ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-28322/2021

г. Саратов

04 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена                     « 03 » декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен                              « 04 » декабря 2024 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего - судьи Шалкина В.Б.,

судей Лыткиной О.В., Савенковой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                  Дроздовой В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Саратовский институт стекла»  на решение Арбитражного суда Саратовской области от 18 декабря 2023 года  по делу № А57-28322/2021 по иску акционерного общества «Саратовский институт стекла» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Саратов,

к закрытому акционерному обществу «Тепломонтаж» (ОГРН 

<

***>,                          ИНН 

<

***>), г. Москва,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 

временный управляющий акционерного общества «Саратовский институт стекла» ФИО1, BOHEMIA HOTWORK s.r.o,

о взыскании 11314454,34 руб., 

при участии в судебном заседании представителей: от  АО «Саратовский институт стекла» - ФИО2 по доверенности от 09.01.2023 № 6, от ЗАО «Тепломонтаж» - ФИО3 – генерального директора (по паспорту), ФИО4 по доверенности от 07.10.2024 № б/н, в отсутствие остальных лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось акционерное общество «Саратовский институт стекла» (далее - АО «Саратовский институт стекла», истец) с иском к закрытому акционерному обществу «Тепломонтаж» (далее - ЗАО «Тепломонтаж», ответчик) о взыскании убытков в размере 30014482 руб. 

При рассмотрении дела в суде первой инстанции истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) обратился с  ходатайством об уточнении заявленных требований, согласно которым просил суд принять уменьшение размера исковых требований и взыскать с ответчика убытки в размере 11314454,34 руб. 

Частью 1 статьи 49 АПК РФ установлено право истца при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Судом первой инстанции принято уменьшение размера исковых требований.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 15.12.2022, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2023, в удовлетворении исковых требований АО «Саратовский институт стекла» к ЗАО «Тепломонтаж» о взыскании убытков в размере 11314454 руб. 34 коп. отказано. С АО «Саратовский институт стекла»  в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по иску в размере 79572 руб.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 04.07.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 15.12.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2023 по делу № А57-28322/2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Арбитражный суд кассационной инстанции, отменяя вышеназванные судебные акты, указал, что арбитражным судам первой и апелляционной инстанций надлежало установить, к каким видам работ относятся работы по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава, выполненные ответчиком по договору с истцом, исходя из которых подлежит определению срок исковой давности по заявленным требованиям. Необходимо дать оценку спорным работам, установить, имеют ли спорные работы капитальный характер, поскольку связаны с реконструкцией стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 производительностью 350 тонн/сутки, согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО» и статье 1.1.1.2 бюджета (работа по металлу, по печи и фундаментам). Кроме того, суды не установили этапы выполнения работ и подписания окончательного акта приемки выполненных работ для правовой оценки требований истца в соответствии с разделом 7 договора и нормами гражданского законодательства. Суды не мотивировали, на основании каких установленных по делу обстоятельств и представленных сторонами доказательств ими были применены нормы, регулирующие сроки обнаружения результатов ненадлежащего качества выполненных по договору работ, исковой давности по ненадлежащему их качеству. Судами не исследованы документы, представленные истцом в обоснование заявленной по иску суммы убытков, приведенные сторонами доводы по вине подрядчика в их возникновении. По делу при оценке акта от 25.01.2019 не установлено, какие работы были выполнены подрядчиком по нему, входили ли они в состав работ по договору с истцом. Кроме того, учитывая предмет договора – сложное инженерное сооружение, представленные истцом претензии, касающиеся качества работ на объекте, являвшемся предметом договора с ответчиком, уточнение истцом суммы исковых требований, нельзя признать обоснованным отказ судов в назначении судебной экспертизы в целях определения качества выполненных подрядчиком работ по договору и заявленной суммы убытков по указанным истцом недостаткам. Суды, рассмотрев заявленный иск по существу без наличия заключения лиц, имеющих специальные знания, не обеспечили установление всех необходимых для правильного разрешения спора обстоятельств, представления доказательств по делу, которые могли бы повлиять на выводы суда относительно правомерности заявленного истцом требования. Указанное обстоятельство повлекло нарушение положений статьи 68 АПК РФ о подтверждении обстоятельств определенными доказательствами, статьи 9 данного Кодекса о создании судом условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств по делу. В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции ограничен в своих полномочиях по установлению обстоятельств, на которые ссылались участники спора, но не были установлены арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, в связи с чем, обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции для устранения указанных выше нарушений норм как процессуального права, так и материального права. На основании изложенного суд кассационной инстанции посчитал выводы суда об отказе в удовлетворении иска преждевременными, что в силу статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалованных судебных актов. Кассационный суд дал указание суду первой инстанции при новом рассмотрении дела установить и оценить отмеченные выше обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора, дать правовую оценку доводам сторон на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств, на которые ссылаются лица, участвующие в деле, в обоснование своих доводов и возражений, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств, имеющихся в материалах настоящего дела, в их совокупности, принять законный и обоснованный судебный акт, исходя из норм действующего законодательства.

Указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело (часть 2 статьи 289 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 18.12.2023 по делу № А57-28322/2021 в иске отказано. С АО  «Саратовский институт стекла» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по иску в размере 79572 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО  «Саратовский институт стекла» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить полностью, принять по настоящему делу новый судебный акт об удовлетворении иска. 

В обоснование доводов жалобы заявитель жалобы указывает, что истцом соблюдены условия договора от 16.03.2018 № 49 в полном объеме, тогда как ответчик уклонился от их соблюдения; выводы суда первой инстанции о том, что АО «Саратовский институт стекла» не направлялись письменные требования к ответчику с указанием конкретных недостатков и отступлений от условий договора, сроков их устранения в порядке, предусмотренном условиями пункта 7.4 договора, сделаны при неполном исследовании обстоятельств дела, подлежащих установлению, что является основанием для отмены обжалуемых судебных актов на основании части 1 статьи 288 АПК РФ;  АО «Саратовский институт стекла» в адрес ЗАО «Тепломонтаж» направлялись претензии 29.04.2021 и 23.09.2021, т. е. претензии по качеству работ возникли у истца значительно позже 22.12.2020; принимая во внимание предмет и характер настоящего спора, а также обстоятельства, входящие в круг доказывания при рассмотрении требований о взыскании суммы ущерба, причиненного некачественным выполнением работ по договору подряда, ссылка в судебном акте по делу № А57-27737/2019 на отсутствие претензий по качеству и срокам выполнения работ от заказчика сама по себе не свидетельствует об установлении судом обстоятельств, не подлежащих доказыванию и имеющих преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела; обстоятельства настоящего спора, возникшие позднее, не являлись предметом исследования суда по делу № А57-27737/2019, т. е. установленные обстоятельства и оценка доказательств, данная по ранее рассмотренному спору, не образуют преюдиции по смыслу статьи 69 АПК РФ; судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы, что лишило истца возможности реализовать его  процессуальные права и обязанности по доказыванию имеющих значение для дела обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением от 18.11.2024 произведена замена судьи А.Ю. Самохваловой, находившейся в отпуске, на судью Н.В. Савенкову и сформирован следующий состав суда: председательствующий – судья В.Б. Шалкин, судьи О.В. Лыткина, Н.В. Савенкова для рассмотрения  апелляционной жалобы акционерного общества «Саратовский институт стекла»  на решение Арбитражного суда Саратовской области от 18 декабря 2023 года  по делу № А57-28322/2021. После замены судьи в процессе рассмотрения дела судебное разбирательство производится с самого начала.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ апелляционный суд объявил перерыв в судебном заседании до 03.12.2024 до 11 часов 45 минут (МСК+1), о чем вынесено протокольное определение от 19.11.2024. Объявление о перерыве размещено в соответствии с рекомендациями, данными в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2006 года № 113 «О применении статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», на сайте Двенадцатого арбитражного апелляционного суда.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта арбитражного суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке в соответствии с требованиями статей 268 – 271 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции в порядке части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам. 

            Апелляционный суд, исследовав материалы дела в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзывах на нее, выступлениях присутствующих в судебном заседании участников процесса, считает, что обжалуемый судебный акт подлежит частичной отмене в связи со следующим. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, АО «Саратовский институт стекла» (заказчик) и ЗАО «Тепломонтаж» (подрядчик) заключили договор подряда от 16.03.2018, согласно пункту 1.1 которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя выполнение работ по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 производительностью 350 тонн/сутки согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО» и статье 1.1.1.2 бюджета (работа по металлу, по печи и фундаментам) заказчика на объекте «Организация высокотехнологичного производства импортозамещающей продукции с высокой добавленной стоимостью», расположенного по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость работ, указанных в п. п. 1.1 настоящего договора, составляет 50000000 руб., в том числе НДС (18%) – 7627118 руб. 64 коп.

Согласно пункту 4.1 договора подрядчик обязан выполнить предусмотренные договором работы в установленные договором сроки, за согласованную сторонами стоимость и с надлежащим качеством в соответствии с требованиями строительных норм и правил, технических регламентов и условиями настоящего договора. 

В соответствии с пунктом 4.15 договора подрядчик обязан устранять за свой счет в установленные сроки в соответствии с требованиями заказчика или органов государственного строительного надзора, в том числе лиц и организаций, привлекаемых заказчиком для строительного контроля и приемки строительно-монтажных работ, а также все выявленные в процессе производства работ и после их завершения недостатки, возникшие из-за невыполнения или ненадлежащего выполнения соответствующих работ подрядчиком или привлеченными им третьими лицами, а в случае, если указанные недостатки причинили ущерб заказчику или третьим лицам, подрядчик также обязан возместить ущерб в полном объеме. 

Согласно пунктам 5.3.1 и 5.3.2 договора, в случае, если заказчиком будут обнаружены некачественно выполненные работы, то подрядчик обязан своими силами и за свой счет в согласованный с заказчиком срок, но не более 10 (десяти) рабочих дней с даты обнаружения некачественно выполненных работ, переделать эти работы для обеспечения их надлежащего качества без нарушения основного срока выполнения работ. В случае если подрядчик в срок, согласованный с заказчиком, не устранит выявленные недостатки в работах, заказчик вправе устранить их самостоятельно, либо с привлечением третьих лиц. Все расходы, связанные с устранением недостатков в работах, должны оплачиваться подрядчиком по счетам заказчика, а в случаях неоплаты расходы возмещаются путем удержания заказчиком соответствующих сумм из очередных платежей, причитающихся подрядчику. 

