АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

 

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                      Дело № А65-24872/2022 

 

Дата принятия решения – 22 февраля 2023 года.

Дата объявления резолютивной части – 15 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Республики Татарстан 

в составе:

председательствующий – судья Минапов А.Р.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Венковой Л.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Строй-Метиз", Балтасинский район, пгт.Балтаси (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №10 по Республике Татарстан, п.г.т.Богатые Сабы (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о признании недействительным решения №4 от 14 апреля 2022г.,

с участием:

заявителя – представитель ФИО1 по доверенности от 21.07.2022г.,

ответчика – представители: ФИО2 по доверенности от 12.10.2022г., ФИО3 по доверенности от 30.01.2023г., ФИО4 по доверенности от 30.01.2023г.,

Управления ФНС по РТ – представитель ФИО2 по доверенности от 04.05.2022г., 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью "Строй-Метиз", Балтасинский район, пгт.Балтаси (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее по тексту – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Строй-Метиз»), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №10 по Республике Татарстан, п.г.т.Богатые Сабы (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее по тексту – ответчик, налоговый орган), о признании недействительным решения №4 от 14 апреля 2022г.

Арбитражный суд Республики Татарстан привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Управление Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан, г. Казань (далее по тексту – Управление ФНС по РТ).

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика просил отказать в удовлетворении заявления по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель Управления ФНС по РТ поддержал доводы ответчика.

Представитель заявителя огласил заявление.

В судебном заседании 09.02.2023г. был объявлен перерыв до 12 часов 02 минут 15.02.2023г. Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

После перерыва судебное заседание продолжено в прежнем составе суда.

При исследовании доказательств арбитражным судом установлено следующее.

Как следует из материалов дела, налоговым органом была проведена выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам за период с 01.01.2017г. по 31.12.2019г.

По результатам проверки вынесено решение от 14.04.2022г. №4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщик с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность, привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п.3 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерацию. Налогоплательщику доначислена недоимка по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль организаций в общей сумме 27 578 665руб., соответствующие суммы пени и штрафа.

Не согласившись с принятым налоговым органом решением, заявитель в порядке, предусмотренном ст.139 Налогового кодекса Российской Федерации, обратился в Управление ФНС по РТ с  апелляционной жалобой. Решением Управления ФНС по РТ от 27.06.2022 № 2.7-18/020644@ апелляционная жалоба заявителя оставлена без удовлетворения.

Заявитель, не согласившись с указанным решением налогового органа, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, заслушав представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Ненормативный акт, действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, могут быть признаны недействительными (незаконными) при наличии одновременно двух условий: в случае, если данные ненормативный акт, действия (бездействие) не соответствуют закону и нарушают права и охраняемые законом интересы заявителя.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В статье 172 Налогового кодекса Российской Федерации определен порядок применения налоговых вычетов. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании соответствующих требованиям статьи 169 Кодекса счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), после принятия на учет этих товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов.

Применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость правомерно при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции. Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией, оформленной в соответствии с требованиями статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и статьи 169 Кодекса, и достоверно подтверждающей факт совершения хозяйственной операции, лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг).

В соответствии с п.2 ст.169 НК РФ в целях принятия НДС к вычету счет-фактура должен соответствовать требованиям п.5 и 6 данной статьи.

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации. Таким образом, для реализации права на применение вычетов по НДС необходимо чтобы сделки носили реальный характер, а документы, подтверждающие правомерность применения налоговых вычетов, содержали достоверную информацию.

В пунктах 1 и 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее  по тексту – Постановление Пленума ВАС РФ № 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Одновременно с указанной правовой нормой Законом № 163-ФЗ внесены изменения в пункт 5 статьи 82 Налогового кодекса, согласно которым доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Налогового кодекса, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V.1, V.2 настоящего Кодекса.

Основанием для доначисления указанных сумм налогов и пени, в части эпизодов нарушения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, послужил вывод налогового органа о получении обществом налоговой экономии в виде неправомерного предъявления к вычету НДС, а также включения затрат в расходы по налогу на прибыль организаций по финансово-хозяйственным отношениям с контрагентами: ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем».

Налоговый орган в оспариваемом решении, в представленных суду отзыве, а также дополнениях к отзыву указал, что фактически в проверяемый период ООО «Строй-Метиз» осуществляло деятельность по строительству инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения.

Для выполнения своих обязательств перед заказчиками, ООО «Строй-Метиз» привлекало ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем», с которыми заключены договоры на выполнение работ и на поставку товаров.

При проведении выездной налоговой проверки, налоговым органом проведены мероприятия налогового контроля в отношении вышеуказанных контрагентов, в ходе которых установлено, что данные организации не оказывали ООО «Строй-Метиз» услуги по выполнению работ и не осуществляли поставку товаров.

На основании изложенного, налоговым органом были доначислены суммы НДС и налога на прибыль организаций по взаимоотношениям заявителя с ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем».

Налоговый орган указал, что в ходе проверки им установлено умышленное искажение заявителем сведений о фактах хозяйственной деятельности путем создания видимости приобретения работ (услуг), товаров с использованием фиктивного документооборота, оформленных от имени ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем», с целью минимизации налоговых обязательств общества и получения необоснованной налоговой экономии, что в соответствии со статьей 54.1 НК РФ является основанием для отказа принятия к вычетам сумм НДС по счетам-фактурам, оформленным от имени спорных контрагентов, и расходов по налогу по прибыль организации. 

В ходе проверки налоговым органом было установлено, что ООО «Строй-Метиз»  (субподрядчик) с основным заказчиком ООО «Строитель» (подрядчик) заключили договоры субподрядных работ на выполнение строительных работ.

В пп. 4 договора оговорено, что материалы и оборудование, приобретаемые подрядчиком, передаются субподрядчику на объект строительства.  

ООО «Строитель» в ответ на требование 16.06.2021 №2917 представил карточку субконто по контрагенту ООО «Строй-Метиз»   за период с 2017 – 2019, по которому установлено, что материалы передаются путем реализации  в адрес субподрядчика в разрезе объектов.

Налоговый орган пришел к выводу, что в ходе проверки ему невозможно было соотнести приобретаемые ТМЦ с объектами.

По мнению налогового органа заявитель самостоятельно выполнил работы для заказчиков, а привлечение вышеуказанных субподрядчиков имело целью создание фиктивного документооборота для увеличения расходной части по налогу на прибыль и завышения вычетов по налогу на добавленную стоимость. Налоговый орган также указывает, что совокупность доказательств, полученных в ходе налоговой проверки, свидетельствует о том, что контрагенты заявителя имеют признаки проблемных контрагентов, а сделки совершенных ими как сомнительные. Исполнение работ, предусмотренное договором, выполнено проверяемым налогоплательщиком, по мнению налогового органа, самостоятельно при наличии возможности его исполнения собственными сотрудниками, налогоплательщик использовал формальный документооборот с использованием реквизитов контрагента.

