ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-116261/2018

20 февраля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     30 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 февраля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей  Н.В.Аносовой, И.В.Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии:  

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 05.10.2022; 

от ФИО4: представителей ФИО5 и ФИО6 по доверенности 22.03.2022;

от ФИО7, ФИО8, ФИО9: представителя ФИО10 по доверенностям от 26.06.2023, 20.06.2023, 17.03.2021; 

от ФИО11 и Колер Л.В.: представителя ФИО12 по доверенностям от 07.01.2022 и 12.10.2023 соответственно;

от ООО «ВодоканалСтройАвто»: представителя ФИО13 по доверенностям от 09.01.2024;

от ООО «ПроКом» и ООО «СК Опус»: представителя ФИО14 по доверенностям от 10.01.2024 и 24.01.2024 соответственно;

от конкурсного управляющего ФИО15: представителя ФИО16 по доверенности от 01.01.2024;

от ФИО17: представителя ФИО18 по доверенности от 05.07.2021;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, по заявление конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Проком» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам общества,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Урожайное», 

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») 06.10.2018 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Урожайное» (далее – ООО «Урожайное») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 06.10.2018 заявление ПАО «Сбербанк России» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 08.02.2019 заявление ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным, в отношении ООО «Урожайное» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО15.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.02.2019 № 29.

Решением суда первой инстанции от 25.01.2020 ООО «Урожайное» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполняющей обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО15

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 01.02.2020 № 18.

Определением суда первой инстанции от 21.02.2020 конкурсным управляющим ООО «Урожайное» утверждена ФИО15

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «ПроКом» (далее – ООО «ПроКом») 04.05.2021 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО19, ФИО8, ФИО17, ФИО20, ФИО9, ФИО21, ФИО7, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25 и ФИО26 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное». Просило приостановить производство в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до завершения расчетов с кредиторами. 

Определением суда первой инстанции от 05.05.2021 заявление конкурсного кредитора ООО «ПроКом» принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании суда первой инстанции.

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО8 обратился с ходатайством о выделении требований обращенных к нему, а также к ФИО19 в отдельное производство. 

Определением суда первой инстанции от 18.11.2021 в удовлетворении ходатайства ФИО8 о выделении требований, обращенных к нему, в отдельное производство отказано. В отдельное производство выделено требование ООО «Проком» о привлечении ФИО19 к субсидиарной ответственности с присвоением делу номера А56-116261/2018/суб.1.1.

Определением суда первой инстанции от 17.02.2022 к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО4.

Определением от 06.03.2023 (с учетом определения от 15.03.2023 об исправлении описки/опечатки) заявление конкурсного кредитора ООО «ПроКом» удовлетворено частично; суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения ФИО7 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное»; в части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению конкурсного кредитора приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО4, ФИО7 и конкурсный управляющий ФИО15, не согласившись с указанным судебным актом, обратились с апелляционными жалобами на определение суда первой инстанции от 06.03.2023 по обособленному спору № А56-116261/2018/суб.1.

Конкурсный управляющий ФИО15 просила определение от 06.03.2023 отменить или изменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 В соответствии с правовой позицией конкурсного управляющего, выводы суда первой инстанции о прекращении указанным лицом исполнения обязанностей руководителя должника в сентябре-октябре 2018 года документально не подтверждены, притом, что данный руководитель перед возбуждением дела о банкротстве сдавал отчётность, подписывал документы от имени общества электронной цифровой подписью. Податель жалобы также полагает необоснованными выводы суда первой инстанции о том, что судебный акт об истребовании у ФИО17 документации и ценностей должника не имеет правового значения и не влечет установления обстоятельств для его привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку именно непередача документации и активов повлекла затруднение проведения процедуры банкротства в части выявления имущества должника и его реализации.

ФИО4 в апелляционной жалобе просил определение от 06.03.2023 отменить в части установления оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указывая на отсутствие у него статуса лица, контролирующего должника, в связи с тем, что ФИО4 с момента создания ООО «Урожайное» и в период деятельности общества не входил в состав участников должника, не имел прав единоличного исполнительного органа, каких-либо действий, направленных на ухудшение финансового состояния должника и повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов не предпринимал. То обстоятельство, что ФИО4 является братом ФИО7 не является безусловным основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности. Кроме того, обратил внимание, что в отношении него судебных актов об обязании передать конкурсному управляющему документацию должника либо материальные ценности не принималось, а доказательства их наличия у ФИО4 отсутствуют.

ФИО7 в апелляционной жалобе просила определение отменить и принять новый судебный акт, которым установить наличие оснований для привлечения ФИО17 к субсидиарной ответственности, в остальной части в удовлетворении заявления отказать.