После подписания акта выполненных работ в период гарантийного срока АО «Саратовский институт стекла» обнаружило недостатки выполненных работ со стороны ЗАО «Тепломонтаж», которые привели к частичному разрушению стекловаренной печи и ее элементов, в результате чего АО «Саратовский институт стекла» понесло затраты по устранению последствий ненадлежащего исполнения условий договора. 

В соответствии с п. 7.1 – 7.4 договора подрядчик гарантирует (и несет при этом полную имущественную и иную ответственность) надлежащее качество выполнения работ, предусмотренных договором, соответствие их условиям договора, техническому проекту, требованиям заказчика, действующим нормативным правовым актам, техническим регламентам, санитарным правилам и нормам, действующим на момент выполнения работ, сдачи их заказчику и вводу объектов в эксплуатацию. Гарантийный срок составляет 3 (три) года и устанавливается со дня подписания сторонами окончательного акта приемки выполненных работ.

Согласно пункту 8.3 договора подрядчик после оформления приемки выполненных работ заказчиком не освобождается от выполнения любого из обязательств, предусмотренных настоящим договором подряда, которые остались не выполненные или выполненные с ненадлежащим качеством по времени подписания акта о его приемке.

АО «Саратовский институт стекла» как лично, так и с привлечением третьих лиц, произвело работы и мероприятия, которые были вызваны некачественным выполнением работ со стороны ЗАО «Тепломонтаж». Также со стороны АО «Саратовский институт стекла» были понесены иные затраты, связанные с необходимостью устранения последствий некачественного выполнения работ со стороны ответчика. 

Первичная претензия в адрес ЗАО «Тепломонтаж» была направлена 29.04.2021, повторная претензия о возмещении убытков была направлена 23.09.2021. Со стороны ЗАО «Тепломонтаж» в добровольном порядке возмещение ущерба в адрес АО «Саратовский институт стекла» произведено не было.

Таким образом, ЗАО «Тепломонтаж» обязано возместить АО «Саратовский институт стекла» понесенные убытки, вызванные некачественным выполнением условий договора подряда от 16.03.2018.

Оставление претензий без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд первой инстанции с настоящим иском.

В отзыве на исковое заявление ответчик с предъявленными исковыми требованиями не согласился, считает исковое заявление не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции учел следующее.

Определением от 23.09.2019 Арбитражный суд Саратовской области прекратил производство по делу № А57-18728/2019 по иску ЗАО «Тепломонтаж» к АО «Саратовский институт стекла» о взыскании задолженности по оплате выполненных работ по договору от 16.03.2018 № 49 по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава, утвердив мировое соглашение (копия определения прилагается).

В материалы дела были представлены акты выполненных работ по форме № КС-2 и № КС-3, которые также не содержали в себе каких-либо замечаний по выполненным работам со стороны Заказчика работ, а именно АО «Саратовский институт стекла».

Ходатайство о заключении мирового соглашения было направлено в суд представителем АО «Саратовский институт стекла». На момент рассмотрения дела, равно как и позже на протяжении более чем двух лет, каких-либо возражений, претензий, замечаний по качеству выполненных ЗАО «Тепломонтаж» работ предъявлено не было, а печь продолжала эксплуатироваться.

Судом первой инстанции отмечено, что Арбитражным судом Саратовской области вынесено определение от 22.12.2020 по делу № А57-27737/2019 о включении требования ЗАО «Тепломонтаж» в реестр требований кредиторов должника – АО «Саратовский институт стекла» в размере 3291611,65 руб., для удовлетворения в третью очередь реестра требований кредиторов.

Согласно материалам дела и буквальному толкованию текста определения сторонами не оспаривались факты заключения договора, выполнения работ, качества выполненных работ, возражений по качеству работ также не предъявлено. При этом суд указал: «Наличие вступившего в законную силу судебного акта подтверждает обоснованность заявленного требования и освобождает от обязанности доказывать требование по праву и по размеру другими доказательствами».

Вместе с тем, исходящим письмом от 22.01.2019 № 45 в адрес ЗАО «Тепломонтаж» был направлен вызов представителя подрядчика для осмотра стекловаренной печи и составления акта обнаружения недостатков. 

25.01.2021 АО «Тепломонтаж» направило уполномоченного представителя производства работ ФИО5 (доверенность № 01-08 от 23 января 2019 г. - копия прилагается) для проведения указанного мероприятия, по результатам которого был составлен акт осмотра разделительной стены левого регенератора стекловаренной печи между 2-1 и 3-1 камерой от 25 января 2019 г.

В акте осмотра разделительной стены левого регенератора стекловаренной печи между 2-1 и 3-1 камерой от 25.01.2019 в составе комиссии, состоящей из вице-президента ООО «Нарат-К» ФИО6, начальника ПТО АО «СИС» ФИО7, начальника цеха №1 АО «СИС» ФИО8, заместителя начальника цеха № 1 АО «СИС» по технологии ФИО9, а со стороны ОАО «ДИНУР» (поставщик огнеупоров) инженера-технолога ОТК ФИО10, ведущего инженера-технолога ИЦ ФИО11, представителей ООО «Группа Магнезит» менеджера КД ФИО12, специалиста по службе огнеупоров ФИО13 и представителя ЗАО «Тепломонтаж» ФИО5, зафиксировано следующее: в ходе осмотра обнаружено проседание кирпичной кладки верхних рядов разделительной стены между 2-м и 3-м регенератором. Для выявления причин деформации было принято решение о частичной разборке 7 рядов огнеупоров марки ДМ-Д5, для чего были привлечены сотрудники сервисной организации ООО «Промтепломонтаж».

При этом дословно указано: «после демонтажа огнеупоров и их визуальном осмотре дефектов материалов не обнаружено, а кладка разделительной стены выполнена согласно раскладке проекта, согласно требованиям к кладке регенераторов».

По результатам осмотра комиссия приняла решение провести осмотр стены в газовом пространстве регенератора при помощи эндоскопа и направить данные осмотра участникам комиссии. Однако в адрес ЗАО «Тепломонтаж» снова не поступало никаких  претензий, не сообщалось о месте, дате и времени проведения осмотра видеоэндоскопом.

Более того, как следует из гарантийного письма за подписью генерального директора от 11.07.2019 АО «Саратовский институт стекла»  в первом полугодии осуществляло наладку новой флоат-линии и планировало повышение объемов производства во втором полугодии 2019 г., то есть стекловаренная печь уже эксплуатировалась заказчиком по проектной мощности, а замечаний по качеству работ все также не поступало.

Несмотря на изложенное выше, 29.04.2021 в адрес ЗАО «Тепломонтаж» все же поступила претензия, в которой было указано, что ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» якобы выполнило обследование технического состояния стекловаренной печи 28.09.2018, то есть почти через год после обследования и демонтажа кладки разделительной стены между 2-м и 3-м регенератором от 25.01.2019.

При этом ЗАО «Тепломонтаж» не было уведомлено об этом осмотре, в обследовании не участвовало, результатов этого обследования и заключения не получило до настоящего времени.

Однако от 29.04.2021 в адрес ЗАО «Тепломонтаж» была направлена претензия от АО «СИС» со ссылкой на то, что ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» проводило осмотр стекловаренной печи, в результате которого пришло к выводу о нарушениях, допущенных на этапе выводки стекловаренной печи. Вместе с тем, в претензии не были указаны ни размер предполагаемого ущерба, ни причинно-следственные связи доказательств, что недостатки печи возникли именно по причине некачественности работ, выполненных ЗАО «Тепломонтаж», а не по причине перегрева конструкций печи, последующей ее наладки после демонтажа кладки от 25.01.2019 или нарушения технологического цикла при эксплуатации печи, либо в связи с нарушениями при производстве работ, выполненных третьими лицами.

Однако, как следует из буквального написания претензии (вероятно, цитата из заключения ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект»): «По верхней части стены выполнен ремонт методом керамической наплавки», что указывает на то, что конструктивные элементы стекловаренной печи подвергались демонтажу и ремонту силами третьих лиц, в связи с чем, технически определить и установить качество изначально выполненных подрядчиком работ после никем не контролируемого демонтажа и ремонта элементов печи собственными силами заказчика или с привлечением третьих лиц, не представляется возможным.

При этом по тексту претензии, несмотря на ее предположительный характер и указание на то, что на момент направления претензии 29.04.2021 лишь только еще производится расчет суммы ущерба, был сделан однозначный вывод о том, что именно ЗАО «Тепломонтаж» допустило нарушения при осуществлении кладки огнеупоров вопреки ранее составленному акту осмотра от 25.01.2019 в составе комиссии с участием представителя подрядчика.

Также в претензии указано, что ЗАО «Тепломонтаж» нарушило нормативные правила в отношении выводки стекловаренной печи, однако не указано какие конкретно. 

Данное обстоятельство, а именно тот факт, что на момент рассмотрения дел № А57-18728/2019 и № А57-27737/2019 и уже даже составления первичной претензии у заказчика работ отсутствовали обоснованные замечания по строительству и расчет суммы ущерба, свидетельствует лишь о недобросовестном поведении АО «Саратовский институт стекла» в соответствии со ст. 10 ГK РФ, которое злоупотребляет правом, подавая настоящий иск, поскольку не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

14.05.2021 ЗАО «Тепломонтаж» направило в адрес АО «Саратовский институт стекла» ответ на претензию исх. № 01-32, в котором указало на необходимость ознакомления с заключением ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» ввиду его неполучения до настоящего времени.

23.09.2021 в адрес ЗАО «Тепломонтаж» была направлена повторная претензия, в которой указывалась произвольная сумма ущерба без экономического обоснования, в связи с чем, подрядчик направил ответ исх. № 01-53 от 07.10.2021 о необходимости предоставления заключения ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» и экономического обоснования расчета суммы ущерба. Ответа не последовало до настоящего времени.

АО «Саратовский институт стекла», имея подобное заключение на руках, не было лишено возможности заявить о некачественности работ ни на момент заключения мирового соглашения, ни еще на этапе включения ЗАО «Тепломонтаж» в реестр кредиторов третьей очереди в соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012  35 (ред. от 21.12.2017) «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». Однако этого сделано не было.