Налоговый орган свои выводы обосновывает следующими обстоятельствами:

отсутствие у контрагентов  ООО  «АлмазстройИнжиниринг», ООО «Версаль», ООО «Эдем», ООО «Адэкт»,ООО «ГАРАНТ+», ООО «Кронас», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит»,  ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «СТК Петроф» необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия основных средств (складских помещений, транспортных средств), нематериальных активов, незавершенного строительства, долгосрочных финансовых вложений и прочих внеоборотных средств, трудовых ресурсов (управленческого и технического персонала); отсутствие списания денежных средств со счетов  у следующих контрагентов  ООО  «Алмазстрой  Инжиринг», ООО «Версаль», ООО «Адэкт»,ООО «ГАРАНТ+», ООО «Кронас», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит»,  ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», реализованной ТМЦ и СМР в адрес ООО «Строй-Метиз»; отсутствие приобретения строительных материалов, а также выполненных работ по данным программного комплекса «АСК НДС-2»; отсутствие факта перевозки груза, а именно отсутствие путевых листов, товарно-транспортных накладных, в связи с чем не представляется возможным идентифицировать доставку товара пункт назначения и пункт отправки товара, Ф.И.О. водителя (экспедитора), автомобиль и его гос. номер, а также выполнения строительных монтажных работ у следующих контрагентов: ООО  «Алмазстрой Инжиринг», ООО «Версаль», ООО «Эдем», ООО «Адэкт», ООО «ГАРАНТ+», ООО «Кронас», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит»,  ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «СТК Петроф»; разовый характер сделки у следующих контрагентов: ООО «Алмазстрой  Инжиринг», ООО «Версаль», ООО «Эдем», ООО «Адэкт»,ООО «ГАРАНТ+», ООО «Кронас», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит»,  ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «СТК Петроф» с ООО "Строй-Метиз" (других взаимоотношених между данными контрагентами с ООО "Строй-Метиз" в ходе проверки не установлено); отсутствие расходов свидетельствующих о реальном ведении бизнеса у следующих контрагентов ООО  «Алмазстрой  Инжиринг», ООО «Версаль», ООО «Эдем», ООО «Адэкт», ООО «ГАРАНТ+», ООО «Кронас» , ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит»,  ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «СТК Петроф» (оплата за коммунальные услуги, электроэнергию, воду, связь, аренды помещения, заработная плата работникам и т.д.); при сравнении сетевых ip-адресов отправки налоговых деклараций в налоговый орган имеется совпадения по следующему IP – адресу: 188.162.35.94 между заявленными контрагентами в книге покупок ООО «СТРОЙ-МЕТИЗ» за 3 квартал 2018 года, за 4 квартал 2018 года и за 1 квартал 2019 года; директор ООО «Строй-Метиз» ФИО5,   осознанно    создавал такие  фирмы  или пользовался  услугами организации, которые за вознаграждение занимаются оформлением «технических организации»  и оказанием услуги  по созданию  «искусственного  документооборота»; ни представителями ООО «Строй-Метиз», ни конкурсным управляющим регистры  налогового и бухгалтерского учета не представлены; из первичных документов представлены только универсально передаточные документы; в налоговых декларациях, представленных данными «проблемными» контрагентами  в налоговый орган, НДС и налога на прибыль организации к уплате в бюджет указаны в минимальных суммах, несопоставимых с финансовыми оборотами организации; ООО «Строй-Метиз» перечисления денежных средств  в счет оплаты  за поставляемые товары  и за оказанные услуги «проблемным» контрагентам: ООО  «Алмазстрой Инжиринг», ООО «Версаль», ООО «Адэкт»,ООО «ГАРАНТ+», ООО «Кронас», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит»,  ООО "Стройтехмонтаж", ООО «Мега Эксперт» не производило; перечисленные денежные средства  «проблемным»  контрагентам  ООО «Эдем», ООО «СТК Пероф» далее обналичиваются. Денежные средства  перечисляется на счета физических лиц.

При перечисленных выше обстоятельствах налоговый орган пришел к следующим выводам: совокупность установленных обстоятельств доказывает в действиях ООО «Строй-Метиз»  получение налоговой выгоды путем уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль вне связи с реальными хозяйственными операциями с заявленными контрагентами. Основной целью оформления ООО «Строй-Метиз»  сделок с контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного уменьшения налога на прибыль. 

Таким образом, по мнению налогового органа, ООО «Строй-Метиз»  использовало формальный документооборот по спорным сделкам (операциям) в целях неправомерного завышения расходов, учитываемых для целей налогообложения прибыли и необоснованного применения вычетов по НДС. 

Требования к порядку составления счетов-фактур, предъявляемые статьей 169 Кодекса, относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности содержащихся в них сведений.

Счета-фактуры составляются на основе уже имеющихся первичных документов и должны отражать конкретные факты хозяйственной деятельности, подтвержденные такими документами.

При этом, суд отмечает, что вновь введенная статья 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации целью которой являлось легальное закрепление выработанных судебной практикой правовых позиций, не содержит нормы, каким-либо образом изменяющие (улучшающие либо ухудшающие) положение налогоплательщика по сравнению с тем, которое было определено ранее на основании правовых позиций, выработанных судебной арбитражной практикой.

Пунктом 3 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Таким основаниями, в соответствии с п.1 указанной статьи является искажение сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, с учетом разъяснений, приведенных в Письме Федеральной налоговой службы России от 23.03.2017 г. N ЕД-5-9/547 «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды», при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены все доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае, в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Данный вывод следует из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Суд, рассмотрев материалы дела, пришел к выводу о том, что совокупность представленных налоговым органом доказательств не позволяет установить недобросовестность налогоплательщика и не подтверждает отсутствие реальности хозяйственных операции между заявителем и ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем». Налогоплательщиком не допущено искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, а также об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности.

Как установлено арбитражным судом, первичные документы, представленные налогоплательщиком, полностью соответствуют действующему законодательству РФ. Налогоплательщиком соблюдены все условия для принятия НДС к вычету и учету затрат по налогу на прибыль. Представленные на проверку документы полностью соответствуют требованиям действующего законодательства, в том числе требованиям Федерального закона от 06.12.2011г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», ст. 169 НК РФ.  

К указанным выводам суд пришел исходя из следующего.

В проверяемом периоде ООО «Строй-Метиз» осуществляло реальную деятельность в качестве субподрядчика в строительстве, а именно закупало строительные материалы, заключало договоры с подрядчиками, выполняло объемы строительно-монтажных работ, как собственными силами, так и с привлечением субподрядных организаций, осуществляло сдачу выполненных объемов строительных работ заказчикам.

Для выполнения работ ООО «Строй-Метиз» привлекал ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем».

Фактическое выполнение объемов строительно-монтажных работ для заказчиков подтверждается представленными в материалы проверки актами о приемке выполненных работ (КС-2) и справками о стоимости выполненных работ (КС-3), подписанными заказчиками.

Судом из представленных в материалы дела документов установлено, что обществом документально подтверждены факты осуществления строительных работ и их оприходования. Также установлено, что заключение спорных договоров осуществлялось обществом в рамках осуществления своей основной деятельности по строительству в порядке исполнения обязанностей подрядчика по договорам с заказчиками, т.е. изначально было направлено на получение обществом дохода от своего основного вида деятельности.

Суд считает, что налоговым органом ошибочно не учтено, что необходимость привлечения субподрядных организаций объясняется значительным объемом работ, для выполнения которых собственных трудовых ресурсов общества  и специализированной техники не хватало.