В соответствии с правовой позицией ФИО7, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника её и ФИО4 не имелось, поскольку осуществление указанными лицами функций руководителей должника, осуществление ими контроля за финансово-хозяйственной деятельностью, не подтверждено. При этом обжалуемый судебный акт основан на показаниях лиц, заинтересованных в исходе настоящего спора. Также полагала несоответствующими фактическим обстоятельствам выводы суда относительно частой смены ФИО7 исполнительного органа, поскольку в период с осени 2018 года по март 2019 произошла единственная смена исполнительного органа с ФИО17, составившего заявление об увольнении, на ФИО8, что не подтверждает создания модели управления, препятствующей достижению цели конкурсного производства, и совершение лицами, привлечёнными к субсидиарной ответственности, намеренного сокрытия документации и имущества должника.

Определениями от 21.04.2023 и 30.03.2023 суд апелляционной инстанции принял к производству жалобы конкурсного управляющего ФИО15, ФИО4, ФИО7 и назначил их к рассмотрению в судебном заседании. 

В ходе апелляционного производства ФИО17 представлен отзыв, по тексту которого он возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО7 и конкурсного управляющего ООО «Урожайное», просил определение от 06.03.2023 в отношении него оставить без изменения. Как указал ФИО17, ни конкурсным управляющим, ни кредитором, инициировавшим настоящий спор, не представлено доказательств того, что непередача ФИО17 документации должника существенно затруднила проведение процедуры банкротства, при этом с даты его увольнения с должности генерального директора ООО «Урожайное» запросов по предоставлению документации и имущества в его адрес не поступало, что подтверждает нахождение всей необходимой документации в месте нахождения должника. ФИО17  полагает, что само по себе наличие судебного акта об истребовании такой документации основанием для привлечения к субсидиарной ответственности не является, равно как и указание апеллянтов на осуществление ФИО17 обязанностей руководителя должника до даты увольнения, указанной в трудовой книжке, поскольку фактически обязанности генерального директора им не исполнялись, начиная с сентября 2018 года. Кроме того, ФИО17  указал на недоказанность совершения им сделок повлекших убытки для должника и последующее банкротство в результате их совершения.

В свою очередь ФИО7 представлены возражения по доводам отзыва ФИО17 ФИО7 указала, что на последнего судебным актом возложена обязанность по передаче документации и имущества должника на значительную сумму, которая не исполнена, вместе с тем, сведения о трудовой книжке ФИО17 противоречивы, однако по март 2019 года она находилась в ООО «Урожайное».

ООО «ПроКом» представлены отзывы, с учётом дополнений к ним, в которых изложены возражения по апелляционным жалобам ФИО7 и ФИО4 Кредитор считал определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Конкурсным управляющим ФИО15 также представлен отзыв на апелляционные жалобы ФИО7 и ФИО4 По тексту отзыва конкурсный управляющий указала, что считает выводы суда первой инстанции обоснованными в части привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности. Дополнительно конкурсный управляющий ФИО15 настаивала на удовлетворении её апелляционной жалобы в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО17, который фактически являлся последним руководителем должника.

Впоследствии ФИО7 в порядке статьи 81 АПК РФ также были представлены письменные пояснения, в которых она полагала заявление ООО «ПроКом» необоснованным и настаивала на отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО4, а также указала на отсутствие таких оснований по отношению к ФИО17

Оценив представленные в материалы апелляционного производства доводы и пояснения участвующих в споре лиц, проверив материалы дела, определением от 18.07.2023 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, и назначил рассмотрение заявление к судебному разбирательству, которое впоследствии неоднократно откладывалось. 

При рассмотрении обособленного спора судом апелляционной инстанции был установлен факт смерти одного из ответчиков – ФИО27, а также вступление в наследство ФИО11, ФИО7, ФИО26, ФИО25, ФИО28.

Поскольку наследники ФИО27 не являлись участниками настоящего производства, определением апелляционного суда от 12.09.2023 к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО11 и ФИО28

В связи с переходом к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для разрешения дела в суде первой инстанции, 06.10.2023 ООО «ПроКом» представило правовую позицию по каждому из ответчиков, в отношении которой последние 16.10.2023 (ФИО11 и Колер Л.В.), 17.10.2023 (ФИО23), 13.11.2023 (ФИО8), 14.11.2023 (ФИО7), 20.11.2023 (ФИО20), 28.11.2023 (ФИО4)  представили возражения.  

ООО «ПроКом» 11.10.2023 и 13.10.2023 в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) для определения пределов субсидиарной ответственности наследников ФИО27 заявило об истребовании дополнительных сведений об активах, входящих в наследственную массу.

Протокольным определением апелляционного суда от 17.10.2023 в удовлетворении заявления ООО «ПроКом» об истребовании документов было отказано. 

ФИО17 17.10.2023 в связи с рассмотрением дела по правилам первой инстанции заявил ходатайство о вызове ФИО29 и ФИО30 в качестве свидетелей. 