Требования истца по настоящему делу основаны на том, что 16.03.2018 между АО «Саратовский институт стекла» и ЗАО «Тепломонтаж» был заключен договор подряда № 49  на выполнение следующих работ: реконструкция стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 (работа по металлу, по печи и фундаментам).

В соответствии с п. 2.1 указанного договора стоимость выполненных работ составляет 50000000 руб. 

В соответствии с пунктом 2.7 договора оплата (окончательный расчет) оставшихся к выплате денежных средств от стоимости выполненных работ производится заказчиком в течение 10 (десяти) банковских дней со дня подписания сторонами акта выполненных работ по монтажу оставшихся металлоконструкций, бункеров шихты и стеклобоя загрузочного кармана, выводке, наварке и герметизации печи на расчетный счет подрядчика.

Обязательства подрядчика по договору исполнены, результаты работ переданы заказчику подрядчиком своевременно и в полном объеме, что подтверждается актами приема-передачи выполненных работ (форма №№ КС-2 и КС-3) от 26 июня 2018 г., 15 августа 2018 г.,  от 23 августа 2018 г., от 12 сентября 2018 г., от 02 октября 2018 г., от 30 октября 2018 года.

Претензий по качеству и срокам выполнения работ от заказчика на момент рассмотрения дела № А57-18728/2019 (принято к производству 30 июля 2019), мировое соглашение утверждено определением от 23 сентября 2019 г. - за неделю до составления заключения ООО «Саратовтеплопроект»), а также на момент признания требовании ЗАО «Тепломонтаж» о включении в реестр кредиторов от 22 декабря 2020 г. не поступало.

Пунктами 2.7, 3.7 договора предусмотрено, что подписание (итогового) акта приемки законченных работ по объекту является основанием для окончательного расчета по договору.

В соответствии с разделом 3 договора заказчик обязался:

- обеспечить подрядчика проектной документацией (п. 3.2);

- назначить уполномоченного представителя по вопросам контроля исполнения и координации работ (п. 3.4.);

- обеспечить осуществление строительного контроля в соответствии с действующим законодательством РФ (п. 3.9).

Реконструкция стекловаренной печи осуществлялась согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), который для производства работ был предоставлен заказчиком АО «Саратовский институт стекла». АО «Институт по проектированию предприятий стекольной промышленности «ГИПРОСТЕКЛО» ликвидировано 30 сентября 2020 г. в связи с исключением из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с исковыми требованиями.

Заключенный сторонами договор от 16.03.2018 является договором подряда, регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в параграфе 1 главы 37 «Подряд» Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Договор не признан недействительным или незаключенным в установленном законом порядке.

В соответствии с положениями статей 702, 708, 709 и 711 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить работы надлежащего качества в согласованные сроки и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

Если договором подряда предусмотрен гарантийный срок, то результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 722 ГК РФ). Под гарантийным сроком в договорах подряда понимается период времени, в течение которого подрядчик гарантирует стабильность показателей качества результата произведенных работ в процессе его использования по назначению при условии соблюдения заказчиком установленных правил использования.

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда. Результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования (пункт 1 статьи 721 ГК РФ).

В статье 723 ГК РФ предусмотрены последствия выполнения работ с недостатками. В случае выполнения подрядчиком работы с отступлениями от договора, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования, заказчик вправе по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре.

По условиям указанного выше договора ответчиком были выполнены работы по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава, что подтверждается актом о приемке выполненных работ (№ КС-2), справкой о стоимости выполненных работ (№ КС-3).

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами. 

В силу пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины. В силу пункта 2 указанной статьи, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. 

Согласно статье 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В силу статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации при выполнении работ подрядчиком с отступлением от договора подряда заказчик не освобождается от оплаты выполненных работ, а вправе потребовать от подрядчика безвозмездного устранения недостатков в разумный срок или соразмерного уменьшения установленной за работу цены, или возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда.

Согласно названной норме права заказчик вправе воспользоваться одной из перечисленных в ней мер ответственности подрядчика за выполнение им работ с ненадлежащим качеством.

Пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

В соответствии с пунктом 1 статьи 722 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).

Согласно пункту 3 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока.

Пунктом 2 статей 755, 756 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока; предельный срок обнаружения недостатков составляет пять лет.

В пунктах 7.1 – 7.4 договора сторонами определено, что подрядчик гарантирует (и несет при этом полную имущественную и иную ответственность) надлежащее качество выполнения работ, предусмотренных договором, соответствие их условиям договора, техническому проекту, требованиям заказчика, действующим нормативным правовым актам, техническим регламентам, санитарным правилам и нормам, действующим на момент выполнения работ, сдачи их заказчику и вводу объектов в эксплуатацию. Гарантийный срок составляет 3 (три) года и устанавливается со дня подписания сторонами окончательного акта приемки выполненных работ.

Пунктом 7.4 договора предусмотрено, что если в период гарантийного срока обнаружится какой-либо дефект из-за каких-либо нарушений обязательств подрядчика по данному договору и об этом будет сообщено заказчиком в письменной форме до окончания периода гарантийного срока, подрядчик обязуется устранить такой дефект за свой счет и своими силами в течение 25 дней со дня письменного уведомления об обнаружении дефекта либо подрядчик должен по письменному требованию заказчика произвести поиск причины какого-либо дефекта, изъяна или неисправности, руководствуясь указаниями заказчика.

Судом первой инстанции учтено, что пункт 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации является диспозитивной нормой и подлежит применению, если стороны в договоре не установили иного правила.

В соответствии с пунктами 9.8-9.9 договора в случае отступления от условий договора, ухудшающих работу или иных недостатков в работе по требованию заказчика, подрядчик обязан безвозмездно устранять все выявленные недостатки в согласованный заказчиком срок. Отказ подрядчика от устранения выявленных недостатков в работе даст Заказчику право привлечь третьих лиц для устранения недостатков и снизить размер стоимости выполненных работ на сумму, в которую обойдется устранение недостатков третьими лицами.

Таким образом, стороны установили порядок действия сторон в случае выявления недостатков, который предусматривает право заказчика самостоятельно устранять недостатки только при уведомлении и получения отказа от подрядчика от устранения недостатков.

В ответе на вопрос 1 в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, разъяснено, что содержащееся в пункте 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации указание на то, что названные расходы возмещаются, когда право заказчика устранять недостатки предусмотрено в договоре, направлено на защиту интересов подрядчика от действий заказчика по изменению результата работ без привлечения подрядчика, а также на уменьшение расходов заказчика, поскольку предполагается, что именно подрядчик, выполнивший работы, имеет полную информацию об их результате и, соответственно, может устранить возникшие недостатки наименее затратным способом.

Заказчик вправе требовать возмещения расходов на устранение недостатков работ своими силами или силами третьего лица не обращаясь к подрядчику, лишь в случае, когда такое право установлено договором подряда.

Пункт 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть истолкован как ограничивающий право заказчика на возмещение расходов на устранение недостатков в случае, если он, действуя добросовестно, предпринял меры по привлечению подрядчика к устранению недостатков, то есть направил последнему требование об их устранении в срок предусмотренный законом, иным нормативным актом или договором, а при его отсутствии - в разумный срок, в том числе незамедлительно, если это требовалось по характеру недостатков, однако подрядчик уклонился от устранения недостатков работ. В таком случае расходы заказчика на устранение недостатков работ подлежат возмещению в соответствии со статьями 15, 393, 721 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса России?скои? Федерации). Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этои? сторонои? заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта даннои? стороны, тои? ситуации, в которои? она находится, существа правового регулирования заключеннои? ею сделки, сложившеи?ся практики взаимодеи?ствия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Заключенный сторонами договор предусматривает право заказчика на самостоятельное устранение недостатков выполненных подрядчиком работ при условии отказа подрядчика от устранения выявленных недостатков в работе.

Суд первой инстанции указал, что в материалах дела не имеется подтверждающих доказательств того, что результат выполненных подрядчиком работ не пригоден для использования, не имеет потребительской ценности для заказчика.

В соответствии с пунктом 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации не подтвержден факт существенности и неустранимости выявленных недостатков.

Судом первой инстанции установлено при исследовании вопроса о безосновательном уклонении подрядчика от устранения недостатков в порядке пунктов 1, 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, что в рассматриваемом случае не направлялись письменные требования с обязательным указанием конкретных недостатков и отступлений от условий договора, а также сроков их устранения в порядке, предусмотренном условиями пункта 7.4 договора.

Следовательно, истец, не предъявив подрядчику требование о некачественно выполненных им работах и об устранении таких недостатков, лишил подрядчика возможности заявить свои возражения на претензии по качеству, устранить такие недостатки своими силами и за свой счет, минимизировав расходы.

Суд первой инстанции, принимая во внимание, что указанные истцом недостатки носили устранимый характер и им ответчику не предоставлен разумный срок для их устранения, поскольку заключенный сторонами договор предусматривает право заказчика на самостоятельное устранение недостатков в выполненных подрядчиком работах при условии отказа подрядчика от устранения выявленных недостатков, в материалы дела не представлено доказательств того, что подрядчик уклонился от устранения недостатков работ, пришел к выводу, что истцом не доказаны обстоятельства, на которые он ссылается.

В силу п. п.1, 2 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст.15 ГКРФ. 

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

В соответствии с пункта 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Согласно п. п.1, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. 

В силу статей 9, 49, 125, 168 АПК РФ пределы судебного спора определяются предметом и основаниями, изложенными в исковом заявлении (заявлении) инициатора спора. По общему правилу судебное разбирательство осуществляется в этих границах как с принятием судебного акта по существу этого спора.

При таких обстоятельствах у суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для применения к ответчику имущественной ответственности в виде возмещения убытков в соответствии с положениями статей 15, 393, 715, 721, 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». 

Окончательный акт подписан участниками правоотношений по договору 30.10.2018.

Гарантийный срок составляет 3 (три) года и устанавливается со дня подписания сторонами окончательного акта приемки выполненных работ (пункт 7.2 договора).

22.01.2019 произведен вызов подрядчика с сообщением о наличии недостатков.

25.01.2019 составлен акт, согласно которому комиссией установлено, что огнеупоры ДМ-Д 5 и ГМП-95 не имеют дефектов и разрушений и не могли привести к деформации разделительной стены; для дальнейшего выяснения причин проседания разделительной стены было принято решение провести осмотр стены в газовом пространстве регенератора при помощи эндоскопа и данные осмотра направить участникам комиссии.