Выводы налогового органа основываются только на предположениях о достаточности количества персонала самого заявителя. Анализ же, проведенный заявителем показал, что в решении налогового органа сделаны не верные, ни чем не подтвержденные выводы, не основанные на той нормативно-правовой документации, на которой необходимо было анализировать вопрос об отсутствии производственной необходимости и о достаточности персонала для выполнения заявленного объема работ в срок, установленный в договорах. При этом самим заявителем проанализированы акты выполненных работ, составленные между налогоплательщиком и заказчиками, а также акты выполненных работ, составленные между налогоплательщиком и субподрядчиками на предмет соотнесения установленных в них трудозатрат со штатным расписанием ООО «Строй-Метиз» и объемом трудозатрат согласно табелям учета рабочего времени, для ответа на вопрос достаточности персонала ООО «Строй-Метиз» для выполнения заявленного объема работ в рамках договоров с заказчиками.

Так, в 2017 году численность сотрудников ООО «Строй-Метиз» составляла всего 21 человек, в 2018г. – 20 человек, в 2019г. – 17 человек. В связи с этим, для проведения работ по строительству сетей водоснабжения в Балтасинком, Сармановском, Атнинском районах, а также реконструкции очистных сооружений в Альметьевском районах Республики Татарстан общество вынуждено было привлекать сторонние организации.

Каких-либо исследований в указанной части налоговым органом не проведено, все выводы оспариваемого решения в указанной части сводятся к предположению проверяющих, что общество имело возможность выполнить все объемы работ собственными силами.

Налоговый орган в рамках выездной налоговой проверки не исследовал вопрос возможности (невозможности) выполнения работ силами заявителя с учетом штатной численности общества и производственных объемов по договорам с заказчиками, которые в проверенный период времени находились на исполнении у заявителя. Приведенные налоговым органом доводы относительно выполнения спорных работ силами заявителя, носят предположительный характер, документально не подтверждены, основаны на показаниях свидетелей и отсутствии в исполнительской документации сведений о субподрядных организациях.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2022г. по делу № А65-4118/2021, постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.05.2022г. по делу № А65-4118/2021. 

Между тем, материалами дела установлено, что общество сдало выполненные от имени ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем» работы заказчикам без замечаний, что не оспаривается налоговым органом, который также не отрицает факт выполнения данных работ на объектах.

Как следует из материалов дела, заявитель заключил с заказчиком (ООО «РР-Девелопмент») договор № 1 на выполнение работ по вертикальной планировке автодороги Казань – Ринг. 

Для выполнения своих обязательств перед ООО «РР-Девелопмент» заявитель привлек на субподряд ООО «Эдем».

В ходе выездной налоговой проверки заявитель представил налоговому органу полный пакет документов, что подтверждает и сам налоговый орган на странице 122 оспариваемого решения. В частности, были представлены: договор № 57 субподрядных работ от 01.10.2018, акты сверки взаимных расчетов, акты о приемки выполненных работ по форме КС-2, справки о стоимости выполненных работ и затрат за декабрь 2018г., счета-фактуры.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что в материалы дела представлен протокол допроса ФИО6, который являлся директором – учредителем ООО «Эдем», который подтвердил взаимоотношения с ООО «Строй – Метиз».

Однако, налоговый орган не включил в Акт выездной проверки и оспариваемое решение протокол допроса директора-учредителя ФИО6. 

На стр. 160 Акта выездной проверки указана информация о том, что директор на допрос не явился.

На страницы 123 оспариваемого решения налоговый орган подтвердил, что ООО «Эдем» подавало декларации по НДС.

Кроме того, согласно официальному ресурсу ФНС России «Сведения о юридических лицах, имеющих задолженность по уплате налогов» по состоянию на 1 октября 2022г. ООО «Эдем» не имеет превышающую 1000 рублей задолженность по уплате налогов и представляет налоговую отчетность.

Между тем, налоговым органом не представлены доказательства взаимозависимости или подконтрольности заявителя с ООО «Эдем».

Что касаемо контрагента ООО «Адэкт» налоговый орган указал, что у него отсутствуют основные средства для исполнения договора.

Между тем, налоговый орган не учел, что для осуществления предпринимательской деятельности законодательство Российской Федерации не требует обязательное наличие основных средств. В силу предусмотренного Гражданским кодексом Российской Федерации принципа свободы договора, организации вправе привлекать сторонние организации. 

Налоговый орган на  стр. 144 Акта подтверждает, что у ООО «Адэкт» доход от реализации за 2018г. составил более 120 млн. руб., а за 2019г. – более 258 млн. руб. Такой большой объем выручки показывает, что компания вела активную предпринимательскую деятельность и имела для этого необходимые ресурсы.

Налоговый орган указал, что  в проверяемый период ООО «Адэкт» перечисляло денежные средства своим контрагентам с назначением платежа не связанным со строительными услугами, за исключением ООО «СИСТЕМА СЕРВИС». При этом налоговый орган не представил каких–либо доказательств подтверждающих, что ООО «СИСТЕМА СЕРВИС» не могло оказывать рассматриваемые услуги ООО «Адэкт». Кроме того, нельзя исключать того, что само ООО «Адэкт» могла самостоятельно, без привлечения субподрядчиков оказать услуги обществу. 

По взаимоотношениям с ООО «Версаль» налоговый орган на странице 119 оспариваемого решения указал о том, что у ООО «Версаль» отсутствовали необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

При этом налоговый орган на стр. 155 Акта подтверждает, что ООО «Версаль» вело предпринимательскую деятельность.

Налоговый орган указывает, что контрагенты ООО «Версаль» имеют признаки недобросовестности.

При этом налоговый орган не доказал, что ООО «Версаль» имеет признаки недобросовестности, то, что контрагенты имеют признаки недобросовестности еще не доказывают, что и ООО «Версаль» является «технической» компанией.

Пункт 6 ст.108 Налогового кодекса Российской Федерации прямо указывает, что обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов.

Налоговым органом не представлено допустимых доказательств, что данные организации имели признаки технических компаний или фирм-однодневок в рассматриваемом периоде, а также привлекались к налоговой ответственности. 

Кроме того, для реализации проектов ООО «Строй – Метиз» приобретало у сторонних организаций строительные материалы.

По взаимоотношениям с ООО «Алмазстрой Инжиниринг»,  установлено следующее.

Налоговый орган на стр. 36 оспариваемого решения  указал на то, что в строке «Товар (груз) получил» и в строке «Ответственный за правильное оформление факта хозяйственной жизни» отсутствует расшифровка подписи. 

Согласно п. 2 ст. 169 Налогового кодекса Российской Федерации ошибки в счетах-фактурах, не препятствующие налоговым органам при проведении налоговой проверки идентифицировать продавца, покупателя товаров (работ, услуг), имущественных прав, наименование товаров (работ, услуг), имущественных прав, их стоимость, налоговую ставку и сумму налога, предъявленную покупателю, а также неуказание (неверное указание) в счете-фактуре сведений, установленных подпунктами 16 - 18 пункта 5 настоящей статьи, не являются основанием для отказа в принятии к вычету сумм налога.

Невыполнение требований к счету-фактуре, не предусмотренных пунктами 5 и 6 настоящей статьи, не может являться основанием для отказа принять к вычету суммы налога, предъявленные продавцом.

В рассматриваемом случае налоговый орган имел возможность идентифицировать данные сведения.

Кроме того, на странице 37 оспариваемого решения налоговый орган указывает на то, что общество представило только универсальные передаточные документ (УПД). Договора поставки товаров, товарно-транспортные накладные, товарные накладные, сертификаты качества товара, путевые листы по доставке товара не представлены. 