Поскольку указанные лица 17.02.2022 уже были опрошены на стадии судебного разбирательства в суде первой инстанции, протокольным определением апелляционного суда от 17.10.2023 в удовлетворении заявления ФИО17 о вызове свидетелей было отказано. 

ООО «ВодоканалстройАвто» 04.12.2023 и 05.12.2023 аналогично ООО «ПроКом» в порядке статьи 66 АПК РФ для определения пределов субсидиарной ответственности наследников ФИО27 заявило об истребовании дополнительных сведений активов, входящих в его наследственную массу.

Протокольным определением апелляционного суда от 05.12.2023 в удовлетворении заявления ООО «ПроКом» об истребовании документов было отказано. 

ООО «ПроКом» 05.12.2023 представило правовую позицию по доводам отзывов ФИО11, ФИО7 и ФИО4

В судебном разбирательстве от 05.12.2023 суд апелляционной инстанции поставил перед участвующими в обособленном споре лицами вопрос о выделении заявления в отношении группы ответчиков в отдельное производство. 

До начала настоящего судебного разбирательства:

- ФИО7 08.12.2023, ООО «ПроКом» 10.12.2023 представили правовые позиции касательно разделения требований к ответчикам по определенным основаниям в отдельные производства; 

- 23.01.2024 ФИО11 и Колер Л.В.  представили дополнения к ранее направленному отзыву;

- от конкурсного управляющего ФИО15 30.01.024 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства на более поздний срок в целях определения точной суммы неисполненных должником финансовых обязательств;

- от ФИО20 поступило ходатайство об участии его представителя в судебном разбирательстве посредством системы веб-конференция, которое судом апелляционной инстанции было удовлетворено. 

В судебном заседании участвующие в нем лица поддержали ранее изложенные правовые позиции.

ООО «ПроКом» просило привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника.

 Представители ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО17, ФИО11 и Колер Л.В. просили в удовлетворении заявления отказать. 

В отношении требования об отложении судебного заседания апелляционный суд указывает следующее.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видео-конференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью предоставления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Вместе с тем указанная процессуальная норма носит диспозитивный характер и не обязывает суд безусловно откладывать судебное заседание на основании ходатайства лица.

Рассмотрев заявленное конкурсным управляющим ФИО15 ходатайство об отложении судебного разбирательства на более поздний срок в целях определения точной суммы неисполненных должником финансовых обязательств, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим удовлетворению, поскольку данное обстоятельство не препятствует рассмотрению вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, притом, что вопрос размера такой ответственности может быть определен позднее. 

Информация о времени и месте рассмотрения заявления опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав правовые позиции участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора, в своем заявлении (с учетом позднее представленных дополнительных пояснений и уточнений) конкурсный кредитор указывает на необходимость привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по причине невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет конкурсной массы должника.

В качестве лиц, которые, по мнению конкурсного кредитора ООО «ПроКом», подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, указаны: ФИО7, ФИО25, ФИО26, ФИО8, ФИО17, ФИО20, ФИО9, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО4, ФИО11 и ФИО28:

- ФИО8 являлся генеральным директором ООО «Урожайное» в период с 28.03.2019 по 28.07.2019;

- ФИО17 являлся генеральным директором ООО «Урожайное» в период с 08.02.2017 по 27.03.2019;

- ФИО20 являлся генеральным директором ООО «Урожайное» в период с 12.08.2015 по 07.02.2017;

- ФИО9 являлась генеральным директором ООО «Урожайное» в период с 04.10.2012 по 11.08.2015;

- ФИО21 являлся генеральным директором ООО «Урожайное» в период с 31.10.2011 по 03.10.2012;

- ФИО27 являлся владельцем доли уставного капитала ООО «Урожайное» в размере 25%, а также лицом, фактически контролировавшим общество до 01.12.2017. В связи со смертью ФИО25, кредитор просил привлечь к субсидиарной ответственности его наследников: ФИО7, ФИО26, ФИО25, ФИО11 и ФИО28;

- ФИО7 является владельцем доли уставного капитала ООО «Урожайное» в размере 75% с 01.12.2017 по 10.07.2019, а также наследником ФИО27

- ФИО4 контролирующее должника лицо, которое фактически руководило ООО «Урожайное» с 2017 года;

- ФИО23 являлся владельцем доли в уставном капитале ООО «Урожайное» в размере 37,5% с 12.11.2013 по 13.03.2017 и в размере 75% с 13.03.2017 г. по 01.12.2017; 

- ФИО24 являлся владельцем доли в уставном капитале ООО «Урожайное» в размере 37,5% с 12.11.2013 по 13.03.2017;

- ФИО22 являлся владельцем доли в уставном капитале ООО «Урожайное» в размере с 12.11.2013 по 10.07.2019.