Письмом от 29.04.2021 ответчику сообщено о том, что 28 сентября 2019 года ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» было проведено и оформлено обследование технического состояния стекловаренной печи «Саратовский институт стекла»; ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» были выявлены нарушения, возникшие в результате нарушений, допущенных при выводке стекловаренной печи АО «Саратовский институт стекла»; АО «Саратовский институт стекла» производит расчеты суммы ущерба, причиненного ненадлежащим исполнением договора подряда по стороны ЗАО «Тепломонтаж».

Письмом от 23.09.2021 истец просил ответчика возместить затраты за произведенные работы.

Суд первой инстанции исходил из поведения, которое ожидаемо от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны; никто не вправе извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения.

Законный интерес кредитора в обязательственном правоотношении заключается в получении надлежащего встречного исполнения с должника (статья 408 ГК РФ).

Как указал истец, заказчик после подписания акта от 25.01.2019 ждал от подрядчика дальнейших действий с учетом выводов комиссии.

Действия по извещению подрядчика об иных недостатках и дефектах в работах не предпринимал, впоследствии приступив к  устранению недостатков путем привлечения иных лиц. 

При этом истец не дал пояснений о наличии оснований выбора такого поведения.

Кроме того, истец не представил пояснений, в связи чем, он не известил подрядчика о проведении 28 сентября 2019 года ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» работ по оформлению обследования технического состояния стекловаренной печи «Саратовский институт стекла», не известил о наличии иных нарушений, не направил документ обследования в адрес подрядчика, предоставив его только в судебной процедуре.

Истец не раскрыл, в связи с чем только письмом от 29.04.2021, то есть по прошествии значительного периода времени, ответчику сообщено о проведении 28 сентября 2019 года ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект» работ по оформлению обследования технического состояния стекловаренной печи «Саратовский институт стекла» и имеются основания для взыскания ущерба.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК Российской Федерации).

Конституционное требование о добросовестном поведении в силу своей универсальности распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах жизнедеятельности. Для гражданских правоотношений это находит закрепление, в частности, в пункте 3 статьи 307 ГК Российской Федерации, в соответствии с которым стороны обязательства, при его установлении и исполнении обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, предоставляя друг другу необходимую информацию (Постановление Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что действия истца противоречат пункту 7.4 договора, согласно которому обо всех выявленных дефектах должно быть сообщено подрядчику в письменной форме, и пунктам 9.8-9.9 договора, где зафиксировано, что только отказ подрядчика от устранения выявленных недостатков в работе даст заказчику право привлечь третьих лиц для устранения недостатков.

Положения пункта 7.4 договора предусматривают, что подрядчик должен по письменному требованию заказчика произвести поиск причины какого-либо дефекта, изъяна или неисправности, руководствуясь указаниями заказчика. 

Наличие указаний со стороны заказчика не представлено.

Кроме того, ответчик указал, что об иных недостатках работ ему не было известно, подрядчик об их существовании не был извещен. 

Акт от 25.01.2019 не принят судом первой инстанции в качестве надлежащего документа, свидетельствующего о фиксации недостатков и об указании заказчиком подрядчику необходимости устранить недостатки работ. 

В данном акте конкретные физические объемы выявленных дефектов не указаны, что не позволяет их оценивать как объективные и достоверные данные.

Иные подобного рода документы, с учетом договорных условий, не представлены. Отказ подрядчика от устранения выявленных недостатков в работе не представлен.

Суду первой инстанции не представлено и им не установлено извещение, направление ответчику иных письменных требований с обязательным указанием конкретных недостатков и отступлений от условий договора, а также сроков их устранения по каждому виду работ.

Согласно определению Арбитражного суда Саратовской области от 22 декабря 2020 года по делу № А57-27737/2019 признано обоснованным и включено требование ЗАО «Тепломонтаж» в реестр требований кредиторов должника – АО «Саратовский институт стекла» в размере 3291611,65 руб. для удовлетворения в третью очередь реестра требований кредиторов. Указано, что требования по взысканию неустоек (штрафов, пеней) учитываются отдельно в реестре требований кредиторов должника и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Как следует из данного судебного акта, обязательства по договору от 16.03.2018 исполнены, результаты работ переданы заказчику подрядчиком своевременно и в полном объеме, что подтверждается актом приема-передачи выполненных работ (форма №№ КС-2 и КС-3) от 30 октября 2018 года. 

Суд в данном судебном акте указал на то, что, исходя из позиций сторон и обстоятельств спора, претензий по качеству и срокам выполнения работ от заказчика не поступало.

Судебный акт не оспорен, вступил в законную силу.

Суд первой инстанции признал обстоятельства, установленные в данном деле, преюдициальными применительно к настоящему делу.

Согласно пункту 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункту 2).

Согласно правовой позиции, приведенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), правило «эстоппель» вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Кратко принцип «эстоппель» можно определить, как запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными исходя из ее действий или заверений.

Применение данного принципа является самостоятельным основанием для отказа в защите права.

Стороны заключили мировое соглашение от 23 сентября 2019 г., которое было утверждено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области по делу № А57-18728/2019. Согласно мировому соглашению АО «Саратовский институт стекла» обязалось выплатить задолженность 3271930,65 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 19680 руб. в срок до 31 марта 2020 года.

Суд первой инстанции также учел, что при рассмотрении данного дела также претензий по качеству и срокам выполнения работ от заказчика не поступало.

При этом ответчик правомерно указал, что 11.07.2019 в письме исх. № 521 с подписью генерального директора АО «Саратовский институт стекла» ФИО14 признается задолженность по договору подряда, предлагается новый график ее погашения до 01.11.2019. 28.09.2019 ООО «ПК «Саратовтеплопроект» проводит исследования с помощью видеоэндоскопа без привлечения ЗАО «Тепломонтаж». В это же время в рамках судебного разбирательства по делу № А57-18728/2019 АО «Саратовский институт стекла» признает долг перед ЗАО «Тепломонтаж», предлагает заключить мировое соглашение и не заявляет о проводимых им ремонтных работах, множественных разрушениях конструктивов стекловаренной печи.

Последующие претензии после 25.01.2019 в адрес подрядчика уже связаны с требованиями возместить убытки за произведенные работы иными лицами по недостаткам, о которых ответчик не был извещен и не знал.

Таким образом, составленный акт от 25.01.2019 не может служить доказательством вины, факта фиксации недостатков в выполненных работах ответчиком, не свидетельствует о ненадлежащем выполнении подрядчиком своих обязательств, об обязании ответчика устранить недостатки, поскольку последующее поведение истца и его позиция свидетельствует об отсутствии претензий к качеству выполненных работ.

Истцом не представлены пояснения относительно выбора данного поведения; позиция истца свидетельствуют о противоречивом поведении данной стороны.

Суд первой инстанции также согласился с доводами ответчика, указавшего, что только в ходе судебного разбирательства истцом в качестве основания иска был представлен акт экспертного исследования № 1856/6-6 от 23.11.2022 ФБУ «Саратовская ЛСЭ Минюста РФ», в котором изложены сведения о скрытых недостатках, что противоречит представленным по делу документам, а именно:

- заключению ООО «Проектный институт «Саратовтеплопроект», который не содержит в себе фиксации фактов, установленных в акте экспертного исследования. В указанном заключении и видеоматериалах не зафиксированы нарушения кладки тычковых и ложковых рядов, однако, сделаны предположительные выводы о нарушениях на этапе выводки печи, в которой, как выяснилось, ЗАО «Тепломонтаж» не участвовало. Вместе с тем и кроме прочего, как было заявлено ранее, заключение выполнено в одностороннем порядке и не может быть признано допустимым и надлежащим доказательством, ЗАО «Тепломонтаж» не извещалось и не присутствовала при проведении этого обследования стекловаренной печи.

- заключению ООО «Центр экспертизы строительства» № 0040 от 29.01.2021, в котором установлено, что на листах 48-56 заключения эксперта ФИО15 указано о произведенных ЗАО «Тепломонтаж» подрядных работах по реконструкции печи, отсутствии замечаний заказчика при приемке скрытых видов работ (промежуточные акты приемки), и актов выполненных работ (закрывающие акты). Все допущенные изменения в конструктиве согласованы с руководством АО «Саратовский институт стекла» и приняты без замечаний, засвидетельствована готовность стекловаренной печи к вводу в эксплуатацию. В указанном заключении также отсутствует фиксация факта нарушения кладки рядов тычковым и ложковым методом.

Ответчик указал, что, следуя хронологии фактических обстоятельств, зафиксированных в материалах дела, ремонтные работы, стоимость которых включена в исковые требования, производились также на иных участках стекловаренной печи:

- работы по восстановлению разрушенной кладки рубашки 3 левой камеры регенератора по договору подряда № 004-04-2019 от 11.04.2019, заключенному АО «Саратовский институт стекла» и ООО «Промтепломонтаж», акт о приемке выполненных работ «0000-000006» от 16.04.2019 в размере 160 000 руб.

- работы по дополнительному укреплению передней торцевой стены стекловаренной печи методом керамической наплавки по договору подряда № 008-08-2019 от 19.08.2019, заключенному АО «Саратовский институт стекла» и ООО «Промтепломонтаж», акт о приемке выполненных работ № «0000-000017» от 22.08.2019 в размере 415000 руб.;

- работы по керамической наплавке передней торцевой стены варочной части стекловаренной печи по договору подряда № 40 от 20.08.2019, заключенному АО «Саратовский институт стекла» и ООО «Саратовтепломонтаж», акт о приемке выполненных работ № 1 от 20.09.2019 в размере 1350000 руб.;

- работы по подвеске высокоглиноземистых огнеупорных блоков на передней торцевой стене варочной части стекловаренной печи по дополнительному соглашению №1 от 02.09.2019 к договору подряда № 40 от 20.08.2019, заключенному АО «Саратовский институт стекла» и ООО «Саратовтепломонтаж», акт о приемке выполненных работ № 2 от 20.09.2019 в размере 187000 руб.;

- работы по керамической наплавке стены загрузочного кармана и примыкания к ней первой секции главного свода стекловаренной печи по дополнительному соглашению № 2 от к договору подряда № 40 от 20.08.2019, заключенному АО «Саратовский институт стекла» и ООО «Саратовтепломонтаж», акт о приемке выполненных работ № 3 от 23.09.2019 г. в размере 1170000 руб.