Между тем, на странице 59 Акта налоговой проверки сам налоговый орган указал на то, что обществом по Требованию № 5 представлен Договор поставки № 22-10-1 от 22.10.2018. 

Согласно позиции ФНС России, начиная с 2013 года любой хозяйствующий субъект вправе выписать «универсальные передаточные документ», который будет выполнять функцию не только счет-фактуры, но и ранее обязательных для применения форм по передаче материальных ценностей (ТОРГ-12, М-15, ОС-1, товарный раздел ТТН). Данный документ дает возможность использовать право на налоговый вычет по НДС и возможности использовать право подтверждения затрат в целях исчисления налога на прибыль организаций (Письмо ФНС России от 21 октября 2013 г. N ММВ-20-3/96@ «Об отсутствии налоговых рисков при применении налогоплательщиками первичного документа, составленного на основе счета-фактуры).

Таким образом, поскольку общество представило УПД, требование также представить товарные и товарно-транспортный накладные является неправомерным. 

Путевой лист представляет собой документ, служащий для учета и контроля работы транспортного средства, водителя (п. 14 ст. 2 Федерального закона от 08.11.2007 N 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта»).

Путевой лист оформляется на каждое транспортное средство, эксплуатируемое юридическим лицом и (или) индивидуальным предпринимателем (п. 8 Обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов, утв. Приказом Минтранса России от 11.09.2020 N 368).

В рассматриваемом случае общество не осуществляло перевозки пассажиров или грузов на основании договора перевозки, следовательно, не должно было составлять путевые листы. Таким образом, требование налогового органа в данной части также является неправомерным. 

Приобретаемая обществом продукция не подлежит обязательной сертификации. Отсюда требование налогового органа предоставить сертификат качества товара является также неправомерным. 

Налоговый орган также указывает на то, что общество не представило бухгалтерские и налоговые регистры учета доходов и расходов организации. 

В статьях 171 и 172 Налогового кодекса Российской Федерации содержится исчерпывающий перечень оснований для принятия к вычету НДС: товар / работы должны быть приобретены для НДС облагаемой деятельности, должна иметься счет-фактура и первичные документы, товар / работы должны быть приняты на учет, НДС должен быть предъявлен налогоплательщику. В рассматриваемой случае общество выполнило все данные условия и в связи с этим правомерно приняло НДС к вычету. 

Также налоговый орган указал на отсутствие перечислений денежных средств в адрес ООО «Алмазстрой Инжиниринг», 

При этом на странице 37 оспариваемого решения признает тот факт, что часть денежных средств ООО «Алмазстрой Инжиниринг» получило наличными. Это подтверждается протоколом допроса № 52 Генерального директора ООО «Алмазстрой Инжиниринг» ФИО7 

Кроме того, имеется  расписка генерального директора ООО «Алмазстрой Инжиниринг» ФИО7, из содержания которой видно, что он по договору поставки получил часть оплаты наличными в сумме 2 300 000 рублей. 

Довод налогового органа о том, что данная расписка должна быть нотариально заверена не имеет под собой правового обоснования. Написанная от руки расписка является с позиции гражданского законодательства полноценным документом. Случаи, когда документ должен быть нотариально заверен, перечислен в Гражданском кодексе Российской Федерации, и расписка не поименована в числе подлежащих обязательному нотариальному заверению. 

У ООО «Строй – Метиз» в 2018г. было более 250 поставщиком / подрядчиков. В процессе ведения предпринимательской деятельности возможны кассовые разрывы, это является в данной сфере распространённой практикой. В связи с этим наличие у общества кредиторской задолженности перед несколькими поставщики не может являться свидетельством того, что товар в действительности не поставлялся. Из представленных обществом первичных документов видно какой именно товар общество приобрело. 

Налоговый орган на странице 38 оспариваемого решения указывает на то, что ООО «Алмазстрой Инжиниринг» уплачивало незначительные налоговые платежи, доля вычетов по НДС в среднем 99%. 

Между тем, достоверность налоговой отчетности, представленной контрагентом, не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов. 

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 по делу № А42-7695/2017.

Таким образом, налоговый орган подтверждает, что ООО «Алмазстрой Инжиниринг» отчетность сдавало, налоги уплачивало, налоговые претензии к ООО «Алмазстрой Инжиниринг» не предъявлялись. Кроме того, налоговый орган не представил доказательства того, что ООО «Алмазстрой Инжиниринг» выводило денежные средства из оборота через «фиктивные» схемы. Отсюда можно прийти к выводу о том, что ООО «Алмазстрой Инжиниринг» является добросовестной компанией. 

Лишение права на вычет НДС налогоплательщика - покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику - покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Налоговый орган указывая, что у ООО «Алмазстрой Инжиниринг» отсутствуют основные средства, нематериальные активы, незавершённого строительства, долгосрочных финансовых вложений и прочих внеоборотных средств, трудовых ресурсов, не учел, что отсутствие у контрагента материальных и трудовых ресурсов, основных средств, транспорта, арендованных площадей, не может являться основанием признания хозяйственной деятельности отсутствующей, поскольку в действующем законодательстве отсутствует запрет на привлечение работников по договорам подряда, аренду транспорта и основных средств. Доказательств, указывающих на невозможность привлечения ООО «Алмазстрой Инжиниринг» необходимых средств и персонала для осуществления работ, налоговый орган не представил. 

При этом налоговый орган сам подтверждает, что ООО «Алмазстрой Инжиниринг» уплачивало налоги, а, следовательно, вела предпринимательскую деятельность. 

Законодательство Российской Федерации не предусматривает в качестве обязательного условия ведения хозяйственной деятельности - закупку основных средств. Компания вправе брать имущество в аренду и привлекать сторонние организации, т.е. вправе самостоятельно выбирать приемлемую для неё модель бизнеса. 

Налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком     недобросовестности,     поскольку     закон     не     обязывает     организацию     иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. 

Отсутствие информации о субподрядчиках в исполнительской документации и иных документах, сопровождающих строительство, вызвано отсутствием согласования заказчика на их привлечение. При этом, отсутствие такого согласования не свидетельствует об отсутствии реальных взаимоотношений между компаниями.

Делая вывод о нереальности операций налоговым органом не учтено, что ООО «Строй – Метиз» не согласовало с заказчиками привлечение спорных субподрядчиков. При этом привлечение субподрядчиков в отсутствие согласования грозило обществу финансовыми и репутационными потерями.

В такой ситуации, налогоплательщик не мог отразить в документах наименования субподрядчиков и в тех документах, в которых должны были фигурировать работники субподрядчиков указывались ответственные сотрудники ООО «Строй – Метиз».

Следует учитывать, что отсутствие согласия заказчика на привлечение субподрядчиков свидетельствует о нарушении условий договора между подрядчиком и заказчиком, но не об отсутствии между подрядчиком и субподрядчиком реальных взаимоотношений и разумной экономической цели, то есть может иметь только гражданско-правовые, а не налоговые последствия.

Указанный вывод поддержан судебной практикой, в частности, в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.08.2014 по делу № А65-24064/2013. Определением Верховного Суда РФ от 11.12.2014 № 306-КГ14-4774 отказано в передаче дела № А65-24064/2013 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления.