Согласно правовой позиции конкурсного кредитора, ФИО24, ФИО23, ФИО22, ФИО27 (в лице его наследников) подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в связи с тем, что в период их участия в обществе за счет средств общества на земельных участках, расположенных по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Плодовское сельское поселение, кадастровые номера: 47:03:0602003:13 и 47:03:0000000:18943, не принадлежащих должнику на праве собственности, были созданы ряд объектов движимого и недвижимого имущества, используемых должником для осуществления предпринимательской деятельности в сфере животноводства, а именно для выращивания крупного рогатого скота. По мнению заявителя, создание указанных объектов было осуществлено, в том числе силами кредиторов, чьи требования в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника по причине неудовлетворения их в период деятельности должника.

Заявитель полагает, что вышеуказанные лица намеренно создали ситуацию, при которой наиболее ликвидные активы общества не попали в конкурсную массу, так как их создание на чужих земельных участках привело к невозможности оформления прав на созданные объекты.

Кроме того, указанным лицам вменяется бездействие, выразившееся в непринятии мер по предотвращению банкротства должника, улучшению структуры баланса предприятия, оптимизации расходов, контролю за деятельностью генеральных директоров.

Аналогичные основания субсидиарной ответственности, а именно намеренное создание ситуации по причинению имущественного вреда кредиторам должника путем возведения за счет должника имущества на земельных участках, не принадлежащих должнику, вменены также ФИО21 и ФИО9

ФИО20 вменена деятельность в виде вывода активов, направленная на ухудшение финансового состояния должника.

Бывшему генеральному директору ФИО17 вменяется неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему должника документации, отражающей финансово-хозяйственную деятельность общества, а также материальных ценностей общества.

ФИО8 вменяется непринятие мер по поиску и истребованию имущества должника и документации о финансово-хозяйственной деятельности должника, а также необращение в суд с заявлением о несостоятельности ООО «Урожайное». Последнее основание вменено также участникам ФИО22 и ФИО7

Заявитель также указывает на необходимость привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, которая, по утверждению заявителя являлась и является до настоящего времени конечным бенефициаром общества, именно на принадлежащих ей земельных участках за счет средств должника было возведено имущество, которое не может быть реализовано конкурсным управляющим, так как не является собственностью должника. Заявитель полагает, что ею посредством брата ФИО4 осуществлялось руководство деятельностью общества, избирались и назначались генеральные директора должника; она не предприняла никаких действий по восстановлению платежеспособности общества, скрыла имущество должника, не обратилась с заявлением о несостоятельности ООО «Урожайное».

Кроме того, заявителем указано на необходимость привлечения к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Урожайное» ФИО4, который, будучи единородным братом ФИО7, осуществлял от ее имени фактическое руководство деятельностью общества, самостоятельно принимая решения, влияющие на деятельность общества и фактически приведшие к его несостоятельности.

Оценив доводы конкурсного кредитора касательно привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, апелляционный суд указывает следующее. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В части доводов заявителя о бездействии ответчиков по обращению в суд первой инстанции с заявлением о признании ООО «Урожайное» несостоятельным (банкротом).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых тем же Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснено, что если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В пункте 12 постановления Пленума № 53 также разъяснено, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

Как следует из пункта 8 постановления Пленума № 53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

На основании пункта 9 постановления Пленума № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума № 53).

Правовое значение субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности.

В правовой позиции от 06.10.2023 (направленной посредством автоматизированной информационной системы «Мой Арбитр» 06.10.2023 в 12 час. 13 мин.) на 43 странице в 8 абзаце ООО «ПроКом» указывает, что начиная с сентября 2018 года ООО «Урожайное» перестало исполнять финансовые обязательства перед кредиторами, в связи с чем именно с указанной даты ФИО8, ФИО7 и ФИО22 были обязаны обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества, чего ими сделано не было. 

Вместе с этим как указывает сам заявитель абзацем ниже в указанных пояснениях, 06.10.2018 ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд с заявлением о банкротстве общества.

Таким образом, из доводов самого заявителя следует, что в момент появления у должника признаков несостоятельности незамедлительно было возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

То обстоятельство, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) было возбуждено по заявлению ПАО «Сбербанк России», а не ФИО8, ФИО7 и ФИО22, не свидетельствует о какой-либо предусмотренной положениями пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве вине ответчиков, притом, что диспозиция указанной нормы предусматривает ответственность лица только за введение добросовестных кредиторов в заблуждение касательной действительного финансового положения общества (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Апелляционный суд обращает внимание, что ООО «ПроКом» не указало, какие финансовые обязательства ООО «Урожайное» возникли у общества после появления признаков объективного банкротства, но до обращения Банка в суд с соответствующим заявлением. 

Какого-либо злоупотребления по данному эпизоду в действиях ФИО8, ФИО7 и ФИО22 не установлено. Заявитель не доказал, что при наличии у должника неисполненных и непосильных к исполнению обязательств они злонамеренно продолжали наращивать кредиторскую задолженность притом, что сам факт наличия у должника неисполненных перед кем-либо обязательств после даты предполагаемого банкротства заявитель не отметил.