За весь этот период производства работ силами третьих лиц на торцевой стене не отмечено нарушение кладки методами тычковых и ложковых рядов, нарушений расстановки колонн и т. п. в том числе при частичном демонтаже конструкций.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, которые доказывали бы ненадлежащее поведение подрядчика, отказ от выполнения им обязательств по договору.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия у заказчика замечаний по объему и качеству при их приемке, отсутствия последующих надлежащих замечаний после приемки работ, из несоблюдения заказчиком установленного законом и договором порядка выявления недостатков и извещения подрядчика о необходимости их устранения в пределах гарантийного срока, что лишило ответчика возможности оспаривания вменяемых ему нарушений и возможности самостоятельно устранить недостатки с минимальными расходами.

Заказчик вправе самостоятельно устранить недостатки работ и возместить связанные с этим расходы только при наличии такого условия в договоре подряда и при условии, что требованию о возмещении расходов должна предшествовать определенная процедура, которая предоставила бы подрядчику возможность их самостоятельного устранения.

Устранение недостатков без соблюдения соответствующей процедуры лишает истца права требовать с ответчика возмещения убытков, вызванных и основанных на доказательствах, которые фактически не могли и не могут быть оспорены ответчиком в результате действий (бездействия) истца.

Суд первой инстанции посчитал правомерной позицию ответчика о том, что с учетом существенных изменений объекта после работы иных подрядчиков не представляется возможным установить ненадлежащее выполнение работ подрядчиком при исполнении договорных обязательств.

Доказательств, свидетельствующих о вине подрядчика в обнаруженных истцом недостатках, не представлено.

Совокупность данных обстоятельств позволила суду первой инстанции сделать вывод о нецелесообразности проведения экспертизы, поскольку требование и поведения истца, с учетом вышеуказанных обстоятельств, не отвечает прямым критериям, установленным в пункте 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в основание требований о назначении экспертизы истец закладывает обстоятельства - недостатки, которые были обнаружены истцом в процедуре судебного спора, между тем об этих обстоятельствах ранее заявлено не было, тем самым истец формально изменяет основания.

Судом первой инстанции отмечена неопределенность позиции истца на протяжении всей судебной процедуры.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ). 

В соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ. 

Согласно пункту 1 статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком. 

Следует учесть, что пункт 3 статьи 725 ГК РФ не связывает начало течения срока исковой давности с моментом направления или вручения претензии заказчика подрядчику об оплате понесенных расходов. Иное приведет к тому, что заказчик будет обладать возможностью произвольно по своему выбору определять начало исчисления срока исковой давности (Определение ВС РФ от 27.08.2018 № 305-ЭС18-,7117(2) по делу № А40-157383/2017). 

Согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ, пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку.

В период соблюдения истцом обязательного претензионного порядка урегулирования спора течение исковой давности приостанавливалось, указанный период времени не засчитывается в срок исковой давности. 

Исковое заявление по настоящему делу подано в Арбитражный суд Саратовской области посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда 15.12.2021.

В силу пункта 12 Постановления Пленума № 43 от 29.09.2015 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (второй абзац пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 Постановления № 43).

Согласно пункту 1 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, составляет один год, а в отношении зданий и сооружений определяется по правилам статьи 196 названного Кодекса.

Согласно пункту 2 указанной статьи, если в соответствии с договором подряда результат работы принят заказчиком по частям, течение срока исковой давности начинается со дня приемки результата работы в целом.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы сделаны в период гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления истцом о недостатках.

Из содержания указанной статьи следует, что применение общего или специального срока исковой давности зависит от вида подрядных работ. Давность в три года в отношении зданий и сооружений применяется, если объектом подряда были работы по возведению, реконструкции или ремонту зданий и сооружений, а сокращенный срок исковой давности применим, если подрядные работы были лишь внешне связаны с названным объектом. 

Положения статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации о сокращенном годичном сроке исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работ, выполненных по договору подряда, не могут быть применены в том случае, когда такие работы носят капитальный характер и предъявляются в связи с ненадлежащим качеством работ в отношении зданий и сооружений.

Если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016). 

В отношении правил статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации Верховным Судом Российской Федерации сформулирована правовая позиция (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2018 № 301-ЭС17-13765 по делу № А82-10236/2016), согласно которой в качестве заявления о недостатках, с момента совершения которого следует исчислять срок исковой давности, следует рассматривать уведомление подрядчика о выявленных недостатках.

Поскольку сторонами не оспаривается и следует из материалов дела, что спорные работы носят капитальный характер, поскольку связаны с реконструкцией стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 производительностью 350 тонн/сутки согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО» и статьу 1.1.1.2 бюджета (работа по металлу, по печи и фундаментам), и наличия извещения о необходимости явки 22.01.2019, то оснований для применения положений о сроке исковой давности суд первой инстанции не установил, в связи с чем, ходатайство ответчика о пропуске срока давности оставлено без удовлетворения.

Апелляционный суд, учитывая вышеизложенное, соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям не пропущен. 

Вместе с тем, суд апелляционный суд не может согласиться с выводом  суда первой инстанции об отказе в иске в полном объеме, в связи со следующим.

Апелляционный суд признает ошибочным вывод  суда первой инстанции о том, что истец, не предъявлял подрядчику требования о некачественно выполненных им работ и об устранении таких недостатков, чем лишил подрядчика возможности заявить свои возражения на претензии по качеству, устранить такие недостатки своими силами и за свой счет.

Как обоснованно указывает истец в апелляционной жалобе, АО «Саратовский институт стекла» 22.01.2019 в адрес ЗАО «Тепломонтаж» было направлено письмо-вызов № 45, факт получения которого сторонами в процессе рассмотрения настоящего дела не оспаривается. В вызове имеется ссылка пункт 7.4 договора подряда от 16.03.2018, заключенного сторонами, и указание на то, что в ходе производственного цикла были выявлены скрытые недостатки.

Представитель ЗАО «Тепломонтаж» ФИО5 присутствовал при осмотре стекловаренной печи и составлении акта осмотра разделительной стены левого регенератора стекловаренной печи между 2-й и 3-й камерой 25.01.2019. Факт присутствия полномочного представителя ЗАО «Тепломонтаж» 25.01.2019 при осмотре стекловаренной печи и составлении акта осмотра разделительной стены левого регенератора стекловаренной печи между 2-й и 3-й камерой также свидетельствует о надлежащем уведомлении подрядчика.

После составления указанного акта ЗАО «Тепломонтаж» не осуществило предусмотренных п. 7.4 договора действий, направленных на поиск причины какого-либо дефекта, изъяна или неисправности и фактически самоустранилось от исполнения условий договора, возложив свои обязанности на истца. 

Вместе с тем, направляя 22.01.2019 вызов, истец фактически заявил требование - произвести поиск причины какого-либо дефекта, изъяна или неисправности, руководствуясь указаниями заказчика.

Подрядчик имел возможность инициировать проведение необходимых обследований и проверок и принять в них непосредственное участие, но не сделал этого.

В период с даты составления акта осмотра разделительной стены левого регенератора стекловаренной печи между 2-й и 3-й камерой (25.01.2019) ответчик не исполнил свои обязательства по поиску причины какого-либо недостатка выполненных работ.

По истечению 25 календарных дней со дня письменного уведомления ЗАО «Тепломонтаж» письмом от 22.01.2019 № 45 подрядчик не осуществил действий, направленных на устранение вскрывшихся недостатков за свой счет и своими силами.

Как обоснованно указывает истец в апелляционной жалобе, из фактического поведения представителей ЗАО «Тепломонтаж» не усматривалось намерений ответчика добровольно и оперативно выявить и устранить недостатки в работе и урегулировать возникшие противоречия, учитывая осведомленность ответчика о возникших проблемах. АО «Саратовский институт стекла» вынуждено было самостоятельно решать возникшие проблемы.

Согласно п. 9.9 договора отказ подрядчика от устранения выявленных недостатков в работе дает заказчику право привлечь третьих лиц для устранения недостатков и снизить размер стоимости выполненных работ на сумму, в которую обойдется устранение недостатков третьими лицами.

В связи с нежеланием подрядчика действовать, как указано в п. 7.4 договора, АО «Саратовский институт стекла», не имея в штате специалистов нужной квалификации, вынуждено было обратиться к специалистам, обладающим надлежащей квалификацией для выявления причин неисправностей.

Суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте  указал, что согласно определению Арбитражного суда Саратовской области от 22 декабря 2020 по делу по делу № А57-27737/2019 признано обоснованными и включено требование ЗАО «Тепломонтаэю» (105203, 

<

...>) в реестр требований кредиторов должника - акционерного общества «Саратовский институт стекла» (410041, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) в размере 3291611,65 руб. для удовлетворения в третью очередь реестра требований кредиторов.  Как следует из данного судебного акта, обязательства по договору от 16.03.2018 исполнены, результаты работ переданы заказчику подрядчиком своевременно и в полном объеме, что подтверждается актом приема-передачи выполненных работ (форма №№ КС-2 и КС-3) от 30 октября 2018 года. Суд в данном судебном акте указывает на то, что, исходя из позиций сторон и обстоятельств спора, претензий по качеству и срокам выполнения работ от заказчика не поступало. 

В связи с чем, судом первой инстанции указанные обстоятельства признаны преюдициальными применительно к настоящему делу. 

Согласно пункту 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Однако, АО «Саратовский институт стекла» в адрес ЗАО «Тепломонтаж» направлялись претензии 29.04.2021 и 23.09.2021. 

Таким образом, претензии по качеству работ возникли у истца  позже принятия судебного акта по делу № А57-27737/2019.

В связи с тем, что в предмет доказывания по настоящему спору входит выяснение обстоятельств, связанных с качеством выполнения ответчиком работ по договору подряда от 16.03.2018, что невозможно без использования специальных познаний, которыми апелляционный суд не обладает, судебной коллегией сторонам было разъяснено право на обращение с ходатайствами о назначении судебной экспертизы.

При рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции от сторон поступили ходатайства о назначении судебной экспертизы по настоящему делу.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 АПК РФ относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2024 по делу № А57-28322/2021 назначена судебная экспертиза, производство которой поручено Союзу «Межрегиональное объединение судебных экспертов»,                               экспертам ФИО16, ФИО17, на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1. Установить наличие из указанных АО «Саратовский институт стекла» недостатков, возникших по причине некачественно выполненных ЗАО «Тепломонтаж» работ по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 производительностью 350 тонн/сутки согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО».

