ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

http://www.21aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-13951/2020

05 ноября 2024 года

город Севастополь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2024 года.

 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Вахитова Р.С., судей Калашниковой К.Г., ФИО1, при ведении протокола секретарем судебных заседаний ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Акционерного общества «Генбанк» на определение Арбитражного суда Республики Крым от 25.06.2024 по делу № А83-13951/2020 (судья Ловягина Ю.Ю.), принятое по результатам рассмотрения

заявления АО «Генбанк»

к ответчику ГУП РК «Крымэнерго»

о признании сделки недействительной

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ОАО «Камыш-Бурунский железорудный комбинат» (конкурсный управляющий ФИО3), ООО «ТД «Славянский ряд»

в рамках дела о признании ООО «Производственно-транспортный комплекс «Керчь» несостоятельным (банкротом)

 

В судебное заседание Двадцать первого арбитражного апелляционного суда явились:

от апеллянта Акционерное общество «Генбанк» - ФИО4 действующий  по доверенности № 775 от 22.11.2022, личность установлена на основании паспорта гражданина РФ;

от ГУП РК «Крымэнерго» - ФИО5, действующая на основании доверенности № 062Д от 09.01.2024, личность установлена на основании паспорта гражданина РФ.

установил:

определением Арбитражного суда Республик Крым от 27.05.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Производственно-транспортный комплекс «Керчь» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО6.

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 05.05.2022 общество с ограниченной ответственностью «Производственно-транспортный комплекс «Керчь» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев. Конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО7 (далее – конкурсный управляющий).

От конкурсного кредитора АО «Генбанк» поступило заявление к ГУП РК «Крымэнерго», в котором просит признать недействительной сделку, являющуюся исполнением гражданско-правовых обязательств по оплате ООО «ПТК «Керчь» уступаемого права требования в соответствии с договором цессии от 10.03.2016 к признанному банкротом ОАО «Камыш-Бурунский железорудный комбинат», применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «ПТК «Керчь» уплаченных денег.

В последствии указанное требование уточнено в порядке ст. 49 АПК РФ. Согласно указанным уточнениям кредитор просил:

- признать недействительной сделку, являющуюся исполнением гражданско-правовых обязательств по оплате ООО «ПТК «Керчь» уступаемого права требования в соответствии с ничтожным договором цессии от 10.03.2016 к признанному банкротом ОАО «Камыш-Бурунский железорудный комбинат», применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «ПТК «Керчь» уплаченных денег по ничтожному договору.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 25.06.2024в удовлетворении заявления конкурсного кредитора отказано.

Не согласившись с законностью названного определения, АО «Генбанк» обратилось в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, а заявление конкурсного кредитора удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что рассматриваемая сделка совершена со злоупотреблением правом сторонами сделки, а также обладает признаками притворной сделки с целью вывода денежных средств должника.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2024 апелляционная жалоба принята к производству Двадцать первого арбитражного апелляционного суда и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 29.10.2024.

От ГУП РК «Крымэнерго» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором последний просил оставить обжалуемое определение без изменений.

От конкурсного управляющего поступил отзыв, в котором просит апелляционный суд отменить обжалуемое определение, а апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, согласно положениям статей 121,123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), явку своих представителей не обеспечили.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения о принятии апелляционной жалобы к производству посредством почтовой связи и размещения текста указанного определения на официальном сайте Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет (http://21aas.arbitr.ru/), в  соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Исследовав материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела, 10.03.2016 между кредитором ГУП РК «Крымэнерго» и ООО «ГЕН ИНВЕСТ» (ООО «ПТК «КЕРЧЬ») заключен Договор уступки права требования (цессии) от 10.03.2016 № 185/03/1, по которому ГУП РК «Крымэнерго», как первоначальный кредитор (цедент), уступило ООО «ГЕН ИНВЕСТ», как новому кредитору (цессионарию), право требования к должнику ОАО «Камыш-Бурунский железорудный комбинат» по договору поставки электрической энергии № 9 от 20.03.1996.