Совершение ООО «Урожайное» каких-либо действий, направленных на возникновение новых обязательств у должника после вышеуказанной даты и до введения соответствующей процедуры банкротства в ущерб интересам кредиторов, конкурсным кредитором не доказано.

В связи с указанным, вопреки доводам подателя жалобы, оснований для привлечения ФИО8, ФИО7 и ФИО22 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное» на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве не имеется.

В части доводов заявителя о непередаче ответчикам бухгалтерской и иной документации ООО «Урожайное».

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Применительно к положениям статьи 61.11 Закона о банкротстве заявитель сослался на то, что не передача ФИО8 и ФИО17 конкурсному управляющему бухгалтерской документации общества препятствовала установлению активов должника и существенно затруднила проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

ООО «ПроКом» ссылается на то, что определением суда первой инстанции от 22.05.2021 по обособленному спору № А56-116261/2018/истр.1 ФИО17 был обязан передать конкурсному управляющему ООО «Урожайное» бухгалтерскую документацию должника, печати, штампы, а также материальные и иные ценности, чего им сделано не было. ООО «ПроКом» также указывает, что ФИО8 (лицо, исполняющее обязанности генерального директора после ФИО17) не предпринял попыток по истребованию документации ООО «Урожайное» и ее восстановлению, в связи с чем также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Возражая против заявленных требований ФИО17 указал, что судебный акт об истребовании не имеет преюдициального значения, притом, что конкурсный кредитор не доказал, что отсутствие документации привело к затруднению ведения банкротных мероприятий. При этом всем ФИО17 отметил, что он прекратил трудовую деятельность в ООО «Урожайное» в сентябре 2018, однако долго не мог получить свою трудовую книжку, поскольку его не пускали на территорию фермы по воле ФИО4 После увольнения ФИО17 последующие руководители общества какую-либо документацию у него не истребовали, что, по мнению ответчика, подтверждает его добросовестность. 

Однако указанные пояснения не опровергают неисполнение ФИО17 обязанности передачи необходимой документации новому руководителю общества, притом, что ответчик не пояснил, где хранились необходимые сведения и кому они впоследствии им были переданы. 

Более того ФИО7 02.05.2023 в возражениях на отзыв ФИО17 пояснила, что в действительности ответчик был уволен 27.03.2019 в связи с сокрытием данных бухгалтерского учета, налоговой отчетности и одобрения сделок без согласования с собранием участников. Какую-либо документацию ФИО17 новому руководителю не передал. ФИО7 также отметила, что ФИО17 не было передано имущество предприятия рыночной стоимостью более 9 млн. руб.

Конкурсный управляющий ФИО15 в апелляционной жалобе и по тексту письменных пояснений также подтвердила, что ФИО17 фактически являлся последним руководителем должника (перед возбуждением дела о банкротстве общества), который сдавал отчетности, подписывал документы от имени общества электронной цифровой подписью.

Из текста апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО15 следует, что вопреки доводам ФИО17 о его увольнении в сентябре 2018, из имеющихся хозяйственных документов организации следует, что им велась финансовая деятельность предприятия.

Следует заметить, что в случае, если бы ФИО17 фактически лишили доступа к предприятию, а также неформально были бы осуществлены действия по его увольнению, последний, являясь опытным руководителем предприятия, мог бы обратиться в банк с целью ограничения доступа к счетам общества, либо внесению сведения о фактическом прекращении полномочий. У ФИО17 также была возможность обратиться в налоговый орган с целью указания о недостоверности сведений.

 Никаких действий по установлению «обстоятельств увольнения» ФИО17 выполнено не было, что также указывает на несоответствие правовой позиции ответчика действительным обстоятельствам дела. 

При таких обстоятельствах апелляционный суд полагает, что документация ООО «Урожайное» как минимум до 27.03.2019 хранилась ФИО17, который в нарушении положений статьи 65 АПК РФ не предоставил сведений о передаче её а следующему руководителю должника. 

Далее из материалов спора следует, что на место ФИО17 был принят ФИО8, который пытался восстановить данные бухгалтерского учета, провести инвентаризацию и иные мероприятия, направленные на нормализацию финансово-хозяйственной деятельности мероприятия.

  ФИО8 являлся единоличным исполнительным органом должника непродолжительное время – с 28.03.2019 по 27.07.2019 (4 месяца). Именно в связи с тем, что ФИО17 не принял никаких действий по передаче бухгалтерской документации, договоров и имущества предприятия, осуществлять трудовую функцию по управлению ФИО8 не смог, ввиду чего трудовой договор с ним был расторгнут. 

В последующем вновь утвержденный руководитель ФИО19 обращался в адрес ФИО8 с просьбой передать документы и имущество организации, однако последнему были даны пояснения, что в связи с непередачей имущества и документов ФИО17 у ФИО8 соответствующие документы отсутствуют.