            2. Установить размер затрат АО «Саратовский институт стекла» по устранению выявленных недостатков. 

Согласно заключению экспертов от 12.09.2024 № 00041 эксперты пришли к следующим выводам.

По первому вопросу: в результате контрольных замеров и исследования материалов дела было установлено наличие указанных АО «Саратовский институт стекла» недостатков, возникших по причине некачественно выполненных ЗАО «Тепломонтаж» работ по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 производительностью 350 тонн/сутки согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО», а именно установлено разрушение торцевой стены по следующим причинам:

- кладки огнеупоров, не соответствующей требованиям нормативных документов;

- несоответствия положения наружной, внутренней и торцевой колонн печи проектным решениям.

По второму вопросу: размер затрат АО «Саратовский институт стекла» по устранению выявленных недостатков составляет сумму стоимости выполненных работ и материалов и равен 11174073,43 руб. 

Подробный расчет суммы убытков изложен экспертами на стр. 118 заключения (т. 12, л. д. 47).

Ответчик, не согласившись с выводами, изложенными в заключении экспертов от 12.09.2024 № 00041, обратился с ходатайством о назначении повторной судебной экспертизы по настоящему делу.

Апелляционный суд, рассмотрев вышеуказанное ходатайство ответчика, пришел к следующему выводу.

В силу части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Таким образом, необходимость в повторной экспертизе возникает при наличии у суда сомнений в обоснованности экспертного заключения, которые могут возникнуть при наличии противоречивых выводов эксперта, отсутствии ответов на поставленные вопросы (неполные ответы).

По смыслу положений процессуального законодательства повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

При наличии сомнений у суда и неопределенности в ответах выявленные противоречия могут быть устранены путем проведения повторной судебной экспертизы.

Вопрос о необходимости проведения повторной судебной экспертизы относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. После исследования и оценки представленных в материалы дела доказательства у арбитражного суда первой инстанции не возникло сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в его выводах, поэтому повторная экспертиза не была назначена. Приведенные ответчиком замечания по экспертизе сводятся к его несогласию с изложенными в нем выводами. Однако позиция заявителя в данной части подкреплена его субъективными суждениями. Надлежащие доказательства, свидетельствующие о неверности выводов эксперта, не представлены ответчиком в материалы дела. 

Согласно части 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Доводы ответчика о том, что вышеназванное заключение эксперта является ненадлежащим доказательством по делу, поэтому имеются основания для назначения повторной судебной экспертизы, подлежат отклонению, как несостоятельные, по следующим основаниям.

            Арбитражный апелляционный суд, оценивая заключение экспертов, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, приходит к выводу о том, что заключение экспертов в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, оснований сомневаться в данном заключении не имеется, т. к. оно составлено компетентными  специалистами, обладающими специальными познаниями и предупрежденными об уголовной ответственности в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заключение в полной мере объективно, а его выводы - достоверны. Данное заключение содержат подробное описание произведенных исследований, по результатам которых сделаны выводы и даны научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие исходные объективные данные из представленных в распоряжение экспертов материалов дела, выводы экспертов обоснованы документами. 

            Отклоняя доводы ЗАО «Тепломонтаж» о том, что заключение экспертов от 12.09.2024 № 00041 является надлежащим доказательством по делу, апелляционный суд также учитывает следующее.

Представленное ЗАО «Тепломонтаж» заключение от 21.10.2024, подготовленное специалистами ФГБОУ ВО «НИУ МГСУ» в качестве рецензии на  заключение экспертов от 12.09.2024 № 00041, не может быть признано надлежащим и бесспорным основанием для признания заключения экспертов от 12.09.2024 № 00041 недостоверным.  

Рецензия специалистов не является документом, опосредующим полноценное исследование, предметом которого выступал бы спорный объект. Предметом изучения рецензента являлось исключительно экспертное заключение, поэтому само по себе наличие в деле рецензии при вышеописанном отсутствии действительно сущностных замечаний к экспертному заключению не дает оснований для вывода о противоречиях в доказательствах, имеющихся в деле, для целей принятия законного и обоснованного судебного акта по существу спора.

Рецензия, составленная после получения результатов судебной экспертизы, не обладает необходимой доказательственной силой в подтверждение доводов заявителя жалобы (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2014 № 305-ЭС14-3484 по делу N А40-135495/2012). Результаты судебной экспертизы, проведенной в рамках арбитражного дела, могут быть опровергнуты только подобными результатами других судебных экспертиз, назначенных судом в порядке, предусмотренном Кодексом.

Апелляционным судом также учитывается, что представленная в материалы дела рецензия не соответствует требованиям, установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ»О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» ввиду того, что рецензия является мнением отдельных лиц, не обладающих специальными познаниями для разрешения поставленного судом вопроса; рецензент не предупреждался об уголовной ответственности; законодательство об экспертной деятельности не предусматривает дачу специалистом заключения на заключение другого независимого эксперта.

Данная рецензия подготовлена в непроцессуальном порядке, за пределами судебного разбирательства, по инициативе ответчика, заинтересованного в исходе настоящего дела. 

Выводы, изложенные в рецензии, не соответствуют выводам судебных экспертов и опровергаются материалами дела, поэтому апелляционный суд не принимает вышеуказанную рецензию в качестве надлежащего доказательства по делу. 

Признаков недостоверности, неясности и неполноты заключения эксперта судом не установлено. Сторонами отводов экспертам не заявлено.

Документы, подтверждающие квалификацию экспертов, в материалах дела имеются. Из материалов дела следует, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертами при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательств наличия в заключениях противоречивых или неясных выводов, в материалы дела не представлено. Противоречий выводов экспертов иным, имеющимся в деле доказательствам, апелляционным судом не усмотрено. Кроме того, эксперты перед проведением экспертного исследования предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Замечания рецензентов (специалистов) о том, что экспертами в заключении не приведены конкретные методики исследования, методики измерений и расчетов, научное обоснование методов и основания выбора этих методов, что противоречит Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», отклоняются как несостоятельные в связи со следующим.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», который распространяет в соответствующих положениях свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений, эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений (часть 2 статьи 7 Закона № 73-ФЗ) предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования, которые должны основываться на требованиях законодательства.

Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертами, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицами, проводящими исследование и обладающими специальными познаниями для этого. 

Ссылка рецензентов на отсутствие в заключении эксперта методики экспертного исследования не свидетельствует о  его недостоверности. 

Несогласие с примененными методиками и полученными с их использованием выводами также не свидетельствует о неполноте и недостоверности проведенного исследования.

При даче заключения эксперты основываются на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, в связи с чем, свободны в выборе экспертных методик для достижения задачи государственной судебно-экспертной деятельности. Аналогичная правовая позиция изложена в  Решении Верховного Суда РФ от 27.02.2020 № АКПИ19-985.

            Замечания на судебную экспертизу апелляционным судом отклоняются по следующим основаниям.

Вопреки доводам о том, что эксперты приступили к проведению экспертизы без фактического предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации,  на листе 5 судебной экспертизы имеется подписка об уголовной ответственности, которая дана каждым из экспертов. В подписке каждого из судебных экспертов на листе 5 указано: «Об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации предупрежден».

Вопреки доводам ответчика, указание в экспертном заключении на начало исследования до публикации определения суда о назначении экспертизы, не свидетельствует о пороках заключения.

Вопреки доводам ответчика,  отсутствие в подписке  даты предупреждения экспертов об уголовной ответственности и разъяснения прав и обязанностей эксперта, а равно и органа (лица), предупредившего об уголовной ответственности и разъяснившего права и обязанности эксперта, указание в подписке  ссылки на неприменимый в арбитражном суде процессуальный документ, а именно ГПК РФ (Гражданский процессуальный кодекс РФ), также  не свидетельствует о пороках заключения по следующему.

В материалах дела имеется подписка экспертов о предупреждении их по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Факт отсутствия в указанном документе даты его составления не свидетельствует о недостоверности и недействительности экспертного заключения и не может являться основанием для отмены обжалуемого определения. 

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 10.09.2019 № Ф01-4311/2019 по делу № А79-1563/2017.

Законодательство Российской Федерации не требует отражать дату предупреждения об уголовной ответственности в подписке эксперта, как и не требуется в подписке эксперта указывать лицо, предупредившее об уголовной ответственности, а отсутствие в подписке даты предупреждения не свидетельствует о предупреждении об уголовной ответственности после проведения исследования.  

Кроме того, эксперты подтвердили апелляционному суду в судебном заседании факт своевременного предупреждения об  предупреждении об уголовной ответственности.

Ошибочная ссылка в подписке на ГПК РФ РФ не опровергает самого факта  предупреждения экспертов об уголовной ответственности в соответствии со ст. 307 УК РФ.

Апелляционный суд также учитывает, что права и обязанности эксперта,  содержащиеся  в нормах  ГПК РФ и  АПК РФ фактически являются аналогичными,  поэтому допущенная в экспертном заключении опечатка не означает, что экспертами не были разъяснены их процессуальные права и обязанности в соответствии с нормами законодательства. 

Вопреки доводам об  отсутствии в экспертном заключении   сведений   о   занимаемой   должности   эксперта   в соответствии со штатным расписанием организации, из пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что экспертиза может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации, либо к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями, но не являющиеся работниками экспертного учреждения (организации). Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 23.01.2023 № Ф05-14202/2019 по делу № А40-203279/2017.

Кроме того, экспертной организацией предоставлена вся необходимая и достаточная информация об экспертах. Отсутствие в заключении сведений о занимаемых экспертами должностях не может являться самостоятельным основанием для критической оценки выводов экспертов. Отсутствие соответствующих сведений не порождает сомнений в компетентности экспертов с учетом имеющихся в материалах дела сведений об их квалификации и образовании. Аналогичная правовая позиция изложена в судебных актах по делу  № А71-20127/2022.

Кроме того, эксперты ФИО16. и ФИО17, которым апелляционным судом поручено проведение судебной экспертизы, работают в должности экспертов в СОЮЗе «Межрегиональное объединение экспертов», о чем указано на листах 2, 20, 21 заключения экспертов и подтверждено экспертами в судебном заседании.

Вопреки доводам об  отсутствии в экспертном заключении   сведений об объекте исследований и о предоставленных материалах дела для производства экспертного исследования эксперты пояснили, что в п. 4 на листе 4 заключения экспертов указано, что объектом исследования являются материалы арбитражного дела № А57-28322/2021 и данные, полученные в результате осмотра и контрольных замеров элементов стекловаренной печи.

