно которым между ПАО «Россети Северный Кавказ», должником и другими контрагентами, вовлеченными в строительство, для обеспечения непрерывности работ на объекте в связи с государственной важностью его строительства, достигнуто соглашение об осуществлении расчетов как прямым перечислением, так и путем заключения договоров цессии, поскольку условия договоров подряда с ПАО «Россети Северный Кавказ» предусматривали осуществление расчетов с должником за выполненные работы только после принятия каждого отдельного этапа работ. Суд апелляционной инстанции учел общедоступную информацию в сети Интернет, из которой следует, что первый пусковой комплекс ПС «Плиево-Новая» введен в эксплуатацию в октябре 2019 года и функционирует. Факт надлежащего исполнения должником обязательств по договору подряда и ввода объекта в эксплуатацию не оспаривается ПАО «Россети Северный Кавказ», которым работы были приняты.

Такая форма расчетов применялась должником вплоть до 2020 года, то ест после возбуждения дела о банкротстве и в процедуре наблюдения.

Принимая во внимание изложенное, суды отметили, что должник получил встречное равноценное исполнение, в результате зачета взаимных требований прекратились собственные обязательства должника, поэтому основания для вывода о квалификации оспариваемого договора в качестве сделки с неравноценным встречным предоставлением, совершенной с предпочтением, равно как совершенной в целях причинения вреда кредиторам, отсутствуют. Следовательно, в результате действий сторон по заключению договора цессии конкурсная масса должника не уменьшилась, в связи с чем суды пришли выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отклоняя довод и. о. конкурсного управляющего о заключении спорной сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности, суды приняли во внимание то, что в 2019 году на расчетный счет должника поступило 638 335 817 рублей, в том числе 495 296 642 рубля от ПАО «Россети Северный Кавказ».

При этом суды отметили, что должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность до 2020 года, в том числе в рамках выполнения контрактов с ПАО «Россети Северный Кавказ».

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки совершены лицами, не являющимися по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными по отношению друг к другу.

Учитывая отсутствие доказательств заинтересованности ответчика по отношению к должнику, а также то, что результатом совершения сделки явилось продолжение и последующее окончание работ на объекте «Плиево Новая», суды отметили, что сам по себе факт наличия у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, при отсутствии других условий, предусмотренных Законом о банкротстве, не может являться основанием для признания ее недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы и. о. конкурсного управляющего об осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности, основанные на сведениях, опубликованных в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел», а также заключении специалиста, сославшегося также на информацию, полученную из названного информационного ресурса, суды приняли во внимание разъяснения из абзаца седьмого пункта 12 постановления № 63, согласно которым само по себе размещение в системе «Картотека арбитражных дел» информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом.

Наличие в информационном ресурсе сведений о спорах или судебных актах о взыскании задолженности само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника, с учетом длительности сложившихся между должником и ответчиком взаимоотношений не презюмирует осведомленность контрагента о такой неплатежеспособности.

В отсутствие сведений об аффилированности либо заинтересованности общества по отношению к должнику, доказательств осведомленности общества о признаках неплатежеспособности доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для квалификации оспариваемых сделок по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, с учетом периода совершения сделок, не нашли своего подтверждения.

Оценивая доводы и. о. конкурсного управляющего о заключении сделки со злоупотреблением правом со ссылкой на статьи 10, 168 Гражданского кодекса, суды отметили, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом заявителем должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.

Применительно к специфике оспаривания сделок в процедуре банкротства должника противоправный интерес с учетом приведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Принимая во внимание, что представленными в материалы дела доказательствами установлен факт встречного равноценного предоставления со стороны общества, в отсутствие доказательств недобросовестности сторон, суды пришли к выводу о том, что оснований для признания сделки недействительной в силу  статей 10 и 168 Гражданского кодекса не имеется.

Доказательства того, что стороны при совершении сделки действовали злонамеренно, с целью причинить вред кредиторам должника, в материалы дела не представлены.

Отклоняя довод и. о. конкурсного управляющего о том, что сделка не одобрена коллегиальным органом управления должника, суды отметили, что согласно пункту 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности.

С учетом совокупности представленных в материалы дела доказательств, избранной должником модели ведения бизнеса, специфики выполнения подрядных работ по государственному контракту в сроки, предусмотренные для каждого этапа работ, для соблюдения которых должнику требовалось заключение договоров с контрагентами на поставку (материалов, оборудования, комплектующих и т. д.),  в том числе с обществом, суды обоснованно заключили, что предусмотренные сторонами оспариваемой сделки способы оплаты не отличались от аналогичных, примененных должником  при расчетах с другими контрагентами, в связи с чем пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка не выходит за рамки сделок, совершаемых должником в обычной хозяйственной деятельности, и поэтому не требовала согласования с коллегиальным органом управления должника.

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, учитывая представленные в материалы дела доказательства реальности поставки оборудования на объект строительства, при этом обычную в сложившихся правоотношениях форму расчетов заказчика, подрядчика и поставщиков, а также отсутствие доказательств заинтересованности общества по отношению к должнику и признаков неплатежеспособности у должника на дату заключения спорного договора цессии, суды пришли к обоснованному выводу о том, что и. о. конкурсного управляющего не доказана совокупность факторов, наличие которых является основанием для признания сделок недействительными в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2, пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, равно как и совокупность обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделок при наличии условий, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса, в связи с чем правомерно отказали в признании недействительными оспариваемых договоров.

Аналогичные выводы изложены в постановлениях суда округа от 19.02.2024 и от 22.02.2024 (определениями Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2024 № 308-ЭС21-3660 (8) и 308-ЭС21-3660 (9) отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации).

Вместе с тем суд округа считает необходимым отметить, что, поскольку в рассматриваемом случае должник является одновременно и покупателем, и поставщиком продукции, при этом поставщик должника – общество, покупатель продукции у должника – ПАО «Россети Северный Кавказ», правомерным является применение к возникшим между сторонами в рамках одного правоотношения по поставке продукции правовых подходов о сальдировании, принимая во внимание, что фактически ПАО «Россети Северного Кавказа» (заказчик по договору подряда, для исполнения условий которого должник поставлял продукцию, которую получил от общества и которая в свою очередь использовалась должником для выполнения подрядных работ в рамках исполнения условий контракта с заказчиком) напрямую произвело оплату поставленной продукции, использованной при строительстве объекта, первоначальному поставщику.

Между тем ошибочная квалификация сложившихся правоотношений в качестве совершения зачета встречных требований не привела к принятию неправильного судебного акта по существу спора, в связи с чем основания для отмены определения от 07.12.2023 и постановления апелляционного суда от 07.03.2024 отсутствуют.

При таких обстоятельствах основания для отмены судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют. Правильность выводов судебных инстанций по существу спора подателем жалобы не опровергнута, несогласие с ними не может служить основанием, достаточным для отмены или изменения судебных актов. Переоценка исследованных судами доказательств и установленных по делу обстоятельств не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Кодекса). Судебные инстанции полно и всесторонне исследовали и оценили представленные доказательства, правильно применили нормы материального права. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Принимая во внимание, что определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.05.2024 подателю жалобы предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения кассационной жалобы по существу, государственная пошлина в размере 3 тыс. рублей подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 07.12.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2024 по делу № А18-2790/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Проф-Строй» в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

 

С.М. Илюшников

 

В.В. Конопатов