За время осуществления ФИО8 обязанностей руководителя организации бухгалтерский учет в связи с отсутствием сведений не велся, между тем сроки для предоставления соответствующей отчетности на день увольнения ФИО8 не наступили, договоры по отчуждению имущества должника также не заключались.

Каких либо требований о предоставлении документов и имущества ООО «Урожайное» от конкурсного управляющего в адрес ФИО8 не поступало. Доказательств фактического нахождений бухгалтерской и иной документации общества, а также материальных ценностей у ФИО8 после его увольнения из ООО «Урожайное»  материалы спора не содержат.

Указанные обстоятельства также отражены по тексту определения суда первой инстанции от 22.05.2021 по обособленному спору № А56-116261/2018/истр.1.

Совокупность изложенных обстоятельств исключает возможность привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное» на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В свою очередь материалами дела подтверждается уклонение бывшего руководителя должника ФИО17 от исполнения обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника.

При этом непередача необходимой документации существенно затруднила деятельность конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами.

В связи с тем, что конкурсному управляющему должником не была передана документация общества относительно его деятельности, а также материальные ценности организации, конкурсному управляющему не удалось предпринять необходимые меры для реализации активов и взыскания дебиторской задолженности в пользу должника, что в свою очередь привело к невозможности формирования конкурсной массы, достаточной для расчетов с кредиторами.

Конкурсным кредитором представлены доказательства, подтверждающие неисполнение надлежащим образом ответчиком ФИО17, являющимся контролирующим должника лицом, обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, а также материальных ценностей, что привело к затруднению проведения процедуры банкротства.

Учитывая, что в материалы спора не представлены доказательства надлежащего исполнения императивно установленной обязанности руководителя должника по передаче истребуемой документации должника конкурсному управляющему в полном объеме, подтвержденной также вступившими в законную силу судебными актами об истребовании, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО17 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное».

В части доводов заявителя о создании ответчиками ситуации, при которой у ООО «Урожайное» образовались признаки несостоятельности и наиболее ликвидные активы общества не попали в конкурсную массу должника.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из разъяснений пункта 23 постановления Пленума № 53 следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В пункте 19 постановления Пленума № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

По утверждению конкурсного кредитора, ФИО20, ФИО9, ФИО21, ФИО27 в лице наследников (ФИО26, ФИО25, ФИО11 и ФИО28), ФИО7, ФИО4, ФИО22, ФИО23, ФИО24 виновны в доведении ООО «Урожайное» до банкротства и невозможности исполнения обществом финансовых обязательств перед кредиторами. 

Однако из материалов дела и пояснений конкурсного управляющего следует, что в анализируемый им период (с 31.12.2015 по 31.12.2018) должник в силу специфики своей деятельности – сельское хозяйство, которая подразумевает зависимость от внешних факторов – сезонность, погодные условия, урожайность (при самостоятельной заготовке кормов), колебание цены выпускаемой продукции, безубыточную деятельность не осуществлял. В то же время в указанный период активы общества (основные средства, запасы, дебиторская задолженность) были достаточно стабильны, согласно выводам анализа финансового состояния должника колебания данных величин составили менее 10% ежегодно за три анализируемых года. Незначительно росли в анализируемый период и обязательства общества, а именно заемные средства (краткосрочные и долгосрочные обязательства) только на конец 2018 выросли по сравнению с 2017 на 20%, в остальные периоды рост заемных обязательств не превысил 10% в год, размер кредиторской задолженности в анализируемый период также существенно не увеличивался, рост не превышал 10% ежегодно. Изложенное свидетельствует о том, что какого-то резкого ухудшения в деятельности должника в анализируемый период конкурсным управляющим не установлено, не определены и какие-либо внешние факторы (неурожай, падеж скота и т.п.), которые повлияли на невозможность дальнейшего продолжения деятельности общества.

Конкурсный управляющий также указал, что согласно анализу выписок по счетам должника в кредитных организациях общество фактически прекратило безналичные расчеты в первом квартале 2019 года, то есть в период введения в отношении должника процедуры наблюдения (определение суда первой инстанции от 08.02.2019).

Среди сделок, которые конкурсный управляющий выявил в период подозрительности и оспаривал, не было выявлено сделок, которые бы существенно повлияли на платежеспособность общества, привели должника к состоянию неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий пояснил, что каких-либо факторов оказавших значительное отрицательное влияние на деятельность общества, им выявлено не было, им установлено, что в определенный период времени деятельность общества прекратилась, при этом конкурсный управляющий не смог установить судьбу части имущества должника, в частности, крупного рогатого скота и имущества, используемого для его обслуживания.