Вопреки доводам ответчика, не отражение  сведений об участниках процесса, присутствовавших при проведении экспертизы, обусловлено не предъявлением лицами, участвующими при производстве натурного осмотра, документов, подтверждающих свои полномочия.

Вопреки доводам ответчика, сведения, содержащие результаты исследований с указанием примененных методов, указаны по всему тексту заключения экспертов.

Вопреки доводам о том, что экспертами применялся отмененный ГОСТ 31937-2011, который не распространяется на проведение судебных экспертиз, эксперты пояснили, что им известны статус и область применения ГОСТ 31937-2011 и указали, что этот норматив принят экспертами во внимание,  но не  использован.

Вопреки доводам о том, что в момент разработки рабочей документации действовал СНиП Ш-24-75, тогда как эксперты в заключении судебной экспертизы ссылаются на СП 83.13330.2016 «Промышленные печи и кирпичные трубы», Эксперты пояснили, что им известен статус СП 83.13330.2016 «Промышленные печи и кирпичные трубы» и период начала действия данного норматива. Ссылка именно на СП 83.13330.2016 «Промышленные печи и кирпичные трубы» дана, т. к. данный норматив действовал на период выполнения подрядных работ.

Апелляционный суд также признает данное замечание несостоятельным, поскольку ссылка экспертов на утративший силу ГОСТ/СНиП сама по себе не является значимой в отсутствие доказательств оказания существенного значения на результаты проведенного исследования. Ответчиком не приведены мотивы, согласно которым экспертное заключение противоречит ГОСТам/СНиПам, действующим в настоящее время.  

Кроме того, в заключении судебной экспертизы на листе 12 указывается: «Однако, в соответствии с п. 5.1.9 - 5.1.10 СП 83.13330.2016 перевязку продольных вертикальных швов необходимо выполнять, чередуя тычковые и ложковые ряды по высоте кладки, а «Стены толщиной в один кирпич кладут только тычковыми рядами», как это и предусмотрено проектом печи, то есть кладка торцевой стены не соответствовала требованиям прочности к кирпичной кладке, так как не перевязанным в пределах ложковых рядов оказывается продольный вертикальный шов стены». То же самое указано и в п. 3.6 СНиП III-24-75. Таким образом, СНиП Ш-24-75 и СП 83.13330.2016 содержат одинаковые требования в части необходимости перевязки рядов кирпичной кладки. Это связано с тем, что это два по своей сути одинаковых действующих норматива (СНиП Ш-24-75 также действует на сегодняшний день и действовал на момент разработки рабочей документации). Согласно своему наименованию и введению СП 83.13330.2016 является актуализированной редакцией СНиП 111-24-75.

Вопреки доводам ответчика, эксперты пояснили, что информация о собственнике средства измерений передается во ФГИС на усмотрение заказчика поверки в добровольном порядке. Во ФГИС необязательно размещение сведений о собственнике средства измерений. Данное положение действует с 26.02.2022 на основании Приказа Минпромторга РФ № 37 от 13.01.2022 «О внесении изменений в Порядок создания и ведения Федерального информационного фонда по обеспечению единства измерений, передачи сведений в него и внесения изменений в данные сведения, предоставления содержащихся в нем документов и сведений, утвержденный приказом Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 28 августа 2020 г. № 2906». Согласно указанному приказу сведения о поверке СИ передаются во ФГИС АРШИН как и прежде, за исключением информации о собственниках средств измерений.

Вопреки доводам ответчика, эксперты пояснили, что ими использовался прибор с заводским номером 112868. На листе 18 своего заключения специалисты указывают, что во ФГИС имеются данные о 2-х таких средствах измерений с различной датой поверки, что вероятно обусловлено поверкой прибора разными организациями в различное время.

 На листе 9 заключения экспертизы указано, что положение колонн было определено дважды. Помимо тахеометра положение колонн было установлено (и совпало с данными тахеометрической съемки) с применением лазерных дальномеров и геодезической спутниковой аппаратуры, поверки на которые представлены в приложении к заключению экспертов.

Вопреки доводам о  том, что никаких картографических материалов в заключении экспертизы не приводится экспертами, эксперты пояснили, что  экспертами не выполняется съемка местности, а выполняется съемка положения строительных конструкций.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение и согласно пояснению экспертов,  в СП 70.13330.2012 отсутствуют указанные специалистами допустимые отклонения колонн. В п. 3 таблицы 4.9. СП 70.13330.2012 указывается, что смещение колонн относительно разбивочных осей допускается на величину +- 5 мм (а не 95 мм, как указывают специалисты). Кроме того, согласно п. 1 СП 70.13330.2012 требования данного норматива следует учитывать при проектировании, что соответственно не относится ни к подрядным работам ни к экспертным исследованиям.

На листах 24 и 25 своего заключения специалисты указали, что среди документов, принятых во внимание экспертами на листе 7 заключения судебной экспертизы не значится ГОСТ Р 58945-2020 «Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Правила выполнения измерений параметров зданий и сооружений».

Эксперты пояснили, что это не указание в качестве принятого во внимание ГОСТ Р 58945-2020 «Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве» обусловлено тем, что не представляется возможным указать всю полноту нормативов косвенно связанных с экспертным исследованием. Именно по этой причине на листе 7 заключения экспертов указывается: «При проведении экспертного исследования приняты во внимание следующие основные материалы:». Экспертами сделан акцент именно на основные материалы, то есть на те материалы, которые имеют наиболее прямое отношение к вопросам суда, поставленным на разрешение перед экспертами. В буквальном понимании «основные материалы» не означает «все существующие материалы».

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что  эксперты в заключении не указали, как они позиционировали начальную точку положения прибора и за счет чего экспертами была достигнута точность и согласно пояснению экспертов, эксперты пояснили, что ими были проанализированы все указанные специалистами законы. Однако, нигде в них не упоминается о необходимости указания точки позиционирования либо о каком-то существенном, по мнению специалистов, указании точности замеров, либо о расчетах точности. Погрешность метода и прибора были проанализированы экспертами перед проведением замеров. Значение погрешности прибора 3 мм (как указывают специалисты) пренебрежительно мало по сравнению с выявленными экспертами отклонениями металлических колонн до 99 мм.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что  эксперты в заключении не указали значимые для судебного исследования по мнению специалистов нормативы, а именно ГОСТ Р 8.736-2011 и ГОСТ 58495-2020, эксперты пояснили, что  не представляется возможным указать всю полноту нормативов, косвенно связанных с экспертным исследованием. Именно по этой причине на листе 7 заключения экспертов указывается: «При проведении экспертного исследования приняты во внимание следующие основные материалы:». Экспертами сделан акцент именно на основные материалы, то есть на те материалы, которые имеют наиболее прямое отношение к вопросам суда, поставленным на разрешение перед экспертами. В буквальном понимании «основные материалы» не означает «все существующие материалы».

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что   позиционирование относительно строительных конструкций здания, которую используют эксперты, не верное, что связано с тем, что, по мнению специалистов, контрольные измерения проводят после определения координат всех опорных пунктов, эксперты  пояснили, что не ясно, исходя из чего специалисты пришли к таким суждениям. По-видимому, если бы специалисты присутствовали при проведении контрольных замеров, то они бы убедились в обратном.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что   в заключении судебных экспертов не приведена исполнительная съемка, что не соответствует требованиям СП 126.13330.2017 п. 8.1, а также не содержит результатов определения погрешности измерений, что не соответствует п. 9.31 СП 126.13330.2017, а  отсутствие исполнительной съемки не позволяет достоверно оценить и проверить результаты фактических измерений, что не соответствует требованиям ст. 25 №73-Ф3 от 31.05.2001, эксперты пояснили, что согласно п. 1 СП 126.13330.2017 распространяется на производство геодезических работ при возведении зданий и сооружений. Фактически возведение сооружения уже завершено и по этой причине использовать указанный специалистами норматив не объективно, ст. 25 №73-Ф3 от 31.05.2001. В заключении экспертов исполнительная съемка представлена на листе 11 см. рис. 3.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что   акт экспертного исследования ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России от 23.11.2022 по заявлению представителя АО «Саратовский институт стекла» ФИО2 от 23.10.2022  содержит значения отклонений 14 и 35 мм, что соответствует требованиям таблицы 4.9 СП 70.13330.2012, эксперты пояснили, что  в таблице 4.9. СП 70.13330.2012 указывается, что смещение колонн относительно разбивочных осей допускается на величину +- 5 мм (а не 14 и 35 мм, как указывают специалисты). Кроме того, согласно п. 1 СП 70.13330.2012 требования данного норматива следует учитывать при проектировании, что соответственно не относится ни к подрядным работам, ни к экспертным исследованиям.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что   отклонения в 14 и 35 мм никак не влияют на проектную работу стекловаренной печи, эксперты пояснили, что данный довод специалистов субъективен и не находит подтверждения в нормативных или в справочных источниках, что является голословным и ничем не обоснованным.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что экспертами не изучалась документация по эксплуатации печи и именно эксплуатационные условия повлияли на деформации и отклонение строительных конструкций, эксперты пояснили, что данные доводы специалистов субъективны и не обоснованы.

На листе 13 и 14 судебной экспертизы указано, что установленное отклонение проектного положения колонн не могло произойти при эксплуатации стекловаренной печи, а также не могло произойти вследствие обрушения торцевой стены загрузочного кармана по ряду причин:

- колонны жестко приварены к металлическим конструкциям здания см. приложение 1 фото 4, 5;

-  положение каждой из металлических колонн отличается от проектного на одну и ту же величину, как на уровне загрузочного кармана, так и под печью;

- изменение положения каждой из металлических колонн принципиально не представляется возможным на стадии эксплуатации печи, поскольку это потребует демонтажа и последующего монтажа несущих конструкций здания и стекловаренной печи.