Право требования ГУП РК «Крымэнерго» к ОАО «Камыш-Бурунский железорудный комбинат» подтверждено вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Республики Крым от 19.02.2015 и от 31.03.2015 по делу № А83-2358/2006 и включает сумму долга в размере 58 400 319,84 руб.

В силу п. 2.3 договора цессии от 10.03.2016 в счет оплаты уступаемого права новый кредитор обязуется уплатить первоначальному кредитору сумму 58 400 319,84 руб.

ГУП РК «Крымэнерго» в связи с тем, что должником не были исполнены обязанности по договору уступки права требования, в части погашения долга, обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к ООО «ГЕН ИНВЕСТ».

05.02.2019 между ГУП РК «Крымэнерго» и ООО «ПТК «Керчь» определением Арбитражного суда Республики Крым по делу № А83-9148/2018 утверждено мировое соглашение.

Согласно условий мирового соглашения должник подтверждает, что задолженность перед заявителем, составляет 23 277 268,64 руб. Размер задолженности включает в себя: сумму задолженности по Договору уступки права требования (цессии) от 10.03.2016г. № 185/03/1 в размере 22 667 407,90 руб., пени в размере 537 435,74 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 72 425,00руб.

С учетом произведенных оплат в рамках мирового соглашения остаток долга составил 15 448 076,19 руб.

Определением от 01.11.2022 признаны требования ГУП РК «Крымэнерго» в размере 15 448 076,19 рублей обоснованными, подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Обращаясь в суд первой инстанции с заявлением о признании сделки недействительной, кредитор АО «Генбанк» указал, что заключенный между ГУП РК «Крымэнерго» и должником 10.03.2016 договор цессии является ничтожным (ст. 170 ГК РФ), а исполнение гражданско-правовых обязательств по оплате ООО «ПТК «Керчь» уступаемого права требования в соответствии с ничтожным договором цессии от 10.03.2016 считает недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным ст. 10, 168 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявленных управляющим требований, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в пунктах 4, 5, 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63), пунктом 4 статьи 1 ГК РФ, установил, что спорная сделка заключена за пределами трехлетнего срока подозрительности, что исключает возможность признания ее недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. Суд не установил обстоятельств, доказывающих наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, не нашел оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по статьям 10, 168, 170 ГК РФ.

Коллегия судей соглашается с указанной в обжалуемом определении, позицией суда первой инстанции ввиду следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 2 названной статьи установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 названной статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Согласно пункту 17 Постановления № 63 в порядке главы Ш.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы Ш.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как верно указал суд первой инстанции, производство по делу о банкротстве должника возбуждено 30.09.2020, оспариваемая сделка совершена 10.03.2016, то есть за пределами трехлетнего срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что исключает возможность признания ее недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Вместе с тем в качестве материально-правового основания для признания указанной сделки недействительной управляющий ссылается на положения статьи 10, ст. 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики ВС РФ № 2, утвержденного Президиумом ВС РФ 26.06.2015, Определение ВС РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих ее сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомленность об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (Постановление Президиума ВАС РФ 13.05.2014 № 17089/12, Определение ВС РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (2014), утвержденном Президиумом ВС РФ 24.12.2014, а также определении ВС РФ от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведенной в Определениях ВС РФ от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 и Определении ВС РФ от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, в упомянутых выше разъяснениях пункта 4 постановления № 63 речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).

При этом положения пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными. Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным исполнением, а также с причинением вреда имущественным правам кредиторов одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (Определение ВС РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

К тому же таким образом осуществляется обход норм о сокращенном сроке давности оспаривания оспоримых сделок.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств возложена на лицо, участвующее в деле, именно лица, участвующие в деле, несут риск совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Требования конкурсного кредитора, по сути, заключаются в признании недействительной сделки по отчуждению имущества должника, совершенной по мнению заявителя на безвозмездной основе, тогда как совершение безвозмездной сделки, направленной на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, коллегия судей приходит к выводу, что конкурсный кредитор в обоснование требования не подтвердил дефекты, выходящие за рамки подозрительной сделки, имеющиеся у оспариваемой сделки и позволяющие квалифицировать их по статье 10 ГК РФ.