По мнению кредитора, заявившего о привлечении к субсидиарной ответственности, важным фактором, повлекшим невозможность расчетов с кредиторами является то обстоятельство, что должником в период с 2011 по 2013 годы осуществлялось строительство комплекса по выращиванию мясной породы КРС, который включал в себя несколько зданий, сооружений, в том числе телятники, дороги, мелиоративные канавы, выгульные площадки, производственные площадки, сервисные центры, ограждения. Строительство указанного комплекса осуществлялось, как на земельных участках, принадлежащих должнику, так и на земельных участках собственником которых должник не являлся, арендовал их у ФИО23, ФИО27, в настоящее время указанные земельные участки принадлежат ФИО7

По мнению кредитора, должником в лице его участников, была намеренно создана ситуация невозможности обращения взыскания на имущество, фактически созданное за счет должника, но де–юре ставшее собственностью землевладельцев, на участках которых оно было создано.

Материалами дела факт создания ряда объектов движимого и недвижимого имущества на земельных участках, не принадлежащих должнику, подтвержден, никем из участников спора данный факт не опровергнут.

В то же время, суд полагает, что выявленные обстоятельства не могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО23, ФИО24 и ФИО22, поскольку каждый из них не имел достаточного количества голосов участия в обществе для того, чтобы изменить указанную ситуацию самостоятельно, а руководители должника ФИО21 и ФИО9, подписывая договоры подряда на строительство указанного комплекса, исходили из наличия арендных отношений с собственниками земельных участков, более того, указанные особенности распределения активов общества за весь период его деятельности никакого влияния на эту деятельность не оказали.

Привлечение по указанным основаниям наследников ФИО27 также представляется неосновательным, поскольку материалами дела не подтверждено, что в период, когда обществом фактически управлял ФИО27 (данное утверждение для всех участников процесса являлось очевидным), им были предприняты какие-либо виновные действия, приведшие к неплатежеспособности общества, невозможности расчетов с кредиторами.

Доводы конкурсного кредитора о необходимости привлечения к ответственности бывшего руководителя должника ФИО20 в связи с совершенными должником перечислениями в пользу указанного лица в период с 30.09.2015 по 16.01.2017, судом также отклонены, поскольку анализ указанных выписок приводит к выводу о том, что данные платежи в большей своей части представляли собой выплаты по заработной плате, на это указывает периодичность и размер, соотносимый с установленным трудовым договором размером оплаты труда. Оплата должником за ФИО20 страховой премии не может служить основанием для вывода о наступлении в связи с этим субсидиарной ответственности по долгам ООО «Урожайное», поскольку отсутствуют необходимые доказательства соответствующей правовой конструкции гражданской ответственности, а именно виновные действия, последствия и причинно-следственная связь между действиями и последствиями. В данном случае, по мнению суда, причинно-следственная связь между действиями по перечислению денежных средств и последствиями в виде неплатежеспособности должника не подтверждена. В то же время конкурсный управляющий не лишен возможности взыскать с ФИО20 указанные денежные средства, как полученное за счет должника неосновательное обогащение.

Апелляционный  суд полагает заслуживающими внимания доводы конкурсного кредитора о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Урожайное» ФИО7 в связи с тем, что она является фактическим собственником капитальных строений, которые были возведены за счет ООО «Урожайное», а также использовались Должником в хозяйственной деятельности и являлись неотъемлемой частью сельскохозяйственного предприятия.

Так, в рамках инвентаризации имущества должника конкурсным управляющим было выявлено в учете ООО «Урожайное» имущество, которое фактически не передано конкурсному управляющему, и часть которого в виде строений, сооружений, дорог, построек и иных объектов, неразрывно связанных с землей, расположена не на земельных участках Должника.

Документы, подтверждающие строительство и передачу имущества Должнику были представлены ООО «ПроКом» вместе с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности (том материалов дела № 55 суб.1 том 2; том материалов дела № 56 суб.1 том 3; том материалов дела № 57 суб.1 том 4; том материалов дела № 58 суб.1 том 5; том материалов дела № 59 суб.1 том 6; том материалов дела № 60 суб.1 том 7; том материалов дела № 61 суб.1 том 8).

В результате строительства объектов недвижимости на земельном участке и последующей его передаче ФИО7, в конкурсную массу ООО «Урожайное» не поступило имущество, оценочной стоимостью 93 417 796 руб. 30 коп., перечень которого отражен по тексту письменных пояснений заявителя от 06.10.2023.

Установив тот факт, что объекты недвижимости расположены не на земельном участке должника, в ходе процедуры банкротства из основных средств ООО «Урожайное» было исключено следующее имущество, находящееся на земле ФИО7:

1) Часть комплекса по выращиванию мясной породы КРС - сервисный центр каркасной конструкции «Спайдер-В», расположенный по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Плодовское сельское поселение, участок находится вблизи п. Солнечное (на земельных участках кадастровым номером: 47:03:0602003:13);

2) Часть комплекса по выращиванию мясной породы КРС – телятник № 1, расположенный по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Плодовское сельское поселение, участок находится вблизи п. Солнечное (на земельных участках кадастровым номером: 47:03:0602003:13);

3) Часть комплекса по выращиванию мясной породы КРС – телятник № 2, расположенный по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Плодовское сельское поселение, участок находится вблизи п. Солнечное (на земельных участках кадастровым номером: 47:03:0602003:13);

4) Часть комплекса по выращиванию мясной породы КРС – ангар, расположенный по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Плодовское сельское поселение, участок находится вблизи п. Солнечное (на земельных участках кадастровым номером: 47:03:0602003:13).