Кроме того, ООО «Строй – Метиз» самостоятельно несет ответственность за выполнение работ в полном объеме и в необходимые сроки в период действия договоров с заказчиками, а также за качество выполненных работ в течении гарантийного срока в связи с чем во всех документах (журналы общих работ, акты освидетельствования), оформляемых с участием заказчиков, только ООО «Строй – Метиз» представлено как лицо, осуществляющее строительство и выполнившее работы.

Следовательно, отсутствие в исполнительской документации сведений об инженерно-техническом персонале субподрядчиков не доказывает невыполнение соответствующего объема работ указанными контрагентами, поскольку такая практика заполнения журнала была обычной для заказчика и применялась им практически ко всем субподрядным организациям.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2022г. по делу № А65-4118/2021, в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.05.2022г. по делу № А65-4118/2021.

Кроме того, налоговый орган указал, что ООО «Строй – Метиз» не проявило должную осмотрительность, в частности не запрошены учредительные документы контрагента, паспорт директора и т.п. 

Однако, из нотариально заверенных письменных пояснений бывшего генерального директора общества ФИО5 усматривается, какие мероприятия проводило общество перед заключением договора с новыми контрагентами.

В частности, как указал ФИО5, перед тем как заключить договор, обществом проводились следующие мероприятия по проверке добросовестности контрагентов:

- на официальном сайте ФНС России проанализированы данные из ЕГРЮЛ. По ИНН определено, что на момент заключения договора указанные контрагенты являются действующими юридическими лицами, их руководители не являются дисквалифицированными лицами, адрес места регистрации не является адресом массовой регистрации юридических лиц;

- анализ выписки из ЕГРЮЛ показал, что на момент заключения договора в отношении указанных организаций в ЕГРЮЛ не вносилось сведений о недостоверности сведений о юридическом лице, а также не принималось решений о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ;

- в процессе заключения договора осуществлялись личные контакты с руководством указанных организаций.

Кроме того, общество запросило и получило следующие документы: устав, свидетельство о постановке на учет, решение единственного учредителя, приказ о назначении генерального директора, паспорт генерального директора.

Из содержания текста протокола допроса генерального директора ООО «Алмазстрой Инжиниринг» ФИО7 следует, что генеральный директор ООО «Алмазстрой Инжиниринг» подтверждает договорные взаимоотношения с ООО «Строй – Метиз». 

Налоговый орган указал, что контрагенты ООО «Алмазстрой Инжиниринг» имеют признаки недобросовестности. 

Между тем, Федеральная в п. 21 Письма от 10 марта 2021 г. N БВ-4-7/3060@ ФНС России отметила, что в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда РФ, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет по налогу на добавленную стоимость не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате налога на добавленную стоимость, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 N 41-П, определения от 16.10.2003 N 329-О, от 10.11.2016 N 2561-О, от 26.11.2018 N 3054-О и др.).

Указанный подход нашел свое закрепление в пункте 3 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации. Согласно данной норме при выполнении предусмотренного пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ требования об исполнении обязательств по сделке лицом, являющимся должником по ней, то обстоятельство, что данным лицом допущено нарушение налогового законодательства, не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания неправомерным уменьшения налогоплательщиком налоговой обязанности.

Как далее отметило ФНС России, при применении указанных положений необходимо учитывать правовые позиции, выраженные в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.05.2020 N 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 N 305-ЭС19-16064, согласно которым вступление в отношения с хозяйствующим субъектом, обладающим экономическими ресурсами, достаточными для исполнения сделки самостоятельно либо с привлечением третьих лиц, обладающими такими ресурсами, дает разумно действующему налогоплательщику - покупателю основания ожидать, что сделка этим контрагентом будет исполнена надлежащим образом, а налоги при ее совершении - уплачены в бюджет. В подобной ситуации предполагается, что выбор контрагента отвечал условиям делового оборота, пока иное не будет доказано налоговым органом.

Таким образом, негативные последствия неисполнения контрагентом, ведущим экономическую деятельность, обязанности по уплате налога на добавленную стоимость в должном размере могут быть возложены на налогоплательщика в виде отказа ему в праве на применение вычетов сумм данного налога при условии, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик знал о налоговых правонарушениях, допущенных контрагентом (в том числе в результате невыполнения контрагентом требований подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 Кодекса в отношении привлекаемых им поставщиков (субподрядчиков, соисполнителей), и извлекал выгоду из противоправного поведения контрагента за счет причинения ущерба бюджету Российской Федерации. Данный подход основывается на правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2021 N 309-ЭС20-17277.

Далее ФНС России указало на то, что налоговым органам следует доказывать, что налогоплательщик знал о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или иной подконтрольности, либо ввиду установления согласованных действий между указанными лицами, направленных на неуплату налога.

Таким образом, исходя из сформированной позиции ФНС РФ, Конституционного суда РФ и Верховного суда РФ, в данном случае налоговому органу необходимо было доказать совокупность следующих обстоятельств:

- выбор контрагента не отвечал условиям делового оборота;

- налогоплательщик знал о налоговых правонарушениях, допущенных контрагентом (в том числе в результате невыполнения контрагентом требований пп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ в отношении привлекаемых им соисполнителей), и извлекал выгоду из противоправного поведения контрагента за счет причинения ущерба бюджету РФ;

- взаимозависимость или иную подконтрольность, либо установить согласованность действий между обществом и организациями-перевозчиками, направленную на неуплату налога.

В рассматриваемом случае налоговый орган не предоставил каких-либо доказательств того, что выбор обществом контрагента не отвечал условиям делового оборота, а также то, что общество знало о том, что контрагентом допущено правонарушение. 

Налоговый орган также не предоставил каких-либо доказательств взаимозависимости, подконтрольности, либо согласованности действий между обществом и ООО «Алмазстрой Инжиниринг» и контрагентами последнего. 

Налоговый орган на странице 50 оспариваемого решения указал о том, что общество не представило карточки счета 10 по номенклатурным группам отдельно по каждой номенклатуре. 

Между тем, ООО «Строй – Метиз» прикладывало к возражениям на акт налоговой проверки карточки счета 10 отдельно по каждой номенклатуре, однако налоговый орган в решении об этом не указал.

По взаимоотношениям с ООО «Гарант+» судом установлено следующее.

Налоговый орган на странице 51 оспариваемого решения указал на то, что счет-фактуры подписаны ФИО8, при этом доверенность не предоставлена. 

Между тем, ФИО8 несколькими месяцами позже стал генеральным директором ООО «Гарант+» и одним из учредителей. 

По взаимоотношениям с ООО «СК АДМ Престиж» налоговый орган заявляет об отсутствии перечислений денежных средств в адрес ООО «СК АДМ Престиж». 

При этом, часть денежных средств получено наличными, что подтверждается показаниями директора ФИО9 (стр.69 оспариваемого решения). Общество также прикладывало к возражениям на акт выездной проверки расписку генерального директора ООО «СК АДМ ПРЕСТИЖ» из содержания которой следует, что она по договору поставки получил часть оплаты наличными в сумме 2 400 000 рублей.

Остальные приведенные доводы налогового органа по контрагентам ООО «Гарант+», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Альянс Групп», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас» идентичны с доводами по ООО «Алмазстрой Инжиниринг» и подлежат отклонению по тем же основаниям, указанным выше.