Эксперты пояснили, что, очевидно, жестко приваренные к металлическим конструкциям здания колонны не могли изменить своего проектного положения, поскольку они приварены и изменение положения колонн на установленную величину вызвало бы разрушение стыков металлических конструкций и их смещение в стыке относительно друг друга. Поскольку они уже были приварены с отклонением от проектного положения.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что  из фотоматериала к возражениям на акт осмотра за июль 2022 г. видны характерные разрушения кладки по центру кирпичей вследствие предшествующего разрушения растворного слоя, которые характерны для кирпичной кладки в целом, из-за непроектного повышения температуры, или же ее неравномерного бесконтрольного превышения, эксперты пояснили, что данное утверждение специалисты обосновывают  ссылками на литературу по вращающимся печам и литературой по расчету металлического каркаса печей. Анализ данной литературы показал, что она не имеет отношения к исследованной стекловаренной печи, поскольку исследованная печь не является вращающейся и изготовлена по иным принципам конструирования.

Если разрушению кладки стены предшествовало разрушение растворного слоя в швах между кирпичами, то и разрушение стены должно произойти по линии предварительно разрушившихся растворных швов, потерявших свои прочностные свойства, а не по центру целых, не разрушенных к моменту разрушения стены кирпичей.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что экспертами неверно выполнено геометрическое измерение положения колонн, эксперты пояснили, что данное суждение,  не подкреплено аргументами либо разумными ссылками на нормативные документы.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что по расчету металлической конструкции днища ванной стекловаренной печи балка изменила свое положение вследствие высоких температур, эксперты пояснили, что анализ литературы, на которую ссылаются специалисты, обосновывая свой довод, показал, что она относится к расчету днища стекловаренных печей. Эти литературные источники не применимы к расчету кирпичной кладки и металлических колонн, поскольку часть металлических колонн находится под печью, где высокие температуры отсутствуют.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение, эксперты пояснили, что ими анализировался процесс эксплуатации печи. Специалисты приводят субъективные суждения.

Вопреки доводам замечаний на экспертное заключение о том, что при проведении экспертизы судебным экспертам следовало бы использовать государственные сметные нормативы, эксперты пояснили, что согласно п. 3 Методики на основании Приказа Минстроя России от 4 августа 2020 г. № 421 /пр. положения Методики применяются при определении сметной стоимости строительства объектов капитального строительства, финансируемого с привлечением средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации. Бюджетные средства не использовались для выполнения работ на стекловаренной печи. Соответственно,  методика, на которую ссылаются специалисты, тоже неприменима. То же самое относится ко всем ФБР, ГЭСН, ТЕР, МДС, ФССЦ, поскольку они все обосновывают расценки на строительные работы по отраслям строительства за бюджетные средства. Во-первых, сборников расценок для стекловаренных печей не существует, именно по этой причине их и не использовали при формировании стоимости затрат по устранению выявленных недостатков. Градостроительный кодекс РФ №ФЗ-190 от 29.12.2004 г. см. ст. 48 п. 12.2., на который ссылаются специалисты также распространяется на объекты финансируемые из бюджета и об этом прямо сказано в ГрК «12_2. В случае проведения капитального ремонта объектов капитального строительства, финансируемого с привлечением средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, средств лиц, указанных в части 1 статьи 8_3 настоящего Кодекса, осуществляется подготовка сметы на капитальный ремонт объектов капитального строительства на основании акта, утвержденного застройщиком или техническим заказчиком и содержащего перечень дефектов оснований, строительных конструкций, систем инженерно-технического обеспечения и сетей инженерно-технического обеспечения с указанием качественных и количественных характеристик таких дефектов, и задания застройщика или технического заказчика на проектирование в зависимости от содержания работ, выполняемых при капитальном ремонте объектов капитального строительства. В случае, предусмотренном частью 10 статьи 52 настоящего Кодекса, при составлении указанной сметы подготовка такого акта не требуется. Застройщик по собственной инициативе вправе обеспечить подготовку иных разделов проектной документации, а также подготовку проектной документации при проведении капитального ремонта объектов капитального строительства в иных случаях, не указанных в настоящей части».

Важно отметить, что стоимость затрат на устранение недостатков стекловаренной печи (при непосредственном выполнении работ по устранению недостатков) фактически была сформирована, исходя из предложений на рынке, которые, в свою очередь, сформированы из материальных затрат и трудозатрат на выполнение работ по устранению недостатков. По этой причине и с учетом отсутствия в базах данных соответствующих сметных расценок на стекловаренные печи использовать сметное ценообразование не представлялось возможным. Фактически были учтены все понесенные и документально подтвержденные затраты на устранение недостатков стекловаренной печи.

Как пояснили эксперты, в проектной документации, которая была представлена для выполнения работ по договору подряда от 16.03.2018, не содержится ошибок. Доводы о наличии ошибок ЗАО «Тепломонтаж» не аргументированы.

Как пояснили эксперты, стекловаренная печь не является опасным производственным объектом, поскольку не соответствует критериям, указанным в приложении 1 ст. 2 ФЗ от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». Положения об экспертизе проектной документации и положения об обязательном авторском надзоре не применимы в отношении стекловаренной печи.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что с учетом заявленных исковых требований, отнесение либо не отнесение  стекловаренной печи к опасному производственному объекту, никакого правового значения для правильного рассмотрения спора не имеет.

Апелляционным судом по настоящему делу также были исследованы материалы дела № А57-260/2019.

Из  материалов дела № А57-260/2019, в том числе  заключения судебной экспертизы по делу № А57-260/2019,  а также подробных письменных и устных пояснений эксперта ФИО16, данных апелляционному суду по настоящему делу, следует, что по делу № А57-260/2019 объектом экспертного  исследования были работы на   иных железобетонных колоннах.

Тогда как, объектом исследования в заключении экспертов № 00041 от 12.09.2024 по делу № А57-28322/2021 являются металлические колонны и элементы стекловаренной печи.

Качество работ, явившихся  объектом экспертного  исследования по делу № А57-260/2019,  не находится в причинно-следственной связи с возникновением недостатков выполненных работ, установленных по настоящему делу.

Эксперты ФИО16 и ФИО17, явившиеся в судебное заседание апелляционного суда, полностью поддержали выводы судебной экспертизы, вышеизложенные пояснения в качестве возражений на рецензию специалистов, дали подробные, исчерпывающие пояснения по проведенному экспертному  исследованию и ответили на заданные ему. 

Оценив вышеназванное заключение экспертов, апелляционный суд посчитал его соответствующим требованиям ст. 82, 83, 86 АПК РФ, отражающим все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения, основанным на материалах дела, и пришел к выводу об отсутствии оснований не доверять выводам экспертов, поскольку они согласуются с обстоятельствами дела и иными доказательствами по делу, поэтому данное заключение экспертов является надлежащим доказательством по рассматриваемому делу.

Несогласие ответчика с выводами, сделанными экспертами в результате проведения судебной экспертизы, не является достаточным основанием для назначения повторной судебной экспертизы по делу ввиду того, что каких-либо недостатков экспертного заключения, препятствующих принятию данного заключения в качестве надлежащего доказательства по делу, не имеется.

Учитывая вышеизложенное, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для назначения повторной судебной экспертизы, поэтому отказал ответчику в удовлетворении его ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы по настоящему делу. 

Апелляционный суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска в сумме 11174073,43 руб. с учетом выводов судебных экспертов о размере затрат АО «Саратовский институт стекла» по устранению выявленных недостатков,  возникших по причине некачественно выполненных ЗАО «Тепломонтаж» работ по реконструкции стекловаренной печи и ванны расплава ЭПКС-4000 производительностью 350 тонн/сутки согласно проекту АО «ГИПРОСТЕКЛО».

 Судебные расходы по делу распределены между сторонами в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований следующим образом.

Истцу при подаче иска была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины. При цене иска 11314454,34 руб. (с учетом последних уточнений) в доход федерального бюджета подлежат взысканию 79572 руб. госпошлины.

С учетом пропорционального распределения судебных расходов между сторонами следует взыскать в доход федерального бюджета госпошлину по иску: с АО «Саратовский институт стекла» в размере 987 руб., с ЗАО «Тепломонтаж» в размере 78585 руб.

Истец за подачу двух апелляционных жалоб и одной кассационной жалобы уплатил 9000 руб. госпошлины (по 3000 руб. за подачу каждой жалобы), поэтому с ЗАО «Тепломонтаж» в пользу АО «Саратовский институт стекла» следует взыскать 8888 руб. госпошлины по делу пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истец за проведение судебной экспертизы по настоящему делу внес на депозитный счет апелляционного суда 400000 руб. платежным поручением от 27.02.2024 № 842992 по делу № А57-28322/2021. Указанные денежные средства подлежат перечислению с депозитного счета суда на счет экспертного учреждения - Союза «Межрегиональное объединение судебных экспертов».          

С ЗАО «Тепломонтаж» в пользу АО «Саратовский институт стекла» следует взыскать 395037 руб. судебных расходов по экспертизе пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

ЗАО «Тепломонтаж» внесло на депозитный счет апелляционного суда 200000 руб. платежным поручением от 21.03.2024 № 44 по делу № А57-28322/2021. Указанные денежные средства будут возвращены на счет ЗАО «Тепломонтаж» на основании отдельного определения апелляционного суда.

Таким образом, апелляционный суд считает необходимым решение Арбитражного суда Саратовской области от 18 декабря 2023 года по делу № А57-28322/2021 отменить в части, взыскать с ЗАО «Тепломонтаж» в пользу АО «Саратовский институт стекла» 11174073,43 руб. убытков, 8888 руб. госпошлины по делу, 395037 руб. судебных расходов на экспертизу, взыскать в доход федерального бюджета госпошлину по иску: с АО «Саратовский институт стекла» в размере 987 руб., с ЗАО «Тепломонтаж» в размере 78585 руб., в остальной части решение оставить без изменения.

            В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление суда, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 18 декабря 2023 года                                по делу № А57-28322/2021 отменить в части.

            Взыскать с ЗАО «Тепломонтаж» в пользу АО «Саратовский институт стекла» 11174073,43 руб. убытков, 8888 руб. госпошлины по делу, 395037 руб. судебных расходов по экспертизе.

Взыскать в доход федерального бюджета госпошлину по иску: с АО «Саратовский институт стекла» в размере 987 руб., с ЗАО «Тепломонтаж» в размере 78585 руб.

            В остальной части решение оставить без изменения.

ФЭО Двенадцатого арбитражного апелляционного суда перечислить с депозитного счета суда на счет Союза «Межрегиональное объединение судебных экспертов»          400000 руб., внесенных платежным поручением от 27.02.2024 № 842992 по делу                         № А57-28322/2021.

            Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                            В.Б. Шалкин 

Судьи                                                                                                           О.В. Лыткина

                                                                                                                        Н.В. Савенкова