Относительно доводов о притворности сделки, коллегия судей отмечает следующее.

Как следует из разъяснений п. п. 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Исходя из положений нормы п. 2 ст. 170 ГК РФ сделка подлежит квалификации как притворная, если подтверждено, что воля сторон на момент совершения сделки не была направлена на установление соответствующих ей правовых последствий. Предполагается отсутствие соответствующей воли у каждой из сторон данной сделки. При совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду.

Коллегия судей отмечает, что материалами дела не подтверждается ни несоответствия воли сторон оспариваемых сделок содержанию изложенного в оспариваемом договоре волеизъявлению, ни признаков, которые бы очевидно указывали на отсутствие намерения сторон оспариваемых договоров их исполнять, при этом, доказательств заинтересованности сторон в материалы дела также не представлено.

При этом, согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 01.11.2005 № 2521/05, реально исполненный договор не может являться мнимой или притворной сделкой.

Учитывая изложенное, у апелляционного суда не имеется оснований для вывода о наличии у сторон намерения совершить сделку исключительно с целью вывода имущества должника.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного кредитора, суд первой инстанции верно указал, что заявителем допущен пропуск срока исковой давности.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Течение срока исковой давности по настоящему требованию начинается со дня, когда заявитель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Действующей судебной практикой подтверждается, что при рассмотрении вопроса об осведомленности лица, оспаривающую сделку, о наличии оснований для оспаривания сделки учитывается, насколько оно могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям гражданского оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств и возможность защиты нарушенного права (Определение Верховного Суда РФ от 05.06.2015 по делу № 308-ЭС15-4933, А32-48243/2011, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.12.2022 № Ф05-30629/2022 по делу № А40-117409/2021, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.07.2023 № Ф05-12120/2023 по делу № А41-72934/2020, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.05.2023 № Ф05-5680/2020 по делу № А40-315071/2018 и другие).

Для конкурсных кредиторов, подающих заявление об оспаривании сделки, срок исковой давности по смыслу пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве не может начать течь ранее включения их требований в реестр требований кредиторов должника, поскольку их право на подачу такого заявления может быть установлено исходя из размера кредиторской задолженности, которая устанавливается судом при рассмотрении таких требований.

Из материалов дела следует, что требования АО «Генбанк» включены в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Республики Крым от 08.12.2021.

Кредитор в заявлении от 14.05.2024 указывает, что узнал о договоре цессии не ранее 17.11.2022.

Между тем, заявление ГУП РК «Крымэнерго» об установлении требования кредитора, к которому был приложен в том числе договор цессии от 10.03.2016 поступило в адрес суда 24.11.2021.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что АО «Генбанк» является профессиональным участником в делах о несостоятельности и обладает необходимыми знаниями и навыками, что позволяет ему ориентироваться в деле о банкротстве и своевременно принимать необходимые решения.

Таким образом, учитывая, что конкурсное производство в отношении должника введено 27.04.2022 (резолютивная часть решения о признании должника банкротом), у кредитора имелась реальная возможность обратиться с настоящими требованиями с момента введения процедуры конкурсного производства в отношении должника.

АО «Генбанк» обратилось с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд 14.11.2023.

Учитывая, что кредитором не доказано наличия дефектов, выходящих за рамки подозрительной сделки, отсутствие оснований для признания сделки ничтожной ввиду ее притворности, принимая во внимание, что согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, коллегия судей приходит к выводу, что кредитором пропущен срок исковой давности.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал АО «Генбанк» в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной, применении последствий ее недействительности.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права. Оспариваемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Крым от 25 июня 2024 года по делу № А83-13951/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок, установленный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                               Р.С. Вахитов

 

 

Судьи                                                                                                                      К.Г. Калашникова

 

 

                                                                                                             ФИО1