Кроме того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июня 2020г. по делу №А65-11385/2020 с ООО «Строй – Метиз» в пользу ООО «Канапе» было взыскано 4 437 828,94 руб. задолженности за поставку товара. Данную задолженность ООО «Канапе» ранее приобрело у ООО «Кронас» по договору уступки права требования, что установлено указанным судебным актом.

Кроме этого, налоговым органом не установлена недостоверность сведений в представленных ООО «Строй-Метиз» первичных документах. Первичные документы со стороны спорной организации подписаны уполномоченным лицом. На момент совершения хозяйственных операций контрагенты общества были зарегистрированы в установленном порядке, являлись действующими, доказательств, свидетельствующих о направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды инспекцией не представлено. 

Аналогичную правовую позицию указала Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в Определении от 14.05.2020 N 307-ЭС19-27597 по делу N А42-7695/2017: достоверность налоговой отчетности, представленной контрагентом налогоплательщика, не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов. Формулируя вывод об отсутствии экономического источника для вычета (возмещения) НДС, налоговый орган не установил того, что за незначительным налоговым бременем поставщика может стоять неполнота уплаты налогов и контрагент общества должен был исчислить НДС к уплате в большей сумме. Таким образом, минимальная налоговая нагрузка не имеет правового значения для оценки обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды, и не может свидетельствовать о невозможности осуществления спорным контрагентом финансово-хозяйственной деятельности.

Необходимо отметить, что в соответствии со ст. 88 Налогового кодекса Российской Федерации обязанностью налоговых органов является проведение камеральных налоговых проверок по представленным налогоплательщиками декларациям. Согласно пунктов 4, 5 Приложения № 1 к Приказу ФНС России от 30.05.2007 № ММ-3-06/333@, наличие у налогоплательщика налоговой нагрузки ниже среднего является одним из факторов, на основании которых налоговый орган выявляет наиболее вероятные «зоны риска» (нарушения законодательства о налогах и сборах) и определяет необходимые мероприятия налогового контроля. 

Налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком     недобросовестности,     поскольку     закон     не     обязывает     организацию     иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. 

Исследовав представленные сторонами документы, суд отклоняет довод налогового органа о том, что фактически спорные услуги не оказывались в связи с тем, что контрагенты не могли оказать данные услуги по причинам отсутствия в данной организации необходимых ресурсов (производственные активы, основные и транспортные средства, персонал) в спорном периоде.

Факт отсутствия штатной численности работников у контрагентов не влияет на возможность выполнения хозяйственных операций, так как действующее законодательство предоставляет возможность заключения гражданско-правовых договоров на выполнение работ, возможность привлечения иных организаций и заключение трудовых договоров для выполнения определенных работ. Кроме того, необходимо доказать отсутствие у контрагентов налогоплательщика основных средств на ином праве, чем право собственности.

Налоговым органом схемы кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно самим заявителем, представленные в анализе движения денежных средств, в результате чего выявился бы возврат в его адрес ранее направленных денежных средств либо перевод в наличную форму средств с его счета в банке с целью их исключения из-под налогового контроля в ходе налоговой проверки не выявлено. Возвращение к самому заявителю денежных средств через цепочку последующих организаций, физических лиц не доказано, согласованность в действиях вышеуказанных контрагентов с обществом не установлена. Налоговым органом не представлено доказательств того, что движение денежных средств по расчетным счетам контрагентов или других третьих лиц контролировалось заявителем либо проводилось по его поручению. Не представлено и доказательств того, что общество знало либо имело возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счета контрагентов. Все дальнейшие действия контрагентов с полученными от общества денежными средствами, в том числе исчисление налогов в бюджет, не могут контролироваться налогоплательщиком и не могут вменяться ему в вину, равно как и выступать в качестве основания для привлечения последнего к налоговой ответственности. Какая-либо взаимозависимость или аффилированность между заявителем и его контрагентами налоговой проверкой не установлена.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что проведенная инспекцией налоговая проверка выявила нарушения законодательства о налогах и сборах исключительно со стороны контрагентов общества, ответственность за которые не может быть возложена на заявителя без установления его недобросовестности и согласованности их действий.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 указал, что главным признаком получения необоснованной налоговой выгоды является доказанность налоговой инспекцией факта отсутствия реального приобретения товаров (работ, услуг), а также факта недостоверности документов, о которых налогоплательщик не мог не знать.

В нарушение норм действующего законодательства, налоговым органом такие доказательства не представлены.

Таким образом, обстоятельств, предусмотренных ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, и препятствующих применению налоговых вычетов и учету затрат, не имеется.

Выполненные подрядчиками работы приняты ООО «Строй - Метиз», оприходованы в бухгалтерском учете, а впоследствии сданы заказчикам – не аффилированным с налогоплательщиком организациям.

В свою очередь, указанными заказчиками работы приняты без замечаний, оплачены  частично путем наличной передачи денежных средств.

Представленные на проверку документы полностью соответствуют требованиям действующего законодательства, в том числе требованиям Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.

Между тем, налоговый орган полагает, что данное обстоятельство свидетельствует о формальности документооборота.

Однако, выводы налогового органа не соответствуют действительности. Данное обстоятельство объясняется особенностями документооборота ООО «Строй - Метиз» и субподрядчиков.

Ссылка налогового органа на минимальные суммы уплаты налогов контрагентов в бюджет несостоятельна, поскольку по существу выражают несогласие налоговой инспекции с нормами гл.21 Налогового кодекса Российской Федерации, устанавливающими порядок исчисления НДС и его определение, как разницу между суммами налога, исчисленными исходя из стоимости реализованных товаров, работ, услуг, и суммами налога, предъявленными налогоплательщику при приобретении товаров, работ и услуг.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023г. по делу № А65-12962/2022.

Налогоплательщиком в материалы дела были представлены справки по проверке благонадежности спорных контрагентов. По результатам проведенной проверки в отношении спорных контрагентов установлено отсутствие сведений о недостоверности, о невозможности исполнения договорных обязательств, а также иные порочащие сведения. 

Также суд отмечает, что претензии налогового органа к контрагентам второго и последующих звеньев на правомерность применения ООО «Строй - Метиз» налоговой выгоды не могут быть переложены на самого заявителя. 

Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5-9/547@ особо отмечено, что недобросовестность контрагентов второго и последующих звеньев сама по себе не может возлагать на налогоплательщика негативные последствия.

Данный подход также указан в п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017, а также Определением Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-120736/2015.

В соответствии с Определением Конституционного Суда РФ от 16.10.2003 N 329-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью "Экспорт-сервис" на нарушение конституционных прав и свобод положениями абзаца первого пункта 4 статьи 176 Налогового кодекса Российской 5 Федерации» истолкование статьи 57 Конституции РФ в системной связи с другими положениями Конституции РФ не позволяет сделать вывод о том, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налога в бюджет. В Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" также указано, что сам факт нарушения контрагентом налогового законодательства не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. 

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 по делу N А40-71125/2015 указано, что налогоплательщик не имеет отношения к движению денежных средств по счетам контрагента и субконтрагентов, если налоговым органом не доказано обратное. 

Суд также соглашается с доводами заявителя о неправомерности доначисления налоговым органом налога на прибыль по взаимоотношениям с ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем». 