Согласно решению Приозерского городского суда Ленинградской области от 26.05.2022 (вступило в законную силу 07.12.2022), ООО «Урожайное» было отказано в иске о признании права собственности на вышеуказанное имущество, которое расположено на земельном участке ФИО7

При рассмотрении указанного дела было получено заключение специалиста № ЗС-133-СТЭ/22, выполненное Гильдией экспертов Севера-Запада, согласно которому данные строения являются капитальными зданиями, имеют прочную связь с землей и их конструктивные характеристики не позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба их назначению (прилагаем).

Таким образом, на сегодняшний день ФИО7 является фактическим собственником капитальных строений общей стоимостью 93 417 796 руб. 30 коп., которые были возведены за счет ООО «Урожайное», а также использовались Должником в хозяйственной деятельности и являлись неотъемлемой частью сельскохозяйственного предприятия.

Указанное свидетельствует о том, бенефициарами деятельности ООО «Урожайное» изначально была выбрана такая система организации  общества, которая позволила в случае его банкротства сохранить наиболее дорогостоящие активы. 

При этом в результате выбора такой модели бизнеса ООО «Урожайное» перестало представлять собой единый имущественный комплекс и в результате прекращения деятельности утратило возможность оплаты финансовых обязательств.  

В связи с выбором соответствующей модели построения бизнеса, ФИО7 как бенефициар деятельности ООО «Урожайное» является материально ответственным лицом за невозможность погашения требований кредиторов, в том числе за счет имущества, возведенного на принадлежащем в настоящее время ответчику земельном участке. 

В отношении требований заявителя о привлечении ФИО4 (брат ФИО7) к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное», апелляционный суд указывает следующее. 

Согласно доводам заявителя, ФИО4 вместе с ФИО7 в предбанкротный период осуществляли руководство хозяйственной деятельностью ООО «Урожайное», в связи с чем он также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности как лицо, непосредственно принимавшее решение, касающиеся выбора и утверждения руководителей общества, решения, касающиеся распоряжением имуществом должника, все иные решения, определявшие деятельность должника, как лица, осуществлявшего предпринимательскую деятельность.

Вместе с тем, ФИО4 не входил в состав участников общества, не имел прав единоличного исполнительного органа ООО «Урожайное», не имел прав и обязанностей, предусмотренных положениями Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

То обстоятельство, что ответчик ФИО4 является братом ФИО7, не может выступать безусловным основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состоит в отношениях родства с членами органов управления обществом.

Из пояснений ответчика ФИО17, следует, что до 06.10.2018 - даты принятия арбитражным судом заявления ПАО «Сбербанк России» о признании ООО «Урожайное» несостоятельным (банкротом), ответчик ФИО4 в процессе управления должником не участвовал.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что на дату принятия судом заявления о признании должника банкротом, либо за три года, предшествующим этой дате, ответчик ФИО4 имел какое-либо отношение к финансово-хозяйственной деятельности должника, имел возможность давать или давал обязательные для исполнения должником указания, извлекал выгоду, имел возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, приведшие к объективному банкротству должника.

То обстоятельство, что в ходе хозяйственной деятельности ООО «Урожайное» ФИО4 перечислял ФИО8 денежные средства на текущие расходы предприятия, а также вел переговоры с контрагентами общества по просьбе сестры ФИО7 не подтверждает его в статусе контролирующего деятельность общества лица. Оказанная ответчиком безвозмездная материальная помощь, в любом случае не может рассматриваться, как совершение действий, направленных на извлечении выгоды и уменьшения конкурсной массы должника.

Поскольку заявителем не доказано, что ФИО4 являлся контролирующим должника лицом или бенефициаром деятельности ООО «Урожайное», он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника.

С учетом всех изложенных обстоятельств ФИО17 в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и ФИО7 в силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное».

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку формирование конкурсной массы и расчеты с кредиторами в настоящее время не завершены, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО17 подлежит приостановлению.

Вопрос о возобновлении производства по делу относится к компетенции суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268 ч. 6.1, 270 ч. 4 п. 4, 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 06.03.2023 отменить.

Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное» ФИО7 и  ФИО17.

В удовлетворении заявления ООО «ПроКом» о привлечении к субсидиарной ответственности  иных  ответчиков отказать. 

Приостановить производство по заявлению ООО «ПроКом» до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Направить вопросы о возобновлении производства по обособленному спору и об определении размера ответственности ФИО7 и  ФИО17 в  арбитражный суд первой инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 И.В. Юрков