Положения статей 31, 247, 252 Налогового кодекса Российской Федерации не предоставляют налоговому органу правовые основания для принятия оспариваемого решения в части доначисления налога на прибыль с учетом недоказанности факта самостоятельного выполнения обществом всего объема спорных работ. При осуществлении мероприятий налогового контроля в рамках выездной налоговой проверки инспекцией должен быть определен действительный размер налоговых обязательств общества за проверяемый период. 

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на прибыль признается полученная налогоплательщиком прибыль, которая для российских организаций определяется как полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных налогоплательщиком расходов. 

Под расходами налогоплательщика, которые признаются обоснованными и могут быть учтены при исчислении налога на прибыль согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ, понимаются экономически оправданные затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

Таким образом, положениями главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации установлена соотносимость доходов и расходов налогоплательщика. Объектом налогообложения при этом выступает полученный налогоплательщиком результат его хозяйственной деятельности в виде прибыли. Как следует из пункта 7 Постановления  Пленума ВАС РФ № 53 если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Согласно разъяснениям пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57, в случае отсутствия или признания ненадлежащими документов по отдельным совершенным налогоплательщиком операциям доходы (расходы) по этим операциям определяются налоговым органом по правилам подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ, то есть расчетным путем.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 19.07.2011 N 1621/11, согласно которой частичное представление налогоплательщиками в рамках проведения выездной налоговой проверки первичных документов бухгалтерского и налогового учета не является обстоятельством, освобождающим налоговые органы от применения положений названной нормы Кодекса, поскольку задачей налогового контроля является объективное установление размера налогового обязательства проверяемого налогоплательщика.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определение от 5 июля 2005 года N 301-О, наделение налоговых органов правом исчислять налоги расчетным путем вытекает из возложенных на них обязанностей по осуществлению налогового контроля в целях реализации основанных на Конституции Российской Федерации и законах общеправовых принципов налогообложения - всеобщности и справедливости налогообложения, юридического равенства налогоплательщиков, равного финансового бремени.

Из изложенного следует, что при определении расчетным путем сумм налогов, подлежащих уплате, должны учитываться не только имеющиеся данные о выручке от реализации товаров (работ, услуг) и других результатах предпринимательской деятельности, формирующих налоговую базу по соответствующим налогам, но и данные о расходах и иных экономических показателях, принимаемых к налоговым вычетам. Только в таком случае может быть соблюден баланс публичных и частных интересов, учтена способность налогоплательщика к уплате налога и экономически обоснована сумма налога, определенная расчетным путем.

Как уже было отмечено выше, в оспариваемом решении налогового органа не проведен анализ наличия у заявителя возможности самостоятельно выполнить спорные работы исходя из имеющихся ресурсов. 

При этом материалами дела установлено, что у налогоплательщика отсутствовали собственные трудовые ресурсы для выполнения работ, оказанных заявителю ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем»; заказчики общества приняли спорные услуги и товар в полном объеме. Имеющиеся доказательства свидетельствуют, что в проверяемом периоде ООО «Строй - Метиз» не имело возможности выполнить весь объем работ для заказчиков собственными силами, а также поставить спорный товар. 

Поставив под сомнение реальность выполнения работ конкретными контрагентами, налоговый орган не установил действительный размер налоговых обязательств общества по налогу на прибыль, расчетный метод не применила, полностью исключив соответствующие расходы, что фактически привело к незаконному начислению налога на прибыль с оборота организации. 

В данном случае отсутствие деловой (хозяйственной) цели налоговым органом в ходе проверки не установлено. Сделки заявителя с контрагентами имеют разумное объяснение с позиции хозяйственной необходимости их совершения и исполнения.

При этом факт выполнения подрядных работ именно сотрудниками заявителя налоговым органом не установлен.

Таким образом, налоговый орган признает, что сам факт реальности приобретения обществом спорных работ им не опровергнут, допуская при этом, что указанные работы могли быть выполнены третьими лицами (а не самим налогоплательщиком).

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023г. по делу № А65-11962/2022.     

В материалах проверки отсутствуют доказательства того, что работы не приобретались налогоплательщиком у спорных контрагентов либо приобретены у других лиц.

Между тем, установленная при налоговой проверке реальность хозяйственных операций, совершенных налогоплательщиком, является основанием для признания налоговой выгоды обоснованной, что неоднократно подчеркивалась высшими судебными инстанциями.

Так, Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 разъяснил: «Условием признания понесенных организацией расходов при исчислении налога на прибыль является действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. ... Поскольку в силу пункта 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием к учету, реальность соответствующих хозяйственных операций также является необходимым условием для использования налоговых вычетов».

Непредставление документов контрагентом налогоплательщика не является основанием для отказа в применении налоговых вычетов и учета затрат, а является самостоятельным основанием для привлечения субподрядчиков к ответственности по ст. 126 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 фактнарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себене является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговойвыгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговыморганом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Отношений взаимозависимости и/или аффилированности между налогоплательщиком и спорными контрагентами не имеется, равно как и иных обстоятельств, которые свидетельствовали бы об осведомленности ООО «Строй - Метиз» о нарушениях, допущенных контрагентами.

Арбитражным судом установлено, что налогоплательщиком проявлен должный уровень заботливости и осмотрительности при выборе субподрядных организаций. Контрагенты заявителя являлись действующими организациями, давно работающими на рынке, имеющими хозяйственные отношения с иными контрагентами, кроме налогоплательщика.

Перед заключением договоров налогоплательщиком были установлены все необходимые сведения – правоспособность контрагента, его государственная регистрация в качестве юридического лица, ФИО руководителя и т.д. 

Налогоплательщик удостоверился в личности руководителей контрагентов. Установил отсутствие руководителей контрагентов в реестре лиц, отказавшихся в суде от участия (руководства) в организации или в отношении которых данный факт установлен (подтвержден) в судебном порядке.

Налоговый орган не представил доказательств того, что движение денежных средств по расчетным счетам контрагентов второго и последующих звеньев контролировалось налогоплательщиком либо проводилось по поручению налогоплательщика. Не доказано и то, что налогоплательщик знал либо имел возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счет субподрядчиков, а уже им - на расчетные счета последующих получателей.

При этом сам налогоплательщик либо его субподрядчик, денежные средства не обналичивали, что не оспаривается налоговым органом.

Претензии налогового органа сводятся к претензиям к контрагентам, однако обстоятельства деятельности третьих лиц не могут являться основанием для отказа в применении налоговых вычетов и учете затрат налогоплательщику.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации налоговым органом не доказана нереальность спорных хозяйственных операций и наличие согласованных с контрагентами умышленных действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды в виде необоснованного возмещения из бюджета НДС и налога на прибыль. Доказательств создания указанных юридических лиц для выведения денежных средств из легального хозяйственного оборота через цепочку организаций путем перечисления денежных средств самому заявителю или лицам, имеющим к нему отношение, материалы дела не содержат. Кроме того, налоговым органом не установлено подписание первичных документов не установленными или не уполномоченными лицами.

При применении положений п.3 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации недопустим формальный подход налогового органа к оценке обстоятельств занижения налогоплательщиком налоговой базы или уклонения от уплаты налогов.

Поскольку в силу п.2 ст.171, п.1 ст.172 НК РФ применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием к учету, реальность соответствующих хозяйственных операций также является необходимым условием для использования налоговых вычетов.

При оценке соблюдения данных требований Налогового кодекса Российской Федерации необходимо учитывать, что законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики.

Соответственно, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов.

На основании ч.1 ст.65 и ч.5 ст.200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для его принятия, возлагается на орган, который принял данное решение.

В соответствие с п.1 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате    искажения    сведений    о    фактах    хозяйственной    жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При этом в Письме ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-7/16152@ "О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую НК РФ" определенно, что указанная норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п.

В указанной связи налоговым органам при доказывании фактов неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или необоснованного получения права на их возмещение (возврат, зачет) необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченном в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей), в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды.

Письмом ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ "О рекомендациях по применению положений ст. 54.1 НК РФ" указанные разъяснения были дополнены.

Так, в соответствие с указанным письмом, положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агентом.

При        отсутствии     доказательств      такого     умысла      у     налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения п.1 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, налоговые органы для целей применения п. 1 ст. 54.1 НК РФ должны доказать совокупность следующих обстоятельств:

-существо искажения (то есть в чем конкретно оно выразилось);

-причинную связь между действиями налогоплательщика и допущенными искажениями;

-умышленный характер действий налогоплательщика (его должностных лиц), выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога; потери бюджета.

Однако, в оспариваемом решении не содержится каких-либо доказательств искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, которые привели к уменьшению сумм налога. Кроме того, налоговым органом не был установлен умысел в действиях заявителя при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности в проверяемый налоговый период, при этом в нарушение требований ст.65 АПК РФ надлежащих доказательств обратного налоговым органом в материалы дела не представлено.

В материалах настоящего дела также отсутствуют надлежащие относимые и допустимые в силу положений ст.ст. 64, 67 и 68 АПК РФ доказательства того, что применительно к спорным сделкам у заявителя отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Представленные обществом в данное дело документы в совокупности подтверждают реальность совершенных им хозяйственных операций в проверяемый налоговый период, действительное исполнение договоров заявителем и его контрагентами, отражение хозяйственных операций в учете налогоплательщика и контрагентов должным образом и в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ.

Поскольку законодательство РФ о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики, именно на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объёма материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Заявителем в исполнение требований ч.1 ст.65 АПК РФ были представлены все надлежащим образом оформленные документы и исполнены все требования, установленные НК РФ, подтверждающие право на получение налоговых вычетов, данные документы подтверждают факт реального осуществления хозяйственных операций заявителя с его контрагентами, налоговый орган, в свою очередь, в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не доказал, что эти документы содержат недостоверные сведения, а действия заявителя и его контрагентов были направлены исключительно только на получение необоснованной налоговой выгоды или неправильного исчислении налоговой базы.

Довод о совпадении IP-адреса налоговый орган должен был использовать в совокупности с другими доказательствами нарушения, а именно:

                     первичные документы от имени контрагентов подписали неустановленные лица;

                     учредители и руководители контрагентов отрицают свою причастность к деятельности этих компаний;

                     налогоплательщик и контрагенты имеют счета в одном банке;

                     офисы контрагентов не находятся по юридическому адресу;

                     у поставщиков отсутствовали необходимые ресурсы для ведения реальной деятельности;

                     контрагенты не несут расходы, необходимые для реальной деятельности;

                     партнеры не исполняют налоговые обязательства, представляют нулевую отчетность;

                     отсутствуют документы, подтверждающие перемещение товара.

Однако, перечисленные выше нарушения со стороны заявителя отсутствуют.

IP-адрес характеризует не отдельный компьютер или маршрутизатор, а одно сетевое соединение.

Таким образом, если в здании (помещении) установлен роутер или иное устройство, дающее компьютерам возможность выхода в Интернет, IP-адрес присваивается раздающему устройству, обеспечивающему сетевое соединение.

Следовательно, все компьютеры, получающие доступ в Интернет через общее устройство, имеют один и тот же IP-адрес.

Использование одного IP адреса для доступа к сети интернет двумя организациями по месту осуществления части хозяйственной деятельности не может являться доказательством взаимозависимости, так как вызвано техническими особенностями по подключению к данным помещениям сети "Интернет" через устройство беспроводной передачи данных.

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 14.10.2021г. по делу №А65-29401/2020, в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023г. по делу №А65-12962/2022.

В рассматриваемом случае отсутствуют со стороны налогового органа надлежащие доказательства взаимозависимости, аффилированности, подконтрольности или согласованности действий заявителя с ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем» для целей получения необоснованной налоговой выгоды, как отсутствуют и доказательства управления заявителем финансово-хозяйственной деятельностью вышеуказанных организаций.

Кроме того, отсутствуют и надлежащие доказательства  того, что взаимоотношения или условия сделок между обществом и рассматриваемыми контрагентами выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности (отклонение цен, особые условия расчетов и т.п.).

Налоговый орган в результате проведенной выездной налоговой проверки с достоверностью не установил признаки взаимозависимости лиц, предусмотренной ст.105 НК РФ, которые могли бы свидетельствовать о взаимозависимости или подконтрольности между ООО «Алмазстрой Инжиниринг», ООО «Гарант+», ООО «Альянс Групп», ООО «СК АДМ Престиж», ООО «Элит», ООО «Стройтехмонтаж», ООО «Мега Эксперт», ООО «Кронас», ООО «СТК Петроф», ООО «Адэкт», ООО «Версаль», ООО «Эдем» и заявителем.

Также налоговым органом в нарушение требований ч.5 ст.200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказана нереальность спорных хозяйственных операций и наличие согласованных с контрагентами умышленных действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды в виде необоснованного возмещения из бюджета НДС.

В п.3 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации закреплены положения, исключающие из практики налоговых органов формальный подход при выявлении обстоятельств занижения налоговой базы или уклонения от уплаты налогов. В частности, предусмотрено, что такие обстоятельства, как подписание первичных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций), не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В материалах настоящего дела также отсутствуют и доказательства того, что применительно к спорным сделкам у заявителя отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами только с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Оценка экономической целесообразности понесенных обществом расходов не входит в компетенцию налоговых органов, поскольку НК РФ не содержит положений, позволяющих налоговым органам оценивать произведенные налогоплательщиками расходы с позиции их экономической целесообразности, рациональности и эффективности.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемое решение №4 от 14.04.2022г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения является незаконным, противоречащим Налоговому кодексу Российской Федерации.

То обстоятельство, что в настоящем решении не указаны какие-либо конкретные доказательства, либо доводы, не свидетельствует о том, что они не были исследованы и оценены судом. Все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены судом в порядке ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и по ним были сделаны соответствующие выводы. При том, что оценка какого-либо доказательства, сделанная судом не в пользу стороны, представившей это доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны суда.

Согласно части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявите ля в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании не нормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными. 

В силу части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должны содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

В силу ст.110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы по уплате 3 000руб. государственной пошлины возмещаются заявителю за счет ответчика.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ) (часть 2 статьи 184, статья 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, к опии судебного акта на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л :

признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №10 по Республике Татарстан о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №4 от 14.04.2022, принятое в отношении общества с ограниченной ответственностью "Строй-Метиз", Балтасинский район, пгт.Балтаси.

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы №10 по Республике Татарстан устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью "Строй-Метиз", Балтасинский район, пгт.Балтаси.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №10 по Республике Татарстан, п.г.т.Богатые Сабы (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью "Строй-Метиз", Балтасинский район, пгт.Балтаси (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 3 000рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.

 

Судья                                                                                                            А.Р. Минапов